![](/files/books/160/oblozhka-knigi-slepye-chuvstva-si-378056.jpg)
Текст книги "Слепые чувства (СИ)"
Автор книги: Марк Иванов
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 18 (всего у книги 62 страниц)
Часть 2 Инцидент
Глава 1 Новый рой– Ну что, отряд Зета, поздравляю, первый месяц службы позади, – сказал их командир по радиосвязи «отцовским» тоном. Две недели назад, за боевые заслуги и верную службу ему дали звание майора, и радость от недавнего повышения до сих пор заметно сказывалась на его тоне и отношении к подчиненным, – сегодня будет ваше первое самостоятельное задание – вам необходимо прочесать территорию от третьего шлюза до пятого маяка и отметить все норы Морфов, которые обнаружите. Черных песков не предвидится, но, всё равно, будьте осторожны, могут образоваться новые… как в тот раз. Полевым командиром назначается пилот Белов, внутренняя связь в вашем полном распоряжении. Ну а мне нужно ненадолго отойти в штаб, так что надеюсь вы справитесь без меня. Удачи.
– Говорит Зета-красный, задачу миссии понял, приступаем к выполнению.
Из шлюза в бескрайнюю красную пустыню на платформах медленно выехали два гигантских железных скорпиона. В одном из них, с синей меткой на хвосте, командир экипажа вертелся в своем кресле, осматривая окрестности.
– Эй, умники в красном, – сказал он в микрофон, – горизонт чист, можете не проверять.
– Какой хороший мальчик, – как малышу ответил ему Белов, – скоро ты вырастешь и я возьму тебя покататься в свой скорп.
– Чтобы я мог научиться на твоих ошибках?
– Давайте уже начнём, – раздражённо прервала их Рита, – и так настроение паршивое, а ещё вы тут на мозги капаете. Как дети малые, ей богу.
– Отряд Зета, курс на мою метку, – тон Белова резко переменился, и он снова стал командиром отряда.
Два Скорпа поползли вперёд, оставляя позади стену и город. Песок – это всё, что ждало их впереди. Смотреть было не на что, и ребята полностью посвятили себя своим обязанностям.
– Возьми немного правее, объедем ту дюну, – сказал Петя Васе, – и не упускай из виду эту чёртову троицу. Не хочу, чтобы они остаток дня смеялись над тем, что мы отстали. Ну а ты как? – он развернул своё кресло, поднял солнцезащитный экран на шлеме и посмотрел на Риту.
Она с грустью и болью в глазах кивнула головой:
– Немного полегче, но всё равно боль невыносимая. По ночам вообще хочется зарыться в одеяло и рыдать, глядя на их кровать.
– Я тоже по ним скучаю, – Петя тяжело вздохнул и потёр свои веки, – классные были ребята, в отличие от этих выскочек.
– Ты в курсе, что не выключил микрофон?
– Ах ты ж… – Петя отработанным движением руки опустил щиток и развернулся вперёд. Его голос вновь стал шутливым и дерзким – Белов, тебе мама не говорила, что подслушивать не хорошо?
– Перебить вас было бы грубо. Очень грубо.
– Ты мог случайно кашлянуть, или сделать любой другой тонкий намёк.
– Извини, просто я никогда не слышал тебя таким… заботливым.
– Ладно, проехали… – Петя чувствовал у себя за спиной недовольный взгляд Риты, – есть новости из штаба? Когда у нас будет пополнение?
– Найти свободный отряд с таким же сроком службы – задача не из простых. Бывало на это уходили месяцы, а с того дня прошло всего две недели.
– Ясно. Погоди… что это за фигня торчит впереди?
Петя приблизил картинку на максимум и увидел блестящий тонкий столб, метров восемь в высоту. Из его вершины, прямо в небо, бил светло-голубой луч, а вокруг него еле заметно мерцало тусклое свечение того же цвета.
– Это, – пояснил ему Белов, – наша цель. Пятый маяк. А теперь…
– О нет, – Петя понял, к чему всё идёт.
