Текст книги "Вернуть Боярство 22 (СИ)"

Автор книги: Максим Мамаев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 16 страниц)

А вот бояре и их гвардейцы применить что силу, что магию не постеснялись. И церковникам с дворянскими бойцами пришлось туго… Дело дошло до того, что сам главнокомандующий вынужден был вмешаться. И вмешательство его хоть и прекратило стычки, но Романов, естественно, занял позицию церкви – и жрецам пришлось уйти едва ли не с позором…

– Ты, верно, шутишь, сударь мой Леонид Владимирович, – не скрывая изумления поинтересовался князь Нарышкин. – Ведь ты сам велел им убираться, не став даже слушать объяснений.

– Мы сейчас не выяснением кто прав, кто виноват занимаемся, – сверкнул глазами чародей. – Вопрос стоит о выживании. И нашем, и вашем – тут не до гордости и припоминания обид, мнимых ли или реальных. Нам нужны все силы, которые мы можем собрать, все без остатка. Им нужно, чтобы я попросил прощения и признал ошибку? Пусть приходят, я это сделаю.

Нарышкин, старый и опытный политик и аристократ, лицо удержал, ничем не выдав своего удивления. Впрочем, также можно было сказать про каждого из присутствующих, неопытных и молодых здесь не было. Однако удивлены, на самом деле удивлены, были все – член Императорского Рода, и не абы какой, а один из его Старейшин уровня Мага Заклятий, собирался просить прощения, причем публично.

И у кого⁈ Не у одного из высших аристократов государства, которые тоже ниже по статусу – Старейшины Рода Романовых уровня Леонида по факту считались равными Главам Великих Родов, причем не дворянских, а боярских. Он был князем Романовым, и он сказал, что готов унизиться и просить прощения у каких-то там языческих жрецов, которых ещё вчера пинками и ударами окованных металлом ножен мечей гоняли из сёл и деревень, словно бродячих собак…

– Третий мой вопрос тоже касается ваших сил, – продолжил Леонид. – Если сложится так, что не будет возможности вам всем разом выйти против шехзаде Селима, сколько минимум из вас нужно, дабы надежно занять его на весь бой?

– В прошлый раз, когда ему пришлось бежать, хватило троих. И тогда бой закончился, толком не начавшись – он очень быстро понял, к чему всё идет, – ответил Долгорукий. – Но тогда он только прорвался и силой своей ещё владел слишком плохо. Сейчас же… Ну, приблизительно пятеро – для полной уверенности. В таком составе у нас почти полная уверенность не просто сдержать, а ещё и убить шехзаде. Трое других и Шуйский смогут помочь вам в битве. Хорошо, ох как хорошо помогут! Да и не только они – у нас Магов хватает.

– А если вы будете втроем? У нас нет возможности остаться без поддержки целых пятерых из вас в предстоящих боях. Сможете ли вы выстоять против шехзаде, не побеждая, а просто связывая его боем? – Спросил Романов. – Перевес врага в элитных боевых магах слишком велик, и каждый из вас, князей, в этом бою на вес золота. Только за счет вас и ваших регалий у нас есть шанс на победу.

– Втроем мы его, конечно, не прикончим, но свести бой вничью, не давая ему возможности помогать своим, мы вполне сумеем, – пожал плечами князь Морозов. – Но это если наша, довольно приблизительная, оценка его возможностей и того, насколько они могли возрасти, не слишком ошибается. А она, если честно, может сильно расходиться с реальностью. Мы не знаем, на что способны маги девятого ранга. Учтите этот риск.

Леонид лишь кивнул. Дальше, в течении нескольких часов, обсуждалось, кто на какой позиции будет находиться, распределялись задачи и зоны ответственности, расстановку артиллерии – тут имелись не только стандартные «Единороги», но и сверхмощные «Зарницы» с «Богоборцами». Самые дорогие артиллерийские системы в мире, аналоги которого имелись у каждой Великой Державы, но лавры безусловного чемпиона в этой области принадлежали Российской Империи.

