Текст книги "Учеба по обмену (СИ)"

Автор книги: Луи Залата

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 20 страниц)

Глава 7
Сюрпризы. ч.3

– Ваше имя? – Теор без особой теплоты осмотрел полусидевшего на кровати сталийца.

Сталийца ли… Все-таки черты лица юноши больше напоминали кантонские. Но, с другой стороны, немалое количество кантонцев переезжало в Сталию на время или насовсем, пользуясь тем, что в последние годы соседнее государство воевало лишь с Табией, и то с некоторыми перерывами.

Неизвестный адепт, на вид, кстати, явно не первокурсник, с некоторым трудом пытался избежать зрительного контакта.

– Освальд Крейг.

Теор тяжело вздохнул. Сейчас в этой части лечебницы с индивидуальными палатами был только он, пострадавший и Фаве с одной из практиканток, которая была совершенно не в курсе случившегося, но все равно не хотелось действовать слишком уж жестко. Хотя придется если этот самозванец продолжит упираться.

Вагнер с Айвор разбирались с артефактами и пока пытались отвлечь магистра Койт, но рано или поздно придется сталкиваться со сталийской волшебницей, и что-то подсказывало Теору, что разговор будет не из приятных. Но чтобы он состоялся нужно сначала выяснить, что вообще происходит.

– Юноша, – снисходительно улыбнулся менталист, – я не хочу напоминать, что вы незаконно въехали в нашу страну и неизвестно что сделали с тем, чьи документы использовали. Не хочу замечать, что при этом ваши намеренья совершенно непонятны. Проигнорирую тот факт, что, вообще-то именно мои коллеги вместе со мной не дали вам навсегда вмерзнуть в землю несколько часов назад. Я даже не настаиваю на том, что мы вам не враги, хотя это очевидно. Просто спрошу: вы понимаете, что если продолжите молчать, то я просто считаю все нужное из вашего разума? Защиты у вас хуже, чем даже у Ланцо, а сейчас вы и их поддерживать едва способны. Да, что-то наверняка укрыто клятвами, но всю жизнь под ними не спрячешь. И если даже вашу память не обследую я, то сделают Гончие или служба внутренней безопасности. Понятия не имею, зачем мы затеяли этот маскарад, но он закончен, и только от вас зависит, какие будут последствия. Цепляться за маску бессмысленно, она свалилась на пол.

Сталиец сглотнул.

– Этика запрещает потенциально вредоносные воздействия. Я болен, и…

– Разве что разумом. Я вас предупреждал о вреде артефактов. И этика предполагает возможные нарушения этого правила при условии угрозы большему числу людей. Я, как уже сказал, не знаю ни вас, ни ваши намеренья, а потому – пока вы угроза ИМУ и Алисии.

– Я – Освальд Крейг. Просто скрывал свою настоящую внешность, и…

Теор глубоко вздохнул, поднялся и вышел из палаты. Вопреки сказанному, он не собирался лезть в сознание парня. Во-первых там было много блоков, а во-вторых – с таким истощением как у него это и правда было опасно. Уставший разум и тело могли не суметь зарастить причиненные вторжением в сознание повреждения, и поле начало бы разрушаться, что лечится долго и не всегда успешно.

К тому же Теор видел, что псевдо-Освальд напуган до крайности, хотя и старался держать лицо. И боялся он за собственную жизнь, а не за то, что раскроется какой-нибудь его замысел, так что менталист решил обойтись без насилия. Был у него один знакомый, чье участие в этом деле могло стать весьма и весьма полезным. Все равно ближайшие несколько часов истощенный адепт проспит.

Ладно хоть Моро еще не успел заснуть. Связаться с ним через сон менталист мог, но не хотел. Хамелеон в этом отношении был еще хуже Отсекателя, а сил у Теора после работы с самозванцем осталось не то чтобы очень много.

Пока бывший напарник, в последние годы осевший в столице не без просьбы менталиста, собирался и ждал дилижанс, сам магистр расположился на кушетке около входа в палату и прикрыл глаза, восстанавливая силы.

Долго Теору отдыхать не дали – разума коснулся контакт от Айвор:

«Узнал что-нибудь?»

