Текст книги "Да чтоб тебя Кракен сожрал! (СИ)"
Автор книги: Лоя Дорских
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 18 страниц)
34
Наверное, стоит признать, что моя радость обновкам была более чем преждевременной. Слушая рассказы папы и наставников про Подводный мир, я прекрасно была осведомлена, что для женской части населения были в моде специальные брючные комбинезоны, позволяющие не только с комфортом находиться на суше, но и адаптированные для длительного контакта с водой.
Вот только перебирая свои обновки, я наблюдала лишь платья.
– Я Подводный мир вообще не увижу, что ли? – спросила саму себя, почувствовав необъяснимую тоску.
Папа в любом случае заберёт меня и представит ко двору. Выйду я замуж, или, что более вероятно – нет, я всё равно отправлюсь туда. Я же принцесса, единственная наследница и будущая правительница, кто бы и что в самом Подводном мире не говорил. Отец рассказывал, что недовольных чистотой моей крови много, для этого меня так и охраняли до вступления в силу.
Но мой день рождения совсем скоро…
– Что ж такое, – встряхнув головой, я постаралась выкинуть из головы тревожные мысли, сняв с вешалки одно из простых домашних платьев.
Меня не покидало ощущение, что я словно что-то забыла, но никак не могу вспомнить, что именно. Как будто часть моей души рвалась куда-то, зовя меня следом…
Медленно выйдя из гардеробной, я подошла к окну, прижавшись лбом в нагретое солнечными лучами стекло.
Море.
Оно словно знало что-то и манило выйти к нему, чтобы разделить со мной тайну. Но этого делать нельзя.
Едва я коснусь морской воды, как меня смогут обнаружить папины враги.
– Хотя один сумел это сделать и без привязки к воде, – напомнила я себе про похищение, которое папа стёр из моей памяти.
Интересно… а как это было? Наверняка жалкие пираты тряслись от страха, ожидая, когда морской дьявол придёт за своей дочерью. Да и зная мой характер – сомневаюсь, что я молчала, до того, как меня скрыли в трюме. О, я была уверена – я им высказала всё, что думала в тот момент, даже несмотря на совсем непрезентабельный вид. Похитили меня ведь в одном полотенце. И я очень надеялась, что нигде его не потеряла при транспортировке. Хоть я ничего и не помнила, но даже мысль о том, что я могла щеголять голой перед сборищем отщепенцев – вызывала прилив дурноты.
Я даже прошла в ванную комнату, чтобы умыть лицо холодной водой и снять с себя это наваждение. Из глади зеркала над раковиной на меня смотрело моё испуганное отражение.
– Что же не так? – чувство безысходности и нарастающей тревоги никак не желало отпускать.
Более того, эти чувства словно принадлежали не мне, а транслировались со стороны, ожидая моей реакции. Я никак не могла объяснить своё состояние и справиться с ним сама. Единственным разумным решением было срочно найти папу. Кто знает, может это побочное действие его вмешательства в мою память. Или он недостаточно запечатал мои воспоминания и теперь они вырываются наружу таким странным образом…
Осторожно выйдя в коридор и прикрыв за собой дверь, я прислушалась к оглушающей тишине. Удивительно. Замок далеко не маленький, кроме семьи моего бывшего (в ближайшем будущем!) жениха тут ведь должно быть много слуг. Возможно я просто зря себя накручиваю и челядь просто вышколена быть тихой и незаметной. Образцово тихой, я бы даже сказала.
– Здесь кто-нибудь есть? – громко позвала я, но ответа так и не последовало. – Хорошо. Найду сама.
Немного побродив по коридорам, я вышла к главной лестнице и спустилась на первый этаж. Тут тоже было подозрительно безлюдно, и я, недолго думая, направилась в правое крыло. Столовая, в которой нас кормили несколько часов назад, располагалась где-то здесь.
– Принцесса? – вот только распахнув очередную дверь, я попала на кухню. – Я могу вам чем-то помочь?
