Текст книги "Каратель из погибшего клана (СИ)"

Автор книги: Максим Обухов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 16 страниц)

Глава 5

Это был интересный поворот. Вопрос: каким образом она это могла сделать? Я даже задумался. Значит, тётка практически всё придумала, может, уже и провернула. Дядя мне не сообщил; может, он всё-таки с ней заодно? Причём я в этом практически уверен.

Я взглянул на Георгия Анатольевича, и он кивнул, положив бумаги о моей земле обратно в папку.

– Как она может лишить меня наследства, ведь я единственный наследник? – спросил я, посмотрев на Георгия Анатольевича. Он усмехнулся; видимо, варианты были.

Я думал, обойдусь малой кровью: просто дождусь совершеннолетия и отправлю тётку восвояси. Но всё получается наоборот.

– Вы правильно думаете, Михаил. Мария Фёдоровна после вашего совершеннолетия ни на что не может рассчитывать. Всё имущество по завещанию вашего отца переходит к вам без каких-либо оговорок. Но ваша тётка, точнее, люди, которые ей помогают, нашли лазейки и хотят с их помощью вас лишить всего.

Я усмехнулся. Моей тётке помогает тот, кто хочет выкупить эти земли – Куракин. Он уже у отца хотел их выкупить. Конечно, у человека есть лицензия на добычу артефактов, и, наверняка, она обошлась ему в крупную сумму денег.

Вот теперь он пытается её окупить всеми возможными способами. Не сомневаюсь, что он что-то придумал, а моя тётка всячески исполняет его указания.

– И что она придумала? – спросил я.

– Она приходила на днях в имперскую канцелярию и устроила там концерт. Рыдала и рассказывала о том, что вы сильно больны и практически ничего не можете. Она пыталась вас лечить, даже ездила к врачам в Петербург, но на ваше лечение требуются огромные деньги. Она просила дать ей разрешение продать земли без вашей подписи и назначить её вашим вечным опекуном.

– Разве это возможно? – спросил я, посмотрев на Георгия Анатольевича.

– К сожалению, да. Я сам видел, как она рыдала, и мне захотелось узнать, правда это или нет. Поэтому я вас и пригласил сюда. За вашей тёткой стоит кто-то очень сильный. Я думаю, это Куракин; ему нужны ваши земли, и он готов буквально на всё.

Я закивал головой. Теперь мне всё становилось ясно: они решили таким образом прижать меня.

– Хорошо, я подумаю, – проговорил я.

– Обязательно сходите к Стронскому, спросите его, будет он строить дома рядом с рекой или нет.

– Спасибо вам большое за информацию, – проговорил я, посмотрев на Георгия Анатольевича.

– Пожалуйста, я рад был вам помочь.

Я уже собирался уйти, но мне пришла в голову мысль.

– Георгий Анатольевич, вы не могли бы помочь мне в этом вопросе? Как я понимаю, признать меня полностью недееспособным можно только через суд.

– Не только. На самом деле в законах много разночтений, и этим они пользуются. Я готов вам помочь, но с одним условием: это дело официально будет вести мой сын. Ему надо нарабатывать практику и репутацию. Защита рода Строгоновых – это весомо. Вы не переживайте: по факту дело буду вести я, следить за ним.

– Хорошо, договорились, – проговорил я и вышел из кабинета со смешанными чувствами. С одной стороны, меня постоянно преследуют фамилия Каиновы, теперь на меня решила наступать тётка с Куракиным. Хотят меня признать недееспособным.

Посмотрим, тётя, как у тебя это получится.

Я вышел в коридор с твёрдым желанием вызвать такси и доехать до дома Стронских, чтобы узнать всю недостающую информацию. Но тут же открылась дверь, и появилась Вера. Она покраснела при виде меня, но я понял, что она меня ждала.

– Ты можешь ко мне зайти? – проговорила она и опустила глаза.

– Хорошо, – сказал я и вошёл в небольшую комнату, больше напоминавшую библиотеку: везде стояли шкафы с книгами и большой стол.

Вера закрыла за мной дверь и подошла ко мне поближе. Её грудь вздымалась, и я слышал, как она тяжело дышит.

Вера, видно, сильно переживала.

