Текст книги "Неспортивное поведение (СИ)"
Автор книги: Мария Киселёва
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 12 страниц)
– Дмитрий. Он…он редактор иллинойского подразделения CNA.
– Именно. Постарайся, не расписывать ему в красках каждую поверхность моего кабинета.
Луиза краснеет, почти горит. Я с удовольствием смотрю на уничтоженного сотрудника моей компании и его отчего-то разгневанную принцесску Линс.
Мы действительно говорим с Дмитрием и его девушкой-филантропкой, к нам присоединяются другие пары, связанные с медиа. Когда внимание обваливается на Луизу, бросившую в беседу пару точных замечаний, она сжимает мою руку. Я не заметил, что все это время наши пальцы были переплетены.
– Извините, я неважно себя чувствую, отойду ненадолго.
Она идет в сторону лестницы, направляюсь следом.
– Роланд, а вы куда? – Дмитрий.
– Насколько вы могли слышать, моей спутнице стало плохо. – изгибаю бровь.
Они удивлены моему железному тону, отводят глаза. Привычно.
– Вы не обязаны. – Луиза не оборачивается.
– Тебе пора запомнить, что я в силах оценить собственные решения. – замечаю ее замешательство, скольжу взглядом по переливающемуся платью – Тебе нужно в уборную?
В той стороне много женщин, и по наблюдениям – отдельная вечеринка.
– Нет…куда-нибудь подальше.
Я не знаю музей, но за руку завожу Луизу в небольшой зал без эха и основного освещения с картинами маринистов. Пять минут отсутствия пойдут кстати – еще не хватало, чтобы Беннет закатила истерику у всех на виду, а она близка.
– Мы расстались неделю назад. Я ничего не понимаю…она была здесь с Фрэнсисом, а мне он всегда говорил, что это исключительно мужские переговоры с виски и покером.
Луиза обхватывает себя руками, но ладони скользят по шелку.
– Мне жаль.
Она смотрит на меня блестящими от непролитых слез глазами, даже в таком свете вижу, насколько она побледнела.
– Правда?
– Нисколько. Ты не заслуживаешь этой паршивой эмоции.
– Спасибо?
Я чуть усмехаюсь ее неуверенности и такой глупой уязвимости.
– Хотя…ты повелась на такого гондона, который позже решил, что с тебя больше нечего поиметь и выбросил.
– Не вздумай так говорить. – бросает зло.
Есть ли у нее зубки? Думал, без них невозможно так вести беседы, как получается у Луизы, но на мгновение сомневаюсь.
– Вы не имеете права оскорблять моего родного человека.
– Отлично. Я связался с любительницей абьюзивных отношений с продолжительностью в три с половиной года.
Она хочет спросить, откуда я знаю, но быстро понимает, что я могу достать любую информацию.
– Четыре. Четвертая годовщина седьмого июня.
– Он спал с Матильдой Линс с середины декабря.
Луиза закрывает рот рукой, неустойчиво забиваясь в угол зала, собираясь упасть в обморок или того хуже – потерять сознание. Соскальзывает по стене.
Вздыхаю. Людям всегда тяжело принять правду, они забывают, что только она дает освобождение.
– Нам надо поговорить еще с двумя, и можешь убиваться у себя дома сколько угодно.
Ставлю ее на ноги. Уже в главном зале беру с ближайшей стоки бокал бренди, всовывая в ее дрожащие пальцы.
– Форенс, здравствуйте! Хотела на днях написать. Вышла невероятная коллаборация со Sprite.
– Рад видеть тебя, Беннет.
Для того, чтобы пожать руку мужчине, которого я не помню, ей приходится освободиться от моей хватки.
– Они еще не дали обратную связь, думаешь концепция зайдет?
– Там нет цветов Быков, но Невио показал себя лучше обычного.
– За такую-то сумму. – в шутку присвистывает он, смотря на Луизу так же, как и другие, поддающиеся на ее незамысловатые уловки с улыбками и похвалой.
– Мы только что с Роландом обсуждали сотрудничество с корпорациями. Вы разве не знакомы? – снова трюк, который она использует не первый раз за вечер.
Коротко представляемся, Форенс становится формальнее.