«Пока нет. Попросил Моро приехать. Не хочу копаться в мозгах, буду по старинке работать. А ты?»

«Магистр Те в восторге от необходимости работать столь поздно, так что пришлось пообещать ему пару услуг, но по артефактам все очень интересно. В руке у парня была парная связка, а на тот свет его чуть не отправил очень сильный ментальный щит на основе Ватриева плетения и какая-то ну очень специфическая вещь, изменяющая внешность. Сделано очень похоже на Хамелеона, но принцип другой, плетения там скорее целительские с ментальным контролем. Все забирают силу по первому типу, так что если два наш подложный Крейг еще кое-как тянул, то стоило ему попытаться использовать третий, связной, как пошла перегрузка с известным тебе результатом»

«Прелестно», – откликнулся менталист.

«Те, кстати, уверен, что амулет с поддельной внешностью – что-то не просто не наше, а кантонское, судя по строению плетения. И менее заметное, чем Хамелеон, так что если все вскроется, то наверняка военные себе умыкнут».

«Меня тот, кто их носил, интересует больше. И как только в страну пустили…»

Айвор замялась, но все же ответила:

«В целом такие вот группы по обмену, да и просто группы студентов или преподавателей, направляющихся в другие вузы, почти не досматривают. Ну, кроме кантонцев, чжунийцев и жителей Эмирата, понятно. С остальными у нас есть, скажем так, соглашения. Потому что некоторые вещи возить официально ну очень сложно».

Теор тяжело вздохнул. Что-то подобное он предполагал. Ну или взятки. Или и то, и то…

«Ладно, как что-то узнаю – сообщу», – резюмировал он и свернул контакт, начавший отзываться слабой головной болью, свидетельствующей о подкрадывающемся ментальном истощении.

Менталист выругался про себя и направил сознание в транс. Хорош он будет, если пойдет по пути этого подложного первокурсника…

– Эй, Тео, проснись!

Теор вздрогнул и открыл глаза, обнаружив себя на все той же скамейке в больничном коридоре. Рядом сидел Моро.

– Прости, что разбудил, – бывший напарник особо виноватым не выглядел, – но коль я приехал, то хоть скажи – зачем?

Менталит медленно поднялся, чувствуя, что перешедший в сон транс окончательно спутал мысли. Но все же была одна идея, не исчезнувшая после пробуждения.

– Надо расколоть одного студента.

– Студента? – Моро прищурился, – и ради этого я сюда тащился? Я понимаю, ты уже давно преподаватель, у тебя свои дела, и…

Менталист выбросил вокруг них мощные чары простив подслушивания, в очередной раз почувствовав, что сил у него не слишком много.

– Этот студент, пользуясь чужой личиной, въехал к нам из Сталии по чужим документам.

– Ого, – глаза Моро загорелись, – ты поймал шпиона? Пошли, пообщаемся!

– Не спеши, – Теор жестом остановил друга, который явно пытался понять, в какую из палат им нужно. – У меня есть одна мысль.

Возможно, идея была не самой лучшей. Возможно – совсем не лучшей. Но сонный разум менталиста ее сгенерировал, а Моро поддержал, и спустя еще несколько минут в палате рядом с псевдо-Освальдом сидели два Теора.

Лицо разбуженного адепта надо было видеть, но менталиста интересовали не оттенки эмоций, а то, что стояло за ними. Те мысли и чувства, которые удивленный юноша не сумел и не успел скрыть.

Страх. Обреченность. Магистрат.

Вычленив последнее, настоящий Теор вынырнул из сознания стремительно возводящего все щиты, на какие хватало сил, адепта.

Моро с милой улыбкой принял свой настоящий облик.

– Что ж, юноша, – слово взял менталист, – коль вы не хотите говорить правду мне, придется рассказать ее моему давнему другу из Гончих.

Моро представился. Долго, торжественно, со всеми регалиями… Теор был почти уверен, что Вильгельм пользовался моментом, как он пользовался любым другим моментом в своей жизни.

– И заодно я хотел бы услышать, – продолжил Теор, – почему мы не должны вернуть вас в Кантон к Магистрату после того, как установим вашу истинную личность.

Псевдо-Освальд эмоций не сдержал и побледнел.

– Я – сталиец, и…

Моро фыркнул.

