Текст книги "Синто. В одну и ту же реку. Часть 4. Чужие звезды"

Автор книги: Любовь Пушкарева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Никакой реакции на мои слова, теперь уже я принялся сверлить его взглядом. Синоби что-то читал на своем планшете, ничего не замечая. Я мог либо повторять, обесценивая слова, либо уйти проиграв, я предпочел подождать второго раунда.

– Что ты расселся? Тебя уже ждут, – не подымая головы произнес он.

– Я сказал вам, что не хочу вживлять «яд».

– Я не глухой.

– Отмените ваше распоряжение докторам.

– С какой стати?

Кого-то менее уравновешенного подобные реплики давно бы довели до истерики. Буйной.

– Лорд Синоби, у вас нет права вживлять мне «яд» без моего согласия.

– Да, официально у меня такого права нет.

«Выпустят меня из поместья или нет? Если да, то проблема снята – поставлю защиту у посольских докторов и тихо смоюсь официальным рейсом…»

– Тебя ждут, – повторил он.

Тут до меня наконец-то дошло, я подошел к двери и открыл: трое старших воспитанников… готовы отконвоировать меня в больничный корпус.

Закрыл дверь, вернулся к Синоби.

– Вы ведь понимаете, что «яд» не нужен… Что это? Мелкая, подлая месть?

– Думай что хочешь, – опять уткнулся в планшет.

– Вам стоило бы выполнять взятые обязательства. Объясните консорту вашего некста свое решение, в рамках профобучения, так сказать.

Синоби на мгновенье задумался подняв взгляд от планшета.

– Уел, – проронил он, – Объясню. Это не только месть.

«Чтоб ты сдох. От коллапсной защиты. У меня на глазах» – от всего сердца пожелал я и вышел за дверь.

Тут же пришлось сбавить темп и не делать резких движений – детки рвались опробовать в реальности свои умения. Да, им опробовать, а мне в регенераторе потом валяться.

– Мы медленно и спокойно идем к докторам, – озвучил я.

– Так не интересно, – буркнула СиЛин, повисая на мне. Эта худая и высокая девчонка все время давала понять, что я ей нравлюсь, но… При виде ее я каждый раз вспоминал выражение, услышанное от Ронана «Обнять и плакать». Вот ведь странно, она очень хороший боец, но пластика и грация, которые при таких страшненьких физических данных могли бы ее выручить, отсутствовали напрочь.

К Синоби-Мануге мы ввалились в обнимку. Под его строгим взглядом СиЛин отцепилась от меня и отрапортовала

– Доставили.

СиМану оценивающе посмотрел на меня

– Глупостей делать не будете?

– Не буду, – грустно согласился я.

– Свободны.

Три разочарованных вздоха в ответ – развлечения «совсем не будет», а так хотелось «заломать» инструктора…

У докторов я провел почти двое суток и вышел в преотвратнейшем настроении – носить в себе своих убийц радости мало. Ничего, память у меня хорошая, рано или поздно лорд Синоби свое получит.

Перед отлетом встретиться с ним не получилось, пришлось ограничиться звонком на браслет.

– Надеюсь вы помните, к чему привела мелкая месть-развлечение леди Шур? – спросил я. Секундная пауза, видно воспоминал, о чем речь.

Ехидное хмыканье.

– Я просто поберег твои чувства, мальчик, впрочем, когда вернешься, я тебе все подробно объясню.

Тварь. Безопасник.

День, когда я его «обыграю» можно будет праздновать наравне с днем рождения. Станем ли мы с Арой-Лин когда-нибудь такими же как Шур и Синоби – всегда правы, всегда «сверху»? Иногда мне кажется, что нет, нам такое недоступно.

Перелет на Святорусскую прошел скучно, сначала мы держали курс на Переяславль, тихую, аграрно-курортную, я б сказал Эдемо-подобную планету, а от нее уже прямиком на столичную. Перелет занял шесть дней и трое «врат». Вспоминая наш первый прилет на Святорусскую – гонку по пустым секторам в объятьях Ары-Лин, я прикидывал, удастся ли мне ее увидеть хоть мельком, хоть издали, понять все ли с ней в порядке. Хотя, какой может быть «порядок» с регенерационным пластырем на все лицо…

Лорд Викен встретил меня в порту, он был в прекрасной физической форме и выглядел моложе своих лет.