– Тебе рассказывали, как на переговоры отправили команду из немецкого отдела Coca-Cola company? – она смотрит на меня безжизненными глазами, но в голосе прежняя энергия – Адвокаты превратили это в мем. Флоренс, прошу, расскажите, как умеете. – затем кладет руку мне на предплечье – Это вправду забавная история.
Это была ни разу ни забавная история. Все это время я смотрел на Луизу, чьи чувства выдавали застывшая жемчужина слезы в уголке глаза, слишком напряженное тело, подрагивающий подбородок. Она продержалась еще полчаса. Неплохо.
В машине говорю о следующих встречах и том, что мой менеджер отправит электронной расписание ей на почту. Луиза молча мнет ленту платья, но надеюсь, не потеряла способность слушать. Когда подъезжаем к ее дому, Оливер не успевает выйти из машины, чтобы открыть дверь, как Луиза выскакивает прочь.
– Луиза. Стой. – командую, не дождавшись от нее согласования интервью.
Она с хлопком закрывает дверь, и я какого-то хрена выхожу следом.
– Вернись сейчас же.
В ее лексиконе нет слова «самосохранение», потому что девушка заходит по магнитному ключу в дом – у меня есть такой же.
От нее остается картина платья, цвет которого исказили желтые лампы.
Блять.
ГЛАВА 3
ЛУИЗА
«С тебя больше нечего поиметь» – так сказал мистер Прайс обо мне и Фрэнсисе.
Он действительно выжал из меня все до капли. Последним оставался статус и окружение. Благодаря мне он попадал на неформальные вечеринки селебрити, баскетболистов, заполучил связи, но никогда не вводил в свое общество. Я посмешище для всех, кто видел его с Матильдой, а затем со мной. Загуглила: ему по душе чистокровные виконтессы с безупречными манерами, медалями за верховую езду. Господи…они идеально подходят друг другу, Фрэнсис обожает позу наездницы.
В принципе, Роланду, кроме умения общаться от меня тоже ничего не нужно, только он заявил это сразу, даже предлагал деньги. И да…я действительно ему нужна, он не способен говорить на повседневные темы и в принципе быть тактичным. Избалованный высокомерный придурок…все они такие. С долбанного декабря…У миллиардера есть сыщики, которым не хочется верить, но факты – пощечины. У нас с Фрэнсисом все пошло ко дну именно зимой.
И даже после новости об измене, нескольких звонках бывшего и сообщений Роланда я думаю, не ужасно ли было так скоро после расставания появляться на публике и представляться девушкой другого мужчины. Пусть подруги убедят в обратном.
Мы трое работаем на Chicago Bulls, то есть на дорого мистера Прайса. С Анной пришли в клуб одновременно, она копирайтер сайта и редактор статей чикагского СМИ о Быках. Мы работаем на одном этаже, если вообще появляемся в офисе, она стала моим вторым другом после Фрэнсиса, к тому же они нашли общий язык. Анна прелестна без всяких преувеличений. Микка же…сражает наповал. Девушка коренная жительница Чикаго, японка с американскими корнями и в свои двадцать семь начальница технической безопасности Юнайтед-Центра – главного стадиона штата. Недавно парень перешел на противоположную сторону улицы от летней веранды, где мы завтракали: оказалось, это бывший подчиненный Микки. Я видела ее в деле, нередко захожу на стадион для съемок или найти уединение.
Как бы я ни боролась с одиночеством, приходится приводить мысли в порядок. Микки скорее агрессивный начальник, в отличие от Роланда. Кстати о нем…я не знаю, как заставила тело двигаться после его приказа. Не могу терпеть командный тон, но Роланд…в этом есть что-то гармоничное. Ему подходит уровень эмпатии баскетбольного мяча, но куда больше идет власть. Определение слова «харизма» – способность привлекать людей. Что же, Роланд привлекает внимание, имеет влияние над многими. Я видела фотографии. Его общество: иностранные бизнесмены, послы, директора корпораций. Точно не мелкая рыба Чикаго.
Итак, мы с подругами планируем встречу. Договариваемся с Анной встретится не на этаже, а на месте. Собираемся после работы в пабе между офисом и стадионом. Он пустует летом: без главного сезона и любительских игр. Но только открываю дверь своего кабинета, как делаю шаг назад, едва не врезавшись в грудь мистера Прайса. Вспомнишь…вот и оно.
