![](/files/books/160/oblozhka-knigi-slepye-chuvstva-si-378056.jpg)
Текст книги "Слепые чувства (СИ)"
Автор книги: Марк Иванов
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 25 (всего у книги 62 страниц)
Интерлюдия 3
Ну чё, пацаны, аниме? Яре яре дазе… Ладно, шутки в сторону. Рад снова Тебя видеть. Арка Ненависти позади, поздравляю! Я предлагаю немного обсудить её, поговорить об источниках вдохновения (омаева мо шиндерю) и планах на будущее. В общем, впереди нас ждёт классическая интерлюдия, чтобы немного уложить мысли в наших головах. Возьми чашечку чая или кофе, сделай бутербродики или что-нибудь посерьезнее. Три смайлика (я про них не забыл) будут внизу.
😊😊😊
И так, если источником вдохновения для арки дружбы послужил Лавкрафт, то для Ненависти я решил взять… аниме. Согласен, переход резковат, да и вообще, в изначальных планах такого не было. По секрету, только не говори никому, сначала мне хотелось написать какую-нибудь антиутопию в духе «1984», и я даже начал это делать, но потом, когда мне в голову пришла идея глянуть пару аниме, чтобы лучше понять Ваню, всё перевернулось с ног на голову. Сначала я посмотрел Франкса (Ваня его недолюбливает, но считает 02 лучшей вайфу, а вот мне аниме понравилось), потом Евангелион (его любимое аниме), затем Стального Алхимика… три месяца спустя количество просмотренных тайтлов перевалило за тридцать, а в моём книжном шкафу появились две отдельные полки под мангу. Короче, анимешная бомба шандарахнула знатно, и я решил переиграть всё на ходу, переделав две уже написанные главы.
И так, давайте разберёмся, что именно в Арке Ненависти, помимо отсылок, есть из аниме. В качестве примера я буду брать наиболее известные тайтлы: Евангелион, Атака Титанов (манга), Алхимик и немного Франкс. Это и мою вторую арку объединяет одно: уникальный сеттинг и мир, который раскрывается одним и тем же способом: через детали и диалоги, а не через прямую экспозицию. Словно заботливый отец, автор, сценарист или мангака выкидывают нас в самую гущу событий посреди неизвестного нам мира и говорят: «разбирайся с этим сам, вот тебе немного деталей». Да, такой подход далеко не редкость, но в аниме он встречается чаще всего.
Чтобы Вы поняли, о чём я говорю, давайте немного пофантазируем и представим, как бы выглядел… пусть будет Властелин Колец, если бы его создал какой-нибудь мангака. История началась бы во время главных событий, скорее всего в тот момент, когда «Братство кольца» уже вышло в Мордор. Всю предысторию персонажей нам бы рассказали через флешбеки, а основной акцент был бы сделан на экшен и саморефлексию героев.
Так же и мы вместе с Ваней и остальными попадаем в неизвестный мир. Вокруг нас бурлит жизнь, происходит что-то странное и мы должны сами, кусочек за кусочком, собирать для себя картину происходящего. Собственно этому и посвящена вся первая часть: никакой экспозиции – только хардкор, и лишь в конце приходит Ваня и расставляет всё по местам. Причем сам мир во всех случаях далеко не стоит на месте и постоянно меняется вместе с героями (особенно хорошо это видно в ребилдах Евы или Атаке (на) Титанов). Сеттинг в первой и последней серии Франкса или Алхимика – это два разных сеттинга. Я попытался сделать город Чести таким же, а получилось у меня или нет – судить уже Тебе.
Ещё я заметил ещё одну ключевую фишку и назвал её «Щит хорошего мальчика». Если злая колдунья превратила Тебя в положительного и хоть чуточку важного для сюжета героя аниме, то у меня хорошие новости – до самого финала Ты останешься в живых. В конце Тебя, может быть, и убьют, но до этого момента бояться нечего. Это работает уже как четвертый закон Ньютона: «Если персонаж хороший и есть на постере, то он обязательно доживет до конца сезона». Конечно, какой-нибудь душнила может возразить, что всё не так, и вообще в тетради смерти…
– СПОЙЛЕР!
