Текст книги "Мой некромант – идиот (СИ)"
Автор книги: Любовь Алисова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 9 страниц)
Глава 14
Самая запрещенная книга в Академии
– Нет, – отрезал профессор.
Эдрик озадаченно моргнул:
– Что – нет?
Вайс с абсолютно невозмутимым видом повторил:
– Категорическое нет, Морвейн.
– Но вы же даже не дослушали наш план до конца!
– И не собираюсь, поверите ли.
Каэль скрестил руки на груди и завис напротив историка:
– Это ещё почему, позвольте узнать?
– Да потому, генерал, что последние пять минут вы с энтузиазмом пытались убедить меня, будто наглая кража собственного заблокированного воспоминания – это «технически вовсе не кража».
– Так оно и есть на самом деле!
– Нет.
– Почему это⁈
– Потому что прямо сейчас данное воспоминание всё ещё кому-то официально принадлежит.
Каэль на секунду призадумался, перерабатывая информацию:
– Хм… А ведь это весьма весомый юридический аргумент. – Он развернулся к студенту: – Запиши, Морвейн.
– Я ничего не записываю, – вздохнул парень.
– Ужасно жаль. Чрезвычайно глубокая была мысль.
Лира устало потерла переносицу, прерывая их перепалку:
– Господа, может быть, мы всё-таки прекратим бессмысленные споры?
Профессор Вайс понимающе кивнул инквизитору:
– Есть способ значительно безопаснее.
Все одновременно уставились на него:
– Правда?
– Вполне возможно.
– Знаете, вот это ваше «возможно» уже звучит гораздо хуже, – пробормотал Эдрик.
Вайс подошёл к забитому шкафу и на этот раз достал совсем небольшую, потемневшую от времени книжицу. Точнее… то, что когда-то очень давно было полноценной книгой: её кожаная обложка глубоко потрескалась от сырости, а вытесненные золотые буквы почти полностью стёрлись.
– Это специальный каталог, – пояснил профессор, аккуратно сдувая пыль с корешка.
– Каталог чего?
– Абсолютно всех магических фолиантов и рукописей Академии.
Эдрик искренне не понял:
– А разве нельзя было просто пойти и спросить у библиотекаря?
Вайс посмотреть на парня с таким безграничным сочувствием, словно тот только что на полном серьёзе признался, будто никогда в жизни не видел солнечного света:
– Наивный вы молодой человек…
– Что опять не так?
– Ни один нормальный библиотекарь в здравом уме никогда не покажет вам действительно опасные, закрытые книги.
– Это ещё почему⁈
– Да потому, Морвейн, что опытные библиотекари в этой Академии куда как страшнее любых строгих инквизиторов.
Лира неожиданно и сдержанно кивнула, подтверждая его слова:
– С этим фактом, увы, спорить действительно бессмысленно.
Профессор аккуратно перелистнул несколько пожелтевших, хрупких страниц и наконец остановился:
– Вот, взгляните.
Он развернул фолиант к гостям. В самом центре страницы каллиграфическим, узорчатым почерком было выведено интригующее название:«О природе и структуре запечатанных воспоминаний».
Эдрик мгновенно повеселел и просиял:
– Так вот же она, нужная книга!
Вайс медленно и сокрушенно покачал головой:
– Всё было бы слишком просто, господин Морвейн.
Он постучал сухим пальцем по строчке чуть ниже названия. Там значилась короткая и отнюдь не радужная запись:«Местонахождение: Закрытое хранилище».
Эдрик обречённо и мученически простонал:
– Ну конечно же… Кто бы сомневался.
– Разумеется, – охотно согласился Каэль. – Было бы странно, лежи она на открытой полке у входа.
– А обычных, легкодоступных книг у вас в Академии вообще не бывает⁈
– Отчего же, бывают.
– И где они?
– Они нам с вами прямо сейчас абсолютно бесполезны.
– А что из себя представляет это закрытое хранилище? – деловито уточнила Лира.
– Самая древняя и защищённая часть подземелий под нашей библиотекой.
