Текст книги "Злюка в Академии драконов, или Каждой твари по харе! (СИ)"
Автор книги: Мария Ерова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 14 страниц)
Глава 32
Скажите, вот как можно было ему отказать? Такому обаятельному и привлекательному, временами неистовому и психованному, но кто этим не грешил? Иногда, глядя на ректора Туура, я словно в зеркало смотрела, на своё собственное отражение, только с гендерной и возрастной интригой. «Два сапога – пара, и оба на левую ногу» – как сказала бы моя мама. Интересно, как они там? Скучали ли по мне? Или отдыхали, отрываясь на полную катушку? Ведь здесь, как и во всём остальном, могли быть действительны оба варианта ответа.
Но о грустном сейчас не хотелось. Наоборот, хотелось о чём-то романтичном, например, о том поцелуе, который ректор сорвал с моих губ, а потом как бы сразу о нём забыл. Ну не верила я в его старческую амнезию! Не таким уж и старым он был – лет тридцать – тридцать пять, если мерить человеческими мерками. А если драконьими, то тут я была бессильна, абсолютно не разбираясь в подобных тонкостях.
Даже переживания по поводу нашего с Аресом незаконного проникновения в дом Флинна померкли на фоне волнения от этого поцелуя. Да и сам Арес, хотя в другое время, когда ректора Туура не было рядом, я испытывала к нему подобные чувства. Но сейчас… Конечно, я не была досконально уверена, нравлюсь ли Флинну. Возможно, тогда он просто заткнул мне рот таким слегка интимным и экстравагантным способом. Но что ему мешало сделать это, скажем, рукой?..
Теряясь в догадках, я наблюдала, как один из мужчин моей мечты хозяйничал на собственной кухне, гремя посудой и расставляя чашки, раскладывая приборы. И тут мне в голову пришла дурацкая мысль – а что, если ректор знает о том, кто проник в его дом в отсутствие хозяина и даже пытался кое-что прихватить? А меня оставил здесь, чтобы столь изощрённым способом вывести на чистую воду? Как говориться, на воре и шапка горит. Но я пока была не готова к признанию. И пусть дальше проникновения в хранилище дело не зашло, мне всё равно было ужасно стыдно перед этим драконом. Но подстраховаться всё же стоило.
– А где Ваши помощницы? – спросила я, не в силах смотреть прямо, сделав вид, что рассматриваю узоры на прелестных керамических чашках для чая – они были и в самом деле чудесны. Вот только волновали сейчас меня не эти произведения искусства.
Ректор замер, но, не оборачиваясь, и словно невзначай произнёс:
– У них выходной.
Опаньки! Значит, врать сейчас приходилось не мне одной. Вот только меня интересовал вопрос: ему-то зачем это было нужно?
– Ммм, – что-то невнятное промычала я, решив не продолжать тему, по крайней мере, с фейри. – Скажите, почему профессор Дартс так неприязненно отнёсся ко мне? Только лишь потому, что я – девушка?
Ректор, всё так же не поворачиваясь ко мне, некоторое время молчал, явно собираясь с мыслями. А я, нетрепливо ёрзая на своей пятой точке, вынужденно ждала его ответа.
– Понимаешь, Катя, иногда всё намного сложнее, чем кажется на самом деле, – наконец, выдал тот философскую фразу, абсолютно ничего не объясняющую и даже не бросающую крохотную толику света на сложившуюся проблему.
– Понимаю, – уже чувствуя определённое раздражение, ответила я. – Но хотелось бы более развёрнутые комментарии ввиду сложившейся проблемы.
– Тогда дождись, когда я всё приготовлю. Иначе, с непривычки, могу и что-нибудь испортить! – предупредил он.
– Я могу помочь… – охотно вызвалась я.
– Испортить?.. – не сдержался Флинн, съязвив.
– Приготовить! – фыркнула я. – Давайте сюда Ваши баклажаны, или что там у Вас!
– Тебе нельзя вставать! – тут же возразил ректор.
– Нарезать их я и сидя могу! – продолжала настаивать я. – Ну же, мне скучно и ужасно интересно, отчего у декана моемого факультета такой скверный драконий характер!
– Может быть, потому что он дракон?.. – шутливо предложил Флинн.
Однако поставил передо мной миску с некими овощами, напоминавшими нечто среднее между баклажанами и кабачками.
– Что с эти делать? Нарезать? Очистить от кожуры?
