Текст книги "Лариса научись жить заново (СИ)"

Автор книги: Людмила Вовченко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 11 страниц)

Глава 48

Зал Совета Родоначальниц был построен из живого камня – он дышал, мерцал в ответ на эмоции тех, кто ступал в его сердце. Сводчатые потолки переливались фрактальными узорами, резонируя с силой магии, что струилась сквозь артефакты подземного источника. Здесь каждая женщина – не просто глава рода, но сама история, вписанная в судьбу мира.

Ла Риса ступала по ковру, сотканному из заклинаний. Её сопровождали двое мужей – один с крыльями, другой с глазами, в которых отражался огонь пустыни. Третий ждал за пределами зала, с детьми. Она была облачена в паранджу с переливами реки и песка, как символ своей земли. Перчатки на руках скрывали власть выбора. Но браслет сиял – реал, активированный древним артефактом, был признан всей системой.

Жрица, что встретила её у водопада, теперь стояла в центре круга.

– Риса из рода TerraNostra. – Голос её был чист, как камертон. – Ты призвана не нами, но Пророчеством. Ты принесла в этот мир не только свободу, но и хаос. И теперь ты должна ответить: готова ли ты взять на себя путь родоначальницы навсегда?

Тишина сгустилась.

Ла Риса сделала шаг. Потом ещё. Когда она оказалась в самом центре круга, ткань паранджи сама по себе откинулась с её лица. Она была спокойна. И несокрушима.

– Я пришла не ради власти, – сказала она. – Я пришла, чтобы у моих детей был дом. Чтобы те, кого продали, могли вернуться. Чтобы женщины не боялись чувствовать, а мужчины не боялись любить. Я не верну прошлое – я создаю новое.

Сердце зала вспыхнуло. В потоках магии отразились её слова – как символ рода.

Но одна из женщин в старинной мантии шагнула вперёд:

– Великая дерзость. Ты привела к власти мужчин! Ты разрушаешь равновесие, Риса. Даже твоё имя – слишком земное.

– Именно потому, – тихо сказала Ла Риса, – я и выбрала его. Потому что земля – это плодородие. Корень. Жизнь.

Моё имя теперь: Ла Риса из рода Вердант.

И оно даст всходы.

* * *

Совет завершился. Многие приняли её. Некоторые – затаили. Но Пророчество уже прозвучало в зале, пробуждённое жрицей, что впервые за столетие упала на колени, прошептав:

– Её путь – возрождение.

И множатся её сыновья, и множится её земля.

Через неё уйдёт мрак, и родятся народы.

* * *

Дом встретил её ароматом свежего хлеба, детским смехом и шелестом крыльев фамильяров. Юля вышла ей навстречу, лицо её светилось:

– Ты – род. И ты – мать. У нас будет не просто семья. У нас будет мир.

– Сначала – поселение, – засмеялась Ла Риса. – Потом мир.

* * *

К вечеру она уединилась у водопада. Артефакт сиял тихо, как костёр в ночи. И вдруг – всплеск. Она потянулась рукой – и достала яйцо. Нет, не одно. Три. Лёгких, сияющих.

– Фамильяры, – прошептала она. – Для моих детей.

В этот момент небо разрезал портал. Портал с Зала Пророчеств. Послание:

«Появился новый артефакт. Прежний Хранитель покинул мир. Он ищет дом.»

И она знала – дом здесь.

Здесь началась эпоха рода Вердант.

Глава 49

Дом на границе пустыни и леса разрастался, словно сам чувствовал приближение перемен. Теперь это был не просто особняк на двадцать комнат – это был центр. Сердце. Зародыш поселения.

Магическая система уже не просто убирала и готовила пищу. Она ткала. Пела. Шептала с деревьями. В каждом коридоре мерцали потоки заклинаний, привязанных к реалу Ла Рисы, и к артефакту под водопадом, что теперь был обустроен в отдельном куполе – как святилище рода Вердант.

Юля, в лёгкой ткани с бирюзовым узором, сидела на веранде, держась за округлившийся живот. Её глаза сияли странной, почти небесной мудростью. Рядом с ней – крылатый муж с тёмной гривой, прижимал к щеке ладонь и что-то напевал, заставляя ребёнка в животе шевелиться в такт.