От мужчины пахнет неприличной свежестью, от идеальной щетины и уложенных волос цвета темного-шоколада веет барбер-шопом. Он всегда, черт возьми, такой…выглаженный? И сегодня тридцать градусов, а на нем рубашка, пусть и с закатанными рукавами, обнажающими…я сглатываю.
Пару недель назад ни взглянула бы ни на одного мужчину с такой стороны, к тому же я видела руки и посильнее, с более выраженными венам, но это спортсмены, а не миллиардеры со степенями лучших учебных заведений мира. Неожиданный типаж…Фрэнсис был не таким. За четыре года мы слишком часто менялись внешне, так что держались не за тела друг друга, а…само присутствие. Какой же я была трусихой.
– Вы не можете без меня и недели? – говорю дезориентированно.
Следом за ним входит мужчина чуть старше, передает Роланду пластиковую папку.
– Я принес договор, чтобы наше сотрудничество проходило менее болезненно, чем в субботу, по продуктивности все устраивает. Расчет эффективности проведем позже.
Так и стою у двери, смотрю на человека, чья семья владеет этим зданием. Он раскладывает бумаги на моем заваленном фотографиями и розовыми стикерами столе, а…юрист? читает основные положения. Он перечисляет мероприятия, что их количество в неделю не влияет на мой гонорар, а видимость отношений должна сохранять каждую минуту вне дома. Также отдельная пачка бумаг о неразглашении. Неделю оценивают в десять тысяч, это больше моей месячной зарплаты.
– Нет.
Юрист, протянувший ручку, смотрит слишком удивленно на контрасте со спокойным боссом. Он облокотился на мое рабочее место, которого я, очевидно, скоро лишусь.
– Ты так же продаешь свои часы, когда работаешь с клиентами, тратишь те же ресурсы. – Прайс объясняет, словно ребенку, но в голосе жесткость – У меня нет времени, подписывай.
Но у бизнесмена, которого только в воскресенье снимали на подписании договора в Китае, есть время, чтобы прийти вместе со своим юристом к искренне ничем неинтересной мне. Он мог бы отправить хоть весь правовой отдел, но пришел сам.
– Но не продаю себя, пока меня принимают за любовницу рядом с мужчиной. Я согласилась сопровождать вас на вечер, помочь со знакомствами ради развлечения.
– СМИ пишут о нас как о паре: нужно подогревать. – складывает руки на груди.
Черт. Я не видела еще ни одной статьи, какой из меня персонал медиаотдела?
– Зачем?
– Мотивы тебя не касаются. Мне нужна девушка, пока мне не до настоящих отношений. Это выгодно – указывает пальцем на сумму гонорара – обоим. Хочешь, чтобы добавил ноль?
Деловому тридцатипятилетнему мужчине, который по непонятной причине выбрался в свет, нужна красивая картинка. Я профессионально их создаю в социальных сетях, а не в реальности.
– Мне еще уговаривать? – он говорит так, словно подает руку, пока я вишу над пропастью – Хотя бы утри нос своему придурку-бывшему. – не отвечаю, а Прайс быстро звереет – Я не веду переговоры с террористами, Жемчужина.
Почему он меня так называет?
Роланд прищуривается, оглядывает меня, а я отступаю к выходу в большой розовой футболке и джинсовых шортах. У нас тут…свобода самовыражения…вроде как.
И плевать. Хватило приказов, желания Прайса взять надо мной контроль через деньги, его холода. Я согласилась на прошлый выход, чтобы не сидеть дома, поедая пиццу из микроволновки, но мужчина заставил почувствовать себя еще хуже.
– Я понимаю, зачем вам все это. – киваю на бумаги, но он не следит за взглядом, смотрит только на меня – Дело не в том, что вам не до отношений. Возможно, вы не способны завести их бесплатно.
Слышу, как у юриста дергается в инфаркте сердце, челюсть Роланда разлетается на части – так сильно он на нее давит, а моя бедная шея издает хруст.
– Я была готова на ваше колючее общество…
– Ты хочешь сказать, единственное доступное тебе общество. – со злобной усмешкой.
