Текст книги "Грань. Выбор есть всегда (СИ)"

Автор книги: Майя Молчанова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 9 страниц)

Глава 7

„Музыка – это тишина,

которая живёт между звуками.“

Вольфганг Амадей Моцарт

Я играла, как в последний раз. Вкладывая и душу, и разум, и все то, что можно собрать на задворках моего сердца. Непередаваемое чувство полного погружения в музыку. Бывает, уже и ноты стёрлись из памяти, мелодия мелькает лишь смутным образом, а вот руки… Руки помнят. Закроешь глаза, зазвучат под пальцами первые аккорды, и музыку уже не остановить.

Звуки разносились по всему залу, но эта симфония, пусть даже ее часть, звучала не для танцев. Я не могла оглянуться и проверить, но благодаря Добби я твердо знала, что добилась своего – смолкли разговоры, замерли люди, остановилось время. Осталась только музыка, которую я создавала. Точнее создал ее Бетховен больше двух веков назад, но играла здесь и сейчас я.

В первые секунды, после того как я остановилась, вокруг повисла тишина. Я даже начала волноваться, но в следующий миг словно невидимая стена рухнула, взрываясь аплодисментами и голосами. Да, играть я закончила, реакция последовала, но вот «нужной» я так и не заметила. Во взглядах было все: недоумение, восторг, интерес, безразличие, но узнавания не было. И это убивало мою надежду. Больше всего на свете я мечтала, чтобы один единственный человек услышал то, о чем я умолчала. Неужели напрасно?..

Мне говорили о том, как я замечательно играла, как необычно и ново. А я кивала с глупейшей улыбкой, витая в облаках под стать своему образу, лихорадочно пытаясь придумать что-то еще.

– Это было удивительно! Никогда не слышала подобной мелодики… – подошла ко мне одна из дам, которых я лишь смутно различала по разноцветным нарядам.

Кстати, в этот момент я и осознала очередную скрытую истину. А именно – тайную подоплеку цвета моего платья. Я не любитель пестрых нарядов и даже радовалась своему бледному виду, пока не поняла, что очень уж он мне что-то напоминает. Спросите что? Ответ прост: зимний бал традиционно оформляется в голубых тонах и я, как хамелеон, просто сливалась со стенами. Миссию не привлекать внимания платье выполняло безукоризненно, чего не скажешь обо мне. Кстати, а что мне только что сказали? Нужно ведь ответить…

– Нужно не просто ответить. Соври что-нибудь трогательное. Тебе нужно спеть или сыграть что-нибудь еще, – вклинилась с советом саламандра.

Нужно так нужно… Хуже не будет. К тому же других вариантов я пока все равно не вижу, не идти же мне прямиком в службу безопасности со своими признаниями.

– Ах. Это с родины моей матери. Мелодия предгорий, – опустила глаза в пол "смущаясь" от комплимента.

– Как прекрасно!

Что прекрасного? Мой план трещит по швам! Но сказала я конечно совсем другое.

– Ох, поверьте, вы просто не слышали песен, что она мне пела, вот уж где действительно поет душа.

– Вы же не оставите нас без этого удовольствия?

– Если вы просите. Конечно, я спою. Правда это одно из устаревших наречий, но песня о любви понятна на любом языке, не правда ли?

В праздничной толпе еще мелькали обсуждения необычной для этого мира мелодии, которая благодаря усилителю была услышана в каждом уголке зала, а я уже пела. Пела звучно, громко. Пела, пока никто не напомнил мне о том, что я должна стоять в сторонке сливаясь с обивкой кресел.

Магна смотрела недовольно, Приора скептически, кто-то потерял интерес, кто-то слушал. А я искала взглядом того, кто не просто слушает, а действительно «слышит».

"Покроется небо пылинками звезд

И выгнутся ветви упруго

Тебя я услышу за тысячу верст

Мы эхо, мы эхо

Мы долгое эхо друг друга…"

Рука, лежащая на артефакте-усилителе, механически отстукивает засевший в голове сигнал SOS, а голос льется, как патока, приобщая местный высший свет к творчеству моего мира. Чувствовала себя рыбаком, который ждёт момента, чтобы подсекать. И дождалась!