На меня в ожидании смотрели занятые готовкой служанки, с опаской поглядывая в сторону той, что обратилась ко мне с вопросом.
– Я… – моё внимание привлекла булькающая в кастрюле вода, отвлекая от ответа.
Я даже подошла ближе, пытаясь понять, что меня так сильно смутило.
Вроде ничего необычного. Простое бульканье…
Но было в этом что-то такое, что неприятно скреблось на душе тревожным звоночком. Что-то важное…
– Бульк, – медленно повторила я, не отдавая себе отчёта в том, как сейчас выгляжу со стороны. – Бульк…
Мир сузился до пузырьков кипящей воды. В ушах зашумело, словно напоминая мне о чём-то.
– Принцесса, – кто-то схватил меня за руку, вынуждая обернуться.
– Адельберт! – воскликнула я, возвращаясь в реальность и смотря в болезненное лицо своего жениха. Пока ещё жениха. – Ты меня напугал.
– Что ты здесь делаешь? – сухо задал он вопрос, с пренебрежением осмотрев пространство кухни. – Ты напугала кухарок.
– Я задумалась, – просто ответила ему, мельком взглянув на продолжающую раздражать меня кастрюлю и поспешила перевести тему: – Я хотела поговорить с отцом, но нигде…
– Не думаю, что наш разговор будет уместен… здесь, – своё брезгливое отношение к кухне и слугам, Адельберт и не думал скрывать, потянув меня в сторону двери.
И вроде всё в его поведении было мне знакомо – меня тоже с детства учили не обращать внимания на тех, кто прислуживает, и всё же… как бы странно это не звучало – поведение женишка меня откровенно покоробило.
– Я хотела поговорить с отцом, – обратилась я к нему, стоило нам выйти из служебного помещения. – Не поможешь найти его?
– Леару пришлось уйти, принцесса, – коротко ответил Адельберт.
– И не попрощался? – нахмурилась я, припоминая наш разговор в комнате. – Он ничего про это не сказал.
Зато успел многое рассказать про моего жениха. Подумать только – абсолютно лишён магии. Хотя, по нему это видно. Не только в том плане, что я не чувствовала в нём высшего, или равного себе, а в целом. Может его внешность – это результат отсутствия дара? Я плохо представляла себе, как гидры используют свои силы, почему-то наставники не акцентировали на этом внимание. Папа тоже лишь однажды в двух словах описал, что жених из достойной семьи, и что им подчиняются гидры.
С моей стороны упущение не поговорить с отцом на эту тему раньше.
А ещё страшно, что папа ушёл именно тогда, когда есть вероятность, что с меня могут сойти его чары. Не хотелось бы мне вспоминать про трюм и крыс. Ещё эта кипящая вода никак не желала выходить из головы…
– Я провожу тебя в твою комнату, – разорвал тишину Адельберт, пропуская меня первой в нужную сторону.
– Спасибо, – без энтузиазма ответила ему, едва сдержавшись, чтобы благодарность прозвучала спокойно.
Как там сказал папа? Постараться наладить с ним общение? Поделиться силой?
Нет уж.
Жених вызывал у меня лишь одно чувство – отвращение. Как не старался папуля разжалобить меня историей бедного обделённого силой мужчины, стоит признать – ничего не вышло.
Мне находиться с ним рядом было не комфортно, а про передачу силы и говорить не стоило. Для этого нужен был физический контакт, хотя бы минимальный – взяться за руки, к примеру. Но от одной мысли взять его руку в свою – меня передёргивало!
Остановившись у двери в мою комнату, Адельберт молча её открыл, пропуская жестом меня внутрь, но следом (слава Посейдону!) заходить не стал. Правда, радовалась я не долго.
Спустя несколько секунд послышался характерный щелчок замка. А подбежав к двери я лишь убедилась в своих подозрениях – он меня запер!
