Текст книги "Падающая звезда 2 (СИ)"
Автор книги: Любовь Блонд
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 27 страниц)
– Какая же ты настырная! Говорю же, это не наших рук дело. Да и о каком слайге речь? Ты понимаешь, что ваш челнок разорвало бы на миллиарды кусочков, если бы вы в него попали? Нет, землянка, тут постарался кто-то посерьезнее. У кого были возможности использовать очень дорогие технологии.
– А Вилата за что убили? Могли бы обменять его на что-то, что вам нужно. Могли бы диктовать свои условия.
– Традиция. – Ма-Сои пожал плечами. – У каждого народа свои традиции. По правилам Альянса, мы имеем на них полное право, как и глисадинцы, как и земляне, как и все прочие. Что тебя смущает? Файхонцы, например, всегда убивают правителей. Это их незыблемое правило ведения войны. Когда на Эрлине начались волнения и пришлось вмешаться Альянсу, они отправили на планету файхонцев и те охотились в первую очередь на таких как я. Альянс ни слова им не сказал. Мы убили санорца, потому что он правитель и он наш враг.
– А меня вы убьете за то, что помогала врагу?
Ма-Сои чуть качнул головой:
– Нет, ты мне пока нужна. Не могу раскрыть всех подробностей, но верю, что Туол будет благодарен. Если, конечно, ты сама не спешишь отдать свою жизнь отцу.
– Тебе опять переодеваться придется? – усмехнулась Алина, хотя нутро напряглось от страха.
– В каком смысле?
– Ну, в свое платье, чтобы больше походить на девушку. А то папа еще ругаться станет. Так что, пожалуй, сэкономлю тебе время, отведешь к отцу в другой раз.
– Тебе нравится надо мной издеваться, да? – Ма-Сои развалился на кровати, облокотившись на локти, словно демонстрируя, что у него нет женских грудей, но есть широкие плечи и бицепсы, а на животе вполне можно разглядеть зачатки кубиков, ну или какой-то туолский вид опухоли. – Вы, земляне, почему-то любите всех сравнивать с собой. Но это совершенно глупо. Мы же все разные. Может я для тебя и кажусь не слишком мужественным, но и земные мужчины не вызовут ни капли интереса у наших женщин. Поверь, ваши мужчины куда страшнее. Ну а женщины? – Он небрежно махнул в сторону Алины. – Посмотри на себя: тощая, словно никогда не кормили, ноги вот-вот сломаются. Тебя же даже схватить не за что. Должно быть служанки намучились, пока кольцо на ногу одевали.
– Тебе тоже, похоже, нравится надо мной издеваться.
– Похоже на то. И что, так и будем побольнее друг друга задевать или попробуем наладить общение? Я перед сном люблю слушать истории, а ты мне как раз обещала. Так что я слушаю, землянка.
– Не сегодня. Я тоже устала и хочу спать.
– Ну так ложись.
– Что, на пол?
– Могу предложить подушку.
– Моя цепь достаточно длинная, чтобы просто уйти. Спокойной ночи, принцесса.
Алина демонстративно развернулась и, позвякивая цепочкой, покнула спальню удивленного принца.
– Я не отпускал! – крикнул он вслед.
– А я и не спрашивала.
Похоже, землянка смогла вызвать у мужчины приступ гнева, потому что он мгновенно нахмурил аккуратные брови, вскочил с кровати и преградил путь девушке, широко расставив руки.
– Да отстань ты уже!
Алина попыталась его обойти, но Ма-Сои не собирался отступать. Раз не удалось поймать юркую землянку руками, то он, ни секунды не раздумывая, схватился за цепь и потянул на себя. Нога девушки резко дернулась в сторону и она, громко вскрикнув, упала на пол, едва не разбив нос.
– Ты что творишь! – кричала она так громко, что звонкое эхо въедалось в уши. – Ты совсем больной? Немедленно отпусти!
Но Ма-Сои даже не думал ее слушать. Натянув цепь, он медленно придвигал к себе тело девушки, которая так и не смогла встать с пола. Она кричала, извивалась, но в щупленьком принце оказалось достаточно сил, чтобы дотащить ее обратно к кровати, за шкирку поднять на ноги и поставить перед собой.
