![](/files/books/160/oblozhka-knigi-moto-lp-377219.jpg)
Текст книги "Мото (ЛП)"
Автор книги: М. Невер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 15 страниц)
М. Невер
Мото
Текст предназначен только для предварительного и ознакомительного чтения.
Любое коммерческое и иное использование материала кроме предварительного ознакомления ЗАПРЕЩЕНО.
Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Любая публикация данного материала без ссылки на группу и указания переводчика СТРОГО ЗАПРЕЩЕНА!
Автор перевода не несет ответственности за распространение материалов третьими лицами.
Авторы перевода: Мария Касмынина
Редактор: Дашуля Кузнецова
Обложка: Александра Мандруева
Переведено для группы: https://vk.com/books_boys
Глава 1
Кайла
– Эй, когда уже ты разрешишь мне продемонстрировать, на что способен мой член между твоих ножек?
– Никогда, Дэв, – закатываю глаза. – Тысячу раз говорила: я не встречаюсь с байкерами.
– А кто говорит о свиданиях?
Он реально думает, что выглядит милым со своей мальчишеской улыбкой, невинными глазами и позерскими фразочками.
Да, конечно. Доктор Дэвлин Дэйн совсем не мальчишка, не милый и не невинный. Он большой плохой волк, переодетый в бабушку, который поимел в нашей больнице каждую медсестру, прыгающую по лесу с корзинкой полной лакомств. Лакомств, с которыми все с радостью согласны расстаться.
Все, кроме меня. Я вижу его большие глаза, уши и острые зубы, которыми он готов разорвать первые трусики, оказавшиеся в поле его зрения.
И он не просто разрывает их, а уничтожает. По крайней мере, так говорят.
Я встречала подобный типаж миллионы раз. Черт, да я ходила в школу, полную таких, как Дэвлин Дэйн. Байкеров, у которых эго больше, чем тюнингованные выхлопные трубы. Все между собой соревнуются: кто быстрее и жестче ездит, а кто чаще снимает уличных шлюшек.
На нашей нейтральной земле, расположенной на краю Чесапика, преобладает мотодвижение. В этом районе нет ничего, кроме сельскохозяйственных угодий, нескольких новых жилых комплексов, трейлерных парков для малоимущих и известного суперцентра, где за час можно поменять шины, получить минет и купить пакетик кокса.
Единственные отличия Дэва от среднего уличного гонщика – голливудская внешность и медицинская степень. Под белым халатом он такой же нахал, как и все остальные. Красочные татуировки, выглядывающие из-под рукавов и воротника, дико заводят большинство женщин с их фантазиями и желаниями.
– Ну, когда, наконец, одумаешься, Кайла, – Дэв прижимает меня к столу в ординаторской, – ты знаешь, где меня найти.
– Имеешь в виду, когда окончательно свихнусь? – поднимаю на него взгляд. – Ты будешь первым, кому я позвоню. А до тех пор я пас, – соблазнительно шепчу, дразня тем самым парня до усрачки.
Голубые глаза Дэва сияют. Мы занимаемся подобной бессмыслицей уже несколько месяцев. С первого дня нашей встречи, и, кстати, уже почти год. Как бы Дэв ни пытался залезть ко мне в трусики, мы остаемся друзьями и коллегами. И он безобиден, если только не лечь с ним в постель. Это то, что я слышала.
– А теперь прошу меня извинить, – слегка отталкиваю его. – У меня свидание в спортзале.
– Опять это слово, – Дэв отступает и скрещивает руки на груди.
– Какое?
– Свидание. Тебе нужны обязательства, чтобы переспать, да?
– Называй меня старомодной, но, да, я требую определенного уровня обязательств, прежде чем лечь на спину и раздвинуть ноги.
– О, – Дэв хватается за свои причиндалы, – будь осторожна, у меня хорошее воображение, сестра Кинкейд. Или мне придется пересмотреть свою позицию относительно свиданий, пока я буду дрочить в мужском туалете.
– Идиот, – я бью его по руке. – Если б только твои пациенты знали, какой ты извращенец.
– Я всех одурачил, – Дэв злобно ухмыляется, обнажая жемчужно-белые зубы. – Репутация – наше все.
– Это утверждение ложно. Меня тебе не одурачить. Я вижу, что на самом деле ты – хищник.
