Текст книги "Роковое правосудие (ЛП)"

Автор книги: Мари Форс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 19 страниц)

– Гонзалес.

– Гонзо вставай.

– Я только вернулся домой, – бормотал Гонзо, – еще даже двух часов не прошло. Надеюсь, дело важное.

– А Кристина с тобой?

– Зачем она тебе?

– Я могу с ней поговорить?

– Какого черта, Круз?

– Это очень важно.

После долгой паузы Гонзо вновь заговорил.

– Да, сейчас.

Фредди слышал, как тот пытался ее разбудить.

– Это Кристина.

– Прости за беспокойство, это детектив Круз, я напарник лейтенанта Холланд.

– Да, я знаю.

– Я тут подумал, а ты не могла бы дать мне номер телефона сенатора. Мне надо срочно с ним связаться.

– Он сейчас в больнице, но ты и сам это знаешь. Я тебя там видела.

– Я только что вышел из больницы, здесь полно журналистов, и я не могу к ним вернуться, а мне очень нужно с ним поговорить. Если честно, после нашего с ним разговора, возможно, он захочет поговорить с тобой.

– Детектив, в чем дело?

– Пожалуйста, ты можешь дать мне его номер.

– Ладно, – сдалась Кристина и продиктовала номер Ника.

– Спасибо. – Фредди повесил трубку, не давая Кристине возможность задать вопросы. Его внутренности стянуло узлом, пока он набирал номер и ждал ответа. После четвертого губка звонок ушел на голосовую почту. Раз Ник был ранен и двигался очень медленно, он мог просто не успеть взять трубку, поэтому Фредди перезвонил еще раз.

На этот раз трубку подняли после третьего гудка. – Ник Каппуано.

– Сенатор, это Фредди Круз, вы не спите?

– Сплю.

– Сенатор, просыпайтесь. Мне нужно срочно с вами поговорить.

– Фредди, я уже сказал, у тебя нет никаких отклонений.

– Сенатор! Послушайте меня. Спуститесь в гараж отделения скорой помощи, но только ни в коем случае не идите через холл, там толпа журналистов.

– Ты шутишь, да? – спросил Ник. – Я едва могу двигаться.

Фредди была противна мысль заставлять Ника покидать палату, но он должен был узнать о надвигающемся скандале.

– Дело касается Сэм. Ник, ты должен прийти.

Фредди с точностью мог сказать, его слова окончательно разбудили Ника.

– Я сейчас спущусь.

– Я буду ждать вас в своей машине.

Глава 33

Пятнадцать минут спустя Ник открыл дверь машины Фредди и с трудом сел на пассажирское сидение. Затем взглянул на него и прохрипел:

– Это должно быть чертовски важно.

Фредди включил свет в салоне, чтобы они могли видеть друг друга.

– Журнал Reporter собирается опубликовать статью о том, что Сэм несколько лет назад сделала аборт.

Бледное лицо Ника стало еще белее. – Что? Повтори, что ты сказал?

– Это же не так? Это не может быть правдой? Она бы никогда…

Ник сидел не двигаясь.

– Расскажи мне все, что знаешь.

Фредди поведал ему о своем разговоре с Дарреном Табором.

– Медицинские записи являются конфиденциальными. Они никак не могли их получить.

– Ты хочешь сказать – это правда? – спросил Фредди.

– Прости, но я не могу тебе об этом рассказать. Это личное дело Сэм.

– Да, но скоро оно станет достоянием общественности.

– Бог ты мой, этого не должно произойти.

– Ты должен ее предупредить.

– Нет, – Ник покачал головой. – Она ранена, и я не хочу, чтобы эта новость причинила ей еще большую боль. – Он потянулся к дверной ручке. – Я все улажу.

– Что ты собираешься делать?

– Пока не знаю.

– Позвони мне, если я смогу чем—нибудь помочь. – Быстро кивнув, Ник вышел из машины и скрылся в темном гараже.

Фредди долгое время просидел в машине. Он не завидовал положению Ника, но завидовал их с Сэм любви. О таких чувствах мечтали многие. Фредди завел машину, решив поехать домой, вот только поехал он в противоположную сторону. Он знал, у него не было права звонить, но все же набрал номер Элин.

– Привет, – сказала она сонным голосом.

– Прости, если разбудил.

– Все нормально.

