![](/files/books/160/oblozhka-knigi-slepye-chuvstva-si-378056.jpg)
Текст книги "Слепые чувства (СИ)"
Автор книги: Марк Иванов
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 26 (всего у книги 62 страниц)
В последний раз Олег носил рубашку ещё в седьмом классе, до начала плотной дружбы с Костей и, с непривычки, постоянно поправлял её и чесался. С галстуком же возникли проблемы у всех троих: никто понятия и не имел, как нужно правильно его завязывать, поэтому Але, несмотря на поджимающее время, пришлось провести для них экспресс курс.
– Ну вот, хоть на людей стали похожи, – глядя на них заключил физрук, – не то, что те дикари, которые вышли из автобуса.
Аля усмехнулась, а парни переглянулись между собой скривив свои лица в недовольных ухмылках.
– Ладно, время не ждёт… У нас осталось две минуты, так что бегом!
Они не хотели спешить, да и вообще хоть куда-то идти, если уж на то пошло, но Семён Борисович всё норовил наступить им на пятки и подгонял их своим басом, под звонкие смешки Али. Таким макаром одни добрались до площади в считанные мгновения.
За двадцать минут их отсутствия на ней уже успела собраться организованная толпа постоянно галдящих дети в пионерской форме. Они были разбиты на три небольшие группы по двадцать человек в каждой: самым маленьким можно было дать не больше десяти, а самым старшим около четырнадцати. Среди всей это кричащей и скачущей туда-сюда массы выделялись шесть пионеров постарше, где-то шестнадцати-семнадцати лет. Они стояли поодаль, выстроившись в ровную линию, а перед ними расхаживал Егор, что-то говоря и активно жестикулируя руками.
Как только новички показались на площади, все разговоры тут же затихли, а на их место пришёл тихий шепот и сдавленные смешки. Аля с гордым видом провела их через всю площадь, словно пленных Немцев и велела им встать в строй. Троица пристроилась сбоку к первому отряду и с безучастным видом уставилась в пустоту.
Проходя мимо старших пионеров, Олег успел окинуть их быстрым взглядом: если им не удастся найти способ выбраться отсюда, то всю следующую неделю им придётся коротать в компании трех пацанов и четырех девчонок. Они то и дело кидали косые взгляды на «свежую кровь», но парням не было никакого дела до этого лишнего внимания – сейчас их мог заинтересовать разве что работающий способ побега из лагеря.
Из хриплых динамиков на деревьях заиграл какой-то марш и линейка началась. Все тут же затихли и выпрямились. Мужчина с козлиной бородкой и клетчатом пиджаке вышел перед памятником и сказал дребезжащим голосом многолетнего оратора:
– Доброе утро, пионеры!
– Доброе утро, товарищ начальник лагеря! – хором ответили все.
– Сегодня, в воскресенье восемнадцатого июня восемьдесят девятого года, начинается последняя неделя первой летней смены Ласточкиного Гнезда. Надеюсь она подарит вам много ярких воспоминаний! Несмотря на то, что ваш отдых потихоньку подходит к концу, к поредевшему от эпидемии простуды первому отряду сегодня приехало долгожданное пополнение! Давайте все вместе поприветствуем их!
Гром аплодисментов вырвал ребят из транса. Слова начальника лагеря пролетели мимо их ушей, поэтому они тревожно оглядывались по сторонам и не понимали, почему все смотрят на них и хлопают.
– Ребята, добро пожаловать в наши ряды! Надеюсь, что вы проведете незабываемую неделю, и развеете скуку, в которой погряз весь первый отряд. А сейчас я приглашаю вас троих на традиционное поднятие флага!
Все снова зааплодировали и уставились на них, но парней как будто парализовало. Аля тыкала Олега пальцем в бок и шептала: «Ну идите же вы! Чего встали!», однако их убедил не её тонкий голосок, а грозный взгляд физрука, которым он стрелял в них из-за памятника. Еле волоча ноги, они подошли к флагштокам и взялись за верёвки.
– А сейчас, внимание! Звучит государственный гимн Советского Союза!
