Текст книги "Брошу жениха. Срочно! (СИ)"
Автор книги: Любовь Негодяева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 15 страниц)
Глава 5
На поиски озера, купание, переодевание и изучение багажа пришлось потратить несколько часов.
– Вы сильно изменились после покушения, госпожа Сильвия, – заметил кучер, безмерно удивляясь произошедшим метаморфозам (из-за пребывания в бессознательном состоянии он пропустил момент пробуждения моей внутренней сути).
С деланным безразличием пожала плечами, достала зеркало и принялась изучать собственное отражение.
Волосы оказались на редкость густыми, длинными и шелковистыми. После попытки сожжения начали завиваться и поменяли цвет с русого на яркий блонд с перламутровым отливом. Ожидала увидеть огненно-рыжий, но фейская сущность проявилась раньше и серьезно повлияла на внешность.
Появилось ощущение, что я вернулась в свое тело и помолодела лет на десять. В студенческие времена была именно такой – тонкой, звонкой, милой и нежной. Но даже тогда не казалась настолько эффектной.
До боли знакомые черты лица приобрели некую аристократическую утонченность. Привычные голубые глаза сменились на карие. Радужка окрасилась в цвет жженого сахара, который придал взгляду манящую томность и глубину. Дугообразные брови и пышные ресницы натурального темно-коричневого оттенка не нуждались в покраске. Четко очерченные коралловые губы стали полнее, нос чуточку острее, а шея длиннее и изящнее. Грудь… Тут меня постигло разочарование. Она оказалась маленькой, но зато высокой и упругой. В целом с длинными стройными ногами, узкими бедрами и тонюсенькой талией смотрелась вполне гармонично.
И крылья тоже…
После неимоверных усилий удалось-таки выпустить на свет куцее фейское безобразие. Почему так категорично? Потому что в длину и ширину они не превышали тридцати сантиметров. Симпатично, конечно, но пользы никакой.
Поторопилась моя предшественница. Ой, как поторопилась. Но теперь уже поздно жалеть. Хотя кое-что, конечно, смущало. Почему Милана кричала о красных и с перьями? Возможно ли, что из-за смены души на костре каким-то невероятным образом пробудилась третья ипостась?
Надо поискать толкового целителя и разобраться в данном вопросе.
Закончив осмотр, я собрала волосы в низкий хвост и глубоко вдохнула свежий воздух, напоенный ароматами луговых трав.
– Поехали, – скомандовала кучеру, подхватывая юбки и забираясь в карету.
К моему глубочайшему сожалению брюк в гардеробе предшественницы не оказалось. Милая барышня предпочитала носить длинные светлые платья с кучей бантиков и оборок. Безвкусица страшная, но выбирать не приходилось. Оставалось лишь уповать на скорое получение удобной кадетской формы.
Через два часа мы расстались на подъезде к большому оживленному городу. Работник свернул на объездную дорогу, а я подхватила коней под уздцы и побрела по главному тракту.
– Фу, как пыльно, – поморщилась недовольно и свернула на тропинку, бежавшую вдоль светлого лиственного леса.
Скакать верхом не хотела, да и не умела. Планировала пешком добраться до приличной гостиницы, а наутро посетить ярмарочную площадь.
Но планы пришлось пересмотреть. И поводом к тому послужили не собирающиеся на горизонте тучи, а вылетевшая наперерез повозка, управляемая злорадно хохочущей теткой. В ее громогласном смехе слышалось столько довольства и коварства, что в душу моментально закрались нехорошие подозрения.
Что богато одетая женщина могла делать в лесу? В одиночестве… Я не заметила ни вязанок с хворостом, ни корзин с грибами или ягодами. А от ее зловещей ухмылки до сих пор мороз по коже.
– Надо проверить, – потянула поводья, уводя лошадей за собой. – Не знаю, как объяснить, но у меня сердце не на месте.
С хмурым видом потопала по оставленным тяжелыми колесами следам, забираясь все дальше и дальше в чащу. Идти пришлось долго, но утешала мысль, что если повозка проехала, то я тем более пройду.
