Текст книги "Кот, кофе и хозяин с плохим настроением (СИ)"

Автор книги: Мара Капс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 8 страниц)

Глава 25

Отец Эльзы замер, его губы брезгливо дрогнули. В зале стало так тихо, что я слышала собственное сердцебиение.

– Кто позволил этой женщине говорить? – прошипела мачеха Рагнара, впиваясь пальцами в подлокотники кресла.

– Я позволила себе сама, – я сделала ещё шаг, не выпуская руки Рагнара. – Вы говорите об опеке на основании нестабильности. Но посмотрите на него. Вы видите искры? Нет. Он спокоен. В пункте семь вашего параграфа чётко сказано: «Опека назначается лишь в случае, если маг не способен контролировать стихию самостоятельно».

Мачеха вскочила, её лицо исказилось от ярости.

– Это возмутительно! Мы требуем немедленной проверки.

– Проверки? – я почти выплюнула это слово. – Вы годами травили его «Призрачным грибом», медленно выжигали его разум, прикрываясь заботой. Вы хотели сделать из величайшего мага послушную марионетку, пускающую слюни под присмотром вашей бесцветной куклы Эльзы.

– Как ты смеешь! – взвизгнула мачеха, Рагнар не дал ей закончить.

– Вы хотите магию? – он усмехнулся и резко опустил мою ладонь.

Воздух в зале мгновенно раскалился добела. Оглушительный треск электрических разрядов заставил старейшин вжаться в кресла. По мраморному полу змеями разлетелись трещины, а массивные люстры над головами начали раскачиваться, осыпая всех стеклянной крошкой. Глаза Рагнара затопило багровое пламя, а за его спиной соткалась призрачная, чудовищная тень, готового к броску.

– Прекратите! – пробасил король северного государства, перекрывая гул стихии.

Рагнар мягко взял меня за руку. В ту же секунду всё стихло. Гром оборвался, искры погасли, а тень зверя растворилась в воздухе.

Король северного государства поднялся со своего места. Его взгляд задержался на Рагнаре. Он не выглядел напуганным, скорее, он выглядел как человек, который только что увидел подтверждение своей самой мрачной догадке.

– Впечатляющая демонстрация, герцог Ольгерд. Совет замер в страхе, но я вижу другое. Я вижу воина, который, вопреки всем законам природы, удерживает своего зверя на коротком поводке.

Он медленно подошел к Рагнару. Я стояла рядом, стараясь дышать ровно и не выдавать нашего секрета. Пусть все думают, что это его собственная воля, его железный самоконтроль. Если они узнают, что он зависит от меня, я стану его главной слабостью и мишенью для каждого убийцы в этом зале.

– Скажи мне, Рагнар, – король понизил голос, – как долго ты сможешь это скрывать? Ты ведь знаешь, что я не слеп. Я видел симптомы «Призрачного гриба» достаточно часто, чтобы узнать этот яд из тысячи.

В зале повисла мертвенная тишина. Мачеха Рагнара заметно побледнела и вцепилась в подлокотники кресла.

– Вы говорите о запрещенном, ваше величество, – холодно отозвался Рагнар. – Это серьезное обвинение.

– Это не обвинение в твой адрес, мальчик мой, – король печально усмехнулся и обернулся к Совету. – Это приговор тем, кто подливал его тебе в чай. Генрих Ольгерд был моим другом. Он боялся своей силы, да. Но он никогда бы не пожелал сыну участи живого мертвеца, чей разум медленно растворяется в грибнице.

Король подошел к судейскому столу и с грохотом опустил на него тяжелую ладонь.

– Вы пытались прикрыть опекой медленное убийство. Призрачный гриб не просто вызывает мигрень. Он делает магию нестабильной, чтобы у Совета был легальный повод надеть на герцога кандалы. Рагнар продемонстрировал нам то, что невозможно при таком отравлении. Абсолютную власть над собой. И это значит одно: либо яд на него не действует, либо он нашел способ сжечь его своей волей.