– А я – блондинка-домохозяйка, – усмехнулся он, проводя рукой по белой шевелюре, которой, как знал Теор, весьма гордился, – по твоему лицу и так все видно. Так что ты будешь депортирован на свою истинную родину, а уже потом мы будем выяснять в твоем университете, как так вышло, что к ним затесалась кантонская крыса. У тебя лицо породистое, малый.

Теор чуть качнул головой. Моро все-таки иногда перегибал палку, строя из себя недалекого.

Адепт сглотнул.

– Это бездоказательно! – дрожащим голосом произнес он. – Если я в чем-то виновен, то меня надлежит выслать туда, откуда я прибыл, и…

– А откуда ты прибыл? – уставился на него Теор, – мы вот понятия не имеем, когда был настоящий Освальд Крейг, а когда – ты. Пока думаю, что ты приехал из Кантона, напал на молодого адепта, занял его место, и теперь…

– Теперь его тело гниет где-нибудь в лесу, – закончил Моро.

По лицу псевдо-Освальда прошла судорога.

– Я никого не убивал!

– Где Освальд Крейг?

– Не знаю!

– Врешь, – Моро откинулся на спинку стула для посетителей, – врешь как дышишь. Интересно, твоя игрушка обманула твоих друзей-адептов? Не думаю, ведь мало выглядеть как Освальд, надо еще и думать как Освальд, и говорить как Освальд. Значит они все в курсе подлога, и нам надо будет высылать их прочь. Тоже в Кантон, а? Хотя нет, думаю, все совершеннолетние, так что можно сразу будет судить. Подделали документы, убили сталицев, заняли их места… Да тут как только безопасники узнают – тут же казнят без суда и следствия. Нам тут двадцать шпионов не нужны, а…

– Они тут ни при чем! – наконец не выдержал псевдо-Освальд.

Теор мысленно поаплодировал Моро. Нес друг ту еще ахинею, но как уверенно!

– Это все я, – продолжил юноша, – вот меня и судите! И Крейга я не трогал, я вообще не знаю, где он и что с ним… – закончил он убито.

– Расскажи, что сподвигло тебя занять его место, – мягко предложил Теор, – тебя защитят. И от Магистрата в том числе.

– К тому же если не расскажешь сам, то начнется официальное расследование причастности твоих друзей ко всему происходящему, – подхватил Моро, – о случившемся узнает каждая собака что у нас, что в Сталии, что в Кантоне. И твои враги достанут тебя, и достанут быстро.

Юноша вздохнул.

– Я… Скажем так, у меня есть враги. И когда я узнал об обмене студентами, то понял, что это шанс незаметно покинуть то место, где я находился. Потому я договорился с Освальдом и занял его место. На границе делегации не слишком активно досматривали, и я сказал, что мои амулеты выписаны целителями. Этого хватило.

– И магистр Койт была в курсе? – уточнил менталист.

Или она совсем уж ничего не замечает, или – замешана во всем.

Юноша кивнул.

– Освальд – внебрачный сын ее брата, потому он на все это и согласился. Он должен был приехать сюда перед нами, не порталом, а виверной, чтобы маги-портальщики ничего не заподозрили. А потом мы должны были поменяться. Я получал свободу, а он просто учился бы дальше, да и все.

– И что пошло не так?

Юноша криво улыбнулся.

– Все, наверное… Пред отъездом кто-то на меня напал. Я хотел… Я не помню что, правда. Кажется, я что-то узнал или что-то понял… Не знаю. Помню только, что очнулся уже когда все уже отправлялись. Быстро собрал вещи, шел со всеми. Но амулеты после нападения начали забирать очень много сил… Я решил, что продержусь, хотя Освальд не встретил около Портальной Площадки. Я понадеялся, что он появится позже на установленном месте и что я вытерплю. Потом эта дур… интересная игра, где меня могли бы раскрыть по силе воздействия. Я понимал, что веду себя странно, но мой разум все еще был не совсем здоров… Не думал, что так сложно занимать чужое место… Ну а дальнейшее понятно – Освальд не ждал на месте встречи, хотя мы с Койт ходили его проверить от Библиотеки. Я оказался в дурацком положении, восстанавливающих средств не хватало… Я решил связаться со своей подругой из Академии, уточнить у нее, не вернулся ли Освальд в ГАРХ, вдруг у него возникли проблемы на границе или еще что-то. Ну и… – он тяжело вздохнул, – попросить помощи. Хоть у кого-нибудь.