– Ты убил призрака? Скажи это так, – воскликнула Вера.

– Нет, – чётко произнёс я.

– Нет, ты его убил! Я точно слышала, как там кто-то шумел. И мне это не показалось. Причём только ты мог его увидеть.

– Только я? – удивлённо переспросил я, вглядываясь в неё. Она подняла глаза вверх.

– Все знают, что Строгоновы обладают магией, которая передаётся из поколения в поколение, от отца к сыну. Вы видите призраков и можете их отпускать. Такого никто не умеет. Отвязывать их от места. Твой отец умел это делать, вот только ты – нет. И все считали, что тебе этот дар не передался.

– Такое может быть? – спросил я.

Она посмотрела на меня крайне удивлённо.

– Конечно, полно наследников, которые не открыли свой дар или не могут по разным причинам, – проговорила она и посмотрела на меня с явным прищуром.

– Что не так? – спросил я.

– Да всё! Ты вообще другой. Я тебя знала как спокойного, тихого. Ты всегда ходил с согнутой спиной. Сегодня я тебя вообще не узнала – ты стал совершенно другим человеком.

– Изменился, – произнёс я, окинув её взглядом. Значит, про мою способность знают не только призраки, но и окружающие. Хорошо, что никто пока не знает, что я вижу призраков, а то, наверно, ко мне бы выстроилась очередь.

– Мой отец так и познакомился с твоим. Меня мучил один призрак – постоянно появлялся ночью, и я не могла от него никак избавиться. Мой отец за большие деньги уговорил твоего отца прийти ко мне и прогнать его.

– Помогло?

– Конечно! Я не знаю, что он сделал, но больше я его не слышу и не вижу. У меня после этого началась новая жизнь. Ты не представляешь, что такое слышать в час ночи, как что-то шатается по твоей комнате и гремит цепями. Это, наверное, их коронный номер. Сначала я просто пряталась под одеялом и боялась даже дышать. Но потом это мне так надоело, что я просто не могла уснуть.

– Всё закончилось же, проблем теперь нет, – проговорил я.

– Теперь нет, но когда я услышала у брата в том особняке эти звуки, то вспомнила, как сильно мучилась, и этот скрежет. Именно из – за него я провела столько бессонных ночей.

– Это всё занятно, но мне пора, мне нужно нанести визит одному человеку, – сказал я.

Я окинул её взглядом и посмотрел на её прекрасные бёдра.

– Мы сможем с тобой встретиться? – спросила Вера.

– Ну, не знаю, – проговорил я.

– У тебя есть мой телефон, можешь позвонить. Я свободна, – сказала Вера и улыбнулась.

– Хорошо, – сказал я и вышел из её комнаты.

Она приоткрыла дверь и, высунув голову, добавила:

– Можешь звонить мне в любое время.

Я не сомневался. Оставаться у Гудковых не имело смысла; надо было срочно отправляться к Стронским, разузнать обо всём и думать дальше. При этом у меня поджимало время. Неизвестно, насколько моя милая тётушка готова с документами, чтобы сделать меня полностью недееспособным. Хочется надеяться, что она только начала оформлять бумаги. Но с помощью Куракина это всё можно сделать за считанные дни.

В это время из кабинета Георгия Анатольевича вышел его сын Сергей, и на его лице сразу расплылась улыбка.

– Да ты мой клиент, – проговорил он.

– Пожалуй, да, – сказал я.

– Хорошо, у меня правило, которое я только что придумал: с первым клиентом надо идти в ресторан. Причём тут на днях открылся новый, надо его обновить. Ты со мной?

– Нет, мне надо ехать к Строгоновым, разузнать всё об отце. Это мне твой отец посоветовал. Я хочу взять такси и махнуть туда.

– Слушай, весь город знает, что Стронский, после смерти твоего отца стал затворником. Он уехал в поместье за городом и превратил его в неприступную крепость. Клянусь, ни одно место в империи так не охраняется, как его особняк. Тебя не пустят даже к подъезду. Так что это исключено.

– Что ты предлагаешь? Ему письма писать? Мне его надо увидеть.

Гудков задрал голову вверх. После резко посмотрел на меня.