– Хищник? Теперь я представляю, как ты лежишь, распластанная, в красной шапочке. Реально грязно дразнишься, Кайла. Как теперь сосредоточиться на работе, когда такой образ выжжен в мозгу?
– Не знаю. Придумаешь что-нибудь, – отвечаю я без каких-либо угрызений совести.
У Дэва действительно все слишком легко.
– Я люблю придумывать, – намекает он, игриво подмигивая глазами.
– Твоему воображению нет предела, – смеюсь я.
– Если я трахну тебя, то определенно по-настоящему, – Дэв обхватывает пальцами мое предплечье.
Я внимательно смотрю на него.
– Тогда, полагаю, хорошо, что наши отношения строго платонические. Не хотела бы и дальше отвлекать тебя от работы.
– Рад отвлечься в любое время.
Он наклоняется ко мне, и я чувствую его сильный свежий аромат – чистый, словно выстиранное белье.
– Мне пора, а у тебя обходы.
Я неловко ерзаю. Дэв стоит слишком близко, и, если честно, это очень возбуждающе. У меня строгое правило. Никаких байкеров. Даже если они великолепны, умны, забавны, и я представляю их каждый раз, когда мастурбирую.
У меня могут быть твердые убеждения, но я же человек.
– Быть взрослым иногда так скучно, – Дэв отступает и берет планшет со стола.
– Ой. Не переживай ты так. Уверена, найдешь кого-то, кто согреет твой байк.
– Кайла, – Дэв хватает меня за руку, когда я ухожу. – Реально дело лишь в том, что я езжу на мотоцикле?
Он смотрит на меня сверху вниз во всей своей странной, профессиональной, раздражающей красе.
– В основном, – с тоской признаюсь я.
– Однажды придется объяснить причину.
Я отворачиваюсь, и болезненное воспоминание эксгумируется в голове, словно мертвая рука из могилы.
– Может быть, когда-нибудь, – обещаю я, ускользая из его рук.
– Ты завтра работаешь на этаже? – интересуется Дэв, направляясь к двери.
– Я здесь всю неделю, – сообщаю я, хватая свой кофе из микроволновки, будто цирковой артист. Я разогревала его, прежде чем Дэв посмел прервать меня.
– Тогда до завтра.
Он подмигивает, разворачивается и исчезает в дверях.
Как только Дэв уходит, я делаю глубокий вдох. И хоть мне неприятно признавать, но этот мужчина меня заводит, и его настойчивость чертовски притягательна.
Хватаю рюкзак со стула и перекидываю его через плечо, поспешно покидая кабинет. Что мне в данный момент необходимо, так это хорошая длинная пробежка, которая очистит голову от мыслей, а в тренажерном зале как раз есть беговая дорожка.
Выхожу из больницы чуть позже пяти вечера. Сейчас начало июня, погода – идеальная. Чуть выше двадцати градусов и дует легкий летний ветерок. Забравшись в свой белый хаммер, я бросаю рюкзак на пассажирское сиденье и решаю вообще не ехать в тренажерку. Лучше побегаю на улице.
Выруливаю с парковки и проезжаю через маленький городок, в котором находится «Мерси Медикал». Больница скромного размера, но оснащена всем необходимым. Последние два года я работаю медсестрой – люблю свободу и разнообразие. Должность позволяет быть задействованной во всех областях: от неотложной помощи до педиатрии и кардиологии. Так гораздо интересней. Большую часть времени я провожу в кардиологии.
Там же я и познакомилась с Дэвом. Он новый кардиолог в больничном штате, чего не скажешь, судя по тому, как он всем заправляет. Мы подружились в первую смену, и он сразу же не постеснялся ко мне подкатить. Типа того, как иногда дурачатся доктора и медсестры. Только Дэв делает это постоянно. И заходя в подсобку, всегда нужно быть на чеку. Я ловила там Дэва со спущенными штанами нереальное количество раз. Однажды он даже пригласил меня присоединиться.
М-м-м... Спасибо, но нет, плейбой.
Я предпочитаю обходить стороной прозвище «шлюха», но большинство женщин в наших краях помешаны на байкерах. Они пойдут практически на все, чтобы заполучить их, и, безусловно, убьют за байкера с префиксом «Доктор».