Из хриплых колонок на полной громкости грянул оркестр, и хор затянул знакомую всем мелодию: «Союз нерушимый республик свободных…». «Чем я вообще занимаюсь…», – шепнул себе под нос Олег, поднимая красный флаг с серпом и молотом. Его друзья, с точно такими же мыслями, подняли светло-синий флаг с черной ласточкой по центру и зеленое полотно с огромной красной цифрой «2». Когда гимн затих после первого припева, а флаги бодро хлопали и развевались на ветру, парни, вернулись в строй и отключились уже до самого конца линейки. Начальник что-то говорил про планы на сегодня и изменения в распорядке дня, но они думали лишь о том, как бы им поскорее вернуться в родной гараж, похмелиться и закурить сигарету.
– … Пионеры… – закончил свою речь начальник лагеря, – Будь готов!
– Всегда готов! – прогремел в ответ хор голосов
– Всем отрядам направо и шагом марш на завтрак!
***
Типичная «Советская» столовая с новенькой кафельной плиткой, длинными люминесцентными лампами на белом потолке и красными агитационными плакатами с кричащими лозунгами на стенах была рассчитана на сто человек. Большую часть свободного пространства занимали пять длинных столов: один из них предназначался для персонала и вожатых, а четыре других оккупировали дети. Оставшееся место занимала зона выдачи: длинный «прилавок», на который повара ставили готовые порции, которые забирали и расставляли по своим местам дежурные.
Стол первого отряда был заполнен лишь на половину: семеро ребят на одном конце уплетали манную кашу с маслом, заедали её бутербродами, запивали всё это чаем и весело болтали между собой; а с другого конца три новичка опустили свои носы чуть ли не в самую тарелку и без всякого аппетита рисовали в ней ложкой какие-то узоры. Парни были подавлены и растеряны, а без Кости, который выступал главным двигателем в их компании, они не знали, какой следующий шаг им стоит предпринять.
Так бы они и просидели до конца завтрака, пряча свой взгляд от голодных детей с плакатов, если бы к ним буквально с неба не рухнула ещё одна пионерка из их отряда.
– Вы что, до конца смены будете отсиживаться в углу? – громким и бойким голосом спросила она.
Олег и его друзья подняли глаза, чтобы осмотреть ту, что так бесцеремонно посмела вторгнутся в их личное пространство: как и всем пионерам из первого отряда, этой девушке было где-то шестнадцать-семнадцать лет. Её светло-голубые глаза светились предвкушением от нового знакомства, что подтверждалось её бегающим взглядом, постоянно прыгающим от одного парня к другому. Не длинные светлые волосы цвета недавно созревшей пшеницы были собраны в небольшой конский хвостик, а маленькая розовая заколка служила хорошим дополнением к сияющему образу девушки. Несмотря на кислые мины парней, она продолжала тепло улыбалась им, подперев свой подбородок левой рукой и сжимая в правой наполовину пустой стакан с чаем.
– Ха-ха-ха, – вдруг рассмеялась она, – Ребят, видели бы вы сейчас свои лица! Как будто вас не кашей кормят, а лимонами. Ха-ха-ха, я не могу.
Они переглянулись между собой, но ничего не ответили.
– Ладно, давайте знакомится – меня зовут Катя, но мне нравится, когда меня называют на западный манер – Кэт. Впрочем и Катя, и Катюха тоже сойдёт.
В ответ было всё то же мрачное молчание, впрочем пионерка не обращала на это никакого внимания и продолжала свой бодрый монолог:
– Прежде чем идти к вам, я перебросилась парой слов с Алей и узнала кое-что интересное про ваши фамилии… – в ответ на это заявление её собеседники тут же нахмурились и напряглись, а она, глядя эту реакцию, прыснула в кулак, – обещаю, что не буду называть вас по-звериному… Но мой вам совет, Дашке об этом лучше не знать, а то уже через пять минут весь лагерь будет кличить вас сами знаете как. Хотя рано или поздно она всё равно прознает об этом, как-никак мы в одном отряде…
– И кто эта Даша? – наконец-то сказал Дима.