– Моя любимая рубрика: «Внезапная минутка истории от Аркаши». Эту штуку придумали ещё в Старом Мире. Люди понатыкали по всей планете устройства, которые «перекрашивали» неестественный ярко-красный цвет искусственной атмосферы в привычный для них светло-голубой. Прошли годы, Старый Мир рухнул, но эти штуки могут работать автономно, так что с ними ничего не случилось. Теперь мы используем их для навигации, как очень удобные маяки.
– Белов, – Петя был раздражен, – ты специально делаешь это, чтобы меня позлить? Прошу, в следующий раз предупреждай заранее, чтобы я вовремя мог отключить звук. Вась, держи курс на эту… палку. Как там, кстати, твой ученик? Делает успехи.
– О, оказывается я не мебель и тоже могу вставить слово… – шутливо ответил он, – Ну, за месяц толком ничему не научишься, но СтарПил Самсонов старается. Видно, что ему действительно хочется научиться играть, чтобы порадовать девушку. Думаю к окончанию службы я сделаю из него хорошего музыканта. Приехали.
Скорпы остановились у маяка.
– Так, давайте посмотрим, сколько нор засекла автоматика.
– У меня пятнадцать, – сказал стрелок красной машины.
– Восемнадцать, – безразлично сказала Рита.
– Ха! – Петя торжествовал, – такими темпами место командира скоро станет вакантным.
– Даже не надейся… – в следующее мгновение тон Белова резко изменился: он стал взволнованным и испуганным, – Руки от приборов! Только что появились новые черные пески! Восемьсот метров на северо-восток!
Будто сдаваясь невидимому врагу, экипаж синей машины резким движением поднял руки вверх. Все застыли, боясь пошевелится или сделать резкий вдох, и только тихий шепот Белова в наушниках нарушал эту гробовую тишину: «Приближаются… Семьсот… шестьсот… пятьсот… пятьсот пятьдесят… начинают уходить.» – он облегченно перевел дыхание, – «Четыреста пятьдесят… Снова идут сюда! Триста! Чёрт, вы можете сидеть смирно?! Опасное расстояние. Замолкаю.». Петя закрыл глаза, готовясь провалиться в неизвестное. Он слышал, как стучит его сердце и чувствовал пульсацию висков. Маленькая капля пота неприятно щекотала его лоб, но ему надо было терпеть, ведь любое движение могло стать для него последним. Каждая секунда, проведённая в таком состоянии, длилась целую вечность, но любой кошмар, рано или поздно, заканчивается пробуждением…
«Пятьсот!» – радостный шепот Белова развеял напряженную тишину, – «Семьсот! Девятьсот!», – с каждой цифрой его голос становился громче и смелее, – «Километр! Можете выдохнуть, мы на безопасном расстоянии».
С их плеч будто свалился многотонный груз. Вася и Петя в изнеможении откинулись на спинки своих кресел, а Рита подняла щиток своего шлема, отстегнула маску и полностью отдалась слезам.
***
Выйдя из такси, молодой человек с отвращением огляделся – это был один из самых злачных районов города с самым доступном жильём, и здесь жили те, кто пользовался низшим уровнем подписки. Таких людей в Городе Чести называли «Жертвенниками» – они ходят на низкооплачиваемую работу, где есть всего две обязанности: приходить вовремя и в нужный момент нажать на нужную кнопку на клавиатуре. Такой «работы» им хватало лишь на самую дешёвую подписку, которая удовлетворяет базовые потребности в еде, жилье, сне и общественном транспорте; а все свободные деньги Жертвенники прожигали в местном баре. Впрочем, большего им от жизни и было не надо…
Поправив рукой густые чёрные волосы, и проверив внутренний карман своего пиджака, юноша медленным шагом подошел к ярко-красной вывеске. Неоновый свет слабыми бликами падал на него, окрашивая его классический костюм с чёрным галстуком в алые тона. «Бар Красный Трепет», – презрительным полушёпотом прочел он и усмехнулся.
Дверь заведения резко открылась, и оттуда, шатаясь из стороны в сторону, как моряк от сильного волнения, вывалился один из Жертвенников. Он был одет в весьма потрепанный офисный костюм: рубашка, пропитанная потом и расстёгнутая на две верхние пуговицы, обнажала его заросшую щетиной шею; и пиджак с одной единственной оставшейся пуговицей, полностью покрытый разводами и пятнами.