Хотя Дэв не похож на однолюба. Он по полной наслаждается непрерывным потоком женщин в постели. Во всяком случае, так он мне говорит. Поправка: хвастается передо мной. Не пойму, чего он этим добивается. Пытается заставить меня ревновать? Вполне возможно. Но у него ничего не выходит. Я лишь призываю его сдать анализы на ЗППП.
Покидаю больницу, чтобы наслаждаться Дэвом в своих фантазиях, где он только мой и ничем не болеет.
Останавливаюсь на красный свет на перекрестке у главного шоссе. Хотя шоссе – громко сказано. Всего лишь основная дорога с четырехполосным движением.
Тихая безмятежность пустынной улицы внезапно нарушается, когда позади меня останавливается громкий байк. Удивлена, что представитель байкеров появляется в одиночестве. Ведь в хорошую погоду эти всадники обычно выкатывают на дороги толпами. Наблюдаю в зеркало заднего вида, как парень поправляет перчатки, а затем имеет наглость подъехать прямо к водительской двери моей машины. На полосе едва ли помещается мой джип, не говоря уже об этом напыщенном осле, который полагает, что владеет дорогой. Я пристально смотрю, как он небрежно сидит на своем белом мотоцикле. Такие встречаются редко. У парня соответствующий белый шлем с тонированным визором. Если присмотритесь повнимательнее, чего я точно не стану делать, то разглядите полупрозрачные языки пламени на кузове его байка и шлеме.
Нетерпеливо стучу пальцем по рулю, ожидая, когда загорится зеленый свет. Мне дискомфортно от близости этого парня. Хочется крикнуть: «Это общая дорога!». Чертовы байкеры считают, что это их владения. Я стараюсь не обращать на него внимания, но он раздраженно рычит мотором, заставляя смотреть в свою сторону. Байкер уставился прямо на меня через свое тонированное стекло. И я не отвожу взгляда. Хрен я ему позволю себя запугать. Мне приходилось соскребать с асфальта такую кучу подобных придурков, что ему и знать не захочется об их числе. Увеличиваю обороты двигателя просто ради интереса, пока машина позади не начинает сигналить. Я с нетерпением жду зеленого сигнала светофора, и белый силуэт стремительно удаляется от меня, делая левый поворот на шоссе. Закатываю глаза и еду с нормальной скоростью, как нормальный человек.
Двигаюсь по холмистой дороге, а белый мотоцикл впереди меня через десять автомобилей. Он петляет между полосами и даже встает на заднее колесо, когда выезжает на прямую. Дешевые понты.
На следующем светофоре мы снова встречаемся. И опять же, на мой взгляд, он останавливается слишком близко. Я практически могу протянуть руку и коснуться кожаного рюкзака на его плечах. Пытаюсь сосредоточиться на дороге, но парень постоянно рычит двигателем, будто пытается привлечь мое внимание. Наконец, я решаюсь и поворачиваю голову в его сторону. На этот раз визор на шлеме поднят, и на меня глядит пара приковывающих к себе синих глаз. Мое сердце трепещет. Клянусь, эти глаза уже смотрели на меня раньше. Но я не успеваю их толком изучить, так как в байкера внезапно врезаются сзади. От удара он оказывается на перекрестке.
Все происходит молниеносно, и в то же время словно в замедленном темпе. Мотоцикл врезается в движущийся автомобиль со стороны водителя, и байкер вылетает из сиденья, пролетая прямо над капотом седана. Не вижу, как он падает на землю, но слышу визг шин и гудки клаксонов. Я мгновенно реагирую, пытаясь открыть дверь, но та заблокирована. Авто, которое врезалось в мотоцикл, вплотную прижато к моей двери. Я вижу, как водитель мотает головой. Пьяный хреносос задел и мою машину. Его драндулет даже выглядит незаконным.
Выскакиваю со стороны пассажира и направляюсь прямо к искалеченному парню на асфальте.
– Я медсестра! Вызовите скорую! – кричу, минуя двух прохожих. – Прочь с дороги!
Опускаюсь на колени и проверяю жизненные показатели.
У него слабый пульс.
– Сэр, вы меня слышите? – я не трясу его и не двигаю из-за возможной травмы позвоночника. – Сэр! – снова зову, но не получаю ответа.
Вдруг я чувствую теплую жидкость под своей ладонью. Кровь. И ее очень много. Осматриваю пострадавшего и нахожу маленькую дырочку на внутренней стороне бедра его темных джинсов.