– Он поёт на языке Небесных Скифов, – шепнула Юля. – Говорит, так в их племенах воспитывали детей до рождения. Я же всё ещё в шоке, что я беременна…

– Добро пожаловать в клуб, – усмехнулась Ла Риса, входя с планшетом в руках. – Твоя броня скоро активируется окончательно, и, судя по энергетике, фамильяр готов появиться. Как там яйца?

– Одно из них дышит. Ткань капсулы начала вибрировать. Думаю, к ночи – вылупится.

Изнутри доносился возмущённый визг Барсика, который не мог разобраться, кто теперь главный среди фамильяров. Соревновался с яйцом. Кара, биоробот, ворчливо настраивала техномагический барьер по периметру новой стройки – посёлка.

– Мы начали закладывать коттеджи на дальнем юге. Я наняла три бригады через реал. Посмотри. – Ла Риса развернула магический проекционный куб. – Каждому дому по три комнаты минимум, общая кухня, техномагические ячейки. А тут будет модуль для беременных. Надо. Девочка из северной группы на втором месяце.

Юля усмехнулась:

– И кто ты теперь у нас?

– Матрона. Родовая. Мама. Женщина, которая не умеет останавливаться.

Она хотела добавить ещё, но тут сработал артефакт. Тёплая вибрация прошлась по коже, как шелк.

Послание.

Код: высший доступ. Прямой. Только для основательницы.

«На одной из закрытых планет зафиксировано подозрение на питомник. Мужские дети, рождённые от покупных рабов, продаются как животные. Воспитываются в магической изоляции. Планета засекречена. Доступ возможен только с разрешения Совета Родов или по Пророчеству.»

Ла Риса замерла.

– Юль… – её голос стал глухим. – Нам с тобой придётся совершить ещё одно путешествие.

– Опять? – Юля приподняла бровь, но без удивления. – Конечно. Ты же не можешь не спасать кого-нибудь. Это уже твоя магия. Родовая.

– Не только. Это моя совесть.

* * *

Вечером вылупилось яйцо.

Из тонкой скорлупы появилась серебристая ящерка с крылышками, глазами цвета звёздной пыли и крошечным язычком, который коснулся ладони Ла Рисы. Она заплакала.

– Я дам тебе имя… Зов.

Фамильяр заполз ей на плечо и свернулся кольцом, будто всегда был с ней.

И в этот момент она приняла решение.

Она оглянулась на водопад, где артефакт мерцал, живой и древний. Он уже знал.

Взрыв, что уничтожит планету, будет выполнен мягко. Без жертв. Только исчезновение. Чтобы никто больше не повторил того, что увидела Ла Риса.

А впереди… путь.

На другой конец галактики. Где мальчиков воспитывают как рабов.

И где, возможно, её судьба вновь столкнётся с неизведанным.

Глава 50

Они вылетели до рассвета.

Крейсер скользнул в гравитационный поток, как ящерица по лезвию света. Юля была завернута в шёлковую броню цвета спелой сливы – броня сливалась с кожей, активируясь при угрозе. Ла Риса – в накидке из светящейся ткани, пульсирующей магическими символами. Они обе были женщинами рода Вердант, а значит, к ним относились с уважением. И с опаской.

– Мы входим в сектор Таррин-Кса, – подала голос Кара с капитанского пульта. – Планета закрыта. Но твоё пророчество и доступ артефакта открыли коридор. Мы пройдём. Портал стабилен на семь часов.

– Этого должно хватить, – сказала Ла Риса. – Мы не заберём всех. Но мы покажем, что этот мир – не безответный.

Юля стояла у иллюминатора. Взгляд её был сосредоточенным.

– Знаешь, я подумала. Может, нам стоит основать не только род, но и… школу?

– Школу?

– Для мальчиков. Для фамильяров. Для тех, кого освободим. У нас же есть магия. Артефакт. Земля. И ты – женщина, которую слушают даже те, кто привык только командовать.

Ла Риса усмехнулась:

– Ты была учителем, Юль?

– Нет. Но у меня теперь двое мужей. И кот с интеллектом. Думаю, справлюсь.