Эдрик медленно поднял от потолка обречённый взгляд:
– Почему у вас в этой Академии абсолютно всё секретное находится под чем-нибудь?
Каэль весело пожал полупрозрачными плечами:
– Так же намного интереснее, мальчик!
– Это ни разу не исчерпывающий ответ.
– Зато предельно правдивый.
Профессор Вайс продолжить пояснения:
– Сразу после окончания войны туда в спешном порядке перенесли все труды, которые Совет счёл чересчур опасными для неокрепших умов.
– Запретные боевые заклинания?
– Не только.
– А что ещё?
– Личные дневники исследователей, утерянные хроники, ритуальные фолианты… И книги, которые сами способны выбирать, кому именно они готовы открыться.
Эдрик несколько секунд ошеломлённо молчал, а затем медленно повернулся к генералу:
– Ты ведь прямо сейчас скажешь, что нам жизненно необходимо туда отправиться?
– Ну разумеется, Морвейн!
– Знаешь, я уже начинаю напуганно угадывать твои мысли.
– Я искренне горжусь твоим прогрессом, мальчик.
Лира тем временем задумчиво листала старый каталог:
– Но здесь есть огромная проблема.
– Какая именно?
– Вход в закрытое хранилище наглухо заблокирован уже более ста лет назад.
– Там висит массивный механический замок?
– Нет, – инквизитор отрицательно качнула головой. – Там стоит мощнейшее древнее заклинание.
Каэль неожиданно улыбнулся – очень широко, дерзко и предвкушающе. Эдрик мгновенно насторожился и сделал шаг назад:
– Мне категорически не нравится вот это выражение твоего лица…
– Это ещё почему?
– Потому что ровно после такой улыбки с нами обязательно случается какая-нибудь ужасная катастрофа!
– Ну не всегда же, Морвейн!
– Всегда.
– Ну хорошо… Практически всегда.
– И что же ты на этот раз выдумал, гений?
Генерал смерил торжествующим взглядом Вайса, затем Лиру и, наконец, самого Эдрика:
– Нам абсолютно не потребуется ломать эту древнюю магическую защиту.
– Это ещё почему⁈
– Да потому что… – Он довольнейшим образом ухмыльнулся. – У нас в распоряжении есть официальный библиотекарь!
Эдрик онемел и застыл на месте:
– Нет…
– Да.
– Только не говори, что ты…
– Именно.
– Ты на полном серьёзе предлагаешь просто пойти и попросить Эльзу открыть нам закрытое хранилище⁈
– Ну конечно. А почему бы и нет?
Лира тихо и сдержанно рассмеялась, качая головой:
– Признаю, генерал, это самый абсурдный и безумный план из всех, что я от вас слышала.
– Огромное спасибо за высокую оценку!
– Это был снова ни разу не комплимент.
– Знаешь, Морвейн, я уже начинаю замечать в ее словах определенную закономерность…
Профессор Вайс медленно закрыл старый каталог и тяжело вздохнул:
– Что ж… Хорошо.
Все одновременно уставились на историка.
– Завтра утром я лично познакомлю вас с госпожой Эльзой… – Мужчина паузу и добавил: – Но сразу честно вас предупреждаю.
– О чём?
Профессор произнёс следующую фразу с невероятно серьёзным, даже суровым лицом:
– Из абсолютно всех живых людей и духов в этой Академии именно эту почтенную даму я боюсь больше всего на свете.
Каэль удивлённо и уважительно вскинул полупрозрачную бровь:
– Вы боитесь её даже больше, чем действующих инквизиторов⁈
– Несоизмеримо больше, генерал.
– В таком случае… – Призрак усмехнулся. – Кажется, завтра нас с вами ждёт чрезвычайно насыщенный и тяжёлый день!
На следующее утро профессор Вайс лично повёл их в величественный главный зал библиотеки.
– Честно говоря, чувствую себя так, будто меня прямо сейчас ведут на эшафот, – тихо признался Эдрик, невольно вжимая голову в плечи.
