Текст книги "Вой и реликвии (ЛП)"

Автор книги: Мелани Карсак

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 10 страниц)

Глава 23: Странный – не значит плохой

Мы с кучером ехали обратно в Кэбелл-Мэнор, уплетая мороженое, болтая о погоде и сплетничая о том, как сильно слуги поместья ненавидят бал в канун Дня Всех Святых, затеянный леди Шарлоттой. Судя по всему, помня о семейном проклятии, большинство из них считали, что её игры с оккультизмом не принесут ничего, кроме беды.

– Место-то всё равно проклятое, – рассуждал возница. – Я тут всего год. И, если не считать мистера Фрэнсиса, миссис Кэрролл и пары горничных, почти весь персонал работает здесь меньше моего.

– Вот как?

– Леди Шарлотта очень странная, угодить ей трудно, а лорд Кэбелл – парень-то он вроде неплохой – вечно в разъездах. Слышал, его светлость в Индию собрался. Я и сам уже начал присматривать себе новое место.

– Не горите желанием ехать с ним в Индию?

Мужчина рассмеялся:

– Нет, агент. Не горю. Но пока не найду что-нибудь другое… Что ж, я рад, что вы с напарницей приехали. Мы все поначалу нервничали, но мистер Аарон сказал, что вы с мисс Харпер – славные леди. Да и на болотах прошлую ночь было тихо.

– Так и было. И так и должно оставаться.

– Лишь бы леди Шарлотта не вызвала к нам какого-нибудь дьявола. Знаете, она нанимает гадалку для бала. Сказала, что все слуги могут зайти к ней, если захотят. Ну уж нет, черта с два я туда пойду.

– Вы не верите в сверхъестественное, мистер Уоллес? – спросила я.

– Верю. Именно поэтому мне всё это и не нравится. У богатых странные вкусы.

Он и понятия не имел, насколько.

– То, что кто-то ведет себя странно, еще не делает его плохим человеком, – попыталась я успокоить мужчину. Хотя в случае леди Шарлотты он был абсолютно прав.

– Это верно. Это просто заставляет их хотеть мороженое на завтрак, – со смехом отозвался кучер.

– Эй, вы ведь тоже его едите!

– Не смог устоять. У них было фисташковое, а вы угощали.

– Нет ничего странного в том, чтобы согласиться на бесплатное мороженое, – добродушно хмыкнула я, и он подхватил мой смех.

– Кстати, о странностях, – проговорил мистер Уоллес, когда мы въехали на аллею, ведущую к дому. Перед парадным входом теснились кареты, слуги, лошади и даже несколько паровых автомобилей. – О, радость-то какая. Леди Чедвик прибыла.

– Где?

– Внутри, полагаю. Вон её кучер.

– Она вам не нравится?

– А вы с ней встречались?

Я покачала головой.

– Ну, – он окинул меня взглядом. – Сами увидите. Этой женщине ничем не угодишь. Вам бы стоило… – Он указал на мою щеку. – У вас там немного шоколада.

– Видимо, набросилась на мороженое с излишней страстью.

Он усмехнулся. Я вытерла щеку тыльной стороной ладони.

– Пожалуй, объезжайте дом сзади. Я поднимусь по служебной лестнице.

– Вы уверены?

– Абсолютно, полностью и бесповоротно уверена, – ответила я, глядя на разодетых лордов и леди, расхаживающих перед домом.

Чертовы колокольчики. Надо было возвращаться в Лондон вместе с Харпер.

Я прокралась по задней лестнице в свою комнату и обнаружила, что Эмма уже приготовила моё зеленое платье. Быстро сбросив дорожную одежду, я натянула наряд и заметила, что подол подшит, а пятно от ожога на рукаве каким-то чудом стало почти незаметным. При встрече нужно будет обязательно поблагодарить Эмму.

Я возилась со шнуровкой и уже почти закончила, когда в дверь постучали. Приведя себя в порядок, я открыла и увидела Эдвина.

– Вот ты где. Я растерялся, когда меня послали искать тебя в эту часть дома. Неужели леди Шарлотта поселила вас с Харпер здесь? – спросил он, хмуро оглядывая тесную комнатку с двумя кроватями.