* * *

Посадка прошла в зоне, замаскированной под старую космическую станцию. Планета, как и предупреждали, была странной. Слишком правильные деревья. Лунный свет не отражался в лужах. Все тени ложились в одну сторону, как будто боялись разойтись.

– Пахнет… формалином, – пробормотала Юля, натягивая капюшон. – И… магией. Сперва не поймешь, живая она или запретная.

Броня на плечах Ла Рисы дрогнула, реагируя на приближение волны. Кара мигом шагнула вперёд и развернула защитный купол. Из-за деревьев вышли женщины. В одинаковых платьях. С безликими лицами.

– Големы, – прошептала Кара. – Древняя магия. Вроде бы под контролем, но…

– Если контроль ослабнет – разорвут нас в клочья.

Ла Риса подняла браслет. Реал вспыхнул, искажая пространство. Портальный знак рода Вердант активировался, вспыхнул на её груди – и женские силуэты отступили. Магия узнала магию. Род узнал род.

– Нам дадут пройти, – сказала она. – Но не глубже, чем позволено.

* * *

Внутри здания было ужасающе тихо. Мужчины – подростки, дети, юноши – сидели в прозрачных ячейках. Не разговаривали. Некоторые даже не моргали.

– Бог ты мой, – прошептала Юля. – Они…

– Подчинены. Психомагически. Возможно, частично вырезаны эмоции. Или изменены.

– Это преступление.

– Нет, – тихо сказала Ла Риса. – Это бизнес.

Они подошли к ближайшей капсуле. Внутри мальчик лет шести. С ярко-зелёными глазами. Он не дышал, не двигался. Но как только Ла Риса прикоснулась к стеклу, его взгляд ожил. Он вздрогнул. И – впервые за всё время – пошевелился.

– Кара, пометь капсулу. Мы его забираем. И всех, кто отреагирует на меня.

– Это может быть сотни.

– Тогда мы возьмём столько, сколько поместится в крейсер. Остальных – через месяц. Снова. Я – не богиня. Я – мать. Мать своего рода. Я буду приходить.

* * *

Когда они возвращались на корабль, в сумке Ла Рисы лежал камень с выбитым символом – он пульсировал, как сердце.

Символ рода, когда-то истреблённого. Род, к которому принадлежал юноша с серебряными глазами и крыльями, которого они нашли связанным у входа в архивный зал.

– Он? – спросила Кара, затаив дыхание.

– Он. Я знаю. – Ла Риса сняла перчатку и коснулась его плеча. – Он теперь с нами.

И в этот момент Юля резко схватилась за живот. На лице – боль.

– Начинается… – прошептала она. – Ла Риса… я…

– Кара, экстренный портал! В родовой дом. Сейчас же!

* * *

Мальчика с крыльями несли в тени. Барсик уже мурлыкал, свернувшись на его груди, как будто признавая нового брата. В руках Ла Рисы сжималась капсула с символом рода. Позади – планета без души.

Впереди – новый рассвет.

И, возможно, новая судьба.

Глава 51

Роды Юли начались под утро.

Дом встретил её теплом и мерцающим светом – артефакт, встроенный в само сердце здания, отреагировал, активировав протокол помощи. Стены стали мягче, полы – теплее, воздух – прозрачнее. Комнаты наполнились приглушённым сиянием.

Юля кричала только один раз.

Затем – дыхание, сжатые пальцы Ла Рисы и горячие ладони брата, державшего её за плечи. Всё прошло, как будто само собой – в магическом коконе безопасности, заботы и нежности.

Ребёнок родился с белыми, как лунный свет, волосами и… крошечными прозрачными крылышками за спиной.

– Это… – прошептала Юля, прижимая мальчика к груди, – фамильяр? Или…

– Это наследник, – тихо сказала Ла Риса, улыбаясь.

Ребёнок глядел на мир широко раскрытыми, серебристыми глазами и молчал. Но Барсик, устроившись на спинке кресла, заурчал, как будто приветствуя нового члена стаи.

* * *

Спустя три дня, когда родильная комната снова стала библиотекой, Ла Риса стояла у водопада.

Перед ней лежали пять яиц. Они мерцали, как драгоценности – изнутри. Одно пульсировало в такт её сердцу. Другое – откликалось на голос. Артефакт шептал ей, что это фамильяры. Для тех, кто достоин. Для её рода.

