Текст книги "Холодный, расчётливый и нелюбимый (СИ)"

Автор книги: Мария Клепикова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 11 страниц)

Глава 20

Позади остался один единственный рыбак, не попавший под заклинание, и теперь барахтался в бушующих водах, громко проклиная тот день, когда взошёл на палубу сего корыта.

К сожалению силы у меня заканчивались быстрее, чем рассчитывала. Не способная больше применять магию, я устало облокотилась о борт судна и, не выпуская сына из рук, прикрыла глаза.

Слёзы, как когда-то в юности, потекли из моих глаз. Как же я сильно испугалась! Ни разу мне не было так страшно, хотя в практике были куда более опасные ситуации. Но сейчас мог пострадать беззащитный ребёнок, мой ребёнок.

Тучи заволокли совсем недавно светлое небо, скрывая тёплое солнце. Дождь хлынул на землю сразу стеной, без накрапываний, и лил, словно из взбесившегося шланга. Вскоре загремел гром, и засверкали молнии, заглушая мои всхлипывания.

Вновь ненастье. Теперь меня опять преследовал дождь, даря почти забытые горестные воспоминания.

Совершенно незаметно вдруг внезапная лёгкость отразилась на моём теле. Я не поняла, что происходило, и лишь крепче стала прижимать поднимавшегося сына, с неохотой приоткрывая покрасневшие веки – Херр Маршал фон Стейнвегг осторожно разнимал мои руки и забирал сына.

О, этот взгляд! Я не знала, как он отреагирует на моё освобождение от оков. Вспышку магической силы наверняка было видно за версту. Что со мной сейчас будет? Память навсегда сохранила его угрозу, что если я вдруг когда-нибудь его разочарую, то Херр Маршал фон Стейнвегг тут же лишит меня сына, а саму запрёт до конца своих дней. Нет, за себя я не боялась, но разлука с любимым ребёнком была для меня хуже смерти.

– Прошу Вас, Херр Маршал фон Стейнвегг, позвольте мне в последний раз обнять сына, – поняв всю горечь при сложившихся обстоятельствах, я в умоляющем жесте протянула руки к ребёнку, но Стефан всё отдалялся от меня.

Тяжёлая моя голова безвольно опустилась на грудь, и в беспомощности я затряслась от рыданий – это был плач погибающей антилопы. Моя жизнь кончена!

Почему, ну почему я не умерла тогда вместе с Гвентином? Зачем святая Лисбет подарила мне новую, материнскую любовь? Чтобы разлучить с родной кровиночкой?

Сердце рухнуло на пол и, словно якорь, тянуло меня ко дну. Веки отяжелели, а проливной дождь холодил уставшее тело. Я буквально умирала от горя. Голова закружилась, и мне показалось даже, что я уже взмыла на небеса.

– Херр Рафаэль! – громкий возглас Стефана вырвал меня из тяжкой печали. – А моя мама умеет управлять водой!

После внезапной лёгкой встряски и скорого спуска вниз, я с неверием самой себе приоткрыла глаза и уткнулась взглядом в неизменный военный плащ своего мужа. Что же это? Я уже ничего не соображала, лишь смотрела снизу вверх на волевой подбородок Херр Маршала фон Стейнвегга, что нёс меня на руках.

– Своевольничать вздумали, Фрау Ингвар фон Стейнвегг? – муж серьёзно стрельнул, иначе не скажешь, в меня своими синими очами.

«Убейте меня прямо на месте», – в отчаянии подумала я, но вот уж чего не ожидала, так это последующего горячего поцелуя вместо гневного порицания.

– Дурочка, как же Вы меня напугали, – мягкий тон мужа сбил меня с толка.

– Херр Маршал фон Стейнвегг, Вы… Вы не сердитесь на меня? – в носу неприятно защипало, и на глазах у меня непроизвольно выступили горькие слёзы.

В поведение мужа сложно было поверить, внутренне я готовилась к наказанию, однако ответом стал ещё один, более продолжительный поцелуй.

– Я очень сержусь, и даже накажу Вас, Фрау Ингвар фон Стейнвегг. Вы даже не представляете, моя дорогая, какие страсти бурлят во мне. Готовьтесь к экзекуции на всю ночь и последующий день, – влажный язык красноречиво слизнул застывшую слезинку на моей щеке.

Неужели? В это трудно было поверить, но как же я от одних его слов стала счастлива! Я уткнулась в крепкую грудь мужа, позволяя себе быть просто слабой женщиной.