Предстоящее сражение предполагалось вести от обороны и с опорой на Ставраполь. План был вполне логичный и ожидаемый в своей основе – предполагалось вести оборонительную операцию. Но вот детали замысла Романова, решения на тактическом уровне, удивляли своей проработанностью и продуманностью. Было видно, что над работали действительно компетентные командиры, прекрасно понимающие все особенности местности, хорошо осведомленные даже о мелких подробностях вроде небольших хуторов на местности, которым тоже предполагалось найти применение

Всё пространство предстоящего гигантского сражения предстояло превратить в одну сплошную линию обороны с опорой на городки, деревни, дворянские поместья, каждое из которых было полноценным замком, а то и крепостью – спасибо векам налетов османских людоловов, терзавших эти края, из-за которых знать не расслаблялась – но при этом не слишком упорствовать, удерживая позиции.

Максимальный ущерб при минимальных потерях, постепенный отход вглубь лесов, окружающих Ставрополь и простирающихся на сотни километров во все стороны.

Войскам предстояло поджаться, отступить с боями со многих направлений, сосредоточившись на линии городков, укрепленных Родовых замков и крепостей знати, что стали бы опорными узлами обороны. Линия получилась неровной и относительно короткой – всего чуть более ста тридцати километров. И именно она должна была стать последней линией, лучше всего укрепленной и подготовленной к финальному столкновению, в ходе которого и решится судьба всей операции.

Казалось бы, сто тридцать километров – огромное пространство, но это, как и всё в мироздании, весьма относительно. В масштабах сходящихся для боя сил оно казалось даже несколько тесноватым…

– Два с половиной миллиона с нашей стороны против четырех османских, – покачала головой Ярослава, вместе с Федором покидая дворец Хмельницких. – И это только людей – монстров, демонов, нежити, химер и наемников-нелюдей у них раза в три больше. Итого почти шестнадцать миллионов против наших двух с половиной… Шансы совсем не в нашу пользу.

– Будь это полевое сражение, то я бы с тобой согласился, – ответил Федор. – Но мы стоим в обороне, у нас ещё есть некоторое на подготовку позиций. Если люди Романова действительно начали готовиться к этому сражению ещё полтора месяца назад, как он говорит, то я склонен верить, что они успели завершить подготовку. Что скажешь, Афоня?

Афанасий Шуйский был всего лишь Старшим Магистром, причем в весьма почтенном возрасте – чародею было восемьдесят пять лет. Однако выглядел он не старше сорока, причем дело было не только во внешних признаках – аура волшебника полыхала силой и жизненной энергией. Чувствовалось, что свой шестой ранг чародей взял совсем недавно.

Что неудивительно – лучший военачальник Великого Рода Шуйских ещё недавно был средней руки волшебником, достигшим ранга Младшего Магистра лишь к шестидесяти годам и не имевшего никаких перспектив дальнейшего роста. Всю сознательную жизнь он прослужил в гвардии Шуйских, в тридцать четыре достигнув Мастера, к сорока стал командиром роты. Так он и прослужил до семидесяти лет, после чего отправился на заслуженный покой.

А спустя одиннадцать лет, когда Род Шуйских в числе прочих выступил против Германского Рейха, он стряхнул пыль с мундира и решительно отправился в числе добровольцев на войну. Никакие увещевания и просьбы родных и близких старого чародея остановить не сумели – он всю жизнь служил Роду мечом и магией, и сейчас, в час острейшей нужды, даже не допускал мысли остаться в тылу. И возраст ему помехой не был – Младший Магистр никогда не злоупотреблял ни алкоголем, ни прочими распространенными среди знати способами скоротать вечерок и ночь, и даже несмотря на уход на пенсию не забрасывал регулярные тренировки – как магические, так и физические.