– Верный признак безделья, – прокомментировал он, – могу тратить на себя до четырех часов в день. А вспомни Депру.

– Да… Там мы и высыпались далеко не всегда, и все время были в напряжении…

– А тут я, как каракал в поместье – владенья обошел, поел и спать.

Не ожидал, что эта фраза меня так заденет, я тут же вспомнил мою «умницу с кисточками и дуру ушастую в одной морде» Гифти и с удивлением понял, что скучаю по ней и Эзре, скучаю по дому. Загадочен человек, то приключений подавай и перемену мест, то тепло и уют родного дома.

Когда мы прилетели в посольство и прошли очистку, лорд-отец сбросил маску ленивого, довольного жизнью кота и, выражаясь иносказательно, выпустил когти.

– Ну, младший сын, объясни мне, почему лорд Синоби предлагал вместо тебя своих второранговых сыновей?

Делать нечего, рассказал почти все, не озвучив только само задание и результат его выполнения. Лорд Викен принялся давить, выведывая, что же нам доверили Шур и Синоби, я выкручивался, как мог, но…

– Даниэль, пойми, у Синоби сейчас нет некста, а положение теперешнего лорда всегда было шатким, он был компромиссом. Но нет ничего более постоянного, чем временное – уже скоро двадцать лет, как СиКх лорд Синоби.

СиКх… Аррен Синоби-Кхорн[6]6
  Кхорн – малочисленная семья, как и Чеширы увлекались направленной генетикой культивируя сочетание логики и звериного чутья-интуиции, однако если у Чеширов побочным эффектом стало физическое вырождение, то у Кхорнов – отклонения в психике. Как и Чеширов этой семьи больше нет. Только Аоки и Лига Генохранителей продолжают целенаправленный генетический отбор в своих семьях, тщательно следя за притоком новой крови.


[Закрыть]… Это многое объясняет.

– У Синоби нет нормального некста, они зарятся на Ару-Лин, ты понимаешь?

– Она отказалась менять семью, – нехотя признался я.

– Отлично! Ей это уже предлагали. Замечательно! А теперь пойми, что если ее или тебя повязали информацией, повязали какими-то семейными тайнами, то уже не имеет значения, хотите вы или не хотите менять фамилию. На Совете внесут ее кандидатуру, подтвердят квалификацию и все… Если я начну упорствовать не отпуская ее, смогут вывернуть так, что я ставлю собственное благо выше блага родины.

– Лорд-отец, я вас понимаю, но подумайте, ведь ею затыкают все дыры, она как экстерминатор на границе – покоя нет и не будет. Сейчас ее отдали этому русу, завтра пошлют к хинам или еще куда подальше. Это не жизнь для нее, это выживание. Она не авантюристка, ей не нужен этот постоянный адреналин.

– А ты думаешь, что быть ширмой для СиКха это лучшая доля? Быть его куклой… Лин-Ара ушла от него, почти перестала общаться, потому что ей надоели его постоянные манипуляции и то, что она не могла ему достойно противостоять. А Ара-Лин не ее мать, она мягче и слабее. СиКх ее подомнет под себя, а она это еще и поймет не сразу. Ведь простила его! ТАКОЕ простила.

Я не удержался и потер руками виски, голова шла кругом от его слов. Вроде бы все просто как дважды два, но ни Ара-Лин ни я в упор не видели эту ситуацию в таком свете.

– Вас повязали, – уточнил лорд-отец.

Я кивнул.

– И очень крепко.

– Рассказывай, Даниэль, рассказывай все. Ты умен и рассудителен для своих лет, но у тебя нет моего опыта.

Пришлось выложить всё до мельчайших подробностей, и проблему, с которой к нам обратились, и решение, и пересказать слово в слово разговоры с Шур и Синоби.

Лорд Викен долго сидел в задумчивости.

– Синоби балансировали на грани расформирования четверть века назад, – как бы разговаривая сам с собой, произнес он. – Проблема была та же: боевая практика возможных некстов, в результате которой семья или лишалась своих сыновей или кандидат отпадал… Тогдашний лорд Синоби был уже сильно в годах, если не сказать стар, но влияние имел… Помог Кристе стать некстом Шур и в благодарность та поддержала его, когда он назначил СиКха некстом.

– Но ведь нынешний лорд Синоби не так уж плох, если он двадцать лет руководит семьей… – осторожно сказал я и… понял, что не надо было этого делать.