Вот только зря он надеялся, что землянка так просто сдастся. Не успел принц с ухмылкой посмотреть на разъяренную девушку, как тут же получил звонкую пощечину. И уже сам было занес руку для ответного удара, но в спальню вбежало двое стражников. Такие же субтильные и лощеные, как и их принц.
– Господин? – один из них вопросительно посмотрел на принца, ожидая приказа.
– Все в порядке, – ехидно улыбнулся Ма-Сои, поправляя взъерошенные волосы. – Всего лишь любовные игры.
– Нам нужно доложить владыке?
– Нет, нет, это лишнее. Я сам разберусь. Давно у меня не было такой упрямой девки.
– Еще раз назовешь меня девкой – глаза выцарапаю! – прошипела Алина, пытаясь оттолкнуть от себя недомужчину.
Охранники едва заметно улыбнулись и поспешили покинуть покои принца. Зачем мешать такой горячей встрече? Вдруг принц отцу нажалуется, слухи пойдут, что охрана лезет не в свое дело. А слухи в маленьком государстве расползаются почти моментально. Можно и головы лишиться, если владыка будет в плохом расположении духа.
Уличив момент, когда Алина отвлеклась на охранников, Ма-Сои ловко вывернул руки землянки и прижал к себе спиной, чтобы точно не вырвалась. Чуть коснувшись покрасневшего уха, он сначала шумно усмехнулся, а потом тихо прошептал:
– Ну и чего ты хотела добиться? Так спешишь расстаться с жизнью?
– Это ты с жизнью попрощаешься, когда Альянс все узнает!
– Пойми простую истину, землянка: у твоего лиинца нет миллиона глаз, чтобы следить за всеми. – голос Ма-Сои стал совсем тихим, словно его кто-то мог подслушивать, а горячее дыхание так бесстыдно обдавало щеку, что на лице невольно появился румянец. – Как бы ты не была ему важна, как бы он тебя не искал, нет никаких гарантий, что найдет. Или найдет, но уже не очень живую. Вы, земляне, окрылены новыми возможностями Альянса и думаете, что теперь-то все секреты разгаданы, все границы открыты. Но правда куда печальнее: чем шире границы и сложнее технологии, тем проще сгинуть в бескрайней пучине космоса. Корабли сбиваются с курса и теряются, челноки разбиваются из-за глупых ошибок пилотов, планеты погибают, погребая на своей поверхности целые цивилизации. Ради одной жизни Альянс не поднимет по тревоге весь файхонский флот. И самое главное, землянка: прямо сейчас, единственное существо, способное помочь – столь ненавистный тебе сын владыки. Отец может забыть о приказе уже завтра, переключиться на другие дела и ты должна валяться в моих ногах, моля о том, чтобы я тебя не отдал ему.
– А, так ты меня спасти пытаешься? – прошептала в ответ Алина. – Сначала язык отрезать, пугать казнью, а потом прикинутся дурачком и вещать про спасение? Как же мне повезло со спасителем!
– Когда ты так говоришь, желание помогать резко пропадает. Я лишь прошу сидеть тихо и делать точно так, как я прошу.
– Знаешь что, принцесса? Не нужна мне твоя помощь. Я знаю законы Альянса и как Представитель планеты имею иммунитет. Если я и нарушила какой-то закон, то пусть меня судит Альянс.
– Ну иди, расскажи моему отцу. Он тебя, конечно же, послушает и сразу отпустит.
– Тогда ты отпусти. Проведи на корабль и отправь на Землю или Лиин.
– Ты знаешь, что это невозможно. А вот если Альянс наведается в гости, а ты к тому времени будешь жива, то отец, возможно, осознает свои ошибки и мою мудрость.
– Хреновая у тебя мудрость, эрлинец. Если Альянс найдет меня живой на вашей станции, то вопросов будет еще больше. Знаешь, как говорили на Земле? Нет тела – нет дела. Живой я не нужна ни тебе, ни отцу. Так что выкладывай, что задумал или я опять начну орать.
– Тебе этого знать пока не надо.
– Значит начинаю орать?