– Сможешь избавить их от сердцевины, при этом не повредив внешнюю целостность? – загадочно улыбаясь, поинтересовался ректор. – А я пока подготовлю начинку.
– Лааадно, – неуверенно согласилась я. – А нож дадите?
– Магия, Катя. Это нужно сделать с помощью магии…
– Но…я не умею! – совершенно искренне произнесла я.
– То есть порталы в мою ванну ты открывать научилась, а вычистить сердцевину из коллираббиса не сможешь?
Мне показалось, или это был вопрос с подвохом?
– Какие порталы⁈ – испуганно воскликнула я. – Какие коллираббисы?
Ректор, продолжая своё дело, весело усмехнулся.
– Порталы – это те пути, по которым ты можешь перемещаться, изменяя магическим образом саму сущность материи пространства и времени. А коллираббисы это то, что ты сейчас держишь в руках.
Я растерянно взглянула на «баклокабачок», который ректор величал незнакомым для меня словом «коллираббис», и решительно пошла в контрнаступление.
– Да знаю я это! – воскликнула я, но тут же уточнила. – Не про каллираббис, про портал. Я про то, что сроду не умела их открывать и вряд ли бы научилась этому за столь короткий период! К тому же слово «магия» для меня до сих пор остаётся для меня предметом зависти и чем-то из области фантастики. Ну сами подумайте, какая из меня магичка⁈
Ректор, внимательно выслушав меня, вновь заулыбался.
– А ну-ка попробуй! Направь свою энергию внутрь этого коллираббиса, и избавься от противника! То есть, сердцевины…
– Вы предлагаете мне сразиться с овощем? – возмутилась я.
– У боевой и бытовой магии общие корни, – сразу же нашёлся Флинн. – Одни основы. Можно сказать, они ничем не отличаются. Может быть, тебя нужно определилить именно на такой факультет?
– Это на такой, где учатся одни расфуфыренные фифы, мнящие себя великими поварихами и профессиональными горничными? – догадалась я. – Ну уж нет!
Ректор Туур начал уже открыто потешаться надо мной.
– Ну же, Катя, не всем быть великими боевыми магами. Кто-то должен делать работу попроще…
– И этот «кто-то» явно не я! – заявила я ему, разбушевавшись. – Давайте сюда ваш овощ со странным названием! И, будьте добры, объясните, что нужно сделать! А то вдруг я вместо того, чтобы избавить его от внутренностей, отправлю куда-нибудь подальше. С помощью портала. И мы останемся голодными.
Если Ректор и чувствовал сарказм в моём голосе, то вида не подал.
– Смотри и слушай, – он подошёл ко мне сейчас и склонился настолько близко, что я вновь почувствовала, как сердце ускоряет свой ход. – Это делается вот так…
Глава 33
Хлопок был таким сильным, что я даже напугалась. Белоснежный кухонный кафель, гарнитур, да и всё прочее в мгновение ока покрылось ошмётками коллираббиса. Нда, незадача… Впрочем, что ректор, что я, выглядели нисколько не лучше, ощущая как по щекам и волосам сползает липкая, неприятная на ощупь пюреобразная масса – всё, что осталось от овоща, который я держала в руке.
Это произошло не сразу. Как только ректор Туур начал моё «индивидуальное обучение», сначала вообще ничего не происходило. «Направь энергию, почувствуй силу, что льётся через твои пальцы» – наставлял он меня. А я чувствовала лишь, что кончик моего носа чешется и глаз медленно, но, верно, начинает дёргаться от напряжения. И сколько я не старалась, все силы уходили впустую.
– Ну не маг я, понимаете⁈ Не маг! – пыталась я доказать этому настырному мужчине, но он упрямо игнорировал мои слова, заставляя концентрироваться всё сильнее и сильнее.
Эти попытки ни к чему не приводили, лишь к неконтролируемому приступу ярости, что окончательно созрел внутри меня и, в конце концов, вырвался наружу так, как я описала выше. Кафель, гарнитур, лица, волосы…
Испугано, взглянув на Флинна, я заметила, что вместо того, чтобы злиться на меня, он довольно улыбается, отирая лицо от склизкой массы. В принципе, в произошедшем он сам был виноват, а потому ругать меня было не за что. А вот хвалить…
– Молодец! – воскликнул ректор воодушевлённо, протягивая мне большую бумажную салфетку из мягчайшего материала. – Видишь? Магия в тебе есть. Но, чтобы вытащить её наружу, тебе нужно испытывать сильные эмоции, такие как гнев или страх, даже ужас…
– А по-другому никак нельзя? – почему-то расстроилась я. Сильные эмоции – это постоянный стресс для организма, будь они положительными или отрицательными. – Ну там, «сим-селябим»? Или «абра-кадабра»?
