Текст книги "Развод. Смогу ли я простить? (СИ)"

Автор книги: Лиза Шимай

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 8 страниц)

Глава 32

Еще недавно я чувствовала себя тут в безопасности. Планировала сделать небольшой ремонт, купить новую мебель. Хотела сделать все так, как я люблю. А теперь мне хотелось отсюда поскорее сбежать. Хотя я понимаю, хочу сбежать не отсюда, я хочу сбежать от той жизни, в которой отказалась.

Я столько времени мечтала о беременности, представляла, какое это будет счастливое время, а в итоге теперь волнуюсь за свою жизнь. А еще больше волнуюсь за жизнь малышки.

И, конечно же, за жизнь Алексея. У меня до сих пор не укладывается в голове, как Маша может так относиться к своему ребенку. То есть, она пришла в наш дом подготовленная, она хотела его сжечь, и ей было глубоко наплевать на то, что там находится ее сын. Вот и показывается ее истинное отношение как матери.

Когда-то давно я читала, что у некоторых женщин полностью отсутствует материнский инстинкт. Но я не могла понять, как это. Теперь понимаю. Я очень сильно злюсь на Машу, хоть и понимаю, что, скорее всего, она просто психически нездорова. Но раз это так, то она должна содержаться в определенном учреждении, чтобы не нанести вред окружающим и себе.

Я ни в коем случае не позволю ей приблизиться к Алексею. Я знаю, что и Рома это не позволит. Я планирую ему в этом помочь.

Примерно через час к нам приехал Ян. В его машине уже лежала кроватка, вещи и памперсы для Алексея. Мы загрузили в эту же машину мой чемодан.

Я постаралась взять вещей по минимуму. Так хотелось скорее уехать из города, что не было времени на сборы.

Ян оставил нам машину и уехал на такси.

Рома сел за руль. Я впереди, Алексей на заднем сидении в люльке. Мы, наконец-то выехали из города. Первые минуты я чувствовала себя немного не в своей тарелке.

Может быть, это неправильно. Я пытаюсь отдалиться от Ромы, но обстоятельства сводят нас вместе. Может быть, мне стоило бы сейчас уехать одной. Но я понимаю, что Роме с Алексеем тоже стоит уехать. Я знаю, что он не убегает и сможет разобраться со всем на расстоянии.

– Рома, что с документами? – наконец-то решаюсь спросить. – Я имею в виду с документами на ребенка.

– На данный момент в свидетельство о рождении записан только я.

– Такое бывает? Я думала, всегда мать.

– Она отказалась. Сразу же после родов. Именно поэтому она и решила поступить таким образом. Потому что понимает, что уже не может ничего изменить. Денег она от меня больше не получит. Я не знаю, честно, как поступать дальше. Если врачи мне скажут, что с ней всё в порядке, она захочет через время увидеться с Алексеем… Я даже не уверен, что готов ей это разрешить. Посчитай меня эгоистом. Скажи, что я отвратительный человек. Может быть, я не должен ограничивать общение ребенка и матери. Но, глядя на то, что творится, я хочу сделать всё, чтобы она больше никогда не увидела Алексея.

– Это очень сложный вопрос, я с тобой согласна. И я правда не знаю, как правильно поступить.

– Нет правильного решения, Лена. Если я запрещу ей общаться с ребенком, чтобы защитить его, то я буду тираном. Потому что как я посмею запретить матери видеть своего сына? А если я позволю общаться, то я буду отвратительным человеком, потому что допустил умалишенную женщину к ребенку.

– Хорошо, что у него есть ты, – говорю я. – Я не могу даже представить, если бы Маша родила от какого-то такого же ненормального, как она, что было бы с ним? Боже, Ром, мне так жалко, что те женщины, которые мечтают о детях, не могут их завести. А у кого-то вот так рождается ребенок, и он никому не нужен. У меня сердце сжимается от боли каждый раз, когда я об этом думаю. Это же ужасно.

– Алексей не один. У него есть я. И очень надеюсь, что есть ты.

– Это очень сложно. А ты хоть понимаешь, о чем ты сейчас говоришь?

Мы едем по ровной трассе. Иногда нас обгоняют машины. За окнами мелькают деревья, и я вижу, как солнце скатывается к горизонту. Чувствую себя немного расслабленной, будто все проблемы остаются позади.

– Рома, это очень сложно. Я не уверена, что смогу совершить подобное. Ты понимаешь, я буду на него смотреть и думать о том, что его родила другая женщина.

