Текст книги "Клинок над волнами (СИ)"

Автор книги: Луи Залата

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 21 страниц)

Глава 7

Накладывал защиту Валентин небыстро, говорил уже не так уверенно, но с созданием большого и истаявшего, словно впитавшегося в камни, круга тьмы справился. Выпил еще из фляги и проговорил:

– Идем, здесь мы закончили.

Задерживаться в темных подземельях никто не хотел. Агата подумала было, что Гора спросит что-нибудь, попробует узнать, что сделал маг, но темнокожий моряк только кивнул и поднялся на ноги, заметив:

– Духи благоволят вам, и, если вы вместе с капитаном, то и нам. Хорошо, что дрянные лоа больше никого не тронут.

Маг не сдержал усмешки. Агата почти чувствовала его недовольство – Валентин все сделал сам, никакие духи ему не помогали… Но спорить он не стал, лишь передал светящийся шар их провожатому.

– Думаю, пора на воздух.

– Хотите – могу вывести поближе к тавернам, правда, придется идти у грязной реки.

– Давай, – кивнула Агата. – За храмом загорцев могут следить.

– Нам нужно добраться до «Счастливой кости», – негромко откликнулся маг, – сможешь провести туда?

– О, да, это известное место. Хорошо там выигрывать… Или нет. За мной.

В этот раз Агата предпочла идти последней. Чтобы, если что, поддержать явно выложившегося – в который раз – Валентина.

Не понадобилось. Маг периодически сбивался с шага, один раз остановился на пару мгновений у стены, но все же шел сам. Оглянулся на нее в самом начале, задрал подбородок – и шел.

Стоило им выбраться на поверхность, действительно пройдя немного около закованной в камень реки, от которой несло нечистотами, как тревога, рожденная темнотой и близостью каменных стен, сменилась ожиданием атаки. Но вопреки предположениям Валентина, тот, кто наблюдал за ними с утра, так и не показал себя. Никаких призраков – Агата с трудом, но все же сумела сосредоточиться на темноте магии вокруг – ничего подобного.

Они свернули с центральных улиц, по которым Гора вел их с немалой уверенностью, и углубились в район попроще. Тут ночью кипела жизнь – несло спиртным, из трактиров доносились выкрики и музыка, прохаживались пьяные моряки, зазывали к себе женщины известных нравов, однажды они прошли мимо потасовки… Но, все же, их никто не тронул. Агата всю дорогу сжимала в ладони грузик кистеня, готовясь оборонять и себя, и мага, и невольного союзника, но не пришлось. Не то Гору тут узнавали, не то просто в этот раз повезло.

– Нет больше никакого проклятия, – устало заметил Валентин, когда они добрались до уже знакомого заведения со странной крышей, к углам которой теперь были прицеплены круглые бумажные фонарики, источавшие мягкий красноватый свет, – но все же позовите как будете разгружаться, я уточню целостность щитов. Или, если кто-то их нарушит, то я пришлю капитану человека. – Агата едва удержалась от усмешки, понимая, кто будет этим человеком. – Расскажешь Ой-Тере обо всем?

– О, да! Сейчас и пойду, – Гора темноты и ее обитателей явно не боялся. – Он еще наверняка не спит. Духи с вами!

– И с тобой, – миролюбиво заметил маг, направляясь ко входу в игорный дом.

В этот раз молчаливые охранники пустили их без проблем. Валентин лестницу осилил. Добрался до комнаты – Доминики тут не было, как и Серого – и, сняв сапоги, сел на кровать.

– Анна говорила, что нас могут покормить, – негромко проговорил он, стягивая с себя плащ, – сможешь уточнить? А я сейчас пойду, разыщу девочку.

– Без проблем, – Агата, уставшая куда меньше, тоже рассталась с плащом и направилась на поиски кухни.