35
С трудом заставив себя лечь спать, я надеялась не только успокоиться таким образом, но и сократить время ожидания до утра. Я была уверена, что подобную дерзость отец этому упырю так просто с рук не спустит! Это надо додуматься – запереть меня! Принцессу Подводного мира! Дочь великого морского дьявола! Да отец из задохлика рыбные консервы сделает!
Кильку в томате!
И пустит на корм рыбам!
Засыпая с такими эпитетами в мыслях, я провалилась в сон, больше похожий на воспоминание, до того всё казалось реалистичным.
Я стояла в полотенце, гордо вздёрнув подбородок, угрожая кому-то расправой, но вместо устного ответа, я вдруг ощутила жар мужского тела, к которому оказалась прижата. Чувствовала касания губ, задыхаясь от разгорающейся в душе страсти. Позволяла чужим рукам исследовать моё тело, выгибая спину, поощряя всё это безумие…
Безумие безумием, но сопротивляться у меня не было ни единого порыва. Наоборот, я ждала большего, полностью растворяясь во власти и желаниях обнимающего меня мужчины.
– Что же ты со мной делаешь, принцесса, – голос казался смутно знакомым, с приятной хрипотцой, но как я не старалась разглядеть и узнать его обладателя, образ словно ускользал от меня. Лишь зелёные глаза врезались в память. И хитрый прищур, с которым мужчина на меня смотрел. – Беги, Кассандра.
Картинка резко сменилась, превращая романтичную фантазию в самый настоящий кошмар.
– Уходи, – едва слышный голос коснулся моего слуха, перед тем как всё закончилось и я распахнула глаза.
Я проснулась в холодном поту, пытаясь отдышаться и стирая с лица слёзы.
– Это всего лишь кошмар, – пыталась уговорить себя, стараясь выкинуть из головы концовку сновидения.
Я, сидящая на палубе и прижимающая к себе тело раненого мужчины и… отец, идущий в нашу сторону и вызывающий лишь одно желание – убежать, как мне и было сказано.
– Кто же ты такой? – я коснулась пальцами губ, чувствуя, как глаза вновь наполняются слезами. – И почему…
Договорить мне помешал собственный всхлип.
Всё казалось таким реальным, но это ведь невозможно! Мысль о том, что это могли быть мои воспоминания я резко отметала в сторону.
Я не могла бояться собственного отца! Просто не могла…
– Это просто кошмар, – вскочив с кровати я начала метаться по комнате, стараясь взять себя в руки. – Просто сон… это просто сон!
Но сколько бы я себя не убеждала, легче мне не становилось.
Слёзы продолжали стекать по щекам, а душу словно душила тоска по… да если бы я только знала, по кому!
– Что это? – остановившись у окна, я вглядывалась в подсвеченную полной Луной морскую гладь, и кажется…
Кракуля.
Я как подкошенная опустилась на пол, закрыв ладонями лицо и по-настоящему расплакавшись.
В голове, кадр за кадром, стали проноситься воспоминания. Начиная от сирен, вылизывающих сапоги Филиппа, до того как…
– Нет, – прошептала я, вспомнив подслушанный разговор Леара со слугой. – Нет…
«Прекрасно. А капитан?»
«Как и положено. Отправился на корм рыбам вместе со своей посудиной.»
«Однажды вы его уже отправляли.»
«На этот раз я лично всё проверил. На этот раз чудесных воскрешений не будет. Деккен мёртв.»
Последние слова русала словно на повторе звучали в моей голове.
Деккен мёртв.
Я прижала ладонь к своему рту, чтобы не сорваться и не завыть в голос от открывшейся мне правды.
Я – кормушка, которую Леар растил лишь с этой целью.
Леар привёз меня сюда, чтобы я исполнила предназначенную им для меня участь.
И помочь мне теперь никто не сможет.
Единственный, кто хотел – мёртв.
– Филипп, – всхлипнула я, до боли стиснув зубы и обхватив себя руками за плечи.