– Черт!
Разрываю их, чтобы обнажить рану. Охренеть, тут столько крови, будто байкер повредил артерию.
– У кого-нибудь есть ремень, веревка, галстук, хоть что-нибудь? – кричу зевакам, зажимая рану. Если быстро не пережать артерию, боюсь, парень истечет кровью.
– Вот! – женщина расстегивает свой пояс. Неуклюжими пальцами снимает его и передает мне. Я использую тонкий кожаный ремешок в качестве жгута, пытаясь замедлить кровотечение. – Держись, Мото.
Сжав челюсти, я стою над ним на коленях, такое ощущение, что прошла целая вечность до приезда скорой. Я гоню воспоминания: кровь, обломки, безвольное безжизненное тело. Покрываюсь холодным потом, но держусь.
К счастью, мы недалеко от «Мерси», так что реагирование на вызов быстрое. Не успеваю опомниться, как нас окружают мигалки и сирены, полицейские регулируют движение, а раненого байкера затаскивают в машину скорой помощи.
– Скотти! – ору одному из офицеров, прибывшему на место происшествия. – Можешь убрать мою машину? Я поеду с ними! Ключи в замке зажигания!
Он отдает мне честь и продолжает брать показания у свидетелей. Поскольку моя тетя – уважаемый в городе детектив, а я работаю на скорой в ночную смену, меня знает почти каждый полицейский в округе.
Двери закрываются, и скорая отъезжает, пока мы с двумя фельдшерами работаем над неизвестным – ставим капельницу и стабилизируем состояние. Но я беспокоюсь об его давлении, которое опасно низкое.
Поездка обратно в «Мерси» занимает всего несколько минут, и когда двери скорой помощи распахиваются перед отделением больницы, доктор Хейл, дежурный врач, и два медбрата уже ожидают нашего прибытия. Один из фельдшеров зачитывает показатели, затем передает пациента.
– Так быстро вернулась, Кайла? – спрашивает доктор Хейл, пока мы катим бессознательного парня по коридору. Она ухоженная женщина средних лет, которая сразу стала для меня образцом для подражания, когда я начала работать в «Мерси».
– Ты меня знаешь, – улыбаюсь я. – Не смогла остаться в стороне.
По дороге в смотровую хватаю чистый халат и пару перчаток. Ничто не помешает мне довести дело до конца.
Оказавшись в кабинете, мы переносим парня с каталки на кровать и сразу же делаем ему рентген. Он все еще полностью одет – шлем и все остальное – за исключением огромного разрыва на штанах. Мы не можем снять шлем, пока не удостоверимся, что у парня отсутствуют травмы позвоночника.
Доктор Липшиц входит в палату, когда доктор Хейл просматривает рентгеновские снимки. Доктор Липшиц, дежурный травматолог, сразу же начинает зашивать зияющую рану на бедре мужчины. Ему требуется несколько минут, чтобы наложить швы, но он делает это красиво. Блестящий врач, но первоклассный засранец из Лиги Плюща. Все соблюдают с ним дистанцию. Закончив, он бросает инструменты и выходит из палаты, не сказав ни слова.
Я и два медбрата: Фредди и Лекс обмениваемся взглядами. Мудак.
– Позвоночник и компьютерная томограмма в норме! – внезапно объявляет доктор Хейл. – Но его нога серьезно повреждена, – женщина ставит снимки на экран.
Оу. Обе кости в голени сломаны и смещены.
– Снимите шлем, и давайте приведем парня в порядок. Лекс, двадцать кубиков морфия. Без сознания он или нет, но ему будет больно.
Лекс, Фредди и я берем на себя соответствующие роли. Лекс отвечает за лекарства, Фредди снимает с мужчины одежду, а я шлем. После чего едва не роняю его.
– Дэв? – шепотом спрашиваю я.
– Это не Дэв, – Фредди растерянно и благоговейно смотрит на парня.
– Тогда кто же он? – требует ответа доктор Хейл.
– Призрак.
– Кто? – произносим мы в унисон с доктором Хейл.
– Это Риз Дэйн. Брат-близнец доктора Дэйна. Он легенда, как на треке, так и вне его, – рассказывает Фредди.
– Трек? Какого хрена ты несешь? – допытывается доктор Хейл в полном замешательстве.
– Он мотогонщик. Всемирно известный крутой чемпион Мото Гран-При.