– Знаешь, какое наказание было в свое время популярно на Эрлине?
– Не знаю и не хочу знать.
– За сплетни удаляли голосовые связки и до конца жизни бедолага не мог произнести ни слова. Минутная операция и ты ни кричать, ни говорить не сможешь. И уже не расскажешь свои истории. Так что, землянка, я тебя отпускаю, ты садишься рядом с кроватью и рассказываешь о своей планете пока я не усну.
Ма-Сои медленно отпустил затекшие руки девушки и, как ни в чем не бывало, вернулся на кровать. Приняв удобную позу, он внимательно наблюдал, как поникшая Алина, опустив плечи и боясь поднять глаза, садится рядом на холодный пол.
– Ненавижу Эрлин и все, что с ним связано, – бормотала она под нос. – И тебя, принцесса, ненавижу.
– Я не слышу тебя.
Единственная землянка, которой позволили жить на Лиине, покорно сидела возле кровати принца погибшего государства и пыталась вспомнить хоть какие-нибудь интересные истории из своей жизни. Она – такая важная в своих мыслях – превратилась в шута, ублажающего идиотские желания ничтожного туола. Инг будет в бешенстве. Он совершенно точно ищет ее и беспокоится. А когда найдет, то опять посмотрит почти черными глазами и будет изо всех сил сдерживать гнев.
Лиинцы не из тех, кто показывает свои эмоции, ибо за очень долгую жизнь их чувства сгладились, как острый камень, омываемый водой, который в конце-концов превращается в гальку. Ведь ничего нового не происходит, все беды и радости пролетают мимо них стократно и ничто уже не может разозлить или обрадовать слишком сильно. Разве что Инг стал секретным исключением. Алина смогла подарить ему всю гамму человеческих эмоций, так что сдержанный лиинец потерял голову от землянки и сам, что само по себе почти невозможно, тянулся к ней, желал и хотел вечно видеть рядом с собой.
И снова потерял.
Он, должно быть, прямо сейчас занимается своими обычными делами, руководит Альянсом, собирает Высший Совет и внимательно изучает бесконечные доклады. А внутри него все горит. Лишь оставшись в покоях наедине с собой, он ходит кругами, не может уснуть до глубокой ночи, снова и снова проверяет данные поисковых маяков. Где маленький челнок видели в последний раз, куда он мог исчезнуть и, самое главное, кто мог все это устроить? Туолы, которые не желали переговоров? Или сами санорцы, чтобы отвлечь внимание от бесконечных стычек с соседями?
А может и вовсе несчастных случай? Слишком близко санорская станция расположилась к слайгу, маленький челнок немного сбился с курса, потерял управление или случилось еще что-то непредвиденное. Его засосало в слайг и… и просто разорвало на части, потому что челноки не предназначены для таких полетов. Обломки могло выкинуть куда угодно и можно потратить целую вечность на поиски. Шанс найти потерянный корабль на орбите огромного пульсара в тысячи раз выше, чем обломки ничтожно маленького челнока.
И как ни старался Инг ускорить поиски, выделить все свободные маяки и корабли, Высший Совет из достопочтенных лиинцев прямо намекнул, что их не меньше главы заботит и печалит очередное исчезновение землянки, но в огромном Альянсе и без нее много вопросов, ждущих решения.
И неведомо было Ингу, что его землянка прямо сейчас жива и здорова, но стала пленницей чудаковатого принца и теперь сидит подле его кровати и рассказывает истории из жизни своей планеты.
6
Высокая и статная Ниу медленно вошла в зал, оглядывая покои главы Альянса холодным взглядом. Она была классическим молодым представителем Лиина – чуть надменна, горда и совершенно лишена каких-либо эмоций. Странное поветрие последних нескольких сотен лет. Раньше лиинцы стремились быть ближе к другим расам, много путешествовали и общались с быстроживущими народами. Считалось нормальным знать кем управляешь.
Молодежь же имела противоположное мнение. Они не испытывали к жителям Альянса ни любви, ни ненависти, ни дружбы. Считали, что быть нейтральными самое правильное поведение. Забота Лиина сделать Альянс процветающим и для этого совсем необязательно водить дружбу со всеми. Особенно с теми, кто живет так мало, что не успеет за свою жизнь сделать ничего особо ценного.