Голоса птиц постепенно смолкали, погружая окружающее пространство в оглушающую тишину. Небо заволокло тяжелыми свинцовыми тучами. Над головой полыхнула молния. Жеребцы заволновались и испуганно заржали.
В ответ послышался то ли тоненький вой, то ли плач. Он доносился из росших за оврагом колючих кустов.
– Понимаю, что веду себя как непроходимая дура, – успокаивающе погладила по лбу своих компаньонов. – Может, дамочка щенка выбросила, а я паникую и в спасительницу играю. Но… Вдруг там погибает несчастное беззащитное создание, которое нуждается в помощи. Я только одним глазком посмотрю и с чистой совестью двинусь в обратный путь.
Кони смерили непутевую хозяйку нечитаемыми взглядами, а я застыла от мысли, что и впрямь веду себя неадекватно. Не фейская ли сущность во всем виновата?
Прислушалась к внутренним ощущениям, однако нездоровой тяги к филантропии, захватывающим приключениям или рискованным поступкам не обнаружила. Поскольку историю предыдущей владелицы тела не успела узнать, списала огрехи в поведении на остаточные рефлексы.
Далекий раскат грома заставил отложить самоанализ до лучших времен и ускориться. Привязала лошадей к тонкому молодому дереву, задрала юбки и ринулась вниз, с невообразимой ловкостью перепрыгивая через поваленные бревна. Кажется, Сильвия при всей своей внешней хрупкости серьезно увлекалась спортом.
Пока скакала по оврагу, как бешеный тушканчик, не отводила взгляда от места, откуда слышала стоны, поэтому успела заметить, как черный окровавленный комочек прополз между корнями и кубарем покатился вниз. И все это в полнейшей тишине. Только тихое шуршание травы предупреждало о нависшей угрозе.
– Боже, – выдохнула испуганно и помчалась его ловить.
А когда подхватила, то… с ужасом уставилась на полуживую находку.
– Кто ты? – прошептала обескураженно.
Глава 6
В первые мгновения не могла осознать, что поймала не подстреленного дикого зверька, а смертельно раненого дракончика, из приоткрытой зубастой пасти которого вырывалось хриплое прерывистое дыхание.
Обезображенная глубокими рваными ранами грудь тяжело вздымалась. Залитые багровой кровью лапки конвульсивно подергивались. Маленькие глазки-бусинки, напоминающие по цвету темный янтарь, лихорадочно блестели.
Найденыш безвольной тряпочкой повис на моих руках, тоненько поскуливая. В жалобном голоске слышалась такая обреченность, что в возможное выздоровление совершенно не верилось.
– Боги, не дайте ему умереть, – всхлипнула с надрывом. Волна сострадания ударила наотмашь, и она же швырнула в пучину безудержного гнева, заставляя внутренне роптать и рычать от бессилия. От невозможности сию же секунду добраться до хладнокровной убийцы и уничтожить с беспощадной жестокостью.
Раскат грома сотряс воздух, вынуждая испуганно шарахнуться в сторону, обрести ясность мыслей и задуматься об оказании первой медицинской помощи.
– Ой! Он потерял сознание, – прошептала шокированно, подхватывая обмякшую тонкую шейку и возвращая на свое плечо. – Так… Спокойно… – выдохнула сквозь стиснутые зубы. – Главное не паниковать. Надо выпустить крылья и что-нибудь нафеячить.
Крепко прижала к груди драгоценную ношу и принялась карабкаться вверх, чтобы поскорее выбраться из оврага. По пути вспоминала новообретенные навыки и рассуждала вслух, перебирая варианты спасения.
– Опыт с Миланой показал, что я могу облагодетельствовать понравившегося ребенка, щедро осыпав пыльцой, – с теплом посмотрела на маленького пациента и выдавила дрожащую улыбку. – Благословляю тебя, детеныш! Расти здоровым, сильным, умным, непобедимым и проживи долгую, счастливую жизнь.