Он знает, что у меня нет семьи.
– Теперь ищите другую. Девушки из отдела кадров знают многих сотрудников.
Несмотря на то, что это мой кабинет, неформальная личная территория, я сбегаю. Благодарю вселенную за то, что лифт стоял на этаже. Серьезно, я произношу это вслух. И настолько же удивлена, когда без слез рассказываю о Фрэнсисе и Прайсе подругам.
– То есть ты не знала, кто он? – Анна.
– Да! Я нужна Прайсу, чтобы он познакомился с другими, но сама не знала его в лицо!
– И он знает, что Фрэнсис изменял тебе полгода. – присвистнула Микки – Мне нравятся эрудированные мужчины. – она макает сырную палочку в сырный соус.
– Не понимаю, жаль мне тебя или нет.
Роланд сказал, что жалость – паршивое чувство.
– Но я действительно подумала, что Фрэнсис сделает тебе предложение! Когда он говорил со мной, так нервничал. А оказалось…
Именно Анна рассказала, что бывший что-то для меня готовит. Ну-ну, Лу, конечно, то самое помолвочное кольцо, которым ты грезила с первой годовщины.
– Я…отпустила. И его, и себя. Он почти освободил квартиру, – а затем добавляю – но в моей постели все равно мужчина.
– Третий⁈
– Прайс в ней никогда не будет! – бью по рукам Анну, которая тянется за моим десертом, а затем достаю телефон – Помните, Фрэнсис хотел завести собаку? Теперь у меня есть Симба. У нас с ним пока что натянутые отношения, мне в семь забирать его из яслей.
– Щенячьи. Блять. Ясли? – откидывается на спинку стула Микки, а затем заливается смехом – Детка, это все отлично, но подумай, как ты будешь снимать квартиру, заниматься щенком и жить в привычных условиях со своей зарплатой.
– Я давно говорю, что Быки тебя эксплуатируют. – Анна – Нужно было найти способ остаться частным менеджером, а не работать через клуб.
Может, она и права, баскетболисты бы платили в разы больше. Права и Микки. С моими семью с надбавками тысячами не получится существовать в прежнем ритме.
– Даже не намекай на предложение Прайса.
– Это хорошая со всех сторон сделка.
Анна кивает.
– Деньги, отличные фотографии, имя в медиа пространстве, что даст тебе фору.
Девочки нашли фотографии в сети. Мы с Прайсом и вправду неплохо смотримся, на паре фото видна улыбка Роланда, которая мне не досталась, мужчина стоял чуть позади, перемещая руку от моих лопаток до талии.
Пост СМИ увидят многие. Даже в Вирджинии, может, интересующиеся в Австрии. Хотя родителям наверняка плевать.
– Ну и мой любимый плюс – мудак и его англичанка. Она тебе не ровня, как и Фрэнсис Прайсу. – заговорщицки Анна – Может, мне позволят написать что-нибудь о вас, и я не побрезгую субъективностью.
– Я не могу это…идиотизм. Не стану работать на этого человека…так. Захочет изменить мой рабочий договор, пусть отдает старый с заявлением об увольнении.
– Ты права, детка. – Микки снимает перчатки, когда доедает бургер – Идиотизм.
– Вы не видели его. Я действительно была с роботом, которого заводила на ключик, когда знакомила с кем-то. Он умеет обращаться только с подчиненными, не видит ни в ком равных.
– Давай соберем всю картинку. Властный, – загибает палец Микки – из хорошей семьи, умеет зарабатывать деньги, находить информацию и…
– И? – жду.
– Получать то, что хочет. Извини, Лу, но это вопрос времени. Тебе стоит принять лучшие условия.
– Если и захочу к нему приблизиться, то это случится на моих.
* * *
ЛУИЗА
Новая неделя, новый день девушки, которая делает вид, что не была с одним человеком четыре года, пока он не предпочел другую. Так сделала вся моя семья. И повод ли это стоять на месте? Ненавижу свои мысли, не стоило бросать психотерапевта. Вместо этого посвящаю рабочий день жалости, ведь довольно жалко заводить страничку в Instagram своему щенку.
– Красавец. – аккуратно завязываю платочек Chicago Bulls на шее Симбы и ставлю его на площадку.
