Текст книги "Спасти тигра, приручить магистра и (НЕ) влюбиться (СИ)"

Автор книги: Мара Капс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 8 страниц)

Мара Капс
Спасти тигра, приручить магистра и (НЕ) влюбиться

Глава 1

«Эдит, вставай. Если Фиона увидит тебя валяющейся в постели, добра не жди.» – проворчала Дина, несколько раз дернув прядь моих волос.

Я уткнулась носом в подушку и заорала, как раненый олень, не столько от боли, сколько от отчаяния. Кажется, только закрыла глаза, пытаясь переварить очередной тяжёлый день, а уже наступило утро. Ну почему нельзя было попасть в тело какой-нибудь принцессы? С башней, драконами и хотя бы одним приличным завтраком?

По правде говоря, всё произошло внезапно. Я просто свалилась от усталости посреди улицы, ноги подкосились, в глазах потемнело, и последним, что осталось в памяти, был запах горячего асфальта и чей-то равнодушный взгляд. А потом тишина. И пробуждение в другом мире, в теле Эдит. С чужими руками, чужим голосом и лицом.

Все мои попытки объяснить, что произошло, разговоры о переселении душ, о том, что я вовсе не Эдит, быстро списали на помешательство. Мол, чуть не утонула в озере, вот и крыша поехала. Сначала, конечно, пытались пожалеть, потом начали раздражаться. И какой-то момент мне стало ясно: никто не собирается разбираться, никто не верит. Поэтому пришлось нехотя смириться и попытаться привыкнуть к новой жизни.

Не могу сказать, что это было уж слишком сложно. Особенно если вспомнить, как часто я бывала у бабушки, где блага цивилизации ограничивались электричеством и водой из колонки. В сравнении с тем, здешняя реальность оказалась куда более терпимой. Хотя бы потому, что даже самая обычная семья могла пользоваться простой бытовой магией. Тарелки мылись сами, без малейших усилий, а уборка не превращалась в изнурительный марафон.

Но не для меня. Я не обладала никакой силой.

Моя главная обязанность в этой семье заключалась в том, чтобы ежедневно отправляться в лес за целебными травами, корнями и плодами. Не собрала нужное количество – оставалась без ужина. Принесла больше – слышала лишь упрёки и недовольство. Никого не волновало, что на дворе осень, а лес полон зверья, готовящегося к зиме. Хорошо ещё, что та самая бабушка была травницей и с самого детства обучала меня своим премудростям. Тогда они казались ерундой. Кто бы мог подумать, что именно они спасут меня в новой жизни.

Единственной отдушиной в этом круговороте однообразных дней стала моя способность понимать животных. Они слышали меня, а я их. Однажды, подобрав крошечную птичку, я выходила её, дала имя Дина и оставила у себя. Синяя кроха оказалась с характером и, как вскоре выяснилось, с зачатками магии. Она видела то, что скрыто от обычного взгляда. Могла различать следы магии, чувствовать опасность.

Иногда она взлетала, описывала круги над поляной и возвращалась, тревожно щебеча, будто предупреждала: туда идти не стоит. Благодаря ей я избегала ядовитых растений, обходила места, где прятались хищники, и даже нашла редкий цветок, о котором читала только в книгах.

«Эдит, я тебя сейчас клюну.» – птичка возмущенно хлопнула крыльями.

– Не надо, уже встаю, – пробормотала я.

Проглотив подгоревший завтрак под пристальным, недовольным взглядом дяди, тети и брата, я взяла корзинку и направилась в сторону леса. Бродила долго, уже начала думать, что сегодня вернусь с пустыми руками, как вдруг наткнулась на небольшой лагерь у берега горного озера.

Хотела было свернуть в другую сторону, незаметно уйти, но меня заметил один из мужчин и поспешил окликнуть:

– Девушка? Стойте. Не могли бы вы нам помочь?

Я нахмурилась, с сомнением прикидывая, в какую сторону лучше бежать, если что-то пойдёт не так.

– Нет, только не убегайте, – мужчина поднял руки вверх, осторожно делая шаг ко мне. – Вижу, вы занимаетесь поиском лечебных трав. Возможно, знаете, где найти древний цветок лагрин?

– Этот цветок всего лишь сказка. Ни разу его не встречала.

Не знаю почему, но я решила промолчать, что буквально на днях нашла его. Говорят, он способен исцелить любую хворь, а в самых редких случаях, исполнить заветное желание. По крайней мере, так было написано. Хотя он так и не смог вернуть меня в мой мир.