Он перевел взгляд на мачеху и лорда.

– Тот факт, что герцог стоит перед нами в здравом уме, – ваше самое большое поражение. И теперь у меня возникает вопрос к Совету: кто из вас подписал разрешение на хранение спор этого гриба? И почему вы так отчаянно хотите запереть Рагнара под опеку именно сейчас, когда он… – король сделал паузу, в его глазах блеснула опасная интрига, – когда он стал единственным, кто может открыть Врата Равновесия.

Рагнар нахмурился, и я почувствовала, как его ладонь в моей руке слегка дрогнула.

– Это лишь легенда, – глухо отозвался герцог. – Врата Равновесия закрыты со времен Первой Эпохи, когда маги едва не выжгли небеса.

– Они закрыты до тех пор, пока жив последний из рода Ольгердов, чья кровь чиста от примесей, – парировал король, делая шаг к Рагнару. – Но есть условие: войти в них и повернуть ключ может только тот, чей разум находится в пограничном состоянии. Призрачный гриб был нужен им не для того, чтобы убить тебя. Он должен был стать проводником. Довести твою магию до пика, а сознание до полного хаоса. В таком состоянии ты стал бы идеальным инструментом, чтобы открыть Врата и изменить поток магии в этом мире.

Король обернулся к Совету, и его голос зазвучал как сталь:

– Они хотели перераспределить силы. Лишить магии одних и возвысить других. И ради этого они травили тебя ядом, превращая твою жизнь в пытку. Но то, что мы увидели сегодня, – он указал на Рагнара, – это невозможно.

Король подошел к Рагнару вплотную и заглянул ему в глаза, пытаясь найти в них разгадку.

– Тот факт, что ты сохранил рассудок, – самая большая угроза для их заговора. Если ты не поддался грибу, значит, ты нашел другой способ заземлить энергию. И если это так, Рагнар то ты теперь не просто герцог. Ты единственный в мире живой Хранитель, которого невозможно подчинить.

Я видела, как мачеха Рагнара медленно оседает в своем кресле, понимая, что их главная тайна раскрыта. Но король не сводил с нас глаз. Он явно чувствовал, что за стальной волей Рагнара стоит что-то еще. Что-то, стоящее сейчас по левую руку от герцога.

Глава 26

Король Севера хотел было продолжить, как пол под нашими ногами едва заметно дрогнул, и по залу разнесся низкий, стонущий звук, будто само здание протестовало против чего-то неизбежного.

– План с опекой был лишь вежливой попыткой сохранить лицо, – мачеха Рагнара медленно поднялась. – Мы надеялись, что ты уйдешь тихо. Но твоё упрямство всегда было твоим главным врагом.

Она взглянула на отца Эльзы, и тот кивнул. В ту же секунду по периметру зала из-под пола выросли массивные решетки из черного металла, отсекая Совет от центральной части помещения, где стояли мы.

– Что это значит? – взревел король севера – Это измена.

– Это спасение, – отрезала мачеха. – Мы знаем, ключ не в разуме Рагнара. Ключ в его смерти.

Рагнар резко развернулся, закрывая меня собой, но я увидела, как его руки начали мелко дрожать.

– Вы с ума сошли. Если вы попытаетесь активировать Врата насильно, этот замок взлетит на воздух вместе со всей столицей.

– Не взлетит, – Эльза вышла вперед, и в её руках я увидела тот самый кулон, который Снеж когда-то нашел у ведьмы. Только теперь он светился ядовитым фиолетовым светом. – Мы долго изучали твою связь. И поняли, что стабильность держится на ней.

Она указала на меня кончиком кинжала.

– Стоит ей исчезнуть, и твой магический выброс в момент агонии будет достаточно направленным, чтобы сорвать печати, но не разрушить стены. Это будет очень быстрый и очень мощный взрыв. Идеальный импульс для открытия Врат.

Я почувствовала, как по залу пополз холод. Гриб в крови Рагнара срезонировал с кулоном в руках Эльзы, и золотые искры его магии начали стремительно чернеть.