– Уютно, правда?

Эдвин нахмурился еще сильнее:

– Прости, Клемени. Мне стоило поехать с тобой с самого начала. У Виктории какие-то неприятности в дальних уголках империи. Я должен был присутствовать на собрании и не мог его пропустить.

– Что за неприятности?

– Пока точно не знаю. Мы собираем группу для расследования.

– И куда вы едете?

– В Индию.

– Разве лорд Кэбелл тоже не туда собирается?

– Да. Я как раз хотел спросить Харпер, не хочет ли она поехать с нами.

Я рассмеялась:

– Удачи тебе в этом.

Эдвин усмехнулся:

– Ты права, – сказал он и снова окинул взглядом комнату. – Я велю слугам перенести твои вещи.

– Не стоит. Тем более, осталась всего одна ночь.

Эдвин вздохнул:

– Перед вторым завтраком все собираются в гостиной. Ты спустишься?

Я разгладила платье, внезапно почувствовав себя невероятно неловко. Я могла справиться с гнездом вампиров, дракой на яме или оборотнями-викингами, но светские беседы в гостиной?

Эдвин осмотрел меня:

– Спина… Твоя верхняя шнуровка, кажется, не затянута. Разве горничная тебе не помогла?

Я усмехнулась:

– Приходила одна девушка, но, уверена, сейчас она занята настоящими леди.

– Позволь мне, – мягко сказал Эдвин, разворачивая меня.

Осторожно и сосредоточенно он принялся перешнуровывать корсаж.

– Скажи, если будет слишком туго. Признаюсь, я не понимаю, где заканчиваешься ты и начинается платье.

Я хмыкнула:

– Пока я могу дышать – всё в порядке.

– Прости, что заставляю тебя через это проходить. Моя крестная – единственная семья, которая у меня осталась здесь. Я хочу вас познакомить, но она довольно консервативна. Я рассказывал ей о тебе, но это не значит, что она будет…

Доброй. Приветливой. Вежливой.

– Я понимаю.

– Спасибо за твое терпение.

Я улыбнулась. Эдвин был для меня очень важен. Я хотела, чтобы он был счастлив, но в глубине души сомневалась: правильно ли я поступаю? Стоит ли мне знакомиться с его семьей? В конце концов, мы ведь не помолвлены. Мы просто… близки. Эдвин мне действительно дорог, я просто не была уверена, к чему всё это ведет.

И чего я сама хочу.

Раньше всё казалось ясным.

А теперь…

Я закрыла глаза. И снова перед глазами всплыл образ Львиного Сердца. Проклятье, ничего больше не было ясным.

– Кажется, готово, миледи, – со смешком сказал Эдвин.

– Спасибо, – ответила я. Глубоко выдохнув, я повернулась к нему. Он нежно улыбался, и эта улыбка проявляла его ямочки на щеках.

Эдвин медленно протянул руку и коснулся моего подбородка.

– Что? – прошептала я.

– Просто… мне понравилось помогать тебе с платьем.

В животе завязался узел.

– А мне понравилась твоя помощь.

Эдвин предложил мне руку:

– Пойдем?

– Да помогут мне боги, – пробормотала я, вспомнив тех пятерых богов, которых встретила на болотах. Что ж, они ничем не хуже любых других.

Афвин, помоги мне пережить этот день.

За окном прокричала гагара.

Глава 24: Клемени в гостиной с леди Чедвик

Мы вошли в оживленную залу, кишащую напыщенными лордами и леди. Эдвин поймал взгляд лорда Кэбелла. Тот приподнял бокал в знак приветствия и снова повернулся к группе окружавших его мужчин, смеясь и не умолкая ни на секунду.

Эдисон Кэбелл был хорошим человеком. Думаю, когда-нибудь в будущем он сможет познакомиться со своим племянником. Возможно.

Леди Шарлотта, напротив, сидела в другом конце комнаты в окружении изысканно одетых дам. Она что-то тихо говорила. В какой-то момент она умолкла, и вся стайка женщин разом оглянулась на меня.