Она должна была высиживать их.

– Конечно, – пробормотала она с усмешкой. – Почему бы и нет. Я теперь не только леди и мать, но и наседка.

Позади шуршали шаги. Юля подошла с чашкой настоя, уже в легком платье и с сияющими глазами. Она держалась уверенно, спина прямая, лицо спокойное.

– Мальчика зовут Лир, – сказала она. – Гриф настоял. Говорит, во сне ему явился кто-то из рода и произнёс имя.

– Оно ему идёт, – кивнула Ла Риса. – Сильное. Чистое.

Юля присела рядом.

– Мы вырастем здесь детей, Риса. Построим академию. Найдём фамильяров. Выкупим тех, кого сможем. Я никогда не думала, что могу вот так – жить. Жить по-настоящему.

– А ты – будешь частью новой истории.

* * *

На следующий день прибыли бригадиры.

Они прибыли порталом, в сверкающих мантиях с техномагическими вставками. У каждого – свои магические инструменты, артефакты, личные духи-хранители.

Ла Риса провела их к южной границе владений, где пустыня уже начинала расцветать, напитанная магией третьего мужа. Земля здесь дышала, трава пробивалась сквозь песок, и даже воздух стал мягче.

– Мы хотим построить посёлок, – сказала она. – Просторный, но простой. Дома – в два этажа. Пятьдесят штук. И центральный павильон – для занятий, собраний, ритуалов.

– Хотите назвать его? – спросил старший бригадир.

Она улыбнулась.

– Ларий, – сказала она. – От моего земного имени. И от слова «лаура» – венец. Пусть это будет место силы. Дом венценосных.

* * *

Вечером, когда стены домов начали расти из камня и света, когда фамильяры во сне шевелились в своих яйцах, когда Юля впервые уснула с ребёнком на груди, в окно постучали.

– Свекровь, – прошептала Кара, на всякий случай надев боевые браслеты.

Но Ла Риса уже узнавала этот холодный взгляд и тонкую насмешку в уголках губ. Визит был официальным, а значит – под охраной закона.

– Вы хорошо устроились, – заметила женщина, проходя внутрь. – Могло быть хуже. Могло быть скучнее.

– Я умею развлекаться, – ответила Ла Риса, скрестив руки. – Вперемешку со строительством, спасением детей и высиживанием фамильяров.

– Вам пора выйти из рода. Основать свой. – Тон был мягким, но холодным. – У вас уже земля, мужчины, потомство. У вас… имя.

– И как оно будет звучать?

– Вы должны выбрать.

Ла Риса подумала. Вспомнила всё – Землю, капсулу, браслет, детей в питомнике, водопад, яйцо в руках, имя, подаренное пророчеством.

– Я – Ла Риса Вердант. Род мой – Терра Лисса.

Свекровь приподняла бровь.

– Земная Лиса?

– А почему бы и нет?

И она улыбнулась.

* * *

Перед уходом свекровь оставила приглашение на закрытый аукцион артефактов. Мужья были в восторге.

– Там будут редчайшие вещи, – сказал один.

– Возможно, даже то, что оживит пустыню до края, – заметил второй.

– Или начнёт новую легенду, – добавил третий.

А Ла Риса в ту ночь не спала.

Она сидела у яиц. Барсик свернулся у её ног. Кара дремала в кресле. Артефакт пел тихую колыбельную.

Женщина, что когда-то вышла за хлеб, теперь высиживала будущее.

Глава 52

На рассвете небо вспыхнуло бирюзой. Портал над водопадом открылся беззвучно, будто лоскут неба сложился внутрь самого себя. Ла Риса стояла на ступенях своего дома, облачённая в ткань цвета лунного камня – воздушная, переливающаяся, вплетённая магическими узорами. На руках – тонкие перчатки, а поверх левого запястья поблёскивал браслет Реала, теперь уже почти живой, откликавшийся на эмоции хозяйки.

– Время, – сказала Кара, появляясь сзади в более строгом одеянии боевой служанки и в той же броне, что Ла Риса: текучей, живой, реагирующей на угрозу быстрее сердца.