Неожиданно почувствовала волну сочувствия от Кракули. Мой малыш тоже тосковал по Деккену. Как и по мне, пока я совершенно забыла о существовании маленького чёрного осьминога.
– Прости, – обращаясь к ним обоим прошептала я. – Это всё из-за меня. Это я виновата…
Если бы Филипп не решил мне помочь, если бы не стал учить меня и пытаться найти Джерарда, то был бы сейчас жив.
– Коерт, предатель! – вспомнила я, кто пустил Леара на территорию нейтральных вод.
Об его кончине я не жалела. Наоборот, в душе проснулось нечто похожее на злорадство… но тоска и злость на Леара всё равно перевешивала, вместе с горечью чувства вины.
– Что же мне теперь делать? – я придвинулась вплотную к оконному стеклу, понимая, что оказалась в ловушке.
Леар сделает всё, чтобы я стала послушной кормушкой для Адельберта. Уверена, я услышу много интересного завтра утром, по поводу моего содержания под замком. Например, что это было сделано только ради моей безопасности. И вообще, задохлик хотел как лучше, и я должна быть благодарна...
– О, нет, – прошептала я.
Вспомнив всё, что знала, я спрогнозировала своё ближайшее будущее.
Никакой репетиции свадебного обряда не будет. Скорее всего будет настоящий, просто мне об этом не сообщат. А когда я заявлю «отцу», что замуж за этого задохлика не пойду – он найдёт тысячу причин, чтобы просто оставить меня здесь. Например, что в Подводном мире опасно, и раз от мамы меня уже один раз похитили…
А ещё он обязательно попросит делиться силой с задохликом.
Уговорит. А если не сможет сам, то подключит маму.
Маму…
Даже смешно.
А ведь я верила, что всё не так, как говорил Филипп. Как же я ошибалась. Жаль, что Деккену об этом я сказать уже никогда не смогу.
– Но смогу сбежать, – прошептала я, вновь вглядываясь в волны. – Сделать его смерть не напрасной.
Самое сложное – не дать понять Леару, что я смогла всё вспомнить. Если где-то проколюсь – он сможет снова залезть в мою память и гарантий, что у меня второй раз получится прозреть – нет.
Выдохнув и взяв себя в руки, остаток ночи я провела общаясь с Кракеном, снова и снова прокручивая в голове то, что я планирую сделать.
Мне нужно было, чтобы сейчас малыш затаился. Чтобы его не заметил Леар или хозяева замка!
Я сама должна позвать Кракулю, когда буду у воды. И это было самым сложным. Как мне, не вызывая подозрений, пробраться к берегу? Задачка была и так со звёздочкой, а если прибавить то, что меня здесь начали запирать…
Определённого плана у меня не было. Пока я решила лишь подыгрывать Леару и подобраться к воде до того, как меня заставят поучаствовать в «репетиции» брачного обряда.
Дальше буду действовать по обстоятельствам. Вызову Кракена и умчусь с его помощью как можно дальше отсюда.
Возможно, даже смогу найти Джерарда…
Если меня не отследят раньше и не выжгут абсолютно все мои воспоминания…
36
– Кассандра? – голос Леара подействовал на меня подобно электрическому разряду, заставляя не только распахнуть глаза, но и вскочить на ноги.
Кажется, я умудрилась уснуть прямо на полу, пока проговаривала с Кракеном основные моменты своего теоретического плана побега.
– Кассандра? – повторил морской дьявол, скрывая своё напряжение за улыбкой. – Всё в порядке?
Нет. Не в порядке. Но ты будешь последним, кто это поймёт.
– Папочка! – изобразив радость, я кинулась с объятиями на мужчину, начиная тараторить претензии: – Он меня запер здесь! Запер! Меня! Представляешь? В голове не укладывается просто!
Я старалась говорить как раньше. Избегала смотреть в лицо Леару, чтобы он не сумел прочесть что-то по моим глазам. Просто выплёскивала злость, делая вид, что причина моего негодования лишь в Адельберте. Только в нём. Нельзя дать Леару даже лёгкий намёк на то, что моя память могла вернуться.