Херр Маршал фон Стейнвегг усадил меня в седло перед собой и, пришпорив коня, ускакал в поместье, оставляя позади себя ошмётки прибитой пыли. Уже удаляясь, я едва успела заметить стоящий на якоре военный катер, команду матросов и Херр Рафаэля, играющих с веселящимся Стефаном.

Как хорошо детям – они быстро переключаются на положительные эмоции.

Путь домой пролетел незаметно, словно мы телепортировались. По прибытии домой, Херр Маршал фон Стейнвегг ловко соскочил с коня и, подхватив меня на руки, пинком открыл дверь в дом. Недоуменная Фрау Гризель пыталась остановить, как ей показалось, разгневанного господина, на что мой муж нетерпеливо рыкнул:

– Кто посмеет подняться на второй этаж без моего ведома – убью на месте!

Фрау Гризель так и застыла в дверях; корзинка выпала из рук, и спелые томаты покатились по булыжному двору. Остальная челядь несмело выглядывала из-за угла – ослушаться было себе дороже.

Херр Маршал фон Стейнвегг, так и не спуская меня с рук, захлопнул за нами дверь в купальню, и буквально разорвал на мне одежду, попутно раздеваясь сам. Всё ушло на второй план – нами владели только чувства. Жаркие голодные поцелуи покрывали моё тело в мини-бассейне среди благоухающих лепестков неувядающих роз. Херр Маршал фон Стейнвегг неустанно повторял, что я была прекрасней самого чудесного цветка. Это было приятно.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Все страхи в одночасье покинули меня, и я с благодарностью подчинилась страсти мужа. Отбросив все свои предубеждения, я отдавалась ему со всем исступлением: выгибалась, подставляя молочную грудь под грубые и нежные вперемешку ласки. Херр Маршал фон Стейнвегг был зол, в этом не было сомнений, но я прекрасно понимала, что заслужила это наказание за свою глупость и непредусмотрительность. Муж с каким-то упоением делал со мной то, чего никогда не позволял себе, заставляя буквально кричать от нахлынувшего экстаза. А я и не подозревала, что маршал Эволетта настолько изобретателен, выматывая меня и себя до предела. Наши тела содрогались в охватившей истоме, мы постепенно приходили в себя.

Не знаю, что со мной случилось, но… Внезапно для мужа я растворилась в воде и видела, как он испугался – однозначно забыл, что один антимагический браслет отсутствовал, а значит, я могла применить магию в любой момент.

И он не ошибся.

Вода вокруг мужа забурлила, окатывая одновременно горячими и холодными струями. Такого наслаждения он явно никогда не испытывал. Неожидали, Херр Маршал фон Стейнвегг, что водная волшебница окажется такой шалунишкой? Обхватив мужа со спины и скользя по горячей плоти, я нежно прожурчала:

– Херр Маршал фон Стейнвегг, Вы простили меня?

– О, нет. Так просто Вы не отделаетесь.

Муж резко развернулся и поймал в плен своих рук игриво убегающую меня.

– Я ещё не все способы наказания применил к Вам, дорогая, Фрау Ингвар фон Стейнвегг.

С этими словами он обнял меня и, подхватив под упругие ягодицы, вышел из купели.

– Я тоже умею играть, – Херр Маршал фон Стейнвегг сбросил меня на постель, и его синие глаза странно блеснули.

– О, нет, – изобразив испуг, я попятилась к изголовью.

– О, да, – вокруг мужа залетали снежинки, создавая таинственную атмосферу.

Мы с упоением предавались страсти, засыпали в объятиях друг друга и вновь соединялись в любовной игре. Лишь только на следующий день проголодавшиеся мы соизволили спуститься вниз на обед, а затем вновь удалились.

– Херр Маршал фон Стейнвегг, как Вы оказались рядом, у Вас же учения далеко от дома? – я лежала на голой груди мужа и поглаживала его твёрдые мышцы.

– Вообще-то учения у нас проходят по всему бассейну Эволетта. Вчера мы как раз заканчивали маневры, когда в районе нашего полуострова заметили вспышку магической активности. Сторонние маги в наших краях исключены, я лично контролирую все их передвижения, – муж погладил мою спину и вздохнул. – Честно говоря, я думал, что убью Вас, Тайлетта, когда увидел в зрительную трубку, чья это магия.

Это было так необычно, что он назвал меня только по имени, моему имени.

– Херр Маршал фон Стейнвегг, Вы всё ещё не доверяете мне?

– Ингвар, – поправил меня муж. – Давайте оставим все эти формальности хотя бы тогда, когда мы с Вами наедине? – он поражал меня всё больше и больше, но мне это нравилось, и я согласилась. – Вы необыкновенная женщина, Тайлетта. Почему Вы не сбежали, ведь у Вас появилась прекрасная возможность?