Он не сводил с меня взгляда, задумчивого внимательного. С таким взглядом вспоминают таблицу умножения, а не смотрят на милую девушку, поющую о любви. И нет, он не был одним из тех, кого приставили за мной следить, они своего внимания нарочно старались не показывать, никогда не глядя на меня прямо.

Я чувствовала это ОН. Должен быть он. Хотя бы потому, что песня подошла к концу.

"Мы эхо, мы эхо. Мы долгое эхо друг друга…"

Последние слова растворились в тихих и громких перешептываниях и комментариях. Место за роялем занял музыкант, наигрывая какую-то лёгкую мелодию напоминающую вальс. Меня же, пока я не учудила ещё чего-нибудь, подхватила под руку Магна, уводя в сторону и не оставляя шанса оглянуться на возможного Витора.

Он ли это? Понял ли, что я хочу с ним связаться? Вопрос хорош, уже тем, что требует ответа. Жаль, что дать его некому. Пока Приора «рассекала танцпол» с очередным кавалером, что не странно, потому как принца на балу я так и не увидела, я в одиночестве подпирала колонну. Хотя в одиночестве это громко сказано. В нише сбоку от меня – один наблюдатель, в зале – второй. Видимо Анурх мне все же не до конца доверяет, даже под печатью, – подумала я с ухмылкой. Все-таки мне удалось попортить ему нервы.

Пользуясь временным затишьем, делаю скучающий вид. Взгляд будто бы случайно скользит по лицам, на самом деле выискивая глаза цвета майской грозы и черную растрепанную шевелюру. Почему-то мне безумно хочется, чтобы именно он оказался Витором. В этой толпе беззаботного веселья он показался мне таким же чужеродным элементом как и я сама. Но, вместо предполагаемого Витора, взгляд наткнулся на кучерявого конопатого рыжика, приглашающего меня на танец.

Уже подумывала отказать, но заметила, что как-то слишком странно рябит его энергетическое поле и это меня заинтересовало.

– Добби, на нем может быть иллюзия? – решила проверить догадку я.

– Вполне, – тебе просто нужно настроиться, чтобы разделить ее на слои, тогда сможешь видеть скрытый облик.

Получив одобрение наблюдающей за мной Магны, я уже с большей охотой подала руку незнакомцу. Незнакомцу, потому как имя оказалось не тем, что мне нужно и я к своему стыду, его просто не запомнила, по сложившейся за вечер привычке.

Иллюзия, под моим неусыпным вниманием, стала похожа на мутную мыльную пленку. Крепкая рука уверенно вела меня в круг танцующих, а я уже мысленно разочарованно вздохнула – не он. Парень оказался утонченным блондином, и вряд ли на нем ещё один слой иллюзии. Но смотрел он на меня с явным интересом и вопросом, что сбрасывать со счетов не стала. Мало ли, сколько здесь попаданцев.

– Вы ведь не просто так пригласили меня на танец? – решила прощупать почву, выводя его на разговор.

– Что ж, вы меня раскусили, – он обаятельно улыбнулся, продолжая вести меня в танце. – На самом деле я хотел переговорить с вами. – Поворот, шаг, рука, это оказалось не так-то просто, вести диалог во время танца. – Песня, которую вы исполняли, она прекрасна. Я много путешествовал, но признаюсь, раньше никогда ее не слышал. Откуда она?

– Я открою вам эту тайну, но только если вы сперва ответите мне, – что бы такое спросить, чтобы узнать наверняка? – Кто такой Винни Пух?

Если он узнал русскую песню, то не мог не знать этого героя.

– Что? – он даже немного сбился с ритма, – простите я не знаком с ним и, честно говоря, не совсем понимаю, какое отношение он имеет к нашему разговору… – озадаченно уставился на меня парень, продолжая вести в танце.

Что же, этого следовало ожидать, а вот к чему я оказалась не готова так это к тому, что именно в этот момент иллюзия стала достаточно прозрачной, чтобы я разглядела лицо своего спутника. Лицо наследного принца Эрторана, который вместо того чтобы стоять по правую руку отца, танцевал со мной, задавая странные вопросы!