– О, так вы всё-таки умеете говорить! Видите Алю? – Катя показала на другой конец стола, – смотрите, какой у неё замученный вид, – пионерка и правда выглядела слегка утомленной: она положила обе свои руки на подбородок и усталым взглядом смотрела на свою собеседницу: бодро жестикулирующую девушку с длинными темными волосами до самого пояса, – это Даша её так заболтала… Бывает как начнёт палить из своего словесного пулемёта… Пока тема не исчерпает себя, не остановится. Ну и коли уж мы начали знакомиться с отрядом… те два крепких парня – это Толики, но я думаю вы с ними уже пересекались. Один из них немного выше другого, поэтому мы так их и зовём: Высокий Толик и Низкий Толик. Рядом с ними сидит Лёха «Всё могу, всё умею» Смирнов, – они посмотрели на невысокого худого брюнета в очках. Именно таких парней Костя и его друзья гнобили большую часть своей сознательной жизни, – Он реально может всё: починить радио, сложить из бумаги крутой самолётик, обыграть всех в шахматы, шашки, – она огляделась по сторонам и, убедившись, что их никто не подслушивает, добавила тихим шёпотом, – и даже карты! Короче, если что сломается – сразу к нему. Напротив них сидят Аля и Даша, но их вы уже знаете, а за ними спряталась Лена.
Все четверо уставились на статную девушку с идеальной осанкой и пронзительным карим взором. Она всецело была занята завтраком, но время от времени всё-таки перебрасывалась парой слов с Алей. В эти моменты округлые черты её лица озаряла милая и тёплая улыбка. И тут Лена нечаянно бросила свой взгляд в сторону Кати, и, увидев, что все четверо смотрят на неё, тут же отвернулась.
– Ну вот, засмущали мою подругу! Обязательно надо было всем разом пялиться на неё? Подумает ещё, что вы маньяки какие-то. Хи-хи, – она усмехнулась и в одно мгновение сделалась таинственной и загадочной, – тут по лагерю уже поползли слухи… Это правда, что вы приехали сюда вчетвером, но одного из вас так сильно укачало, что он сошёл с ума и набросился на Егор Николаевича, и теперь его отправят за это в психушку до конца жизни?
От неожиданности и резкости этого заявления Олег с друзьями пустил невольный смешок.
– Ну в каком-то смысле да, всё было именно так, – на эмоциях он решил немного подыграть ей.
Пионерка тут же оживилась и задала следующий вопрос:
– О! А правда, что Степан Борисович, чтобы успокоить его, связал ему руки канатом, потому-что обычную верёвку он без труда разорвал одним движением своих огромных рук?!
Тут уже все трое уже откровенно рассмеялись.
– Да кто тебе сказал такой бред?
– Петька из второго отряда.
– И ты ему поверила?
– Так он сказал, что видел всё своими глазами. Вот я решила уточнить у вас – правда это, или нет.
– Что, Катерина, опять сплетни распускаешь? – к ним подошёл вожатый, только что разобравшийся с завтраком. Он снова был бодрым и жизнерадостным, а об утреннем инциденте напоминал лишь распухший нос, – а у вас троих, я так понимаю, нет аппетита? Ничего, к обеду проголодаетесь. Можете отдать свои порции Толикам, они будут только рады.
Троица утвердительно кивнула.
– Ой, я тогда их передам, – сказала Катя, хватая тарелки и убегая на другой конец стола, – ещё увидимся, мальчики! – крикнула она на прощание.
– Ладно, тогда после завтрака я покажу вам вашу комнату, а затем…
– Знаете, – перебил его Олег, – думаю мы всё-таки уедем отсюда вместе с Костей. Несмотря на всё, что случилось он по прежнему наш лучший друг и бросить его одного мы, не взирая на все возможные последствия, не можем.
Его друзья поддержали слова Олега молчаливым кивком.
– Ладно, – понимающе сказал Егор Николаевич, присаживаясь на место Кати – я вас понимаю, но боюсь уже слишком поздно… Сразу после линейки начальник лагеря и Степан Борисович повезли этого дебошира в город. Видимо вы застряли здесь ещё как минимум на сутки – он вернется к завтрашней линейке и тогда, если вы не передумаете, я отпущу вас на все четыре стороны. Насильно мил не будешь но… подумайте о ребятах… Всю первую неделю они провели на карантине, а вторую в ожидании вашего приезда… Если вы уедете, то сильно испортите их последнюю смену в лагере… Они осенью все пойдут в десятый класс, а там уже экзамены и институт… Я не прошу вас оставаться, просто подумайте, хорошо?