Мужчина внимательно смотрел на меня, будто пытался прочитать по лицу то, что я не сказала вслух. Остальные в лагере замерли, прислушиваясь.

– Но вы хотя бы слышали о нём, – голос мужчины стал тише. – Нам очень нужна помощь. Младший сын Верховного мага Башни Заклинаний уже несколько месяцев пытается спасти своего магического кота. Перепробовали всё, что только возможно, но животное почти не ест, рычит, и даже хозяина к себе не подпускает.

Я сжала пальцы на ручке корзинки. Мне сказать правду? Или уйти, пока не поздно?

– Я… – начала было, но слова застряли в горле.

Мне несколько раз попадались на глаза объявления, в которых обещали баснословные богатства за спасение зверька. Но после того, как я увидела Рудольфа, местного ветеринара, вернувшегося с пустым взглядом и дрожащими руками, всякое желание помогать у меня пропало.

Не спорю, жаль ребёнка. Но и я не хочу пострадать.

По слухам, этот котик с серебристо-черной шерстью, переливающейся при лунном свете, был не так прост. В обычном облике он выглядел как котёнок. В боевом, превращался в магическое существо, напоминающее смесь дракона, феникса и грифона. Его шерсть становилась броней, устойчивой к любым заклинаниям. Пламя, которое он изрыгал, с легкостью разрушало иллюзии и проклятия.

– Я его вылечу, – неожиданно выпалила я и тут же прикрыла рот ладонью.

Молчание повисло вокруг, как плотная паутина. Казалось, даже листья замерли, перестав трепетать от ветра. Дина, всё это время тихо сидевшая на крыше палатки, медленно повернулась ко мне, словно пытаясь разглядеть, не сошла ли я с ума.

– Вылечишь? – прозвучал голос, и в ту же секунду из той самой палатки вышел мужчина. – Не боишься лишиться головы за такие слова?

Я сглотнула, чувствуя, как страх постепенно уступает место странному восхищению. Высокий, темноволосый мужчина был прекрасно сложен. Его лицо было резким, словно вырезанное из камня, с высокими скулами и прямым, упрямым подбородком. Глаза, тёмные, почти чёрные. В них не было ни гнева, ни любопытства, только холодная оценка, как будто он уже взвешивал мои шансы на выживание.

– Младший господин. Девушка наверняка погорячилась, – выскочил вперёд тот, кто меня окликнул.

Не знаю, окончательно ли я рехнулась или просто решила красиво уйти из этого мира, потому что сама от себя не ожидала, что усмехнусь. В голове у меня всё ещё жил образ милого мальчика, отчаянно желающего спасти своего питомца, а не взрослого мужчины с холодным взглядом и голосом, от которого дрожит воздух.

– Я не погорячилась, – сказала я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. – Если вы действительно хотите помочь коту, я могу попробовать. Но мне нужны условия.

Младший господин, ответил не сразу. Он смотрел на меня так, будто решал, стоит ли мне вообще позволить говорить. Дина, всё ещё сидевшая на крыше, издала тревожный писк, но я не обратила внимания. Если я могу помочь, если у меня есть хоть шанс, нужно попробовать. Не ради богатства. Ради себя. Ради возможности изменить свое будущее.

– Условия? – наконец произнёс он. – Ты в положении диктовать?

– Я в положении выбирать. И если вы хотите, чтобы я рискнула, то должны хотя бы попытаться меня услышать.

Молчание снова повисло, но на этот раз оно было другим. Не угрожающим, а оценивающим. Мужчина медленно кивнул.

– Говори.

– Мне нужно видеть кота. Наедине. Без стражи, без магов, без вас. Только я и он.

– Но это невозможно, – вмешался другой мужчина, тот, что окликнул меня. – Магистр. Ваш кот опасен. Он может…

– Он может почувствовать, если рядом кто-то с дурными намерениями, – перебила я. – Но я не враг. Я просто хочу понять, что с ним. Чтобы попытаться помочь.

Магистр снова посмотрел на меня. Его взгляд стал чуть мягче, но всё ещё оставался настороженным.

– Хорошо. Один час. Если ты не выйдешь, никто не войдёт. Если кот нападёт, ты сама выбрала. Его зовут Лир. Он спас меня, когда я был ребёнком. С тех пор мы связаны. Если он умрёт, я не уверен, что останусь собой.

Я кивнула, чувствуя, как внутри всё сжимается. Один час. С магическим существом, которое даже собственный хозяин боится тронуть. Отличное начало.