Ну конечно! С чего я вообще взяла, что Витор подойдёт ко мне лично? С того, что мне очень хотелось этой встречи? Настолько, что я готова наплевать на безопасность и проколоться на такой мелочи? К счастью, он оказался умнее и опытнее меня и подослал надёжного друга под иллюзией. Причин же подозревать принца в том, что он пытается убить самого себя, у меня точно не было.

Кажется, я даже немного покраснела от стыда, за свою глупость и поспешность, но будем считать, что это я так смущаюсь. Мы как раз кружили неподалеку от одного из наблюдателей и, пусть кокетливость моя была напускной, улыбка Эриду Ан Таллину стала искренней. Он мой, точнее наш, связной?!

Подозрения вызывать нельзя, – поэтому выловив момент, когда мы оказались в "слепой" зоне моих наблюдателей, быстро проговорила. – Ваше высочество, передайте Витору, что говорить я буду только с ним.

В поле зрения мелькнула знакомая тень, и я снова глупо улыбаюсь, строя глазки задумчиво молчащему Эриду. Молчит. Но мне и не нужен его ответ. Я по глазам вижу, что он все понял правильно. Осталось назначить встречу.

– Знаете, мне так повезло с дядей, он такой заботливый, – защебетала я. – Представляете, завтра утром мы отправляемся в салон госпожи Дэниры. Мне сошьют просто прекрасное платье, с вышивкой и кружевами. Как думаете, какой лучше цвет выбрать небесную лазурь или лиловый?

– Уверен вы будете прекрасны в любом наряде, – озадачено обронил принц, вызывая у Добби приступ веселья.

Но музыка стала стихать, и я поспешила завершить разговор, пока он не спросил чего-нибудь лишнего рядом с Магной

– Вы мне льстите, – хихикнула и я за компанию с саламандрой. – Ох, как быстро завершился танец. Я даже не заметила. Проводите, пожалуйста, меня ждет наставница.

– Благодарю за танец, – поклонился он, смерив меня очередным внимательным взглядом и отходя в сторону.

В сторону того, кого я так долго хотела найти и, кажется, у меня получилось. Я стояла в стайке весело переговаривающихся девушек, даже иногда что-то говорила и смеялась. А сама еле сдерживалась, чтобы не искать его взглядом, не привлекать внимания. Ну, ничего, завтра, все завтра. Лишь бы я смогла хоть немного обойти печать. Лишь бы он только меня выслушал…

***

Когда он последний раз высыпался? Неделю назад, месяц? Кажется, с этим отбором все сошли с ума. Эрид, проспавшись, вновь стал самим собой, не вылезая с собраний и разъезжая с проверками по окрестным долинам. А Витор уже которую неделю вынужден крутиться при дворе, присматриваясь к семьям претенденток. К семьям, потому как от самих девушек мало что зависит. Среди почти сотни самых сильных и древних родов оказалось только тридцать незамужних девушек подходящих по основным критериям: благородные, образованные, красивые.

За этот месяц одиннадцать девушек отсеялись из-за проблемной репутации, что недопустимо для невесты принца. Ещё пять забраковали из-за финансовых махинаций или огромных долгов их семей. А последняя и вовсе сбежала из дома, тайно выйдя замуж по любви, что вызвало у принца только светлую зависть.

Итого, осталась чертова дюжина. И именно эти девушки, а также их сопровождающие войдут в ближний круг принцессы.

Кто бы мог подумать, что Вит столько лет осваивал дар и зубрил заклинания ради того, чтобы бесконечно перебирать бумажки с отчетами. Сейчас бы сидеть у себя дома за чашечкой кофе с Эридом и Приотом, или просто завалиться спать, но он нужен здесь. Просто не может бросить друга, хоть принц и скрывается под иллюзией, ловя последние мгновения свободной жизни.

За безопасность на балу Вит не переживал. Вокруг Владыки с дочерью стоит тройной заслон, вокруг всего зала – такой же плюс охрана из десятка полноценных боевых звезд, а среди гостей полно людей из службы безопасности. Поэтому его задача "охранять" принца на самом деле больше походила на "составь компанию".