– У нас ее вы попросить не догадались, – заметил менталист, игнорируя мысленное замечание Моро о том, что имени самозванец так и не назвал. – Допустим. А вылазка в лес тут при чем? И почему вы уверены, что за всем стоит Магистрат? Едва ли рядовой студент ГАРХ им сильно интересен.

Адепт сглотнул.

– По поводу леса – мне прислали записку. Освальд. Предложил встретиться в лесу около школы, вложил координаты, извинился за опоздание.

– И вас не смутило то, что первокурсник вложил координаты в послание?

– Смутило, – признался адепт, – но что делать? Решил, что он попросил кого-то, да и магистр Койт переживала. Она сама не пошла, но обещала покараулить около учебного корпуса, чтобы задержать того, кто придет на зов защиты.

«Удобно устроилась», – просил Моро Теору. – «Если пацан не брешет, то ее в первую очередь проверять надо, не детишек же ведь».

«Детишки тоже могут быть замешаны», – на ум менталисту тут же пришел Ланцо, – «магистранты – не первокурсники, а вкладывать образ можно только хоть что-то смысля в менталистике».

«Убедил».

– Я почти уверен, что к вам в лесу пришел бы вовсе не Освальд, – мрачно заметил Теор.

Юноша поежился.

– Я понял, что дело нечисто, но все же решил подождать. Он согласился на это из-за меня, а теперь вот… Да мы даже сообщить об его исчезновении с магистром не могли, ведь тогда мне пришлось бы раскрыть себя.

– Складная история, – кивнул Теор, – только теперь, будь добр, назови свое настоящее имя.

Юноша глубоко вздохнул.

– Владислав фон Вай.

Менталист покачал головой.

– Ты ведь понимаешь, что я чувствую, когда мне врут? И Магистериум не стал бы охотится за безымянным ГАРХовцем.

– Вариант с расследованием и депортацией в Кантон всех твоих товарищей все еще в силе, – «мило» улыбнулся Моро.

Самозванец обвел взгляд менталиста и Хамелеона, покосился на окно и глубоко вздохнул:

– Моя жизнь действительно в ваших руках. Но Владислав и правда мое имя, под ним я учился.

– А настоящее? – Теор отступать не собирался.

Тем более что Айвор уже дала понять, что магистр Койт явно не собирается пасовать перед иностранными магистрами и идет в лечебницу, чтобы взять штурмом обитель целителей и выяснить, что случилось с ее подопечным.

Парень еще раз сглотнул, и сдавленным голосом проговорил:

– Генрих. Генрих фон Тир.

Теор потрясенно посмотрел на побледневшего Моро. Парень ведь не врал…

«Только не говори мне, что этот малой и правда наследник правителей Кантона!»

«Он честен», – только и смог ответить менталист.

– И я был бы признателен, если бы это осталось между нами, – тяжело произнес кантонец. – Хотя тут я еще раз повторю – я в вашей власти.

– Вы учились инкогнито, – лихорадочно соображая, как именно выйти из положения, уточнил Теор, – но все равно сбежали в Алисию. Что изменилось?

– Исчез тот, кто был моим… Опекуном в стенах Академии, – признал кантонец, – профессор ван Керат не то решил сменить сторону в многолетнем конфликте моей семьи и радикалов из Магистрата, не то пал от руки кого-то из их агентов – я так и не понял. Но он исчез из Академии, и тогда я обратился за подробностями к магистру Койт, второму человеку, знавшему о том, кто я на самом деле. Узнав, что ее отсылают с делегацией, я понял, что остаюсь один. И у меня, конечно, неплохие баллы, но кого бы ни завербовал Магистрат, со всеми я не справлюсь. Но и просто так сбежать – значит привлечь к себе внимание, и потому я изобразил желание перевестись и, забрав документы, занял место Освальда.

