Текст книги "Кот, кофе и хозяин с плохим настроением (СИ)"

Автор книги: Мара Капс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 8 страниц)

Глава 29

Не помню, как поднялась в квартиру. Я двигалась как призрак, блуждая по реальности, которая казалась плохо прорисованной симуляцией. Все ощущалось чужим, мелким и мучительно тихим.

Толком не поспав, я сидела на диване, гипнотизируя телефон на журнальном столике. Он периодически вибрировал, высвечивая на экране «МАМА», но я не могла заставить себя даже коснуться его. После жизни в мире магии этот пластиковый брусок казался примитивным и почти отталкивающим.

Я вспомнила, как спрашивала у Камиллы, почему они не изобретут что-то вроде устройств для связи на расстоянии. Она посмотрела на меня с той самой древней драконьей мудростью в глазах и вздохнула:

– Мы просчитали последствия, Марина. Мир, где каждый постоянно на связи – это мир, в котором никто никогда не присутствует по-настоящему. Мы решили оставить мысли при себе до тех пор, пока не встретимся лицом к лицу. Так честнее.

Яростный стук в дверь разбил мои воспоминания.

– Марина! Открой! Я звоню тебе уже четыре часа!

Это была мама. Я медленно поднялась и открыла дверь. Она влетела внутрь, выискивая на моем лице признаки нервного срыва, болезни и чего-то еще.

– Что с тобой такое? На тебе лица нет. И почему ты вцепилась в этот пакет кофе?

Я посмотрела на помятый пакет в руке, а затем почувствовала холодную тяжесть кулона на шее.

– Мам, – начала я голосом, который будто принадлежал кому-то другому. – Мне кажется, я оставила там кое-что. Кое-что поважнее, чем работа или телефон.

– В пакете зерен? – мама всплеснула руками. – Марина, я, конечно, знала, что не каждый рад своему дню рождения, но не до такой же степени.

Она еще что-то говорила о том, что нам следует сходить в какое-нибудь кафе или заказать доставку. Сама заварила мне чашечку кофе, но стоило аромату коснуться моего носа, как по щекам градом потекли слезы.

– Марина, – мама силой отобрала у меня пакет зерен. – Да что с тобой происходит?

– Мам, как ты пережила смерть папы? Как научилась жить заново?

Она тяжело вздохнула и присела на край стула.

– Никак. Он навсегда остался в моем сердце. Просто со временем учишься с этим дышать.

Мы еще долго говорили, вспоминали, даже смеялись, но я так и не смогла рассказать ей правду, сославшись на обычную весеннюю депрессию. Когда приехала доставка и пришло время задувать свечи, я наклонилась к торту, и именно в этот момент кулон вынырнул из выреза домашнего свитера.

Мама застыла, ее глаза округлились:

– Откуда он у тебя?

– Да так, подарили, – ответила я, не понимая, почему она так реагирует.

– Уверена? А не ведунья ли тебе его дала?

Я покачала головой, и только через секунду до меня дошел смысл ее слов.

– Стоп. Ведунья? Мам, откуда ты про нее знаешь?

Мама загадочно улыбнулась, и в ее взгляде на мгновение промелькнуло что-то знакомое, та самая древняя мудрость, которую я видела в глазах Камиллы и Антары.

– Думаешь, ты первая в нашем роду, кто путешествовал между мирами? Твой отец, он ведь тоже был не из соседнего подъезда. Он был оттуда, Марина, – прошептала мама, протягивая руку, чтобы коснуться серебряной цепочки. – В отличие от нас, жители того мира могут пересечь грань и попасть к нам лишь раз в жизни, и то не каждый способен пережить такой переход. Твой отец отказался от всего, только чтобы остаться здесь со мной.

Я почувствовала, как пол уходит у меня из-под ног. Моя странная способность успокаивать людей, то, как магия Герцога реагировала на меня, всё это не было случайностью. Это было у меня в крови.

– Значит, ты знаешь, – пробормотала я, и слова наконец хлынули из меня отчаянным потоком.