Лорд-отец уставился на меня, сдерживая ярость, я с ужасом понимал, что впервые вижу его таким злым.

– Чуть больше десяти лет назад евсы летели нас бомбить, их остановили лишь чудо и смерть Лин-Ары! Буквально пару-тройку лет назад пираты взяли нас в блокаду, а затем русы выгребли нашими руками жар из огня и оставили обескровленных! И лишь потому что были сыты! Оставили, дав четко понять – если они захотят, то мы от них никуда не денемся. И это «не так уж плох»!? – лорд-отец встал и заходил по комнате, – Еще шестьдесят лет назад о нас просто не вспоминали – мы не давали вспоминать о себе, не давали воспринимать себя как жертву, как лакомый кусок! А что сейчас? Сидим и гадаем когда нас сожрут, кто это будет, и сдохнем ли мы сразу или выродимся постепенно?! Раньше Синоби и Шур справлялись – теперь нет. Возможно, надо расширить семьи, возможно, пересмотреть подготовку и принципы работы. Но нужно что-то менять! Мир изменился и этим семьям придется поменяться или они утащат за собой всех нас. Охраннички Судьбы… – с горьким сарказмом проронил он.

– Но если сейчас придать гласности то, что я вам рассказал, мы потеряем всё. Какие Синоби ни есть, но их вечные оппоненты – Соболев и Осе – и близко не потянут эту работу. Сейчас никто их не заменит.

– Ни сейчас, ни ближайшие четверть века, – успокаиваясь, ответил лорд-отец, – Я же не сказал расформировать, я сказал изменить. Не переживай, ни с кем делиться тем, что ты рассказал, я не намерен. Мы ведь синто, а значит общее благо важнее личного, и хоть мне очень хочется, чтобы СиКх ответил за все свои ошибки, но… заменить его пока действительно некем. Старый Синоби цепляется за жизнь, ведь страшно умирать, зная, что не передал дела, зная, что поломал Судьбу. Ведь это он не дал отказаться от тактики проверки кандидатов реальными заданиями.

– Но…

– Какие «но», Даниэль? Задание заданию рознь, они теряли отличных аналитиков, глубоко чувствующих ситуацию в орбисе,[7]7
  Орбис(лингва) – взято из латыни «мир». Имеется в виду вся обжитая вселенная, все населенные планеты.


[Закрыть] одного за другим. Ты же понимаешь, что быть удачливым оперативником и главой такой семьи разные вещи. Сам старик ухитрялся в свое время и операции, вошедшие в легенды, лично осуществлять и семьей руководить так, что Синто спало спокойно – в одном прокололся, да так, что перечеркнул всё. Некста себе хотел такого же, как он сам – идеального – а не родятся такие каждые двадцать лет. Если Судьба и Предки помогут – то в лучшем случае раз в полсотню, а то и в столетие. И главная ошибка – он упорствует даже сейчас! Как ни крути, а СиКх не может не считаться с его мнением – хоть и лорд уже двадцать лет, а к старику за советом ходит. И не он один…

Я выкинул последний козырь.

– Но ведь предатель был кандидатом, если бы его не послали на задание…

– Не разочаровывай меня.

Слова застряли в глотке, я покраснел от стыда, но понять в чем ошибка не мог. Лорд Викен сжалился и разжевал.

– Первое – недоработка воспитателей и психологов. Второе – сломать можно любого. Это аксиома. Просто некоторые успевают умереть, пока их ломают, а некоторых ломают непрофессионалы. Третье – тот, кто понимает, что уместнее в данной ситуации: заряд в лоб, отрава в пищу или транс-счет на анонима,[8]8
  Транс-счет на анонима – аналог чемодана с деньгами.


[Закрыть] на месте некста предпочтительнее того, кто может пристрелить, отравить или завербовать. Это разные уровни: и мышления и подготовки. Да, в старом Синоби они пересеклись, но это исключение. То, что обнаруженный предатель был кандидатом в нексты, говорит лишь о том, что Синоби взяли в семью плохого Хитроу или Трейси.[9]9
  Хитроу и Трейси семьи психологов, готовящие их для семей безопасников (внешних и внутренних).


[Закрыть]

Я кивнул, дескать, понял и со всем согласен.