– Не преувеличивайте, Морвейн, – спокойно ответил профессор, не сбавляя шага.
– То есть вы хотите сказать, что всё пройдет гладко и хорошо?
– Вовсе нет.
– В таком случае почему вы считаете, что я преувеличиваю⁈
Вайс лишь тяжело и обречённо вздохнул, не пытаясь спорить. Каэль же, парящий рядом, улыбнулся:
– А знаете, я уже искренне начинаю уважать местных библиотекарей!
Почтенная госпожа Эльза стояла за высокой полированной стойкой и с поразительной педантичностью расставляла фолианты по местам. Даже не поднимая взгляда на вошедшую компанию, она ровным тоном произнесла в пустоту:
– Доброе утро, Теодор.
– Здравствуйте, госпожа Эльза… – осторожно начал историк.
– Нет.
Эдрик озадаченно и с опаской посмотрел на профессора, шепча едва слышно:
– Она ведь даже ещё не знает, с чем именно мы пришли!
– Поверь мне, Морвейн, прекрасно знает, – так же шёпотом отозвался Вайс.
– Да откуда⁈
– Она работает на этом посту ровно сорок лет.
– И что с того?
– Она всегда обо всём знает.
Эльза наконец неторопливо подняла тяжелый, внимательный взгляд от книг и поверх очков смерила их строгим взором:
– Вам со всей очевидностью нужна рукопись из закрытого фонда.
В огромном зале на мгновение повисла звонкая тишина. Эдрик медленно повернулся к историку:
– Вот теперь мне становится по-настоящему страшно…
– А я вас честно предупреждал, господин Морвейн.
– Госпожа Эльза… – сделал еще одну попытку профессор.
– Категорическое нет.
– Но вы же даже не дослушали!
– Нет.
– Позвольте мне хотя бы коротко объяснить ситуацию…
– Нет.
– В конце концов, это вопрос чрезвычайной государственной важности!
– В таком случае тем более нет.
Каэль не удержался и тихо, с восхищением рассмеялся:
– О боги, она мне определённо безумно нравится!
Старушка резко повернула голову. Хотя видеть призрачного генерала она физически не могла, её строгий взгляд остановился ровно в той самой точке пространства, где он парил. Каэль удивлённо моргнул и в замешательстве оглядел себя:
– Она что… видит меня⁈
– Вовсе нет, – спокойно ответила Лира, едва заметно качнув головой. – Это просто случайное совпадение.
– Что-то уж слишком идеальное и точное совпадение…
Эдрик решил применить своё скромное обаяние и попробовать договориться лично:
– Госпожа Эльза…
– Да, господин Морвейн?
– Нам правда жизненно необходима всего одна конкретная книга.
– Встречным образом могу заявить, что абсолютно всем в этой Академии рано или поздно очень нужна одна конкретная книга.
– Но наша действительно чрезвычайно важная!
– И опять же: абсолютное большинство приходящих говорит мне ровно то же самое.
– Но мы ведем расследование…
– Я в курсе вашего так называемого расследования.
– Но откуда⁈
– Академия, господин Морвейн, место крайне маленькое и сплетническое.
– Какое же оно маленькое⁈ Здесь учится больше четырёх тысяч студентов!
– Вот именно, юноша. Поверьте моему опыту, именно поэтому она и маленькая.
Эдрик мгновенно сдался и сдулся, опуская плечи:
– Понятно… Случай безнадёжен.
Лира сделала уверенный шаг вперёд к стойке:
– В таком случае скажите нам прямо и без загадок, госпожа Эльза.
Библиотекарь спокойно встретила её твердый взгляд:
– Спрашивайте, дитя.
– Почему вы так категорично не хотите нас пускать в хранилище?
– Да потому, дорогая моя, что вы изо всех сил ищете ответы совершенно не там, где они на самом деле находятся.
Каэль мгновенно перестал улыбаться и внимательно подобрался:
– Продолжайте, сударыня…
Старушка медленно подошла к ближайшему высокому шкафу и с едва уловимой нежностью провела сухими пальцами по потемневшему кожаному переплёту.