У меня пропуск в любое помещение Юнайтед-Центр, спасибо Микки. И все же попасть на корт сложнее, чем кажется. Ради меня одной никто бы не включил освещение.
Делаю пару кадров своего послушного мальчика.
– Надо посоветовать Кристиану завести собаку или кота. Девочки обожают животных, верно?
Я говорю одними губами, потому в пустом стадионе было бы слышно, как упала иголка. Беру Симбу на руки и иду к выходу С, чтобы сделать фотографии не только щенка, но и стадиона свысока в качестве заднего фона постов. Здесь более двадцати тысяч пустых мест, я видела, как они ломятся от прыжков болельщиков, их агрессии или радости. Удивительно.
Я поднимаю голову к огромным экранам, затем стеклянным частям стадиона, находящимся в десятке рядов выше. На одной из хозяйских лож снята тонированная защита, и я вижу отличную задницу в кожаных брюках, затем ее обладательница поворачивается и обводит рукой стадион, что-то объясняя шатену с расстегнутой на три пуговицы рубашке. Микки и Роланд. Класс. Ожидаемо наткнуться на подругу на месте работы, куда меньше шансов увидеть мужчину, которому отказала после одного несчастного вечера. Отказала в предложении работы, не больше.
Нужно уходить, но Симба так не думает. Он тявкает, а затем делает круг на сидении, гоняясь за своим хвостиком. Его писк оглушительнее прошлогоднего концерта Шакиры.
Поднимаю глаза, чтобы столкнуться с абсолютно холодным взглядом Прайса, выражающим скуку. Микки отдает мне честь, и я понимаю, что дело дрянь.
– Раз-раз, проверка системы аудио верхнего диаметра. – раздается ее голос из колонок.
Симба пугается и жмется ко мне.
– Мисс, пройдите во второй пункт управления. Служебный лифт.
Класс. Я показываю ей знак «окей», слыша смешок-выдох в динамик. Хочется поднять средний палец.
По пути держу щенка и строчу Микки, но она не отвечает. Не проще ли мне будет сбежать? Или подруга предупредила охрану и меня не выпустят живой? Разыгрывать сцену необязательно.
Меня провожают от управления до ложи.
– Привет, детка.
– Привет, Микки. – приобнимаю подругу, которая, очевидно, решила наплевать на Роланда у обзорной точки.
Бросаю убийственные и вопросительные взгляды на нее, но мне лишь кивают в сторону мужчины. Что она от меня хочет? Или он попро…исправляю саму себя – потребовал меня позвать?
Ставлю Симбу, надеясь, что он повторит свою попытку испортить обувь мужчины, как было при первой встрече с Прайсом, но малыш лишь активно пытается запрыгнуть на диван хозяйской ложи, что с его размерами невозможно.
– Добрый день. – говорю, вставая в нескольких метрах – Не знала, что вы здесь.
– Не знал, что ты захватила даже Юнайтед-Центр.
– Уверена, знали. – поворачиваемся друг к другу – Не поверю, что у вас нет досье на Микки.
Подруга, рассматривающая свою рацию, замирает.
– Не знал до определенного момента. – привычным жестом складывает руки на груди – Нужно уметь слышать не то, чего ожидаешь.
– Отличный совет. – огрызаюсь, не способная подавить злость.
– Как-нибудь обменяемся парочкой. Например, вот мой: в рабочее время избавься от собаки и приноси мне прибыль в офисе. – щенок теперь крутится у его дизайнерских туфель – Я говорил, что он будет мешать.
Забавно, но у Прайса не получается сказать последнее с должной злобой, он пару секунд наблюдает за Симбой.
– Вы любите контракты. В моем нет часов просиживания в кабинете, я удаленный сотрудник, пока иного не требует клиент.
– Пора внести это и дресс-код. Вопрос в том, умеешь ли ты ставить подпись. Очевидно, дело только в этом.
– Извините, что у меня нет личного юриста, говорящего мне, что делать, и всей линейки рубашек Армани.
– Прекрати – сквозь зубы – или я действительно навещу отдел кадров.
Это должно было стать угрозой? Увольнение?
– Так вы еще не нашли мне замену?
– Понял, что справлюсь без экскурсовода. – громкая усмешка.