Окружающее пространство осветилось яркой вспышкой. То ли молния шарахнула, то ли магия сработала, не разобрать. Но такая слабость внезапно накатила, что колени подогнулись и дыхание сбилось. Пришлось ненадолго остановиться и переждать приступ головокружения.
– Точно! У меня же есть бонусная магия, – встрепенулась взбудоражено и с трудом создала крохотный темно-зеленый фаербол. – Эх, память моя дырявая. Только на флору могу благоприятно воздействовать или на фауну тоже? Что я там у птички попросила? Надо было записывать.
Пребывая в сомнениях приблизила энергетический сгусток к сиротливо свисающему хвостику, но в последний момент передумала и осторожно прижала к покрытому мягкими чешуйками животику. Шар мгновенно впитался. По темной шкурке пробежали огненные искры, зверь подернулся туманной дымкой и… исчез.
– Кошмар! – воскликнула шокированно. – Как такое может быть?
Вместо дракончика на моих руках оказался мальчик лет пяти – истощенный, избитый и безумно горячий.
– У него жар, – прикоснулась губами к раскаленному лбу и застыла, совершенно не понимая, что делать дальше. – А на теле живого места нет – сплошные синяки, порезы и гематомы.
Малыш тихонько захныкал и задрожал. Грязные лохмотья совершенно не грели, а усиливающийся ветер будто задался целью заморозить его окончательно.
– В багаже есть зачарованная накидка, – вспомнила содержимое притороченной к седлу сумки и покосилась на длинную юбку. – Нужно его закутать.
Мигом позабыла об усталости. Прикрыла ношу и с удвоенной скоростью помчалась наверх, шустро перебирая ногами.
– Мама… Нет… Не умирай! – заметался в бреду найденыш, размахивая тощими ручонками.
Он жалобно скулил и цеплялся за меня с такой отчаянной решимостью, словно готов был отдать все силы, лишь бы удержать самого дорогого человека. Единственного, кто заботился о нем и любил искренне, преданно, беззаветно.
Криво подстриженные ноготки царапали мою нежную кожу, оставляя глубокие алые следы. Бедный ребенок сейчас походил на тщедушного зашуганного котенка, изгнанного деспотичным хозяином из теплого дома и брошенного умирать в грязной подворотне.
Хотя…
Подворотни выглядят лучше того места, где мы оказались по прихоти мерзкой женщины.
На лоб упали первые капли дождя. Оглушающий удар грома сотряс окружающее пространство, заставляя сердце испуганно сжаться. Лошади громко заржали и забили копытами, едва не вырвав молодое дерево с корнем.
– Они сейчас опасны для седоков, – констатировала с горечью. – А пешком нам не добраться до города.
Тяжелые свинцовые тучи клубились над головой, нагоняя жути. Порывистый ветер беспощадно хлестал по бокам и трепал длинную юбку, норовя закинуть на плечи и бесстыдно оголить прикрытый атласными панталонами зад. Ветвистые молнии резкими росчерками расписывали небо. Казалось, что обезумевший художник творит неповторимый шедевр, изливая сияющие золотом краски на огромный антрацитовый холст.
Подняла вверх встревоженный взор и крикнула:
– Боги, если вы есть в этом мире, помогите!
– Мама Кьяра… Мамочка… – мальчик снова задергался, тычась лицом в грудь, словно слепой котенок. – Не оставляй меня... Тетя злая. Не верь…
– Если ты о той полоумной стерве, – пробурчала задыхаясь, – то полностью с тобой согласна.
С жалостью взглянула на израненного, заморенного голодом кроху.
– Как таких жестоких людей земля носит? – выдохнула сокрушенно.
– Отравила… – пропищал на грани слышимости и задергался в конвульсиях. – Я видел, – прошелестел из последних сил и обмяк.
– Эй, – прислонилась ухом к груди, пытаясь услышать сердцебиение. – Дыши! Лапуля, дыши… Пожалуйста… Только не умирай… ПО-МО-ГИ-ТЕ!