– Я могу приехать?

– Сейчас?

– Да.

– Да, – ответила она после недолгой паузы.

– Я буду у тебя через несколько минут.

Открыв ему дверь десять минут спустя, она выглядела растрепано и мило, и он понял, как сильно по ней скучал. Не по сексу, а именно по ней.

– Прости, я вел себя, как идиот.

Она посмотрела на него своими бездонными голубыми глазами.

– Я скучала по тебе.

Фредди протянул ей руку, и Элин бросилась в его объятия. Они зашли в квартиру и не разрывая объятий прошли в спальню, где Фредди наспех разделся, оставив одежду валяться на полу, и лег в постель вместе с ней, прижав к себе, и впервые за долгое время погрузился в безмятежный сон.

***

Ник смотрел в окно палаты Сэм, но не видел ничего вокруг из—за пелены ярости. Кто мог так с ней поступить… Взглянув на Сэм, Ник еще раз убедился, что она спит, и вышел из палаты. Пролистывая список контактов на своем телефоне, он нашел телефон Энди – друга—адвоката с которым играл в баскетбол. Его жена совсем недавно родила ребенка, и Ник не хотел будить ее в столь позднее время. Но вспомнив о плачущей Сэм возле мемориала Линкольна, когда она рассказала ему свою страшную тайну, Ник все же решился на звонок.

– Энди, прости за беспокойство, это Ник Каппуано.

– Сенатор, – ответил Энди, голос его звучал удивленным и взволнованным, он не ожидал его звонка, да еще в такое время. – Ты в порядке? Я слышал об аварии.

– Травмы есть, но жить буду. Но вот с Сэм дела обстоят хуже.

– Похоже, было не просто столкновение.

– Да, так и было. Энди, послушай, у меня возникла проблема и мне требуется твоя помощь.

– Конечно, Ник, то есть сенатор. Сделаю, все возможное.

– Можно просто Ник, и дело касается Сэм. – Ник рассказал ему о грядущей статье. – Скажи, мы можем что—то сделать? Получить судебный запрет. Хоть что—нибудь. Если статью напечатают, Сэм этого не переживет.

– А это правда?

Ник замолчал, ему была противна вся эта ситуация.

– И да, и нет. Она была записана на процедуру, но у нее случился выкидыш.

– Если это правда, то будет сложно назвать статью клеветой. А раз она известная личность, то сделать это будет практически невозможно.

– Да как так? Медицинские записи являются конфиденциальной информацией, которую кто—то продал в газету. Разве это законно?

– Мы можем подать запрет на распространение личных медицинских записей, но сомневаюсь, что успеем остановить выход статьи.

Ник тяжело выдохнул.

– Получается, раз я сенатор, и она состоит со мной в отношениях, то она не имеет права на неприкосновенность личных данных?

– Больше похоже, что данные были взяты без ее ведома. Это будет отличным поводом для судебного запрета, но нам придется дождаться утра. Надеюсь, я найду судью, который сразу же выпишет ордер. Но будь готов, выписка ордера тоже может стать темой для разговоров, ведь это прямое доказательство правдивости той истории. Она также может подать в суд на клинику и газету, но это опять же привлечет внимание к ней и этой истории.

Ник нервно провел рукой по волосам.

– Не могу поверить, что это происходит.

– Ты должен поручить своей пресс—службе подготовить официальное заявление по этому поводу.

– Я не собираюсь отвечать на статью какой—то жалкой газетенки.

– Думаю, твоя пресс—служба с тобой не согласиться.

– Но это не имеет никакого отношения к моей работе.

– Вот тут ты ошибаешься, Ник. Это щепетильная тема, и народ захочет знать твое мнение на этот счет.

– Я люблю Сэм и поддерживаю ее право выбора, также как и любой другой женщины.

– Вот и скажи об этом.

– Энди, я не могу ее защитить, – в отчаянии сказал Ник. – Мне противна мысль, что я не могу защитить ее.

– Я с ней не знаком, но судя по тому, что я о ней читал, она не нуждается в твоей защите.

– Но это не означает, что я не хочу этого сделать, – сказал Ник. – Может, предложить газете больше денег за отказ публикации.

– Сомневаюсь, что они на это пойдут.

Ник вздохнул.

– Прости, что разбудил среди ночи.