– Все почему-то свято убеждены, будто самые опасные и страшные знания обязательно запирают под семь замков в подземельях, – она аккуратно сняла с полки увесистый том и положила его на стол прямо перед Эдриком. – Но на самом же деле их чаще всего беззастенчиво оставляют на самом видном и очевидном месте.
Эдрик с искренним недоумением прочитал золотое тиснение на обложке:
– «История Академии. Первый том»… – Парень растерянно поднял взгляд. – Но это же обычный базовый учебник!
– Совершенно верно.
– Мы проходили его ещё в первом семестре на вводных лекциях!
– И снова совершенно верно.
– И что с того?
Эльза аккуратно раскрыла книгу примерно посередине и подтолкнула её ближе:
– Будьте так любезны, прочитайте.
Эдрик быстро пробежал глазами ровные типографские строчки, а затем смущённо нахмурился:
– Ну… тут написано, что сразу после окончания Великой войны архив решили запечатать из-за высокой нестабильности магического фона.
– Именно так.
– Но мы и так всё это прекрасно знаем!
– Нет, юноша. Вы не знаете ничего.
Старушка молча перевернула ещё пару страниц:
– Читайте дальше, да невнимательно.
Эдрик снова начал зачитывать вслух:
– «…по единогласному решению Совета архив был надёжно запечатан до полного устранения внешней угрозы…» – Он внезапно запнулся и замер, всматриваясь в разворот. – Что за…
Лира мгновенно забрала книгу у него из рук.
– Дай сюда… – Она быстро перелистнула страницу назад, а затем снова вперёд, проверив корешок. – Здесь… Боги, здесь же прямо из переплёта аккуратно вырвана целая страница!
– Совершенно верно, – всё так же спокойно подтвердила госпожа Эльза.
Эдрик непонимающе переводил взгляд с книги на библиотекаря:
– Но как такое возможно?..
– За всю многовековую историю нашей Академии, – старушка выразительно посмотрела на всех троих. – Это единственный официальный, утверждённый учебник, в котором физически отсутствует одна ключевая страница.
Каэль медленно опустился ниже, рассматривая рваный край бумаги:
– И неужели абсолютно никто за четыреста лет так и не задался логичным вопросом?
Эльза едва заметно улыбнулась:
– Отчего же? Задавались, и весьма регулярно.
– И что же им отвечали?
– Каждому дотошному студенту или преподавателю отвечали абсолютно одинаково.
– И как именно?
– «Крайне досадный типографский брак при печати тиража».
Эдрик не удержался и откровенно прыснул:
– Типографский брак⁈ Четыреста лет подряд во всех изданиях одинаковый брак⁈
– Именно так, господин Морвейн.
Даже профессор Вайс смущенно кашлянул и тихо усмехнулся:
– Признаться, я и сам никогда искренне не любил это глупое объяснение…
Госпожа Эльза бережно и осторожно закрыла фолиант:
– Прежде чем слепо искать запрещённые секретные знания в мрачных подземельях… – Она строго посмотрела на Эдрика поверх очков. – Сначала научитесь замечать то, что четыре века лежит прямо у вас перед носом.
В библиотеке воцарилась глубокая, задумчивая тишина. Лира нарушила её:
– Значит…
– Да, милая.
– Кто-то планомерно и очень тщательно переписывал историю нашей Академии.
Библиотекарь сдержанно кивнула:
– И делал это крайне давно и профессионально.
Каэль задумчиво и отстранённо всматривался в закрытый учебник:
– Получается интересная картина…
– Какая ещё картина? – тихо спросил Эдрик.
– Если кто-то когда-то нарочно вырвал эту конкретную страницу… – Генерал ослепительно улыбнулся своей любимой авантюрной улыбкой. – Значит, исходный оригинал всё ещё где-то спокойно себе существует!