Я рассказала ей всё. Говорила, пока в горле не пересохло, описывая ужасающие молнии безумия Рагнара и вкус кофейных зерен. О том, как Оракул вытолкнула меня обратно, и о той давящей пустоте, которую я ощутила.

Мама слушала в абсолютной тишине, её рука дрожала, пока она прихлебывала уже остывший кофе. Когда я закончила, она посмотрела на светящийся кулон у меня на шее, а затем снова на меня.

– Ты, его стабилизатор, не так ли? – тихо спросила она. – Твой отец был таким же для меня. Я была женщиной-штормом в те годы, Марина, а он стал моим якорем. Если этот кристалл пульсирует, значит, связь не разорвана. Значит, он всё еще ищет тебя.

– Но я не хочу, чтобы он терял всё ради меня, – воскликнула я, меряя шагами кухню. – У меня там столько возможностей. Появилась подруга, настоящий дракон, мы уже почти открыли кофейню.

– Так в чём проблема? – мама спокойно отставила чашку. – Сама же говорила, что ненавидишь своего начальника-павлина.

– Мам, я не хочу тебя бросать.

К моему огромному удивлению, она рассмеялась.

– А что, если я скажу, что могу отправиться вместе с тобой? У меня есть точно такой же кулон.

Я замерла, не веря своим ушам. Мы быстро собрались и поехали к ней на квартиру. Мама достала из старой шкатулки кулон, точную копию моего, только камень в нём спал, оставаясь серым и безжизненным. Мы всё спланировали, даже чемоданы собрали, впихнув туда всё самое необходимое, но сколько бы мы ни сжимали артефакты, ничего не происходило. Кулоны упорно не работали.

– Почему? – я в отчаянии тряхнула свой затухающий кристалл.

– Видимо, одной воли мало, – вздохнула мама, разглядывая безмолвное серебро. – Нужен импульс с той стороны. Магия работает на эмоциях и резонансе. Возможно, мы просто слишком спокойны для этого перехода.

Я посмотрела на чемоданы, на маму. Внутри росла паника. Неужели Оракул просто посмеялась надо мной, вернув в серые будни без права на обжалование?

Глава 30

Дни потянулись своим чередом, серые и липкие. Лето сменило весну, и в один из душных вечеров, когда я возвращалась домой, у самого подъезда увидела ослепительно белого кота. Точную копию Снежа.

Я осторожно поманила его к себе, подсознательно ожидая услышать какую-нибудь язвительную реплику о моем внешнем виде, но вместо этого раздалось обычное жалобное «мяу».

– Ты чей будешь? – вздохнула я, присаживаясь на корточки. – На улице тепло, точно не замерзнешь. Иди домой.

«Мяу» повторилось. Оно было таким тоскливым, что я впервые в жизни не выдержала и потащила уличное животное в квартиру.

– Только чур в туалет на улицу, – скомандовала я, выставляя перед ним миску с молоком. – И если найдется хозяин, я тебя сразу отдам. Понял?

Так мы и жили вдвоем. С появлением этого пушистого недоразумения мне даже стало немного веселее, пока в один из вечеров, во время просмотра очередного сериала, кот внезапно не прокомментировал свадебную сцену:

– Эх, вот так же и он пойдет к алтарю.

Не веря своим ушам, я тряхнула головой, но всё же решилась переспросить, чувствуя, как сердце уходит в пятки:

– К алтарю? Снеж… это ты?

– А кто ж еще, – кот лениво зевнул и почесал за ухом.

– Но почему ты раньше не разговаривал? Я же тебя три месяца по ветеринарам таскаю.

– Присматривался, – буркнул он, спрыгивая с дивана. – Мне было интересно, как ты тут живешь. Скучаешь или просто вернулась к своей привычной серой жизни и забыла нас как страшный сон.

Вот тут-то меня и прорвало. Всю обиду, накопленную за эти месяцы, я вывалила на кота. Как странная женщина бесцеремонно выпихнула меня в портал, даже не дав попрощаться, и как я пыталась активировать кулоны до боли в суставах. Снеж слушал, не мигая, а потом выдал такое, от чего у меня в глазах потемнело:

– Ну, ты тут плачешь, а Рагнар времени зря не теряет. Женится. На какой-то столичной фифе, которая жизни мне не дает. Вот я и решил жить с тобой.