Таким понимающим и добрым тоном с парнями не разговаривали уже очень давно. Спокойная речь вожатого задела какие-то потаённые струны их душ, и они синхронно кивнули ему в ответ.
– Хорошо… Я рад. Первый отряд! – крикнул он, – Сдаём тарелки и выходим на улицу!
***
Егор дал Але необходимые указания, и повел своих новых подопечных на экскурсию в главный корпус. Их спальная комната была спроектирована так, чтобы удовлетворить минимальные потребности человека: две двухъярусные кровати, деревянный стол и стулья, четыре простые тумбочки и небольшой шкаф с зеркалом в одном из углов.
Следующие полчаса они вместе провели за хозяйственными делами: вожатый выдал им постельное бельё, средства личной гигиены и спортивную форму: легкие белые шорты, футболка того же цвета и зелёные спортивные штаны с кофтой на случай внезапных холодов. Затем ему пришлось научить их заправлять постельное бельё, так как ребята, редко ночевавшие дома, давно разучились это делать. Всё это время они провели с угрюмыми лицами, считая про себя секунды до завтрашнего дня…
Егор наконец-то оставил их одних, велев им как можно скорее переодеться в спортивное и выходить на улицу.
– Может ну его? – предложил Макс, – забаррикадируем дверь тумбочками, а утром свалим.
– Зачем? – ответил Олег, – они ведь просто так не отстанут: начнут стучать или даже залезут в окно… Да и торчать сутки в этой комнатушке мне что-то неохота. Проще немного потерпеть, а утром мы снимем с себя эту чертову форму и помашем ручкой этому грёбаному маскараду…
Все согласились с доводами друга, и через пять минут из главного корпуса вышли три замученных парня в белых шортах и футболках с коротким рукавом.
– Выше нос, орлы! – крикнул им Егор, – настоящий пионер, всем детям пример, должен радоваться каждому мгновению своей жизни, а не ходить с кислой миной!
– Ага, пока не повзрослеет, – съязвил Олег.
– Не волнуйтесь, успеете ещё стать взрослыми. Лучше пойдёмте к остальным, они наверняка уже заждались вас.
Вожатый провёл их по небольшой тропинке и вывел к импровизированному спортивному комплексу, состоящему из небольшого футбольного поля, волейбольной и баскетбольной площадки. Весь первый отряд, в точно такой же спортивной форме, оккупировал натянутую над песком сетку. Они перекидывали мяч с одной стороны на другую, пытаясь продержать его в воздухе как можно дольше и сильно расстраивались, когда он падал на землю.
Завидев новеньких, Катя радостно помахала им и пригласила присоединиться, но парни проигнорировали её, прошли мимо, даже не повернув голову в сторону ребят, и уселись на ближайшую скамейку. Этот грубый поступок выбил всех присутствующих из колеи: в ясных голубых глазах Кати блеснули слёзы, и все девочки тут же кинулись её успокаивать. Вожатый уже было хотел выйти из себя, но Высокий Толик опередил его – он схватил волейбольный мяч, и с силой швырнул его в сторону обидчиков, крикнув:
– Ей, грубияны! Вас трое, и нас трое, поэтому мы вызываем вас на честный волейбольный поединок без права на отказ!
– Хо! – усмехнулся Олег, – а если мы всё-таки скажем нет?
– Всё с тобой ясно… – поправляя очки ответил Лёха, – видимо ты ещё и безграмотный, раз сделал во фразе «я боюсь проиграть» столько ошибок…
– Чё ты сейчас сказал? – Вороба резко вскочил с места, – Думаешь мы не надерём вам зад? Парни, ну-ка давайте покажем им, кто тут настоящий папочка волейбола!
Довольные и повеселевшие девушки освободили площадку и сели на скамейку в предвкушении интересной игры, а вожатый взял на себя роль судьи. Троица разулась и встала с правой стороны поля, гневно глядя на Толиков и Лёху.