Глава 2

Впервые в жизни я увидела, как раскрывается портал перемещения. Несколько магов, сосредоточенно сплетали заклинание, будто ткали невидимую ткань из света и силы. Воздух дрожал, искрился, наполнялся напряжением, как перед грозой. И вдруг, пространство развернулось, словно кто-то разрезал само время, оставив в нём мерцающий круг.

Очутившись в саду, где каждое дерево, статуя словно соревновалась в величии и богатстве, я невольно съёжилась. Моя одежда, простая и помятая, казалась жалкой на фоне этой красоты. Ткань, потускневшая от времени, цеплялась за ветви кустов, словно сама пыталась спрятаться.

– Поторопись.

Магистр щёлкнул пальцами, и в его ладони возникли песочные часы. Песок внутри уже начал свой бег, отмеряя время с ленивой, но неумолимой точностью.

– Но…

– Никаких, но. – Его голос стал твёрже. – Тебе нужно в то здание.

Понимая, что таким образом он решил отомстить за мою вольность в разговоре, я подобрала юбку и поспешила к двери. Сердце стучало с раздражающей чёткостью, как будто отбивало каждую секунду оставшегося времени. Я потянула за ручку, открыла дверь, сделала шаг вперёд, и застыла.

В центре комнаты, в магической клетке, сидело нечто, чего мне прежде не доводилось видеть. Существо напоминало невозможную смесь дракона, феникса и грифона. Перья переливались огнём, когти сверкали, а крылья были сложены, будто в ожидании взлёта. Оно уставилось на меня, прищурив глаза, и злобно фыркнуло, как будто уже решило, что я враг.

– Эм… привет Лир, – выдавила я, стараясь не смотреть на когти. – Я друг твоего хозяина. Не против немного поговорить?

Существо медленно подняло голову, и в тот же момент я заметила, как оно болезненно вздохнуло, грудная клетка дрогнула, а крылья чуть приподнялись.

– Тебе больно, – игнорируя страх и подкатывающую к горлу панику, я сделала шаг вперёд. – Сколько ещё сможешь терпеть?

Оно не двинулось. Только глаза чуть сузились, и в них промелькнула усталость.

– Никто же так и не сумел помочь, – продолжила я, чувствуя, как голос становится твёрже. – Уверена, они даже не решались подойти. Просто смотрели издалека, делали умные записи, и уходили. А ты оставался один. В клетке. С болью.

Существо поднялось, и я невольно напряглась, ожидая чего угодно, рыка, вспышки магии, внезапного нападения. Но оно просто выпрямилось, насколько позволяла клетка, и посмотрело на меня сверху вниз.

«Ты правда можешь мне помочь? Ты меня понимаешь?»

– Понимаю, и хочу попытаться хоть что-то сделать. Расскажи, что мешает тебе принять обычный облик? Почему ты используешь эту форму?

Существо широко распахнуло глаза. Я почувствовала, как в воздухе дрожит напряжение, будто сама комната затаила дыхание.

«Потому что не могу иначе, – выдохнул он. – Не могу вернуться. Моя форма, не выбор. Это защита. Против боли. Против страха.»

– Кто-то наложил на тебя заклятие?

«Нет. Это произошло после того, как… – он замолчал, и в этот момент я увидела, как его крылья дрогнули, будто от воспоминания. – После того, как хозяин снова чуть не погиб. Я спас его, не задумываясь о последствиях, и теперь не могу вернуться. Моя душа разорвана.»

Я сжала кулаки. Это было не просто лёгкое недомогание. Не несварение желудка, не колючка в лапе, которую можно вытащить и забыть. Это было нечто иное. Починка того, что нельзя увидеть, нельзя потрогать, нельзя объяснить словами.

– Ты не один, – сказала я, стараясь, чтобы голос не дрогнул. – Я не маг, но, возможно, есть способ тебе помочь?

Лир медленно опустил голову.

«Есть, – прошептал он. – Попытаться установить с тобой связь, и впустить туда, где память становится живой. Но если ты попадёшь туда, тебе нельзя будет отворачиваться. Даже если увидишь то, что скрыто от глаз смертных. Особенно тогда.»

– Я согласна. Если это даст хоть шанс, хоть искру надежды, я пойду.

Лир замер, будто сам не ожидал услышать согласие. Его глаза, полные усталости, вспыхнули ярким светом.

«Тогда держись.» – прошептал он.