– Так вот, возвращаясь к теме нашего разговора, старый Синоби, когда ему перевалило за девяносто, а некста как не было так и нет – заметался. И пошел на сделку с Кхорнами, как я думаю, незаконную на тот момент. Выяснилось, что за три месяца до запрета на распространение генматериала, семья Синоби выкупила восемь комплектов. В результате мы имеем нынешнего лорда и отголоски крови Кхорнов во второранговых Шурах и Синоби.[10]10
  Речь о Дедушке Синоби – которому на данный момент под сто пятьдесят лет.


[Закрыть]

– А чем жили Кхорны?

– А тем и жили – поставляли в другие семьи рисковых парней. Агенты для Шур, Синоби и Соболевых, испытатели для Бялок, работа по контракту с учеными в диких землях, да мало ли где нужны люди, готовые рисковать собой и делать это с умом, а не на кураже. Но заигрались. Они могли транслировать эмоции, запугивать и подавлять одним своим присутствием.

Я не сдержал улыбки – Аррен Синоби именно запугивал и подавлял одним своим присутствием, и только постоянное общение с ним смазывало этот эффект. Викен просчитал ход моих мыслей.

– Да, среди безопасников многие могут проделывать подобные фокусы, но не выпячивают это, не практикуют постоянно.

– И вы в том числе, – обронил я.

Лорд-отец согласно кивнул.

– Послов, особенно перворанговых, многому обучают, – так же между делом ответил он и вернулся к прерванной теме. – За Кхорнами закрепилась слава нега-селектидов,[11]11
  Селектид – человек с врожденными отклонениями от нормы, которые усилены при воспитании и обучении. Само по себе слово нейтрально, часто используется с приставками пози-селектид (отклонения однозначно положительные) и нега-селектид (отклонения не однозначны).


[Закрыть] а потом к этой славе добавился ряд случаев серьезных психопатологий, а одного «особо больного» не смогли диагностировать сразу и он успел много чего натворить. После этого ввели полный запрет на распространение их крови и уничтожили все ветки ген-материала психопатов.

Лорд Викен встал и залил воду в чайник.

– К слову сказать, генохранители тоже нега-селектиды, только негативный эффект мешает жить лишь им самим, – подвел он итог нашей беседе.

Я задумался, необычный и странный разговор у нас вышел. Раньше мы общались только с позиции руководитель и подчиненный, я доказывал, что достоин его доверия, достоин быть младшим сыном, а лорд-отец никогда не демонстрировал мне сильные эмоции, да я их, наверное, и не вызывал. Сегодня же и я раскрылся, и он – это был разговор отца с сыном.

– Чего ты скис? – поинтересовался он.

Я пожал плечами.

– Ну… неприятно осознавать, что не знаешь и не понимаешь в общем-то простые вещи.

– Все кажется простым, когда знаешь. Тебе надо бороться с этой твоей чертой и отслеживать ее проявления.

Я удивленно уставился на него.

– Когда ты сталкиваешься с кем-то, превосходящим тебя, то реагируешь негативно, и не на него, а на себя. Ты говоришь «Вот, он лучше, значит я плохой». Теряешь уверенность в себе.

Да, об этой проблеме я знал и работал над ней, наверное, не так усердно, как следовало бы. Тем не менее, я попробовал защититься.

– Это кратковременная реакция.

– А ее вообще не должно быть. Ты не должен терять времени и силы на самобичевание, а потом на восстановление собственного «я» в своих же глазах. Однажды это может тебе дорого стоить. Так что избавляйся от этой дурной привычки совсем, а не урезай ее. Психологи ведь подсказывали тебе как именно?

Я согласно кивнул.

– Я понял. Я займусь этим.

Лорд заварил настой трав и оставил настаиваться.

– Ты догадался, что мне от тебя нужно? – без предупреждений перешел он к цели моего приезда.

– Абель?

– Правильно, – с улыбкой кивнул он и продолжил:

– Абель под чужим именем вернулся в ЕвС, в качестве «подъемных» он получил от меня не только деньги, но и контакты. «Теневые». Ему хватило ума и удачливости закрепиться и «подняться» за эти три года.

– Наркотики?

– Да. Ты помнишь, как Абель ко мне относился, что у него все время было на уме. И выемка имплантатов ничего не изменила. Он связался со мной и требует встречи, а покинуть Святорусскую я сейчас не могу. Может быть, в лучшем случае, через полгода, а скорее всего через год. Но… Абель не хочет больше ждать и не верит в серьезность причин отказа от встречи.