– Я рад твоему звонку. Я прямо сейчас поеду в офис, подготовлю бумаги и дам тебе знать, когда все будет подписано.

– Я признателен тебе за помощь. Пришли мне счет за работу.

– Об этом можешь не беспокоиться. Будем на связи.

***

Сэм беспокойно спала, прокручивая в голове жертв, улики и места преступлений. Даже во сне она пыталась сложить головоломку из улик по делу Синклера. Вот она увидела тело Джуллиана в Линкольн парке, его забитого брата и невестку, обожаемых племенников, один из которых был ранен, а его друг убит. Престон Синклер исчез. Где он мог быть? Почему он пропал? Что она упускала из виду?

Она чувствовала, ответ где—то рядом. Вот если бы ей удалось найти последний кусок, если бы она нашла Престона.

Острая боль вырвала ее из сна, она резко открыла глаза.

– Престон.

Ник оторвал взгляд от окна и повернулся к ней.

– В чем дело, милая? – С явным дискомфортом он подошел к ее койке и лег рядом.

– Это Престон.

– Ты о чем? Я не понимаю.

– Престон стрелял в Девона и убил Джуллиана.

Ник намотал на палец локон ее волос.

– Но зачем?

– Чтобы защитить Диандру. Как же я раньше этого не поняла.

– Но зачем ему стрелять в брата и собственного сына?

– А ты сам подумай. На протяжении 30 лет он живет с властной женщиной со странными убеждениями, из—за которых он ссориться с братом. Он должен был сделать выбор: она или Джуллиан. Он выбрал ее. И вот, всего за неделю до выхода ее книги, Джуллиан собирался рассказать о своей жизни. После его заявлений Диандра была бы опозорена, даже могла бы лишиться своего шоу. Что, если бы издатель был на стороне нового члена Верховного суда и отказался бы выпускать ее книгу? Она не хотела рисковать своим будущим.

– Получается, он выманил брата из отеля, связал и застрелил парке?

– Джуллиан так и не возвращался в отель. – Теперь все встало на свои места. – О`Конноры высадили его возле отеля, но они не видели, как он зашел внутрь, также этого не видно и на пленках с камер наблюдений. Никто из персонала не может подтвердить, что видел его возвращение тем вечером.

– Значит, Джуллиан встретился с Престоном?

– Они общались, Престон предлагал встретиться, пока тот был в городе.

– Полагаешь, Престон намеревался убить брата?

– Да, – Сэм сосредоточила взгляд на одной точке на стене, представляя себе убийство.

– А Диандра об этом знала?

– Именно она все и спланировала. Это просто совпадение: номинация Джуллиана и выход ее книги. Она беспокоилась за свою карьеру. Как она могла разжигать в людях ненависть к геям, когда ее собственный деверь, к тому же, член Верховного суда, был одним из них? Она обработала Престона так, что он не видел иного выхода, кроме как убить брата. Его бы никто не заподозрил. Они много лет не общались.

– А как же перевод денег на Каймановые острова?

– Это было подстраховкой, на случай, если у Престона ничего не получится. Вероятно, она наняла кого—то.

– Но как ты объяснишь покушение на их сына?

– Остин мог рассказать отцу о признании Девона во время нашего разговора.

– А зачем Остин это сделал?

– Кто знает. Может быть, он был в шоке от дачи показаний. Или отец мог надавить на него, и Остин рассказал обо всем, о чем мы говорили. Я не знаю. Однако после того, как Престон узнал об ориентации сына, он только и мог думать, как это все отразиться на Диандре.

– Получается, она не просила его убивать Девона?

– Она ничего не знала, – Сэм вспомнила реакцию Диандры на известия о Девоне. – Но она поняла, что это дело рук Престона, но не понимала почему.

– Она довела его, и он не выдержал.

– Именно. Он оба раза держал в руках пистолет, но руководила всем Диандра.

Они посмотрели друг на друга, оба были возбуждены от бушующего в крови адреналина.

– Похоже, ты раскрыла дело.

– Да, для этого мне потребовалась лишь травма головы и сорок стежков, но кажется, мы нашли убийцу. А капитал Маллоун еще здесь?

– Он уснул в комнате ожидания.

– Ты не приведешь его ко мне?

– Конечно.