Глава 7
Ответом на отчаянную мольбу стал грохот разбушевавшейся стихии. Казалось, что весь мир погрузился в хаос. Однако на маленьком островке вокруг нас сохранялась иллюзия спокойствия. По неведомой причине разыгравшееся светопреставление почти не затрагивало пятачок рядом с обрывом.
От размышлений о странностях природных катаклизмов отвлекал глубинный страх, скручивающий заиндевевшие внутренности в тугой болезненный узел. Предстояло решиться на весьма экстремальный поступок: близкое общение с мечущимися в истерике животными. Для меня – типичного городского жителя – это сродни смертельному аттракциону.
– Тише… Тише, – мелкими шажочками приблизилась к нервно гарцующему черному жеребцу и опасливо протянула руку. – Позволь вытащить плащ, что лежит сверху.
Каким-то чудом выдернула зачарованную накидку из сумки и отскочила на безопасное расстояние.
Сгибаясь под порывами ветра, закуталась вместе с ребенком, затянула тесемки капюшона и застегнула скользкие мелкие пуговки. Однако на то чтобы согреться, потребуется время. Мы настолько промерзли, что у маленького пациента даже жар немного спал.
– Что же делать? – прошептала мрачно, пожевывая нижнюю губу.
Дождь усиливался. Крупные капли шлепали по плотным глянцевым листьям и со смачным чпоканьем разлетались в стороны, обдавая нас мелкими брызгами. Скоро хляби небесные разверзнутся, и вода хлынет на землю неудержимым потоком, заключая в ловушку, из которой не выбраться.
– Почему не попросила у благодетельницы портальную магию? – сокрушенно покачала головой, в очередной раз сетуя, какой ужасный промах совершила.
У телепортации слишком много изъянов. Начиная с того, что перенестись может только обладатель дара, и заканчивая тем, что точка выхода должна быть хорошо известна (или в нужном месте лежит напитанная моей энергией вещь).
Единственное жилье, которое довелось посетить – это дом деревенского старосты. Но туда я добровольно не вернусь. Если только в забитый соленьями и копченостями погреб. От воспоминаний о хранящихся там деликатесах в животе заурчало.
Краем глаза уловила какое-то движение и шокированно уставилась на призрачного посланника. Крохотная птичка, похожая на спасительницу из родного мира, но только белая и полупрозрачная, спорхнула с ветки и уселась на лошадиную голову.
Вороной удивленно всхрапнул и замер, а потом и вовсе опустился на землю, подчиняясь безмолвной команде. Не сразу поняла, что это своего рода приглашение, поэтому несколько секунд простояла с открытым ртом. Однако холодный порыв ветра прояснил сознание и придал ускорения.
С трудом отвязала поводья и забралась на коня. Чтобы не потерять второго (серого в яблоках красавца, навьюченного сумками с продовольствием), прикрепила уздечку к передней луке и с надеждой воззрилась на спасительницу.
– Я не умею ездить верхом, но должна как можно скорее попасть к целителю, – выдавила смущенно.
Птаха внимательно выслушала и величаво кивнула. Однако весь ее вид буквально вопил о том, что мне делают ВЕЛИКОЕ одолжение.
Виновато вздохнула, но взгляда не отвела. Сейчас главное – выбраться из переделки живыми.
Мы поскакали по лесу, подгоняемые разбушевавшейся стихией, которая практически не затрагивала маленький отряд. Пернатая наездница управляла скакунами, пребывающими под странным гипнотическим воздействием, а я прилагала немыслимые усилия, чтобы удержаться в седле и не растрясти задремавшего мальчика.
Чем дольше ехали, тем отчетливее понимала, что второй раз за сутки оказываюсь в шаге от смерти и получаю помощь от небесной посланницы. Или самой Богини… Что более вероятно.
А раз так, то дерзкая иномирянка для чего-то нужна. И вовсе не для того, чтобы бросить неугодного жениха. Моя бесславная гибель в лесу легко решила бы вопрос с разрывом помолвки.
Минут через сорок гроза резко прекратилась, и мы оказались перед высоким частоколом, на котором огромными белыми буквами люминесцирующей краской было выведено слово ОТШЕЛЬНИК.