Ой, спасибо, выручила. Я и не заметил, как нечаянно спойлернул… В общем, всё, что я сказал выше – это лишь шутка, но очень правдивая шутка. Реально, задумайся над этим, когда завершишь очередной тайтл.
Немалую часть в аниме играет внутренний монолог героев, но в нашем случае… Чего? Думаешь не стоит? Ага, согласен с тобой – это уже тонкий лёд… извини, я отвлекся.
В общем, вот… я не жалею о том, что переиграл всё на ходу. У меня к Тебе будет вопрос, на который можно не отвечать: «Город Чести – это антиутопия?» Считай это своеобразным мини-тестом на трутня.
Ну и напоследок – абзац с моими рекомендациями, который можно смело пропустить. Раньше, как и многие, я относился к аниме как к странным мультикам, которые делают странные люди для таких же странных людей. По факту, так оно и оказалось, но всё же это не повод вертеть носом. Японская анимация – это просто огромный жанр, где каждый сможет найти проект по своему вкусу. Нравится творчество Тарковского и философское кино? Посмотрите Евангелион. Любите интересные миры, запоминающихся персонажей и интересный сюжет? Могу посоветовать Стального Алхимика, Атаку Титанов или любой другой «классический» сёнен. Вы не равнодушны к путешествиям во времени и их последствиям? Врата Штейна уже открыты. Нравится смотреть, как дерутся мускулистые мужики со сверхспособностями, каждую секунду генерируя новые мемы (О МАЙ ГАД!!!)? Я скажу лишь два слова: ДжоДжо… Вообщем, этот список можно продолжать бесконечно…
Ладо, давайте на время оставим бедного Петю и Ваню с его (не)диктаторскими замашками позади. Впереди у нас последняя группа, доселе державшаяся в тени: они. Про них мы знаем только то, что их банда под началом некоего Кости Ломика держит в страхе весь провинциальный городок… Важный момент, для следующий арки: мне придется сделать одно маленькое, но очень важное допущение. Так же она может показаться вам немного… знакомой. Заранее прошу простить меня за всё и обещаю объясниться во время нашей следующей встречи. До скорого!
Арка Любви
Часть 1 Лучик света…
ПрибытиеСон – это очень загадочный и таинственный механизм, которым нас наградила природа. Пока тело отдыхает и набирается сил, разум вступает в настоящий диалог со своим подсознанием. Потаённые страхи и желания выливаются наружу и превращаются в грёзы или кошмары, а эмоциональные триггеры лишь усиливают эффект. Во снах недавно умершие люди начинают приходить к своим родным, окрылённому музой художнику может явится великий шедевра, а излишне увлеченному геймеру начинает сниться его игра, вперемешку с реальными образами. Сны – это один из способов понять своё подсознание, и, присмотревшись получше, можно сделать для себя много полезных выводов…
Ему снился холодный октябрь. Порывы сильного ветра срывали с деревьев их жёлто-серую листву, а бесконечные ливни плотно спрессовали её, укрыв землю хрустящим одеялом. Люди, закутавшись в три слоя тёплой одежды, спасались от бесконечного небесного потока под зонтами и бежали куда-то по своим делам, перепрыгивая через глубокие лужи. Лишь повзрослевший он стоит посреди широкого тротуара, подставив своё небритое лицо холодным каплям. Один, среди толпы…
Сильная тряска за плечо, вырывала его из сонного плена и перенесла в тёплый майский день.
– Вставай Жучара, заклебал дрыхнуть! Уже два часа дня! Давай, просыпайся! Даже я столько не пью во вторник.
Две крепкие пощёчины заставили затекшие веки с трудом разомкнуться. В глаза, а за ними и в ещё спавший мозг, ударил яркий солнечный свет, моментально пробудивший дремавшую головную боль, а за ней…
Не до конца переваренные остатки ночной попойки вперемешку с горькой желчью вырвались из его желудка и растянули щёки. Он пулей вскочил со стола, повалив на пол небольшой ящик с инструментами, и их пронзительный звон лишь усилил рвущиеся изнутри порывы. Шатаясь от головокружения, ему всё-таки удалось покинуть пределы просторного гаража и пристроиться к ярко-жёлтой от рвотных масс траве.
Пока он был занят чисткой своего желудка, второй парень подошёл к нему сзади и потрепал своей тяжёлой рукой его короткие чёрные волосы.