Плюс Родовые зелья высочайшего качества, укрепляющие организм, Родовые же целители, регулярно осматривающие и лечащие членов Рода… Шуйские были Великим Родом, и носящие эту фамилию маги не знали отказа ни в чем. Даже его рядовые члены – никто из них не знал нужды ни в чем. Род давал тебе всё, причем действительное лучшее.

Потому старик даже в свои восемьдесят был вполне дееспособен. Пусть он и был далеко не в пиковой форме, но ранг Младшего Магистра он носил не зря, а за годы, прошедшие с ухода со службы, он, дабы развеять скуку, прилежно изучал прежде не особо интересные разделы магии. Библиотека и наставники Рода были к его услугам – и он этим активно пользовался. А потому теперь вполне себе мог сдать экзамен на целителя уровня Мастера. И это было далеко не единственное направление, в котором он сильно продвинулся – давно овдовевший мужчина грыз гранит науки с завидным упорством.

В общем, укреплять своё тело магией он мог легко и непринужденно, так что возраст пока был не помехой. И его взяли в войско в числе прочих стариков – очень многие возрастные чародеи тогда вызвались в войско, дабы уберечь рвущийся в бой молодняк от войны. Тогда первую волну добровольцев в шутку назвали «ополчение дедов»…

Уже на войне, на второй месяц, вышло так, что командира одной из рот гвардейцев Рода тяжело ранили и он выбыл минимум на полгода. Срочно была нужна замена, и Афанасий, приданный батальону в качестве одного из магов усиления, оказался идеальной кандидатурой.

А уже затем, за те два с лишним года, что они воевали с немцами, Афанасий показал себя во всей красе. У бояр было много могучих боевых магов, хватало отлично вышколенных бойцов, боевой техники и прекрасная артиллерия. Не было только одного – офицеров с опытом ведения больших войн. Ибо очень скоро выяснилось, что стычки и даже небольшие, частные войнушки аристократии это одно, а большая континентальная бойня, развязанная Рейхом – совсем другое. И методы ведения войны, привычные командирам бояр, тут работали очень плохо. Спасало одно – у врага были точно такие же проблемы с командованием.

И пока обе стороны учились воевать по-новому, звезда Афанасия взошла и воссияла ярче прочих на небосклоне военной удачи. Старик из батальонного усиления сделал карьеру, став командующим одной из восьми дивизий сильно разросшейся гвардии Шуйских. А также постоянным членом Военного Совета Шуйских, где обладал весьма заметным авторитетом. Это случилось к исходу первого года войны, а уже через год с небольшим, когда она подошла к концу, его авторитет в вопросах ведения боевых действия был почти непререкаем не только среди Шуйских, но и в общем совете бояр.

Там, правда, он лично не выступал – но присутствовал, как советник Федора и Леонида, которые и транслировали на собрании его идеи, мнения и предложения. У князя и главного Старейшины Великого Рода может и не было его тактического гения, но зато был авторитет и могущество, позволяющие продвигать его решения. И к моменту начала войны здесь, на Юге, он уже считался одним из лучших командиров в боярских войсках. У Шуйских же появилась специальная должность, созданная под него – начальник отдела Тактико-Стратегического Планирования, сокращенно ТСП. Там он, собрав группу офицеров, отобранных им лично, занимался планированием и аналитикой, фактически став командующим всеми войсками Шуйских.

В благодарность за заслуги и боясь потерять столь ценного чародея от банальной старости, Федор Шуйский лично отправился на поиски подходящего сердца и добыл его. Старый, уже начавший переход на восьмой ранг зверь со стихией Огня, которую более прочих и практиковал Афанасий (как и все в их Роду) получил сердце, что подошло ему почти идеально. Младшему Магистру нельзя было пересадить сердце уровня Мага Заклятий – слишком он уже был стар, слишком изношен организм, чтобы принять такое сердце. Не говоря уж о низком ранге… Но сердце Огненного Сокола, уже частично начавшего переход, подошло идеально. И теперь у Афанасия было всё, что нужно – долголетие, не менее четырех веков жизни, и потенциал достичь ранга Архимага.