Та обнаружилась в подвале. Клинок искала по запаху и нашла сначала нескольких моряков, евших без ложек странный суп с тонкой коричневой лапшой, а потом и неприметную дверь в дальнем конце общей залы. За дверью обнаружился крохотный склад с выходом на задний двор, и тут же имелся проход вниз. Агата спустилась по узкой лестнице и нашла кухню, где трудилось несколько поваров из Загорья. И, судя по лицам, все из одной семьи, глава которой, пожилая седовласая женщина, фроантийский знала и заверила, что еда есть на всех гостей «госпожи Ан-ны». Агате вручили плоский хлеб и поднос с тремя глубокими мисками, в которых плескалась похлебка, похожая на ту, которую ели моряки наверху, и шесть странных палочек. Вручили – и выпроводили.

Клинок добралась да комнаты, с трудом ничего не расплескав, и обнаружила, что Валентин, прямо в одежде растянувшийся на кровати, безмятежно спал. Она подумала и, оставив поднос на тумбочке, решила мага не будить и найти Доминику самостоятельно.

Сделать это оказалось не так-то просто: в части комнат на втором этаже было тихо, в других, судя по запахам табака и возгласам, шли приватные встречи и игры. Внизу, в зале, летали кости, шлепались карты, раздавались выкрики… Заведение пользовалось популярностью и несколько десятков игорных столов не простаивали зря, но Доминики нигде не было видно.

Агата заглянула в отдельную комнату, где сидевшие на мягких подушках за низкими столиками наслаждались дымом, пускаемым из странного устройства с колбами. В центре помещения стояли три низких столика с досками из квадратов – такую Агата видела у Ой-Тере – с белыми и черными камнями на них, но они популярностью не пользовались. Камни двигал лишь один игрок, скучающий мужчина с тонкими усами и темными глазами. Скорее фроантиец, но что-то в его лице напоминало Ой-Тере… И смотрел он внимательно, словно знал Агату.

– Андреас? – поинтересовалась Клинок, припоминая имя того целителя, которого можно было, по словам Анны, найти в курительной.

– Он самый. Умеешь играть в го?

– Нет, я…

– Только не говори, что у вас, новичков, уже есть для меня работа.

– Нет. Я хотела узнать, не видели вы девочку лет семи, она…

– Доминика? Она с моей в подвале, у алтаря. Томас вновь решил поиграться в священника, уж не знаю зачем в этот раз. Так умеешь играть в го?

Агата покачала головой.

– Жаль, жаль… Проход через кухню. Если увидишь Ванессу, то передай, что я готов взять реванш.

Клинок поблагодарила и продолжила поиски.

На кухне ей выдали три каких-то маленьких пирожка и после некоторых уговоров – в этот раз разговаривала она с пожилым мужчиной, который по-фроантийски почти не понимал – указали на нужный проход, который вел в довольно широкий коридор с несколькими комнатами. Одну из них, чья дверь была покрыта вязью рун, немного знакомых по объяснениям Валентина Доминике, Агата решила не открывать. Видимо, то самое «экранированное» помещение. За другой дверью обнаружилось что-то похожее на крохотную алхимическую лабораторию, за еще одной – пара кушеток и высокий деревянный стол для операций и вскрытий. Потом Агата заглянула в библиотеку, а потом…

В храм. Крошечный, подземный, но очень похожий на настоящий. С кое-как сбитыми лавками, явно самодельным алтарем, ярко, пусть и не идеально, выписанным ликом богини и символами света. Здесь Томас, уже знакомый пожилой целитель из дома ле Саров, читал «О свете», про дорогу и странствия. По памяти. Ванесса обнаружилась в углу, около одной из икон, а вот Доминика вместе с незнакомой Агате темнокожей девочкой чуть постарше сидели на первом ряду и слушали.

– И сказал Иоким-пророк: «Каждая встреча – ваш шаг к пониманию Ее замысла, движение по пути к тому свету, что есть в душе каждого, свету, который Она готова зажечь даже для последнего грешника. Потому не отворачивайтесь от протягивающих руку, откройте свое сердце и берите от даже мимолетного знакомства столько, сколько сможете». Так что, дети мои, – последнее Томас добавил уже от себя, – в юности полезно путешествовать и узнавать новое. А вот в старости уже к тебе приходят такие вот путешественники. Доброго вечера, Агата.

– Доброго, – сдержанно отозвалась Клинок, не слишком понимая, что тут происходит, – Ванесса, Андрес говорил, что не против отыграться.