– Ничё, Олежа, сейчас вся дрянь выйдет и тебе станет легче.
– Костян! – ответил его друг в перерывах между рвотными позывами, – лучше б чё-нибудь от головы принёс…
– Уже.
Костя протянул ему бутылку недопитого вчера «Жигулёвского». Как только его желудок опустел, Олег схватил «живительный нектар» из рук своего спасителя и залпом осушил его.
– Ты мой спаситель… – пробормотал он, запуская пустую бутылку в стену соседнего гаража.
– Зря ты меня вчера не послушал, когда я сказал тебе остановиться.
– Ага… просто мне хотелось… – Олег задумался над тем, чего ему действительно хотелось, – хотя, не важно. Перебрал и перебрал, с кем не бывает. Где Крыса и Вороба? – он огляделся, ища своих друзей.
– Поехали в КБ закупаться на вечер. Скоро будут. Кстати, пока ты дрыхнул на столе, до меня дошла одна хорошая новость.
– Ну-ка!
– Звонил батя… Сказал, что всё получится и на этом долбаном «ГЕГЭ» у нас будут ответы.
– Ура… – уныло прокричал Олег в ответ, – здравствуй Питер…
– Не передумал? – с опаской спросил Костя.
– Не боись, получу хорошую корочку и вернусь сюда.
– А может всё-таки с нами, в армию и Москву? Вчетвером будет привычнее.
– Полиция – это конечно хорошо, но ведь вам будет нужен хороший юрист, чтобы отмазывать от неприятностей, а то крыша твоего бати не вечна… Не переживай, я вас не забуду, да и на каникулах будем встречаться… О, слышу знакомый звук…
Из-за поворота вынырнула прогнившая пятёрка вишневого цвета. Костя и Олег поспешно открыли для неё левые ворота гаража, и водитель ловко загнал её внутрь.
– Здарова! – сказал парень на пассажирском сидении, закуривая сигарету – разгружайте! О, Жучара! Проснулся? Это же надо так напиться, чтобы заснуть прямо на верстаке.
– Кто бы говорил, Вороба.
– Ага, – глуша мотор, поддержал его водитель, – уже забыл, как ты неделю назад…
– Забыл!
– Ладно, – перебил их Костя, – если мы начнём вспоминать, что было в этом гараже… Давайте лучше определимся с планами на сегодня.
– Может в школу сходим? – с ухмылкой предложил Олег, – напомните, когда мы там в последний раз были?
– В этом году, по моему, ещё ни разу. Ничё, у нас уговор с директором: её сын остается в покое, а мы получаем хорошие оценки по всем предметам. Ну так что, как всегда, пойдём по городу, потусим в гараже или же устроим вендетту?
– А есть кандидаты?
– Ага. Тот перваш-очкарик. Он вчера легко отделался, и надо бы закончить начатое. – Кстати, мы ведь что-то отжали у него… Какую-то коробку.
– Точно, тащите её сюда! Может там припрятано что-нибудь ценное…
***
– … ну а теперь, если вопросов больше нет…
Олегу и его друзьям было не до речи Левиафана – безголовый Костя напугал их до оцепенения. Он шарахался из стороны в сторону, раскинув руками и пытаясь получить поддержку от своих корешей, но они лишь с негромкими вскриками отскакивали от него сторону. Однако его страдания прервал сам Левиафан – после его щелчка и секунды тьмы, прохлада мрачного зала сменилась резкой духотой, а в их глаза ударило яркое солнце.
Проморгавшись, Олег огляделся по сторонам: похоже, они вчетвером оказались в салоне старого доброго Икаруса. Голова Кости снова была на месте, и он гневно мотал ей из стороны в сторону и орал, изрядно приправляя свою речь благим матом:
– Где этот ублюдок! Я его на куски порву, будет знать, как шутить с Костей Ломиком!
– Костян, остынь! – крикнул ему с другого конца салона Крыса, – он оторвал тебе башку одним щелчком пальцев! Думаю у тебя против него нет шансов.
– Макс, будь добр, заткнись! Ох как же у меня чешутся руки! Сейчас я тут всё расфигачу!
– Кстати, – сказал Олег, – а «тут» это где? Куда этот чёрт нас засунул?