– Я это понимаю, хорошо это осознаю. Но, Лен, я знаю единственное, что лучшей матерью, чем ты, для Алексея не будет никто. Если ты откажешься и не захочешь быть со мной и с Лешей, я это пойму и приму. Я не отрицаю того, что я буду пытаться снова тебя завоевать. Не могу тебя отпустить. Я совершил ошибку. Каюсь. Но всё, чего я сейчас хочу – это быть с тобой и с детьми.

– Рома, давай не будем говорить такие слова. Я помню, что произошло…

– И это была минутная слабость, большая ошибка. Я готов миллион раз просить у тебя прощения, но понимаю, что в словах смысла нет. Поэтому я хочу показать тебе действиями, что достоин тебя. Только дай мне, пожалуйста, время. Ты видишь, какие сейчас обстоятельства. Вначале я сделаю так, чтобы ты и Алексей были в безопасности, а затем разберусь с Машей. После этого мы сможем нормально поговорить.

– Рома, у меня всегда будет страх, что ты снова изменишь.

Глава 33

– Я могу миллион раз тебе повторить и пообещать, что такого не будет. Но, думаю, ты не воспримешь мои слова серьезно. Поэтому я хочу только сказать тебе, что буду изо всех сил пытаться сделать тебя счастливой. Все, чего я хочу – это чтобы у нас была семья. Ты, Леша, наша малышка. Мне больше ничего не нужно. Полностью моя ответственность. Я это осознаю. Я все решу. Я сделаю все, чтобы вы снова были в безопасности. Просто, Лен, дай мне время.

– Я постараюсь, но не могу ничего обещать.

Дальше мы ехали в молчании. Я еще многое хотела сказать Роме, но уже язык не поворачивался.

Мысли закрутились в голове так быстро. С одной стороны, мне хотелось его оттолкнуть, сказать, чтобы он навсегда уходил из моей жизни, но я понимала, что этого никогда не произойдет.

У нас будет совместный ребенок. И нельзя отрицать того, что я привязалась к Леше. Я смотрю на этого маленького ребенка, который оказался не нужен своей матери, и всё, что я хочу дать ему – это любовь. Я не смогу заменить его мать, но я смогу дать ему любовь и заботу.

Ребенок ни в чем не виноват, сейчас неважно, как он появился на свет, важнее, чтобы он был окружен заботой и был в безопасности.

Глядя на то, что произошло, я понимаю, что даже спустя время Маша не станет нормальной. Я очень сильно в этом сомневаюсь.

Она еще будет отравлять нам жизнь. Может быть, спустя лет десять она вспомнит о своем сыне, возьмет его и сводит в кафе мороженое, о чем-то пообщается, узнает, как у него дела… Но на этом всё.

Не думаю, что у нее неожиданно проснутся материнские чувства.

Она пыталась сжечь дом, где был ее маленький сын.

Такое не прощают.

Мы приехали в загородный дом, который снял для нас Роман. Он сказал, что аренда оплачена на месяц. Это было тихое место в лесу, повсюду стояли видеокамеры, еще была охрана.

Очень уютное место.

Рядом нет никаких магазинов и ничего подобного, но всегда можно заказать доставку.

Раньше я не любила такие места. Я привыкла к шумному городу. Но сейчас мне здесь даже понравилось.

Это была первая ночь, когда я спала очень крепко и спокойно. Приятный сосновый воздух расслаблял.

Вечером мы спускались к горной реке на прогулку, и через несколько дней я поняла, что токсикоз окончательно отступил. Я начала нормально есть и лучше себя чувствовать.

По утрам мы прогуливались с малышом и Ромой. В обед занимались самыми обычными делами – готовили еду, читали, смотрели фильмы.

Проводили время так, как я всегда мечтала, одной семьей. Меня это радовало и одновременно разрывало мое сердце на части. Мне так хотелось допустить мысль о том, что так может продолжаться вечно, что мы будем вот так жить, и больше ничего не отравит наше существование.

Рома иногда уезжал по работе, а также говорил, что занимается поисками Маши. Я сильно не вдавалась в подробности, старалась об этом не думать. Для меня было самым важным, что здесь безопасно.

Лешенька рос на глазах, он уже держал головку, и я читала книги о развитии детей, чтобы узнать, какой у него следующий этап развития.

Спустя пару недель, когда мы с Ромой смотрели какой-то фильм, а Лёша мирно спал в своей кроватке, раздался звонок от Яна.

Сразу же по лицу Романа я поняла, что стряслось что-то ужасное. Роман немного побледнел, его брови вздернулись вверх, а затем он вышел на улицу.