В следующую секунду пространство вокруг нас изменилось. Стены исчезли, растворившись в мерцающем свете, как иллюзия, утратившая силу. Время замерло, словно испугавшись прикосновения к чужой памяти. Я оказалась внутри воспоминания – не своего, а его.

Воспоминания Лира, как живые картины, окружили меня, вспыхивая и угасая, пока не остановились на одном. Бой, кровь, крик магистра, магия, разрывающая землю, и одиночество. Бесконечное, ледяное одиночество, проникающее под кожу, в кости, в саму душу. Оно не просто окружало, оно смотрело на меня, как зверь, привыкший к тишине.

Я стояла в центре этого шторма, и только голос, мой собственный, шепчущий, как заклинание, удерживал меня от падения в бездну: «Ты здесь не случайно. Ты мост. Между болью и исцелением. Протяни к нему руку.»

И я сделала шаг. Прямо в сердце памяти. Прямо к Лиру.

Передо мной возникла другая сцена. Мужчина стоял на краю разлома, будто в каком-то неведомом трансе. Внизу бушевала магическая буря, готовая сжечь всё до тла, разрывая пространство и воздух. Лир, не колеблясь, прыгнул вперёд, заслонив хозяина собой. Он стал щитом, стеной между жизнью и смертью.

«Я не хотел быть чудовищем, – прошептал Лир, и голос его прозвучал прямо в моей голове, как эхо, отзывающееся в сердце. – Но каждый раз, когда пытаюсь вернуться к прежнему облику, боль возвращается. И страх. Что больше не смогу защитить. Что стану слабым.»

И тогда я поняла.

Его душа не была разорвана магией. Она была разорвана выбором. Тем мгновением, когда он отказался от себя ради другого. Он стал щитом, и забыл, как быть живым.

Глава 3

Исцеление не требовало заклинаний. Оно требовало признания боли, ошибок, слабости. Признания себя.

Я сделала шаг ближе. Воздух между нами дрожал, как перед грозой, но я не отступила. Протянув руки вперёд, словно предлагая не только помощь, но и часть себя, отбросила последние остатки страха. Позволила себе быть уязвимой, не потому что была храброй, а потому что иначе было нельзя.

– Ты уже защитил. Спас. И если когда-нибудь снова понадобится, ты сможешь. Но сейчас тебе нужно позволить себе быть живым. Не щитом. Не формой. Собой. Иди ко мне. Всё будет хорошо.

Я не касалась его физически, касалась того, что было внутри, и позволила ему быть увиденным. Не как существо, не как магический артефакт, а как душу, которая устала быть в броне.

Воспоминания рассеялись, как утренний туман, и я снова оказалась в комнате. Клетка дрожала, будто не решалась, удерживать ли ещё существо, которое больше не было угрозой. Лир стоял, тяжело дыша, его взгляд потускнел, но в нём появилась ясность. Он закрыл глаза. И тогда воздух вокруг него начал меняться. Пламя на перьях угасло, когти втянулись, броня осыпалась. Его тело сжалось, уменьшилось, словно освобождаясь от груза магии и боли. В ту же секунду клетка исчезла, как будто поняла, что больше не нужна.

И вот, передо мной уже сидел тигр. Не обычный, его шерсть переливалась серебром, как лунный свет, скользящий по воде. Он медленно подошёл, и я, не колеблясь, опустилась, позволяя ему осторожно положить морду мне на ноги.

– Отдохни немного, – прошептала я. – Я побуду с тобой.

Так мы и сидели, в тишине, в доверии, в хрупком мире, который только начал собираться заново. И в этот момент двери распахнулась. Магистр вошёл первым, за ним двое стражей в тёмных плащах, с оружием наготове. Все трое замерли, словно наткнулись на сон, который боялись спугнуть. Их взгляды метались между мной и Лиром.

– Это… – один из стражей не договорил, будто слова застряли в горле.

Магистр медленно сделал шаг вперёд.

– Лир. – произнёс он, почти шёпотом.

Тигр не спеша поднял голову. В его взгляде не было угрозы, только усталость и узнавание. Он встал, подошёл к хозяину и, как прежде, положил голову ему на ладонь. Мужчина опустился на одно колено, обнял зверя, и я увидела, как его плечи дрогнули. Он не плакал. Но в этом движении было всё: благодарность, вина, любовь, которую он слишком долго прятал за холодом.

– Ты вернулся, – сказал он. – Прости, что не смог помочь.

Лир не ответил словами, но его дыхание стало ровным и спокойным. Я медленно поднялась, но осталась стоять на месте, не решаясь нарушить волшебство этого момента.