Внутри меня что-то ожесточилось, и мне пришлось подавить дикое желание выдать секрет леди Шарлотты прямо здесь и сейчас. Но другая моя часть – внучка Фелис Лувель – чувствовала себя неловко. Глупо, на самом деле. Мне не было дела до подобных вещей. У меня были задачи поважнее, чем беспокойство о прическе или последней моде, и всё же… та хрупкая, юная версия меня залилась румянцем под их пренебрежительными взглядами. Правда заключалась в том, что в этой комнате я чувствовала себя маленькой.

– Еще не слишком рано, чтобы выпить? – прошептала я Эдвину.

– Леди не принято пить в это время. За обедом будет вино. Послушай, Клем, ты в порядке? Лицо красное. Я слишком сильно затянул шнуровку?

– Нет. Всё хорошо.

– А, вот и она, – Эдвин кивнул в сторону дальнего угла комнаты. – Пойдем?

– Конечно.

Мне определенно стоило уехать в Лондон с Харпер.

Мы пересекли комнату и подошли к пожилой матроне, буквально увешанной шелками и драгоценностями; руки её покоились на набалдашнике трости. Она смотрела на лорда Сэмсона с выражением скуки и крайнего раздражения на лице.

Что ж, как минимум в одном мы с ней сходились.

Заметив Эдвина краем глаза, седовласая женщина поднялась, оперлась на трость и, не говоря ни слова, обошла лорда Сэмсона. Тот выглядел слегка озадаченным столь бесцеремонной отставкой – без сомнения, он так увлекся собственным велеречивым разглагольствованием, что даже не заметил, как остался без слушателя, – и поплелся искать новую жертву.

– Эдвин, – тепло произнесла женщина, протягивая ему руку.

Эдвин подошел и поцеловал её в мягкую морщинистую щеку.

– Крестная, я так рад видеть вас в добром здравии.

– В здравии? Ну, положим, в здравии. Раз я здесь, значит, всё в порядке, и я рада тебя видеть. Боже мой, с каждым годом ты всё больше напоминаешь своего покойного деда. Знаешь, если бы не эта стервятница, твоя бабушка, мы бы поженились.

– Да, леди Чедвик, вы говорили мне это много раз.

– О, дорогой Эдвин, только посмотри на себя. Тебе нужно чаще меня навещать. Ты слишком много работаешь – как простолюдин, мой дорогой, это просто неприлично.

– Я работаю на Её Величество. Разве это не благородно?

– О, ну, полагаю, что так. Ну, и где же та женщина, о которой ты мне… – она осеклась и выглянула из-за плеча Эдвина на меня.

На мгновение её брови взлетели вверх, пока она изучала меня с ног до головы. Её взгляд задержался на моем платье, а затем на лице. Она тяжело нахмурилась, покачала головой и посмотрела мне за спину. Она явно искала кого-то более подходящего. Я никак не могла быть той самой девушкой.

– Крестная, позволь представить тебе мисс Клемени Лувель, – сказал Эдвин, мягко увлекая меня вперед.

Сердце заколотилось в груди, и я сделала шаг навстречу. Леди Чедвик застыла; по выражению её лица было ясно, что она не верит своим ушам. Она снова посмотрела на меня.

– О, – только и вымолвила она.

Я с трудом сглотнула и присела в реверансе – вышло неуклюже.

– Леди Чедвик.

– О. Да. Боже мой. Значит, это ваша… подруга?

– Да. Мисс Лувель работает в Агентстве.

– Подчиненная?

– Ну… – Эдвин неловко переступил с ноги на ногу, сцепив руки за спиной. – Мисс Лувель на очереди к повышению до моего уровня. Она возглавляет свой отдел.

– Свой отдел. И чем же вы занимаетесь, дорогая моя? – спросила она, глядя прямо на меня.

– Охраной правопорядка.

– О. Боже мой. Совсем как Эдвин.

– На благо Короны, крестная. Как и я, мисс Лувель работает по велению Её Величества.

– Да. Что ж. Полагаю, деньги нужно как-то зарабатывать, – она снова смерила взглядом моё платье. – Жаль, когда их тратят не на то, на что следовало бы, – добавила она шепотом. – А чем занимается ваша семья, мисс Лувель?