– О, – пожилая сестра отвернулась от иконы, – почему бы и нет? В прошлый раз он заставил меня попотеть.

– Доми, пойдем, посмотрим! – чернокожая девочка вскочила с лавки. – Наставник обещал, что в этот раз ни за что не проиграет. Спасибо вам, дядя Томас!

– Спасибо! – вторила ей Доминика.

Серый, вылезший из-под лавки, утвердительно гавкнул.

– Да не за что.

– Доми, в комнате есть еда, – Агата придержала пробежавшую мимо девочку, которой новая подруга явно была интереснее, чем все остальное, – суп. И уже поздно, а день был длинным.

– Я приду, обещаю! Только посмотрю одним глазом, как в го играют, и сразу приду! Пожалуйста, совсем немного, а? Иокем же говорил, что надо брать все от каждой встречи, вдруг мне это пригодится?

– Иоким, – поправила Агата, – ладно, но только недолго.

– Спасибо! – Доминика вместе с новой знакомой умчалась за уже вышедшей из «церкви» Ванессой.

– Дети… – усмехнулся Томас. – Как легко они видят мир. Только познакомились – а уже друзья.

Клинок повела плечом.

– Почему они были здесь?

– Захотели, – безмятежно отозвался пожилой целитель. – Ученица Андреаса не слишком понимает нашу религию, но интересуется всем вокруг, а твоя подопечная раньше часто бывала в церкви и хотела бы оказаться там еще раз. Конечно, я так и не стал священником, но все же тут мог помочь.

Агата почувствовала укол стыда. Она как-то даже не уточнила у Доминики, как та относится к церкви и хочет ли туда попасть. Глупости, конечно, какое богослужение? А если в храме окажется прелат? Да и когда на службы ходить, во время бегства кружным путем по дальним деревням, что ли? Клинок задвинула эту мысль подальше, решив изменить тему разговора:

– Вы хотели стать священником? Я думала, что после того, как магия просыпается, надо находить учителя, и… – Она развела руками.

– Так я и нашел. Меня учил отец Домиан, – по-прежнему безмятежно отозвался Томас, – еще тогда, когда для служителей церкви было вполне допустимо иметь неосветленный дар. Он был и целителем, и главой небольшого прихода неподалеку отсюда. Я собирался пойти по его стопам… Учился магии и теологии, готовился сдавать выпускной семинарский экзамен. Но тут вышел «Энисимов эдикт», и всех в сане обязали пройти через Осветление. Мой наставник хотел сохранить все то, чего он достиг в приходе, и согласился.

Целитель замолк, пожевав губу.

– Он выжил, но прежним так и не стал. Словно что-то внутри него сгорело дотла. И он, как мог, отговаривал меня от такой судьбы, и я с сожалением, но простился с избранным путем. Зато могу исцелять без боли. Увы, то, что Домиан отговорил меня стать священником, ему аукнулось, и сильно. Отправили на крошечный остров Первого Хребта. Я хотел поехать с ним, но Домиан остановил, напомнив, что в городе я могу помочь большему количеству людей, да и учеников найду. Как знал… Когда Андреас прибился к Коллегии и меня втянул, я предложил создать это место. Не слишком роскошно, но все же успокаивает. Сюда даже Елена заглядывает.

Агата склонила голову. Это имя она уже слышала.

– Рутенка?

– Да. Все же свет есть в каждом, как его не называть и каким богам не молиться. Свет веры и чистоты души.

Агата сухо усмехнулась. Ее свет исчез тогда, когда клинок лича пронзил живот, а все, что осталось, развеялось за тот длинный путь по холоду до Цитадели.

– Зря ты сомневаешься, – мягко заметил Томас, – Богиня не оставляет своих детей. Неважно – измененных ли, владеющих ли целительской магией, ментальной, некромантией… Сродство с силой ведь не дано выбирать, не дано изменить пробуждение крови. Элана, давая нам душу, знала это, как знала и то, что и Иврейна, и остальные боги коснутся этой души, каждый по-своему. И ничего из этого не противоречило ее замыслу.

Агата прикусила губу. Она еще в Цитадели, до службы, слышала о такой точке зрения.