«Твою же…! И что с этим теперь делать?» – Моро явно был растерян. – «Сдадим безопасникам – так всем вокруг сразу станет понятно, что что-то не так, Освальд-то из делегации исчезнет. Настоящего, если он в заложниках, могут и убить, если сообразят, что мы обо всем знаем. Может вернуть все как было? Походит пока на пары, а я пока извещу надежных людей и поищу настоящего этого Крейга, вернем его, а этого отдадим дипломатам или еще куда-нибудь»

«Вернуть все как было без шансов», – Теор целителем не был, но все же понимал в лекарстве достаточно, – «он выгорит насовсем».

«Тогда давай я займу пока его место. Всегда мечтал еще раз пойти на первый курс!»

Теор глубоко вздохнул. Идея ему не нравилась, но она позволяла выиграть время.

«К тому же, если их эта магистр Койт обо всем в курсе, то пусть будет в курсе и подмене. Посмотрим, пойдут ли атаки на меня, на настоящего Генриха, которого спрячем, или еще куда-нибудь».

«Отличный план. Вот только я – преподаватель, а не шпион, а твое начальство…»

«Ле Тан одобрит. Она еще за дарума и твою девочку кое-что должна. И Цана подключим».

«Прекрасный план!» – с иронией откликнулся Теор.

«Так и знал что ты оценишь!», – Моро иронию проигнорировал. – «Всегда мечтал стать твоим студентом!»

«Освальд – отличник, и…»

«И всем надо расслабляться, не так ли?»

Теор мысленно застонал. Вот ведь не было печали…

Глава 8
Происшествия ч.1

– Хамл, прекрати! – шикнула Альба, когда заигравшийся висл легким движением лапы спихнул со стола стеклянную кружку из-под грога.

Подхватить трактирную собственность Пришедшая успела буквально в последний момент. Едва не пришлось платить не только за плотный ужин, но и разбитую посуду. Одну тарелку разбушевавшийся питомец уже уронил.

«Это все мята!»

«Ты не кот», – одернула его Альба, – «и не прикидывайся идиотом».

«У меня весна!»

«До весны еще месяц. Заканчивай представление, нам пора в замок».

«Хочу еще мяса!»

«Нет, хватит», – бескомпромиссно отозвалась Альба. – «Мы и так торчим тут почти весь день, обошли весь поселок трижды, и ты заставил меня купить у местного травника твою дурацкую мяту! Мне еще задания делать до самой ночи!»

«Злая ты… Попросила своего рыжего – он бы тебе все сделал»

«Свен сам занят по горло», – с сожалением отозвалась Пришедшая.

Де Стену поставили занятие по теме диплома с младшим курсом на послезавтра, а у него еще ничего не было готово, да и долгов было не меньше, чем у самой Альбы. Так что он, удостоверившись, что Пришедшая пойдет в деревню не в одиночестве, – Альба едва сдержалась, чтобы не стукнуть этого «переживальщика», – пожелал ей, Жану и Амири хорошего отдыха и остался в замке.

Друзья давно отправились к красивому озерцу, расположенному неподалеку, а Альба весь день занималась выгулом вредного Хамла, который за помощь с Гатой требовал всего и сразу.

«Ну еще мяса! Еще!!!»

«Все, надоел!»

Альба схватила сопротивлявшегося висла за шкирку и, чуть встряхнув, запихнула в рюкзак.

Хамл обиженно засопел, но концерт оперативно прекратил: следом за ним в недра рюкзака полетели остатки недоеденного мяса.

Альба расправилась со свежайшим местным хлебом, который надо было обмакивать в пару поданных соусов, доела кусок сосиски, прилагавшийся к «хлебной тарелке» и, закинув недовольно сопящий рюкзак на плечо, отправилась на выход из таверны. Время шло к вечеру, а закат в горах, как Пришедшая уже успела понять, проходил очень быстро. Вроде только сгущались сумерки, а уже наступила ночь. В темноте же даже по ровной горной дороге с натянутыми со стороны обрыва щитами идти совершенно не хотелось.