– Только мы с бабушкой, миледи. Моя бабушка активно участвует в жизни прихода.

– Лувель. Необычное имя.

– Французское, – ответила я.

Леди Чедвик отшатнулась:

– Французское? Вы француженка?

– Не совсем. Моя бабушка – француженка.

– Это делает и вас француженкой, дорогая.

– Мы с бабушкой не кровные родственники. Я приемная.

– И откуда же вас взяли?

– С порога церкви.

– Эдвин, помоги мне вернуться на место, – произнесла леди Чедвик, хватаясь за его руку.

Боже правый, я буквально сбила женщину с ног.

– Принести вам воды? – спросила я.

– Да, да, – слабо отозвалась она, отмахиваясь от меня.

Я подошла к буфету, где распоряжался Найлз.

– Воды, пожалуйста, – попросила я его.

– Ну, как успехи с вдовствующей леди? – спросил он, наливая воду в стакан.

– Плохо. Я её чуть в обморок не вогнала.

Он хмыкнул и указал на панель в стене:

– Служебная лестница. Вниз и налево, если вам понадобится что-то покрепче воды, чтобы через это пройти.

– А нельзя просто сунуть мне фляжку?

Он усмехнулся:

– Выше нос, агент. Разве не вы только что отделали какого-то монстра на болотах?

– Можно и так сказать, – я взяла стакан. – Спасибо.

Эдвин сидел в кресле рядом с леди Чедвик, которая, судя по всему, распекала его шепотом.

– Совершенно неподходящая. Решительно нет. Этому не бывать, – услышала я её тихий, но настойчивый тон, когда подошла ближе.

Я замялась. Не нужно было гадать, о чем идет речь.

Эдвин повернулся ко мне. Он выглядел бледным и потрясенным, но всё же улыбнулся.

– Вот, леди Чедвик, – я протянула ей стакан. К моему удивлению, рука дрожала. Я глубоко вздохнула, заставляя себя успокоиться.

– Благодарю, мисс Лувель, – сказала она, принимая воду. Она отпила глоток, одновременно бросив на Эдвина суровый взгляд.

– Прошу прощения. Я совсем забыла об одном деле. Леди Чедвик, прошу меня извинить, мне нужно немедленно отлучиться. Увидимся за обедом, – я развернулась, чтобы уйти.

Эдвин поднялся:

– Клемени?

– Отпусти её, – прошипела леди Чедвик.

– Всё в порядке. Мне просто нужно сделать записи по делу, пока я не забыла. Скоро увидимся, – бросила я и покинула комнату.

Уходя, я коснулась взглядом леди Шарлотты. Мне не нужно было смотреть на неё, чтобы почувствовать торжествующую улыбку. Её взор буквально прожигал дыру у меня в лопатках.

Я вышла из гостиной и направилась к малой библиотеке, но на полпути остановилась. Развернувшись, я пошла к черному ходу и вышла на веранду. Там я, наконец, смогла вздохнуть. Воздух был пропитан туманом. Несмотря на день, дымка обвивала ангелов и статуи, словно живое существо. Прижав ладонь к животу, я сделала несколько глубоких вдохов.

Трусиха. Я просто трусиха. Я позволила этой старухе одержать верх над собой в одно мгновение.

Я спустилась в сад и нашла скамью перед одним из зеркальных прудов. Вода была неподвижной и серой. Здесь нечего было отражать – ни света, ни цвета, лишь общий пепельный тон этого места.

Мне действительно, очень стоило уехать с Харпер.

Я закрыла глаза, прислушиваясь к крикам болотных птиц и кваканью лягушек. Здесь было так тихо, так спокойно и настояще по сравнению с той фальшью, что царила в доме.

Я пробыла на улице долго. Гонг, призывающий к обеду, прозвучал и смолк. Когда я, наконец, убедилась, что все разошлись по столовым, я прокралась обратно и по служебной лестнице поднялась в свою комнату.