Когда Ник вышел, Сэм закрыла глаза, пытаясь успокоить пульсирующую боль в голове. Сейчас она была намного сильнее, чем вчера. Ее тошнило даже от малейшего шевеления. Ник вернулся с капитаном Малоуном.

– Сэм, как ты себя чувствуешь?

– Хорошо, пока не двигаюсь.

– Ой. Ник сказал, ты, возможно, нашла убийцу Синклера, – его лицо засияло гордой улыбкой. – Холланд, только ты могла раскрыть дело, не вставая с больничной койки.

Сэм рассказала ему свою теорию.

– Теперь нам нужно действовать осторожно. Для начала, нужно разделись Остина и Диандру. Добейтесь его признания в том, что он рассказал отцу об отношениях Девона и Такера. Я должна знать, как и когда это произошло. – Резкая боль напомнила Сэм лежать неподвижно.

– Аккуратней, милая, – сказал Ник.

Сэм сделала несколько глубоких вздохов, отгоняя тошноту и продолжила.

– Мы обязаны найти Престона. Он вооружен и опасен. Мы должна взять его до того, как он причинил вред кому—то еще. Если у него осталась способность здраво мыслить, он будет страдать от угрызения совести за сделанное в доме сына. Может, у нас получится образумить его с помощью Девона.

– А как же его жена? – спросил Малоун.

– Попросите Круза отследить веревку, которой был связан Джуллиан, и где она куплена. Даю голову на отсечение – ее купила Диандра. Она все это придумала. Она убедила своего мужа, что убийство брата – это единственный выход из сложившейся ситуации. Его появление в городе почти убило ее мечту об изданной книге. Она не могла позволить ему лишить себя этой радости. Когда Престону открылась правда о Девоне, он также решил нейтрализовать угрозу.

– Он стрелял в собственного сына, увидев в нем помеху для успеха жены, и решил избавиться от него – закончил ее мысль капитан.

– Да, – подтвердила Сэм. – Его адвокат будет настаивать на состоянии аффекта, тем самым Престон остаток своих дней проведет в психушке. Но я хочу засадить Диандру. Пусть она не нажимала курок, но именно она заставила мужа это сделать.

– Мы поймаем их обоих, – заверил ее Маллоун. – А теперь отдыхай и поправляйся.

– Жаль, я не могу сама их арестовать.

– Мы об этом позаботимся.

– Будете держать меня в курсе дела?

– А как же иначе.

***

После ухода капитана Сэм откинулась на подушку, борясь с сильными болевыми спазмами. Сжимая ее руку, Ник внимательно смотрел в ее милое личико, не зная, как рассказать ей о надвигающейся проблеме. Если бы ему все удалось, она бы никогда не узнала об этой статье. Но они договорились говорить друг другу правду, поэтому он обязан ей рассказать, даже если это разобьет ее сердце, да и его тоже.

– Что? – спросила Сэм. – В чем дело? Это Джуллиан, да? Я понимаю, тебе еще больно слышать об его убийстве.

– Нет, милая. Дело не в Джуллиане. Кое—что случилось, пока ты была без сознания, и мне больно от того, что придется тебе об этом рассказать.

– Что—то с папой, да? – едва слышно спросила она.

Ник обнял ее здоровой рукой.

– Нет, любимая. – Обнимая ее, он поцеловал Сэм в висок и спокойно и деликатно преподнес ей новость о готовящейся статье.

Сэм застыла в его объятиях.

– Нет, – выдохнула она.

– Сэм, мне очень жаль. Я сделал все, что в моих силах, чтобы предотвратить это. Мой адвокат уже готовит судебный запрет, но он сомневается, что это сможет остановить выход статьи.

– Что же будет с папой? Я должна рассказать ему до того, как он увидит газету.

– Она попыталась высвободиться из хватки Ника, но успокоилась, вновь почувствовав пульсацию в висках.

Ник аккуратно положил ее голову на подушку.

– Милая, тебе нельзя покидать больницу.

– Но я должна ему рассказать.

– Я позвоню Селии, и она привезет его сюда как можно скорее. Они зайдут в больницу с бокового входа, тем самым избегут встречи с журналистами. – Он смахнул волосы с ее лица. – Сэм, все будет хорошо. Ты не сделала ничего плохого.

– Все узнают, что я собиралась это сделать, – продолжала шептать она.

– А может, мы опередим их?