Флинн непонимающе взглянул на меня.
– Если ты имеешь ввиду какие-то заклинания, то прежде тебе предстоит научиться взывать именно к своей магии. Подружиться с ней не на уровне «так получилось», а осознанно управляя данной тебе силой.
– Разве это не одно и тоже? – удивилась я, продолжая удалять с себя остатки зловредного овоща. Мог бы хотя бы не до такой степени размочалиться! – Произносишь заклинание – магия срабатывает! Нет?
– Это будет позже, – обнадёжил меня ректор Туур. – Приведу пример белее простой – вязание. Ты хочешь научиться вязать сложный узор, не умея и не имея при этом ничего, кроме желания сделать это. То есть для начала тебе следует приобрести спицы и пряжу, научиться использовать их по назначению, и только потом приступать уже более к сложным вещам.
– Откуда Вы так много знаете про вязание? – ляпнула я, как всегда, не подумав.
– Не о том спрашиваешь, Катя! – прикрикнул на меня Флинн. – Я пытаюсь объяснить тебе некоторые закономерности простыми словами, а ты…
– Простите, – пришлось вжать голову в плечи. – Но что теперь?..
– Теперь бери нож и чисть коллираббис! Если хочешь помочь и поужинать поскорее…
Кажется, ректор и впрямь на меня разозлился, надувшись в очередной раз. Но я была мастаком портить всё в нужный момент и, как правило, себе в ущерб. Аж саму себя, дурочку, жалко стало…
Я всхлипнула и только было повернувшийся ко мне спиной Флинн, тут же обернулся обратно.
– Катя! Ты плачешь⁈
Я вновь всхлипнула и, не удержавшись, разревелась. Всё-таки слишком бурные события этого дня не прошли для меня даром.
– Прошу! Не надо! – едва ли не умолял меня дракон, бросив свою стряпню и опустившись передо мной на корточки. – Прости! Я не хотел тебя обидеть…
– Всё в порядке, – попыталась заверить его я, но при этом моя плаксивость только начала набирать обороты. Да что же это за мокрое дело такое⁈
И вот я уже ревела чуть ли не в полный голос, а Флинн, растерянно глядя на меня, просто не знал, что ему делать. Но позже сообразил, применив на мне то же способ, что и в прошлый раз, залепив мне рот поцелуем!
Мама дорогая!
Если в первый раз такое можно было списать на простую случайность, то второй… Но, как и в прошлый раз, это средство подействовало безотказно. Я моментально успокоилась. А ректор моментально сделал вид, что ничего не произошло. Однако неловкой паузы было не избежать, и чтобы как-то покончить с ней, я взяла с тарелки, стоящей передо мной, очередной коллираббис. Покрутила его в ладонях, а после, переложив его в левую руку, правой направила «поток энергии» на его сердцевину. Куда уж эмоции сильнее, чем поцелуй с ректором?
И… вуаля! Мякоть вылетела из этого продолговатого овоща с мягким чавкающим звуком, не повредив при этом стенки! Я и сама до конца не поняла, как это произошло.
– Катя! Ты сделала это! – воскликнул довольно ректор, принимая из моих рук готовый полуфабрикат. – Видишь?!! Всё у тебя получилось! Попробуй теперь с другими…
– Целоваться? – невинно спросила я, похлопав ресничками, смущая ректора до розовой краски на щеках.
– Я имел ввиду, овощи… Да, овощи…
Я, чтобы не смущать ни его, ни себя ещё больше, честно попыталась провернуть трюк с коллираббисом ещё раз. Но сейчас мне не повезло.
– А если это работает только с Вашими поцелуями? – решила уточнить я на всякий случай.
Ну вот кто меня опять за язык тянул? Лицо Флинна стало просто багровым.
– Можем, конечно, проверить… – как-то смущённо проговорил он. – Если ты не против…
Прислушавшись к себе на всякий случай, я поняла, что точно не против. Но когда ректор, робея, как мальчишка на первом свидании приблизился к моим губам в третий раз за сегодняшний вечер, мы услышали трепетание лёгких крылышек: на кухню явилась толпа заспанных фейри, что еле продирали глаза, глядя на нас несколько возмущённо, но при этом сразу же взялись за приготовление ужина.
