![](/files/books/160/oblozhka-knigi-slepye-chuvstva-si-378056.jpg)
Текст книги "Слепые чувства (СИ)"
Автор книги: Марк Иванов
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 53 (всего у книги 62 страниц)
Проехав где-то с десяток станций, Ваня вышел на знакомой остановке в тени тёмно-красной листвы, спасавшей его от жарких лучей полуденного Марсианского солнца. Пройдя знакомой тропинкой, он зашёл в небольшое одноэтажное здание с круглыми столиками на крытой веранде и заказал на одну порцию фирменного красного мороженого «с собой».
Выйдя на улицу, Ваня в последний раз оглядел это место, с которым неразрывно было связано так много воспоминаний… и заметил на одной из скамеек знакомую фигуру в летнем платье и жиденькими рыжими волосами чуть ниже плеч. Седьмая. От шока внезапного осознания он чуть не уронил на землю бумажный пакетик с холодным лакомством. Она не замечала не только его, а вообще всё, что происходило вокруг и была всецело поглощена чтением книги. На минуту в голове Вани промелькнула яркая мысль – подойти, познакомиться и наконец-то узнать её настоящее имя, и он даже сделал первый шаг в сторону девушки, но… в самый последний момент Ваня остановился и шепнул себе под нос:
– Как бы вам с Читателем, этого не хотелось, но я не могу подойти к ней. Этого мне не позволит сделать… нет, не СВЦ, а собственная совесть. Достаточно лишь того, что я вновь увидел её усыпанное веснушками лицо… Автор, мороженое у меня, вытаскивай, пока не растаяло.
Максим
СВЦ № 1; действующие лица: Костя, Петя; возраст Максима: 5 лет.
Отсиживаться дома в такое прекрасное зимнее утро, когда ясное солнце на безоблачном небо, прыгает своими лучами по белоснежным сугробам, а порывы лёгкого ветра сдувают снежинки с лысых деревьев – дело грубое и непростительное. Тем более именно в этот день сошлись все карты: солнечная погода вкупе с лёгким потеплением, какие могут случиться даже в бьющим все температурные рекорды январе, слегка растопили снег, сделав его липким и податливым. В дополнении ко всему этому, сегодня у Максима выдался внеочередной выходной: в связи с… довольно неприятными вчерашними событиями, его отец, всеми силами пытаясь загладить свою вину, разрешил ему не ходить в ненавистный большинством детей детский сад.
Одеваясь, Макс не отлипал от окна, глядя с высоты третьего этажа на усыпанный снегом двор. Ему хотелось слепить самого большого снеговика на свете, такого огромного, чтобы все пооткрывали от удивления свои рты. Он натягивал на себя одежду в крайней спешке, как солдаты после боевой тревоги или пожарники, выезжающие на срочный вызов, всеми силами пытаясь как можно быстрее оказаться на улице, подальше от душного плена этой квартиры. Сборы закончились, как только Максим налепил поверх рассеченной брови свежий пластырь и надел на свою голову миниатюрную шапку-ушанку.
Однако все его планы слепить снеговика в гордом одиночестве рухнули, стоило ему лишь выйти из дома. Из ниоткуда взявшийся парень примерно его возраста катил по двору снежный ком, чьи размеры уже приближались к росту мальчика. Было видно, что толкать этот огромный снежный шар – это работа не из простых, но он не сдавался и несмотря ни на что продолжал напирать на него всем своим телом.
Глядя на эту картину, Максим на секунду замер в раздумьях. Его знатно расстроил тот факт, что ему придётся «делиться» драгоценным снегом с каким-то незнакомым пацаном, но возвращаться домой, к отцу, хотелось ещё меньше. Он шагнул вперёд, вышел из-под козырька подъезда и начал скатывать первый из трёх комов, который должен был лечь в основание его снеговика. Макс старался держаться подальше от незнакомца и даже не смотреть в ту сторону, поэтому внезапный голос прямо у него из-за спины заставил его вздрогнуть от неожиданности:
– Эй, мальчик! Давай я помогу, а то в одиночку этот снежок до моей крепости не дотащить.