У коновязи на центральной деревенской площади Пришедшую ждал Арт – гнедой жеребец из Академии, за которого она «отвечала головой». Дара, та самая природница, которая сопровождала их кавалькаду во время первого прибытия в ГАРХ, без восторга отнеслась к необходимости выделить лошадь. При том, что услуга была платной и недешевой – собственных скакунов у Академии было сильно меньше, чем желающих сделать комфортным свой путь в деревню магов. Даже при условии, что кроме алисианцев, которым разрешение покидать Академию что магистр Ридара, что магистр Нетар выдавали без проблем, более-менее свободно замок могли покидать только преподаватели, остальным эта привилегия была доступна лишь за достаточное количество баллов…

Но все равно Дара уперлась и лошадь отдавать не желала. Согласилась только на приличный залог, что сделало и так похудевший после цветочной лавки на прошлой неделе денежный запас Альбы совсем уж небольшим. Не то чтобы в ГАРХ нужно было много средств на булки с чаем, но все же это не радовало. Нет, у самой Пришедшей средства были – и со стипендии, и с призовых, и много с чего еще. Но лежали они по большей части на счетах в банке, филиал которого можно было найти в сталийской столице… До которой еще надо было оплатить портал. Впрочем, на следующей неделе обещали экскурсию еще в один столичный музей и школу при нем, так что деньги она раздобыть сможет. Но пока стоило переставать кормить наглого нелюдя отборной говядиной.

«Свинина жирная!»

«И ты уже тоже жирный! В одежду не влез!»

Купленная в первую же холодную зиму одежка в виде теплого комбинезона прекрасно решала проблему обогрева бесшерстного тела… Вот только Альба уже пару месяцев как не могла этот комбинезон толком застегнуть на животе Хамла, который с осени перешел на режим «есть и спать», и в ГАРХе ему не изменял. Причем, судя по увеличению толщины висла, на кухню он наведывался не только в обговоренное время.

«Ничего не знаю», – с недовольством откликнулся нелюдь. – «Чего плохого в том, что меня много?»

«Как минимум мне неудобно тебя носить», – Альба поправила лямки рюкзака, усаживаясь в седло поровнее.

Арт, кажется, был не восторге от того, что седоки по сравнению с утренним путешествием набрали с килограмм на сытной пище из местной таверны. Конь шевелил ушами и пофыркивал.

– Да ладно тебе, – Альба потрепала животное по шее, – пошли. Да, вверх, но скакать никуда не надо, просто пошли.

– Аль, подожди! – Амири спешила к коновязи. – Мы тоже наверх.

– Хорошо прошел выходной? – с теплотой в голосе поинтересовалась Пришедшая.

Амири не всегда было просто, и с Жаном, и в принципе в Зеленом, но сейчас она выглядела по-настоящему счастливой и раскрасневшейся на морозе.

– А то, – подмигнул шедший следом некромант.

На поясе Жана висели несколько мешочков с чем-то, подозрительно напоминавшем ореховую скорлупу.

Пока некромант и целительница подтягивали подпруги и отвязывали своих лошадей, – в такую погоду желающих ходить пешком не было, – в голове Альбы опять появились мысли висла:

«Потерпишь. Левитация есть. А мне хорошо кушать нравится».

«Ожирение плохо влияет на здоровье», – уведомила висла Альба.

«Глупости! На мое здоровье ничего плохо не влияет».

«Ну разумеется!»

«Не веришь? Хочешь, пойду наверх пешком?»

«Лапы замерзнут»

«А ты мне на что? Выпусти!»

Рюкзак за спиной Альбы начал шевелиться. Ощущение было очень так себе.

«Чего ты такой дерганный?»

«Нормально все со мной. Выпусти, говорю!»

Альба с некоторым скептицизмом посмотрела на притоптанный, но все же не самый тонкий слой снега, которым была покрыта дорога к Замку-на-Перевале.

«Провалишься!»

«Сам решу!»

«Ладно, ладно! Только выпущу как отъедем, а то еще наступит кто…»

«Выпускай сейчас. Я взаперти сидеть не буду!»

Альба тяжело вздохнула и, отпустив поводья, стащила рюкзак. Арт переступил с ноги на ногу, но вел себя прилично.

Хамл же, стоило открыть рюкзак, выпрыгнул на землю так резво, словно за ним кто-то гнался.

Выпрыгнул – и потрусил к ближайшей клумбе с вечнозеленой травой, любимой многими природниками.