Их взгляды встретились, и пьянчуга подлетел к молодому человеку.
– Сушай, парень… Зкрить не найдёться?
– Бросил, – последовал холодный ответ юноши.
– Спрцмен што ле? – пьяница выпрямился и встал в боевую стойку.
– Да, – отрезал его собеседник.
Он прошёл мимо, даже не бросив на него своего взгляда. Ему что-то кричали в спину, но парень даже не слушал этих пустых угроз. Поправив галстук, он толкнул дверь и зашёл внутрь.
Его оглушила громкая музыка и ослепил яркий свет. На танцполе в центре небольшого зала в алкогольном угаре прыгали и тряслись около десяти человек. Все остальные места – маленькие круглые столики на одной ножке и барная стойка – были забиты посетителями. Одно из мест за баром освободилось, и юноша поспешно занял его. Чтобы не выделяться, чисто для декорации, он заказал стакан виски, и оплатил его, просканировав тату на своей правой руке. Вскоре его сосед слева повернулся к нему и начал спонтанный разговор:
– Трутни… чёрт бы их побрал, – он говорил медленно, а его разум был затуманен спиртным, – вот не дают они жить нормальным людям… Тебе, мне… Как, кстати, тебя по имени?
– Ваня, – холодно ответил молодой человек. Ему было противно это общество, но он ждал, и знал, что рано или поздно обязательно дождётся.
– Ваня! Племяшку моего так звать! Вы, кстати, чем-то похожи, чесслово, одно лицо!
– Значит трутни вам тоже не дают нормально жить? – он элегантно направил разговор в нужное ему русло.
– Не то слово! Чтоб их, мразей ленивых! Сидят, нахлебники, в своих частных домах, пока мы, честные работяги, – он похлопал себя по груди, – кормим и одеваем их. Знаешь, Ваня, что-то тут не чисто! Я уже сорок лет каждый год пытаюсь сдать этот чёртов тест, но ни у меня, ни у моих знакомых не выходит! Посуди сам, Вань, не может же десять человек вот уже сорок лет подряд заваливать простой тест из десяти вопросов! Тут точно какой-то есть заговор! Зуб даю, если трутни не хотят, чтобы ты стал одним из них, то ты и не станешь!
Ваня заметил, что стакан его собеседника опустел. Он поднял руку и сказал роботу-бармену:
– Повторите для моего друга.
Тот тут же расплылся в улыбке и пожал ему руку. Ване было противно его прикосновение, но он продолжал держаться с каменным лицом и холодным взглядом.
– Знаешь, Вань, вижу человек ты хороший, много не болтаешь, секреты держать умеешь. Иди сюда, шепну на ушко, – Ваня наклонился к нему поближе, и ему в нос ударил сильный запах перегара, – у нас тут организовано что-то вроде сопротивления. Хе-хе, почти все, кто ходит сюда ненавидят трутней и хотят наказать их. Знаешь, здесь даже есть небольшое убежище! Ха-ха-ха! А знаешь, вступай к нам, такие как ты пригодятся.
Ваня впервые за вечер улыбнулся холодной улыбкой.
– Я подумаю, – сказал он, при этом незаметно три раза нажав на ворот своей рубашки и протягивая руку к внутреннему карману пиджака.
– Отлично! Две недели назад наши люди, героически пожертвовав собой, завалили одну девку из трутней, а сейчас у нас готовится операция. Мы хотим…
Ваня уже не слушал этого пьяницу – он мысленно отсчитывал секунды у себя в голове: «Три, две, одна».
Раздался ужасающий грохот, по громкости перебивший гремящую в баре музыку, и из парадного и черного входа в помещение ворвалась толпа людей в полном военном обмундировании, вооружённые тяжелыми штурмовыми винтовками. Левой рукой Ваня схватил своего собеседника за грудки и швырнул того на пол, а правой достал серебристый пистолет с глушителем.
– В расход всех, кроме этого! – крикнул он.