Максим обернулся и увидел, что пацан стоял буквально в паре метров и внимательно разглядывал кусочек пластыря, торчащий у него из-под шапки.
– Ну чего ты встал? Или ты строишь свою крепость? Как хочешь, но вместе ведь веселее…
– Я… – пробормотал Макс в ответ, – я хотел слепить снеговика.
– Снеговик? – мальчик усмехнулся, – их же только девочки лепят. Настоящие мужики строят огромные крепости. А ты ведь мужик! Вон, у тебя даже пластырь под шапкой торчит. Подрался?
– А… это… Нет, меня папа вчера ударил.
Незнакомец тут же изменился в лице и проговорил тихим шёпотом:
– Ты… лучше не говори так никому, а то… тебя заберут в детдом, а там будет ещё хуже, чем сейчас, – затем он вернул своему голосу прежний бойкий тон и продолжил, – давай лучше дружить, так нам обоим будет гораздо легче! Я совсем недавно переехал в этот дом с мамой и ещё никого здесь не знаю. Меня зовут Костя, а тебя?
– Максим. Очень приятно познакомиться.
– Ага… Ты ведь в «Малышок» ходишь? В какую группу?
– Да, в «Малышок», а группа «Гномики».
– О! – лицо Кости тут же расплылось в радостной улыбке, – так мы будем в одной группе! Я начну ходить к вам со следующей недели. Ладно, говорить можно долго, а вот крепость сама себя не простоит. Давай, толкай этот снежок к моему, – парни дружно взялись за снежный ком и покатили его на другой конец двора.
Между делом Костя успел задать своему новому другу целую гору вопросов: «Чем в садике обычно кормят?», «Насколько злые там воспитательницы?» «Включают ли там мультики?», «Пробовал ли кто-нибудь оттуда сбежать», «В каком подъезде он живёт?» и прочее. Максим отвечал ему так, как не отвечал ещё ни одному человеку в своей жизни: максимально подробно и развёрнуто. Что-то притягивало его к этому бойкому и резвому пацану, но, несмотря на все размышления, пятилетний мозг так и не смог понять, что именно…
Ком за комом и вот уже возвышается настоящая снежная стена. Работая в команде, парни смогли не только управиться с делом в два раза быстрее, но ещё и возвести второй ряд снежков прямо над первым. Поодиночке они бы ни за что не смогли поднять тяжёлые комья и поставить их друг на друга, но для объединенных усилий это оказалась даже проще, чем запустить комок в сидящую на ветке птицу.
К вечеру, когда январское солнце начало потихоньку подкрадываться к горизонту, крепость была полностью готова: посреди двора красовалось неприступное кольцо стены три метра в диаметре и полтора метра в высоту с небольшим потайным лазом, куда могли пролезть только они или их ровесники. Сидя внутри своего маленького архитектурного шедевра, ребята довольно простукивали его стенки, оценивая их прочность.
– Ещё бы водой полить… – задумчиво сказал Костя, – хотя-бы снаружи, чтобы по стене нельзя было забраться.
– Это типа как горка? – спросил Макс, – чтоб враги скатывались?
– Ага… Только врагов пока никаких нет…
Сразу же после этих слов в крепость прилетел снежок, который кто-то запустил туда навесом, а вслед за этим по двору пронесся бойкий голос:
– Эй там, в замке! Выходи на честный бой!
Ребята осторожно высунулись из-за стены и увидели двух взрослых парней, стоявших на лёгком отдалении друг от друга. Их лица были плотно перевязаны тёплыми, слегка покрытыми инеем, шарфами по самые глаза.
– Вы кто ещё такие? – спросил Костя.