Что же Арес их как на мало времени-то усыпил⁈
Воспоминание о нём слегка возвратило меня в едва не ставшую ванильной суровую реальность. И на этот раз я отстранилась первой.
Глава 34
Ожидание ужина прошло в немного неловком молчании. Благо, длилось это недолго, ведь половина работы была уже сделана. А фейри своё дело знали, и вскоре мы уселись за, наконец-то, грамотно приготовленные коллираббисы. Но есть уже не хотелось. Ректор сделал вид, что ничего не произошло. Мне пришлось сделать то же самое. А после, когда я, вяло поковырявшись в тарелке, поблагодарила всех за поздний ужин, Флинн молча подхватил меня на руки и так же молча отнёс в мою гостевую комнату.
– Доброй ночи, – сказал он на прощание, неловко замявшись перед дверью.
– Доброй ночи, – эхом отозвалась я.
Когда я осталась одна, то, стараясь действовать согласно рекомендациям ректора, я очень осторожно, прыгая на одной ноге, доковыляла до ванной комнаты. Она была гораздо скромнее той, что принадлежала самому Флинну, но это было неважно. Я просто хотела хоть немного расслабиться и привести себя, а заодно и мысли в порядок. А потому с радостью погрузила своё тело в воду, и закрыла глаза.
– Эй… – шёпот, раздавшийся у изголовья, заставил меня вскрикнуть, но я тут же зажала свой рот рукой, потому как узнала, кому он принадлежал. А вот если на этот крик явится ректор…
Лис и Ворон виновато посматривали на меня, а я разозлилась не на шутку.
– Чего это вы ко мне в ванную вломились⁈ А ну живо отсюда! – прикрикнула я на них, вспоминая, как сама совсем недавно почти тем же самым способом смущала ректора Туура. Благо, эти хоть возле стояли, а не занимали водное пространство рядом со мной.
– Прости. Так получилось, – Ворон стыдливо отвёл глаза. – Мы не нарочно…
Но с места не тронулись.
– Как вы вообще опять здесь оказались⁈ И куда пропадаете всё время⁈
– Да так, – хитро улыбнулся Лис. – Есть одна хитрость…
Они не особо стремились отвечать, и тогда я решила пойти на пролом.
– Вы вообще студенты драконьей Академии или нет? Почему ректор о вас ничего не знает?
Парни переглянулись. Нет, эти две хитрые морды всё же что-то пытались скрыть от меня! Ну я им сейчас задам!
Конечно, было странно вести разборки, лёжа в наполненной (слава всем драконьим богам!) пеной, но иного выбора у меня не было.
– Не совсем, – начал было приоткрывать завесу тайны Ворон, но тут же получил тычок локтем в бок от своего приятеля.
– Что значит – не совсем?
– Мы не студенты. И даже не драконы… – игнорируя своего приятеля, продолжил брюнет под недовольным взором Лиса.
– Люди⁈ – обрадовалась я, едва не выскочив из ванной, но вовремя опомнилась. – Ой…
– Не люди… – со вздохом признал Лис. – Чучела…
Я, замерев, сначала рассмеялась, а после резко оборвала свой смех.
– Кто⁈
– Мы твои фамильяры, – вздохнув в очередной раз, признался Ворон. – Прости, что не сказали сразу…
– Какие ещё фамильяры⁈ – нет, я, конечно, пребывала сейчас в магическом мире, но не настолько, чтобы… – Объясните! Я ничего не понимаю…
– Мы и сами до конца не понимаем, – признался Лис. – Особенно после того, как очнулись в одном из хранилищ Академии в засохших телах…
– Чего⁈ – холодок побежал по коже – тут уже некромантией какой-то попахивало… – Вы, типа, призраки⁈
– Мы, типа, духи! – ответил в моём же стиле Ворон. – Бесплотные существа, способные приобретать образ того, кого на бессознательном уровне видит в нас наш Хозяин. Для прежнего мы были как раз Птицей и Зверем.
– И что же с ним стало?..
– С ней, – поправил меня Лис. – У нас была Хозяйка. Но что с ней случилось, нам неизвестно. Но, видимо, что-то не очень хорошее, раз нас законсервировало в этих телах.
– Как это – законсервировало?
– Мы бессмертны! – как-то совершенно буднично заявил Ворон. – В отличие от наших Хозяев. Но обычно, когда человек, к которому мы привязаны, погибает, нас развоплощает до уровня духов. И только тогда мы попадаем к следующему. Но в этот раз что-то пошло не так…
– Хм… – всё ещё недоверчиво косилась то на одного, то на другого – уж не разыгрывают ли меня эти двое? – Хотите сказать, я вижу вас людьми, хотя вы вовсе не люди, потому что мне так… удобно?