Началась стрельба и крики, но с каждой минутой они становились все тише и тише, и вскоре тишину нарушали лишь отдельные контрольные выстрелы.
– Проверьте кухню и другие помещения, – приказал Ваня, осматривая гору тел, – ну а ты, – он приставил пистолет, из которого до сих пор шёл лёгкий дымок, к виску своего недавнего собеседника, – будь добр, покажи мне ваше «небольшое убежище».
– Ты чего творишь! – крикнул в ответ уже протрезвевший пьяница, – тут ведь было много невинных людей, у которых, между прочим, есть семьи! Я ведь большую часть нашего разговора просто немного приукрасил, чтоб ты впечатлился и примкнул к нам.
– Вы – социальное дно, – Ваня уже не скрывал своих чувств к этому алкоголику и смотрел на него так, как лев смотрит на загнанную в угол антилопу – Вы прожигаете вашу единственную жизнь в этих чёртовых клубах, вы заливаете алкоголем свои проблемы, жалеете себя и обвиняете всех вокруг в своих неудачах. Все в этом паршивом баре ещё давно добровольно отказались от своей жизни, а я лишь осуществил их тайную мечту. А теперь, быстро показывай проход в убежище!
Трясущимися руками пьяница указал на барную стойку. Ваня кивнул головой в её сторону, и двое полицейских пошли проверить, что там.
– Командир, тут люк!
– Командир? Так ты трутень? Как иначе они будут тебя слушаться?
– Ха-ха-ха, а ты, идиот, только сейчас догадался? – Ваня нажал на спусковой крючок и ещё одно тело упало на пол, – не лезьте туда, – приказал он, – там может быть засада или ещё чего. Взорвите люк, бросьте туда пару гранат, а затем сожгите к чёрту эту дыру дотла. Думаю я здесь больше не нужен.
Ваня убрал пистолет, поправил галстук и вышел из бара твёрдой походкой и с безразличным лицом.
***
Петя, Вася и Рита сидели на мягких креслах в комнате отдыха и переводили дух после тяжёлого дня. До построения на отбой было ещё полчаса, и это время они решили скоротать за разговором.
– Не думал, что вторая встреча с черными песками окажется тяжелее первой… – задумчиво протянул Петя, сжав руки в замок и смотря куда-то вдаль, – в тот раз мы не знали, что это такое, а сегодня меня как будто парализовало…
– Да… – сказал Вася, – у меня на протяжении той бесконечной минуты перед глазами стояла эта картина: Зета-зелёный как по щелчку пальца исчезают в песке, я слышу их крики и связь прерывается… Рита? Всё нормально? Хочешь сменим тему?
– Я в норме, – ответила она, шмыгая носом, – прошло уже две недели, так что… я справлюсь.
– Подумать только… – сказал Петя, – не думал, что за такое короткое время можно так сильно привязаться к людям.
– Мы были в одной лодке, так что это было не удивительно… – Рита сделала паузу, чтобы подавить накатившую на неё тоску, – а я ведь впервые за очень долгое время нашла себе хороших подружек, с которыми было интересно проводить время и просто болтать после отбоя, но сейчас всё, что осталось – пустая двухъярусная кровать… – слёзы потекли по её щекам, – ну вот, а говорила, что справлюсь.
Она достала из кармана носовой платок, и смахнула им горькие слезинки.
– Давайте всё-таки сменим тему, – настоял Петя, – с того самого дня, плюс ко всему, мы перестали получать известия от Вани. Как думаете, что могло произойти? Не мог же он просто так бросить нас?
Дверь в комнату отдыха открылась, и туда вошёл Белов. Заметив ребят, он сказал:
– О, карапузы собрались! Небось обсуждаете… – он осёкся, увидев заплаканное лицо Риты.
– Что мы обсуждаем? – вызывающе сказал ему Петя.
– Ну не знаю, – Белов пожал плечами, – о чём обычно говорят малыши? Кто что сегодня съел, и кто больше покакал.
– Ах ты ж… – Петя вскочил с кресла и начал прыгать из стороны в сторону, агрессивно махая руками, – давай бороться!
– Ну давай, пупсик.
– Come on let's go!