– Как ты это сделала? – магистр посмотрел на меня.

Я не знала, что ответить. Не было заклинаний, не было ритуалов. Только голос, и шаг навстречу боли.

– Я просто слушала. Он сам выбрал вернуться.

Магистр медленно выпрямился, но прежде, чем успел что-либо сказать, один из стражей шагнул вперёд:

– Это невозможно. Мы видели, как он терял контроль. Как магия разрывала его изнутри. Ни один маг не смог даже приблизиться. А она просто поговорила?

Второй страж, молчавший до этого, сжал рукоять меча, будто опасался, что всё это иллюзия, ловушка, очередной всплеск магического безумия.

– Это может быть обман, – сказал он. – Притворство. Существо могло изменить форму, чтобы сбить нас с толку. Мы не знаем, что она ему сказала. Не знаем, кто она вообще.

Магистр бросил на стражей взгляд, от которого оба мгновенно притихли.

– Она сделала то, чего не смог никто.

– Но, младший господин…

– Достаточно. Уйдите. И пусть никто не приближается к этой комнате без моего приказа.

Стражи переглянулись, неохотно поклонились и вышли, оставив нас в тишине, нарушаемой только ровным дыханием Лира. Дверь за ними закрылась с глухим щелчком, и комната будто замерла.

Да, они сказали, что это может быть обман. И я не могла не задаться вопросом: а вдруг они правы?

Почему Лир услышал именно меня? Почему откликнулся? Я не знала, что именно сказала, что стало поворотной точкой. Всё было интуитивно, спонтанно, почти случайно. Но если это была ошибка? Если я просто оказалась рядом в нужный момент, а всё остальное искусная иллюзия?

Магистр смотрел на меня как на загадку, которую нужно разгадать. Его взгляд был холодным, проникающим, как будто он пытался разобрать меня на части. Я чувствовала, как внутри него всё сопротивляется. Он наверняка видел слишком многое, чтобы верить в простые ответы. А я не была ответом. Я была вопросом. Неожиданным, неудобным, не вписывающимся в систему. Не должна была быть здесь. Не должна была помочь. И всё же помогла.

– Ты не маг. Не целитель. Не придворная. Кто ты? – он подошёл ближе, остановившись в шаге от меня.

Я выдержала его взгляд, не отступая. Внутри всё дрожало, но снаружи я была камнем. Или, по крайней мере, пыталась такой быть.

– Та, кто слышит. Иногда этого достаточно.

Он прищурился, и в этом движении было что-то хищное.

– Если ты солгала… – начал он.

Лир тут же поднял голову и тихо зарычал. Звук был негромким, но в нём чувствовалось предупреждение.

Магистр замолчал. Потом, чуть склонив голову, произнёс:

– Тогда расскажи. Всё. С самого начала. Как ты узнала о лагрине. Почему пришла. И что ты на самом деле хочешь.

– Тогда расскажи. Всё. С самого начала. Как ты узнала о лагрине. Почему пришла. И что ты на самом деле хочешь.

Глава 4

Я вздохнула, чувствуя, как внутри всё сжимается. Осмотревшись по сторонам и не найдя ни одного кресла, скрестила руки на груди и начала свой рассказ. Естественно, о попаданстве решила умолчать. Ещё не хватало угодить за это в темницу или, того хуже, стать объектом изучения в какой-нибудь магической лаборатории. Поэтому всё свела к более правдоподобной версии: после несчастного случая на воде, когда едва не утонула, потеряла память, но взамен обрела странную способность понимать язык животных. Именно это, по моим словам, и позволило спасти любимого питомца магистра. А что касается цветка, тут всё просто. Тот, кто собирает лекарственные травы, обязан в них разбираться. Я наткнулась на описание лагрина в одной из старых книг.

– Понимаешь животных? – магистр задумчиво потер подбородок.

Молчал он долго, предоставив мне достаточно времени, чтобы попытаться вспомнить, как его зовут. Имя то и дело мелькало в объявлениях, но сейчас, как назло, вылетело из головы. Эдмунд, первый сын Верховного мага Башни Заклинаний, регулярно всплывал в разговорах незамужних девушек, мечтающих, как в сказке, выйти за него замуж. Он появлялся на публике чаще, чем следовало бы человеку его ранга: ближе к народу, доступнее, чем его младший брат, о котором, кстати, почти ничего не было слышно. Наверное, поэтому я и решила, что он ещё ребёнок.