– Вариант есть всегда, я же твой адвокат. Мы поедем в ресторан. Ты послушай. Его делами, так как он отошёл от всего, теперь занимается его дочь Мария, кстати, классная штучка, неприступная, как папин замок. Она большая любительница различных балов и вечеринок. Вот там мы с ней и поговорим.

– Всеми делами заведует дочь? – переспросил я.

– Конечно, сам Стронский старший всем командует, но он очень хочет, чтобы думали, что делами семьи ведут его дети.

– Хорошо, едем в ресторан, – проговорил я.

Я рванул на такси к себе в особняк, чтобы переодеться и принять душ. Там застал свою тётушку, которая недовольно встретила меня.

– Где ты был? – возмущённо спросила она.

– У меня дела, – ответил я, не особо обращая на неё внимание.

– Какие у тебя могут быть дела? Ты постоянно сидишь дома, ничего не делаешь.

– Теперь нет, – резко отозвался я и поднялся на второй этаж. Слушать её я не хотел и не собирался. По пути встретил Настю и попросил подготовить мне костюм. Она радостно кивнула головой и тут же пропала, чтобы выполнить моё задание.

Через некоторое время я уже был готов. Спускаясь с лестницы, я увидел тётушку, которая практически перегородила мне выход своим массивным телом. Неужели ей в голову пришло меня не пустить?

Я даже усмехнулся.

– Послушай, – проговорила она и посмотрела на меня хищным взглядом. Я правда чуть не рассмеялся.

– Что вы от меня хотите? В вашем распоряжении пока весь дом моего отца и его деньги. Радуйтесь, продолжайте жить прекрасно, пока вам позволено законом. Только помните, что скоро я стану совершеннолетним, и всё для вас закончится.

Гримаса на её лице сменилась сначала на удивление, потом на злость.

– Что с тобой происходит, Михаил? – спросила она, шипя от злости.

– Ничего, – честно ответил я.

– Ты стал другим, ведёшь себя как мужчина! – закричала она, вглядываясь в меня своими глазами.

– Спасибо, я бы рад с вами пообщаться, но опаздываю.

От моего ответа она ещё больше переполнилась злостью и сжала кулаки. Выглядело впечатляюще, но я лишь улыбнулся и вышел из собственного поместья. Тётка там, наверное, фонтанировала злостью, но это была её проблема.

Меня ждал ресторан и Мария Стронская, если она, конечно, придёт. Но при этом у меня было такое чувство, что, возможно, я встречу её брата.

За мной заехало такси, в котором я увидел довольное лицо Сергея.

– Поедем скорее, – сказал Гудков, когда я сел.

Через некоторое время мы уже были в ресторане. Он находился на освещённой набережной, в только что построенном здании с большими окнами от пола до потолка. На входе нас встретила охрана, которая, признав в нас аристократов, пустила внутрь.

– Здесь всё серьёзно, у нас, кстати, уже забронирован столик у самого окна, – произнёс он, и мы сели. В приглушённом свете помещения играла музыка, и кругом были расставлены столы, за которыми сидело множество людей.

– Что ты знаешь ещё о Стронских? – спросил я, разглядывая присутствующих.

– Они очень богаты. Дети раскидываются деньгами. Это всё, что я знаю.

– Вон, смотри, туда это и есть Мария Стронская, с охраной, – проговорил Гудков, указывая рукой.

Девушка в шикарном платье появилась в зале. Официант повёл к небольшому столику, который был уже украшен шикарным букетом цветов.

Девушка с правильной осанкой буквально плыла по залу. Её фигура была безупречна: пышные бёдра, великолепная грудь, выпиравшая из обтягивающего платья.

Память выдала информацию, что бывший хозяин тела с детьми Стронского не был знаком лично.

– Вот это красавица, – проговорил Сергей.

– Ты в неё влюблён? – спросил я.

– Ну нет, я же понимаю, какие мне девушки светят, а какие нет. Она даже на меня не посмотрит, кто я для неё. Кстати…

Гудков не успел договорить, как я резко встал.

– Куда ты? – панически воскликнул он.

– Знакомиться со Стронской.