Они сцепились в шуточном поединке как два школьника. Петя хотел с помощью резких и сильных толчков сбить своего соперника с ног, а тот уверенно оборонялся и ждал нужного момента. Они крутились, пятились взад-вперёд и что-то неразборчиво говорили друг другу. Когда Петя вновь начал напирать, Белов сделал шаг назад и его противник полетел вперёд, но в последний момент ему всё-таки удалось ухватиться за его ремень, и вот они оба катаются по пыльному полу.
– Может вы уже наконец-то поженитесь? – улыбаясь, сказала Рита.
– Сама иди замуж за этого самодовольного кретина, – прохрипел Петя в ответ.
– Кто из нас ещё кретин! В отличие от тебя, я не прогуливал историю в школе! А ещё у меня борода растёт!
– Эти три волосины ты называешь бородой?
– Пилоты, что за брачные игры вы тут устроили!
Со всей этой вознёй никто не заметил, как в комнату зашёл Самсонов. Услышав его грозный окрик, парни тут же отстали друг от друга и, отряхиваясь от пыли, вскочили на ноги.
– Аркадий, тебя прапор зовёт. Подробностей не знаю. И, будь добр, приведи форму в порядок, а то он опять орать начнёт!
Белов вышел из комнаты, бросив недовольный взгляд на Петю. Как только они остались наедине, Самсонов сел рядом с Васей и сказал:
– Так, мне надо переброситься с вами парой слов. Рита, как состояние?
Она кивнула с улыбкой на лице. Этот поединок неплохо поднял ей настроение, и от тоски, мучившей её до этого не осталось и следа.
– Рад что ты потихоньку приходишь в норму. Знаете, я заметил, что тот ваш друг-трутень не заходил к вам уже две недели и хотел обсудить этот вопрос. Чтоб вы знали, я тоже прошел через это: в детстве у меня был лучший друг, который стал трутнем. Помню я очень сильно обрадовался, когда узнал: мы думали, что это никак не повлияет на нашу дружбу, и что он будет мне всячески помогать и выручать «сверху». Однако жизнь сильно отличается от грёз. Меня забрали на службу, у него появились свои дела и вот мы не общаемся уже около двух лет. И этот случай не единственный. Как только человек становиться трутнем, то он попадает на новый уровень, оставляя все, что было до этого позади. Трутни общаются и дружат друг с другом, а до нас, простых рабочих, им нет никакого дела – мы ведь все тупые ничего не понимаем… – он сделал многозначительную паузу, – вот и я предлагаю оставить вашего друга в прошлом. У него впереди своя жизнь, а у вас своя.
Ребятам не хотелось соглашаться со словами Самсонова, но, похоже, он всё-таки был прав. Да и смотря правде в глаза: на данный момент с Беловым, Самсоновым и другими сослуживцами они провели гораздо больше времени, чем с Ваней.
– Мне хочется надеется на лучшее, – сказал Вася, – но в твоих словах есть доля истины. Во время нашей последней встречи он сказал, что пробрался «на самый верх», а его глаза светились от счастья. Возможно, там он нашёл общество получше, чем наша компания.
– Ха, на самый верх, значит… – в голосе Самсонова читалось недовольство и презрение, – а знаете, как трутни управляют городом?
Все замотали головой.
– Именно, никто из простых рабочих, таких как мы, не знает, – он перешёл на шёпот, – надеюсь то, что я сейчас скажу останется строго между нами! Нам с детства навязывают, что трутни умные и им всё виднее, но знаете кто разрабатывает учебную программу? Трутни! Они говорят нам подчиняться, но сами все свои дела проворачивают втихаря! Рабочие для них – это лишь безмолвная масса, которая должна выполнять приказы и подчиняться. Но надежда есть: буквально две недели назад в интернете появился один очень амбициозный человек, который решил в открытую бросить вызов трутням! Он запустил проект «Новый рой» и с каждым днём его поддержка растёт. Вы – люди надежные, поэтому, если хотите, я могу посвятить вас в детали, но знайте, что назад дороги уже не будет. Можете подойти ко мне в любой момент, а пока, думайте. И, ещё раз, ни слова офицерам! А то я попаду под трибунал, а вместе со мной на дно пойдёте и вы. Ясно?