– Я – это ты из будущего, – с усмешкой в голосе сказал парень, стоявший впереди, – ха-ха, да шучу я… Мы шли со школы и увидели вашу крутую крепость. Не хотите испытать её? Как насчёт дружеской перестрелки два на два?
– Вы ведь гораздо старше нас. Так не честно!
– Зато у вас есть настоящий замок, в котором можно спокойно спрятаться от огня, а мы стоим здесь как на ладони. Мне кажется, что это вполне равные условия. Ну что, будете драться или струсили?
– Мы? Струсили? – Костя вспыхнул как спичка, схватил с земли комок и запустил им в парней, крича на весь двор – да я вас двоих сейчас на части разорву за такие слова!
– Отлично, – уворачиваясь от снежка, ответил он из будущего – Правила такие: попали в голову – убит, в остальные части тела не считается. Начали! Петя, заходи слева!
Его спутник с большой неохотой зачерпнул руками небольшую горсть снега. Всем своим видом он показывал своё пофигистическое отношение к этой детской забаве, но как только меткий выстрел мелкого Кости угодил прямо ему в плечо, и, рассыпавшись, залил своими обжигающе-холодными осколками глаза, то Петя тут же встрепенулся и перестал сдерживать себя.
– Если не хочешь бегать, то стреляй в крепость навесом и делай так, чтобы они не высовывались, – сказал ему Костя, – а я попробую подобраться к ним поближе.
Он не хотел соглашаться со словами своего врага, но, похоже, в данной ситуации это был единственный оптимальный выход. Петя, словно мортира, начал обстреливать крепость снежками, и, чтобы случайно не подставиться под «шальную пулю», ребятам пришлось прижаться к одной из стенок, ведя ответный огонь практически в слепую. Тем временем, Костя из будущего, сжимая в каждой руке по снежку, всё ближе и ближе подбирался к крепости. Его план был прост: одним прыжком перемахнуть через неё и накормить этих малышей снегом. Уворачиваться от их слепого огня было проще простого и с каждым шагом он подбирался всё ближе и ближе к своей цели…
– Нам надо что-то делать! – сказал Костя Максу, – тот пацан скоро подойдёт и расстреляет нас в упор! Как у тебя с меткостью?
– Да вроде не плохо…
– Тогда давай сделаем так: я выскочу и побегу на них, и пока эти двое отвлекаются на меня, ты сможешь хорошенько прицелиться и запустить каждому снежок в лицо. Справишься?
– Я попробую…
– Хорошо. Вперёд!
С настоящим боевым криком Костя перемахнул через стену и побежал прямо на себя из будущего. От неожиданности и дерзости такой внезапной атаки опешил даже Петя, а Косте же удалось опомниться буквально в самый последний момент. Он запустил снежок в подбегающего к нему парня и попал прямо ему в лицо… Однако в следующий момент точно такой же снежок прилетел и в его голову. Глядя на отплёвывающихся от снега Кость, Петя на пару секунд замер в изумлении, а делать это прямо посреди снежной баталии – открытое самоубийство. Его глаза вновь обжёг холодный снег, который разбился о шапку после идеального навеса.
– Да! – радостно закричал мелкий Костя, – Победа! Макс, ты красавчик! Теперь мой самый лучший друг!
– Молодцы, – сказал Костя из будущего, – отличная игра. Вы двое – хорошая команда. Ладно, пойдём, у нас ещё дел навалом… Гудбай, пацаны!
– Пока! – ответили ребята, махая им на прощание, – выходите ещё как-нибудь поиграть! Завтра мы зальём стены и вы ни за что не сможете на них забраться!
– Обязательно… Удачи вам, – парни завернули за угол дома и скрылись из виду мальчиков. Костя стянул с лица шарф, повернулся к своему попутчику и сказал, – ну чё, всё ещё хочешь убить меня за прошлые обиды? Поиграли мы вроде неплохо.