– Ересь Илая.

– В мое время это не было ересью, пока сторонники Энисима не получили большинство в Великом Светлом Круге. Лично я считаю, что свет есть в каждом, неважно какую магию мы используем. Целитель может убить, некромант – спасти. Это выбор, и в этом выборе, если он несет в себе конструктивное, полезное начало, есть свет. Если же выбор сделан во имя одного лишь себя, если несет боль всем вокруг – то в нем будет тьма, пусть так поступит хоть Великий Прелат.

Клинок сухо усмехнулась.

– Если церковники это услышат…

– По счастью, я не среди них, – Томас вгляделся в ее глаза, – и почему-то мне кажется, что ты и сама хотела бы помолиться. Ванесса это любит, да и я тоже. После тяжелых пациентов душа успокаивается.

– Как пацан, кстати? – поспешила перевести тему Клинок.

Пожилой целитель повел плечом.

– Через месяц, может чуть больше, забудет обо всем, только пальцы, боюсь, к старости могут начать ныть. Вы спасли ему жизнь. Он говорил, что видел раненных, сразу четверых… У меня сложилось ощущение, что ты – тоже Клинок. Это так?

Агата вздохнула. И что ответить? Соврать? Здесь, перед ликом Богини? Промолчать, утаить? Что-то, казалось, было в глубине взгляда Томаса. Надежда? Целитель, кажется, понял ее сомнения. Вздохнул и пояснил:

– Может быть, я лезу в душу… Но грядут сложные времена. Мы с Ванессой… Через многое прошли. Откровенно говоря, я полюбил ее, как и она меня. Надеюсь, по крайней мере. И я боюсь, что церковь может через Клинков надавить на тех, кто не захотел проходить через Осветление.

Агата хотела было возразить, хотела заявить, что Клинки никогда не пойдут на это. Но смолчала, потому что понимала – это пустые надежды. Пойдут и не на такое, если решат, что так сражаются с тьмой.

– Я долго исследовал Печать, – продолжил Томас, – и предполагаю, что через нее можно… Отдать приказ. Напрямую. И я опасаюсь… В общем, я долго думал над тем, как ее снять. Ванесса согласна, но я так и не уверен, что все сработает. А ты ведь… Я не вижу на тебе Печати. Но ты напала разом на четверых, и… Ты измененная, я это чувствую.

Агата вздохнула.

– Думаю, Валентин лучше расскажет, как так вышло. Но меня лич пырнул мечом в ореоле темной энергии, и вроде как это все сломало… Но я в этом всем не сильна.

– Боюсь, лича мы не найдем. Но перегрузка контуров… Может помочь. Пойдем, захватим Доминику и переговорим с Валентином, пока Ванесса занята. Может, он что-то прояснит.

Этим надеждам не суждено было сбыться – маг крепко спал, даже к еде не притронулся. Агата попробовала его разбудить, но ни на оклик, ни на похлопывание по плечу Валентин не откликнулся. Наблюдавший за этим Томас нахмурился и, сев рядом со спящим, принялся читать заклинания. Потом взял за руку, прислушался к дыханию, еще раз использовал какие-то чары… Агате виделись исходившие от него слабые-слабые всполохи зеленого, видневшиеся словно сквозь замызганный бычий пузырь.

– Слишком долго черпал силы из ауры, – покачал головой пожилой целитель, – и вот результат. Хорошо что суп есть, накормишь его бульоном? Если к вечеру не проснется – попроси Андреаса помочь, я завтра занят. И ему в любом случае стоит отлежаться дня три-четыре, иначе могут возникнуть проблемы. Мне и вчера казалось, что расходуется сильно… И вот не ошибся. Для некроманта, идущего в целительство, траты возрастают, да и сама некромантия – затратное Искусство.

– Откуда знаете? – не удержалась Агата.