Они могли только кивнуть в ответ, но этого было достаточно. Самсонов поднялся и поспешно вышел из комнаты, оставив ребят размышлять над услышанным.
Глава 2 КредоПрямо во двор его небольшого участка приземлилось такси специального назначения: «в ноль» затонированные стёкла, пуленепробиваемые листы в обшивке и ещё целый ворох разнообразных систем безопасности. Всё это было сделано для того, чтобы защитить ценного пассажира и оставить его личность анонимной. Ваня поправил свой черный галстук, надел черную маску с белой цифрой «8» на лбу и сел на заднее сидение машины. Беспилотный автомобиль взлетел в воздух и поднялся на четвертый, служебный уровень, воздушного движения.
Иметь личный автотранспорт в Городе Чести было запрещено – такой запрет был продиктован высочайшем уровнем опасности на дороге, в связи с широким распространением летающих автомобилей, и стремительно увеличивающимися скоростями. Всеми машинами управляла автоматика, а в случае её внезапного отказа контроль над автомобилем мог взять таксист – опытный водитель, обученный выбираться из любых, даже безвыходных ситуаций. Всего в городе было пять уровней дорожного движения: один наземный, для подзарядки аккумуляторов, и четыре воздушных. Самый верхний уровень был предназначен только для служебного и экстренного транспорта, дабы городские службы могли без задержек добраться в любую точку города.
Ваню привезли прямо во двор большого двухэтажного особняка, окруженного небольшим садиком. Поднявшись по ступенькам к двери, он обернулся и с грустью посмотрел на лабиринт из живой изгороди, в сердце которого тихо журчал маленький фонтан. Лакей в такой же, но абсолютно белой маске, открыл ему тяжелую парадную дверь.
В большом мраморном зале с мозаичным черно-белым полом Ваня пересёкся с девушкой, на лбу которой красовалась цифра «4».
– Восьмой! – сказала она, – ждём только тебя. Приходи в зал, как будешь готов, там уже все собрались.
Четвертая поднялась по лестнице и скрылась за одной из дверей. Ване же потребовалась ещё пара минут, чтобы привести мысли в порядок и разложить их по полочкам у себя в голове. Медленно, погружаясь в глубокие раздумья на каждой ступеньке, он поднялся по лестнице и вошёл в ту же дверь, куда пять минут назад нырнула девушка.
Посреди небольшого зала стоял огромный круглый стол, окруженный восемью креслами, шесть из которых уже были заняты людьми в чёрных масках. Под их пронзающими взглядами Ваня занял одно из свободных мест, и теперь не хватало лишь Седьмого номера. Молодой мужчина в золотой маске, стоявший до этого момента в тени, подошёл к большому окну, задернул тяжелые красные шторы и обратился к присутствующим:
– По традиции, прежде, чем начнётся заседание городского совета я хочу напомнить вам кредо Масок. Первое – жизнь Города важнее жизни отдельного человека. Второе – друг для друга вы – лишь маска. Никаких имён, никакой личной информации – всё для того, чтобы личные чувства друг к другу не оказали влияния на ваши решения. Третье, единственное правило, действующие во всех городах на Марсе – помните о трагедии Старого Мира. Земля исчезла по вине людей и их «Великого технологического чуда», поэтому Марс не должен повторить её судьбу. Улучшайте качество жизни людей, развивайте систему обороны, но дальше Города смотреть не стоит. И последнее – слова, сказанные в этом особняке не должны выходить за его пределы. Нарушение любого из этих четырёх правил карается немедленным исключением из Масок. Совет объявляется открытым.
Он поклонился и вышел из зала, плотно закрыв за собой дверь. Все семеро соблюдали строгий дресс код: классический костюм с чёрным галстуком, поэтому посмотрев на них, можно было определить лишь пол: городской совет состоял из пятерых мужчин и двух дам.
– Уже две недели в неполном составе… – сказал Третий номер.