– Играем до двадцати очков. Первыми подаёт… – он подбросил монетку, – команда новичков.
Матч начался. У каждой команды было своё преимущество: «старички» были гораздо опытнее и обрабатывали даже самые сложные мячи, а «новички» знали друг друга уже очень много лет и прекрасно работали в команде, но стоило игре хоть немного затянуться, как прокуренные лёгкие и пропитая печень тут же давали о себе знать.
С самого начала «старичкам» удалось набрать небольшое преимущество в пять очков, но как только Олег и его друзья немного разогрелись, то этот разрыв начал постепенно сокращаться.
Пионерки сначала в полном составе поддерживали Толиков и Лёху, аплодируя им после каждого забитого мяча, но наблюдая за слаженной и чёткой игрой их противников, Даша, а за в след за ней и Лена, решили пересмотреть свои интересы. Также начинали подтягиваться и новые зрители – один случайно заглянувший на площадку мальчик разнес по всему лагерю горячую новость о том, что «Новенькие насмерть рубятся с Толиками и Лёхой в волейбол», и к концу матча на поистине эпохальное событие собралась поглазеть добрая половина лагеря.
А борьба накалялась нешуточная: 19:18 в пользу «старичков». Выдохнув, Олег подал, целясь в открытый участок на другой половине поля, но в последний момент Лёхе удалось спасти положение: низкой подачей он поднял мяч высоко в воздух, а Толик, вложив в удар всю свою недюжую силу, впечатал его в песок и вырвал своей команде победу. Болельщики радостно закричали, а Олег, в гневе схватив мяч, запустил его в сетку и крикнул:
– Требую реванш! Мы только разыгрались, да и вообще, нам солнце в глаза светит!
– Если другая команда не против… – протянул Егор.
– Другая команда не против, – подтвердили «старички» в один голос.
Зрители тут же воодушевились, радуясь тому, что увидят ещё одну красивую игру…
Противостояние продолжалось до самого обеда: «новичкам» с трудом, доведя игру до «разрыва в два очка», но всё-таки удалось победить во втором матче. Счёт по играм был равный, поэтому было решено сыграть финал до пятнадцати очков. Посмотреть на него собрался, уже без исключения, весь лагерь. После каждого забитого мяча звучал гром свиста, криков и аплодисментов, однако игроки были так поглощены игрой, что думали лишь о победе и не слышали ничего, что происходило вокруг.
Несмотря на упорную и равную борьбу, под конец матча дали о себе знать организмы Олега и его друзей, не привыкшие к таким нагрузкам. Они окончательно выдохлись и проиграли со счётом 15:11.
– Классная игра, – сказали их противники, протягивая свои руки, – у вас отличная команда, просто немного не хватило сил с дороги…
– Ага, – ответил Олег с тяжёлой одышкой, – спасибо за игру, давно так не прыгал.
Они пожали руки и похлопали друг друга по плечу. Глядя на это Егор улыбнулся и сказал:
– До обеда есть ещё полчаса. За это время вы должны успеть сходить в душ и переодеться, так что бегом! Всем остальным – разойтись по своим делам!
***
Вожатый оказался прав: к обеду парни очень сильно проголодались. Сначала они хотели, как на завтраке, взять свои тарелки и уйти от всех подальше, но Катя, поддерживаемая суровыми взглядами Толиков встала у них на пути и не позволила улизнуть. Им пришлось пристроиться к своему отряду с краю стола и снова уткнуться носом в тарелки с щами.
– Ребята, вы такие молодцы! – забыв про свой суп начала тараторить Даша, поглаживая правой рукой толстую косу, в которую она заплела свои густые волосы, – А я ведь начала болеть за вас самая первая! Никто не верил в вашу победу, когда вы поначалу начали проигрывать! Но я кое-что понимаю в волейболе, и сразу же смекнула, что вам просто надо немного разыграться. Вот вы взяли и разыгрались, а уже после этого Лена…
Пристань Даша к Олегу на завтраке, то он, без единого раздумья, высказал бы ей в лицо всё, что думает, но сейчас что-то, проснувшееся у него внутри во время матча, не позволяло ему сделать этого. Да и голосок пионерки не раздражал и не выводил из себя, а… успокаивал. Он звучал как флейта и ввёл уставших после тяжелого матча ребят в своеобразный транс.