– Думаю, вполне успели, – ответил главный тактик и стратег Рода. – Не стал бы он такое затевать, не подготовившись как следует. Говорил он складно, да и я в летописях Родовых читал о чем-то подобном… Но тут всё сильно упирается в толковых проводников, почтенные. Коли дадут хороших, в идеале – магов, хотя бы низших рангов, да побольше, то мы действительно имеем все шансы хорошенько потрепать врагов. Четверть османского войска может остаться в здешних лесах до того, как они сумеют выйти к Ставрополю и окрестностям, где будут сильнейшие линии обороны. В общем, все шансы на успех имеются, и остается лишь одна проблема…

– Маги Заклятий врага и их шехзаде? – усмехнулась Ярослава. – Боишься, что они просто пойдут впереди войска и будут выжигать дотла всё на своём пути?

– Именно, госпожа. Уж больно большое у врагов превосходство в высших магах. Вся затея держится только на этом, – вздохнул Афанасий. – Но если «Богоборцы» с «Зарницами» имеются в таком количестве, то дел мы сумеем натворить страшных дел. Двадцать семь батарей «Богоборцев» и двенадцать «Зарниц», да вместе с нашими «Вулканами», «Триаранами» «Ромашками» и аналогами других Родов – это мощь. Но только не в том случае, если их после первого же залпа в порошок сотрут высшие маги врага. И его вариант решения проблемы… Мне он кажется сомнительным.

– Да, тут я соглашусь, – кивнула на ходу Ярослава. – Такое количество огневых точек… Если османы не идиоты, они после первого же…

Перед четверкой чародеев само пространство треснуло и разошлось в стороны, словно портьера в театре. Внимательный глаз даже заметил бы у краев своеобразного портала складки, похожие на те, что бывают на тех портьерах – только тут они были из самого властно отодвинутого волей чародея Пространства.

Из появившейся в ткани мира дыры вырвались длинные языки рыжего пламени, во все стороны дохнуло мощной волной жара – но стоило Федору Шуйскому чуть дернуть бровью, как пламя, подобно побитой дворовой шайке, втянулось обратно.

Все четверо бестрепетно шагнули в пылающий адским пламенем провал в реальности. Федор Шуйский не был хорошим магом Пространства… Зато был отличным пиромантом, настолько тонко чувствующим и знающим свою стихию, что мог передвигаться через один из его Планов, как через пространственный коридор.

* * *

Простите за задержку, судари и сударыни. Теперь я снова тут, помчали дальше!)

Глава 14

Я потянулся и сладко, громко зевнул, глядя вниз с зубчатого парапета вершины своего донжона. Там, во внутреннем дворе замка, сейчас сошлись в тренировочном поединке двое – Ильхар, сорс с весьма необычными доспехами, и Федор, богатырь из Имперской Армии, выходец из мелкого дворянского Рода… Теперь это в прошлом – ныне он носил фамилию Шуйский, причем не потому, что его приняли к нам по моей или чьей-либо ещё протекции. Тут он справился сам – нашел себе подругу среди моих новых родичей, что прошли обряд и теперь делили со мной одну фамилию. Не знаю, как именно развивались их отношения, но они сыграли свадьбу еще месяц назад. И теперь у нас был свой Федор… Только не просто Шуйский, а Николаев-Шуйский.

Праздновали в центральных, населенных лишь знатью кварталах, в самом большом здешнем особняке – Дворце Улыбок. Название давал не я, так что не взыщите… Это место было построено специально для празднований из числа тех, которые уместнее проводить вне моего замка. В основном оно использовалось в кругу моих младших Старейшин – обладателей шестого ранга и свежеиспеченных Архимагов, включая командира дружины – Гришу. Хотя, как мне говорили, тут бывали временами почти все остальные тоже, иногда и все вместе.