В левое окно нещадно бил яркий солнечный свет, поэтому он поспешно пересел на правый ряд кресел и прилип к стеклу. Автобус был припаркован на небольшой стоянке у больших железных ворот, недавно покрашенных темно-серой краской. На них барельефом было выведено два слова: «Ласточкино Гнездо». Справа и слева к воротам были прилажены две небольшие калитки, а после них начиналась глухая кирпичная стена чуть выше среднего человеческого роста.
К Олегу подсели Крыса и Вороба, и они втроём пытались найти хоть какую-то подсказку касательно их места нахождения, но единственным источником информации по прежнему оставалась лишь надпись на воротах. Костя же продолжал сидеть на своём месте, вертеть головой, сыпать проклятиями направо и налево и колотить спинку сиденья кулаками.
Одна из калиток открылась, и на парней за пару секунд обрушилась целая сотня новых вопросов. К автобусу двигалась небольшая процессия из четырех человек, возглавляемая молодым мужчиной. Не так давно он перешагнул за двадцатилетний порог: его гладковыбритое лицо светилось бодростью и энергией, а легкая улыбка выдавала предвкушение, терзающее молодого человека изнутри. Его сопровождали два мальчика шестнадцати-семнадцати лет: они старались держаться позади своего «шефа», но при этом были чуть выше его ростом. Их походка была твёрдой и уверенной, но постоянная зевота, кислые лица и сами собой закрывающиеся глаза с потрохами выдавали их единственное желание. Шествие замыкала невысокая девочка того же возраста, идущая вприпрыжку. Её лицо светилось ещё сильнее, чем у возглавлявшего их парня, а две тонкие каштановые косички хлестали её по спине в такт невысоким прыжкам. Всех четверых объединяло одно – форма: темно-синие шорты чуть выше колена у мальчиков, и юбка того же цвета у девочки; ремень с блестящей пряжкой; белая рубашка и… красный пионерский галстук на шее.
Пока его друзья разглядывали шедших к автобусу… пионеров, Кося, едва завидев их, бросился к настежь открытой двери Икаруса. Олег не успел даже окликнуть его по имени, как Ломик пулей выскочил из шедевра Венгерского автопрома и с криком: «Куда вы меня засунули! Сейчас же верните нас назад!» ударил тепло улыбающегося парня по лицу. Это резкое нападение вырвало пацанов позади него из плена сонливости и заставило невысокую девушку пронзительно закричать на всю округу. Двое парней же не стали терять времени зря – они с двух сторон подскочили к Косте, ловкими движениями заломали ему руки за спину и повалили лицом на недавно уложенный горячий асфальт.
– Аля! – крикнул один из них, – быстро беги за Степан Борисовичем! Он сейчас на пробежке!
Она кивнула и скрылась за калиткой. Через пару секунд окрестности снова вздрогнули от её крика:
– Степан Борисович!!! Срочно идите к воротам!
– Егор Николаевич, вы как?
– Ох… – кряхтел он в ответ, поднимаясь с земли и вытирая белоснежным платком кровь из разбитого носа, – меня предупреждали, что приедут проблемные дети, но чтоб настолько…
– Что тут стряслось… – прогремел недовольный бас.
Калитка скрипнула и Олег с друзьями перевели свой взгляд на нового персонажа этой истории. С трудом протиснувшись в проём, к ним «на огонёк» заглянул огромный, широкоплечий двухметровый шкаф в белых спортивных штанах и красной майке с четырьмя огромными золотыми буквами: «СССР». За калиткой, аккуратно придерживая скрипучую дверь открытой, Аля и ещё две детские головы наблюдали за всем происходящим испуганными глазами с безопасного расстояния.
– Только приехал, а уже буянить вздумал? – мужчина четырьмя широкими шагами подошёл к Косте, одной рукой поднял его с земли и взял брыкающегося парня за шкирку. В ответ тот сыпал угрозами, проклятиями и матом, но от могучего и накаченного тела все эти слова отскакивали, как горох от стенки, – мда, и как тебя только в пионеры приняли… Егор, ты как, в порядке?
– Мне прилетело по носу, но он вроде не сломан. Спасибо, что пришли на помощь, товарищ физрук.