Я не стал тянуть и сразу подошёл к ней, и она моментально заметила меня. Пока я шёл, она отодвинула букет цветов и, выдохнув, ждала меня. Её охрана, сидевшая за соседним столиком, привстала. Но она махнула им рукой, давая понять, что всё в порядке.

– Привет, – сказал я и сел рядом с ней. Она глубоко вздохнула и опустила глаза.

– Привет. Ты Строгонов Михаил. Правильно?

– Да, – ответил я.

– Я знаю, зачем ты ко мне пришёл. С отцом связаться не могу, делами и этими вопросами занимается мой брат, Константин, – проговорила она и опустила свои глаза.

– Вообще-то я пришёл с тобой познакомиться.

Она улыбнулась и заметила мой взгляд на её груди.

– Я про тебя много слышала, отец рассказывал о тебе. Странно наши родители дружили друг с другом, но мы там и не познакомились. Я была о тебе другого мнения.

Я усмехнулся.

– Я стал другим. Как мне связаться с твоим братом? – спросил я.

– Зачем? Он сейчас сам сюда придёт.

К нам подсел Гудков, которого я поманил рукой, и он занял место напротив Марии.

– Я вас знаю, – проговорила Мария и слегка улыбнулась.

Гудкову не дала сказать официантка, которая принесла напитки. Сергей весь вечер держался неуверенно и практически молчал, не участвуя в разговоре. Впрочем, когда мы допили напитки и сделали ещё один заказ…

Явился Стронский в дорогом чёрном костюме, прямо с дороги. Этот молодой человек был высокого роста и крепкого телосложения. Он приблизился к столику, кивнув сестре, и представился:

– Стронский. А вы – Гудков и Строгонов.

– Так и есть, – проговорил я, заметив на его лице улыбку. Он сел с нами и улыбнулся.

– Вам не кажется это место совсем унылым? Мне хочется сыграть в карты. Вы не представляете, сколько я проиграл в Питере, меня тянет отыграться.

– Константин, Михаилу хочется встретиться с нашим отцом, у него к нему есть разговор, – проговорила Мария, внимательно разглядывая меня.

Стронский посмотрел на меня и схватил только что принесённый ему бокал.

– Дела… Это неплохо. Кстати, у вас действительно есть шанс, что отец согласится с вами пообщаться. Меня он уже в собственном доме не принимает. Говорит, что занят. А Строгоновых он всегда принимал в любое время дня и ночи.

– Так вы сможете с ним договориться? – проговорил я.

– Конечно, позвоню и скажу ему. Сразу сообщу, без промедлений, что он скажет. Михаил, вам, наверное, сестра не сказала, мы устраиваем бал. Он будет проходить в особняке в городе. Отец, конечно, не приедет, но пришлёт кучу охраны. Вот вас мы будем рады видеть, и вас, Сергей, я приглашаю вас обоих, – произнёс Стронский и посмотрел на свою сестру.

– Мы согласны, – ответил я. Сергей же всё время смотрел на Стронскую, которая уже с улыбкой воспринимала его взгляды. Константин же всё пытался утащить меня в игральный зал.

– Вы играете?

Память мне моментально подсказала про карточный штосс, в который играют двое. Один ставит на карту определённую сумму, а второй раскидывает колоду в правую и левую сторону стола. Чья сторона окажется загаданной картой, тот и выиграл.

Всё зависело от удачи. Игра показалась мне скучной, но отказаться Стронскому я не мог. Причём ему было важно иметь меня в друзьях. Стронские были нашими союзниками, поэтому я согласился.

– Я пас, – сразу проговорила Мария, вытянув руки.

– Почему? – спросил её брат.

– Ваши игры затянутся до утра. Я хочу выспаться, у меня важный день. Сначала трёхчасовой разговор с подружкой по телефону, потом занятия. Представьте, если меня увидят невыспавшейся. Нет!

– Я вас провожу, – моментально подключился Сергей и даже привстал.

– Нет, спасибо. Мне сопровождение точно не нужно. Я люблю ездить одна.

Сергей после этого ещё больше расстроился. Мария Стронская посмотрела на меня. Видимо, ей хотелось, чтобы её проводили, но я отказал.

– Михаил, вы со мной поедете, чтобы сыграть пару партий? – спросил Стронский, и я согласился. Мне самому хотелось немного развеяться и побольше узнать у Стронского про отца.