– У вас есть выбор, – мачеха холодно улыбнулась. – Либо Рагнар добровольно отдаст свою искру Вратам, либо мы сначала убьем девчонку, а потом заберем твою жизнь силой. В любом случае, сегодня Врата откроются.

Я на мгновение застыла, отказываясь верить в происходящее. Почему именно я должна была попасть в этот дурдом с эффектами дешевого боевика?

Совет королей. Как же гордо звучит. По идее, он должен состоять из мудрейших и сильнейших, но почему тогда они сейчас просто растерянно хлопают глазами и ничего не делают? Десять минут назад они с важным видом решали вопросы земель, налогов и прочей скучной ерунды, а теперь сидят как первоклассники на контрольной. И всё это из-за герцога, который последние полгода скрывался в лесу, и вряд ли выполнял хоть какие-то свои обязанности, кроме пугания белок своей искрящей магией.

Эльза подходила всё ближе, и в её глазах сияло такое фанатичное торжество, что у меня внутри окончательно перегорел предохранитель вежливости. В конце концов, я пять лет управляла кофейней, где по утрам клиенты бывают пострашнее любого древнего культа.

Не став дожидаться повтора пафосной речи о жертвоприношении, я не нашла ничего лучше, как просто вмазать ей в нос. С разворота. Так, как учил меня дядя Валера, когда я в шестнадцать лет возвращалась с дискотеки.

В зале воцарилась такая тишина, что было слышно, как челюсть Рагнара медленно опускается вниз. Эльза, не ожидавшая от меня прямого хука справа, пошатнулась, выронила кинжал и с крайне неаристократичным писком рухнула на пятую точку, зажимая окровавленное лицо. Кулон, который она так пафосно сжимала, выскользнул из её пальцев и со звоном покатился по мрамору.

Я не дала ей опомниться. Шагнув вперед, подхватила побрякушку и, прежде чем кто-то успел выкрикнуть заклинание, с наслаждением обрушила на неё каблук. Раздался противный хруст, и ядовито-фиолетовый свет с шипением погас, превратившись в кучку бесполезного мусора.

– Это тебе за испорченный день, – прошипела я, тряся ушибленной рукой.

Рагнар моргнул, его глаза на мгновение стали абсолютно круглыми, а черная дымка вокруг него испуганно рассеялась. Магия, которую вытягивал артефакт, вернулась к хозяину, но теперь он выглядел не как разъяренный монстр, а как человек, который только что увидел восьмое чудо света.

– Марина? – только и смог выдавить Рагнар, глядя на обломки древнего артефакта, раздавленного моим каблуком.

– Что Марина? – огрызнулась я, поворачиваясь к залу. – Честно говоря, почему они все просто уставились на нас? У вас тут Совет королей или кружок любителей немого кино?

– Ты… ты сорвала ритуал! – завизжала Мачеха Рагнара, тыча в меня дрожащим пальцем.

– Не сорвала, а улучшила. Вы правда думали, что сможете провернуть такой фокус прямо у всех на глазах? Ребята, я годами имела дело с людьми куда страшнее вас. В понедельник утром в моей кофейне клиенты без кофеина способны вскрыть Бездну силой мысли, так что ваш маленький переворот, просто детские игры.

Внезапно сбоку раздался громовой хохот. Тарис, который еще мгновение назад был пригвожден к стене магическими путами, теперь согнулся пополам.

– О, клянусь Великим Драконом, это гениально, – прохрипел он. – Все эти годы изучения древних свитков, тонны пергамента и пыльных фолиантов. А всё, что требовалось, крепкий каблук и женщина, которой до смерти надоел ваш пафосный бред. Ольгерд, не смей её отпускать, она, лучшее, что случалось с этим миром со времен изобретения канализации.

Я проигнорировала его восторги и повернулась к королю Севера, который единственный выглядел мало-мальски вменяемым, хоть и явно пытался не заржать в голос.