Инг встретил молодую гостью как и подобает главе – не произнося ни слова жестом пригласил сесть за большой стол. Начать говорить должен тот, кого пригласили.
Внешне было незаметно волнение главы, хотя встреча с потенциальной невестой в его планы не входила. Но мудрый Хуо был прав от самого начала и до последнего слова – у Алины было слишком много прав. Народы Альянса может и воспринимали ее пребывание на Лиине, как блажь главы, но все равно косо поглядывали на землян.
Инг не обращал внимания на слухи, которые изредка до него доходили. Мало ли сплетен крутится вокруг главы Альянса? Но слова Хуо словно сорвали завесу с глаз. Глава Альянса должен следовать своим традициям и принципам. Землянке место на Земле, а рядом с ним должна быть женщина под стать ему.
– Благодарю за приглашение, уважаемый глава. – холодно произнесла Ниу, садясь ровно напротив Инга. – Визит к вам немного удивил.
– И я благодарен, что вы нашли время. Чем же я смог вас удивить?
– В свободное время вы либо один, либо с землянкой. К такому раскладу мы начали привыкать.
– Привычка довольно обманчивая вещь. Как и взгляд со стороны.
– Тогда могу ли я узнать причину вашего приглашения?
– Кроме нас в этом помещении никого нет, лукавить не имеет смысла.
Ниу внимательным взглядом смотрела на главу и ни одно его слово не могло вызвать на лице красавицы хоть какое-то изменение.
– Вы правы, я знаю причину. И отвечу вам так: я сделаю все, что от меня требуется для стабильности Альянса и мира в его границах.
– Даже встать рядом со мной? «Чудаковатый глава Альянса, привязанный к землянам», – кажется такие слухи гуляют по Лиину?
– Я не обращаю внимания на слухи. И знаю причину вашей привязанности.
Инг чуть вздернул брови, не сводя взгляда с невозмутимого лица собеседницы.
– Я была на корабле, когда землянка впервые появилась, – продолжила Ниу. – Вы тогда провели довольно много времени с ней. А вот со мной практически не пересекались. Моя задача была выявить и устранить аномалии человеческой расы. С чем мы с успехом справились.
– Так вы знаете… Что ж…
– Да, я отлично знаю причину вашей привязанности. Она подарила нам чувства, о которых лиинцы со временем забывают. Признаюсь, это был интересный опыт.
– Под вашим руководством земляне потеряли возможность делиться своими эмоциями.
– Верно. Голос вселенной теперь молчит. Оно и к лучшему. Лиинцы должны слушать только себя и свой опыт. Земляне все же довольно примитивная раса, чтобы к ним прислушиваться.
Инг хотел было поспорить с гостьей, ибо считал совсем иначе. Земляне могли бы подарить задеревеневшим со временем существам новые эмоции и чувства, но Ниу придерживалась иного мнения. Пусть будет так, перечить друг другу при первом знакомстве совсем не хотелось.
– Возможно вы правы. И все же, уважаемая Ниу, вы принимаете мое предложение или вам нужно время на размышления?
***
Алина так и уснула у кровати Ма-Сои на голом полу, закончив очередной рассказ фразой «и жили они долго счастливо, пока не померли». Хозяин к тому времени сладко посапывал на мягких подушках и видел в ярких снах прекрасную планету с бескрайними океанами, высокими горами и зелеными долинами, среди которых сильные мужчины сражались между собой за сердца прекрасных дам. Вот только в качестве дам Ма-Сои почему-то видел себя, что его невероятно раздражало даже во сне.
С раннего утра, когда на станции включили дневное освещение и маленькое государство сонно встречало новый день, Ма-Сои уже бродил среди свисающих с потолка разноцветных тряпок в глубокой задумчивости. Землянка раздражала и, в то же время, ее компания была забавной. Но зачем она все время называет его принцессой? Он мужчина, как и прочие туолы. Она сама, на минуточку, далека от идеала женщины, а еще других судит. Интересно, долговязые лиинцы тоже выслушивают от нее оскорбления? И что, их все устраивает? А уродливые кэнсийцы с зеленой кожей? А коротышки с Мэризы? По ее мнению любой не землянин уродец или только Ма-Сои заслужил персональные издевки?