– Так было нужно, – бережно отстранив меня, Леар пустился в пояснения.
Он говорил уверенно, лицемерно стараясь убедить меня в том, что действовал жених только ради моей безопасности. Заботливый очень. Золото, а не мужик. Просто Леару потребовалось срочно вернуться в Подводный мир, по сомнительным и не озвученным мне причинам, вот и решил Адельберт перестраховаться. А то, что мне женишок не объяснил ничего – так это от скромности. Оробел передо мной. Влюбился.
– Ты же у меня такая красавица, – Леар приподнял мою голову за подбородок, вынуждая смотреть ему в лицо. – Тут любой дар речи потеряет. Не суди его строго. Юноше и так не слишком повезло в этой жизни.
– Я всё равно злюсь, – ответила я, стараясь не наговорить сейчас лишнего. Например, на кого конкретно и за что именно.
– Не суди его строго, он действительно хотел как лучше, – повторил Леар, подводя наш разговор к завершению и подталкивая меня ладонью в спину в сторону ванной комнаты. – Давай, приводи себя в порядок. У нас для тебя сюрприз.
– Сюрприз? – переспросила я, не забыв натянуть на лицо улыбку. – Я люблю сюрпризы! Что ты задумал?
– Собирайся и узнаешь, – уклонился от ответа Леар.
Зайдя в гардеробную за вещами, я направилась в ванную, и только там, закрывшись, позволила себе убрать с лица фальшивую улыбку.
Сюрприз он мне подготовил.
Точнее, даже не он. Они. Вот только с кем? С семьёй задохлика?
Боюсь, что бы там ни было, мне это не понравится. Главное не подавать вида.
Быстро умывшись и переодевшись в платье, я проверила свою связь с Кракеном, напомнив ему сидеть тихо-тихо. В голову запоздало пришла мысль, что у Леара ведь тоже есть кракен. И раз сам дьявол здесь, то возможно и его осьминог где-то неподалёку… Если Кракулю обнаружат – будет плохо. Даже предполагать не хочу, что Леар сделает с малышом.
– Я готова, – улыбнулась я «отцу», когда вышла в комнату полностью собранная. – Что за сюрприз?
– Сначала завтрак, – довольно оскалился Леар, беря меня под руку и выводя из комнаты.
– Как скажешь, – согласилась я.
Аппетита у меня не было совершенно, но я понимала, что есть мне нужно. Если я хочу сбежать, мне нужны силы, а не измождённое голодом и волнением тело. Да и у Леара могут возникнуть вопросы по поводу потери аппетита. Всё же, что жених меня запер – не такая веская причина для внезапной голодовки.
К счастью, завтрак много времени не занял, и спустя каких-то полчаса, Леар вёл меня в сторону парадного, как он сам мне озвучил зала.
– У нас запланировано какое-то мероприятие? – уточнила я, чувствуя, как по спине прошёл неприятный холодок.
– Я решил немного ускорить репетицию твоей свадьбы с Адельбертом, – доверительно признался мне отец, взявшись за ручку одной из двух вычурных дверей, ведущих в зал. – Сюрприз! Надеюсь, ты мне не откажешь в этой маленькой радости – посмотреть на свою девочку в паре с женихом? Тем более, что вызвать меня во дворец могут в любой момент.
С этими словами он открыл двери, пропуская меня внутрь первой.
Здесь нас уже ждали.
Ровно по центру помпезно украшенного живыми цветами зала стоял мой болезненный женишок и слушал что-то тихо проговаривавшую ему мать; отец семейства был рядом, и его почтительно слушал хмурый мужчина в чёрном балахоне.
У меня внутри всё похолодело при одном взгляде на незнакомца.
Жрец.
Жрец Посейдона, проводящий обряд для желающих вступить в брак.