Устав от шума и суеты, он было потянул Эрида к выходу на балкон, но уже почти дойдя до узких переливающихся светом створок, замер на месте.

Что-то резало слух в звучащей вокруг мелодии, какая-то неправильность. Эрид, заметив поведение Вита, тоже остановился прислушиваясь.

– Интересно звучит… Никогда не слышал эту мелодию.

А вот Витор слышал, и не раз! Вот только было это больше десяти лет назад и совсем в другом мире… Как мотылек на огонь, он, резко развернувшись, зашагал в сторону неизвестного музыканта заставившего его вспомнить слишком известную музыку родного мира.

Вокруг рояля собралась небольшая толпа, и он не сразу смог рассмотреть тонкую девичью фигурку в обилии нелепых кружевных юбок. Странная прическа, напоминающая взрыв на макаронной фабрике, неуместно детское платье, но он с какой-то жадностью впивался в ее лицо, смотрел, как по клавишам уверенно порхают изящные руки. Она была поглощена этой музыкой без остатка, его же с каждой секундой все больше волновал вопрос: откуда она ее знает? И может ли это быть простой случайностью?..

Со стороны он наблюдал, как девушка замирает, отрывая пальцы от инструмента, как поднимает голову с немного отрешенным видом и растерянно озирается, выслушивая комплименты. Наивная и какая-то потерянная девочка, но что-то мелькало в ее глазах, что заставляло его медлить, что мешало просто развернуться и уйти, забыть.

– Эй, друг! Ты чего?

– Ты её знаешь?

– Нет, впервые вижу, наверное чья-нибудь дальняя родственница. Мало ли таких.

– Возможно мало.

– Ты что влюбился? Вот уж чего от тебя не ожидал, – шутливо проговорил Рид, смотря на Вита, но в этот момент незнакомка стала петь.

Вит смотрел на нее, не отводя взгляда, как и многие вокруг. Но остальные не понимали того, что так ясно видел он: либо она, либо кто-то из ее близких – из другого мира! И если так, то знает ли она о нем? Понимает ли, о чем именно поет или повторяет заученные слова? Вот только в ее глазах не было ни глупости, ни наивности, только надежда и затаенная тоска. Странное несоответствие, которое вызывает вопросы и заставляет искать ответы.

Взгляд зацепился за какое-то движение и остановился на изящной девичьей руке, которая выстукивала на крышке рояля мелодию. Три коротких, три длинных, три коротких. Можно было бы подумать, что и это случайность, но короткие резкие движения совершенно не попадали в ритм. А повторяющаяся случайность – это уже закономерность.

– Рид, подойди к ней, пригласи на танец. Делай что хочешь, но узнай, откуда эта песня и кто она сама.

– Что? Слушай, если понравилась девушка, хотя это и странно, подойди сам.

– Это может быть опасно… У меня такое чувство, что девушка не хочет привлечь лишнее внимание.

– Опять твоя интуиция? – Эрид вмиг стал серьезным. – Хорошо, я сделаю. Но за тобой должок.

Эрид, в облике рыжеволосого недотепы, уверено пошагал в сторону замершей у стены фигурки. Вит же остался в стороне, выбрав удобную точку для обзора. Вот он смотрит, как они сливаются с танцующими парами. Со стороны кажется, что они ведут непринужденную беседу, девушка кокетливо улыбается и стреляет глазками, Рид с улыбкой и порой недоуменно на нее поглядывает. Кажется, только один Витор напряженно ожидает окончания этого танца.

– У тебя появился конкурент, – пробурчал вернувшийся Эрид, потянувшись за бокалом.

– В каком смысле?

– Ну, раньше я только тебя через слово понимал, а теперь вас как минимум двое.

– Можешь рассказать нормально? Кто она? – уже не пытался сдерживаться Вит, благо полог тишины накрывает их обоих.

– Зовут Илина, какая-то дальняя родственница Приоры ар Кантор, одной из охотниц на мое сердце, руку (и другие органы). Но знаешь, Вит, ты в который раз оказался прав, она странная.

– А подробнее? Почему я должен вытягивать из тебя слова ты же дипломат?!

– Вот именно. Кто из нас принц?