Он заметил бредущую Алину в самый разгар бушующей в душе бури негодования. Позвякивая цепью на ноге, она прошла из спальни в комнату приема пищи и плюхнулась за стол, закрыв лицо руками. Маленькими, тощими ручками, с тоненькими, словно у ребенка, пальцами. Куда ей до туолских женщин! Настоящие воительницы и охотники, надежное плечо для воинов мужчин и верные подруги, не знающие страха. Во всяком случае, сотни лет назад во времена процветающего Эрлина именно так все и было.
Эрлинки и сегодня славятся силой и выносливостью, работают наравне с мужчинами в самых сложных условиях и никогда не жалуются, не показывают слабость. А что землянка? Поставь ее к обслуживанию кораблей, там она и сдохнет в первый же день.
Словно в подтверждение его слов, Алина положила голову на стол и растянула руки перед собой, едва касаясь тарелок и стаканов. За разноцветными полотнами она видела темный силуэт, неподвижно стоящий и наблюдающий за ней. Если не охранник, значит сам Ма-Сои спрятался и подглядывает. Один лишь вопрос – на фига ему это надо?
– Я вижу, что ты стоишь за своими дурацкими тряпками, – достаточно громко произнесла Алина, не поднимая головы, – можешь выйти.
– Мне не нужно твое разрешение, – послышался знакомый сдавленный голос обидевшегося принца. – Хочу наблюдать за тобой со стороны. Вдруг увижу хоть какой-нибудь проблеск туолской женственности.
– И зачем он тебе?
– В противном случае придется отказаться от твоих рассказов и привести в кровать другую женщину.
– И тебе доброе утро.
– Расскажешь, почему грустишь?
Алина усмехнулась, от чего на поверхности стола появился маленький след горячего дыхания:
– Ты либо очень глупый, либо невероятно наивный, эрлинец.
– Господин Ма-Сои. – поправил мужчина.
– Господин Ма-Сои, – повторила Алина. – Пусть так.
– И не называй меня более принцессой. Если хочешь указать мой статус, то я принц, мужчина, что бы тебе не казалось.
– Ладно, принц-мужчина, будь по-твоему, больше не назову тебя женщиной. Хотя и не планировала больше, если честно. Но раз ты так настаиваешь…
Ма-Сои резко отодвинул ткань и направился к столу. Он словно шел среди разноцветного тумана и чем ближе подходил, тем меньше ткани было между ними и тем четче можно было разглядеть девушку за столом. Все такая же страшненькая и худенькая, но огонек строптивости в глазах пропал и на мгновение показалось, что в них поселилась покорность. А такая черта характера ему очень даже нравилась.
Он сел напротив, разглядывая лохматую макушку Алины и терпеливо ждал, когда она поднимет голову, чтобы опять увидеть безропотный взгляд.
– Тебя что-то беспокоит?
– Например то, что я пленница на вашей станции. – Алина не шелохнулась, все так же глядя куда-то вдаль перед собой.
– Но живая пленница.
– Инг будет в бешенстве.
– Никогда не видел злых лиинцев.
– И не советую.
– Ты же видела лиинок, когда жила на их планете? Расскажи, как они?
– Тебе зачем?
– У меня были все женщины Альянса, кроме них. У них… там, все так же, как и у остальных женщин?
– Тебя это серьезно так сильно волнует?
– Да. И когда стану владыкой у меня будет лиинка.
– Размечтался! Будь ты хоть королем целой планеты, ни одна лиинка не посмотрит на тебя. Они живут в своем мире и терпеть не могут таких, как мы.
– Тебя-то терпели.
– Потому что не перечили Ингу.
– Сегодня расскажешь историю про вас? – принц ловко перевел тему.
– А у меня есть выбор?
Ма-Сои отрицательно покачал головой и ничего не ответил. Они бы так и сидели в полном молчании, тихонько вздыхая и думая каждый о своем, если бы не противный писк из кабинета принца. И означал он только одно – отец вызывает к себе.