– Ваше Величество, вы не против аннулировать договор о помолвке? Ну, или вызвать отца Рагнара. Где он сейчас?

– В экспедиции, – коротко ответил король, подозрительно кашлянув в кулак.

– В экспедиции? – я иронично вскинула бровь. – Ну конечно. У всех приличных героев отцы вечно либо спасают мир в другом полушарии, либо ищут магические сорняки, пока дома мачехи пытаются устроить апокалипсис при помощи бижутерии.

Глава 27

Очень скоро я поняла, что попала. Причём не в другой мир, а в эпицентр грандиозного скандала. Ведь, несмотря на весь мой боевой настрой, присутствующие прекрасно поняли, что я попаданка. Мой хук справа и манера речи выдавали иномировое происхождение лучше любого паспорта.

Впрочем, в силу величайшего дара Тариса улаживать любые, даже самые безнадёжные ситуации, нас подозрительно быстро отпустили. Декан пел соловьём, жонглируя юридическими терминами и магическими параграфами так лихо, что Совет, кажется, просто решил поскорее избавиться от нас, пока я не начала раздавать затрещины и остальным монархам.

Но самым главным событием вечера стало не заключение Вестфольдов и матери Рагнара. Мы знали, что некоторых возможно освободят или отправят в ссылку, ведь никто не пострадал. Да и магическое письмо от отца пришло довольно скоро. Он подтвердил отмену помолвки, и теперь его сын был свободен.

Настоящая вишенка на торте ждала нас по возвращении. У ворот замка уже дежурила толпа местных репортёров с магическими самопишущими перьями. Заголовок завтрашних новостных листовок я уже видела в их глазах: «Иномировая фурия спасает герцога хуком справа». Рагнар, впрочем, даже не поморщился, просто взял меня за руку и провёл сквозь толпу с таким видом, будто мы только что вернулись с обычной прогулки, а не с несостоявшегося конца света.

– Ну что, Хранительница моего душевного покоя, – тихо проговорил он, когда за нами наконец захлопнулись массивные двери, – теперь ты официально самая завидная и опасная невеста.

– Которой осталось здесь жить две недели, – хмыкнула я. – Кто позарится на такую? Кому ты меня отдашь?

Рагнар замер, и его рука, всё ещё сжимавшая мою ладонь, напряглась. Взгляд герцога стал настолько тяжёлым и тёмным, что я невольно сглотнула, чувствуя, как шутливый настрой мгновенно испаряется.

– Отдать? – переспросил он, делая шаг ко мне и вынуждая попятиться к двери. – После того как ты привела в чувство мой разум и перевернула вверх дном весь Совет? Марина, ты правда думаешь, что я позволю тебе просто исчезнуть или, тем более, кому-то тебя отдать?

Он упёрся руками в дубовые панели по обе стороны от моей головы, запирая в ловушку, из которой мне, если честно, не очень-то и хотелось выбираться. Его губы накрыли мои, превращая поцелуй в схватку жаркой страсти. И я сдалась, решив прожить эти оставшиеся дни счастливо. Избавлю этого мужчину от яда, а вместе с ядом наверняка пройдет и нужда в моем присутствии. Ведь когда в противоядии нет смысла, его не пьют как яблочный сок, о нём забывают, задвинув на самую дальнюю полку, пока не выйдет срок годности.

За это время мы с Камиллой запишем большинство рецептов, встретимся с изобретательницей кофемашины, включив её в наше предприятие, и тогда я просто улыбнусь им на прощание и исчезну.

Рагнар оторвался от моих губ и прижался своим лбом к моему. Он явно хотел продолжить, но из последних сил пытался держать себя в руках.

– Не останавливайся, – прошептала я.

– Марина, я правда не смогу тебя отдать. Тем более если мы сейчас не остановимся.

– Сегодня я останусь, – прошептала я, запуская пальцы в его волосы и притягивая еще ближе. – Прямо сейчас. С тобой.