– Даша! – взяв её за руку, неторопливо сказала Лена глубоким голосом, чётко выговаривая каждую букву, – не видишь, они уже начинают засыпать от твоей болтовни…
– Ой, хи-хи, – она улыбнулась и в смущении прикрыла свой острый подбородок правой рукой, – простите меня, болтушку.
– Парни, если не секрет, почему вы такие молчаливые? – с аристократичным видом разрезая ножом куриную котлету на маленькие кусочки спросила Лена.
– Может у них есть свой язык! – включилась в разговор Катя, – я где-то читала, что маленькие дети могут начать разговаривать друг с другом на собственном языке… Если вы дружите с детства, то…
– Всё гораздо проще, – не выдержал Олег, – нам непривычно на новом месте, а ещё после волейбола и… тяжелой дороги… мы сильно устали… да, парни?
– Ага, точно, – ответили они.
– Ничего, скоро будет тихий час, там и отдохнёте, – сказала Аля.
– Да, – подтвердил вожатый проходивший мимо них, – вообще старший отряд обычно не носится туда-сюда сломя голову, поэтому для вас мы сделали исключение: в тихий час можете заниматься своими делами, главное не шумите. Ну а если хотите отдохнуть, то никто мешать не будет.
Остаток обеда прошёл в тишине: пионеры переключились на тихие разговоры между собой, и лишь Катя пару раз пыталась задать им странные вопросы про Костю, но, не получив внятного ответа, она быстро бросила эту затею.
После плотного приёма пищи, все три парня хотели лишь одного: они буквально валились с ног от усталости и еле-еле смогли доползти до своих скрипучих кроватей.
***
– Подъём, сони, уже пять часов! Вы ведь в курсе, что проспали полдник? А ведь полдник для пионера – это святое!
Еле-еле разомкнув не желавшие поддаваться его усилиям слипшиеся веки, Олег поднял голову с подушки и грозно посмотрел на прервавшего его сон пришельца – это был Лёха Смирнов.
– Будь добр, оставь нас в покое, – не открывая глаза пробормотал Крыса, – таких как ты мы… – он заснул на полуслове.
– Вообще, мне на вас всё равно… У меня и своих дел полно, просто Егор Николаевич беспокоится за то, что вы приняли двойную норму дневного сна.
– Если он и правда беспокоится, то почему тогда послал тебя, а не Алю? – усаживаясь на кровати спросил Олег, – она же у вас, вроде, главная девочка на побегушках.
– Не знаю, – улыбнувшись, пожал плечами Лёха, – а вдруг вы… голышом спать любите?
– Чё ты щас ляпнул?! – спрыгивая со второго этажа крикнул Олег, – видишь, мы так устали, что даже вашу грёбаную форму снять не смогли! А ну иди сюда, очкарик! Я те щас так по губам настучу, что твой поганый рот целый месяц открыться не сможет.
Смирнов довольно ухмыльнулся и рванул от Олега прочь. Они выбежали из корпуса и начали петлять между толстых сосен. Хоть расстояние между ними и сокращалось, но Лёхе, время от времени, удавалось увеличить разрыв, заходя в крутые повороты и резко прыгая в разные стороны. У сонного и обессилевшего Олега не было шансов догнать его, и вскоре он с тяжёлой одышкой остановился посреди тропинки, положив руки на колени.
Знакомый бойкий голосок Кати окликнул его из-за спины:
– Это же новенький! Эй! Олег, кажется?
Парень медленно, словно маньяк из фильмов категории B, повернул свою голову и посмотрел назад. К нему приближались две улыбающиеся пионерки: Катя, радостно машущая ему рукой, и Лена, взявшая свою подругу под руку и пронзающая его своим взглядом.
– Что, пробежка после долгого сна? – Кэт тихонько похлопала его по спине, – Степан Борисыч бы одобрил.