– Кучеряво тут затворники живут, – присвистнула с завистью и принялась разглядывать роскошный особняк из зеленого камня, прекрасно гармонирующий с окружающей средой. Особенно впечатляли огромные арочные окна и опоясывающий верхний этаж широкий балкон. Там на кожаном диване сидел импозантный мужчина солидного возраста. Темные брюки, красная рубаха и кудрявые черные волосы до плеч, щедро присыпанные сединой, делали его похожим на… цыганского барона.
Пришедшее в голову сравнение вызвало мимолетную улыбку.
– Помогите, пожалуйста, – прокричала громко, не осознавая, что хозяин с такого ракурса видит лишь верхнюю часть туловища и не ведает о попавшем в беду ребенке.
– Нет, – отрезал безапелляционно.
Птица возмущенно щелкнула клювом, вспорхнула и отправилась кружить над домом, оставаясь при этом незамеченной. Незнакомец болезненно поморщился, отставил чашку и покинул насиженное местечко.
– Фух, сейчас спустится, – скинула капюшон, расстегнула пуговицы и распахнула плащ.
Птаха прыгнула на тяжело вздымающуюся грудь малыша, оттянула лапкой ворот рубашонки и вытащила длинный засаленный шнурок, на конце которого болтался изящный женский перстень с черным камнем в виде головы дракона.
– Дорогая вещица, – шепнула удивленно. – Советуешь спрятать?
Небесная посланница кивнула и заставила вороного опуститься на землю, после чего растворилась в воздухе.
Сняла с себя серебряный медальон, положила в него находку и надела мальчику на шею. Чтобы открыть подарок смог только владелец, произнесла ритуальную фразу о дарении.
– А ты не так прост, детеныш, – протянула задумчиво и с натужным кряхтением выбралась из седла.
Глава 8
– Никакого уважения к пожилому дракону, доживающему последние деньки в лесной глуши, – пробасили за высоким частоколом под возмущенный скрежет отпираемого замка.
Створка ворот с натужным скрипом приоткрылась.
– Помогите, пожалуйста, – протянула жалобно и откинула полы плаща, позволяя увидеть ношу, притулившуюся на моих руках. Из-за лихорадки грязная одежонка мальчика пропиталась потом. На белом как мел лице блестели бисеринки влаги, щеки ввалились, а губы приобрели синюшный оттенок. – Его долго морили голодом и жестоко избивали, а потом бросили умирать в овраге посреди чащи.
Сделала шаг вперед, но резко остановилась, заметив исказившую лицо незнакомца гримасу недовольства. Не могла понять, на кого он злится – на меня, жестокую опекуншу или ситуацию в целом.
– Здесь дом отшельника, а не приют для сирот, – рыкнул строго. – Нет ни кухарок, ни горничных, ни другого персонала.
Мрачный взгляд скользнул за спину и мигом переменился, остановившись на нервно перебирающих копытами скакунах.
– Подарю их, если вылечите ребенка, – выпалила поспешно и буквально впихнула хрупкую ношу в крепкие мозолистые руки. Хозяин даже пикнуть не успел. Просто обомлел и замер от неожиданности, а глазищи стали квадратными.
Да я такая!
Деловая и внезапная.
А что делать?
Драконовские времена требуют драконовских мер. На ложной скромности до лечебницы не доедешь.
Только кажется, я серьезно продешевила и должна хорошенько поторговаться.
Прикинув различные варианты, постаралась начать с главного, не забывая тщательно отслеживать эмоциональную реакцию.
– Позаботьтесь о нем в течение года, – выдавила с предельной осторожностью.
Физиономия дядьки стала более осмысленной, поэтому поспешила добавить.
– Обеспечьте кровом, едой и одеждой.
Ага. Вон и нездоровая бледность на морщинистых щеках пропала. Скулы порозовели.
– Наймите няню, – дала дельный совет и уточнила. – Добрую.
Темно-карие, почти черные цыганские глаза изумленно округлились. Вновь появилось ощущение, будто я что-то упускаю.