Юля махала из окна – её беременность протекала волшебно, магия третьего мужа делала из неё сияющее создание. Гриф и брат Ла Рисы в это утро оставались дома – готовили охрану будущего посёлка на окраине пустыни. Фамильяры шевелились в яйцах у водопада, и Барсик дремал на подоконнике, свесив хвост, как королевскую мантию.

* * *

Аукционная планета Т’Шайр была женщиной, заключённой в мир. Вся – глянцевая, изогнутая, опасная. Здесь правили древние кланы – женщины всех рас: змееглазые и пепельнокожие, птичьи и пантерообразные, иные – сотканные из света и теней.

Ла Риса и Кара прошли сквозь портал с высоко поднятыми головами.

На таможне их встретила шестикрылая жрица-смотрительница, хищно красивая, с глазами без зрачков и голосом, будто шелест крыльев в пустоте:

– Род Терра Лисса, – склонила голову. – Приветствуем на рынке памяти и желания. Проходите. Платёж подтверждён. Приоритетный статус активирован.

Позади вспыхнул символ – серебряный лис на изумрудном круге, герб, который Ла Риса выбрала наспех, а теперь он оказался везде: на её карте, на браслете, в регистре.

* * *

Первые залы – рынок артефактов.

Витрины – плавающие стеклянные кубы, внутри которых – пульсирующие камни, реликвии, магические маски, ключи от древних врат, семена бессмертных растений, обрывки временных лент, зеркала памяти. Воздух напоён ароматами сандала, крови и ночных цветов.

Кара двигалась молча, всегда на шаг позади. За её спиной изнутри проявлялся щит – биомагическая структура реагировала на любую потенциальную угрозу.

– Это мне нужно, – прошептала Ла Риса, остановившись перед артефактом-тканью: полоска живого шелка, который соединялся с нервной системой носителя и мог служить и одеждой, и оружием.

Но её взгляд остановился… на яйце.

Оно пульсировало. Тёмно-зелёное, покрытое сетью серебристых прожилок. Рядом – табличка:

«Нераспознанная магическая сущность. Элемент природного сознания. Воспринимает только Избранных.»

– Возьму, – твёрдо сказала она.

Продавец, не мигая, кивнул.

– Оно давно ждёт кого-то вроде вас.

* * *

После артефактов – тайный сектор аукциона живого.

Переход охраняли стражи в белых масках. Только женщины. Только один голос – торговки-старейшины, похожей на сросшуюся со своим креслом гигантскую раковину.

– Только те, кто доказал род и магическую независимость. Вам доступно. Желаете войти?

– Да.

* * *

Зал рабов – как храм.

Мраморные дорожки. Колонны из поющих кристаллов. Воздух – густой, золотой. Здесь нет криков. Только оценивающие взгляды и безмолвные фигуры.

Мужчины – в магических ограничителях, в лёгких тканях, с маркировкой рас и способностей. Ла Риса шла мимо, сердце сжималось.

Но внезапно – резонанс. Такой, будто её коснулась молния.

Он стоял в углу. Высокий. Почти два метра. Кожа – серебристо-пепельная, крылья сложены за спиной, как у охотящегося грифона. Глаза – золотые, зрачков нет. Лицо – статуэтка древнего бога.

– Его раса? – спросила Ла Риса, не сводя глаз.

– Сильмри. Почти исчезнувшие. Полубоги воздуха. Этот – последний. Имя… не известно.

Он посмотрел на неё. Не поклонился. Не склонился. Просто… посмотрел. И она сняла перчатку.

Коснулась его плеча.

* * *

– Вы… уверены? – прошептала Кара.

– Он – часть рода. Я почувствовала это.

Позади эхом прокатилась реакция магического браслета: вспышка света, сигнальная волна в базу данных рода.

Новый муж. Новый кровный союз. Сильмри стал частью Терра Лисса.

– Добро пожаловать… домой, – прошептала она ему.

Он не ответил. Но взгляд был жарким. Губы тронула полуулыбка. А сердце её взвилось куда-то выше облаков, прямо к звёздам, где, казалось, и зародилась она заново.

Глава 53

Возвращение домой напоминало сон наяву.