Зайдя внутрь, я увидела своё красное платье, разложенное на кровати. Рядом лежала маска и записка. Это было от Эммы – она нашла маску для бала. Я подняла её: красный атлас, отороченный черным кружевом, с черными розетками у висков. Она была идеальна, если не считать того, что мой «лунный глаз» будет сиять в ней, как дешевая безделушка посреди безупречной роскоши, напоминая всем – включая леди Чедвик – о том, насколько я здесь лишняя.

Я села на кровать и достала нож. Длинными надрезами я исполосовала левую сторону маски над глазом, имитируя шрам на своем лице. Закончив, я подняла её и посмотрела.

Вот теперь она была идеальной.

Теперь это была я. Несовершенная. Простая. Недостаточно хорошая для таких, как Эдвин.

На болотах среди элементалей я чувствовала себя больше дома, чем здесь. Какая ирония.

Что там говорила Афвин? Что свет внутри меня защитил меня от заклятий друидов. Может, мой уют рядом с паранормальным не был плодом воображения. Во мне действительно было что-то иное. И пора было выяснить, что именно.

Только я не хотела выяснять это в одиночку.

Снова вспомнился сон. Тот яркий образ – мы с Львиным Сердцем в Гластонбери, его рука в моей… и несмотря на то, что его глаза вспыхивали рубиновым светом, я чувствовала себя защищенной. Во сне мне было страшно. Пока Львиное Сердце не взял меня за руку.

Я зажмурилась. К моему огромному разочарованию, глаза защипало от слез.

Я не принадлежу этому миру.

Я не вписываюсь сюда.

Проклятье. Я не хочу здесь находиться. И что мне теперь делать? Ричард не оставил мне выбора. Он просто взял и ушел. После всего, что было, он бросил меня.

Я крепко сжала веки.

Ричард, вернись.

Внезапный стук в дверь заставил меня вздрогнуть.

– Агент Лувель? – позвал голос.

Это была Эмма.

Я быстро смахнула слезы.

– Войдите.

– Вот вы где. Я заглядывала в библиотеку, но там уже прибрано. Сэр Эдвин просил Найлза проверить, как вы, но лакеи очень заняты. Вы пропустили обед. Вам нездоровится?

– Нет. Просто была занята. Мне нужно было… я ненадолго выходила на болота, – солгала я.

– О, понятно. Принести вам поднос с едой?

– Нет, спасибо.

– Вижу, вы нашли маску. Она была среди старых вещей внизу. Я подумала, она подойдет к платью… о… – она осеклась, увидев разрезы.

– Мне нужно было, чтобы она соответствовала, – я указала на глаз.

Она хмыкнула.

– Зайти позже помочь вам с платьем? Думаю, они начнут в семь.

Я замялась. Стоило ли вообще утруждаться? Эдвин даже не зашел лично. Он прислал слугу. Что, черт возьми, это значило?

– Не знаю.

– Я всё же зайду. Отдохните пока. Я передам сэру Эдвину, что вы всё еще заняты работой, – сказала она и вышла.

Я подошла к окну и посмотрела вдаль.

– Клемени Лувель, почему ты всё еще здесь? – прошептала я самой себе.

Эдвин.

Я была здесь ради Эдвина.

Но где же он был?

Глава 25: Алая как роза

Эмма вернулась позже в тот же день, чтобы помочь мне одеться к балу, от Эдвина по-прежнему не было ни весточки.

За это время я успела раз шесть собрать и разобрать сумку, чувствуя себя круглой дурой. После шестого раза решила почистить пистолеты, пока раздумываю, идти ли мне на этот бал вообще.

И ждала Эдвина.

Который так и не пришел.

Я уже почти решилась уехать, всё оружие было вычищено, а клинок заточен, когда пришло время делать окончательный выбор.

Эмма окинула взглядом арсенал, разложенный на свободной кровати, едва заметно качнула головой и повернулась к красному платью, висевшему на дверце гардероба.

– Прелестный наряд. Смею сказать, он влетел кому-то в копеечку.

– Это подарок.

– О, должно быть, у вас очень щедрые родные. Или, может, подарок от друга?

От оборотня.

– От друга.

– Ну что, будем одеваться?