– Кассандра, – скупо поздоровался со мной Адельберт, едва заметно кивнув в знак приветствия. – Можем начинать?
– Разумеется, – уверенно ответил Леар, подталкивая меня в спину.
Нет… этого допустить я не могу. Нужно было срочно что-то делать! Вот только что?!
– Папа, – улыбнувшись Леару, я мотнула головой в сторону двустворчатой двери. – Можно тебя на минуточку?
Не дожидаясь ответа, я взяла его за руку и потянула на выход из зала, судорожно обдумывая свои дальнейшие действия.
Я была права. Никакой репетиции не будет, будет полноценный свадебный обряд! Не даром же здесь жрец. Даже обидно немного, что Леар считает меня настолько глупой… хотя может, так оно и было на самом деле. Главное, что сейчас это сыграет мне на руку.
К счастью, морской дьявол не стал сопротивляться перед семьёй женишка и разрешил увести себя обратно в коридор.
– Кассандра, – стоило нам выйти, как Леар нахмурился. – Если ты снова решила мне сказать, что никакой репетиции не будет…
– На самом деле, – перебила я его, пытаясь воплотить в жизнь внезапно пришедшую мне в голову идею. Если всё получится, то уже сегодня я смогу сбежать. – Я хотела бы перенести репетицию на вечер. Пап, – я погладила его по плечу, стараясь изобразить кротость и послушание. – И попросить немного времени наедине с Адельбертом. Мы ведь вообще не общались почти. Ему наверное и так неловко, ведь он запер меня вчера…
– Только ради твоей безопасности, – хмуро отметил Леар.
– Я это понимаю, – ответила ему, твёрдо смотря в глаза морского дьявола. – Я знаю, сколько твоих недоброжелателей пытаются добраться до меня, и как ты стараешься меня уберечь. И всегда иду на встречу тебе и соблюдаю все запреты. Сейчас же прошу о сущей мелочи. Ты ведь сам хотел, чтобы я постаралась. Может время наедине с Адельбертом даст мне возможность что-то в нём разглядеть. Мне и так его жалко… и сил нет, да и меня побаивается… наверное, считает, что я злюсь на него из-за ночевки под замком. Но иначе он поступить не мог… он старался меня защитить.
Я осторожно подбирала слова, следя за каждой своей интонацией. Старалась следить за мимикой, чтобы у Леара и мысли не возникло, что я сейчас вру. Я хотела, чтобы дьявол решил, что женихом я уже начала проникаться. Что жалею его и ценю защиту, хоть и такую специфичную.
Я прекрасно помнила, что мне пытался объяснить Филипп, когда узнал, чему меня всю жизнь учили. Для Леара было важно моё добровольное согласие на постоянную передачу сил Адельберту.
– Это всего лишь репетиция, Кассандра, – глядя в глаза врал мне Леар. – Я не понимаю, почему ты так боишься её.
– Я не боюсь. Я хочу запомнить её... принарядиться. И чтобы было для кого хотеть быть красивой, папа. Не только для тебя, но и для Адельберта. Ведь если мы сможем с ним нормально пообщаться, – продолжала я уговаривать Леара. – То и сама репетиция может заиграть другими красками. Для меня. Сейчас я жениху лишь немного сочувствую, ну и злюсь, конечно. Но кто знает…
Он сейчас должен купиться. Просто обязан! Ведь если нет…
– Хорошо, – с выдохом ответил мне Леар, спустя несколько мучительно долгих секунд молчания. – Я попрошу перенести всё на вечер. Но больше никаких переносов не будет, Кассандра.
– Спасибо, папочка! – изображать радость мне не пришлось. Пришлось лишь обнять «папулю». Но это ничто, по сравнению с всё ярче светившей мне свободой. – Ты сегодня весь день будешь здесь?
– Боюсь, что нет, – вздохнул Леар. – Но вечером я обязательно вернусь. Не сомневайся.
А я постараюсь к этому времени быть как можно дальше отсюда. Не сомневайся, «папочка».