Госпожа Эльза впервые за всё это сложное утро улыбнулась по-настоящему – тепло и одобрительно:
– Вот теперь, генерал… – Она посмотрела точно туда, где висела призрачная фигура. – Вы наконец-то начали задавать действительно правильные вопросы.
Каэль на мгновение ошеломлённо замер. Эдрик тоже в шоке вытаращил глаза:
– Вы… вы правда его видите⁈
Старушка спокойно поправила очки на носу:
– Я абсолютно не вижу духов, юноша, – ответила она на невысказанный вопрос. – Зато я сорок лет проработала в этих стенах и прекрасно чувствую, когда один из них начинает слишком уж громко и интенсивно думать прямо у меня над ухом.
Каэль негромко и искренне рассмеялся:
– О, теперь мне окончательно стало понятно, почему вас так панически боится наш уважаемый профессор!
– Он боится вовсе не меня, – Эльза перевела строгий взгляд на Вайса. – Он боится исключительно тех редких книг, которые я ему категорически не даю на руки.
Профессор смущённо кашлянул в кулак и попытался оправдаться:
– Ну… это было всего один-единственный раз!
– Семнадцать раз, Теодор.
– Вы что, действительно ведёте учёт⁈
– Разумеется.
Эдрик не выдержал и от души рассмеялся. Впервые за последние тревожные дни давящее напряжение наконец-то хоть немного отступило.
Однако уже на выходе из библиотеки, когда они шагали по гулкому коридору, Каэль вдруг негромко позвал:
– Морвейн.
– А? Что такое?
– Если эта оригинальная страница действительно существует… – Генерал медленно перевёл тяжелый взгляд на высившуюся за окном Западную башню. – Она почти наверняка хранится вовсе не в закрытом книжном фонде библиотеки.
– А где тогда, по-твоему?
Генерал медленно улыбнулся:
– В самом Главном Архиве. Куда нам с вами, друзья мои, так или иначе всё равно придётся во что бы то ни стало проникнуть.
Глава 15
Инструкция, которую никто не собирался читать
– Я категорически против этой затеи!
– Ваше мнение принято, господин Морвейн, – невозмутимо кивнул Каэль.
– Ты ведь даже не изволил спросить почему!
– Догадываюсь без лишних вопросов.
Эдрик тяжело и обречённо вздохнул:
– Да потому что это катастрофически, абсолютно плохая идея!
– На этот счёт я, признаться, тоже сразу догадался.
Лира с тихим стуком захлопнула пухлый фолиант и строго посмотрела на присутствующих:
– Хочу деликатно напомнить, что официально мы сейчас обсуждаем нелегальное проникновение в место, куда строжайше запрещено входить даже дипломированным профессорам.
– Ну, всё-таки не абсолютно всем, – спокойно поправил её Вайс.
– И вам в том числе запрещено!
– Именно так.
– И вы говорите об этом с таким невозмутимым спокойствием⁈
– Поверьте, госпожа Валлен, за тридцать с лишним лет работы в Академии привыкаешь и не к такому.
На столе лежал тот самый старый, пожелтевший план Академии, который Вайс показывал им несколько дней назад. Ярко-красными чернилами на нём был обведён всего один узкий участок – Западная башня.
– Но это же не сам архив, верно? – уточнил Эдрик, всматриваясь в чертёж.
– Нет.
– В таком случае что это за помещение?
– Старое хранилище архивариусов, – ответил профессор.
– И какая между ними разница?
– Поверьте, огромная. – Вайс провёл подушечкой пальца по исчерченной схеме: – Когда архив запечатывали, туда в спешном порядке перенесли всё то, что по разным причинам не успели уничтожить.
– Включая… – подался вперёд Эдрик.
– Черновики, личные рабочие записи, ведомственные журналы и первичные описи.
Каэль мгновенно оживился и подлетел ближе:
– То есть там могут быть те самые оригиналы документов⁈
– Вполне возможно.
– О, мне этот расклад уже начинает нравиться!
– Я в вас, генерал, даже не сомневался.