– Что, прости? Женится? – я вскочила, опрокинув кружку с чаем. – После всего, что было?

– Она еще и кофе ему варит, – добил меня Снеж, старательно вылизывая лапу. – С пенкой.

– Кофе, значит. С пенкой. – Я почувствовала, как внутри закипает такая ярость, что даже кончики пальцев закололо. – А ну, перемещай меня к нему. Прямо сейчас. Ты же можешь, я знаю.

– Но уже ночь. – Снеж испуганно прижал уши. – Они там наверняка занимаются чем-то очень шумным. Да и без кристалла ничего не получится, магии в воздухе ноль.

Когда я пулей вылетела из комнаты и вернулась, сжимая в руке кулон, Снеж нервно икнул и попятился к окну. Кристалл чувствовал мою ярость и гудел так, что шторы начали мерно раскачиваться.

– Либо ты открываешь портал добровольно, – прошипела я, наступая на кота, – либо я прохожу сквозь пространство, используя твой хвост в качестве проводника. Понял?

– Да понял я, понял. – Снеж испуганно прижал уши и замахал лапами, будто дирижировал невидимым оркестром.

Мир привычно вывернулся наизнанку, но в этот раз я приземлилась на удивление грациозно. Даже мои пушистые розовые тапочки с мордами зайцев остались на месте. Я огляделась. Это был явно не замок в лесу. Коридор выглядел уютнее, из окна доносился умиротворяющий шум спящего города.

– Снеж, – прошипела я, оборачиваясь к коту, который старательно делал вид, что он тут просто мимо проходил. – Ты куда меня притащил?

– В дом Рагнара, – буркнул он. – Он же теперь стабилен, вот и переехал в город.

– Отлично. Пусть все соседи услышат, как он орет. Где его спальня?

– Т-там… – Снеж махнул лапой в сторону массивных дверей.

Я буквально ворвалась в комнату, сметая на ходу все остатки здравого смысла. Увидев на огромной кровати спящее тело изменника, схватила первую попавшуюся диванную подушку и начала методично колотить ею мужчину.

– Получай, бабник магический. Кофе он с пенкой пьет. Женится он.

– Какого черта? – Рагнар подскочил.

В следующую секунду воздух вокруг него загустел, и я почувствовала, как невидимая, но очень ощутимая магическая сила буквально припечатывает меня к кровати.

– Марина? – он замер, уставившись на меня так, будто я была привидением. – Ты как… что…

– А ты кого-то другого ждал? – я яростно извивалась в его магических путах. – Куда невестушка делась? Спрятал под кровать? Или в шкаф засунул вместе с кофеваркой?

– Какая невеста? Марина, ты о чем вообще? – Рагнар сел рядом, его глаза горели смесью шока и дикого восторга. – Я только и делал, что пытался взломать пространство, чтобы найти твой мир, пока Снеж не вызвался пойти на разведку.

– Ну конечно, ври больше, – взвизгнула я, безуспешно пытаясь высвободиться. – Пусти меня сейчас же. Оторву тебе пару выдающихся частей и уйду обратно. Подумаешь, герцог. У меня там в супермаркете акций на таких, как ты.

Рагнар мгновенно убрал магию, но вместо того чтобы дать мне уйти, сжал в таких объятиях, что из меня едва не вылетел весь праведный гнев вместе с воздухом.

– Оторвешь? – прошептал он. – Уверена, что не пожалеешь об утрате такого ценного имущества?

Я продолжала орать, вспоминая все известные мне ругательства из лексикона рассерженного баристы, и отказывалась слушать любые оправдания. Уже была готова выдать тираду о том, что его новая пассия наверняка не умеет отличать арабику от робусты, как вдруг мы оба замолчали и синхронно повернули головы к Снежу.

Кот, до этого увлеченно разглядывавший свои когти, замер.

– Ты! – прорычал Рагнар. – Что ты ей наговорил? Про какую невесту она кричит?