– То есть?

– Давай сделаем заявление, сами расскажем твою историю, то, как ее видела ты, а не рассказ, придуманный одним из журналистов.

– Выйти и во всем признаться? Не уверена, что у меня получится.

– Сэм, расскажи им, как все было на самом деле. Расскажи то, что рассказала мне. После твоего заявления будет судебный запрет на обсуждение этой темы. Мы подадим иск на клинику и сотрудницу, продавшую газете твои медицинские записи. Думаю, тебе не составит труда узнать, кто именно это сделал.

Она посмотрела на него.

– А как мне сделать заявление?

Восхищенный ее силой духа, Ник рассказал ей о своем плане.

– Тревор и Кристина уже едут сюда, они обо всем позаботятся.

– Ник, я не хочу втягивать тебя в скандал. Он испортит твою репутацию.

– Все происходящее касается как тебя, так и меня. Никто бы не стал копаться в твоем прошлом, не встречайся ты с сенатором Соединенных штатов. Это случилось из—за меня, и я должен все исправить.

Прикусив губу, Сэм долго изучала его лицо.

– Хорошо.

Ник позвонил Селии и попросил срочно привезти Скипа. Убрав телефон обратно в карман, он сжал руку Сэм.

– Все будет хорошо, я тебе обещаю.

Глава 34

– Ни за что, сенатор, – возмутилась Кристина. – Вы не можете выйти и прочитать это. Это же настоящее политическое самоубийство, оно покончит с вашей карьерой.

– Мне плевать.

Кристина смотрела на него, не моргая.

– Неужели ты настолько наивный?

Тревор кашлянул.

– Говори, – сказал Ник.

Глава пресс—службы посмотрел на Кристину.

– Я, эмм, согласен с сенатором. – До того, как Кристина успела вставить слово, он продолжил. – Весь округ волнуют их романтические отношения. Людям понравится его попытка защитить Сэм.

– Вы оба сошли с ума, – заявила Кристина. – Он сенатор Соединенных Штатов, который сообщит миру, что его девушка планировала сделать аборт, но выкидыш помешал ей это сделать. Аборт! Разве вы не понимаете?

– Я собираюсь рассказать, что 15 лет назад, когда Сэм была еще студенткой, она планировала пройти легальную медицинскую процедуру по прерыванию незапланированной беременности. Я расскажу о выкидыше и о том, что она сожалеет о принятом тогда решении. Также я скажу, что люблю ее и поддерживаю ее решение, наравне с правами и решениями любой другой женщины касательно этого вопроса. А также сообщу, что ни лейтенант, ни я в дальнейшем не намерены обсуждать эту ему. Никогда.

– Почему это заявление не может сделать кто—то из членов ее семьи? – спросила Кристина. – Почему именно ты должен это делать?

– Потому что я ее семья, и все это произошло по моей вине.

– С чего ты взял?

Ник закатил глаза.

– Кристина, разве ты не видишь?

Тревор снова кашлянул.

– Если бы он не решился закончить дело сенатора О`Коннора, то никто бы не стал копаться в пошлом лейтенанта Холланд.

– Спасибо, Тревор, – ответил Ник, не сводя глаз с Кристины.

– Ладно. – Она протянула ему лист с речью. – Забирай. Но только не говори, что я тебя не предупреждала, когда партия отвернется от тебя.

– Не отвернутся, кроме меня у них никого нет. – Ник повернулся к Тревору. – Сообщи прессе о небольшой пресс—конференции через 10 минут.

– Хорошо, сенатор.

– Расслабься, Кристина. Все будет хорошо, – успокоил ее Ник.

– Не сомневаюсь, – она немного расслабилась, но в голосе читалась доля скептицизма.

***

Она услышала шум мотора кресла ее отца за долго до их появления. Сэм заставила себя сесть, морщась от боли. После случившегося она пересмотрит свое отношение к сотрясениям.

Селия широко распахнула дверь, пропуская вперед Скипа.

– Доброе утро, дорогая, – поздоровалась Селия. – Как ты себя чувствуешь?

– Хорошо, если не моргаю.

– Тебе некоторое время нужно лежать не двигаясь, что для тебя будет чертовски трудной задачей, – пошутил Скип, внимательно рассматривая дочь.

– У вас были проблемы с прессой?