Лира тем временем внимательно изучала чертёж с архитектурной точки зрения:
– А почему в это хранилище до сих пор никто не ходит?
– Да потому, что официально данного помещения просто-напросто не существует на современных планах, – ровно пояснил профессор.
– Чрезвычайно удобно.
– Особенно для тех, кто в своё время очень хотел что-то надежно спрятать, – добавил Вайс.
Эдрик почувствовал, как по спине пробежал неприятный холодок:
– Вы хотите сказать…
– Если ту страницу действительно намеренно вырвали из официального учебника… – Профессор посмотрел на студента поверх очков: – Её исходный оригинал вполне может покоиться именно там.
– Ладно, – сглотнул Эдрик. – Допустим. Но как, скажите на милость, мы туда вообще попадём?
Все трое одновременно и молча перевели взгляды на Каэля. Призрак удивлённо моргнул:
– Что?
– Обычно именно у вас в голове рождаются самые безумные и нереализуемые идеи, – пояснила Лира.
Генерал ослепительно и довольнейшим образом улыбнулся:
– Премного благодарен за признание моих талантов!
– Это был сухой факт.
– Все равно с удовольствием принимается.
Он медленно подплыл к высокому стрельчатому окну и некоторое время молча всматривался в погружающийся в сумерки внутренний двор. Затем неожиданно и просто произнёс:
– Зайдём через крышу.
В кабинете воцарилась глухая тишина. Эдрик медленно и мученически закрыл лицо обеими ладонями:
– Ну конечно…
– Что такое, Морвейн?
– Зачем я вообще спросил…
Спустя полчаса они уже стояли в тихом, заброшенном уголке внутреннего двора Академии. Эдрик запрокинул голову, разглядывая монолитную цитадель. С земли Западная башня казалась значительно выше, мощнее и неприступнее, чем из уютного окна профессорского кабинета.
– Это же…
– Да, Морвейн.
– Это очень, просто катастрофически высоко!
– И снова абсолютно верно.
– А там хотя бы какая-нибудь нормальная лестница есть⁈
– Была когда-то.
– Что значит «была»⁈
Каэль невозмутимо отмахнулся:
– Сгорела во время локального пожара лет эдак двести назад.
– Ну просто замечательно!
Лира вопросительно взглянула на историка:
– И каким же образом сотрудники попадали туда в последние века?
Вайс спокойно указал рукой наверх, в темнеющее небо. Эдрик проследил за его жестом: между двумя башенными шпилями действительно тянулся узкий, грациозный каменный мост. Правда… ровно половина его пролёта обвалилась и попросту отсутствовала, оставляя лишь зияющую пропасть.
– Всё, я сейчас прямо здесь расплачусь…
– Не стоит, – искренне попытался успокоить его Каэль. – Паниковать тебе чуть позже пригодится.
– Знаешь, ты умеешь поддерживать моральный дух просто великолепно!
Вайс тем временем залез во внутренний карман мантии и достал небольшой, потускневший от времени металлический жетон:
– Вот что во всей этой истории действительно странно… – Он протянул находку Лире. – Я нашёл его буквально неделю назад прямо в траве возле основания башни.
Инквизитор внимательно осмотрела предмет. Это была тяжелая круглая пластина без пышных рисунков или гербов, с единственной короткой гравировкой по центру:«Хранитель архива».
– Но ведь самого архива официально больше не существует, – нахмурился Эдрик.
– Вот именно, Морвейн.
– Тогда чей же это жетон?
Каэль осторожно протянул призрачную руку и принял пластину. И в ту же секунду с его лица полностью исчезла привычная, дерзкая улыбка.
– Нет… Только не это…
– Что там? – сразу насторожилась Лира.
Генерал несколько секунд молча всматривался в прохладный металл, а затем очень тихо, сдавленно произнёс:
– Это вовсе не стандартный служебный жетон.
– А что же тогда⁈
Каэль медленно перевернул пластину. На её обратной стороне прямо в металле проявились едва заметные, почти стёртые временем рунические знаки:
– Это личная именная печать.