Этот ответ был туманной, зыбкой гранью между обещанием и прощанием, но мужчина, объятый жаром страсти, не заметил разницы. Он лишь прерывисто выдохнул, подхватил меня на руки и перенес в спальню. Я просто таяла от его близости. Каждое прикосновение казалось безмолвным разговором, попыткой запомнить друг друга до того, как песок в песочных часах иссякнет.

Утром, не успев вдоволь понежиться в кровати, я проснулась от того, что по нам начал бесцеремонно прыгать Снеж. Кот что-то возбужденно вопил о семействе драконов, которые уже вовсю хозяйничали на кухне. Мы разом подскочили, обменялись быстрым поцелуем и, наспех переодевшись, спустились вниз.

Увидев нас, Тарис многозначительно нахмурился, но предпочел промолчать. Дождавшись своей порции кофе, он перешел к делу, излагая план возвращения Рагнара в общество и нашего переезда в город.

– Думаю, двух недель хватит на полное выведение яда, – подытожила Камилла, протягивая герцогу пузырек с искрящейся жидкостью.

И снова две недели. Успею ли я увидеть, как он вернется к нормальной жизни? Я так глубоко задумалась об этом, что ненароком обожгла пальцы, задев раскаленную трубку отвода пара магической кофемашины.

Рагнар среагировал мгновенно. Прежде чем я успела осознать остроту ожога, оказался рядом, мертвой хваткой обхватив мое запястье. Он не произнес ни слова: просто поднес мою руку к своим губам и мягко выдохнул, окутывая пальцы прохладным дыханием магии.

Острая боль исчезла, сменившись онемением и холодком, от которого я невольно вздрогнула.

– О чем ты думаешь, Марина? – пробормотал он, вглядываясь в мои глаза с пугающей проницательностью.

Тарис громко откашлялся, нарушая повисшую тяжелую тишину.

– Если вы закончили, то нам пора покорять город, – заметил дракон. – И, согласно донесениям моих людей, здание рядом с Королевским банком сейчас пустует. Идеальное место для кофейни, не находите?

Я посмотрела на искрящийся пузырек с противоядием в руке Камиллы, а затем на то, как Рагнар сжимает мою руку. Две недели. Через четырнадцать дней он будет полностью здоров, а я стану лишь воспоминанием.

– Идеально, – я выдавила радостную улыбку. – Давай сделаем так, чтобы вся столица узнала, чего именно им так не хватало.

Глава 28

С того дня наша жизнь превратилась в безумный марафон. Оно и понятно, пока Рагнар плохо себя чувствовал, дел накопилось немало, а я хотела успеть открыть первую в этом мире кофейню. Мы встречались только в постели, засыпая, стоило лишь голове коснуться подушки.

В один из вечеров, когда я дорисовывала на окне изображение красивой чашечки, Камилла подошла ко мне.

– Ты сказала ему?

– Нет.

Я не оборачивалась, продолжая выводить тонкую линию молочной пенки на стекле.

– Марина, время уходит, – Камилла встала рядом, вглядываясь в мое отражение. – Осталось всего три дня. Портал откроется в полночь. Ты собираешься просто испариться, оставив его одного с чашкой остывшего кофе?

– Так будет лучше, – глухо ответила я, чувствуя, как внутри всё сжимается от боли. – Он выздоравливает. Яд почти выведен. Город принял его. Его жизнь налаживается, Камилла. Зачем ему разбивать сердце правдой о том, что его стабилизатор, лишь временная гостья?

– Ты правда не понимаешь? Он не за стабилизатором по утрам в постели тянется, а за тобой.

– Но я правда не могу остаться, – я покачала головой. – Не могу бросить всю свою жизнь ради мужчины.

– А если он тебя любит?

– И что с того? Где гарантия, что он не выкинет меня через десять лет, как старый портфель? В этом мире у меня нет никого, а там мама. Кроме меня, у неё никого нет.