– Ох уж этот Лёха… – бормотал Олег себе под нос, не обращая на девушек внимания – советую начать писать завещание…
– Этот Лёша… – задумчиво сказала Лена, – бывает как ляпнет что-нибудь… двусмысленное…
– Точно! – поддержала её Катя, – как-то раз он сказал нам: «Девочки! Ваша комната пахнет так же классно, как и жжёная канифоль». А мы потом гадали весь вечер, сделал ли он нам комплимент, или прозрачно намекнул на то, что у нас воняет…
– Ладно, раз вы нашли тему для разговора, то я пойду…
– Стоять!
– Ну чего тебе, Катя?
– Просила же называть меня Кэт…
– Давай уже ближе к делу.
– Слушай, – она, вместе с Леной, подошла к нему поближе и перешла на шёпот, – я ещё утром, на игре, заметила кое-что у тебя на левой руке… Скажи… это правда настоящая татуировка?
– Ох… – он выпрямился во весь рост и тяжело выдохнул, – а вам то что?
– Просто интересно… Покажи! Ну пожалуйста!
– Да! – заинтересованно поддержала подругу Лена, – я никогда не видела татуировку на пионере.
– Пффф… – раздраженно буркнул Олег, закатывая рукав своей рубашки, – всё равно не отстанете.
Он протянул им свою левую руку, на которой, от локтя и до запястья, была вытатуирована ползущая змея.
– Вау… – Катя без всякого стеснения и уважения чужого личного пространства схватила его руку и начала водить по змее своими длинными тонкими пальцами, – а откуда она у тебя? Ты что, сидел? Говорят каждая татуха имеет своё значение: например звёзды на плечах означают…
– С самого начала знал, что всё это плохо кончится, – сказал он, отдергивая руку и натягивая рукав на место.
– Ну блин… – она явно была расстроена от того, что ей не дали рассмотреть змею во всех деталях, – хотя бы скажи, что она означает. Змея, потому что на зоне ты был скользким типом?
– Чего? Ты опять начинаешь нести какой-то бред! Я вообще в тюрьме не сидел, а эту татуировку сделал… – Олег внезапно осёкся и погрустнел, – чтобы напоминала о бывшей…
Взгляд Лены тут же изменился и стал каким-то сочувствующим, будто его последняя фраза расставила для неё всё на свои места, но Катя ничего не поняла, и продолжила, как ни в чём не бывало:
– До меня не доходит… Раз ты не сидел в тюрьме, то тогда откуда…
– Всё, тема закрыта! – резко перебил её он, – а сейчас прошу оставить меня одного.
Олег, не оглядываясь, прошёл мимо девушке, направляясь к корпусу. Катя хотела крикнуть кое-что ему в спину, но Лена перебила её и сказала своим успокаивающим голосом:
– Через пятнадцать минут горн на ужин. Будем ждать вас троих в столовой.
***
Здоровый послеобеденный сон так сильно сморил ослабшие организмы Крысы и Воробы, что Олегу, дабы не опоздать на ужин, пришлось применить силовой метод для пробуждения своих друзей.
– Жучара, – садясь на край кровати спросил у него Макс, – с каких это пор ты стал помощником вожатого?
– Я просто не хочу помереть этой ночью с голоду. И вообще, мне плевать… Если вы не хотите жрать, то я пойду один.
– Ладно, ладно, идём…
Пионерский горн из маленьких динамиков, развешанных по всей территории лагеря, зазывал пионеров на ужин. Среди бегущей толпы малышни особенно сильно выделялась еле волочащая ноги троица в мятой форме и съехавших набок галстуках. Они подошли к своему отряду и встали в стороне, ожидая дальнейших указаний. Вскоре к ним подошёл их вожатый и сказал:
– Значит так, первый отряд… Через час после ужина собираемся в зале на свечку. А вы трое… – протянул он, глядя на пацанов, – должны привести свою форму в порядок. Негоже пионерам ходить в таком помятом виде… Аля, проконтролируй: покажи где у нас утюги и как они работают. Возьми с собой Толиков, на случай, если они опять начнут упрямиться. Ясно?
– Да, Егор Николаевич! – бодро ответила она.
– А теперь, шагом марш на ужин!