«Эй, ты что заду… Прекрати!»

«Простите, тут НЕТ эркеров!»

Альба отвернулась, делая вид, что не знает, чей это лысый кот.

«Если хочешь знать – то я тут не первый».

«Не хочу! Давай наверх, позорник!»

Нужное для уборки плетение она знала, конечно, но все равно…

«Ладно, ладно…»

Альба направила Арта вслед за шустро поскакавшим прочь вислом, стараясь как следует прицелиться для согревающего плетения. Хамл рванулся к тропе на перевал с такой скоростью, словно там его ждала еще одна сытная кормежка.

«Я договорился с поварами, и скоро закат»

Договорился он, как же…

«Мурчание помогает»

Альба фыркнула. Разумное существо…

– Какой-то он нервный в последнее время, тебе не кажется? – Амири тронула пятками свою лошадь, направляясь к дороге на перевал. Жан ехал последним.

Пришедшая только плечами пожала.

– Думаю, ему в замке скучно. Он хотел поехать, хотел новизны, но теперь впечатления закончились, а жить тут еще долго. В Университете-то у него больше простора и больше друзей.

– Ну или он устает, как и хозяйка, – серьезно отозвалась целительница, поравнявшись с подругой. Жан чуть отстал, замешкавшись со своим конем.

Альба отмахнулась.

– Все нормально. Тем более что сегодня я вот отдыхаю.

– Впервые за две недели.

– Ну тоже неплохо.

– И потому что ты вчера с нашими сидела до полуночи? Или позже? Я когда легла – тебя еще не было.

– Ну зато теперь все восстановилку делать умеют, – пожала плечами Пришедшая.

Пришлось повозиться, особенно с теми, чей разум в принципе сложнее погружался в транс. Состояние-то естественное, но кто-то больше читал книг или, скажем, как Кьяра, перед сном уходил в мир грез, а кто-то – меньше. Плюс были свои сложности и с самостоятельным поддержанием транса, и с тем, чтобы тревожность перед погружением в него снять, и много с чем еще.

Вчера не всем удалось быстро объяснить, как работать без наведения от менталиста, но в итоге нужные действия группа освоила, что Альбу радовало. Нагрузки были большими, а подобные техники помогали и ментально, и энергетически, – что больше всего отличало восстановительный транс мага от такого же для неодаренного, – поддерживать тело и разум. С магистрантами-то проблем не было, а вот первокурсники, еще не слишком хорошо контролировавшие свои силы, слишком легко уходили просто в «красивые картинки», без ментального компонента.

Был в «занятиях» от Альбы и еще один момент: некоторые, та же Кьяра, задумались о специализации на менталистике на четвертом курсе. Наверняка передумают еще, но все равно…

– Ты понимаешь, что не выдержишь так весь семестр? – со сдержанной тревогой спросила Амири.

– Все нормально, так я больше не буду, – улыбнулась Альба. Забота была приятна. – Скажи лучше – ты по артефактам задание делала? Что получилось в третьем вопросе?

– Да там все просто, смотри: три прямых угла, два…

За обсуждением каверзных заданий, которые в магистратуре требовали еще большего количества источников и еще более глубоких теоретических обоснований, дорога короталась веселее. К разговору присоединился Жан, подходивший ко многим вопросам со стороны некромагических знаний. Потом все-таки уставший и замерзший, несмотря на поддерживаемое Альбой согревающее плетение, Хамл запрыгнул на седло и примостился на луке, жалуясь на недостаток места, и Амири взяла его к себе на руки. Потом зашла речь о предстоящих целительнице и некроманту демонстрациях своих дипломных работ…

За разговорами почти добрались до замка. Последний поворот остался позади, и теперь осталось только преодолеть прямой участок, заканчивающийся у ворот крепости. Альба уже мыслями пребывала в кафетерии, где собиралась взять стаканчик чего-то теплого, как Хамл неожиданно завопил:

«Спрыгивай!»

Расслабленность как рукой сняло. В следующее мгновение до того ровно переставлявший копыта Арт неожиданно сорвался с шага в галоп, заворачивая влево, к обрыву…

Альба едва успела сообразить, что находится уже не на середине дороги, а на самом краю.