– Тебе бы к доктору, – Степан Борисович говорил таким спокойным тоном, будто в метре от него не было отчаянно орущего Кости, брызгающего слюной направо и налево.
– Успею… В автобусе ещё трое, и, видимо, они не такие буйные… или смелые. Мне надо встретить их и всё здесь показать.
– А Аля тебе на что? Она ж как-никак твоя помощница… Собственное здоровье важнее обязанностей вожатого. Эй, ты чего удумал!
Костя решил перейти от слов к делу и снова пустил в ход кулаки, но физрук ловко и крепко схватил его руки на полпути к своему лицу.
– Пацаны, пойдемте со мной, похоже простые слова на него не действуют. Свяжем этого драчуна и отведём его к начальнику лагеря – пусть решит, что с ним делать. А ты, Егор, давай встречай гостей и бегом к доктору. Думаю Аля согласится всё рассказать и показать вместо тебя.
– Ага. Эй, там, в автобусе! – крикнул он, – выходите!
Немного помявшись на месте, троица нехотя вышла из душного Икаруса в тёплое и яркое летнее утро. Солнце совсем недавно начало свой долгий путь, а на траве до сих пор блестели капельки прозрачной росы. По ту сторону дороги, в трехстах метрах от лагеря, начинался высокий сосновый лес, из которого вовсю доносилось птичье пенье и стук дятла. Тёплый и свежий воздух летнего утра с запахом древесной смолы наполнил их их лёгкие чистотой и прогнал застоявшийся там смрад насквозь прокуренного гаража.
Как только его друзья показались в передней двери Икаруса, Костя тут же возобновил свои крики с новой силой:
– Пацаны, спасайте! Вломите этому чёрту и всем здесь! Пусть скажут, где этот Левиафан и отправят нас домой!
Но они были слишком шокированы своим внезапным перемещением, чтобы помочь ему, да и против двухметрового мужика и двоих крепких пацанов примерно их возраста у них было ничтожно мало шансов… Это ведь это не ботаников по подворотням шугать…
– Ну-ну, – пытался успокоить Костю физрук, – домой то мы тебя отправим, не переживай! Пойдём, искупаемся, остынем и к начальнику…
Он, в сопровождении мальчиков, буквально затолкал Костю на территорию лагеря и скрылся за железной калиткой. Тем временем, Егор, прижимая ставший уже полностью красным платок к носу, подошёл к жавшимся в тени автобуса парням и начал осматривать их чёрные футболки с кричащими принтами.
– Надеюсь вас успокаивать не придётся… – сказал он непривычно серьёзным тоном, – Степан Борисыч и Толики – парни крепкие и без проблем справятся сразу со всеми вами разом. Выбирайте: либо вы едете домой с вашим другом и получаете плохую характеристику, привод в милицию и проблемы на всю оставшуюся жизнь, либо мы забываем об этом инциденте и проводим отличную неделю в Ласточкином Гнезде. Ну, что вы решили?
Его странные угрозы звучали чертовски убедительно, да и из головы всё никак не мог вылететь образ беспомощно орущего Кости в крепких руках физрука… Все трое парней тихонько кивнули.
– Отлично, – вожатый вновь стал жизнерадостным и бодрым, – добро пожаловать в экспериментальный пионерлагерь «Ласточкино Гнездо». Здесь вы сможете отдохнуть вдали от шумной цивилизации. Гляжу, вы приехали без вещей? Ничего, обе формы мы вам выдадим… Аля! Ты здесь?
Калитка снова скрипнула и миниатюрная девушка в красном галстуке молча подбежала к Егору.
– Ну что, давайте знакомиться… Меня зовут Егор Николаевич, и я вожатый вашего первого отряда. Это Алевтина, моя главная помощница.
Она испуганно помахала им своей миниатюрной ручкой.
– Обоих парней, которые пришли со мной встречать вас, зовут Толики, а с остальными вы познакомитесь позже… Ну вот, мы вам представились, теперь ваша очередь.
Они продолжали молчать, прижавшись к автобусу с испуганным видом. Без Кости, своего лидера, парни не могли решить, как поступить в этой ситуации.
– Может они стесняются… – глядя на их растерянные лица предположила девушка тонким голоском.
– Вы правда стесняетесь, или просто не можете говорить без своего дружка?
Снова никакого ответа.