– Именно! – Подтвердил Лис. – Но мы можем приобретать и прежнюю форму. В том числе, и духов животных…
– Ну-ка, покажите! – потребовала я, собираясь поймать их на обмане.
Но, о чудо! Оба в тот же миг, как по взмаху волшебной палочки, обернулись лисой и вороной! То есть лисом и вороном, если уж быть точнее.
Мамочка родная!
Секунда – и они вновь стали прежними, привычными для меня блондином и брюнетом с озорными весёлыми лицами.
– Стесняюсь спросить, – ещё не отойдя от шока, глазея на них с непривычного ракурса, продолжила я. – Только не подумайте, что я имею что-то против вас, но… Для чего нужны фамильяры? Я как-то вообще не в курсе…
– Хороший вопрос! – похвалил меня Лис. – Дело в том, что фамильяры даются не всем, а лишь избранным, кто по своей природе обладает колоссальной магией…
– Серьёзно⁈ – не удержалась я от усмешки, получившейся горькой. – Парни! Не хочу вас расстраивать, но я сейчас с трудом смогла коллираббис почистить с помощью магии! И как бы ректор меня не натаскивал, но на роль «великой и ужасной» магички я вряд ли гожусь…
Но они не расстроились, лишь синхронно пожали плечами.
– Это зависит не от нас на самом деле – к кому и когда быть привязанным на астральном уровне, – заявил Ворон. – Но что-то заставило нас пробудиться от долгого заточения. И что-то нам подсказывает, что это твоё прибытие повлияло на дальнейший ход нашей судьбы.
– И теперь мы с тобой навечно! – торжественно подхватил Лис. – Пока ты не покинешь этот мир самым естественным образом…
– Ой, спасибо! Ой, обрадовали! – цинично хмыкнула я. – А можно узнать, кому ваш «зоопарк» принадлежал до меня?
– Её звали… – с какой-то затаённой грустью сообщил Ворон.
Но нам помешал громкий стук в дверь…
Глава 35
– Катя!
Голос того самого ректора раздался так неожиданно, что я подскочила, едва не расшвыряв всю пену. А ведь мне ещё челюсть необходимо было поднять с поверхности воды в ванной от увиденного и рассказанного Лисом и Вороном! Такого поворота я точно не ожидала!
– Можно войти?
– Я… я раздета! – паникуя, начала я оглядываться по сторонам, но моего зверинца и след уже простыл. – Подождите, сейчас выйду!
Наспех помывшись, я вылезла из воды и, завернувшись в мягкий халат, вышла из ванной.
Ректор терпеливо ждал меня, озабоченно осматривая всё вокруг.
– Я слышал, как ты кричала.
Надо же, какой ушастый! Всё-то он слышал. А, может, возрастной извращенец и правда под дверью дежурил? Хотя в следующий миг я стыдливо покраснела от собственных мыслей: Флинн и впрямь беспокоился, это легко читалось по его лицу.
– Да мне дай только повод покричать! – нарочно весело воскликнула я. – Ничего страшного, со мной такое случается…
Он мялся.
– Вы хотите что-то ещё мне сказать? – я не хотела его выпроваживать, просто констатировала факт. Уж больно нервно тот себя вёл.
– Нет, то есть, да, – всё же признался он со вздохом. – Дело в том, что незадолго до твоего появления сегодня, кто-то пробрался в мой дом, и даже проник в Хранилище. Благо, я успел появиться вовремя, грабителям удалось скрыться, но все артефакты остались на месте. И теперь я боюсь, что эти нехорошие личности могут за ними ещё вернуться…
– Артефакты? – мне и впрямь было стыдно, но не сознаваться же в содеянном. – Что это?
– Различные ценные вещи, которые, попав не в те руки, могу наделать немало дел. К слову сказать, моё Хранилище не так-то просто открыть непосвящённому. Человек, сделавший это, должен быть искусен в магической науке и наделён немалой силой, способной взломать мою защиту. Таких здесь у нас единицы.
– Зачем Вы всё это мне рассказываете? – я дрожала, но не от того, что замёрзла. Я страшно нервничала, но ректор понял всё совсем иначе.