Здесь отмечали дни рождений, устраивали праздничные застолья и, само собой, свадебные гуляния. Здесь лучшие люди из числа Николаевых-Шуйских отдыхали душой, укрепляли дружественные связи, здесь рождались и скреплялись союзы и формировались фракции внутри моего Рода – всё, как и у всех.

За этим местом чувствовалось незримое влияние Алены. Моя любовница ткала тонкие нити связей в нашем Роду, укрепляла внутреннее единство и создавала монолит, на который в будущем будут опираться наши с ней дети. Получить приглашение на какое-либо празднование или событие в Дворец Улыбок считалось большой честью и сразу поднимало статус приглашенного, выделяя его из числа прочих – ведь это было место, где собирался весь цвет Рода. Замок был нужен для официальных мероприятий, в нем принимали гостей из числа соседей, союзников и противников, здесь проводили торжественные награждения отличившихся и так далее – но Замок был моей вотчиной. Центром силы могущественного и грозного реинкарнатора, лицом его Рода, местом, где посторонние могли прочувствовать всю силу и величественность нашего пусть крайне молодого, но от того не менее влиятельного Рода… И им управляла моя супруга – как и положено жене Главы Рода, второму, в крайнем случае третьему человеку в его иерархии.

А Дворец Улыбок был обратной стороной Замка. Неформальным, закрытым клубом, возможность посещать который еще следовало заслужить, либо магической силой, либо заслугами – ведь те из членов моего Рода, что не отличались особым могуществом, но принятые в него за заслуги или выслугу лет, тоже были сюда допущены. Те самые несколько сот человек, с которых начиналась моя гвардия и мои Родовые Земли – все они, как один, были приняты в Род Хельгой и Аленой. Что тут скажешь – мне повезло с женщинами. Именно на их плечах то аморфное образование, что возникло в результате моего стремительного возвышения, превратилось в крепкое образование с уже начавшимися складываться традициями, порядками и правилами.

Большой особняк, состоящий из центрального дома и двух крыльев, с изрядно расширенным внутренним пространством. Там и гуляла эта парочка… Род самого мага, как я понял, был только рад такому повороту. Впрочем, их можно было понять – иметь в Роду своего Старшего Магистра, который стремительно шел к рангу Архимага, это конечно очень престижно и даже полезно… Но вот иметь такого родственника в Великом Роду было куда выгоднее. Ибо через него они получали доступ к нам и нашим возможностям. Тоненький, едва заметный для нас канал, через который на сторону уходила капля наших ресурсов – но взамен мы получали ещё одного верного младшего партнера в иной части страны. Именно так, пронизывая общество и знатные Рода незримыми связями, строилось влияние и могущество Великих Родов, что напрямую зависело от того, насколько велики его магические и финансовые закрома, а также его фундамент – собственная сила. Мощь гвардии, дружины, Старейшин и Главы Рода… Чем всего этого больше, тем больше таких вот маленьких, присосавшихся к нему неофициальных вассалов и тем больше влияние и возможности. Таковы правила игр власти, не я их писал и не мне их переписывать…

– Когда ты собиралась мне рассказать? – спокойно поинтересовался я в пустоту.

Из пламени факела, на миг взметнувшегося в человеческий рост и рванувшего ко мне, выступила хрупкая женская фигурка. Когда огонь опал и вновь вернулся к нормальному состоянию рядом со мной уже стояла моя жена, глядящая на меня с виноватой улыбкой.

Хельга была прекрасна. Синее вечернее платье, открытые плечи, на шее – подаренный мной в своё время амулет с заточенной в ней душой балрога, от которого в магическом зрении били настоящие волны маны, подвешенный на тонкую, искусную цепочку из Черной Бронзы – неизвестный мне умелец превратил утилитарный артефакт в прекрасное украшение, что зло посверкивало на меня Пламенем Инферно, лежа меж грудей моей супруги.