«Долман, – прорычал Лир. – Его зовут Долман. Ты ведь сказала, что ты его друг. Солгала?»

Вот же черт. Мало того что мужчина, стоящий напротив, явно не испытывает ко мне доверия, так ещё и котик сейчас всерьёз обозлился. Спасите!

Стоило мне только подумать об этом, как в окно стремительно влетела Дина. Её воинственный настрой слегка обескуражил. Маленькая кроха уверенно приземлилась на голову зверя и начала его клевать.

«Эй! Ты что творишь? А ну слезь!» – обиженно мяукнул Лир.

«А ты не трожь мою хозяйку», – щебетала Дина, не прекращая атаку.

«В отличие от некоторых, я не на кого не нападал», – Лир попытался повернуть голову, но Дина ловко переместилась на его ухо и клюнула чуть сильнее.

«Но хотел!» – возмущённо щебетнула она. – «Я видела, как ты на неё смотрел.»

Долман, до этого молчаливый и напряжённый, от неожиданности отступил на шаг. Его брови поползли вверх, а взгляд метался между мной, Лиром и крошечной птичкой.

– Это твоя защитница? – наконец произнёс он, с трудом сдерживая смех. – Я начинаю подозревать, что ты не совсем обычная травница.

Видя улыбку магистра, я почувствовала, как напряжение, сжавшееся в груди, начинает отпускать. Оно не исчезло, нет. Но рядом с ним появилось другое чувство. Тихая надежда.

– Да, не совсем обычная, но та которую теперь следует наградить и отпустить. А я уже сама решу куда отправиться.

– И куда же?

– Подальше от того, кто в любой момент может меня убить.

Прикрыв рот ладонью, я посмотрела на Долмана. Ну вот, зачем я это сказала? Второй раз за день мой язык говорит сам по себе. Он что, решил меня подставить?

– Убить тебя? – повторил магистр, и в его взгляде мелькнуло нечто, отдалённо напоминающее интерес. – И зачем же мне это делать?

Я сглотнула, чувствуя, как в горле пересохло.

– Ну, вы не производите впечатления человека, склонного к мягкости, – выдавила я, стараясь, чтобы голос звучал хоть немного уверенно. – А я, как бы сказать, не совсем вписываюсь в ваш мир.

Мужчина чуть склонил голову, будто рассматривая меня под другим углом. Лир, всё ещё сидевший рядом, тихо фыркнул.

– Ты спасла моего зверя, – сказал магистр. – Это уже больше, чем сделали десятки магов. И всё же ты боишься меня?

– Не то, чтобы боюсь, – ответила я. – Просто хочу поскорее получить плату за свою работу и уйти.

– Уйти. Ты останешься, здесь, – произнёс он спокойно, как будто речь шла о погоде. – На месяц.

Я замерла. Не потому, что он это сказал, а потому что сказал так, будто всё уже решено, и моё мнение не имеет значения.

– Простите, но… – я попыталась подобрать слова. – Я не могу. У меня дела. Обязанности. Семья. Лес. Травы.

– Всё это подождёт, – перебил он. – Или исчезнет. В любом случае, сейчас ты нужна здесь.

– Нужна? – я прищурилась. – Чтобы что? Чтобы сидеть в углу и ждать, пока вы решите, что со мной делать?

Он приблизился, и пространство, между нами, будто затаило дыхание.

– Ты не просто спасла Лира. Ты сделала невозможное. Совет магов потребует объяснений. Его величество доказательств. А я, гарантий, что ты не исчезнешь, прежде чем мы поймём, кто ты такая.

– Я не вещь, – сказала я. – И не артефакт, который можно изучать.

– Именно поэтому ты останешься не в темнице, а в моём доме, – ответил он. – С полным доступом к библиотеке, к архивам, к Лиру. Будешь под защитой. Но и под наблюдением.

– А если я откажусь?

– Тогда тебя заберут другие. Те, кто не предложит ни крыши, ни защиты. Только цепи и допросы.

Молчание повисло, как тень. Лир тихо зарычал, будто подтверждая: выбор есть, но не настоящий.

– Месяц, – повторил Долман. – И если за это время ты докажешь, что не представляешь угрозы, уйдёшь свободно. Но если нет, тогда решать буду не я.

Я выдохнула, чувствуя, как внутри всё сжимается. Это не плен. Но и не свобода.

– Хорошо. Один месяц. Но я не обещаю быть удобной.

Он усмехнулся.

– Я на это и рассчитываю.