Только сейчас замечаю, что Микки нет в ложе.
– Счастлива за вас, тогда до встречи на барбекю.
– Луиза. – предупреждает.
Почему люди считают, что обращение должно меня напугать, пояснить ситуацию?
– До свидания, мистер Прайс. Я позову мисс Хоук.
ГЛАВА 4
РОЛАНД
Кажется, я ее прикончу.
Мне приходится отказаться от приглашения дальнего друга на мальчишник в Лас-Вегасе, из-за чего перенесли свадьбу. Отменяю онлайн встречу с французским коллегой. И все ради барбекю одного из баскетболистов второго состава.
Если это принесет одобрение мистера Прайса Старшего и совета директоров, приблизит к посту генерального директора и увеличит эффективность – оно того стоит. Мне не привыкать идти на жертвы ради работы, а Chicago Bulls сейчас в приоритете, даже не являясь самым прибыльным из бизнесов в моей обороте. Приоритет.
В голове чертово королевское платье, челка, которую Луиза периодически смахивает смешным движением головы, замерший взгляд после новости об измене, широкая улыбка и искренний интерес к собеседнику несмотря ни на что. Гнев на меня. Он почти детский, но на него не решались и равные мне в частных клубах. Повторяю себе в десятый раз, дело в отсутствии инстинкта самосохранение у девочки, не имеющий никого кроме пары подружек. Слишком сложно управлять человеком, которого не интересуют деньги, по крайней мере от меня, прибегать к шантажу еще рано.
– Не́мощные земные создания вызывают Рони.
Только семье позволительно так меня называть. Я сижу на вилле младшего брата в Шарлотт в Северной Каролине. Он живет с женой на побережье, здесь едва ли есть стены: стекло и занавески. Пахнет солью и деревом. Картинка из каталога дешевого Sotheby’s.
Возвращаюсь к разговору. При спонсировании гонок Леви у меня единственное условие:
– Не поджарься на поворотах.
Брат усмехается, кладет ладонь на розовый след на коже. Леви не скрывает рельефный ожог на всё предплечье – последствие недавнего заезда.
– Как и ты. Думаешь, хорошая идея платить изданиям за новости о твоей подружке? Она вроде как моложе меня, а тебя на все десять лет.
Если Леви, не смыслящий ничего в бизнесе и медиа, задает такие вопросы, значит, говорил с мамочкой, директором модного издания.
– Что она об этом думает?
– Ты знаешь, мама никогда не будет кем-то довольна, кроме своего отражения. Говорил и с дедушкой. – не помню, когда в последний раз так называл Филиппа Прайса, но малышу Леви позволено многое, он не наследник.
– Не заставляй вытаскивать слова клешнями.
На самом деле я не раздражаюсь, это мой брат, единственный человек, который имеет значение.
Палочки музыки ветра звенят у двери. Наверняка пришла Диана, моя невестка. Она не вовремя, как бы хорошо ни влияла на брата. Они познакомились еще в университете, когда будущая врач-травматолог не позволила Леви истечь кровью до приезда скорой – студенческие гонки. Они расписались после ее выпуска. Все было сделано в тайне от мамы и деда, что должно было вызвать скандал, но когда они узнали, что я был свидетелем, перестали поднимать тему, а мама в принципе думать о сыне. Уже втором.
– Он доволен. Особенно тем, что…Лиза?
– Луиза. Дальше. – подгоняю.
– Работает в клубе. Считает, она станет неплохим стартом. К тому же все эти долбанные сплетни во внутренних кругах о том, что ты довольно… – Леви показательно прячет смех в кулак – общительный и открытый.
– Привет, Роланд! – в гостиную заглядывает блондинка.
Не могу не проникнуться уважением к ее изнеможению после смены в больнице.
– Солнце.
Леви встает, чтобы взять лицо жены в ладони и поцеловать ее. Наблюдаю за ними с интересом ученого.
– В холодильнике вегетарианская лазанья, салат с баклажанами и штук двадцать тех мюслевых батончиков.
– Если нет с клюквой, то я готова сломать кому-нибудь шею, а затем наложить гипс. – улыбается, но только для Леви.
– Тебе лучше поесть нормально. Я скоро освобожусь.