– Чья печать, Каэль?
Генерал медленно поднял глаза, и в его взгляде читался откровенный шок:
– Моего личного адъютанта.
Присутствующие замерли, не смея перебить тишину. Эдрик осторожно, почти шёпотом спросил:
– Он… он погиб тогда вместе с вами на войне?
Каэль долго молчал, сжимая в бестелесной ладони древний металл, а потом растерянно покачал головой:
– Я не помню…
И именно это полное, глухое неведение пугало бесплотного генерала сильнее всего на свете.
До подножия Западной башни они добрались только после заката, когда сумерки окончательно поглотили академические аллеи. По словам профессора Вайса, вечером преподаватели крайне редко появлялись в этой заброшенной части замка. По словам Каэля, в темноте их всех было значительно сложнее заметить. По словам же самого Эдрика…
– Я всё ещё искренне считаю, что это абсолютно ужасная, катастрофическая идея!
– Ну, Морвейн, это у нас с тобой уже добрая традиция, – невозмутимо заметил генерал.
– А ты все равно меня никогда не слушаешь!
– Естественно.
– Это ещё почему⁈
– Да потому что до сих пор все мои «ужасные» идеи безупречно срабатывали.
Лира тихо усмехнулась, переступая через поросшую мхом ступеньку:
– Признаться, я не совсем уверена, что слово «срабатывали» здесь идеально подходит…
Башня встретила их глухой, почти осязаемой тишиной. Массивная дубовая дверь была покрыта густым слоем многолетней пыли. Эдрик осторожно провёл по ней кончиками пальцев:
– Похоже, здесь уже лет сто никого не было…
Каэль отрицательно качнул головой:
– Были, и очень недавно.
– Откуда у тебя такая уверенность?
– А ты вниз посмотри.
Возле самого деревянного порога пыльный покров был слегка нарушен. Совсем немного – один чёткий, свежий отпечаток. Лира мгновенно присела на корточки:
– Натиск совсем свежий…
– Наследили буквально сегодня, – коротко сказал генерал.
– Может, чьи-то случайные следы? Забрел какой-нибудь студент…
– Исключено, – Каэль указал на четкую форму отпечатка. – Это узкий каблук жестких преподавательских сапог.
Профессор Вайс угрюмо нахмурился:
– Такие фасоны носят исключительно действующие сотрудники Академии.
Эдрик нервно сглотнул слюну:
– Значит…
– Значит, мы здесь гарантированно не первые.
Дверь, вопреки опасениям, оказалась совершенно не заперта. И именно этот факт понравился компании меньше всего. Тяжелая створка подалась почти беззвучно, и из глубокого проёма на них ощутимо пахнуло сырым холодом и ветхой, слежавшейся бумагой. Вверх уводила крутая винтовая лестница.
– Почему снова вверх⁈ – искренне возмутился Эдрик.
– По той простой причине, Морвейн, что старое хранилище находится под самой крышей, – пояснил Вайс.
– Знаете, я уже начинаю тихо ненавидеть эту Академию…
– Боюсь, юноша, теперь уже слишком поздно.
– Это ещё почему?
– Потому что вы здесь официально учитесь.
На самом верхнем этаже обнаружилось всего одно помещение – небольшое, совершенно круглое, с подпирающими потолок шкафами вдоль стен. Большинство полок давно пустовали, а на каменном полу в полном хаосе лежали раскрытые кожаные папки, оборванные свитки и пожелтевшие книги. Было очевидно: кто-то перебирал эти архивы буквально только что.
– Ничего не трогайте и наступайте осторожно, – вполголоса предупредила Лира.
Каэль медленно облетел комнату по периметру, и его привычно ироничное выражение лица становилось всё более серьёзным и собранным:
– Здесь искали вовсе не редкую книгу или редкий фолиант.
– А что же тогда⁈
– Искали один-единственный конкретный документ.
Профессор Вайс удивлённо уставился на призрака:
– Откуда вы можете знать такие подробности, генерал?