В ответ Петя остановился, заставив тем самым Костю посмотреть на него с искренним непониманием и изумлением.
– Видишь, – сказал он, приподнимая свою верхнюю губу и показывая тёмную дыру, которая красовалась вместо одного из клыков, – Простые снежинки вряд ли смогут исправить то, что ты и твои дружки сделали мне и не только мне. Думаешь я так просто смогу забыть всё это? Был бы у меня нож, то я, не задумываясь, пырнул тебя, однако сейчас я могу сделать лишь это.
Петя с размаху врезал Косте прямо в челюсть. Ломик пошатнулся, но остался стоять на ногах, а его глаза наполнились первобытной яростью.
– Ах ты! – взревел он, набрасываюсь на Петю, – Ну ладно, хочешь по старому, давай по старому. Я ведь не против выбить тебе ещё один зуб.
Кулак был уже буквально в сантиметре от его лица, но… к чёрту эту драку.
***
СВЦ № 2; действующие лица: Антон, Вася, Рита; возраст Максима: 16 лет.
– …парни, можете даже не пытаться отговаривать меня. Я сказал, что пойду, а это значит, что я пойду туда, – с жаром сказал Макс.
– Цитаты великих людей… – ответил Костя под одобрительный смешок Ани, – «Я сказал, что пойду, а это значит, что я пойду». Конфуций. Пятый век до нашей эры.
– Почему ты так упорно отказываешься прислушаться к нашим словам? – добавила Аня, делая глоток из стеклянной бутылки, – Поверь моему женскому сердцу, эта стерва никогда тебя не любила.
– Ага, – включился Вороба, – у вас никогда не было и не будет так же, как у этих двоих…
Все разом посмотрели на один из дальних углов просторного гаража, куда пристроится Олег со своей девушкой. Они буквально прилипли друг к другу в бесконечном животном поцелуе, а их руки старались ощупать и погладить буквально каждый сантиметр тела партнёра.
– Они ведь нас даже не слышат… – многозначительно протянул Костя, – Эй! Камчатка! – уже крикнул он в их сторону, – харе! А то губы сотрёте.
В ответ Олег лишь показал своему другу средний палец, чем вызвал у уже знатно охмелевший к этому моменту Ани целую бурю смеха.
– Вот так, значит… А ничего, что вы сейчас сосётесь в моём гараже? Я, как бы, могу вас выгнать… Не? Не страшно? Ладно… Эх, у этих двоих на уме лишь бухло и любовь, правда Крыса? – Костя приобнял Аню за плечо и посмотрел в глаза своего друга, – дружеский совет: ходить на такие дискотеки одному, без друзей, – гиблое дело. Однако я не твой папочка и отговаривать тебя не собираюсь… Иди, если хочешь, но наше мнение по этому вопросу ты знаешь. И только не говори потом, что мы тебя не предупреждали…
Вместо ответа Макс молча встал со своего места, накинул на себя легкую осеннюю куртку и вышел из тёплого гаража прямиком в прохладный, субботний, мартовский вечер. Закурив сигарету, парень взял свой курс на юг, прямиком к концертному залу. Начиная с прошлого месяца там, в недавно отремонтированном зале на втором этаже, на регулярной основе начали проводить такую… «вещь», как молодёжные дискотеки. Возможно у организаторов этой вакханалии были вполне благие намерения: дать местным старшеклассникам хоть какое-то общественное развлечение и уберечь их «морального разложения», в котором они обязательно погрязнут без чуткого присмотра взрослых; однако всё это звучало хорошо лишь на бумаге…