– Нет, мы зашли через отделение скорой помощи.

В желудке у Сэм возобновились болевые спазмы, однако признаться честно, они стали намного слабее после ее отказа от колы. Но все же еще не прошли окончательно.

– Мне нужно кое—что вам сказать.

– Я подожду в коридоре, – сказала Селия.

– Нет, – Сэм остановила будущую мачеху. – Прошу, останься.

– Хорошо. – Она села на стул рядом с койкой и накрыла руку Сэм своей. – Твои травмы намного серьезнее, чем нам сказали?

Сэм видела волнение на лицах обоих и возненавидела себя за то, что причиняла им боль. – Нет, дело не в этом. Я хотела поговорить о событии, случившемся довольно давно. Весьма неприятном событии. О нем узнали журналисты и хотят сделать его достоянием общественности.

– Сэм, мы любим тебя, несмотря ни на что. Ты же знаешь, правда? – заверил ее Скип.

Сэм сглотнула ком в горле.

– Да, знаю, именно поэтому у меня не было намерения разочаровать тебя.

– И ты этого не делала. Так, в чем дело, дорогая?

– Помнишь француза – Жан—Поля, с которым я встречалась в колледже?

– Смутно. Помню одно: у моей малышки не было недостатка в ухажерах.

Сэм не думала, что сможет улыбнуться в такой ситуации. Сделав глубокий вдох, она рассказала им о серьезном решение, которое она тогда приняла и о выкидыше, спасшем ее от серьезной ошибки, но от последствий которого она до сих пор страдает.

– Папа, я не знала, что делать. Мне казалось, у меня не было другого выбора.

Скип и Селия сидели молча. В палату вошел Ник, обошел их и обнял Сэм. Поцеловав в висок, спросил:

– Как ты, в порядке?

Закрыв на секунду глаза, она насладилась нежностью и комфортом, которые дарил только он.

– Да.

– Почему ты рассказываешь об этом именно сейчас?

– Потому что скоро это появится во всех новостях, – ответил за нее Ник.

Селия ахнула.

– Кто—то из клиники продал медицинские записи Сэм в газету, при этом сообщив, что я сделала аборт. Мы не знаем, о чем именно будет эта статья, но уверены, правды в ней не будет.

– Но это же незаконно! – воскликнула Селия.

– Вы должны что—то сделать, – Скип переводил взгляд с Сэм на Ника, и снова на дочь.

– Мы делаем все возможное, – заверил его Ник, рассказав о своем плане.

– Чтобы мы не предпринимали, все равно об этом узнают. – После долгой паузы она осмелилась взглянуть отцу в глаза. – Прошу, пап. Скажи что—нибудь.

– Ты должна была прийти ко мне.

– Разве ты забыл, каково нам было тогда? Мама только что ушла, Трейси родила Брук, все были расстроены и на нервах. Тогда это было единственным решением. А затем я потеряла ребенка. Не прошло и дня, чтобы я не думала, что было бы оставь я ребенка.

– В этом я не сомневаюсь.

– Прости, я тебя разочаровала.

– Не глупи, – успокоил ее Скип. – Для меня это не имеет значения, главное ты жива и здорова.

Ник сжал плечо Сэм. Ее переполняли эмоции.

– Люди будут копаться в моем грязном белье. Папа, прошу тебя, не переживай на этот счет. Мы с этим справимся. – Но больше всего она сожалела, как ее прошлое навредит политической карьере Ника.

– Будет лучше, если вы уйдете до начала пресс—конференции, – сказал Ник Скипу и Селии. – Мне бы не хотелось, чтобы они набрасывались на вас с расспросами.

– Мы рискнем, – твердо заявил Скип.

– Вам лучше уйти, – тихо попросила Сэм. – Если останетесь, я буду еще больше волноваться.

– Сэм права, – заговорила Селия, – мы можем еще раз заехать вечером.

– Обязательно, – Сэм медленно села, поцеловала отца в щеку и обняла Селию. – Увидимся позже.

– Сэм, – когда Скип привлек внимание дочери, сказал: – В мире нет ничего, слышишь ничего, чем бы ты могла меня разочаровать или заставить любить тебя меньше. Ничего. Ты поняла?

– Да, – тихо ответила она, – спасибо за эти слова.

Затем Скип повернулся к Нику.

– Иди и задай им жару, сенатор.