– Почему ты называешь его Призраком? – интересуюсь я.
Фредди и Лекс смотрят на меня и ухмыляются.
– Потому что он появляется из ниоткуда, детка, – самоуверенно улыбается Лекс. – Подкрадывается, словно призрак.
Я закатываю глаза так, что они почти теряются в моей голове. Как раз то, что нужно миру – второй Дэйн с еще бо́льшим эго.
– Свяжитесь с доктором Дэйном, – инструктирует Лекса доктор Хейл. – Уверена, он захочет узнать, что его брат попал в аварию. А что касается вас двоих, давайте подлатаем мистера Дэйна и вернем его в сознание.
Кивая, мы соглашаемся с доктором.
Требуется около часа, чтобы поставить на место кости в ноге Риза, а затем наложить гипс. Кроме травм нижних конечностей, у него также вывих плеча, который необходимо вправить. В общем, это была не самая худшая авария на мотоцикле, которую я видела. Парню повезло, и он остался жив.
– Мистер Дэйн еще не скоро сможет участвовать в гонках, – доктор Хейл снимает перчатки и выбрасывает их.
– Это уж точно.
Смотрю на парня, лежащего без сознания. Сходство поразительное. Он похож на Дэва каждой черточкой лица. Темные волнистые волосы, высокие скулы, волевой подбородок, длинные густые ресницы и тонны тату. Самые замысловатые узоры, которые я когда-либо видела. Вся правая сторона его тела забита – рука, грудь, туловище, бедро, лодыжка. Такое ощущение, словно он наполовину робот. Прям, как Терминатор, когда тот снимал ненастоящую кожу с тела.
– Нравится, сестра Кинкейд? – дразнит меня доктор Хейл.
– А? – поднимаю взгляд, понимая, что рассматриваю Риза слишком пристально. – О, – делаю шаг назад и прочищаю горло. Такое чувство, будто меня только что поймали за руку, которую я засунула в банку с печеньем. – Просто никогда раньше не видела такой татуировки.
– Значит, вы никогда не видели Дэва без рубашки, – мурлычет доктор Хейл.
Я бледнею.
– И вы тоже…, – мне казалось, она больше уважает себя.
– О боже, нет. Однажды вечером я видела, как Дэв менял рубашку на парковке после работы. Господи, – она сама себя обмахивает руками. И мне тоже захотелось повторить этот жест. Будто Дэв испускает феромоны. – На это определенно стоит взглянуть.
– Я запомню, – морщу нос. Последнее, что мне нужно – смотреть на Дэвлина Дэйна без одежды.
Мы везем Риза в палату, когда он потихоньку начинает приходить в себя. До сих пор не могу поверить, что у Дэва есть брат. Идентичный близнец. Он даже не намекал, что у него есть брат или сестра. Я все никак не могу смириться с нереальностью происходящего.
Доктор Хейл возвращается в отделение неотложной помощи, пока я сопровождаю Риза. Технически я не на дежурстве, так что мне необязательно находиться здесь. А вот в спортзал сходить надо было обязательно. Но все утряслось только ближе к десяти вечера. А вечер в отделении тянется медленно, и, я думаю, персонал скорее всего играет в карты или болтает ни о чем. Выбирайте сами. Осталась лишь я, коматозный Риз, и парень, храпящий в другом конце палаты.
Как бы ни старалась, не могу перестать разглядывать близнеца Дэва.
Наклоняюсь ближе без задней мысли и еще раз рассматриваю татуировку. Она такая четкая. Не видно ни сантиметра кожи. Кончиками пальцев касаюсь реалистичных металлических шестеренок и пружин, удивляясь их 3D-эффекту, когда Риз внезапно просыпается и хватает меня за руку.
– Ой! – он сжимает так сильно, что у меня останется синяк.
– Где я? – в панике требует он ответа.
Изо всех сил пытаюсь освободиться, но его рука словно стальные тиски. Может, парень и правда наполовину робот.
– ГДЕ Я?
– В больнице, – пытаюсь выдернуть руку из его железной хватки. – Ты попал в аварию. Порезал бедро и сломал ногу.
– Кто ты такая?
Он смотрит мне прямо в глаза, все еще сжимая мой бицепс. Риз держит меня так крепко, что моя конечность начинает неметь. Если бы он не получил опасные для жизни травмы, я бы его ударила.