Мужчина молча встал с места и вновь растворился за прозрачными стенами. Отец не любит ждать. Если вызывает, то будь ты хоть при смерти, надо к нему незамедлительно явиться. Хорошо, что половина наследника была ближе всего к большому залу, из которого отец редко выходил. Прием пищи, слуги – все в большом зале. Личные покои – за тяжелой дверью, которая когда-то служила переборкой между отсеками. В закрытое помещением могли пройти только несколько избранных слуг и любовницы. Их было уже не так много, как раньше, все же отец уже не молод.
Очень не молод и засиделся на своем месте, по мнению наследника.
Владыка Ийу-Ма восседал на своем пока еще законном месте, возвышаясь над всеми присутствующими – советниками, министрами и преданными слугами. Любимой сестрицы на своем месте не было. Либо отец ее не позвал, либо, как всегда опаздывает.
– Землянка еще жива? – голос Ийу-Ма был суров и скрипуч, а при виде сына лицо посерело.
– Да, владыка, еще жива. – покорно ответил принц и понял, что прямо сейчас находится на месте землянки – ведет себя кротко и безропотно, лишь бы не разозлить отца еще сильнее.
– Избавься от нее как можно скорее. И от всех следов ее пребывания.
– Могу узнать, в чем причина такой спешки?
Владыка заерзал в кресле, недовольно оглядывая собравшихся. Убедившись, что лишних ушей нет, он раздраженно продолжил:
– Альянс через чур рьяно интересуется этими двумя.
– Какое им до нас дело? – Ма-Сои устремил негодующий взгляд на отца. – Как только у нас возникают проблемы с Санором, Альянс не при чем, разбирайтесь сами. А из-за какой-то землянки подняли на уши все планеты.
– Не все планеты, глупец, а только нас и Санор. Сюда летит представитель с отрядом файхонцев и мне проблемы не нужны. Избавься от девки немедленно и забудь о ее существовании.
Ма-Сои небрежно поклонился отцу, хотя, как наследник и не обязан. Уже уходя, владыка крикнул в спину сына:
– Назад пока не возвращайся, пережди пару дней где-нибудь. Файхонцы чуют, когда их пытаются обмануть.
«Убить землянку, убить землянку» – вертелось в голове у Ма-Сои, затмевая все прочие мыли. Как странно, длинный коридор от отца до дверей покоев стал ничтожно мал. Совершенно нет времени подумать и принять верное решение. Как убить, кто может быть свидетелем и куда вывезти тело, чтобы не нашли никаких следов ее пребывания на станции? Чертов отец все сделал не так, как надо. Из-за его глупых решений Туол окончательно испортит отношения с Альянсом, лишится заказов и сгинет в истории, как бесславное государство, виноватое в уничтожении планеты. Вину проще всего возложить на слабых, а Туол сейчас слаб как никогда. Уже не просто стоит над бездонной пропастью, а одной ногой в ней.
Ма-Сои остановился возле своих дверей, которые круглосуточно находились под надзором двух стражников. Принц отлично знал, что почти каждый его шаг эти двое отслеживают и докладывают отцу. Что ж, пора и им поработать на благо будущего владыки.
– Дай свой нож. – приказал Ма-Сои одному из стражников и протянул твердую руку.
Тот вначале замешкался, не сразу осознав требование, но руки уже тянулись к поясу, являя свету длинный нож с зеленой рукоятью – неотъемлемый атрибут древних охотников и современных защитников. Ножами редко пользовались по прямому назначению, но иметь его должен был каждый мужчина, ну или женщина, если пожелает.
Ма-Сои не долго пришлось искать землянку в покоях. Цепь вела через коридоры прямиком к обеденной комнате, где Алина так и сидела за столом, вертя в руках заморский фрукт размером с дикое яблоко. Совершенно безвкусное и ватное, но красивого рубинового цвета. Чем же этот фрукт так приглянулся туолам? И на вкус никакой, и пресный сок растекается по рукам, пачкая одежду и все вокруг.
– Пока не ешь, скоро принесут свежее. – Ма-Сои сел напротив девушки, положив нож на край стола.