– Так и сделаю, не беспокойтесь.

После ухода Скипа и Селии, в палату вошла молоденькая медсестра.

– Звонил ваш милый напарник, интересовался вашим состоянием, – сказала она, проверяя показатели на мониторах Сэм. – Он не хотел вас будить, поэтому позвонил на пост медсестер, но просил передать, что скоро к вам зайдет.

– Отлично, – Сэм откинулась на подушку, отходя от разговора с отцом. Ее голова болела, а во рту пересохло.

– А у вашего напарника кто—нибудь есть? – как бы невзначай спросила медсестра.

– Да, он кое с кем встречается.

– Эх, жаль. Он такой очаровашка, – сказала медсестра, а затем тихо добавила: – как и ваш парень. – Она бросила взгляд на стоящего у окна Ника. – Ням—ням.

Сэм улыбнулась, но у нее защемило в груди о мысли, что Ник собирался сделать ради нее.

***

Часом позже Сэм смотрела на экран телевизора, где Ник стоял перед толпой журналистов и делал одобренное ею заявление. Позади него Кристина и Тревор выглядели взволнованными.

– Я готов сделать короткое заявление, но после этого ни я, ни лейтенант Холланд больше не намерены обсуждать эту тему.

Все репортеры с замиранием сердца ждали его слов.

Сэм выключила звук. Она не могла это слушать. Сосредоточившись на его красивом лице, она заметила, каким он был бледным. Вчера он получил серьезные травмы, но все же считал своим долгом защитить ее. Его заявление вызовет бурю эмоций в рядах общественности и отразится на обоих их жизнях, но Сэм не боялась этого, ведь ей нечего боятся пока Ник рядом.

Решив отвлечься от пресс—конференции и постоянной головной боли, Сэм задумалась, а нашли ли ее детективы Престона. Куда он вообще запропастился? Мужчина, как он, привыкший к комфорту и спокойной жизни, не сможет долго находиться на улице. Мог ли он поселиться в одном из отелей? Кто—нибудь уже проверил отели?

– Мне нужно вернуться к расследованию, – Сэм очень медленно села, ей потребовалось несколько минут, чтобы успокоить головокружение и тошноту.

В дверь постучали, и вошел Фредди. – Доброе утро, босс. Как дела? Ты куда собралась?

– Круз, мне надо убраться отсюда.

– Ни за что, лейтенант. – Фредди подошел к ее постели, опустил руки ей на плечи, явно решив уложить ее силой. – Тебе нельзя двигаться.

Она прорычала, стиснув зубы.

– Убери свои руки и принеси пакет с моими вещами. Я должна уйти до возвращения Ника.

Услышав ее тон, он отшагнул назад.

– Одежду, Круз, – это единственное, что она могла произнести. – Немедленно.

– Я уйду со службы, если ты попросишь меня помочь тебе одеться.

– Размечтался. Иди на пост медсестер и принеси сумку с моими личными вещами. Скажи им, что я не могу обходиться без своего оружия, особенно после того, как на меня напала банда. Что, если они появятся и захотят закончить начатое?

– Они не отдадут мне твои вещи.

Сэм закрыла глаза, молясь, чтобы боль прошла.

– Спроси Холли. По непонятной мне причине, она считает тебя очаровашкой. Охмури ее, но только быстро. – Сэм взглянула на экран телевизора, Ник уже отошел от трибуны. – Давай, у нас осталось мало времени.

Фредди посмотрел на Сэм, принес ей сумку с одеждой и вышел в коридор.

Борясь с тошнотой, Сэм переоделась в удобный спортивный костюм и кроссовки. Слава богу, Селия положила теплую толстовку.

Несколькими минутами позже в палату вернулся Фредди с довольной улыбкой и пакетом в руках. В пластиковом пакете лежал ее пистолет, значок, наручники и бумажник.

Сэм убрала пистолет запазуху, а все остальное разложила по карманам пальто. Она резко встала, но тут же опустилась на койку от сильного головокружения и боли.

– Сэм…

– Заткнись, – прорычала она. Опираясь одной рукой на кровать, она медленно поднялась и пару мгновений просто стояла. Она стянула с Фредди вязаную шапку и натянула ее на голову, прикрывая бинты и длинные волосы. – Пошли.

– Можешь взять, она мне ни к чему.