Викен покрутил в руках пустую чашку.

– А разозлить его окончательно, значит обрести врага. Умного психопата, разбирающегося в психологии синто, да и вообще, очень много знающего.

– Я понимаю. Лорд-отец, я все помню и все понимаю. Какова задача?

– Задача минимум – объяснить ему ситуацию, чтобы он согласился подождать еще год, когда меня выпустят из РФ. Крайний случай, если уж он совсем упрется – встреча здесь, на Святорусской, но сам понимаешь, как здесь работает СБ и скольких жуков мы сожгли на входе. Абель после приезда сюда будет бесполезен и даже несколько… неудобен, если его вычислят как нарко-набоба и свяжут со мной. Но такой вариант развития событий все же предпочтительней, чем его озлобление и попытки мести.

– Задача минимум – успокоить, – резюмировал я.

– Да. А максимум…Привязать его к нам: к нашей семье и Синто в целом, заручиться его поддержкой и готовностью к сотрудничеству. Но я не ставлю эти задачи перед тобой, Даниэль. Перед тобой задача минимум – но ее выполнение любой ценой. Надеюсь, она будет невысока, и ваше общение ограничится только разговором.

Я кивнул, давая понять, что вопросов не имею, и лорд отец разлил по чашкам ароматный отвар.

– Но ведь я не могу вот так сразу, развернуться и улететь на третьесортную евсовскую планету – это будет несколько подозрительно, – начал я, как мне казалось, издалека.

Лорд Викен лукаво улыбнулся.

– Давай, дерзай. Только если встретишься с Представителем, то язык держи за зубами.

Я на мгновение задумался, осмысливая сочетание намека и приказа. Не говорить лишнего, но…можно выразить что я думаю об этом Представителе и без слов. Мгновенный обмен взглядами, подтверждение понимания.

Отлично. Шикарный подарок. Надеюсь, этот урод мне попадется.

Утром следующего дня я уже нарезал круги у ограды Столичной резиденции Представителя? 5. «Торговал лицом» – очень удачная поговорка, я красовался перед камерами, давая себя рассмотреть и опознать. Ара-Лин заключив сан-контракт сменила гражданство и официально попросить о встрече я не мог – с какой стати иностранцу видеться с дочерью Представителя? Казуистика. Я был готов к тому, что сегодня у меня ничего не выйдет, но вечером за ограду сел флаер… и мое сердце чуть не выпрыгнуло из груди, когда я увидел ее. Одетая по местной моде, в коротких шортах и мешковатом свитерке, она спрыгнула со стороны пилота, и что-то задорно и ехидно крикнув пассажиру, побежала к дому, не оглянувшись на ограду, не заметив меня. Растрепанная длинная коса билась о спину так же задорно и весело, как и ее голос в моей голове – ни капельки не несчастный. Почему же я не рад?

А вот пассажир, Представитель, заметил меня и тоже пошел к дому. Сейчас охрана ему все доложит. Что же будет дальше?

Четверть часа я ждал, успокаивая сердце, норовящее выпрыгнуть из груди, наконец, охранник в штатском вышел за ограду и подошел ко мне.

– Викен-Ташин? Следуйте за мной.

Я молча подчинился. На входе в поместье пришлось пройти через два сканера, но я был чист за исключением одного жука, похоже, их подсаживают прямо на выходе из посольства. Затем все тот же молчаливый охранник повел меня к дальнему строению, кажется оранжерее.

К кому ведут: к ней или к нему?

Зайдя в оранжерею, я не сразу увидел ее, моя половинка спряталась за каким-то разлапистым растением и выглядывала как перепуганная кошка.

Не помню, как мы оказались вместе… Я обнял ее, прижал к себе, стараясь слиться воедино и… время перестало существовать, лишь один на двоих пульс, лишь синхронные удары сердца.

Как я мог жить без нее все эти месяцы? Как я смогу прожить оставшиеся?

Она мягко отстранилась, как бы закрываясь, а я почувствовал, что из целого опять становлюсь половиной. Это было горько. Непрошенные слезы заволокли глаза.

– Только не плачь, Даниэль, – прошептала она голосом, полным слез, – не плачь, иначе я утоплю всех в своих слезах, – попыталась пошутить она.

Я проморгался, как бы заталкивая слезы обратно, и поцеловал ее в висок.