Константин сразу обрадовался и хлопнул по столу.

– Вот это правильно! Я это понимаю. Как же я жалею, Михаил, что мы с вами так поздно познакомились! Жаль, меня отправили учиться в Питер, где я, собственно, оброс корнями и связями. Надо почаще выбираться к вам в город. Да что об этом! Приезжайте и вы в Питер, я вас приглашаю. Там есть игральные дома – лучшие в мире! Я вам говорю.

– Обязательно приеду, вот только разберусь с делами здесь.

Стронский засмеялся.

Мы попрощались, причём Стронский всех торопил.

– Деньги жгут карманы! Давайте быстрее, машины прибыли, садимся!

Стронский торопил всех сесть в машины. У входа уже стояли три автомобиля: один чёрный седан и два огромных джипа. Стронский посадил свою сестру в легковой автомобиль и закрыл дверь. Она уехала и вместе с ней уехал джип с охраной.

Сергей, к моему удивлению, отказался ехать с нами, противился до последнего, и мы со Стронским так его и не уговорили. Он вызвал такси и уехал, сославшись на дела в кабинете.

Мы же отправились на чёрном джипе, который вывез нас из города. В машине сидели водитель и охранник, молча смотревшие на дорогу. Стронский сидел со мной рядом и всю дорогу травил анекдоты. Потом начал рассказывать о месте, куда мы едем.

– Хозяин этого места – мой лучший друг, Павел Иванович, вот мужик! – проговорил Стронский, показывая мне большой палец.

Я кивал, выслушивая его описание место, куда мчалась машина.

– Сейчас мы Павла Ивановича поднимем, он живёт рядом, практически в одном здании с трактиром. Я ему хорошую пачку денег дам, чтобы нам накрыл хороший стол и дал толкового официанта. Для игры нужна своя атмосфера, – сказал Константин.

Стронский не обманул. Этот трактир, где он собирался провести всю ночь, представлял собой огромный дом на окраине города, в деревне, принадлежавшей хозяину.

Чёрный джип припарковался около огромного особняка. Стронский сразу вышел из машины вместе со мной. Но стоило ему сделать несколько шагов к дому, как тут же открылась дверь, и хозяин, будто чувствовавший наше приближение, сидя под дверью, вышел встречать дорогих гостей.

– Душа гулять приехала! – закричал Павел Иванович, оглядывая нас своими большими глазами. Он уже потёр руки, прикидывая, сколько сможет на нас заработать.

– Гулять! – закричал Стронский.

Хозяин проводил нас в трактир, где уже вовсю кипела жизнь и карточная игра. Часть столов были заняты, наш же он поставил в центре. Его накрыли блинами с икрой, паштетом и различными закусками.

– Пошло дело, пошло! – кричал Стронский. Мы только закусили, как у моего нового друга загорелись глаза.

– Стронский! – прокричал чей-то грубый голос. Появился полноватый мужчина с бородой, одетый в серый костюм с жилеткой и бабочкой. Его маленькие глазки зацепились за моего друга.

– Зубатов, – проговорил Константин и посмотрел на меня.

– Ты не против, если я сыграю партию с этим господином, который думает меня выиграть?

– Конечно, нет. Мне хотелось посмотреть, как вы играете.

Стронский улыбнулся и уже хотел пригласить гостя. Я, в свою очередь, намазал ещё паштета – он мне очень понравился. Вообще, еда здесь вкуснее, чем в моём мире. Это не могло не радовать.

Но прекрасную атмосферу испортил один человек, сидевший подальше от нас за столиком, выскочил из-за стола и перевернул его, в последний момент схватив бутылку. Вся посуда со звоном полетела на пол.

– Успокойтесь! – прокричал сидевший с ним господин и моментально вскочил.

– Здесь кругом обман! – прокричал нарушитель спокойствия, указывая пальцем на всех.

Это был мужчина небольшого роста с чёрными волосами и большими глазами. Он был сильно пьян и громко кричал.

– Тарасов, прошу вас успокоиться, – крикнул ему другой.

– Нет, я сожгу всё это место, клянусь! Я уже столько денег спустил! – кричал Тарасов.