Не думая ни о чем, Пришедшая отпустила поводья и стремена и, нелепо оттолкнувшись от седла, свалилась вбок.

Щит не удался. В плече что-то хрустнуло, дыхание перехватило. Позади раздались крики, заглушаемые удаляющимся вниз ржанием.

– Альба! – Амири подбежала к ней, хрустя сапогами по снегу, – ты как? Сесть сможешь?

Пришедшая, чувствуя, как гулко от страха бьется сердце, – при падении с такой высоты не спасет ни один щит, – попыталась медленно сесть.

– Нормально, – попыталась проговорить она непослушными губами.

Чувства догоняли разум. Яркие, яркие чувства…

Не будет тепла. Не будет теней. Не будет нового шанса. Одно падение – и все, больше не будет вообще ничего. Никогда.

Хамл терся о бок, мурча, как трактор. В потоке образов от него Пришедшая различала только:

«Все хорошо, хозяйка здесь, хозяйка здесь, все хорошо!»

Альба попыталась погладить висла, но неловкое движение вызвала волну боли в плече и груди.

– Не нормально, – озабоченно проговорила Амири.

Альба чувствовала, как целительские чары охватывают и тело, и разум. От последнего она попыталась выставить щит – но не преуспела.

– Ну я же тут, – попробовала улыбнуться Пришедшая, сбрасывая лишние чувства прямо в снег.

Фигурально выражаясь, конечно… Но в целом помогало хоть немного связно мыслить.

– Ага. Только у тебя сломана ключица и два ребра треснули.

– А ты жаловалась на отсутствие практики, – криво улыбнулась Альба, – вот, пожалуйста.

– Издеваешься⁈

– Нет, я серьезно.

Альба почувствовала одно из специфических ментальных плетений, направленных на диагносту состояния разума – и не без раздражения его отбила.

– Нормально все, – она с трудом, но все-таки поднялась на ноги. Стараниями Амири плечо уже не болело, онемев. – Толку паниковать? Лучше не станет.

– С чего лошадь взбесилась? – Жан, сейчас с трудом удерживающий двух норовящих сбежать коней под уздцы, был бледен.

– Еще я бы знала, – пробормотала Альба, под тяжелым взглядом Амири осторожно стягивая куртку.

Благо хоть площадное согревающее помогало…

Рука целительницы прижалась к плечу, потом перешла на ребра.

– Это временное решение, – предупредила Амири. – Просто чтобы потом проблем не было.

– Спасибо, – Альба постаралась искренне улыбнуться.

Сердце все еще билось как бешеное, несмотря на поток спокойных образов от Хамла. Образов, через который проглядывал собственный ужас висла, испытанный им в тот миг, когда кто-то со стены бросил в ее лошадь белые нити.

«Ты узнал его?»

«Нет!»

Альба видела в восприятии висла только движение и магию. Но как прицелиться с такого расстояния?.. Да и вроде как залезть на стену мог только преподаватель…

– Ладно, пошли в замок, – Альбе не хотелось и дальше находиться поблизости от обрыва. – Думаю, местным будет интересно узнать о том, что их хваленые щиты бесполезны.

Пришедшая бросила успокоительные плетения на лошадей Жана и Амири, и, кажется, перестаралась: оба коня вдруг замерли, словно их огрели по голове. Жану, который до того их едва сдерживал, пришлось теперь с усилием тянуть поводья.

– Лошади так себя не ведут, – Амири затравленно озиралась по сторонам, – не мог твой конь просто взять и рвануться в пропасть. Это невозможно! Магия природы или разума – наверняка! И, Альба, если бы…

– Давай не будем, – Пришедшая не успокоилась настолько, чтобы использовать внушения на людях, и потому просто свободной рукой сжала плечо нервничающей целительницы. – Все хорошо, я жива, кости срастутся. Может, я не знаю, у этого коня инстинкты самоубийцы проснулись или испугался чего…

– Альба, ты в это сама же не веришь, – пробасил Жан. – И ты знаешь, что… В общем…

– Что нельзя воскресить дважды? – Альба, которая до того не один и не два раза и с Теором, и сама, работала над тем, чтобы приглушить воспоминания о случившемся у дома О’Хара, почувствовала, как память о холоде пробуждается вновь.