– Да… – ответил ему Пятый, – Если среди рабочих желающих управлять городом найдется с лихвой, то вот среди трутней таких смельчаков мало. Очень мало, в основном амбициозная молодежь. Но ничего, рано или поздно, но кто-нибудь да найдётся.
– Предлагаю начинать, – сказал Ваня.
– Согласна, – поддержала его Четвёртая, – Как всегда, давайте начнём с новостей. За три дня с момента нашей последней встречи произошло всего-лишь одно событие, достойное нашего внимания: вчерашний полицейский рейд на бар «Красный Трепет» в районе Жертвенников. После начала движения «Новый рой», там довольно сильно возросли революционные настроения. Вскоре до полиции дошли слухи о том, что Жертвенники организовали террористическую ячейку, которая стоит за недавним налётом на метро и готовит ряд нападений на других трутней. За три дня, полиции, во главе с молодым следователем, удалось собрать все нужные доказательства и полностью её ликвидировать.
– Как эту новость преподнесли рабочим?
– Сообщили, что уничтожили группу террористов-анархистов, но о их связи с «Новым Роем» было решено умолчать. В результате, общественное настроение осталось на том же уровне. Нас устраивает этот результат?
Все члены совета подняли руки.
– Я так понимаю, мы плавно перетекаем к основной повестке сегодняшнего дня, – сказал Шестой, – проект «Новый Рой». У кого-нибудь есть новые идеи по этому поводу?
– Я по-прежнему считаю верным решение игнорировать его и не давать никаких комментариев со стороны трутней, – сказал Ваня, – за эти две недели нам удалось получить чёткую картину тех, кто поддерживает этот проект в интернете: в основном это либо обиженная молодежь, которая рассчитывала стать трутнями, а потерпев неудачу и загремев в армию обиделась на систему; либо же Жертвенники и другие отбросы общества. Все остальные взрослые люди реагируют на это движение, как правило, нейтрально.
– Отлично, теперь, когда мы наконец-то более-менее понимаем эту ситуацию, предлагаю определиться с нашей дальнейшей стратегией.
– Я предлагаю оставить всё как есть, – слово взял Первый, – Если мы попытаемся оказать на них какое-либо давление, то это может послужить пусть и ложным, но доказательством их теории. Думаю, надо всячески игнорировать и не заострять в официальных СМИ на проекте «Новый Рой» особого внимания, и через пару месяцев всё заглохнет само собой.
– Хорошее предложение. Давайте голосовать.
Совет единогласно принял это предложение, и Шестой взял слово:
– Ну а нам, тем временем, не стоит пускать это дело на самотёк. Нужно выяснить личность того, кто стоит за всем этим безобразием. Предлагаю вернуться к нашим прошлым встречам: кто по прежнему считает, что главный виновник – это Восьмой?
Трое из семи подняли свои руки.
– Давайте ещё проанализируем ситуацию, – сказал Ваня, – две недели назад я стал Восьмым номером и пришёл на своё первое заседание совета. Затем, в тот же вечер, группа Жертвенников убивают Седьмую, а в интернете запускается проект «Новый Рой». Тут даже рабочий сделал бы вывод, что я – ответственный за всё, что произошло. И правда, все улики указывают на меня: полиция не смогла отследить этого человека, а значит, что он – трутень, ведь не «следят» только за ними. Но не кажется ли вам, что уж слишком хорошо сошлись звезды? Будто меня нарочно хотят подставить.
– Да, и во время нашей прошлой встречи почти все согласились с твоими выводами, Восьмой. В любом случае, можно заключить, что предатель находится среди нас семерых. Это либо ты, либо тот, кто хочет тебя подставить. Тем не менее, главным подозреваемым по прежнему остаётся Восьмой, но окончательное решение мы примем лишь тогда, когда за него проголосует большинство, а пока нам остаётся лишь внимательно наблюдать друг за другом. Предлагаю сделать небольшой перерыв, а затем перейдём к обсуждению более насущных дел.
– И ещё я бы попросила всех присутствующих быть предельно осторожными друг с другом. Похоже Седьмая, тем или иным образом, выдала предателю свою личность, поэтому прошу не разговаривать между собой во время перерыва.