Ну-ну. Злись-злись, балрог – сделать ты ничего не можешь. Я победил тебя в честной дуэли, которую предложил ты сам, жадное и тупое порождение Инферно. Могущественный аристократ самого жуткого и огромного Плана Бытия мог винить в своей незавидной судьбе лишь самого себя. Будь он менее жаден, не считай себя умнее остальных и не предлагай схватку с Истинным Именем на кону тому, кого одолеть не в силах – уже, наверное, переродился бы в родном Плане Бытия.

– Ты был так погружен в дела, постоянно готовясь к битвам, что я не знала, как к тебе с этим подойти, дорогой, – мягко ответила она. – Аристарх, я люблю тебя за то, какой ты есть, и потому не жалуюсь на то, что у тебя почти нет времени на меня, но пойми меня правильно дорогой – когда бы я подошла к тебе с этим?

– Ты, Алёна, тоже можешь уже показаться, – проворчал я. – Я же знаю, вы два сапога пара.

– Почему я никак не могу обойти твоё восприятие, даже когда ты не пользуешься сенсорными чарами? – недовольно заявила девушка, возникая из теней. – Это же не мои чары – это магия сокрытия, что разрабатывал сам Император Мертвых! Чары, которые, по твоим словам, на одном уровне с твоими собственными!

– Ты в моём Замке, женщина, – усмехнулся я. – Здесь всё опутано моими чарами, сами стены в этом месте помогают мне. В моем распоряжении не просто Великий Источник, но и его Дух-Хранитель, что на порядок облегчает мне использование этой силы. Мне не нужны никакие чары, чтобы точно знать, кто, где и чем занимается в этих стенах. Я так понимаю, ты тоже была в курсе маленького секрета моей жены?

– Прости, мой господин, – без капли раскаяния в ауре ответила моя любовница. – Но она действительно права – когда было тебе это говорить, повелитель?

После того, как мы начали делить ложе, она куда реже обращалась ко так, как раньше. Но в минуты, когда в её душе начинали подниматься эмоции, это обращение вновь возвращалось на её уста. Я ощущал, буквально физически, через нашу с ней связь, что её душат чувства, и не её одну – с Хельгой связь у меня была ничуть не слабее, с того дня, когда во время близости наши Воплощения Магии (а у неё было именно Воплощение, я окончательно в этом разобрался) начали соприкасаться и обмениваться силой, я ощущал её не хуже, чем Алену. Просто моя жена была куда меньше им подвержена и мы давно не оказывались с ней в таких опасных ситуациях, как с Аленой.

Но сейчас обе мои любимые женщины, с которыми меня, надо признать, весьма оригинальными в обоих случаях, методами свела, пожалуй, сама Судьба с большой буквы, стояли рядом, по обе стороны от меня и вместе со мной смотрели на ночный город, раскинувшийся внизу. На уютные дома центрального квартала, где жили Старейшины со своими семьями и слугами, на раскинувшиеся за его пределами кварталами чуть попроще – тоже Верхний город, где жили остальные члены Рода, из числа тех, кто не являлся Старейшинами и стали членами Рода благодаря ритуалам и клятвам, в награду за верную службу. Те самые, уже упомянуты, самые первые последователи – что присоединились к тогда ещё безвестному упорному мальчишке, что один, казалось, боролся против всего мира. Не побоялись и остались со мной до конца… Многие из них не дожили до этого момента, погибнув – но их семьи получили своё, тоже став Николаевыми-Шуйскими. Я умею быть благодарным и не забываю своих верных.