Его крики привлекли внимание всего зала. Стронский, уже готовый перекинуться картами, вынужден был оторваться. Я, в свою очередь, внимательно разглядывал мужчину. Перепил плюс проигрался – с кем не бывает?

– Ему нельзя пить, как только напьётся, начинает кричать и требовать справедливости. Не умеет проигрывать, – проговорил Константин.

– Успокойся! – прогрохотал голос Павла Ивановича. Он пытался обойти его и наверно схватить.

– Тарасов, хватит устраивать концерт, научись уже проигрывать! – крикнул ему Стронский и снова принялся за карты.

Тарасов вытаращил глаза и выхватил пистолет, нацелил его на Стронского.

Глава 6

Я не растерялся и в моей руке мгновенно материализовалась игла, которая выскользнула и вонзилась в запястье Тарасова. От сильной боли он выронил пистолет. Оружие с грохотом упало на пол.

– Какого чёрта?! – закричал Тарасов, не понимая причины такой резкой боли. Он отряхнул руку и уже хотел снова схватить пистолет, чтобы выстрелить, но его тут же повалили на пол.

– Держите его! – скомандовал Павел Иванович, обращаясь к нескольким гостям, которые прижали Тарасова к полу, не давая поднять голову. Он кричал, сопротивлялся и брыкался.

– Держите, держите! – орал Павел Иванович. Ему меньше всего хотелось, чтобы его заведение прославилось разборками. Тарасова скрутили.

– Нет, тебе точно нельзя пить, – проговорил кто-то из гостей.

– Тащите его в коморку! – крикнул Павел Иванович. Тарасова потащили в небольшое помещение, куда отправился я со Стронским.

Остальные гости, оторванные от игры, принялись снова раскидывать карты.

Тарасова бросили на пол. Он попытался встать и крикнуть, но его тут же прижали.

Стронский, больше всех пострадавший от этой сцены, моментально наклонился над ним, пытаясь рассмотреть лицо своего обидчика.

– Тарасов, ты что, с ума сошёл?! – крикнул он, но в ответ получил невнятный бред. Через некоторое время Тарасов, прокричав ещё пару неразборчивых фраз, отключился.

– Совсем сбрендил, – проговорил Стронский.

– Я его больше сюда не пущу. Денис, если ты ещё увидишь этого господина, скажи ему в лицо, что хозяин запретил его пускать, – крикнул Павел Иванович своему худому помощнику с большими глазами.

– Хорошо, хозяин, – пропищал он в ответ.

Маркелов, которому Тарасов проиграл значительную сумму, стоял в стороне в этой небольшой комнате, побелевший. Он, наверное, представил, что мог легко стать жертвой ненормального.

Я же внимательно наблюдал за Тарасовым, который уже вырубился и лежал на полу, едва дыша.

Допрашивать Тарасова сегодня было бесполезно. Да и что можно было у него узнать? Что его «переклинило». Он был сильно пьян и утром, скорее всего, ничего не вспомнит.

В это время появилась охрана Стронского, которая тут же окружила его. Константин, взглянув на Тарасова, лишь махнул рукой.

– Будете вызывать полицию? – спросил Павел Иванович, глядя на Константина.

– Нет, он просто достал пистолет, а потом сам его выронил. Перепил. С кем не бывает. Не надо никому звонить и рассказывать. Ладно, Тарасов сегодня испортил мне игру.

Попрощавшись со мной, Стронский уехал, я вызвал такси, отправившись в свой особняк. Честно говоря, всю дорогу мне хотелось спать, и, оказавшись дома, я сразу поднялся наверх.

В комнате меня уже ждала застеленная Настей кровать, а на столе – заботливо накрытый ужин.

Я сел за стол и принялся за еду. Настя постаралась, огромное спасибо ей за это. Я съел картошку с котлетой и сразу почувствовал, как наполнился мой желудок.

Потом немного посидел в телефоне – эти новые вещи так и притягивают к себе. Начитавшись статей, я лёг спать и закрыл глаза.

Утром я проснулся от свежего ветра, проникавшего через открытое окно. Я посмотрел в сторону окна и увидел яркое солнце. Наслаждаться им долго мне не дали: я услышал стук в дверь. Кто-то будто специально ждал, когда я встану.