– Так наставник меня не только псалмы читать учил, – хмыкнул Томас, – а энергоемкость цветов – одна из базовых вещей для любого мага. Тем темнее энергия, тем тяжелее идет по каналам и тем сложнее ее проводить. Это не значит, что некромант слабее там целителя, просто отдыхать нужно больше. Зато проводимость так повышается. Считается, что благодаря этому большинство опытных некромантов проходит через Перерождение, тогда как среди нашего брата или там магов огня или ветра это скорее редкость, да и разум там быстро теряется… Ладно, не буду мучить теориями, – целитель поднялся на ноги и потрепал взволнованную Доминику по щеке, – выздоровеет он, не беспокойтесь.

Агата и не беспокоилась. Разве что совсем чуть-чуть. Но когда на следующий день солнце стало клониться за горизонт, а Валентин только позу во сне сменил, направилась к Андреасу. Тот знал прилично ругательств и ворчал почище Валентина, но все же помог.

Маг, проснувшись добрался лишь до уборной, поел и вновь лег спать, но Андреас сразу предупредил, что пару суток так и будет. Валентин и потом просыпался ненадолго. Агата предпочитала проводить время или тренируясь на заднем дворе, или помогая на кухне, или наблюдая за посетителями с балкона. Доминика сдружилась с Мино, Андреас безуспешно пытался научить Клинка играть в го… Серый носился где-то рядом. Выходить в город Агата не решалась – Настоятельница точно не оставила ее побег без внимания, так что не стоило светиться лишний раз.

Однажды она даже зашла в «церковь»… Посмотрела на лик богини, тихо заметила, что она не выбирала все это – и вышла. Молиться Агата пока не была готова. Только за компанию с Доминикой перед едой, но видя в этом простой, ничего не значащий ритуал. Так и Лиана делала.

Валентин встал на ноги через три дня после их возвращения из тоннелей и тут же почти на сутки заперся в подземной лаборатории с весьма удачно пришедшим «в гости» Томасом… А на следующий день появился Гора и оповестил, что люди Ой-Тере собираются вытащить груз из-под земли и что они «не против, чтобы кто-то, кому благоволят духи, все осмотрел».

В этот раз арбалет, определенно, стоило захватить.

Глава 8

Агата чувствовала, что поход «за грузом» гладко не пройдет. Сначала она думала, что нападут на пути к загорскому храму, но, несмотря на никуда не девшееся ощущение чужого присутствия, пронесло. Потом предположила, что устроят засаду у груза или там появится еще пара призраков, черных и злобных, но в подземном зале никого не оказалось. Валентин долго сидел на одном колене, положив руку на ставшую видимой линию защиты, шептал заклинания… Остальные затаили дыхание, Агата вглядывалась в темноту и магическую, и реальную – но ничего не случилось. Маг, закончив, поднялся и вынес вердикт:

– Щиты никто не тревожил. Опасности нет.

Гора кивнул, и подавая пример пятерым спутникам-иноземцам, двоим загорцам и троим тонийцам, подхватил один из ящиков. Остальные моряки, а их одежда и лица не оставляли сомнений в профессии, кто призвав на помощь духов, кто помолившись на незнакомом Агате языке, сделали то же самое.

Никто не напал и по дороге обратно в храм. Впрочем, в темных узких коридорах едва ли можно было организовать толковую засаду… Агата, шедшая впереди, ее бы наверняка заметила. Когда она, выбравшись из подземелий около статуи странного змея, не обнаружила противников, то уже подумала было, что в этот раз им вновь повезло и «духи» и правда помогают. Направилась к выходу из храма…

И лишь благодаря измененному телу сумела заметить движение у ограды. Движение – и арбалетный болт, летевший прямо в грудь. Агата отшатнулась. Болт под треск дерева вошел в постамент со змеем.

– Засада! – рявкнула она. – Назад, вниз!

Гора ругнулся и гаркнул что-то на своем языке. Появившийся из хода тониец с ящиком развернулся, возвращаясь под землю… Но через несколько мгновений выскочил из прохода, будто ужаленный. За ним выбежал следующий моряк, что-то крича.

Гора опустил ящик и достал из-за пояса длинный нож.

– Маг говорит, что духи идут снизу. Остаемся тут!