Эти дискотеки как раз и стали эпицентром «морального разложения»: выпивка в бутылках из-под колы и постоянные драки, начинавшиеся из-за малейшего пустяка в духе случайного толчка плечом на танцполе или брошенных в алкогольном бреду оскорблений были ещё верхушкой айсберга. Каждую субботу концертный зал превращался в настоящий филиал Содома и Гоморры, и последствия, которые эти молодежные дискотеки влекли за собой, были поистине ужасными. За короткий период их проведения подскочили все показатели, которые только могли подскочить – от повального спада успеваемости в девятых-одиннадцатых классах до резкого скачка подростковой беременности. Глядя на эту ужасную статистику, администрация даже не задумываясь прикрыла эту «богадельню», но то было в апреле, а сейчас на дворе стоял лишь март…
Подходя к концертному залу Макс достал телефон и написал сообщение своей девушке. Ещё с понедельника он договорился о том, что проведёт эти выходные с Костей, однако она, мягко говоря, недолюбливала общество этого парня и при любом удобном случае старалась выдернуть из него и Макса. Сегодня её уговоры переросли в настоящие угрозы: она поставила ультиматум – либо он идёт на дискотеку и проводит время с ней, либо они расстаются. Парень не мог пойти на такой шаг и потерять по-настоящему любимого человека, сколько бы Костя с Аней не пытались убедить его в обратном. Несмотря на все громкие заявления, он был уверен в том, что они будут любить друг друга до самого гроба…
Пройдя мимо выясняющих отношения, и уже готовых сорваться в массовое мордобитие компаний из двух школ, Олег толкнул тяжёлую входную дверь, и его обдало настоящей волной гремящей музыки. Макс Корж в своей фирменной «пацанской» манере тянул «Малый повзрослел», песню, которую раз за разом продолжали заказывать местные пацаны в толстовках и спортивной одежде. Однако самого Коржа редко когда удавалось различить среди целого хора отчаянно орущих голосов. Именно в такой обстановке Макс и поднялся по широкой лестнице на второй этаж, где его уже ждала девушка. Они слились в объятьях и поцеловались.
– Наконец-то ты пришёл, – из-за стоявшего вокруг шума ей приходилось буквально кричать ему на ухо, обдавая лицо Максима волной перегара и отвратительного запаха дешёвых сигарет, – ты сделал правильный выбор, мой принц.
Они вновь поцеловались и Максиму стало буквально не по себе от состояния девушки. Она была пьяна, причём настолько сильно, что еле могла держаться на ногах, но её голос и поцелуи источали крайнюю уверенность, будто девушка много лет готовилась к этому шагу и отточила все свои действия до автоматизма. Однако все его дурные мысли и подозрения на её счёт тут же вылетели из головы, как только она сказала, глядя прямо в глаза:
– Ты ведь на прошлой неделе сдал на права, а я ведь так и не поздравила тебя… Правда мне вообще нечего подарить тебе… кроме себя. Пойдём…
Она взяла Макса за руку и потащила его на улицу прямо так, в кофте, джинсах и без намёка на верхнюю одежду, но он не обращал на это внимания – все его мысли были заняты предвкушением предстоящих событий. Они вышли на улицу, прошли мимо тех самых ребят из второй школы и первой гимназии, чей отчаянный спор на повышенных тонах уже давно перерос в драку, и свернули в один из тёмных переулков. Пройдя по нему метров сто, девушка потянула Максима в какую-то мрачную подворотню, где, по её словам, «их никто не потревожит», но…
Стоило ему завернуть за угол, как его плечи тут же схватила пара крепких рук, а перед его лицом из неоткуда всплыли три недовольных лица, к которым присоединилась ядовито ухмыляющаяся девушка…
– Ну чё, добегался, Крысёныш? – сказал один из парней, – С пацанами ты у нас можешь всё, а вот один небось уже в штаны наложил… С вами, ублюдками, только так и надо разговаривать… Ничего, сейчас мы тебя так отделаем, что ты даже доползти до своего Кости не сможешь…
Антон, Вася, Рита, ваш выход. Не торопитесь, пусть они немножечко поколотят Крысу. Я дам вам знак.
