Текст книги "Измена. О чём кричит тишина (СИ)"

Автор книги: Мария Владыкина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 15 страниц)

57 глава

57 глава

Валентина

– Вы меня извините, но мне надо ехать. Всё, что просили, я рассказал, как было. Я надеюсь, мы в расчёте? Дело дальше не потечёт? – Мужчина, с которым пришёл Глеб, посмотрел на него. Я видела, что он был сильно напряжен, переживал.

– Не потечёт. – Кивнул Глеб.

На этих словах Алексей покинул нашу квартиру, оставив нас с Глебом одних. Точнее, дома была ещё Лиза, но я сразу отправила её в свою комнату играть, ещё и мобильный телефон ей дала, так что за неё можно было не беспокоиться. Она точно была занята.

Я всё ещё будто видела всё со стороны. Вроде бы, всё услышала, восприняла, но поверить в подобное было сложно, как ни крути. Хотя, если честно, я вспомнила в конце концов мужчину этого. Ну и Глеб дополнительно показал мне фотографию, сделанную в начале того вечера, и там действительно были все участники этой истории.

– Валь. Скажи что-нибудь. – Пауза затягивалась. У меня в голове был полнейший вакуум.

– Я пока в шоке немного, если честно. Не могу даже слов подобрать. Получается же, что…

– Получается, что я тебе никогда не изменял. Не было между мной и Кирой ничего. Скоро к ней будут пускать, и мы с тобой, думаю, сможем и с ней поговорить. Всё подтвердить.

Я кивнула, глядя, не мигая, в окно. Там было видно с моего положения лишь серое небо без единого облачка или просвета.

Вздрогнула, почувствовав легкое прикосновение. Перевела взгляд, и увидела Глеба, который чуть наклонился ко мне, дотрагиваясь легонько до моего колена. Мы сидели совсем рядом.

Он смотрел на меня напрямую, а у меня внутри начало всё таять. Словно ледник, который был заморожен, начал оттаивать.

– Я тебя теперь не отпущу. – Уверенно произнёс он. – И раньше не хотел, но мог понять, почему ты бы не смогла быть со мной. А теперь, даже не проси. Если уже остыла, что-то ещё, ничего, я за нас двоих смогу, слышишь? И каждый день буду повторять тебе, что люблю. И доказывать буду каждый день. Цветы, подарки, всё что захочешь. Давай ещё ребёнка родим, а лучше, даже двух. Или трёх, сколько угодно, сколько тебе хочется. А я хочу всю жизнь провести с тобой и нашими детьми, с нашей семьей. Я вас люблю, Валь. Больше жизни, оказывается. Но, чтобы осознать насколько, мне пришлось почти потерять всё. Прости меня за это всё, если сможешь. Когда-нибудь.

– Ладно. – Тихо проговорила я. Слезинка уже выкатилась из одного моего глаза, пока я слушала Глеба. А в душе снова начало всё расцветать.

– Правда? – С надеждой схватил меня за руку Глеб.

– Да. Потому что я, оказывается, законченный однолюб. Но только я хотела бы, чтобы ты мне кое-что пообещал.

– Всё, что угодно. – Тут же подскочил с места Глеб.

– Не ври мне больше, пожалуйста. И не скрывай ничего. Как видишь, иногда ложь приводит к невообразимым последствиям.

– Обещаю. Больше никогда. Урок усвоен на всю жизнь.

Глеб вдруг упал на одно колено, а я застыла, не понимая, что происходит.

– Валь, оставайся моей женой. – Вдруг выдал он. – Мы с тобой десять лет женаты, давай не останавливаться? Мне кажется, у нас отлично получалось, и то ли ещё будет.

– Давай. – Улыбнулась я искренне, кажется, впервые за всё то время, что прошло со встречи с Кирой в кафе.

А Глеб подскочил на ноги, и заключил меня в объятия, прижимая к себе крепко-крепко, и целуя просто во все места, до которых только дотягивался. И так это было хорошо, ощущения, словно вернулся домой после долгой поездки, где тебя очень ждали.

– Эй, вы чего, помирились? – Вдруг раздался голос дочери сбоку, и мы с Глебом, почти синхронно, повернулись на неё.

Глеб не отвечал, ожидая, что скажу дочери я. А я решила, чего тянуть. Буду жить, как чувствую в моменте, и как хочется. Потому что, господи, как же я устала переживать…

– Помирились. – Ответила я, и Лиза с радостным визгом бросилась к нам. Глеб поднял её на руки, и мы ещё долго обнимались втроём. Моя самая любимая маленькая семья.

Мы обязательно будем счастливы. Обязательно.