– Как там дома? – еле слышно спросила она.

– Эзра, хвала Судьбе не меняется, – я был рад говорить о чем-то отвлеченном и успокаивающем, – Гифти, дура ушастая, все так же ежедневно обходит дом и поместье, у Ронана все тихо, у отца тоже.

– А ты?

– А я жду… и готовлюсь, – добавил я еле слышно. Я поднял ее личико с дорожками слез, глядя в глаза

– Мы все ждем, – произнес я с нажимом, давая понять, что все планы относительно нее и меня остаются в силе.

Она все поняла и улыбнулась одними глазами. Пластырь – подвижная маска телесного цвета закрывал почти все лицо, скрадывая мимику.

– А ты? – задал я самый важный для себя вопрос.

Она посмотрела мне в глаза

– Нормально.

Я опять ее обнял и прижал к себе. Нормально, ну и хорошо что «нормально», даже отлично. Мой свет, моя жизнь…

– Наверное, тебе пора…

– Угу… – я не представлял, как выпущу ее из объятий.

– Время быстро пробежит… – обронила она.

– Угу…

– Не кисни, – и она ласково погладила меня по щеке.

– Угу… Не кисну, – я наконец взял себя в руки и нашел силы чтоб отстраниться от нее и улыбнуться.

– Время быстро пробежит, – вновь повторила она.

Я молча кивнул.

– Возвращайся, – и я, развернувшись, ринулся прочь из оранжереи.

Уйти, уйти поскорее, чтоб расстояние разделило нас. Чтобы лопнули проткнувшие сердце струны, выдергивающие из него куски с каждым шагом отдалявшим меня от нее. Уйти, чтобы ждать и дождаться.

На моем пути возник невозмутимый охранник, я приостановился и…

– Здравствуйте, Викен-Ташин.

Развернувшись на ненавистный голос, я черной волной выплеснул ненависть и ярость, краем глаза отмечая, что охранник выхватил оружие и наставил его на меня. Я застыл, истекая ненавистью и презрением.

– Спокойно, – гаркнул Представитель на охранника, тот опустил оружие, но не спрятал.

Представитель приблизился, глядя мне в глаза, у нас вышла спонтанная дуэль взглядов: мои ненависть и презрение против его властности и насмешки.

– Все синто так владеют пси-ударами или только те, кого выпускают за пределы родины? – насмешливо спросил он сам себя. – Я хотел вам сказать, Викен-Ташин, что отпущу Викен, если она захочет вернуться. Но я так же сделаю все, слышите, все, чтобы ей не захотелось возвращаться… К вам! Всем! У меня еще есть время показать ей другую жизнь – жизнь счастливой и любимой женщины, а не вечного солдата при исполнении, ответственного за всё и всех!

Я вдруг абсолютно успокоился.

Да он просто ревнует. Естественно, наблюдал за нами и теперь его рвет на части, ведь Ара-Лин не пускает его в сердце. И он это чуял, а теперь и воочию убедился.

– Угу… Бог в помощь, – без эмоций обронил я, – только больше не подсовывайте ее под пытки вместо себя.

Его лицо еле заметно дрогнуло болью, а властность и насмешка сменились бессильной яростью.

Я его таки достал. Посчитав разговор оконченным, я медленно пошел навстречу охраннику и тот, повинуясь жесту за моей спиной, в последний момент уступил дорогу.

Выйдя за ворота поместья, я неспешно отправился к остановке общественных флаеров.

Когда я пересказал все события того вечера лорду-отцу, он удивил меня вопросом:

– Думаешь, русу не удастся соблазнить ее тихой, беспечной жизнью рядом с сильным мужчиной?

Придя в себя от такого вопроса-обвинения и поборов первую волну возмущения, я ответил максимально взвешено:

– Если бы он мог предложить ей равный брак, возможно, такая опасность и возникла бы. И то, я бы поставил четыре против одного, что Ара-Лин не отказалась бы от семьи и родины ради мужчины и беспечной жизни. А в сложившейся ситуации, когда единственная возможная роль – это роль любовницы-содержанки, которую прячут ото всех и не показывают… Ваша дочь может с таким мириться лишь по жесткой необходимости, и личные качества содержателя и его чувства к ней особой роли не играют.

Лорд-отец выслушал и кивнул каким-то своим невеселым мыслям.