– Я сразу в постель. – поворачивается ко мне – Приходи к нам на ужин со своей девушкой, – затем шлепает по руке Леви, который хотел сжать ее ягодицу – раз у кого-то проснулась тяга к кулинарии.
Когда мы вновь остаемся один на один с братом, я говорю:
– Очевидно, что мы с Луизой фальшивка?
Я доверяю брату в таких вопросах.
– Вас видели два раза во время мероприятий с хреновыми пингвинами. – так Леви называет мужчин в фраках – Они тупые и слепые. – далеко не все – В другой обстановке придется сменить тактику.
– Так же пресмыкаться перед женщиной, как ты? – на самом деле, брату это подходит, укрощает мозг с безумными идеями.
– Давай признаем, не будь ты Прайсом, ни одна женщина не выдержала бы твой характер, Рони. Уж прости. – шуточно поднимает руки – Сколько ты платишь малышке, что она согласилась?
– Она и не согласилась. – приходится имитировать вселенскую скуку, чтобы не выдать, насколько я взбешен, но брат все понимает.
Присвистывает.
– Я не буду отрывать глаз от социальных сетей и хэштега с твоим именем. За этим будет интересно понаблюдать.
– Ты прав. – смотрю на наручные часы Patek Philippe – У меня через час самолет. Дай наставление насчет визита барбекю в сомнительном обществе баскетболистов.
– Во-первых, это безумие. – смеется Леви – Во-вторых, выпей хотя бы одно пиво из горла. – от одной мысли тошно, брат знает о моей симпатии к дистанции и этике.
– Стоит надеть солнцезащитные очки, чтобы кто-нибудь не упал замертво от твоего взгляда. – проходит через гостиную Диана с кружкой чая – И воспользуйся спф, рак не шутка. – уходит в другую часть дома.
– Она абсолютно права. – затем Леви вспоминает – Как ситуация с Камиллой? Все разрешилось?
Он о женщине, пытающейся создать скандал вокруг своей беременности. Она действительно ждет ребенка, уверяет, что от меня, но спустя двое суток работы детективов, ситуация прояснилась – золотоискательница.
– Да, подчищают информационный след.
– Ну и славно, сложно быть Прайсом.
Я киваю в сторону спальни. Брат с почти грустной улыбкой отрицательно качает головой.
Пожимает мне руку.
Мы одного роста, но Леви худощавее, в его внешности больше от матери, чем от отца. Кудрявые черные волосы, ямочки на щеках, проблемы с растительностью на лице, поэтому он делает все, чтобы сохранять кожу гладкой, отчего выглядит младше. Одно время Леви пытался копировать меня с щетиной и частыми походами в барбершоп. Младший брат действительно хватался за любую возможность стать ближе, но я рано уехал на учебу в Англию, затем Гарвард, основание и перенятие бизнеса. Нам обоим нужен был отец. Для меня им стал Филипп, Леви же нуждался во мне.
– Не забудь о встрече с аналитиком в следующий вторник.
Леви живет на дивидендах, моей помощи с гонками и попытках захватить нишу автомобильного производства. Каждый раз, уезжая из его дома подавляю удивление. Брат счастлив, и это при отсутствии настоящей жизни: использования образования и возможностей семьи Прайс. Иногда у людей слишком низкие запросы, хотелось бы мне быть таким.
* * *
РОЛАНД
Барбекю проходит в доме Кристиана Слоу, одного из самых молодых баскетболистов и клиента Луизы. Список гостей небольшой, но я попал в лист и уверен, причиной стала Беннет – мое имя написано прямо под ее. Или это обосновано новостями о моей новой девушке, однако они не помешали Слоу пригласить и бывшего Луизы.
Коттедж парня ненамного меньше моего при том, что это одна из его четырех собственностей. Я паркую Bugatti Между спортивных машин, замечая несколько очевидно семейных. Блять. Здесь действительно дети.
– Мистер Прайс, здесь нечасто появляются новые лица. – пожимает руку первый попавшийся парень – Мэт Эйнер, разумеется, клиент Луизы.
– Кажется, у меня не было возможности отклонить приглашение. – смягчаю голос.
– Это точно. Не помню, когда игнорировал сообщения Лу. – громко смеется, указывает на уличный холодильник с банками и бутылками напитков – Вливайтесь, мистер Прайс.