Не ожидала, что муж вдруг спросит об этом, поэтому и не торопилась с ответом. Почему? Казалось бы, ответ прост – из-за сына, конечно. Но только ли из-за него?

Медленно подняла голову и посмотрела на этого человека: уверенный в себе и властный мужчина, отличный хозяин и тонкого ума стратег, любящий отец и проницательный муж. Горько было признавать, но Херр Маршал фон Стейнвегг, Ингвар (я осторожно пробовала на языке его имя), оказался вовсе не плохим человеком, как показалось на первый взгляд. Если бы не изначальная вражда, то мы вполне могли быть друзьями.

Постепенно я привыкла к нему. Сначала, конечно, бунтовала, но, как ни странно, с Ингваром я чувствовала себя защищённой. А какая женщина не хочет опираться на сильное плечо? Маршал Эволетта был настоящим мужчиной. И пусть я так и не полюбила его, но в физическом плане мы были единым целым.

– Вы же знаете, Херр… Ингвар, – я тут же поправилась, поймав на себе укоряющий взгляд. – Куда я от Вас денусь, – в моих словах однако не сквозила обречённость, просто констатация факта.

– Но, признайтесь, Тайлетта, Вы подумали об этом, – муж не угрожал, но от него невозможно было ничего скрыть. Этот человек проникал в мои мысли.

– Было дело, самую малость, – призналась я.

– Но Вы решили остаться, – не без удовлетворения подметил муж, пропуская сквозь пальцы мои рассыпавшиеся на его груди волосы.

– Здесь дом мой дом, – тихо ответила, и я на самом деле это чувствовала.

Ингвар в полуоборот развернулся ко мне и настойчиво опрокинул на спину, но я и не думала сопротивляться, убирая попавшую на его лицо прядь волос.

– Именно. Здесь Ваш дом.

Да, это так. Это так.

Пальцами руки коснулась его кожи, обвела контур лица и погладила светлую колючую щетину.

– Но, всё же, как Вы оказались так скоро? У Вас же учения далеко от дома были.

– Элементарно, моя ундина, – муж засмеялся мне в губы. – А как Сами думаете?

– Буран? – неуверенно я озвучила свою версию.

– Ну, вот Вы сами и догадались, – Ингвар нежно покрывал поцелуями моё лицо. – Он же моё творение, а я обыкновенно имею с ними телепатическую связь. Бурану сразу не понравились энергетика этих уродов, и я ощутил переданное им чувство опасности. Ну, а там – дело техники.

– Вы сомневались в моих способностях?

Зерно обиды червячком зашевелилось во мне, однако супруг на этот вопрос просто поцеловал меня.

– Вопрос риторический. Но Вы же должны понимать, Тайлетта, что я не последний человек в государстве. В вопросе безопасности своей семьи я должен быть уверен.

– Поцелуйте меня ещё раз, мой маршал.

Любые слова были не нужны – мы и без них понимали друг друга.

Полная луна осветила нас, лежащих в объятиях друг друга, – умиротворение и спокойствие отразилось на наших лицах, погружавшихся в царство Морфея.

Глава 21

Небывалая жара напала на Эволетт; вот уже две недели жители, как и сама природа, изнемогали от палящего зноя. В это самое время я была как никогда востребована и с помощью своей магии спасала поместье и близлежащие леса от пересыхания и пожара. Да, мой супруг, Херр Маршал фон Стейнвегг, полностью освободил меня от антимагических оков. Да и не нужны они были больше ни ему, ни мне. Смысл? Я просто приняла действительность такой, какая она есть. И, если признаться, то полегчало от такого решения нам обоим – Ингвару не нужно было больше пребывать в постоянном напряжении со мной, а я перестала чувствовать себя пленницей. Теперь я была просто женой, матерью и хозяйкой поместья.

Как-то само собой повелось, что сидеть в обновлённой беседке в дружной компании, состоящей из нас с Ингваром, Херр Рафаэлем с Шарлоттой и нашей всеобщей любимицей Фрау Гризель, стало уже традицией. Мы комфортно разместились на мягких подушках и вели непринуждённую беседу, поедая мороженое.

Стефан с Алленом устроили настоящий морской бой в бьющем фонтане. Их громкие возгласы и шумные плескания заставляли нас, молодых матерей, то и дело делать им замечания. А вот отцы спокойно наблюдали за «военными маневрами».