А дальше шли и шли дома, трактиры, лавки и прочее, из чего состоит любой город. Вдалеке – склады, ближе к окраинам заводы. Два ряда высоких стен с башнями, мои гвардейцы, что надежно стерегут покой города в качестве гарнизона. Целый полк – каждый месяц сменяющий друг друга, чтобы не застаивались. Две с половиной тысячи бойцов и магов, с артефактами, великолепной выучкой, боевым опытом как против людей, так и против чудовищ – Первая Дивизия, четыре полка самых опытных ветеранов. И ещё две дивизии по четыре полка, да два полка, пока не сбитые в дивизии. В общей сложности – тридцать пять тысяч гвардейцев, с тысячей чародеев от Ученика до Старших Магистров. Не только непосредственно командующих офицеров, но и приданные к каждой роте и выше отряды магов усиления – по одному Мастеру и десятка Адептов к роте, Младшему Магистру с дополнительной тройкой Мастеров к батальону и Старшему Магистру с тройкой Младших к полку. Плюс в каждой дивизии в случае выступления на войну приписано по два Архимага – Петя и Алтынай к Первому, Светлый и Темная ко Второй и Дима с Денисом к Третьей. Последняя выходила откровенно слабейшей – эта пара была самыми новыми из Архимагов Рода, но всё равно считать их слабаками причин не имелось. Несколько моих Молний, как и у всех в моём Роду – это было диковинной, невиданной пока в этом мире практикой, дающей нашим людям дополнительное чувство общности и сопричастности к чему-то общему – частичка моего Воплощения Магии была у всех, кто носил мою фамилию. Плюс обучение боевой магии из моих закромов, пусть у меня напрямую уроки они брали нечасто, но тот же Петя не жалел усилий и помогал им обучаться.

Не без гордости могу заявить – даже эта парочка была сильнее большинства обычных Архимагов. Ещё не уровень магов седьмого ранга из Великих боярских Родов и сильнейших Великих дворянских, но уже точно сильнее большинства чародеев седьмого ранга… А ещё у нас появился новый Архимаг, что пока пусть и не отринул свою фамилию, но присоединился к числу моих подчиненных и явно подумывал либо вступить в мой Род сам, либо взять в жены кого-то из него и стать нашим родичем. И служил он ныне тоже под моей рукой – тот самый Олег, опытный охотник на нечисть. Он получил сердце и стал Архимагом, как и его товарищи. Только вот те, хоть и находились сейчас в городе, обвыкаясь и обуздывая новую силу и возможности самостоятельно, не горели желанием вовлекаться в мои дела. У них были свои планы и цели, и я на них не давил. Ну как я – не по чину мне было решать столь мелкие вопросы, этим занимался Петр. Глава моей охранки, получивший шикарного заместителя, и ответственный за все теневые дела Рода, он пытался привязать к нам всю четверку, но удалось лишь с Олегом.

У того были какие-то дела и проблемы, что необходимо было решить, для чего он и жаждал ранг Архимага, дабы помочь Роду, на который давили более могущественные соседи при поддержке местного Великого Рода.

Что ж. Мои люди отправились решать эти вопросы – Петр лично, при помощи Кристины и её порталом, что обеспечили мобильность, взяв с собой ударную группу из трех десятков наших Старейшин в ранге Старших Магистров, из числа дружины, отправился и устроил «переговоры». Одна короткая дуэль с Архимагом, главой враждебного Рода, в которой мой друг буквально раздавил оппонента, не дав тому даже показать себя, и Быковы пересмотрели свои планы на соседей. Петр его не убил и даже не ранил, просто показал свою силу. А три десятка Старших Магистров при полной экипировке, закованные в дорогую магическую броню, с артефактами шестого-седьмого ранга, коих у каждого было не меньше шести, с мощной аурой и обученные чарам Великого Мага… Эти три десятка стоили больше, чем полтора десятка рядовых Архимагов. Одной этой группы хватило бы, чтобы сокрушить весь Род Быковых… А их покровители, Род Бобровых, предпочли сделать вид, что не имели к происходящему никакого отношения. И вот у нас ещё один Архимаг, пока приписанный к двум новым полкам. Не дивизия, а скорее бригада…

Помимо всех этих магов, к каждой дивизии был приписан некродракон. Три немертвые твари, каждая из которых была сильнее любого Архимага – тупо из-за невероятно живучести, физических данных и огромного объема резерва, сравнимого с треми стандартными для Архимага…

– Нши дивизии, образующие целый корпус по армейским меркам, упакованы всем, чем можно. Огромные деньги и титанические усилия ушли на то, чтобы сформировать войско, которое превосходит даже боярские гвардии – лично я считаю, что наши лучше. Деньги и ресурсы, которые мы вложили в армию… Насколько сильно мы вложились в гвардию? – поинтересовался я вслух. – И стоило ли оно того?