– Окей, – ответил Антон, поправляя свои ножны и прижимаясь спиной к обветшалому сараю, с другой стороны которого доносились приглушенные крики и звуки ударов, – ну чё, ребят, как жизнь? Давайте хоть познакомимся, что ли? Насколько я помню, мы с вами раньше пару раз пересекались в музыкалке.
– Ага, – под утвердительный кивок Риты ответил Вася, – ты, вроде, неплохо играл на пианино…
– Почему играл? Я люблю стучать по клавишам. Слышал бы ты, что я недавно слабал в твоём прошлом…
– Ага, до сих пор помню то, с каким жаром ты играл ту песню… Наверное я должен поблагодарить тебя за то, что благодаря тебе проснулась моя страсть к музыке…
– Не стоит… – Антон скрестил руки на груди и обратился к Рите, – а с тобой мы виделись на фортепьяно? Скажи, ты тоже всей душой ненавидишь нашу музыкальную школу, её старых преподов и этот тупой чёрный рояль?
– Это ещё мягко сказано…
– Кстати… – подхватил Вася, – я ходил туда кучу лет, и всё это время меня мучал один вопрос… Как этот огромный рояль попал на сцену? Типа… вы ведь помните эти малюсенькие двери? Его не протащить через них даже по частям…
– Хм… – Антона явно не на шутку заинтересовал этот вопрос, – а ведь если задуматься… Действительно, как?
– Может его принесли туда до того, как построить стену?
– Хочешь сказать, что музыкалки строят вокруг роялей? Это звучит… как какой-то мем.
– Ну а как ещё он мог там оказаться? Автор телепортировал его из будущего и рояль – ещё одно СВЦ?
Не отрицаю этого… Ладно, думаю они достаточно потрепали его. Действуйте. Можете не сдерживаться – Максу это всё покажется галлюцинациями после сильного избиения. Хорошо, что он не знает, как они работают на самом деле.
Антон вытащил свой мигом почерневший меч из ножен и резко вскинул левую руку в воздух. На секунду вся ближайшая округа осветилось яркой вспышкой, а через мгновение послышался настолько оглушительный грохот, что все редкие машины, припаркованные неподалеку, хором запищали. Вася с Ритой достали из карманов по пистолету и завернули за угол сарая, стреляя в воздух холостыми патронами. При виде этого внезапного и жуткого зрелища вся компания, избивавшая Макса, сверкая пятками бросилась наутёк, оставляя его лежать на земле в полубессознательном состоянии.
– Вроде цел, – бегло осматривая его сказала Рита.
– Помнишь инструктаж по использованию ИОБ? – спросил Вася, – Лично я нет.
– Конечно помню, – ответила Рита, сжимая в своих руках какой-то квадратный предмет, – я ведь в тот момент не болтала с Петей, а внимательно слушала майора. Смотри и учись.
Она нажала на какую-то кнопочку и из нижний части квадрата вылез ряд тонких иголок, которые с размаху вонзились в плечо Максима. После нажатия на вторую кнопку, по его венам потекла обезболивающая жидкость.
– Всё, через минуту он сможет подняться на ноги и добраться до Кости, можешь забирать нас.
Окей…
На Максе буквально не осталось ни одного живого места. После настоящего града из ударов ему начали мерещиться какие-то странные образы, а всё происходящее напоминало сюрреалистический пейзаж. Но несмотря на адскую боль во всём теле и прочие преграды Максу удалось дойти, или, вернее сказать, доползти до гаража Кости. Ввалившись внутрь он смог бросить лишь одну фразу:
– Костян… Прости меня… Вы все были правы.
– Эх, Крыса, Крыса… – по-доброму глядя на него ответил он, – мы ведь предупреждали тебя, что не стоит ходить туда в одиночку… Ничего, ошибся, с кем не бывает… Ты по прежнему остаёшься нашим другом и мы всегда будем рады твоей тупой мордашке. А сейчас… прошу, скажи кто это сделал? Завтра мы найдём их, а затем…