– Я сестра Кинкейд, и, мистер Дэйн, вы, черт возьми, делаете мне больно, – шиплю я.
И парень немедленно меня отпускает. Может, он и брат Дэва, но определенно не разделяет его манеры.
– Где мой брат? – он капризно осматривает палату. Боже, мы встали не с той ноги?
– Скоро подойдет, – уверяю я его спокойным тоном.
– Я уже здесь, – эхом раздается за моей спиной голос Дэва. – Тебе следует быть полюбезнее с сестрой Кинкейд. Она спасла твою жалкую задницу.
Мы оба смотрим на Дэва.
– Ты уже об этом слышал? – спрашиваю я.
– Думаю, вся больница слышала, суперзвезда, – он слегка подталкивает меня. Я прикусываю губу. Потому что не пыталась сделать ничего героического, просто такая у меня работа. – Скажи спасибо, придурок.
– Спасибо.
Прозвучало чистосердечно.
Я оборачиваюсь, стоя между ними и испытывая трепет. Такое впечатление, что они зеркальное отражение друг друга.
– Не стоит благодарности, – мой ответ на самом деле искренний.
Риз не сводит с меня глаз, словно не знает, что со мной сделать. Это немного нервирует. И, честно говоря, так глазеть – просто невоспитанно.
– Как именно все случилось? – интересуется Дэв.
– Мы остановились на красный свет. Сзади в Риза врезался пьяный водитель, отчего твой брат выкатился на перекресток прямо в другую машину. Перелетел через капот, а как он приземлился, я уже не видела – в точности повторяю произошедшее, умалчивая о нашей игре в гляделки до происшествия.
– Охренеть. Тебе повезло, братишка. Клянусь, у тебя в заднице четырехлистный клевер, учитывая все аварии, которые ты пережил.
Дэв скрещивает руки на груди и недоверчиво качает головой.
– Да, реально повезло, – Риз опускает голову на подушку и смотрит в потолок.
– Можно мне побыть наедине с братом? – просит Дэв.
– Конечно, – я сразу же иду к двери, представляя эмоциональную травму, которую сейчас переживает Риз. Должно быть, это сбивает с толку – проснуться на больничной койке с гипсом до середины бедра и абсолютно не помнить, как и почему там оказался.
– До завтра, – говорю я Дэву. – Поправляйся, – бросаю Ризу.
Оба синхронно кивают головой, и меня неожиданно пробивает дрожь.
Твою ж мать. Не один Дэвлин Дэйн, а целых два.
Господи. Помилуй.
Глава 2
Дэв
Смотрю, как Кайла быстро покидает палату. Она до сих пор в розовой униформе, испачканной кровью моего брата. Рад, что на месте происшествия оказалась она. Девушка умна и знает, что делать. Видимо, поэтому и держится от меня подальше.
– Влюбился что ли? – ехидно спрашивает Риз.
Я поворачиваюсь к нему.
– Кайла – коллега по работе.
– И с каких пор тебя это останавливает? – бурчит он.
Пропускаю мимо ушей его идиотское замечание. Сейчас не имеет значения, кого я хочу трахнуть.
– Как себя чувствуешь? – перевожу разговор на другую тему.
– Будто меня только что сбила машина.
– Я серьезно, – смотрю на брата суровым взглядом.
– Немного болит, – признается он.
– Где?
– Нога и плечо.
– А в груди? – прищуриваю глаза.
– Нет, там нет, – ворчит Риз.
– Прекрасно. Это я и хотел услышать.
– Где мои вещи? – напряженно спрашивает брат.
– Расслабься, твой драгоценный рюкзак цел и невредим, – бля, эта хреновая штука выглядит, как защитный панцирь. – Но не могу сказать того же о твоей одежде.
– Плевать на одежду. Рюкзак самое важное, – Риз немного успокаивается. – Сколько мне здесь лежать? – бросает он вдогонку.
Теперь моя очередь ворчать.
– Ты сломал обе кости на ноге. И выбыл на весь оставшийся сезон, чувак.
– Что? – чуть ли не выпрыгивает из постели Риз. – И ничего нельзя сделать, чтобы ускорить процесс заживления? Инъекции кортизона? Гидротерапия?
Я быстро качаю головой.