– Никого, значит… – голос Камиллы дрогнул. – Я тоже для тебя никто? А я-то думала, что впервые в жизни нашла настоящую подругу, пусть ей для этого и пришлось пересечь грань миров.

Я замерла, так и не дорисовав узор на стекле. Слова Камиллы ударили больнее, чем все угрозы Эльзы вместе взятые.

– Камилла, я не это имела в виду… – начала было я, оборачиваясь.

Но договорить мне не дали. Дверь кофейни распахнулась, и на пороге появилась женщина в странной, мерцающей одежде. Она коротко щелкнула пальцами, и мир вокруг захлебнулся в тишине. Пылинки застыли в воздухе, Камилла замерла с открытым ртом, а время просто перестало существовать.

– Ну, наконец-то я до тебя добралась, – выдохнула гостья. Она протянула мне ладонь, на которой тускло мерцал знакомый кулон. – Сработало моё предсказание. Пора и честь знать.

– Вы оракул? – мой голос прозвучал неестественно громко в этой мертвой тишине. – Но зачем вы пришли сами? Зачем даете кристалл, если срок моего возвращения еще не истек?

– И что? – она безразлично пожала плечами, и её глаза, лишенные зрачков, сверкнули серебром. – Ты же так хочешь домой. Долг платежом красен, хочу его вернуть раньше срока. Я сегодня добрая, могу даже память тебе стереть, чтобы сердце не ныло по этому угрюмому герцогу.

– Не надо мне ничего стирать! – выкрикнула я, пятясь назад, пока не уперлась спиной в холодную витрину.

Я посмотрела на застывшую Камиллу, а потом мой взгляд переместился к дверям, где в застыла тень Рагнара. Он был так близко. Всего один шаг.

– Бери, – Оракул сделала шаг ко мне, и кристалл в её руке начал пульсировать, призывая портал. – Ну же? Чего ты ждешь?

Я перевела взгляд на кристалл. В его глубине отражалась моя уютная квартирка, но почему-то она казалась мне теперь чужой и тесной.

– Мне нужно попрощаться, – пробормотала я, протягивая руку к застывшему силуэту Рагнара.

– Колебания – это роскошь, которую ты не можешь себе позволить. Ты хотела безопасности? Получай.

Прежде чем я успела вдохнуть или выкрикнуть его имя, Оракул резким толчком швырнула меня в центр пульсирующего света. Мир мгновенно вывернулся наизнанку, и я судорожно закашлялась от ледяного мартовского воздуха, ворвавшегося в легкие.

Я снова стояла на остановке, глядя на свои руки, сжимающие тяжелый килограммовый пакет кофейных зерен, и не могла поверить, что вернулась ровно в ту секунду, с которой началось мое невероятное путешествие.

– Рагнар, – прошептала я.

Рядом просигналило такси. Водитель высунулся из окна, раздраженно глядя на меня:

– Эй, девушка. Это вы на Мира заказывали? Едете или как? Я уже пять минут стою.

Я опустила взгляд на экран телефона, дрожа всем телом и чувствуя раздавливающую тяжесть той самой безопасности, о которой так отчаянно мечтала. Всё вернулось в норму. Мама ждет меня. Скучная работа ждет меня. И такси с номером, полностью совпадающим с цифрами в приложении, тоже ждет.

– Да, простите, немного задумалась, – пробормотала я водителю.

Усаживаясь на заднее сиденье, всю дорогу до дома я пыталась осознать, что произошло на самом деле. Правда ли я побывала в другом мире? Но почему тогда оказалась в той же самой секунде, когда случилась встреча со Снежем?

– Развернитесь, – внезапно попросила я водителя и добавила: – Плачу вдвойне. Кажется, я обронила на остановке свой кулон.

Вскоре я уже сканировала взглядом серый асфальт. Водитель спокойно ждал, даже предложил помощь, но я отказалась.

– Неужели я сошла с ума… – прошептала я, уже возвращаясь к машине, как вдруг заметила тонкую серебряную цепочку в грязной куче снега. Потянула за нее и вытащила тот самый кулон.