Четыре дня спустя

– Ты уверен, что мне надо было так наряжаться для простого свидания? – Улыбнулась я, глядя на Глеба.

Он пригласил меня на свидание, в честь нашего воссоединения. И, к моему удивлению, заказал для меня салон, где мне сделали макияж и укладку, а ещё, на карточку мне упала кругленькая сумма, чтобы я купила себе новое платье.

Сам он тоже был сегодня хорош: черный смокинг, который смотрелся на нём просто великолепно.

Мы подъехали к ресторану на такси, и я засмеялась.

– Представляешь, это именно тот ресторан, в котором я планировала нашу годовщину-сюрприз. Вот это совпадение… А теперь мы тут, и снова вместе…

– Да уж, бывает же такое. – В глазах Глеба плясали искорки веселья, но я ещё не понимала, с чем они были связаны.

Он помог выбраться мне из такси, и мы с ним под руку пошли в сторону входа.

Как только открыли дверь, я сначала слегка опешила, потому что казалось, что во всём ресторане не было света. Пока…

– Сюрприз! – Раздалось со всех сторон. Зажегся свет, и я увидела, что ресторан был полон нашими друзьями и близкими.

Здесь была и моя мама с Лизой, и мама Глеба с Никитой, почти все из тех, кого я приглашала на нашу годовщину. Все были очень нарядными и счастливыми.

Никиту, пока Кира была в больнице, приютила свекровь. Мальчика было жалко, не выгонять же было его…

– Что происходит? – Удивлённо повернулась я к Глебу.

– Сюрприз. Годовщина, которую ты планировала. Я решил, что неправильно было её отменять. Хочу, чтобы нам пожелали ещё многих лет семейной жизни, и всё это непременно исполнилось. Ты не рада?

– Рада. Очень. – Я прижалась к Глебу, и оставила лёгкий поцелуй на его губах. – Спасибо.

– Тебе спасибо. Оказывается, организовать подобное непросто. Теперь я понимаю, почему ты тогда так расстроилась моей командировке. – Усмехнулся Глеб.

А к нам со всех сторон начали стекаться наши родные и близкие.

В тот вечер получился настоящий праздник семьи. Даже мама Глеба сказала какую-то очень трогательную речь, что под конец половина зала сидели с мокрыми от слёз глазами.

А Глеб весь вечер не отпускал меня из своих объятий.

И я почему-то верила всем пожеланиям. Что непременно мы ещё долго-долго будем вместе. И дети у нас ещё будут, а потом и внуки. И в нашем доме никогда не будет больше этой кричащей тишины. Только смех, радость и любовь большой и дружной семьи.

Эпилог

Эпилог

Две недели спустя

– Ты уверена? Если нет, то я могу сходить один. Передам ей Никиту и его вещи, и быстро вернусь домой.

– Уверена. – Вздохнула я, натягивая куртку.

Сегодня Киру выписали из больницы. Мы с Глебом так и не приезжали к ней. Причин было много, легче просто было сказать, что не приезжали и всё. Но вчера Кира позвонила сама, и сказала, что заберёт Никиту.

Теперь мы знали, что она была не больна, и больше никакой необходимости в том, чтобы Никита жил в нашей семье не было. Хотя, по факту, он жил сейчас не с нами, а со свекровью. Я так и не смогла пока до конца принять всю ситуацию, и забрать мальчика к себе, хоть мне и было его чисто по-женски жаль.

Кира должна была подъехать к дому свекрови. А мне просто хотелось посмотреть ей в глаза. Спросить, как нужно было ненавидеть меня и мою семью, чтобы придумать подобное и провернуть. Я правда не понимала.

Лизу мы оставили с моей мамой, а сами вдвоём поехали к родительскому дому Глеба. Со свекровью, кстати, отношения у нас сильно улучшились. Хоть в чём-то был плюс. Она была сейчас со мной крайне мила и любезна, но меня пока это скорее напрягало с непривычки.

Мы припарковались во дворе, и Глеб позвонил маме, и сказал, что мы подъехали. Решили не подниматься, Тамара Петровна с Никитой должны были спуститься сами, Никита мог потом немного погулять и поиграть во дворе, а мы бы дождались приезда Киры.

Но, план немного поменялся, потому что Кира приехала одновременно с тем, как вышли Никита и свекровь.

Она вышла из такси, сказала что-то водителю, и тот кивнул, оставшись стоять на месте. После чего оглядела двор, и нашла глазами нашу машину. Параллельно с этим из подъезда вышел её сын, и тут же бросился к ней:

– Мама! Мамочка! – Кричал Никита, и бежал со всех ног. А я в очередной раз задалась вопросом: неужели была какая-то сила, даже пусть это зависимость, которая могла быть сильнее материнской любви?