Когда он вернулся, то я сразу спросила.

– Маша нашлась?

– Вроде того, – Рома устало потер переносицу, а затем швырнул телефон на диван. – Нашлась. Она попала в аварию.

– Какую аварию?

– Ехала на машине и слетела с обрыва у Старовинского монастыря.

– Ты серьезно? Она жива?

– Пока неизвестно. Только достали машину, она брала её в аренду. Машину достали, но тела там нет.

– Тела? – мой голос сорвался на тихий хрип. – Что значит «тела»? Ром, подожди. Почему ты так уже говоришь? Может, она еще жива? Может, она смогла выбраться?

– Не знаю.

– Она же сумасшедшая. Может быть, она просто столкнула свою машину?

– Нет, там, скорее всего, ее занесло. Это как раз было после дождя. Специалисты осмотрели дорогу. Виден тормозной путь. Так что она явно ее не столкнула. И выпрыгнуть из машины она вряд ли могла. Сейчас погода улучшилась, и водолазы ищут ее. Но они говорят, что очень большая высота, и вероятность того, что кто-то выжил, очень маленькая. Скорее всего, она погибла.

– Погибла...

Говорю эти слова, и самой не верится. Конечно, я злюсь на Машу, я ненавижу ее. Я думала про нее самые различные гадости, но я не желала ей смерти. Я бы никогда никому не могла пожелать смерти.

Тем более, такой ужасной.

Не могу представить, что она переживала в последний момент. Мне хочется верить, что она все еще жива.

Я из тех людей, которые всегда верят в лучшее и в то, что каждый человек может измениться, если захочет.

Да, Маша ужасная, но она нездорова, она психически нездорова. И я считаю, таких, как она, просто нужно лечить.

– Кошмар, – повторяю, смотря на Рому. – Ты как?

– Лен, можешь посчитать меня ужасным человеком, но я плакать по ней не буду. Я сейчас больше думаю о том, что нужно еще раз проверить все документы, чтобы не возникло никаких проблем с Лешей. А еще нужно проверить родственников Маши, чтобы никто неожиданно не объявился и не заявил на него права.

– Но ты отец, это самое важное. У отца никто не заберет ребенка.

– В теории да, но я лучше на всякий случай еще раз проверю. Я поеду на работу, попрошу своих специалистов взглянуть на документы. Хочу быть уверенным, что не будет неожиданностей.

Глава 34

В первые часы я чувствовала себя ужасно. У меня было ощущение вины во всём происходящем. Я очень надеялась, что Маша не сделала это сама.

Почему-то для меня это было бы очень тяжелой новостью.

Да, Маша ненормальная, психически нестабильная. Но я не хочу быть виновата в ее гибели. А я почему-то ощущаю эту вину.

Лёша начал немного капризничать, я его покормила, а потом взяла на руки. Села вместе с ним на диван, он так и уснул со мной, будто чувствовал, что происходит.

Я прижимала малыша к себе, целовала его в макушку, вдыхала его приятный сливочный аромат.

Как же невероятно пахнут младенцы, будто бы сливочная булочка. Слезы потекли по моим щекам.

Мне было так обидно и больно, что у маленького ребенка теперь нет мамы.

Может быть, она еще найдется, может быть, выживет. Пусть она ненормальная, чокнутая, сумасшедшая. Но она была.

А теперь ее нет.

Я смотрю на мирно спящего Лешу и даже не представляю, что делать дальше. Как я могу его оставить?

Как я могу его отпустить?

Он маленький мальчик, которому нужна забота и любовь. Конечно, отец может ему ее дать. Но я считаю, что этого недостаточно.

Малышу нужна мама.

Мама, которая будет целовать, обнимать, дуть на разбитые коленки, ходить на детские утренники, радоваться маленьким победам, а также поддерживать в минуты провалов.

Любому ребенку нужна мама, заботливая, любящая.

Я аккуратно перекладываю Лешу на кровать, с одной стороны подкладываю подушки и ложусь рядом. Держу его за маленькую ручку, перебираю пальчики и чувствую такую горечь внутри, от которой тяжело дышать. Как хорошо, что он маленький и сейчас еще ничего не понимает.

Если бы он стал старше и произошло подобное, я даже не представляю, как ему объяснить, что у него больше нет мамы.

Целую малыша в маленькую ладошку и засыпаю с ним рядом. Просыпаюсь, когда слышу шаги на первом этаже. Проверяю Лёшу, он всё ещё спит.