Доев очередную порцию мороженого, я тут же потянулась к следующей, но ведёрко со льдом оказалось пустым. Странно, я точно помнила, что там оставалось ещё одно. Кто же мог меня опередить? Ага, вот и попался, жук! Со всем своим выражением я бросила злобный взгляд на покусившегося на последнюю вкуснятину – герцога Киорлийского. Недолго думая, я буквально вырвала изо рта мужа холодное лакомство.

– Фрау Ингвар фон Стейнвегг, вообще-то это моё, – попытался забрать вафельный рожок супруг, но, коварно сверкнув синими очами, я откусила приличный кусок. – Вам плохо не будет?

– У-у, – вполне удовлетворённо и отрицательно промычала я, расправляясь буквально в два счёта с остатками, по окончании которого выдала: – А больше нет?!

– Кончилось. Моя дорогая, Вы и так больше всех съели – лопнете! – вполне справедливо для него заметил Ингвар.

– Нет, не лопну, – это же надо быть таким меркантильным – отказать супруге в такой мелочи, как лакомство! – Сделайте ещё.

– Хватит.

– Жадина!

– Фрау Ингвар фон Стейнвегг!

– Жмотяра! Запрятали у себя в подполе и по ночам сами поедаете втихаря! – не унималась я и от обвинительных речей в сторону супруга перешла на мольбы: – Ну, Херр Ингвар фон Стейнвегг, ну сделайте мороженку. Что Вам, жалко что ли для своей дражайшей супруги?

Я постаралась сделать максимально милую такую мордашку, но по всей видимости переборщила, так как все присутствующие буквально покатились со смеху. Но это я поняла позже, а пока обиженно на них смотрела, не понимая причины столь бурной реакции. Первым пришёл в себя Херр Рафаэль:

– Поздравляю, Херр Ингвар, кажется, в вашем полку снова прибудет!

– Было бы странно, если бы ваши недельные кувыркания не принесли плоды! – вставила Шарлотта, вытирая слезу.

Все снова дружно захохотали.

– Будете собирать футбольную команду или разбавите мужской коллектив девочкой? – сидящая рядом Фрау Гризель погладила мой плоский животик.

Непередаваемая палитра эмоций вылилась на моём лице, когда наконец-то дошёл смысл их слов. «Ну, Херр Ингвар фон Стейнвегг! Извращуга-осеменитель ко всем кондитерским изделиям!»

Сам виновник моего нынешнего состояния довольно подпёр подбородок ладонью, расплываясь в улыбке, как мартовский кот. И ведь ни капли раскаяния! Но я стойко держала оборону обиженной женщины, и ему таки пришлось пойти на уступки, дабы супруга сменила гнев на милость, и сотворить новую солидную порцию холодного лакомства исключительно для меня.

Так и хотелось всем по-детски показать язык, но я благоразумно сделала это про себя, ничуть не выдав внешне.

* * *

Довольно таки часто мы всей семьёй куда-нибудь выезжали отдыхать. Я сидела в летнем кафе под большим полосатым зонтиком с сыновьями. Двое моих белобрысых мальчишек цедили через трубочку прохладный молочный коктейль, развалившись на удобных креслах. Братья были похожи между собой как две капли воды с одним лишь различием: старший Стефан – полная копия отца, а младший Эллиот унаследовал синеву моих материнских очей.

Погода стояла замечательная и благоприятствовала хорошему отдыху. Шальной ветерок сорвал с моей головы широкополую шляпку, и Стефан, со свойственной подросткам угловатостью в движениях, подал мне головной убор. Как мило! Я улыбнулась, вновь покрывая длинные волосы, убранные в элегантную причёску. Время от времени я оглядывалась по сторонам в надежде увидеть задерживающегося супруга.

Незаметно как, но во мне родилось необыкновенно щемящее чувство и заставило ещё раз осмотреться. Взор задержался на мужчине, скрывающим свои глаза от яркого солнца за тёмными очками. Он с кем-то беседовал, но я могла с уверенностью поклясться, что его взгляд был направлен исключительно на меня. Вскоре спутник незнакомца ушёл, оставив того в полном одиночестве.