Я уставилась на платье. Зачем я вообще его взяла? Оно было не для Эдвина. Этому платью здесь было не место, как и мне самой.

Это платье предназначалось для кого-то другого.

Почувствовав мои колебания, Эмма произнесла:

– Не позволяйте им запугать вас, агент Лувель. Посмотрите на всё это, – она указала на оружие на кровати. – Такие люди не живут в реальном мире. А мы – живем. Не позволяйте им заставлять вас чувствовать себя хуже других. Давайте наденем это платье и покажем им всем, на что вы способны.

Она была права.

Наверное.

– Хорошо, – уступила я.

– Вот и славно. Мы внизу все болеем за вас, – она широко улыбнулась. – О! – воскликнула она, ныряя рукой в карман и доставая фляжку. – Найлз передал, – сказала она, протягивая её мне.

Я откупорила флягу и принюхалась.

– Медовуха?

Эмма кивнула:

– «Жидкая удача», как он выразился. – Она рассмеялась, уперла руки в бока и скомандовала: – А теперь садитесь, дайте мне заняться вашими волосами.

Приподняв фляжку, я сделала глоток крепкого напитка, затем еще один и села.

Так или иначе, сегодня я узнаю, кто такой сэр Эдвин Хантер на самом деле.

К добру или к худу.

Музыка доносилась из бального зала, когда я спускалась по лестнице к главному вестибюлю. Внизу изысканные лорды и леди в шикарных нарядах, скрытые за самыми причудливыми масками, кружились в вихре шелка, бриллиантов и кружев. На миг мне показалось, что я попала на карнавал. Если бы не обилие свечей, кукурузных стеблей, фонарей из тыкв, снопов пшеницы и букетов ярких осенних листьев, это вполне могло бы сойти за правду. Мой первый бал-маскарад. Где-то там бабушка наверняка сияла бы от гордости.

Что до меня, я чувствовала что угодно, только не гордость. В конце концов, я была никем – о чем леди Чедвик не преминула мне напомнить с таким удовольствием. Сирота, ставшая грубым охотником на оборотней. Что я забыла в комнате, полной людей, к именам которых прилагаются титулы «сэр», «лорд» или «леди»? Может, стоит предложить им звать меня просто Красной Шапочкой?

Я поискала глазами Эдвина. Для осенней ночи было чертовски жарко. Я попыталась вдохнуть. У Эммы определенно был талант одевать дам: я выглядела великолепно, но едва могла дышать. Или, может, я просто нервничала. Эдвин так и не поднялся наверх. Возможно, он больше не хотел меня здесь видеть. Мне было плевать на Кэбеллов, на леди Чедвик и на всё остальное, но мне был дорог Эдвин. Я подвела его во время первой встречи с крестной и не хотела позорить его снова.

Может, лучше просто уйти?

Честно говоря, я не знала, как поступить.

Но одно я знала точно: красное платье, купленное для меня Львиным Сердцем, было потрясающим. Если я и могла когда-нибудь кого-то впечатлить, то только сегодня. И дело было не только в красоте наряда – в нем я сама чувствовала себя красивой. Бог свидетель, леди Чедвик одним взглядом заставила меня почувствовать себя уродиной, но платье вернуло всё на свои места.

Моя рука в длинной атласной перчатке коснулась идеально уложенных локонов. Если не считать «лунного глаза», я вполне соответствовала обстановке.

Я всё еще сканировала залу в поисках Эдвина, когда мой глаз уловил некое движение сбоку. Тень скользнула на периферии зрения, и ладони тут же закололо.

Чудесно.

Придется кого-нибудь прикончить. Мало того, что Филлип Филлипс испортил мое синее платье; если какая-нибудь тварь посмеет испоганить это – клянусь, наступит ад.

Фигура в элегантном смокинге, шляпе и маске чумного доктора направилась ко мне сквозь толпу. Мне не нужно было видеть его лицо, чтобы узнать Эдвина – его осанка навеки запечатлелась в моей памяти. Но сегодня в его движениях чувствовалось, что сэр Эдвин «вышел в свет». И я еще не решила, как я отношусь к этому самому сэру Эдвину.