Агата, успевшая выглянуть – и почему у загорцев в храмах нет дверей⁈ – и оценившая количество лысых вокруг, ругнулась. Твари! Наверняка еще и поджечь попробуют…

Пока Клинок подхватывала до того болтавшийся на ремне арбалет, пока доставала из колчана болт, моряки выбрались из подземного хода. Шедший последним Валентин, ругаясь, принялся возвращать на место кусок пола, скрывавший проход. Гора помог – и деревяшка с громким щелчком встала на место.

– Надо уходить! – рыкнул маг, быстро вырезая что-то на дереве. – Я смогу их сдержать, но не вечность. Некромант где-то близко, сильный, мою защиту рано или поздно сломают…

– Надо, – Агата резко высунулась и послала болт в стрелка, едва не прошившего ее насквозь. Зря он показался из-за ограды, зря… Судя по возгласу – попала. – Подожгут же.

– Духи защитят! – бросил Гора. И признал: – я могу сражаться, – он потряс тесаком, – но мои парни – матросы, а не бойцы.

– Духи, может и защитят, да и дерево вроде же пропитанное, но вот призраки нас прикончат, если не отогнать контроллера, – с раздражением ответил Валентин, – так что отсидеться не выйдет.

– И товар нужен, – проговорил один из загорцев, – без него – куда?

Гора ругнулся.

– Надо было выходить в центре! Может, и не арестовали бы.

– Теперь плевать! – Агата вновь высунулась, оценивая ситуацию.

Противники приблизились. Факелов она не видела, а вот клинков, кистеней и топориков, чьи лезвия виднелись в лунном свете, у нападавших имелось вдосталь. Как и арбалетных болтов– сразу несколько полетели в ее сторону. Клинок отшатнулась. Один прошел мимо, еще один врезался в постамент, а третий попал прямо в стоявшую на нем змею, расколов ее едва ли не напополам.

Моряки из загорцев выкрикнули что-то резкое. Один выхватил из-за пояса тесак, второй – короткий плотницкий топор, и оба рванулись к выходу из храма.

– Прикрой мага! – рыкнула Агата Горе.

Вновь высунулась – и послала болт в одного из арбалетчиков, чью позицию засекла в прошлый раз. Вернулась к стене и схватила пробегавшего загорца за руку. Тот не устоял, пошатнулся – и болт пролетел мимо его головы. Второго Агата перехватить не успела, он пробежала несколько шагов – и получил болт в плечо. Завопил что-то и продолжил бежать. Клинок ругнулась и сунула в руку пойманному арбалет.

– Стреляй! – бросила она, стаскивая с себя колчан.

– Я…

– Стреляй! – рявкнула она и, перехватив кистень и вынув из ножен фальшион, бросилась наружу, погружаясь в глубокую, густую темноту. Темноту ночи Форсиона и темноту в душе. Боевая медитация пришла на помощь, изменяя мир вокруг и обостряя чувства.

Агата успела заметить, как пара подкравшихся ближе лысых бойцов бросились на загорца. Успела услышать вопль Горы, ощутить движение за спиной… А потом ее кистень врезался в голову ближайшего врага, с хрустом проламывая кости. Бандиты, а лысые головы не оставляли сомнений в том, кто их враги, атаки моряков не ждали. Ближайшие отвлеклись на загорца, еще несколько завопили невпопад.

Бандитов оказалось много. Лишенные волос макушки мелькали вокруг храма, в проулке слева, из которого тянуло тьмой, на крышах, с которых летели новые болты… Ближайшие к Агате быстро оправились от смерти своего товарища, и ей стало не до разглядываний.

Атаковали резко и быстро, и она едва успела уклониться от летящей с ближайшей крыши смерти. Шагнула в сторону, ударила кистенем по ребрам одного лысого, поймала на фальшион тесак второго и тут же, кистью, провернула широкий клинок, врубаясь в руку противника. Обычному человеку такое не под силу, но она и не была обычным человеком. Бандит завопил – и второй удар фальшиона рассек ему горло. Вовремя – пришлось вновь уклоняться от болта с крыши.

Кто-то завопил от боли… свой, чужой? Дохнуло опасностью – и Агата резким движением ушла от атаки того, кто получил кистенем в ребра. Добавила грузом в голову – и едва-едва успела отбить летевшую в грудь выстрел от укрывшегося за оградой врага.