Казалось, что весь лагерь уже забыл про утренний матч: за ужином пионеры говорили на свои темы. Троица же хоть и сидела вместе со всеми, но маски гордых мучеников, которые они нацепили на свои лица, отпугивали от разговора даже Катю. Иногда она всё-таки решалась задать им какой-нибудь вопрос, на который тут же получала односложный ответ.
Олег, удивлялся тому, что его обида на Лёху куда-то испарилась. Раньше за такое оскорбление в его сторону он бы не поленился достать его из-под земли и хорошенько избить, но сейчас у него внутри не зажигался даже маленький огонёк обиды.
Эти мысли не покидали его на протяжении всего оставшегося ужина, и последовавшего за ним тщательного разглаживания рубашки и красного галстука под контролем внимательным Али и Толиков. Его кореша же просто смотрели всё это время в пустоту и молчали.
Через час первый отряд собрался на сцене небольшого зала на втором этаже главного корпуса. Здесь для пионеров иногда крутили кино и, в случае плохой погоды, проводили традиционные концерты самодеятельности.
Вожатый велел им рассесться в форме круга и погасил все источники света, создав непроглядную тьму. Даша вскрикнула и всплеснула руками от неожиданности, задев сидевшего рядом Лёху, а он, от всё той же неожиданности испуганно сказал: «Парни… Меня только что цапнула Пиковая Дама». «Здесь Пиковая Дама?», – торжествующе сказала Катя, – «Я так и знала, что она существует!». «Правда?!», – у Даши начиналась паника, – «Так это всё-таки не сказки для детей, а суровая реальность? ” «Девочки, успокойтесь», – практически синхронно сказали Аля и Лена, – «Катя, Леша, вы и правда верите в эту старую страшилку?» «Тихо…» – спокойный шепот вожатого прервал эту цепную реакцию спонтанной болтовни. В воздухе сверкнул огонёк спички, который зажёг фитиль небольшой свечки – «И так, давайте начнём… Мы уже проводили свечку в самый первый день, но с того момента состав нашего отряда… сильно изменился. Правила всё те же: мы передаём свечу по кругу, и каждый, к кому она приходит в руки, должен сказать, чем ему запомнился сегодняшний день. Даша, Катя, напоминаю: говорить может только тот, кто держит свечу. Аля, будь добра, начни первой, а ребят мы оставим напоследок…».
Слабый огонек осветил худенькое лицо Алевтины. Немного подумав, она сказала:
– Хоть для меня день начался немного… тяжело, но, я думаю все согласятся со мной, что это был один из лучших дней всей смены. Впервые за две недели первый отряд смог по настоящему повеселиться и хорошо провести время, и за это надо сказать спасибо нашим новичкам. У меня всё…
Аля передала свечу своему соседу – Высокому Толику.
– Ну… – почесывая затылок сказал он, – мне так-то нечего добавить к словам Али. Парни, без обид, когда вы вышли из автобуса я подумал: «Ну и уроды!», но увидев, как классно вы играете в волейбол и работаете в команде, я наглядно убедился в народной фразе: «Внешность бывает обманчивой». У меня все…
Свеча ушла к Низкому Толику. Тот сказал ещё меньше:
– Согласен с Толиком. Поведение вашего дружка знатно выбило меня из колеи, но волейболу удалось поставил всё на свои места. Я рад, что вы проведете с нами целую неделю… У меня всё…
Он резко протянул свечу Даше, и та вздрогнула от неожиданности.
– Даша… покороче, пожалуйста, – ласково попросил её вожатый.
– Вы меня недооцениваете. Я могу говорить коротко, когда нужно. Смотрите: увидев грозные лица новичков на завтраке, я сначала испугалась, но потом поняла, что им всего-лишь надо немного привыкнуть к лагерю и людям… Думаю последняя неделя запомнится нам сильнее всего… Видите, у меня уже всё!
Она буквально запихнула свечу в руки Лёхи, заливая его пальцы расплавленным воском.
– Вот все здесь говорят только о том, какой сегодняшний день был классным, как круто было на волейболе – сказал он, – а мне запомнилось то, как в лагере снова стало скучно, когда эти трое завалились отдыхать после обеда в свою берлогу…