Алина пожала плечами и отложила странный фрукт. Ну не есть, так не есть, все равно фигня. Вот бы курочки сейчас жаренной или шашлычка. Интересно, на Земле еще делают шашлык на весенние праздники? Сами праздники-то есть? Столько новой информации за последний год утрамбовалось в голове, а про такие мелочи прочитать забыла. А ведь когда-то майские праздники ждали с нетерпением, готовились к поездкам на дачу, закупали тонны шашлыка и пива.
На Лиине нет ни шашлыка, ни пива, ни мангалов. Только фрукты, салаты, водоросли и что-то похожее на пироги. Надо же, она забыла название, хотя даже рецепт смотрела.
– Как бы ты хотела, чтобы тебя запомнили, землянка? – неожиданно спросил Ма-Сои, вырвав девушку из воспоминаний.
– Не думаю, что тебе интересно.
– И все же?
– Наверно, чтобы меня запомнили, как хорошего человека. – меланхолично ответила Алина. – Не великого или изменившего историю целой планеты, а просто хорошего.
Ма-Сои пододвинулся к девушке неприлично близко, почти в плотную и чуть нагнулся, чтобы закрыть ее от невидимых наблюдателей. При этом длинный нож не прятал, а наоборот взял со стола и крепко держал в руках, почти касаясь острием одежды девушки.
– Ты, блин, серьезно?
Алина в ужасе попыталась отскочить от свихнувшегося полумужика, но он ловко схватил ее за плечи и усадил обратно на стул.
– Ты об этом пожалеешь, эрлинец. Альянс узнает и найдет тебя.
– Наверняка найдет. – согласился Ма-Сои и свободной рукой взял Алину за шею, придвигая все ближе к себе.
Он выглядел настолько хладнокровно и уверенно, что девушка оцепенела, не в силах ни сопротивляться, ни кричать. Даже голова перестала работать, ибо все происходящее никак не укладывалось. Как вообще простая поездка смогла превратиться в ЭТО? Да даже недолгая жизнь на безлюдной планете не наводила столько ужаса, как острие ножа возле тела.
Ма-Сои наклонился так близко, что горячими губами коснулся уха девушки, от чего та вздрогнула и попыталась отстраниться, но крепкая рука мертвой хваткой прижимала все ближе.
– Делай как я скажу. – прошептал эрлинец. – С этого мгновения не сопротивляйся, не кричи, не произноси ни звука.
Алина очень хотела жить. Так хотела, что была готова на все. Все ее сознание зацепилось за слова «делай, как скажу» и если надо молчать до конца жизни – она готова, словно фраза была обещанием спасения. Лишь бы эрлинец не обманул. Лишь бы опять не выкинул какой-нибудь фокус.
Зачем ему нож, если не хочет убивать?
Ма-Сои нежно коснулся губами щеки девушки и медленно опустился от уха до дрожащий губ. Прерывистое дыхание сменилось мертвой тишиной, потому что ощутив горячее дыхание убийцы на своих губах, Алина застыла, позабыв как дышать. Эрлинец же не останавливался, все сильнее прижимал лицо девушке к себе и в какой-то момент проник языком в рот Алины, не позволяя сомкнуть губы. Следом за его языком в рот попал небольшой предмет, похожий на круглую таблетку. Как только Ма-Сои убедился, что послание доставлено, тут же оторвался от побледневшей девушки и едва слышно произнес «раскуси».
Она даже представить себе не могла, что за таблетку ей сунул сумасшедший эрлинец. Наверняка отраву, а нож так, для отвлечения внимания. Потому что у него нет причин оставлять ее в живых. Она никому не нужна. Всего лишь песчинка в бескрайнем космосе, настолько неважная, что и смертельной таблетки для нее много. Просто бы выкинули со станции, да и забыли бы навеки. Никто не вспомнит об Алине, ни как о хорошем человеке, ни как о великом. Время все сотрет, даже лиинскую память.
– Раскуси, – чуть громче и настойчивее произнес Ма-Сои.
Алина, безропотно повинуясь приказу убийцы, раскусила круглую таблетку и по языку разлилась чуть сладковатая, тягучая жидкость, обволакивая рот, словно густой кисель. Надо же, такая маленькая таблетка и так много жидкости в ней. Запросто можно захлебнуться.