Портал над водопадом раскрылся в тончайшие лепестки световой материи, и Ла Риса, окутанная тканью цвета алого пламени, шагнула в прохладу изумрудных теней. Её новая броня среагировала на перемену климата: тонкие живые волокна уплотнились, плотно обнимая плечи, будто оберегая от чужого воздуха. Кара вышла следом, молчаливая, сосредоточенная, с новыми артефактами, приобретёнными в аукционном квартале. А за ними – Он.

Последний из сильмри. Его шаги были бесшумны. Крылья скрыты под магическим плащом, а глаза, золотые и живые, будто знали уже каждый уголок этого мира, хотя он ступал по нему впервые.

Юля, стоявшая у порога дома, всплеснула руками.

– Ты это сделала⁈ – воскликнула она, указывая на сильмри. – Он… он красивее, чем в моих снах!

– В твоих снах⁈ – удивилась Ла Риса, поднимая бровь.

– Ага, – Юля уже сияла, беременность придавала ей почти сказочную красоту. – У меня после зачатия видения, как у местных жриц. Вот только ни одна из них не предсказывала такого красавца в доме.

Они засмеялись. Даже Кара позволила себе тонкую полуулыбку. А сильмри… он молча подошёл к Юле, поклонился с изящностью, которой не обучают, и приложил два пальца к её запястью.

– Твоя семья – моя семья, – тихо произнёс он, и от его голоса у всех по спине пробежал приятный холодок.

Барсик, лениво растянувшийся на веранде, вдруг поднял голову и… заговорил:

– Ну наконец-то ты кого-то привела с лицом, достойным моего присутствия. Я уж думал, опять будет какой-нибудь лысый гном.

Все замерли.

– Ты говоришь⁈ – выдохнула Ла Риса.

– А как ты думала, – надулся кот, почесав за ухом. – Я вообще-то фамильяр высшего порядка. Просто не счёл нужным раньше тратить слова. А теперь чувствую, пришло время.

Кара издала сдавленный звук – то ли хмыкнула, то ли подавила смех.

Ла Риса лишь махнула рукой.

– В этом доме уже ничего не удивляет.

* * *

Дом, тем временем, оживал. В глубине сада у водопада появилось гнездо: мягкое, переливающееся магической слизью, источающее лёгкое свечение. Первое яйцо уже покачивалось в ритме тихого дыхания. Два новых фамильяра – предположительно для Юли и её будущего ребёнка – были на подходе. Артефакт под водопадом пульсировал, излучая доброжелательное тепло, словно знал – семья растёт, и магия начинает течь по земле как живая кровь.

В стороне, у новой строительной зоны, трудились техномаги. Первый коттедж на границе пустыни был почти готов.

Голубая стена закатного неба отделяла россыпь рек от золотых песков. Здесь скоро будет посёлок. Здесь будут жить те, кого Ла Риса спасёт.

* * *

Вечером, когда звёзды ожили на небосводе, Ла Риса сидела на балконе. Сильмри – теперь её муж – стоял позади, молча расчесывая её волосы пальцами, острыми, но аккуратными.

– Твоё имя? – спросила она, глядя на Барсика, свернувшегося у огня.

– Я забыл его, – ответил сильмри. – Но ты можешь назвать меня как хочешь. Моя душа теперь с тобой.

– Тогда… пусть будет Крэн. Звучит, как ветер в крыльях, – прошептала она.

– Крэн, – повторил он. – Мне нравится.

* * *

Поздно ночью, когда все уже разошлись, и тишина легла по углам, Ла Риса вернулась в свою комнату.

На подушке лежало анонимное послание. Материал – ткань памяти. Разворачиваешь – и голос звучит прямо в сознании:

'Есть мир, закрытый для всех, кроме тех, кто заплатил за молчание. На этой планете существуют мужские питомники. Да, именно те, о которых шепчутся в кошмарах. Детей-мальчиков, рождённых от землян, продают, чтобы воспитать их в послушании и подчинении. Их потом передают в гаремы, ломают, переписывают память…

Тебе решать, Ла Риса, хочешь ли ты изменить судьбу тех, кто может стать твоим народом.'

Она сжала пальцы. Перчатка затрещала.

Барсик открыл один глаз и спокойно сказал:

– Думаю, пора снова лететь.

Ла Риса встала, взяла перо, чернила и написала одно слово:

«Да.»