Ведь Кира же должна была понимать, что по факту, перед ней был выбор: или воспитывать сына, или употреблять. Так как она могла выбирать второе?

Мы с Глебом вышли из машины, и направились ко всем. Кира не смотрела ни на кого, кроме Никиты, пряча взгляд.

– Ладно, мы поехали, спасибо, что присмотрели за ним. – Буркнула она, собираясь скрыться в такси, но её остановил Глеб.

– Подожди. Ты хочешь вот так сейчас уехать, после всего, что вскрылось? Не думаешь, что задолжала нам объяснения?

Гордо вскинув голову, Кира посмотрела на нас.

– Ничего я никому не должна. Если вы сами идиоты, это лишь ваши проблемы. Я никого не обманывала по началу. Ты решил, что мы переспали, я не стала переубеждать. Попросил не говорить Вале – я молчала. А то, что случилось сейчас… Это действовала не я, а моя зависимость. Сейчас я уже это понимаю.

– Ты просто перекладываешь ответственность. Как зависимость могла тебя заставить сотворить подобное? Ты же почти нашу семью разрушила!

– Просто вы никогда не боролись с этим дьяволом внутри. Выиграть его почти невозможно. А он тянет из тебя всё: здоровье, красоту, деньги… Денег надо много, у меня их не было. Я крутилась, как могла.

– Тебе надо лечиться, Кира. Ты же понимаешь? Ты и себя загубишь, и ребёнка сиротой оставишь.

– Разберусь без сопливых. – Бросила Кира, и гордо задрав голову, села в такси к Никите, и уехала.

Можно было бы бесконечно ещё разбираться, пытаться что-то выяснить, но в тот момент я поняла, что это было бесполезно. Передо мной была уже не моя подруга. Это был другой, зависимый человек, готовый на всё ради своего удовольствия. И кто знал, куда это её заведёт…

Я же была благодарна просто за то, что всё открылось, и что нам удалось сохранить нашу семью.

– Ох, и неприятная эта Кира… – Выдала свекровь, которая стояла рядом, и тоже смотрела вслед удаляющемуся такси. – Мальчишку жалко. Хороший мальчик. Даже и не скажешь, что сын наркоманки. Может, конечно, потом какие-то проблемы вылезут.

– Ну, она когда забеременела, нам сказали, что не употребляла, когда узнала. Так что… может ему ещё и повезёт.

– Ладно. Уже не наша забота. Подниметесь ко мне? Я там пирогов напекла, Лизе отвезёте ещё…

– Почему бы и нет? – Улыбнулась я, глядя на Глеба. – Поднимемся?

– Как скажешь. – Улыбнулся он мне в ответ, и чмокнул меня в макушку. – Мамины пироги, и любимая жена под боком. Кажется, рецепт идеального утра найден…

Через год у Глеба и Вали родился ещё один ребёнок, мальчик. На этот раз беременность Вали проходила намного легче, но Глеб всё равно буквально сдувал с неё пылинки.

Через полтора года с рождения сын, Глеб и Валя узнали, что Кира скончалась от употребления наркотиков. Они долго принимали решение, но в итоге забрали Никиту себе, став его опекунами. Мальчик был им не чужим, и они не смогли оставить его в детском доме.

Как оказалось, Кира, получив деньги от Алексея, не уехала ни в какой рехаб, а спустила всю сумму, после чего продала квартиру, и спустила и эти деньги.

После первого передоза, когда её нашёл Глеб, она пыталась взять себя в руки, ходила к психологу, устроилась на работу, но её хватило не на долго. В итоге, она отправилась в реабилитационный центр, где провела месяц, после чего сбежала оттуда, и принялась за старое, в результате чего и скончалось.

Никита всё это время жил с ней, а во время реабилитации Киры проживал в специальном центре при реабилитационном учреждении.

Во взрослом возрасте Никита сказал, что был очень благодарен Вале и Глебу за то, что те забрали его в свою семью, до конца дней он называл и считал их мамой и папой. Пример Киры побудил его полностью отказаться от алкоголя, наркотиков и прочих веществ в своей жизни.

Глеб и Валентина не любили вспоминать произошедший эпизод их семейной жизни, и поэтому тоже старались не акцентировать внимания на том, что Никита был для них не родным. Для всех новых знакомых у них было трое детей. Лиза, Никита, и младший сынок Тимур.

Ну и главное, конечно же. Жили они долго, и счастливо:)

Конец