Как в бескрайнем, волнующемся океане.
И на горизонте уже приближается черная туча, прям как та, что была на безымянной планете. Океан почернел, в ожидании бури, волны становились все выше и выше, пока не поглотили Алину в пучину, утягивая на самое дно.
В черной воде все перемешалось – миллиарды пузырьков, кружась в зловещем танце, превращались в разноцветные планеты, то разрастаясь до размера волны, то лопаясь, будто взрывались, и выбрасывая в воду миллионы новых пузырьков. Другие пузырьки кружились вокруг Алины и она отчетливо слышала писклявый смех бесконечного множества голосов. Зачем они смеются над ней? Что вообще смешного может быть в бушующем океане? Что, радуются, что смогли утащить на дно очередную жертву?
Чем глубже падала Алина, тем чернее становилась вода. Пузырьки почти исчезли, их смех остался где-то вдалеке, как и буря на поверхности, а ему на смену пришла звенящая тишина. Такая, что закладывало уши.
Девушке казалось, что она снова на родной планете, сейчас морозная зима и она спит на даче, укрываясь теплым одеялом. Крупные снежинки падают за окном, приглушая все звуки. А вокруг, на много километров, ни единой живой души, даже ветер не решается нарушить ее сон. Даже собаки, чей лай обычно доносился из соседнего поселка, боялись открыть пасть. Все замерло в морозном мире до весны и только сладкий сон землянки продолжал жить, подчиняясь неведомым законам.
В этом сне ее целиком поглощали яркие летние краски, заставляя искренне смеяться и радоваться солнцу. Она кружилась в танце с безликим мужчиной, собирала полевые цветы, отгоняя любопытных пчел и подставляла лицо горячим лучам, наслаждаясь каждым мгновением.
Откуда-то из другого мира до нее доносились обрывки фраз, смех других людей и всеобъемлющая любовь, исходящая от каждого звука, движения или предмета. Эта любовь накрывала с головой, заставляла сердце выпрыгивать из груди и взлетать к небесам, где ее обнимали мягкие облака.
***
– Ну наконец-то! Думал, уже не проснешься.
Ма-Сои с ухмылкой смотрел на удивленную землянку, которая никак не могла сообразить, где находится. Вроде только что были зеленые поля и мягкие облака, а тут опять рожа эрлинца, да еще и какая-то через чур довольная.
– Что происходит? – хрип вырвался из пересохшего горла.
Ма-Сои сдвинул брови, изображая обиженное лицо и наигранно произнес:
– Как что? Ты совсем ничего не помнишь, землянка? Я же тебе доказывал, что являюсь самым настоящим мужчиной, а не женщиной, о чем ты вопила на весь Туол!
– Ты о чем? Какой мужчина?
– Самый обыкновенный. И не говори, что тебе не понравилось. Ты так громко стонала, что на Лиине было слышно.
В полном смятении Алина подскочила на жестком медицинском столе и испуганно осмотрелась по сторонам. Маленький медицинский отсек с молчаливым роботом в углу. Привычные серые стены, приборчики разных форм и размеров. Сколько раз она уже видела подобную картину после пробуждения? Должно быть, никто из Альянса не посещал медицинские учреждения так часто, как это делала Алина.
– Я не помню, чтобы стонала. – в оправдание ответила девушка. – Мне снился какой-то бесконечный сон про океан и мою планету.
– Не сон, а галлюцинации. Ты уж прости, землянка, но это был единственный способ заставить тебя умереть.
– Зачем мне умирать? – ошарашено спросила Алина. – Ты что, убил меня?
Ма-Сои разочарованно вздохнул:
– Земляне и правда очень глупые. Нет, конечно! Если бы убил, то сейчас не разговаривал с тобой.
– Ничего не понимаю. А при чем тут какие-то доказательства мужественности?
Эрлинец усмехнулся и направился к выходу. Разговаривать с землянином после порции отменных галлюцинаций, а уж тем более пытаться что-то объяснить, совершенно бесполезная затея.
– Приходи в себя, я буду в атоке.