– Сейчас никто. Ты под личиной. Рассказывай.

– Ладно, принимается. Хотя это довольно непривычно чувствовать себя чьей-то пешкой. Я начал, как договаривались, но она… Кто такой Винни Пух? Твой новый связной? Осведомитель? Почему я о нем не знаю?

– Это она тебя спросила? – Вит стараясь действовать не слишком резко, повернул голову в сторону, стоящей среди подруг, щебетушки в бледном сливающимся с окружением платье. Значит, ему не показалось?

– Ну да. Я попытался развить тему. Но она сразу сказала, чтобы я передал, что разговаривать она будет только с тобой. Причем, что особенно интересно, говорила, она все это обращаясь ко мне "Ваше высочество" и совершенно серьезно. А через секунду продолжила улыбаться и хихикать, неся какую-то чушь.

– Думаешь, за ней следят? – озвучил Вит собственную мысль.

– Не уверен. Может у нее раздвоение личности? Обычная провинциалка, кому она может быть нужна?

– И тем ни менее ей откуда-то известны песни моего мира, и более того – что я их узнаю. Это все что она тебе говорила или было еще что-то?

– Было. Мне, кажется, она пыталась назначить встречу, завтра в салоне Дэниры. И это либо случайность, либо она, знает даже больше, чем мы могли предположить.

– Слишком много случайностей. Предупреди Дэниру.

– Пойдешь на встречу?

– Да. В этом нужно разобраться.

Глава 8

Кто хочет – ищет способ,

кто не хочет – ищет причину.

Сократ

Весь оставшийся вечер я провела как на иголках. Придет, не придет? Хоть иди исследуй местный сад на наличие ромашек, чтобы внести ясность. Несколько раз меня приглашали на танец, и я старательно продолжала играть роль милой глупышки, просто думая о своем, соответственно отвечая на вопросы невпопад.

Что сказать? Как быть с печатью? А вдруг Витор решит, что от меня проще избавиться? Хотя нет, это нелогично, он ведь должен понимать, если не будет меня, Анурх найдет другую…

Точно! На этом и буду настаивать. И вообще, ещё неизвестно позволит ли печать хоть что-то рассказать о готовящемся похищении.

К мысли о том, что нам нужно посетить салон госпожи Дэниры, я подводила Магну и Приору исподволь, постепенно с самого первого дня. И своего добилась. К счастью салон пользовался известностью у аристократов, так что хватило всего нескольких осторожных намеков, чтобы гардероб для отбора Приоре заказали лучший из лучших, а главное – в нужном мне месте. Ну и для меня пару платьев сшили в последний момент.

– А как нам в салон этот завтра то попасть? – задумчиво пробормотала Добби, озвучивая вопрос, вариации решений которого я вертела в голове на протяжении нескольких недель как головоломку.

– Было бы желание, а способ всегда найдется. Ломать – не строить.

Нет ничего более напоминающего хаос, чем попытка навести порядок. По крайней мере, именно такое впечатление сложилось у меня, едва я увидела развернувшиеся в холле особняка сборы.

Как должен проходить «отбор невест» для меня оставалось тайной за семью печатями, ведь кроме общих фактов мне так ничего и не объяснили. Но Приору собирали так, словно она уже переезжает в замок насовсем. Паковали платья, крепили чемоданы и сундуки, что меня, если честно, даже пугало, ведь с учётом подпространства, сколько же там нарядов?

Моя роль при ней была чем-то средним между компаньонкой, секретарем и служанкой. По крайней мере, так должны думать все вокруг. Ну а мы с Добби не думаем, мы действуем. Хотя сейчас самая сложная задача ложится исключительно на саламандру, а я, уже почти привычно, стою в сторонке, имитируя важную деятельность и обеспечивая собственное алиби. Переложить что-нибудь с места на место, пройтись, вернуться, принести, подать. Главное, всегда на виду, и, если что – я ни в чем не виновата.

Добби же, пользуясь своей временной невидимостью и воздушностью (нет худа, без добра), зависла на светильнике под потолком. Можно было конечно сразу пробраться в один из сундуков с парадными платьями и просто поджечь, но тогда могли возникнуть вопросы к самим платьям и соответственно салону, а это было не желательно.