– Одними рублями это не сосчитать, – ответила Хельга. – Семь с половиной миллиардов рублей – это если только золото. Но ресурсы, усилия и прочее сложно подсчитать… Скажем так – наша казна могла быть больше, чем у большинства Великих Родов. Сейчас же… У нас четыреста пятьдесят миллионов рублей, полупустые склады, что медленно наполняются всем необходимым, отличные заводы, шахты, теплицы для магических растений и налаженная экономика. Благодаря постоянному порталу в Александровск и Москву мы мало того, что можем закупать у бояр всё, что нам не продавали лоялисты по приказу Императора, устроив экономическую блокаду.

– Но он всего несколько дней работает, – заметил я. – Что там можно было успеть купить-продать?

– Главное – сам факт, – улыбнулась она. – Мы были первыми, естественно, но у нас на очереди почти вся знать губернии, что горит желанием продать боярам свои ресурсы и купить у них боеприпасы, артефакты, провиант и многое другое… Бояре прислали через портал сотни своих торговых представителей и ведут переговоры – сделки заключают здесь, на нашей стороне. Мы и остальные местные тоже отправили своих представителей в Москву с теми же целями. Пока товарооборот был не очень активен – мы все три дня использовали порталы исключительно для переброски товаров, необходимых нам.

– И, представь себе, даже нашлась пара наглецов, что пыталась нам указывать, что да как мы должны делать! – возмущенно добавила Алена. – Романовы, вернее Тени Паши! Им, видите ли, необходимо иметь своих людей на нашей портальной точке и они будут решать, кому, что и в каких количествах можно переправлять… Да ещё и хотел, наглая тварь, решать, в какой очередности и как будет проходить торговля!

– Я что-то сомневаюсь, что Павел Александрович стал бы действовать таким образом, – с сомнением протянул я. – Глупо, слишком нагло и с очевидным итогом, полностью противоположным заявленным намерениям. То, что мы пошлем любого, кто будет претендовать на контроль над нашим порталом, понятно даже монстрам в наших лесах.

– Ну, Лёля немного преувеличивает, – ответила Хельга. – Никто в открытую подобных требований не выдвигал. Да и действовали Тени скорее в надежде на то, что удастся нахрапом нас убедить и получить доступ к порталам, чтобы первыми что-то урвать. Но тут, надо сказать, Петр и его Незримые отработали великолепно – Теням пришлось уйти несолоно хлебавши. Но если коротко – за эти три дня мы использовали порталы только в личных целях, и за это время мы сумели доукомплектовать всех гвардейцев. Доспехов и оружия приличного уровня сильно не хватало, но в Москве с этим делом все оказалось очень даже в порядке – часть выменяли бартером, часть купили, но теперь у нас вся гвардия полностью экипирована в доспехе высокого качества, вооружена и имеет запасы всего необходимого… А за пользование порталом мы, разумеется, будем взымать пошлину. Это бесконечный источник заработка, Аристарх – твой портал перевернул правила игры во внутренней экономике страны.

– Боярам нужны наши ресурсы, нам нужны их производственные мощности, – понятливо кивнул я, повернувшись к жене. – Это-то то понятно. Прежде нас всех держал за яйца Император возможностью осложнить или упростить нам торговлю, и она в любом случае вся шла через него. Но теперь всё иначе… Однако сейчас он ничем ответить не может. Да и не до того ему – я слышал, Генрих потихоньку теснит наших… Но, милая, от этого разговора можно бегать очень долго. Но я бегать не собираюсь.