Эдвин остановился у подножия лестницы и посмотрел на меня.

– Я… Клемени, ты выглядишь прекрасно, – сказал он. – Я не был уверен, что ты спустишься.

– Я и сама не была уверена, стоит ли.

Маска, закрывавшая лишь верхнюю часть лица, не могла скрыть его хмурого взгляда.

– Прости за то, что было днем, – он поднялся ко мне по ступеням. – Я был ошарашен грубостью леди Чедвик. Честно говоря, я просто не знал, что делать.

– Честно говоря, я ожидала от тебя большего мужества, – ответила я, сама поражаясь словам, сорвавшимся с губ.

Весь день я варилась в собственных эмоциях. Наши отношения с Эдвином развивались, и я уже подумывала, что отвечу, если он сделает предложение – даже несмотря на всю эту путаницу с внезапно исчезнувшим Ричардом. Но Эдвин просто стоял и молчал, пока леди Чедвик поливала меня презрением. И он провел с ней весь день, совершенно забыв обо мне. Я начинала сомневаться в его натуре. Не ошиблась ли я в Эдвине Хантере, истребителе демонов? Может, он на самом деле прежде всего сэр Эдвин Хантер, баронет? Теперь я не была так уверена. Одного мужчину я любила. А второй? Второй мне не очень-то нравился.

– Это справедливо, – сказал Эдвин. – Я и сам ожидал от себя большего. Надеюсь, ты сможешь меня простить. Не передать, как я рад, что ты здесь. Ты восхитительна.

– Ты и сам выглядишь весьма щегольски, – ответила я.

При этих словах Эдвин улыбнулся, хотя на его губах играла тень нервозности. Он снова протянул мне руку:

– Войдем?

– Да. Но надеюсь, нам не придется портить наши безупречные наряды, – добавила я, вновь оглядывая зал в поисках того, что там затаилось.

Эдвин замер.

– О чем ты? Что случилось?

– Мне показалось, я видела… В общем, не знаю, что это было. Но здесь что-то затевается.

– Я не удивлен. В половине аристократических семей течет кровь фейри – порой они и сами об этом не подозревают.

Я уставилась на него:

– Это правда?

Он кивнул:

– Сверхъестественные существа всегда тяготеют к изысканному обществу. Спроси хотя бы агента Роуз. Но не забывай, что сегодня Самайн.

– Агент Роуз? Это вполне мог быть дух. Я не видела никого конкретного, просто вспышка и ощущение.

– Твои вспышки и ощущения стоят больше, чем факты большинства людей, – заметил Эдвин.

– А как же ты? У тебя есть предчувствия на этот вечер?

– Признаться, присутствие леди Чедвик выбило меня из колеи. Кажется, я еще никогда не был так не уверен в своей интуиции.

– Ну что ж, тогда я сделаю всё возможное, чтобы направить тебя.

– Прошу тебя. Без тебя я совсем пропаду, Клемени Лувель, – с нервным смешком произнес Эдвин, и мы направились в бальный зал.

Я глубоко выдохнула, чувствуя, как ко мне возвращается былая легкость в общении с ним. Наверное, я всё слишком усложняю. Эдвин почти не дорожит этой светской жизнью. Тот мир совершенно оторван от нашей повседневной работы. Черт, он даже отдал свое огромное поместье, Уиллоубрук-парк, в распоряжение подразделения Пеллинор. Эдвин теперь живет в моем мире. И неважно, одобряет меня леди Чедвик или нет. На самом деле – нет. Важно лишь то, что я чувствую к Эдвину, а он – ко мне. И он мне действительно очень дорог.

Но даже когда я напоминала себе о своей привязанности к Эдвину, другое чувство больно кольнуло сердце.

Его нет.

Он ушел.

Забудь его.

Вспомни, что говорил Куинн: охотники на оборотней не влюбляются в оборотней.

– Готова? – спросил Эдвин, когда мы подошли к двустворчатым дверям.

Я кивнула.

Лакеи с поклоном распахнули перед нами двери.

– Добро пожаловать на бал Всех Святых, – прошептал Эдвин.