– Войдите, – проговорил я громким голосом, и дверь открылась. С большим подносом появилась Настя. Мой нос уже уловил запах сваренного кофе и яичницы.

Но вместе с запахом я услышал голос тётушки, кому-то объясняя и приглашая в дом. Мой взгляд моментально переместился на Настю.

– У нас гости?

Она кивнула, и на её лице появилась улыбка.

– Господин Куракин с ещё одним неизвестным господином небольшого роста и с огромной бородой пожаловали к нам. Я свободна, а том мне надо им приготовить кофе?

– Свободна, – ответил я.

Тётка пригласила в мой дом Куракина! Мне стало очень интересно. Особенно тот момент, что этот человек хочет выкупить у нас земли. Против чего я категорически возражаю.

Нет, такое пропускать нельзя. Я решил одеться и посмотреть, что из себя представляет этот Куракин. Надев одежду я не спеша появился в коридоре, где меня встретил дядя.

Я сразу понял, что его задача – задержать меня.

– Ну посмотри, как ты похож на своего отца! Просто вылитый! Смотрю на тебя, и будто в детство попадаю.

– Это замечательно, – проговорил я, желая обойти его.

– Нет, постой! Тебе надо было поехать со мной на охоту. Конечно, надолго съездить не получилось. Сам понимаешь, дела с поместьем… Ты же слышал, какие у нас огромные долги? Вот приходится продавать наследство.

– Это я понял, – проговорил я.

– Вот теперь связался с Куракиным… Конечно, не самый лучший человек, но даёт очень хорошую цену за этот кусок земли. Сам не понимаю, какого чёрта она ему нужна, но спорить не собираюсь, если дают деньги – бери.

– Да, – ответил я и спустился вниз. Как раз тётка решила, что держать гостей в холле – не лучшая идея, и повела их на кухню.

Мария Фёдоровна не обрадовалась моему появлению: у неё моментально покраснело лицо от злости. Она правильно поняла, что я пришёл спутать ей все карты. Поэтому её маленькие глазки забегали, и она лихорадочно обдумывала, как от меня избавиться.

– Это сын Романа Константиновича, Михаил, мой опекун, – проговорила она, делая акцент на последнем слове.

Куракин взглянул на меня и присмотрелся, видимо, решая, насколько я могу представлять опасность для его сделки. Господин Куракин, о котором я так много слышал, был высокого роста и невероятно худым. На его лице выделялся заострённый нос и мелкие глазки. Он кивнул головой и ничего не сказал.

Его друг, низкорослый человек с густой бородой, увидев меня, сразу дотронулся до перстня и стал пристально его теребить – хотел применить магию. Ну-ну. Видимо, эти гости пришли не к тётушке, а ко мне.

Меня это заинтересовало. Я стал внимательно следить за его движениями, как вдруг почувствовал холод – точно такой же, как в особняке на втором этаже, где обитал призрак. Стоило этому второму господину несколько раз прикоснуться к кольцу, как за его спиной появился призрак.

Он возник прямо из пола, будто всегда там и жил. К такому повороту я был готов и моментально понял их план. Куракин пришёл не просто в гости, а привёл своего друга, который решил проверить, открылся ли у меня дар моего рода или нет.

Видимо, мой дядя этим даром не обладал. Я много слышал, что в моём мире такое случалось часто: наследники не получали дар отца. Представляю, как им было обидно, как они напивались в трактирах и жаловались на несправедливую судьбу.

Как только призрак появился, господин с бородой внимательно стал следить за мной. Он пытался уловить и понять, есть ли у меня дар, переданный от отца. Я, в свою очередь, решил ему подыграть – а почему бы и нет?

Я сделал вид, что никакого призрака не вижу. Это раззадорило господина с бородой. Он, видимо, привязал призрака к перстню и управлял им. Приведение моментально приблизилось ко мне и, сделав пару кругов, остановилось перед моим лицом. Я спокойно смотрел на Куракина, делая вид, что ничего не замечаю.

– Мне приятно с вами познакомиться, – выдавил из себя улыбку Куракин.

– Мне тоже приятно с вами познакомиться, – отозвался я.