– Не бойся! – виновато произнёс он. – Сейчас дом вновь под надёжной защитой, а завтра ты вернёшься в общежитие, где гораздо спокойнее и безопаснее. Однако я просто хотел предупредить, что сейчас начались не слишком спокойные времена, и лучше быть готовым и предупреждённым, чем иметь хоть один шанс попасть впросак…
Я кивнула, соглашаясь с ним во всём. То, что мы с Аресом совершили днём, было действительно низко. Завтра же разыщу этого горе-лекаря и потребую объяснений. К тому же, как оказалось, для скорейшего выздоровления вовсе не требовалось убивать невинный и такой красивый Цветок Мираниды – Флинн сделал это за пять секунд и без прибегания к помощи какого-то из артефактов! Получается, Арес меня обманул? Или, хуже того, хотел использовать меня в своих личных целях, прикинувшись благодетелем-заступником? И учитывая тот факт, что с ректором Тууром они не ладили, то эта версия могла оказаться вполне вероятной…
Я, сделала вид, что всё поняла, и тут же поспешила увести неприятный для меня разговор в иное русло. Благо, и повод был, и тема…
– Кажется, Вы обещали рассказать мне нечто важное про профессора Дартса…
– Ах, это… – усмехнулся ректор. – Надеюсь, Людвиг меня простит…
– Это его имя? – улыбнулась я.
– Да, – подтвердил ректор. – Мы учились все вместе – я, он и одна девушка по имени Мэри. Так вот, у этой Мэри была склонность к боевым искусствам, прямо как у тебя. Но тогдашний ректор, строгий и нелюдимый Аврелий, не соглашался принимать девушек на факультет боевой магии. Он был резко против, и, хотя старика давно нет в живых, как видишь, дело его живёт и процветает. Девушки имели право учиться на каком угодно из факультетов – лекарском, алхимическом, бытовом, кулинарном, в общем, чего только душа их желала, но не на боевом. Это было его личное распоряжение.
Но Мэри не желала мириться с уготованной для неё ролью домохозяйки и даже лекаря, а потому без конца пыталась доказать ректору Аврелию и всему миру, что она нисколько не хуже парней, что на тот момент обучались боевому магическому ремеслу. А, может, даже и лучше… По крайней мере, результаты сдачи её нормативов были гораздо выше, чем у того же Дартса, хоть с неё их никто и не требовал…
Дело усложнялось тем, что Людвиг был неравнодушен к нашей красавице. Но её боеспособность, пусть и не оценённая должным образом ректором Аврелием, больно била по его самолюбию. Он видел в ней не только девушку, которую любил, но и соперника, способного надрать ему пятую точку так, что потом его бы высмеивали до конца жизни. Ему приходилось тренироваться в разы интенсивнее и, наверное, именно благодаря этому, в конце концов он смог возвыситься до декана факультета Боевой магии…
Я, выслушав воспоминания о студенческой жизни моего ректора, как истинная девушка всё же мечтала услышать, чем закончилась любовь этой Мэри и моего вредного декана. О чём решила уточнить отдельно.
– Мэри в конечном итоге сдала всё на отлично, но, так и не получив одобрения от ректора, бросила всё и скрылась в неизвестном направлении. Дартс уговаривал её остаться, но она, будучи слишком гордой и независимой, оставила и его тоже. С тех пор мы её не видели и ничего не знаем о ней.
– Печалька! – заключила я. – Но что изменилось? Почему Вы решили взять меня именно на факультет боевой магии? Раз уж по вековой традиции вход девушкам сюда был воспрещён…
Флинн вздохнул.
– Ты очень напоминаешь мне Мэри. И я никогда не был против того, чтобы девушки занимались боевой магии. В конце концов, это личный выбор каждого, чем ему заниматься, совершенно не зависящий от принадлежности к тому или иному полу…
– Мне кажется, или Вы были в неё влюблены? – я улыбнулась, однако, ощутив в груди небольшой укол ревности. Глупо, да, и всё же…
– Это уже неважно, – грустно улыбнулся в ответ Флинн. – В любом случае, их чувства с Людвигом были взаимны. Но он не смог их сберечь. А я ещё могу исполнить чью-то мечту. Например твою, Катя…
И он посмотрел на меня так многозначительно, что мурашки не просто пробежали – сдали кросс по коже.
– А теперь пора спать, – он поднялся с кровати, направившись к двери. – Завтра утром нас ждут великие дела!
Я была только «за». Усталость навалилась сонным параличом, и я вырубилась почти мгновенно, напоследок пообещав себе, что больше не буду делать ничего противозаконного в отношении этого мужчины, к которому всё больше и больше испытывала симпатию.