– Ничего такого, – невозмутимо отозвался Снеж, косясь на открытое окно. – Всего лишь хотел проверить её чувства. А то сидит там, в своем сером мире, кофе пьет и делает вид, что ей всё равно. Согласись, хозяин, я гениальный купидон.

– Купидон? – я вырвала руку из хватки Рагнара и, схватив вторую подушку, бросилась за котом. – Ах ты, меховой сказочник. Я из тебя сейчас коврик для ванной сделаю. Без наркоза.

– Помогите! – взвыл Снеж, с пробуксовкой срываясь с места. – Насилие над магическим животным! Рагнар, уйми свою фурию.

– Завали хлебушек! – рявкнула я.

Я неслась за ним по комнате, спотыкаясь о пушистые тапочки, которые в пылу погони стали моими главными врагами. А Рагнар, вместо того чтобы спасать своего фамильяра, просто рухнул обратно на кровать и зашелся в хохоте. Он наблюдал за этим хаосом с таким видом, будто это было лучшее шоу, которое ему когда-либо доводилось видеть.

– Марина, осторожнее, – сквозь смех выдавил герцог, когда я в очередной раз замахнулась подушкой на уворачивающийся белый хвост.

– Плевать. – я задыхалась, но азарт и жажда справедливости гнали меня вперед. – Снеж, стой, подлец меховой. Кто там Рагнару кофе с пенкой варил? Покажи мне эту женщину, я ей в эту пенку слабительного подмешаю.

– Я всё выдумал, выдумал! – заорал кот, взлетая на шкаф. – Нет никакой женщины. Он все это время с подушкой в обнимку спал и твоё имя во сне бормотал, я просто хотел ускорить процесс воссоединения любящих сердец.

Глава 31

В какой-то момент я всё-таки запуталась в собственных тапках, споткнулась и уже приготовилась к встрече с полом, как Рагнар ловко подхватил меня и с силой прижал к себе.

– Всё, хватит за ним гоняться, – выдохнул он мне в макушку. – Я слишком сильно соскучился, чтобы тратить время на этого мехового интригана.

Я замерла в его руках, чувствуя, как ярость окончательно капитулирует перед родным теплом. Подушка бессильно выпала из моих пальцев, а Снеж, почувствовав, что казнь откладывается, поспешил удалиться в коридор.

– Правда соскучился? – тихо спросила я. – Правда пытался взломать пространство, чтобы найти мой мир?

Рагнар лишь крепче сжал объятия, словно боялся, что я снова исчезну.

– Да. Но Ведомство пресекает малейший импульс перехода. В отличие от вас, мы можем перейти лишь раз, и то далеко не все.

– Как мой папа, – прошептала я.

Я отстранилась, чтобы заглянуть ему в глаза, видя в них следы изматывающих трех месяцев поисков и чистое облегчение от того, что я рядом. Мой отец когда-то бросил свой мир ради мамы, и теперь, стоя здесь в своей пижаме и пушистых тапках, я в точности понимала, почему он так поступил.

– Значит, вакансия личного стабилизатора и главного баристы всё еще свободна? Потому что я точно не собираюсь возвращаться к своему начальнику-павлину.

Рагнар рассмеялся и поцеловал меня в лоб.

– Эта должность твоя пожизненно. И я уже выкупил право аренды на самую красивую террасу на Королевской площади. Ей не хватает только тебя.

Перебравшись в постель, мы проговорили до самого утра. Оказалось, семейство драконов тоже не на шутку расстроилось из-за моего исчезновения, и всецело помогали найти способ возвращения. С одной стороны, меня до слез радовало, что они так боролись за меня, но с другой по коже пробежал холодок.

Я лежала, обводя пальцем линию челюсти Рагнара, и думала кем бы он стал в моем мире. Могущественный герцог, превратившийся в человека без документов и магии, вынужденный выживать в серой суете мегаполиса. Я не знала, каких трудов и жертв это стоило моему отцу, и, честно говоря, не хотела даже представлять гордого, искрящего силой Рагнара, пытающегося разобраться с графиком автобусов или неработающим вай-фаем.