– Да потому что абсолютно всё остальное просто бросили валяться на полу за бесполезностью! – Каэль подхватил с земли древнейший фолиант и, даже не глянув на золотое тиснение, отпустил его обратно. – Если бы ищущему требовались запретные знания, он забрал бы книги. Если бы искали артефакты – исчезли бы ценные предметы. А здесь судорожно листали исключительно официальные бумаги и описи.
Эдрик медленно и тяжело выдохнул:
– То есть…
– Кто-то точно знал, за чем именно он сюда пришёл.
Лира остановилась возле массивного перевернутого стола:
– Посмотрите на это…
На резной деревянной столешнице виднелись глубокие, свежие царапины – будто кто-то в крайней спешке и с помощью лезвия пытался вскрыть замаскированный потайной отсек. Вайс осторожно провёл пальцами по повреждённому дереву:
– Здесь действительно был секретный тайник…
– Был?
– Его уже успели вскрыть до нас.
Эдрик ощутил, как по спине снова пробежал волна липкого холода:
– Ну вот, мы опять безнадёжно опоздали…
Каэль, молча вглядывавшийся в угол за столом, качнул головой:
– Нет, Морвейн.
– Что «нет»?
– Мы пришли абсолютно вовремя.
– С чего ты взял⁈
Генерал указал полупрозрачным пальцем в пыльный угол комнаты. Там, полуприкрытый книжной обложкой, лежал крошечный клочок пожелтевшей бумаги – совсем узкий, будто оторвавшийся случайно во время спешного вскрытия тайника. Лира осторожно подняла находку. На обрывке уцелело всего несколько разборчивых слов:«…ни в коем случае не доверяйте Совету…», а ниже виднелся обрывок чьей-то торопливой подписи:«…ден».
Каэль резко замер в воздухе, и Эдрик мгновенно зафиксировал эту перемену:
– Что такое⁈ Что там написана⁈
Генерал не сводил горящего взгляда с бумажного обрывка:
– Этот почерк… – Он глубоко нахмурился. – Я… я совершенно точно его знаю!
– Он твой⁈
– Нет, – Каэль медленно качнул головой. – Всё гораздо хуже.
– Почему хуже⁈
– Потому что…
Генерал внезапно замолчал на полуслове, схватившись за виски. Перед его глазами вновь яростно вспыхнуло рваное, отчетливое воспоминание: молодой аристократ с веселыми глазами громко смеется, раскладывая штабные карты на походном столе:«Генерал, вы снова не спали всю ночь! Когда-нибудь эта привычка вас точно убьёт…» – «Тогда я лично запрещу вам умирать, сэр!»
Картинка с треском оборвалась. Каэль судорожно вдохнул призрачный воздух:
– Его звали… – Призрак с силой сжал пальцами голову. – Я почти вспомнил его имя!
Заветное имя было совсем рядом, на самом краю сознания, но снова ускользнуло в туман.
И ровно в этот момент снизу, из глубины башни, донёсся гулкий, тяжелый звук случайно захлопнувшейся входной двери. Все четверо одновременно замерли на месте, прекратив дышать.
– Мы здесь категорически не одни… – едва слышно прошептала Лира, опуская руку к рукояти оружия.
По узкой винтовой лестнице уже поднимались чьи-то чёткие, размеренные шаги. Медленные, твердые и абсолютно спокойные – будто незваный гость совершенно никуда не торопился и был полностью уверен в своей безопасности.
Каэль медленно перевёл взгляд на побледневшего Эдрика, и на его лице снова заиграла привычная, дерзкая полуулыбка:
– А знаете что, друзья мои…
– Что опять⁈ – с ужасом шепнул парень.
– Кажется, прямо сейчас нам с вами станет по-настоящему весело!
Эдрик тяжело и обречённо вздохнул:
– Боги… Каждый раз, когда ты произносишь эту проклятую фразу…
Шаги за дверью внезапно стихли. А через секунду кто-то с той стороны медленно, со скрипом повернул бронзовую дверную ручку.