Отбила – и ушла в сторону, прячась от болта с крыши за новым рванувшем к ней бойцом. Тот, обрадовавшись ее опущенным рукам, ускорился – и споткнулся в тот момент, когда болт пробил его навылет. Агата закончила чужую жизнь ударом фальшиона. Вновь отшагнула в сторону – и кистенем достала до умника, вознамерившегося ударить в спину сражавшемуся сразу с двумя Горе. Достала вскользь – и бандит резко развернулся, наскакивая на нее одновременно с еще двумя. Агата отшатнулась, уходя от целившегося в голову груза кистеня и выпада длинного ножа…

И не успела увернуться от болта, вошедшего в плечо. На мгновение перед глазами появилась иная картинка иного боя. Тела, кровь, смерть Гюстава…

Клинок вновь отшатнулась от атаки, прогоняя воспоминания. Крутанула ладонью с кистенем, игнорируя боль в плече – и достала одного из противников. Увернулась от еще одного, отмахиваясь фальшионом, и краем глаза уловила странную крылатую тень размером с человека на ближайшей крыше. вновь взмахнула кистенем, отгоняя двоих противников – и огрела фальшионом по выставленному колену умника, подобравшегося слишком близко.

Резкий порыв ветра едва не сбил Клинка с ног. Что-то происходило в проулке за оградой… И не только там – раздался вопль, и с ближайшей крыши упало чье-то тело.

Агата отвлеклась на мгновение и едва успела развернуться так, чтобы чужой нож порезал кожу, а не вошел в тело. Пнула подобравшегося близко противника, ушла от удара его кистеня – и обрушила свой прямо на центр чужой груди. Хрустнули кости. Клинок еще раз пнула бандита, отпихивая прочь. Вскинула фальшион и цепочка от прошедшего около головы вражеского кистеня намоталась на лезвие. Агата резко дернула рукой – и не ожидавший этого враг просунулся вперед, споткнулся о своего товарища и получил грузиком по затылку.

Клинок отшагнула, оглядываясь…

Противники рядом закончились, но схватка продолжалась. Вокруг лежали тела. Кто-то стонал, кто-то кричал, пахло кровью и смертью. Гора мощным ударом руки отправил в полет оставшегося на ногах бандита. Темная тень перелетела на следующую крышу…

Из проулка раздавались крики боли, словно кто-то сражался там с бандитами. Кажется, кто-то пришел им на помощь. Да и все равно ведь не уйти, не разобравшись со всеми… Агата поймала ладонью груз кистеня, зажала между пальцами и побежала вперед, на бегу разматывая цепочку, овившую лезвие фальшиона. Левая рука, которой она эта делала, болела при каждом движении.

Дальше в проулке шел бой. Резкие порывы ветра казались странными всполохами, при каждом из которых множились крики и запах крови. За ними властвовала глухая магическая чернота.

Клинок перепрыгнула через тела, лежавшие у проема в ограде. У входа в проулок здоровый лысый тип с двумя не менее здоровыми топорами вонзил оба в тело невесть как продержавшегося так долго моряка-загорца. Или это был тот, которому Агата дала арбалет…

Здоровяк взревел, вырвал топоры из груди жертвы и начал разворачиваться к тому, что происходило за его спиной. Но не успел прийти на выручку своим бойцам – Агата огрела его по голове кистенем. Попыталась. Груз не долетел до цели – появившаяся из ниоткуда невидимая преграда остановила его в яркой вспышке. Столкновение неприятно отдалось в руке – Клинку показалось, что она ударила каменную стену. Она отшатнулась – и вовремя. Двигался здоровяк с топорами почти так же быстро, как и она сама. Его глаза, неестественно красные, светившиеся в ночной темноте, наводили на мысли о магии… Или алхимии.