Теперь же саламандра как гимнастка-акробатка висела под самым куполом и увлеченно разжимала крепления светильника. Один паз, второй. Я наблюдала за всем этим действом через зеркала, которых в главном холле было предостаточно. И вот разжимается третье и последнее крепление, шар охватывается пламенем и несется вниз, но под "случайным порывом ветра" имя которому также Добби, удачно приземляется прямо в ворох бальных платьев, заполнивших доверху один из самых крупных сундуков.

– Хорошо горят! – в восторге воскликнула саламандра. – Вот уж лапки мои золотые. Нет им цены!

Красочно! Ты молодчинка! – подтвердила я, наблюдая, как яркими радужными искрами полыхают платья, лучше любых фейерверков.

А на сердце-то как хорошо от проделанной пакости. Оказывается глубоко во мне жил маленький, но очень творческий поджигатель. И дело сделали, и настроение подняли… Себе. Можно даже запатентовать способ борьбы с хандрой.

Но всего должно быть в меру. Как там полагается по канону…

– Горим! Пожар! – закричала я первая, показывая на вспыхнувшие платья. Скрывая так и рвущуюся на лицо улыбку, хватаю вазу "стараясь" залить огонь водой вместе с цветами.

– Что стоите, олухи? Тушите! – кричала в истерике Магна на оторопевших слуг.

– Платюшки мои! – только и прошептала ослабевшим голосом Приора, тут же решительно хватая соседнюю вазу.

Так… – примерилась к масштабу разрушения. – Думаю, уже достаточно. И пока остальные носятся в поиске воды, я подбегаю к сундуку и, захлопнув плотно прилегающую крышку, отрезаю поступление воздуха. Пригодилась всё-таки физика, зря я на нее родненькую в школе наговаривала.

– Что ты делаешь? – взвизгнула на особо высокой ноте Вобла, пытаясь сдвинуть меня с места.

– Тушу. Там же все наши бальные платья! – распахиваю сундук, в котором уже перестал гудеть огонь, и добавляю ноток паники в голос. – Наши наряды! Это ведь кошмар! Нужно что-то делать! Делать что-то нужно!

Увидев, что огня больше нет Вобла немного успокоилась, а вот до Приоры дошел весь ужас ситуации.

– Я не могу быть посмешищем! Отец не простит, – икнув заявила она, со страхом покосившись на лестницу, по которой величественно спускалась Киосса Ар Кантор.

– В салоне такие мастерицы, они ведь успеют все спасти? Тут всего-то подновить пару платьев, – закинула удочку я.

– Магна, нам нужно в салон госпожи Дэниры! Срочно! – под взглядом матери Приора снова превратилась в эдакую решительную ледышку. Но посыл мой она уловила вовремя.

– Что здесь происходит? – холодно спросила хозяйка дома, впиваясь ледяным взглядом в Магну. Теперь понятно, кого пытается копировать Приора.

– Досадное недоразумение с платьями, Ара Кантор. Но время есть, мастерицы Дэниры все быстро поправят, – заискивающе проскулила Магна.

Бывают же такие люди, которые на всех «ниже» смотрят снисходительно, а перед теми, кто «выше» готовы в ногах валяться. Противно.

– Отправляйтесь немедленно. К вечеру она – небрежный взмах в сторону дочери – должна быть готова!

Меня в расчет не берут вовсе, это понятно, а вот за Приору стало немного обидно. Но в любом случае, главное результат. Мы едем в салон!

– Один-ноль, в нашу пользу, – довольно цокнула языком Добби.

Ну а что, сами подпалили, сами потушили. Мы вообще девочки самостоятельные.

Шуршит похрустывая и поскрипывая снег, тихо гудят колеса, приветливо распахиваются перед нами двери небольшого, но изящного и даже по своему уютного здания. Несколько девушек-мастериц уже предупреждены о нашем визите и мигом подлетают к пострадавшим платьям, сочувствующе охая и кивая в такт причитаниям.