– Рагнар, – прошептала я, подтягивая одеяло выше. – У мамы тоже есть кулон. Папа позаботился о том, чтобы у неё был выбор. Я не могу оставить её там одну.

Рагнар притянул меня ближе.

– Тогда мы её заберем. Если твой мир такой серый, как ты говоришь, сады Ольгарда придутся ей по душе гораздо больше. К тому же, мне кажется, Тарис будет в восторге от знакомства с женщиной, воспитавшей такую невозможную особу, как ты.

– Решено, – выдохнула я, чувствуя, как последние капли тревоги растворяются в его тепле.

Вместе с первыми лучами солнца, я начала погружаться в самый сладкий сон за последние месяцы, как тишину спальни взорвал грохот открываемой двери.

– Рагнар! Я нашла способ! Если мы совместим резонанс кулона с твоей… – Камилла влетела в комнату, на ходу разворачивая свиток, но внезапно запнулась и замерла на месте.

Её зрачки вытянулись в узкие щели, а свиток медленно выпал из пальцев. Она переводила взгляд с моей головы, уютно устроившейся на плече герцога, на его руку, которая обнимала меня за талию, и обратно.

– Марина? – взвизгнула она так, что Снеж подпрыгнул на подоконнике. – Ты когда успела? Ты же была в том ужасном мире без магии. Мы тут ночами не спали, формулы выводили, папа чуть библиотеку не сжёг от усердия, а ты просто лежишь в его кровати.

Рагнар, чертыхаясь, попытался натянуть одеяло повыше.

– Камилла, во имя всех драконьих предков, – прорычал он, – стучаться тебя в Академии не учили?

– Учили. Но я думала, ты тут в депрессии искришь и шторы жжёшь от горя. – Камилла подскочила к кровати, бесцеремонно тыкая в меня пальцем. – Как она здесь оказалась?

– Снеж помог вернуться, – пробормотала я, пытаясь спрятаться под одеялом. – Я тебе потом всё расскажу в подробностях, обещаю. И с мамой своей познакомлю, она тоже скоро будет здесь. Но сейчас, Камилла, я хочу спать.

– Ну уж нет, – Камилла упёрла руки в бока и явно не собиралась капитулировать. – Потом выспишься. Я никуда отсюда не уйду, пока не удостоверюсь, что ты мне не снишься.

– Камилла, – глухо прорычал Рагнар, – если ты сейчас не выйдешь, я попрошу твоего отца удвоить твою нагрузку в Академии. И лично прослежу, чтобы у тебя не было времени на кофе.

Драконица возмущенно выдохнула, но, оценив всю серьезность угрозы, попятилась к выходу.

– Ладно-ладно. Ухожу.

Дверь наконец захлопнулась. Рагнар не стал ничего говорить. Он просто притянул меня к себе, и я почувствовала, как его магия хлынула навстречу, принимая меня в свои объятия. В этом мире он был герцогом, Хранителем и живой стихией, но сейчас, под моими ладонями, он был просто мужчиной, который едва не сошел с ума от тишины последних трех месяцев.

– Если это сон, Марина, то я клянусь, что выжгу всё это королевство дотла, лишь бы никогда не просыпаться.

Я запустила пальцы в его волосы, заставляя его посмотреть мне в глаза.

– Это не сон. Но если ты и дальше будешь тратить время на разговоры, я могу подумать, что кофе тебе действительно важнее, чем я.

Рагнар хрипло рассмеялся, и уже через мгновение его губы накрыли мои. Это был поцелуй человека, который нашел свой потерянный рай и больше не собирался его покидать.

Эпилог

Спустя три месяца жизни в этом замечательном мире мама перебралась к нам. Жить под одной крышей она наотрез отказалась и поначалу с удовольствием обосновалась в местной гостинице, но стоило ей познакомиться с семейством драконов, как она тут же переехала к ним.

Правду говорят, с возрастом многих тянет к земле. Иначе как объяснить, что родную дочь она променяла на дендрарий Камиллы? Судя по всему, и любовь у неё там нашлась. С местным садовником они каждый вечер пили чай у фонтана.