Миг – и на расстоянии волоса от ее груди прошли два топора, способные раскрошить кости и убить на месте хоть бы и Клинка. Здоровяк крутанул кистями и с подшагом атаковал снова. Агата отшатнулась, едва-едва ускользнув, и взмахнула кистенем, целясь в чужой локоть. Здоровяк ожидаемо выставил топорик, намотал ее цепь на топорище… Но Агата была к этому готова и первой дернула что есть силы. Плечо вспыхнуло огнем, но цели она достигла – здоровяк, не ожидавший этого, топор не выпустил, но чуть вытянул руку в ее сторону. Фальшион опустился на пальцы, смахивая сразу два. Магический щит врага оказался одноразовым.

А вот рук у здоровяка было две, да и злости – в достатке, так что сдаваться он не собирался, и Агата с трудом успела подставить фальшион под опускающийся второй топор. Удар отдался в кисти, клинок выдержал, но вот ладонь занемела и пальцы пришлось разжать. Агата ругнулась. Отскочила и дернула рукой с кистенем. В этот раз противник раненой рукой топор не удержал. Клинок отскочила еще дальше и, стоило здоровяку рвануться вперед, сама шагнула навстречу, опуская кистень с топором, чье топорище так и осталось в цепочке. Клинок достала лишь до второй руки, которой ее пытался достать здоровяк, но этого хватило – топор выпал из покалеченных пальцев. Противник замешкался, и Агате хватило времени чтобы подхватить упавший топор, крутануться и со всей силы всадить его в голову любителю алхимии. Лезвие вошло в висок и с хрустом погрузилось в череп.

Клинок предпочла выпустить оружие и отскочить, опасаясь еще каких-нибудь сюрпризов… Но их не последовало. Здоровяк рухнул на мостовую. Агата распутала кистень, подхватила освобожденный от цепочки топор – и рванула вперед.

Впрочем, могла бы не спешить – в дальней части проулка вокруг места, откуда изливалась темнота, осталось всего четверо бойцов. И их количество на ее глазах сократилось вдвое, когда рыжеволосая женщина, вокруг которой, казалось, сверкали крошечные молнии, резко взмахнула руками – и порыв ветра подхватил ближайших к ней противников и впечатал их в каменный забор.

Оставшиеся двое переглянулись. Бежать им было некуда – по бокам камень, позади странный круг непроницаемой черноты… Бандиты рванулись вперед. Вместе, быстро… Порыв воздуха заставил их оступиться, но лишь замедлил. Агата метнула топор. Попала прямо в грудь тому, кто почти добрался до владевшей магией воздуха. Бандита отбросило назад…

И в тот же миг чернота рванулась во все стороны, врезаясь во всех на своем пути. Тот, кого защищала магия, рванул прочь, скрываясь в темноте проулка.

Уцелевший бандит рухнул на землю сломанной куклой. Рыжеволосая дернулась, свалилась на колени и через мгновение упала на спину. К ней с крыши спикировало странное существо. Похожее на человека, но с длинными руками-крыльями, с костяными наростами, закрывающими туловище, в штанах – и с ногами, заканчивающимися птичьими лапами… Вытянутое, но человеческое лицо со светлыми волосами и длинные когти на руках лишь придавали картине безумных ноток.

Существо принюхалось и рванулось к Агате. Клинок выругалась про себя, вскинула кистень – но его когтистая лапа перехватила в полете.

– Приведи некроманта, быстро! – рявкнула тварь человеческим голосом.

Что это за существо и откуда оно вообще знает о некроманте, Агата решила не выяснять. Оглянулась – и заметила вышедшего из храма Валентина.

Не успела Клинок ничего сказать, как существо рванулось к магу. Агата перегородила путь – и отлетела в сторону, пребольно ударившись раненым плечом. Мир заволокла красная пелена.

На миг. Когда Клинок вскочила на ноги, чувствуя, что кровь пропитала волосы и одежду, странное крылатое создание уже швырнуло Валентина к дергавшейся, словно в припадке, рыжеволосой. Маг выругался. Агата рванула к нему. То ли так действовала боевая медитация, еще не до конца отступившая из разума, то ли что-то иное, но она уловила кусок черноты, жегший катающуюся по земле рыжеволосую. Кусок черноты, пытавшийся разрастись. Вокруг бушевал ветер, странный, словно бы вылетающий из раненной…

– Прижмите ее! – рявкнул Валентин, пытавшийся достать руками до живота женщины, где тьмы было больше всего.