– Это не просто порванная мышца. Думаю, ты это понимаешь. Очень маловероятно, что ты будешь участвовать в гонках в ближайшее время, – сообщаю я плохие новости.
Риз бьет кулаком по матрасу. Знаю, для него губительно слышать такое. С тех пор, как я себя помню, гонки – это вся его жизнь. Он будто дышит ими, и в этом году Риз снова был бесспорным кандидатом на призовое место. Чтобы защитить свой титул Гран-При. Победа – вот что движет им.
– Поправишься и в следующем году вернешься с новыми силами, – утешительно кладу руку ему на плечо.
Риз источает гнев каждой клеточкой своего тела. Будь он в состоянии встать, то он бы мне вмазал. И я бы ему это позволил.
– Хочу послушать мнение другого врача. Что, мать твою, ты вообще знаешь? Ты кардиолог, – набрасывается он, размахивая рукой.
– Забыл, что моей первой специализацией была спортивная медицина? Я уже видел такие травмы. И знаю, сколько времени занимает процесс выздоровления, – раздраженно отвечаю я.
Риз негодует, борясь с бурей эмоций.
– Я устрою тебя в отдельной палате. Немного тишины, покоя и отдыха пойдут тебе на пользу.
– Не хочу тишины и покоя. Я охренеть как хочу побыстрее отсюда выбраться, – Риз рвет на себе волосы обеими руками.
– Понимаю. Но сейчас не вариант, – сочувственно вздыхаю я.
Риз издает звук, словно недовольный кот. Это его просто убивает.
– Хочешь, побуду здесь немного? Составлю тебе компанию?
– Нет, я в порядке, – Риз раздраженно отворачивается.
Для всемирно известного мотогонщика, лидера сообщества Гран-При, он иногда ведет себя как надутый ребенок. На этот раз я оставлю все как есть. Ведь его победа в сезоне растаяла, как дым.
* * *
– Почему ты никогда не говорил, что у тебя есть брат? Брат-близнец, – нападает Кайла, едва я выхожу из палаты. Девушка стоит, прислонившись к стене, очевидно, ожидая меня.
– Эта тема никогда не поднималась, – пожимаю я плечами.
– Чушь собачья. Ты в курсе, что у меня нет братьев и сестер. Знаешь, что моя тетя детектив, а родители в разводе.
Она меня подловила.
– Понятия не имею, почему никогда об этом не рассказывал.
– Разве вы не близки? – продолжает она свои расспросы.
– Близки. Просто... мы разные.
– Я заметила, – Кайла отталкивается от стены. Она очаровательна в своих ярко-розовых «найках» и с растрепанным пучком на голове.
– Почему ты все еще здесь? – любопытствую я в ответ. – Ждешь меня?
– Жду, когда меня подвезут, – честно отвечает она. – Мне пришлось бросить джип на обочине, чтобы спасти задницу твоего брата.
– Могу подвезти, если нужно, – я подхожу к ней ближе. – Может, помогу тебе привести себя в порядок. Сниму с тебя эту грязную одежду, – и дергаю за подол ее униформы.
Кайла кокетливо качает головой.
– Скоро приедет моя тетя. Она обязательно услышит о том, что случилось. Я предупредила, что завтра сюда приедут из участка, взять показания у твоего брата. А сама тетя допросит меня.
– Уверена? – настаиваю я.
– Уверена, – Кайла неуклонно смотрит мне прямо в глаза.
Когда-нибудь я пробью эту броню, но сегодня оставлю ее в покое.
Вдруг кто-то откашливается у меня за спиной. Я оглядываюсь и вижу важную Сэм, суровую тетю Кайлы. Она постаревшая версия Кайлы – темно-каштановые волосы собраны в тугой пучок, а в больших карих глазах сверкают золотые крапинки. Тот факт, что у нее есть ствол, делает ее в десять раз аппетитнее.
– Если вы не прекратите, доктор Дэйн, буду вынуждена надеть на вас наручники.
Улыбаюсь. Я говорил, что у нее плохое чувство юмора?
– Мои извинения, детектив Кинкейд. Знаю, как вы защищаете свою племянницу, я просто присматривал за ней.
Кайла и Сэм оживленно смеются. Они не покупаются на подобное дерьмо, и это лишь заставляет меня уважать их еще больше. Женщины рода Кинкейд схожи в одном: они красивые, без всякой лажи.