– А также учителя, – потерла переносицу и впервые задумалась о том, как мало знаю о детях и их нуждах.
Надеюсь, все самое важное перечислила и не сплоховала.
Хозяин обескураженно моргнул и шире распахнул ворота. Наверное, таким образом намекал, что цена его устроила.
Фух!
Я большая умница.
Или нет?..
– Гром, Призрак, отправляйтесь под навес, чуть позже вас расседлаю, – произнес с неожиданной теплотой в голосе, обращаясь к жеребцам. Те приветственно заржали и радостно погарцевали в указанном направлении.
– Вы их знаете? – удивленно вскинула брови, поражаясь примерному поведению двух строптивцев. – Отлично! Не придется долго привыкать к моему подарку.
– Потрясающая наглость! – умилился отшельник и принялся изучать меня с удвоенным интересом. – Не каждая сможет презентовать владельцу его же коней и при этом не постесняться выставить кучу невыполнимых условий. Мда… Давно меня так не впечатляли неслыханной дерзостью.
– Не-не, подождите, – залилась пунцовым румянцем. – Они мои. Могу предъявить документы, полученные от предыдущего хозяина.
– Пытаетесь уверить, что на законных основаниях приобрели краденых лошадей?
– Почему пытаюсь? Прямо об этом говорю, – гордо распрямила плечи и приняла вид оскорбленной невинности, чинно сложив ручки перед собой.
Чуйка подсказывала, что хорохориться не стоит. Надо вежливо и аргументированно отстаивать свои права и между делом давить на жалость, задерживая тоскливый взгляд на немощном пациенте.
– Проходите, – буркнул неохотно. – Обещанное за любимцев вознаграждение выплачу золотыми слитками.
– Ик, – споткнулась от неожиданности.
Не зря задавалась вопросом, откуда у старосты взялись породистые скакуны. Явно же не его уровень. Нужно натравить дракона. Пусть спустит пар и разберется с проходимцем. Устроит ему костер… Очищающий.
Жаждущая возмездия душонка зловеще захихикала и предвкушающе потерла ладошки. Будет знать, как порядочных путешественниц обвинять в колдовстве и казнить без суда и следствия.
А ведь мог избавиться от нас с кучером и присвоить карету с вещами, мелькнула крамольная мысль. В деревне лихое дело прямо-таки на поток поставлено.
– Поможете мальчику? – спросила шепотом, отвлекаясь от планов мести и с надеждой глядя на посмурневшего незнакомца.
– Нет, – отрезал жестко.
– Неужели не испытываете ни капли сострадания? – расстроенно шмыгнула носом.
– Целительская сила не принесет пользы, – прозвучал туманный ответ.
– Почему?
– Не догадываетесь? – поинтересовался с хитрым прищуром.
– Сейчас не лучшее время для шарад, – произнесла с укором и зябко поежилась. После грозы похолодало и остро чувствовалось приближение осени.
– Хмм… – вытянул вперед руки и вперился в ребенка пронзительным сканирующим взглядом. – Впервые вижу, чтобы обреченного спасали благословением. Ни в одном научном трактате не упоминалось, что феи умели пыльцой привязывать смертников к миру живых. Да еще так крепко, что у паренька нет ни единого шанса умереть в ближайшую тысячу лет.
– Ох, – выдохнула обескураженно, подивившись своим невероятным способностям. Я ничего особенного не заметила, а он сверкнул темными как ночь глазами и моментально все выяснил. – Меня беспокоит общее болезненное состояние. Какие у крохи шансы на выздоровление?
Мужчина прижал тощее тельце к груди и вынес вердикт:
– Стопроцентные.
С неожиданной для солидного возраста резвостью развернулся на пятках и поспешил к дому.
– Ну надо же, – пробубнил себе под нос. – Как интересно. Ааа… Апчхи!
– Будьте здоровы! – пожелала от чистого сердца, произнеся привычную для любого соотечественника фразу.
За спиной материализовались крылья. Над головой полыхнула яркая вспышка. Перед глазами замелькали черные круги, и я без сил рухнула на землю.