Госпожа Дэнира, тоже поспешила выразить сочувствие, но вот незадача, споткнулась, так неловко выплескивая на меня один из красителей стоящих на подставках вокруг стойки. По платью стремительно расползается темно синие пятно, красивый оттенок, кстати, глубокий, а я, замерев, жду продолжения спектакля. В кои-то веки не мне одной отдуваться.

– Ох. Мне так неловко! Но вы не волнуйтесь. Мы сейчас все поправим, – с этими словами она хватает меня за руку, утягивая вглубь коридора, на что и Магна, и Приора отреагировали снисходительным безразличием.

У них трагедия, им надо высказаться, какая разница, что там могло стрястись у меня…

Стоило же нам оказаться наедине – Дэнира моментально перестала охать и причитать, лишь с любопытством поглядывая на меня. Мы шли по каким-то узким проходам и лестницам, я даже сбилась со счету пытаясь запомнить путь.

Если что-то пойдет не так, пробью защиту и перенесусь, сил хватит – решила и перестала заниматься ерундой. Наконец мы замерли перед неприметной подвальной дверью, и Дэнира пропустила меня вперёд.

– Он ждёт.

Я кивнула и решительно, отбросив все свои страхи и сомнения, вошла в темнеющий проход.

Небольшая комнатка, единственный источник света слабо переливается небольшим голубоватым огоньком в углу. И этого едва хватает, чтобы выявить простой, даже аскетичный интерьер и застывшую в полумраке темную фигуру со знакомым лицом.

Те же небрежно растрёпанные черные волосы, те же глаза, похожие на грозовое небо. Простой, но качественный костюм из мягкой кожи, меч в потёртых ножнах, лежащий рядом, теплый плащ. На вид Витору можно дать около тридцати лет. Характер… Человеком простодушным он не казался, взгляд цепкий, но зла и высокомерия в нем нет. Да и поле чистое, яркое, как энергетическое, так и эмоциональное. А недоверие – это мелочи, я ему тоже пока не спешу верить. Особенно после истории с Аларом.

– Здравствуйте Ви-К-тор, – произнесла я практически по слогам, по изменившемуся взгляду и руке протянувшейся к оружию, понимая, что попала в точку.

– Кто вы, и о чем хотели поговорить? К чему такие сложности?

– Кто я, зависит от вас, – ответила настороженно, не спеша открываться. – Либо ваш надёжный союзник, либо невольное оружие в руках ваших врагов. Но прежде чем мы продолжим этот разговор, я настаиваю на взаимной клятве о молчании и не причинении вреда.

Интересно, в этом мире есть что-то вроде программы защиты свидетелей? Я бы не отказалась…

– Вы понимаете, что сейчас не в той ситуации, чтобы что-либо требовать? На этом помещении стоит защита, а по одному моему требованию здесь появится звезда боевых магов с приказом на ваш арест.

– Это ваше право, можете так и поступить. Хотя спасибо, что не вызвали их сразу, а то, боюсь, этот разговор вы вели бы либо с пустотой либо с моим бездыханным телом.

– Как это понимать?

– Можете не верить. Но в ваших рядах завелась крыса. Предатель, стукач, как ещё их называют? И это не я.

– Разве? – новости его явно не обрадовали, но он все ещё меня слушает, пусть и без радости, а это уже что-то да значит. – Я думал, что именно за тем вы и искали меня, чтобы поделиться информацией о моих врагах.

– Есть разница предать врага или вонзить нож в спину друга, не находите?

– Хорошо, будем считать – я вам верю. Клянусь не причинять вреда и не разглашать никаким способом того, о чем здесь и сейчас будет вестись речь.

Я повторила стандартную формулировку клятвы, протягивая левую руку. На короткий миг наши ладони соприкоснулись, и их связало нитью золотистого света. Минус ещё один мой страх. Теперь можно говорить немного откровеннее.

– Отлично, – сказала, отняв руку. Мы словно выпили на брудершафт. Почти свои.

– И ты даже не будешь спрашивать, знаю ли я кто такой Винни Пух?

– А нужно?

– Думаю да. Поставим точку в этом вопросе. Это медведь, герой одного старого советского мультфильма, который я смотрел в детстве.