– Ладно, – заключил вожатый, глядя на часы, – видимо вам надо немного освоиться… До линейки есть ещё час… Алевтин, ты успеешь за это время выдать им форму и провести небольшую экскурсию по лагерю?
Она молча кивнула в ответ.
– Хорошо, тогда я в медпункт. Всё-таки попробуй разговорить их, а если начнут бузить – зови Семён Борисыча. Ну а с вами мы встретимся на линейке…
Егор ушёл, оставив троих парней в компании хрупкой девушки. Было видно, что ей очень страшно находиться среди людей, одетых в грязные рваные джинсы и заляпанные пивом и рвотой чёрные футболки. Однако её смелость и решимость была на порядок выше её самой: она быстро взяла себя в руки, поправила золотую пряжку тёмно-синего ремня и мило улыбнулась.
– Привет. Меня зовут Алевтина, но все называют меня Алей. Так короче и красивее, – не получив ответа, девушка тихонько добавила, – рада знакомству…
Олег постучал по карманам своих джинс, в поисках пачки сигарет, но так и не нашёл её.
– Пацаны, есть сижка? – не обращая внимание на улыбающуюся ему пионерку спросил он, – кажется я забыл свои в гараже.
– Не-а, – ответили ему его друзья.
– Вообще-то курить – это не по-пионерски… – робко вставила своё слово Аля.
– Помолчи, малявка, – грубо ответил ей Крыса, – Хотя, нет, лучше скажи как нам вернуться домой. К нам домой, – добавил он, делая ударение на втором слове, – ты ведь поняла меня?
– Но… – несмотря на эту неприкрытую грубость, улыбка не сходила с её лица, но в глазах девушки заблестели маленькие капельки слёз, – зачем вам домой? Вы ведь только приехали, да и смена кончится уже через неделю… Тогда всех и развезут по домам… Вы что, не хотите отдохнуть?
– Ладно, не хочешь говорить – не надо. Просто ответь, где ближайший город и мы разберёмся со всем сами…
– Боюсь своим ходом вам до него не добраться…
– Это уже наши проблемы. Давай колись уже.
– Триста километров по этой дороге, – она показала им на асфальтовую нить, уходящую за горизонт, – наш лагерь экспериментальный. Его специально построили среди дикой природы и вдали от больших городов. Электричество мы получаем из больших таких и громких генераторов, а всё необходимое нам раз в неделю доставляют на грузовиках… Они как раз приезжали вчера… В город ездит только начальник лагеря на своей машине… Поэтому проще всего вам будет отдохнуть недельку и уехать вместе со всеми, – несмотря на холод и грубости со стороны парней, пионерка по прежнему продолжала настаивать на своём, – чего вам стоит…
– Аля, скажи, – спросил у неё Олег, – почему ты так отчаянно хочешь, чтобы мы «отдохнули»?
– После эпидемии тут одна малышня осталась… Нас, взрослых, в первом отряде всего семеро и скука царит смертная… Да и я вижу, что внутри вы все хорошие и, может быть, мы могли бы даже подружиться.
В ответ пацаны лишь усмехнулись. Глядя на это, Аля добавила:
– Вот вы смеётесь, а система ещё и не таких исправляла…
– Ладно, – заключил Вороба, – показывай нам свой лагерь, а там решим, остаться или нет.
***
На территории лагеря, в тени огромных сосен, было ещё прохладнее и свежее, чем на парковке перед воротами. Аля молча вела за собой парней по каменной тропинке. Они, в своих странных нарядах, смотрелись здесь как настоящие пришельцы – редкие встречные пионеры останавливались и с удивлением смотрели на них, провожая своим взглядом. Среди толстых деревьев то тут, то там были видны небольшие двухэтажные домики, а где-то вдалеке виднелся знакомый каменный силуэт в кепке и заложенными за спину руками… Вскоре они вышли на небольшую площадь, в дальнем конце которой, в окружении трёх флагштоков, на гранитном постаменте стоял дедушка Ленин, шагающий в светлое будущее. Девушка подошла к статуе почти вплотную, посмотрела на него снизу вверх и сказала крайне задумчивым голосом:
– Может, прежде чем мы начнем нашу экскурсию, вы всё-таки скажете ваши имена? Так и мне и вам будет гораздо проще.