– Ценю это, Дэв, но, думаю, Кайла может сама о себе позаботиться.
– Не сомневаюсь, – неохотно отступаю от Кайлы.
Та стреляет в меня миленькой улыбкой и уходит.
– Увидимся, доктор Дэйн.
– Увидимся, сестра Кинкейд, – бормочу себе под нос, глядя, как ее горячая задница виляет по коридору.
Когда-нибудь, так или иначе, я заставлю ее не просто произносить мое имя. А стонать, кричать, мечтать о нем. И жить ради него.
Когда-нибудь.
Так, бля*ь, или иначе.
Глава 3
Кайла
Буквально таю на переднем сиденье машины Сэм. Усталость наваливается на меня внезапно.
– Скотти отогнал твой джип в участок. Можем забрать его сегодня вечером или утром, если ты устала, – предлагает Сэм, выезжая с парковки. Прямо сейчас мне не помешала бы кровать.
– Ничего, если ты заедешь за мной утром?
– Без проблем, – смотрит она на меня и улыбается.
– Больше всего на свете хотела бы сейчас оказаться в кровати, – делаю я свой выбор.
– Я так и думала, – хихикает Сэм. – Бурный выдался денек.
– Один из самых сумасшедших. Не могу поверить, что у Дэва есть брат-близнец! – вытягиваю ноги. – Я и понятия не имела! Чуть не упала, когда сняла с Риза шлем.
– Выглядит как суперзвезда?
В моей голове всплывают короткие моменты наших с ним встреч на светофорах.
– Он раздражающе дерзкий хвастун и у него нулевой уровень харизмы. А еще ему не помешает урок хороших манер.
– Вот это оценка!
– Такое уж он производит впечатление, признаю, – гримасничаю я.
– Такой же как брат? – подстрекает тетя.
– Сэм, – прерываю ее я. Боже, я случайно упомянула, что встретила горячего доктора на работе, и она теперь цепляется, как питбуль смертельной хваткой. – Жалею, что когда-то рассказала тебе о Дэве, и еще больше жалею, что познакомила тебя с ним. Мы просто друзья.
– Как скажешь, Кайла, – успокаивает она меня.
– Я серьезно. Ты же знаешь мое отношение к байкерам.
Сэм хмурится, подъезжая к моему дому.
– Ты говорила, да, но в коридоре было не похоже, что вы просто друзья, – она смотрит на меня. – И, вообще-то, он врач, а не...
– Сэм, хватит.
Я люблю свою тетю. Она мой лучший друг и чертовски хороший полицейский. Моя мама решила последовать за козлом номер пять во Флориду, когда мне исполнилось тринадцать. Сэм же вырастила меня. О моем отце даже говорить не будем. Он был козлом номер один.
Ни за что на свете я бы не уехала с матерью и мужиком, который ласково называл ее шлюхой и пил больше рыбы. Уж лучше жить на улице, и Сэм это понимала.
Как бы я не была благодарна ей сейчас, но я определенно не облегчила Сэм жизнь. В детстве я была достаточно взбалмошной. Однако тетя позаботилась о том, чтобы подростковый период я пережила целой и невредимой. Было время, когда мы обе волновались, что этого не получится.
– Прости меня. Просто хочу, чтобы ты была счастлива, и кто-то о тебе позаботился.
– Позаботился? Что это за слово такое? Из 1960-х? – в ужасе спрашиваю я.
– Я не это имела в виду. В смысле позаботились в эмоциональном плане. Женщине в любом возрасте необходима подобная забота.
– И ты думаешь, ее проявит татуированный доктор-плейбой?
– Считаю, он вполне мог бы. И я вижу, как он смотрит на тебя, – пожимает она плечами.
– Да, и я заметила. Словно я – очередная миля, которую ему надо проехать.
– Иногда одна миля может превратиться в тысячу.
– Мы ведь все еще говорим о мотоциклах? – скривилась я.
Сэм смеется. Ее смех похож на мой, только слегка грубый и хриплый.
– Да.
– Хорошо. Потому что сексуальные намеки моей тети – это странно или что-то в этом роде.
– Нет, – она отцепляет со своего брелока запасной ключ от моей квартиры. Мой рюкзак со всеми личными вещами, включая ключи, до сих пор в джипе. – Позвонить тебе перед тем, как заехать? – спрашивает Сэм, когда я открываю пассажирскую дверь.