***
После того пропитанного перегаром и алкогольным экстазом притона, в котором Ваня вчера провел вечер, клуб в районе трутней показался ему тёплым и родным домом. Не мешавшая думать музыка, приятные посетители и живой бармен, с которым можно было перекинуться парой слов. Сегодня у него здесь была назначена уже ставшая традиционной встреча с новыми друзьями. Он прошёл к одному из больших столов, и, приоткрыв занавеску, посмотрел на ждавших его людей.
– О, Ваня! Что-то ты припозднился сегодня, – пожимая ему руку сказал Егор.
– Я только с совета, – ответил он, протягивая руку третьему человеку.
– Понимаю. Мы с Павлом Васильевичем тоже через это прошли.
– Да, Егор говорит правду, – подтвердил его слова мужчина лет тридцати с гладко выбритой головой, – Он, я, да и почти все молодые трутни, опьянённые амбициями, рвутся в совет города и отрабатывают там положенный год. Многие из нас носили чёрную маску и видели стены того особняка. Но сегодня я, как начальник полиции, хотел бы послушать про то, как ты мастерски вышел на тех террористов. Это было твоё первое задание в качестве следователя, и ты справился с ним просто блестяще.
– Мне кажется, – ответил Ваня, – я не сделал ничего экстраординарного. Если бы такой заговор затеяли трутни, то тут бы уже пришлось изрядно попотеть, а простые Жертвенники же вряд ли стали бы заморачиваться над конспирацией или заметать за собой хвосты, а просто бы спонтанно собирались в самом людном месте их района. Таким местом был бар «Красный Трепет». Собственно вот: час у меня ушёл, чтобы сложить два и два, а затем на протяжении трёх дней я ходил туда при поддержке оперативной группы, пытаясь добыть доказательства. Если купить заядлому алкоголику выпивку, то ты тут же станешь для него лучшим другом, а его язык мигом развяжется, но человек, связанный с террористами напрямую попался мне лишь на третий день. Собственно от него я получил последние кусочки пазла, а затем за свою работу взялись оперативники.
– Говорят там погибли невинные люди… – осторожно заметил начальник полиции.
– Да, погибли, но вы же сами были в совете города и, наверное, до сих пор помните первое правило его кредо: жизнь города важнее жизни одного человека. Тем более эти отбросы – это всего лишь социальное дно, добровольно выкинувшее свою жизнь на помойку.
– Ладно, работа выполнена безупречно, а значит все средства были оправданы, – сказал Павел Васильевич.
В разговоре наступила недолгая пауза, во время которой Егор внимательно рассматривал Ваню. Немного отпив из своего стакана с коктейлем, он положил руку ему на плечо и сказал:
– Знаешь, Вань, я вот смотрю на тебя, и с момента вступления в совет в тебе что-то изменилось: ты и так много не болтал, но после этого стал уж совсем замкнутым и мрачным, перекрасил волосы в чёрный, а на нас ты смотришь так, будто тебя что-то тревожит. Я помню последнее правило кредо Масок: всё должно оставаться в особняке, но нам ты можешь довериться. Мы искренне переживаем за твоё состояние, и не выдадим того, что ты «нечаянно» сболтнул нам лишнего.
Ваня посмотрел на начальника полиции, и тот утвердительно кивнул и добавил:
– По началу, когда Егор предложил твою кандидатуру в следователи, я сомневался, но все мои сомнения развеялись, когда я увидел тебя в деле. Таких дерзких и уверенных людей давненько не было в наших рядах. Ты – ценный сотрудник и мне важно твоё внутреннее состояние.
Ваня закрыл глаза и помассировал виски. В его голове всплыл один образ, после которого он поднял голову и сказал:
– Хорошо, я расскажу вам, но не всё. Поймите, у этой истории есть важная лично для меня часть, которая должна навсегда остаться в моём сердце… Но ничего важного я утаивать не буду, обещаю. В общем, сразу после того, как я вступил в совет в городе начала твориться чертовщина: в интернете запустили проект «Новый Рой», но про это вы и так в курсе. Однако случилось кое-что ещё: одного из членов совета, Седьмую маску, в этот же вечер убили Жертвенники. Причём это было не случайное убийство.