– Ладно, всё равно не отстанешь… – злобно ответил Олег, – меня зовут Олег Жуков, этого, со шрамом над правой бровью – Макс Крысин, а того – Диман Воробьёв.
– О! – Аля повернулась к ним лицом и мило улыбнулась, – фамилии у вас все звериные: Жучок, Воробушек и Крыска!
– Слушай, Алевтина, – Олег грозно посмотрел ей в глаза, мигом согнав с лица девушки даже намёк на улыбку, – будь добра, больше никогда не называй нас так. Последний раз предупреждаю по-хорошему.
– Хорошо, – ответила она, – я понимаю, что клички не всем нравятся, но вот другие ребята, особенно малышня, могут не понять…
– Не переживай за нас, с ними, если что, мы разберёмся сами.
Эта фраза от Макса прозвучала холодно и угрожающе, и от неё Але стало немного не по себе.
– Ладно, – сказала она, меняя тему и глядя на небольшие наручные часы, – вы пялились так медленно, что на экскурсию уже не осталось времени. До линейки ещё полчаса, а нам надо переодеться…
– А это обязательно? – перебил её Олег, – мне и так хорошо.
– Обязательно, – отрезала девушка, а её лицо впервые стало суровым и грозным, – пионеры не должны расхаживать по лагерю в таком виде!
– Послушай, мы ведь даже не пионеры…
– Ха-ха-ха, – рассмеялась она в ответ, – а я тогда не помощница вожатого и вообще прилетела с Марса. Как же вас тогда приняли в экспериментальный лагерь, если вы не пионеры?
Аля говорила так убедительно, что парням не пришло в голову никаких аргументов против её слов.
– Ладно, давайте расскажу вам где у нас что. Там, – она показала на длинный двухэтажный дом из белого кирпича, выглядывавший из-за деревьев – главный корпус. На втором этаже административные кабинеты, а на первом в правой половине живут вожатые и остальные взрослые, а в левой – первый отряд, то есть мы. Немного справа от главного корпуса столовая, – ребята разглядели скрытую за кустами невысокую одноэтажную пристройку, – думаю объяснять, что мы там делаем не нужно, а прямо за ней спортивный комплекс. В той стороне, – она показала туда, куда шел и смотрел Ленин – на небольшие двухэтажные домики – жилые корпуса. Один дом – один отряд. Помимо нас в лагере есть ещё три отряда из детей помладше. За этими корпусами стоит здание кружков и библиотека, но отсюда их не видно. Если идти по этой тропинке, то можно прийти к медпункту, складу и прочим хозяйственным постройками, а по этой можно выйти к сцене, где уже рукой подать до речки и спуска на пляж! Так, ну вроде всё объяснила, а теперь бегом за формой! До линейки 20 минут!
***
Аля привела парней на бельевой склад и, уточнив размер одежды, с радостным видом выдала им три комплекта новенькой формы: шорты, ремень с золотистой пряжкой, белая рубашка с небольшой нашивкой синей ласточки на правом плече, кеды с белыми носками и красный пионерский галстук.
– Делай со мной что хочешь, но этот маскарад я на себя не напялю! Меня и моя одежда вполне устраивает… – грубо бросил ей Олег, – да и какой ещё пионерский галстук! Я хрен знает, как его завязывать – СССР. как-никак, развалился уже почти как тридцать лет.
– Ты лучше такие шутки не шути, – обижено, но заботливо ответила ему девушка, – а то услышит ещё кто-нибудь не тот, и заработаешь себе проблем до конца жизни.
– Да мне всё равно на эти проблемы! – сорвался он в ответ.
– Что за шум, а драки нету? – пригибаясь, чтобы не стукнуться головой о дверной косяк, на склад зашёл Семён Борисович, – что, Алевтин, не хотят переодеваться?
Она быстро помотала головой, хлеща свою шею косичками.
– Ну это дело поправимое… Значит так, ребятки. Сейчас вы возьмёте форму, зайдёте вот в ту комнату, переоденьтесь, скинете своё рваньё в корзину для стирки, поблагодарите Алю за экскурсию, а затем мы все вместе пойдём на линейку. Вам всё ясно?
У них не осталось иного выбора, кроме как подчиниться его грозному тону.