– Мне твоя шапка нужнее, чем тебе.

– Ник меня за это убьет, – проворчал Фредди.

– Ник убьет меня, так что пусть моя смерть будет не напрасной.

Выйдя из палаты, они шли по коридору мимо поста медсестер, и Сэм осознала – у нее болит не только голова, а все тело. Огромный синяк от ремня безопасности, тянувшийся от плеча до бедра затруднял движения. Очевидно, она также сильно ударила колено, но никто из врачей этого не заметил, их внимание было приковано к ее голове.

Они дошли до лифтов, и их пока никто не остановил.

– Куда мы направляемся? – поинтересовался Фредди.

– Встретиться с Диандрой. Ты отследил веревку, которой связывали Джуллиана?

– Да, две недели назад Диандра приобрела моток веревки в хозяйственном магазине в Гэйтесбурге. Гонзо сейчас получает ордер на обыск их дома, чтобы найти остатки веревки.

Сэм жалела об упадке сил, иначе она бы исполнила победный танец.

– Превосходно! Я так и знала. Какие еще новости?

– Гонзо также говорил с Остином. Девон до сих пор в критическом состоянии. Он подтвердил, что рассказал отцу о вашем разговоре.

– Бинго! Престон узнал об ориентации Девона и слетел с катушек. Мы должны его найти. Он – ключ к разгадке.

Они спустились в отделение интенсивной терапии, Сэм показала значок и спросила о местонахождении Диандры.

– Нам срочно нужно с ней поговорить, – сказала Сэм дежурной медсестре. Они вошли в палату Девона, Диандра сидела, склонившись над его постелью.

– Миссис Синклер, – окликнула ее Сэм.

Она подняла голову, сейчас она едва походила на сильную, властную женщину, какой представала перед множеством телезрителей. В их первую встречу она была уверена в своей неприкосновенности: никто не мог заподозрить их в убийстве Джуллиана. Все было сделано четко и правильно. До того момента, пока Престон не зашел слишком далеко и не попытался убить собственного сына. И это явно не входило в планы Диандры.

– Что вам надо? – спросила Диандра.

– Как он?

– А как вы думаете?

– Он плохо выглядит. Я могу поговорить с вами в коридоре?

– Я не хочу его оставлять.

– Это займет не больше минуты.

Диандра поцеловала Девона в лоб. В коридоре она откинулась на стену, сложив руки на груди. Она выглядела уставшей, но старалась этого не показывать.

Видя вокруг занятый работой медперсонал, Сэм заговорила, пытаясь не привлекать внимание медсестер.

– Где Остин?

– Поехал домой переодеться.

– А Престон?

– Понятия не имею, – ее усталость и бессонная ночь давали о себе знать.

– Куда он уехал?

Диандра потрясла головой.

– Если бы я знала. Он даже не знает о Девоне.

Решила поиграть в молчанку, да Диандра? Или решила все отрицать? А, может, ты не знаешь наверняка стрелял ли Престон в Девона или это сделал кто—то другой? Или гадаешь, насколько велико твое влияние на мужа, и как далеко он готов зайти ради твоего счастья? Чем выше поднимаешься, тем больнее падать. А эту женщину ждет грандиозное падение, даже если Девон выживет.

– Нам бы хотелось с ним побеседовать, – Сэм обратилась к Фредди. – Дай ей свою визитку. Позвоните детективу Крузу, если ваш муж объявиться.

– Разве Престон имеет какое—то отношение к случившемуся?

– Я пока не знаю, именно поэтому нам нужно с ним побеседовать.

– Что с вами? – спросила Диандра, разглядывая лицо Сэм. – Вы бледная, да еще трясетесь.

– Она вчера попала в аварию, – ответил Фредди.

– И продолжаете работать над делом Девона?

– Я работаю над обоими делами: Девона и Джуллиана.

– А разве они связаны?

Сэм решила выдержать паузу и понаблюдать за поведением женщины.

– Я пока не знаю. – Следующие движения дались ей с трудом, но она все же подошла ближе. – Но я собираюсь это выяснить, Диандра. Можете не сомневаться, я докопаюсь до истины. Идемте, детектив Круз.

Покинув отделение интенсивной терапии, Сэм вцепилась в руку Фредди, предотвращая падение. Ее ноги были словно желе.