– Дорогая, любовь любовью, но вам бы узаконить ваши отношения, – хмыкнула мама, безжалостно обрезая розы в саду Ольгардов.

– Мама, Ведомство мне и без брака выдало все документы, – я устало опустилась на скамью, потирая виски после долгой смены в кофейне.

– И что с того? Ты бы посмотрела на него повнимательнее. Бегаешь со своим кофе и дальше собственного носа ничего не замечаешь.

– Да что не так? – я нахмурилась, глядя, как мама придирчиво выбирает следующий бутон.

– А то, что он смотрит на тебя так, будто ты единственный источник кислорода в этом королевстве. Не затягивай, Марина. Мужчина в самом соку, герцог, такие на дороге не валяются.

Я невольно улыбнулась, вспоминая вчерашний вечер и то, как Рагнар осторожно укрывал меня пледом, когда я уснула прямо над бухгалтерскими отчетами.

– И ты ни разу не сказала ему, что любишь, – добавила мама, не оборачиваясь.

– А так не видно? Я же ради него вернулась в этот мир!

– Точно ради него? – она подозрительно прищурилась. – Здесь ты богиня кофеина, можешь жить в своё удовольствие и ни о чем не думать. И уж точно не подчиняться начальнику-павлину.

– Мама!

– Не мамкай.

– Да люблю я его. Довольна? Жить без него не могу. И замуж за него выйду. Если надо, сама предложение сделаю.

Мама довольно хмыкнула, глубоко вдохнув аромат сорванного цветка.

– Слышал, зятёк? Любит. Зря ты только жаловался.

– Жаловался? – я резко обернулась и увидела Рагнара.

Он стоял у входа в беседку, прислонившись к колонне, и в его глазах плясали такие довольные искры, что я сразу поняла, что наш с мамой разговор прошел с полным аншлагом.

– Значит, сама сделаешь предложение? – он медленно направился ко мне, и его аура окутала меня уютным теплом. – Я запомнил. Хотя, пожалуй, всё же избавлю тебя от этой хлопотной обязанности.

Достав из кармана красивое кольцо с аккуратным овальным камешком, он одним плавным движением надел мне его на палец, прежде чем я успела хотя бы вдохнуть.

– Завтра же начнем готовиться к торжеству.

– Нет, – я вскинула руку, любуясь тем, как камень играет в лучах заходящего солнца. – Не надо мне этого раздутого пафоса для людей, которых я даже не знаю. Мы поженимся в нашей кофейне. Только мы, мама, семейство драконов и Снеж. Согласен?

Рагнар на мгновение замер, явно представляя лицо своей мачехи, когда она узнает, что свадьба года прошла без пригласительных с золотым тиснением, а затем громко рассмеялся и притянул меня к себе.

– Согласен. В конце концов, в этом доме всё и всегда решаешь ты. А я просто обеспечиваю безопасность нашей богини кофеина.

Мама за спиной одобрительно хмыкнула и вернулась к своим розам, что-то довольно напевая под нос. На Королевской площади зажигались огни, в воздухе плыл аромат жасмина и кофейных зерен, и я точно знала, что это лучший день в моей жизни. И уж точно не последний в этом мире.

Что касается злодеев этой истории, мачеха Рагнара хоть и смогла увернуться от прямого тюремного заключения, была отправлена в такую глушь, откуда ей до самого конца дней запрещено возвращаться под страхом немедленного ареста. Она согласилась на пожизненную ссылку в отдалённое поместье на окраине северных пустошей, лишь бы избежать публичной казни и позора.

Вестфольдам же повезло гораздо меньше. За измену, подстрекательство к перевороту и использование запрещённого «Призрачного гриба» их род был лишён всех титулов и привилегий. Их имущество конфисковали в пользу казны, а самих участников заговора приговорили к каторжным работам на магических рудниках. Теперь Эльзе вместо того, чтобы оттопыривать мизинчик над чашкой чая, приходится махать киркой.

Говорят, она до сих пор вздрагивает при слове «кофе», а её отец пытается доказать надзирателям, что его не так поняли. Но правосудие в этом мире, приправленное капелькой драконьего гнева, оказалось на редкость справедливым.