Всего лишь обычное поведение среди отдыхающих, и я вроде бы переключилась на сыновей, однако почему-то всё чаще стала поглядывать на таинственного незнакомца. Мокрые волосы были зачёсаны назад, открывая прямой лоб с тонким шрамом; модная трёхдневная щетина необычайно шла ему. Мой взгляд невольно скользнул ниже по крепкому торсу, виднеющемуся из-под расстёгнутой рубахи. Мужчина явно следил за собой и был в хорошей форме, но не это привлекло моё внимание: на груди отчётливо различалась часть до боли знакомой татуировки, которую имели все мужчины моего Ордена Глендстория, а на шее висела цепочка с подвеской в форме меча.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Мне стало как-то нехорошо. Дабы прогнать дивное видение, я зажмурилась и снова взглянула: ошибки нет – это точно была подвеска моего Гвентина. Я узнаю её из тысячи, но как она могла оказаться на этом мужчине? Словно в ответ на мой немой вопрос, незнакомец поднял очки на короткие волосы.

Ох, наверное, здешнее солнце напекло бедную головушку – на меня смотрел Гвентин фон Фуллингтон!

Не может быть, это галлюцинация!

Я немедленно похлопала себя по щекам, но видение не исчезало: через несколько столиков действительно сидел мой Гвентин собственной персоной. Возмужавший, с короткой стрижкой, но живой!

– Мама, почему ты не пьёшь? Можно я возьму твой стакан? – шестилетний Эллиот на мгновение отвлёк меня.

– Да-да, конечно, – я машинально дала согласие, возвращая взгляд на Гвентина.

Да как такое возможно? Я же видела фотокарточку его могилы!

Милый мой Гвентин, как же долго я оплакивала твою смерть, как долго жила во снах последней нашей встречей перед разлукой!

Стакан с напитком в руках выдающегося мага покрылся льдом. Он тоже не спускал острый взгляд тёмных очей с меня. Да, я тоже изменилась – теперь я больше не бесприданница хоть и ландграфиня Гженчальская, а знатная дама с высоким положением в обществе носящая имя своего супруга – герцогиня Киорлийская. Об этом говорил мой дорогой наряд и аксесуары; а наличие рядом сыновей свидетельствовали о счастливом материнстве бывшей Фройлен Тайлетты фон Ольденбург.

Удивлён? Удивлён. Я ведь также как и он для меня, считалась в Ордене Глендстория все эти долгие годы без вести пропавшей, благодаря моему похищению. Читала тайком (хотя, думается теперь, что намеренно оставленными на виду) в газетах, что меня искали всем орденом, но для них я как в воду канула.

И вот теперь мы встретились спустя двенадцать лет на нейтральной территории курортного островка. Годы почти не отразились на мне, это точно знала, глядя в своё отражение в зеркале – я была всё также хороша, но всё же издалека в глазах отражалась печаль.

Мы смотрели друг на друга, разговаривая без слов и не в силах подойти друг к другу. Волнительное чувство накрыло нас вне всяких сомнений, жизнь поменяла судьбы когда-то величайших магов, вырвав из объятий возможного счастья.

Сейчас я была замужней дамой, а он? Кем стал Гвентин? Тоже женился? От этого стало очень больно и горько. Но… Ничто и никто не в силах изменить то, что случилось.

Гвентин смотрел, как к столику подошёл похожий на моих мальчишек мужчина. По взгляду было заметно, что он узнал его: ещё бы, правая рука наших вечных соперников – всем известный маршал Эволетта. Мне сразу вспомнились события тех лет, как его армия, армия Эволетта стояла мощной преградой на пути к победе нашей Иосфании.

После приветственного и нежного поцелуя Херр Ингвара фон Стейнвегга у Гвентина наверняка не осталось сомнений, что именно он разлучил нас.

Маршал Эволетта медленно проследил за немигающим моим взглядом, сжимая кулаки до побеления костяшек. Хоть перемирие между нашими государствами и было установлено, но мужчины, казалось, готовы были немедленно броситься в драку, невзирая на грозящий долгий арест. На этом острове праздновали юбилейную дату фестиваля Манго, и потому вокруг сновали стражи правопорядка, обеспечивая безопасность приглашённых высокопоставленных гостей.

Всё происходило как во сне, в котором я была непосредственной участницей, а потому, заметив охватывающее давних соперников ледяное свечение, поспешила обнять супруга, гладя ладонью по мужественному лицу. Я не желала никому из них оказаться в тюрьме – оба по-своему были мне дороги.

К счастью, непредвиденная встреча не получила своего продолжения, которое вполне могло разразиться международным скандалом.

Позвав сыновей, наше семейство покинуло кафе. Один лишь раз я обернулась на бывшего возлюбленного, чтобы больше никогда не увидеться.

Это я точно понимала, как и то, что Херр Ингвар фон Стейнвегг ни за что не разрешит мне покинуть Эволетт, но то, что смогла увидеть сегодня Гвентина, грело душу. Самое главное – мой ледяной маг жив, а остальное не важно.