– Зови меня Роланд. Этим местом – обвожу огромные мангалы, дом, лужайку – я не владею.
Увы.
Это блять сложно.
Здесь все в футболках или майках. Не больше тридцати человек. Я надеваю солнечные очки и поправляю льняную рубашку, сканируя присутствующих. Паршиво в чем-то быть непрофессионалом, мне бы пригодился талант словоблудия Леви.
К кому легче подойти? Частному карьерному аналитику и другу хозяина сборища? К незнакомой женщине, которая в плюс тридцать три одета в красный сарафан и пытается сделать все, чтобы не поплыл макияж? Она хотя бы не поглощает хот-дог с горчицей, как жена Эйнера. Есть еще одна мисс, которая действительно держится неплохо.
Она курит в тени дома, обхватив сигарету губами с оранжевой помадой, перекидывает свои темные волосы за спину и ловит мой взгляд. Я ее знаю, видел на Ямайке во время одного из деловых ужинов в прошлом месяце. Она только откидывает сигарету, а я делаю несколько шагов в ее сторону, как оборачиваюсь на звук оглушительной смеси детского и женского смеха.
Девушка в футболке университета Беркли и синих шортах щекочет маленького мальчика, катаясь в траве. К ней бросается еще пара детей с водяными пистолетами.
– Лу! Сдавайся!
Тут же с ведерком воды бежит темноволосая девочка, которую вовремя ловит Сабрина Фелтон.
– Никогда, Софи! У меня слишком много союзников, например, твоя мама.
Вот и она.
Только когда Луиза ловит мой взгляд сквозь солнцезащитные очки, понимаю, что улыбаюсь. Чтобы слышать следующее, приходится сделать несколько шагов к дому, как раз под козырек к брюнетке.
– Лу Беннет, знаю, ты считаешь, что я сэкономил на аниматоре, но хоть немного повеселись сама.
Выливаю пиво в ближайший горшок. Привлекательная женщина рядом с фырком усмехается, но не решает заговорить. Мое внимание принадлежит Луизе.
Кристиан Слоу помогает ей встать на ноги. Высокосортный газон не покрасил женскую одежду, но на футболке пару полос влаги от водяных выстрелов.
– Что тебе принести? – Слоу.
– Я схожу к Полли за арбузом.
Очевидно Луиза не первый раз в доме Кристиана, своего клиента, и не понимает, что такое профессионализм, не говоря о субординации.
– Тебе не хватило тех, что были на детских шпажках? – смеется.
– Прекращай! – она в шутку отталкивает его, а затем достает телефон и делает снимки.
– Раз-вле-кай-ся. У нас съемки в понедельник.
– Вау, ты даже не забыл!
Он хочет ее шлепнуть, и я слишком быстро оказываюсь рядом. Зря. Это была шутка, и Лу с остатками веселого смеха направляется в дом. В моем мире эта картина больше похожа на пошлость. Так поступают на закрытых курортах с девушках-покупками, так делал и я.
– Здравствуйте, мистер Прайс. – улыбается Луиза, распуская короткие волосы, чтобы заново закрепить заколкой.
Она так спокойно проходит мимо меня в дом, что я на грани взрыва.
Что эта женщина делает со мной?
– Ммм…так я не ошиблась, Роланд Прайс. – брюнетка хочет игриво провести пальцами по моему плечу, беру ее за запястье – Кортни Вальс.
– Знаю. Как связана с клубом?
– Подруга Патрика.
Он хороший мощный форвард. Сейчас тридцатилетний мужчина с дредами переворачивает ребрышки.
– А ты? Достаточно тесно знаком с Быками?
Улыбается, достает новую сигарету. Снимаю очки. У Кристиана трехэтажный дом, вряд ли много камер внутри. Я давно не был в Вашингтоне или отеле – местах разрядки. Близок к тому, чтобы спасти себя низкими потребностями удовольствия.
– Думаешь, я не слышала, потому что была в душе, когда ты звонил десять раз, Фрэнсис? Я не хочу разговаривать. – Жемчужина большими шагами, насколько позволяет ее рост, выходит с другой стороны дома, направляется к бассейну.