– А этот господин – мой друг, Вячеслав Николаевич Вереницкий, – я кивнул, и в это время призрак заглянул мне в глаза. Хороший приём, но я на него не повёлся. Хотя у меня была мысль вогнать Вереницкому пару игл, чтобы он почувствовал боль. Но так я бы выдал себя, поэтому не стал. Ничего, я скоро отыграюсь, но позже.

– Приятно познакомиться, – проговорил я и, как полагается, поклонился. Вереницкий ответил тем же.

Призрак, изрядно пошумев, отлетел от меня, оказался за тётушкой, затем пронёсся по комнате и пролетел сквозь нас. Я снова почувствовал холод.

Затем приведение остановилось за спиной Куракина и, не добившись нужного эффекта, моментально исчезло. Самое интересное, я не смог разглядеть лицо призрака – оно было сильно обезображено.

– Прошу вас, пойдёмте завтракать, – пропищала тётка, поняв, что полностью потеряла внимание гостей. Ей хотелось, чтобы всё прошло идеально, чтобы она смогла провернуть сделку, которая должна была покрыть все долги.

– Нет, прошу вас, пожалейте, – проговорил Куракин, хватаясь руками за свой худой живот.

– Наелись, – ответил бородач, живот которого выпирал из-под ремня.

– Но прошу вас тогда, пойдёмте выпьем кофе. Нельзя держать гостей в холле, это неправильно.

Моя тётка, казавшаяся на людях такой гостеприимной и милой… Как же это было обманчиво! Она потащила всех в столовую, где Настя уже подготовила стол и разлила кофе. На столе стояли различные булочки и пирожные, пропитанные мёдом, которые я люблю больше всего на свете.

Мы все расселись. Тётка усадила гостей рядом с собой, а меня, наоборот, посадила напротив – как в противовес. Дядя сел рядом со мной.

Я всё это время наблюдал за пирожными и, как только сел, сразу взял одно – вкус был отменным.

– Ну, к чему вы пришли? – спросил Куракин и посмотрел на тётушку, которая от этого вопроса сначала строго посмотрела на меня, давая понять, чтобы я молчал.

Я же увлёкся пирожным и не обращал на тётушку никакого внимания. Мне было плевать, что она там думает и скажет – всё равно я сделаю всё по-своему. Мария Фёдоровна никак не может принять, что я не тот Миша Строгонов, над которым она могла издеваться, и который терпеливо всё сносил.

– У нас есть проблема: Роман Константинович оставил нам столько долгов, вы себе просто не представляете. Нам в жизни с ними не расплатиться. Остаётся только надеяться на вас, чтобы вы купили наши земли, – проговорила Мария Федоровна.

Я удивился. Роман Константинович оставил вам долгов? Теперь вы свои долги переписали на моего отца? Вот это поворот! Даже я такого не ожидал!

– Я против, – проговорил я и взглянул прямо на тётушку, которая после моих слов моментально побледнела. Она пыталась возразить, громко рявкнуть, но так и не решилась. Мария Фёдоровна стиснула зубы и сжала кулаки, пожирая меня ненавистным взглядом.

– Что! – Воскликнула тетя.

– Может, у вас и много долгов, но продавать мою землю из-за этого я не буду. Это родовая собственность Строгоновых, – проговорил я спокойным тоном.

– Михаил, вы, наверное, забыли, но я ваш опекун. Теперь я до вашего совершеннолетия распоряжаюсь имуществом, – проговорила тётка, выдавив из себя улыбку.

– Это, правда, в мелких сделках у вас есть право, но в больших, например, как продажа земли, принадлежавшей моему отцу, у вас нет прав. По крайней мере, в договоре нужна моя подпись, которую я вам не дам.

Мария Фёдоровна позеленела. Думаю, ещё немного, и она взорвётся от гнева. Ну пусть, это её проблема. Но землю я всё равно не отдам, что бы она ни делала. Хотя они с Куракиным придумали, как обойти закон, я всё равно не дам им это сделать. Пусть об этом знают.

– Логично, – произнёс Куракин, пытаясь сгладить углы.

По крайней мере, в наш спор никто не пытался вмешаться. Дядя сделал вид, что вообще не слышал, о чём мы говорим, и спокойно попивал кофе.