– Спасибо, – я не ошиблась! Он из моего мира. Неважно как, но я не одна. А значит, и хотя бы послать весточку обратно, на Землю должен быть шанс. – Я тоже смотрела.

Ответила и улыбнулась, искренне и радостно, со счастливыми слезами на глазах. Так, как давно не улыбалась.

– Тогда может все же ответишь, кто ты, как и когда здесь оказалась? – улыбка моя медленно увяла, как те самые помидоры.

– С этим есть небольшая проблемка, – вспомнила я про печать и поморщилась. – Я попробую, но если, что не пугайся, умереть не должна.

По крайней мере, так говорила Добби и, прежде чем он успел что-то спросить, прежде чем я сама передумала, заговорила: «Меня зовут По…». Тело обожгло огненной волной расходящейся от правого плеча, голову прострелило болью, в ушах зазвенело и я, потеряв равновесие, упала на пол, прижимая руки к вискам. Не должно ведь было так больно быть?!

– Добби. Я думала, у тебя получилось…

– Видимо имя было одной из первых установок, после похищения принцессы. Они самые сильные.

Я раскачивалась из стороны пытаясь отрешиться от боли. Было всё равно что я сижу на полу непонятно где, что нужно спешить, ведь меня все ещё могут хватится. В какой-то момент на виски легли чьи-то холодные пальцы, хотя почему чьи-то, Витора, больше здесь никого не было. Но главное мне стало немного легче, я даже смогла открыть глаза.

– Что ты делаешь? – спросила охрипшим голосом.

Я что кричала? Витор кстати тоже выглядел неважно.

– Забираю боль. Я ведь стихийник, а не лекарь. Что это за клятва?

Я выразительно посмотрела на него.

– Прости, понял. Больше не спрашиваю, – он поднялся, подавая мне руку и помогая встать и тут же рухнуть, но уже в удобное кресло.

– Спасибо.

– Пока не за что. Я сталкивался с подобными заклятьями, ни к чему хорошему такое запечатывание не приводит, – проговорил он мрачно. Ну, спасибо поддержал и обнадежил. – Напрямую ты не сможешь сказать ничего из того что попало под запрет.

– Знаю. Можешь называть меня Илина. А это. Я должна была удостовериться сама. Да и тебе объяснить.

– Глупо так рисковать. И я не представляю чем тебе помочь.

– Просто задавай вопросы. Себе, мне. Не важно. Иногда молчание, красноречивее любых слов.

– Что ж, давай попробуем. Ты с Земли?

Хотела ответить «да», но горло сжал спазм, не успела я вымолвить и звука. Должен быть ведь способ. Сыграем с ним в шарады?

– Я родилась на родине Пушкина, – получилось! – Кстати у меня примерно те же вопросы и к тебе.

– Откровенность за откровенность. Я попал в магическую аномалию, когда мне было тринадцать. С тех пор здесь. Ты как-то связана с заговорщиками, или это просто предлог для начала разговора?

На этот вопрос я ответить не смогла. Никак. Я мысленно делала винегрет из слов, фраз и образов. Ничего, только голова разболелась, а когда Витор спросил, знаю ли я Анурха, просто потеряла сознание. Лучший способ не проболтаться, находиться в отключке. Видимо такая логика у этой магии. Но очнулась я быстро и на удивление безболезненно, хотя глядя на побледневшее лицо Витора, кажется, знаю почему.

– Попробуем иначе – я буду тебе говорить, а ты слушать. Если я прав – говоришь или киваешь, если нет – молчишь и не двигаешься. Печать не может затрагивать все, только то, что может навредить ее создателям. Ты появилась здесь в Августе? – спросил он будто бы наугад, но если так, то у него просто феноменальная интуиция.

Я настороженно кивнула.

– Ты призвала элементаль в дом старосты деревушки около священных рощ?

– Ты знаешь про Тики? – получается, он тоже искал меня?

– Ты! – между тем утвердительно произнес он улыбаясь. – Объяснишь зачем?

– Я просто хозяев поблагодарить хотела, а у меня ничего не было.

– Разбойники, выложенные на дороге рядочком это тоже ты?

– Они первые на нас напали.

– А скрипачка в маске?