До кормления осталось несколько минут.

Собираюсь подниматься с постели, когда Роман входит в комнату.

– Ну что, ты узнал? – говорю шепотом.

Роман кивает, а затем садится на край кровати.

Поглаживает ножку сына и смотрит на меня.

– Да, она погибла, нашли.

– Известно, что именно произошло?

– Пока нет, будут расследовать. Все документы проверили. Права на ребенка у меня. Проблем возникать никаких не должно. Если объявятся какие-то из родственников Маши, я не буду препятствовать их общению, но сразу разъясню, что я его никому не отдам.

Я замечаю, что Леша начинает просыпаться. Собираюсь встать с кровати и говорю, что нужно его покормить.

– Я сделаю смесь. Лежи, отдыхай.

Рома идет на кухню, а я тем временем беру малыша. Отношу его на пеленальный столик, замечаю, что его нужно уже переодеть. Быстро переодеваю, несу в ванную, мою.

Надеваю чистую одежду, беру на руки. К этому моменту он уже начинает довольно громко плакать.

В комнату заходит Рома с бутылочкой. Я сразу же забираю у него бутылочку, даю малышу. Немножко покачиваю.

Стою с ребенком на руках.

– Лен, давай я его заберу, тебе тяжело. Ты же в положении.

– Да нет, нормально. Он еще легонький. Как крошечка. Не знаю, не могу его отпустить. Мысли о произошедшем просто... У меня правда сердце разрывается. Мне так его жалко.

– Жалко сына?

Я киваю.

– Она была его мамой… И я, честно, в таком шоке, я так волновалась, думала, что будет дальше, представляла, как она будет отравлять нашу жизнь. Я уже морально готовилась к этому, а в один день все изменилось. И я не знаю даже, что хуже. Будто всё рухнуло. Ты понимаешь, я ее ненавидела, а теперь мне ее жалко.

– Я понимаю твои чувства.

Малыш быстро допивает смесь. Я отдаю бутылочку Роману, а малыша перекладываю немного выше, чтобы его голова была на моем плече, и он мог срыгнуть.

– Лен, может быть, сейчас не лучшее время, но я должен с тобой об этом поговорить. – Роман подходит ближе и обнимает меня за плечи. – Я хочу, чтобы ты осталась со мной. Я хочу, чтобы ты дала мне шанс. Шанс всё исправить. Да, я натворил глупостей. Я поступил необдуманно, чем очень сильно тебя обидел. Я сожалею об этом. Я готов просить у тебя прощения каждый день, если это потребуется. Для меня важно одно – чтобы ты осталась со мной. Я вижу, как ты относишься к ребенку. И, с одной стороны, я очень рад этому, а с другой, я очень сильно волнуюсь, как ты будешь всё это переживать. Я не представляю, что ты чувствуешь. Я не могу встать на твое место и почувствовать твою боль. Но единственное, что я могу сделать – это пообещать тебе, что больше никогда не допущу ничего подобного. Лен, дай мне еще один шанс.

Глава 35

– Ром, всё гораздо сложнее, чем ты думаешь. Да, я привязалась к Алексею, не буду этого отрицать. Мне жалко этого малыша, и я очень хочу ему помочь. Кроме этого, я в положении. Я знаю, что в мире достаточно сильных независимых женщин, которые стойко растят детей сами. Возможно, и я так смогу. Но ты знаешь, как я отношусь к этому. Я считаю, что ребенок должен расти с матерью и отцом. И чтобы мать и отец были не по выходным или каким-то определенным дням, чтобы они всегда были рядом. Для меня это важно. Но есть один момент. Если мать не доверяет отцу, ребенок будет это чувствовать. Это уже не будет здоровыми отношениями.

– Я прекрасно тебя понимаю. Я говорю тебе, что я не могу только одними словами заставить тебя мне поверить. На это уйдет время. Я просто прошу тебя дать мне шанс. Мы вернемся в город. Купим дом, любой, какой ты только захочешь, и попробуем жить вместе. Я не прошу сейчас тебя снова возобновить наш брак. Не прошу доверять мне с первой минуты. Просто дай мне время, дай мне шанс показать, что я изменился и могу поступать иначе. Эта ситуация, которая произошла, сказалась на нас обоих. Я сделал тебе очень больно, разбил тебе сердце. Сейчас я это понимаю. Но еще несколько месяцев назад не знаю, о чем я думал. Мне кажется, я совершенно не думал. Я просто действовал на каких-то непонятных эмоциях и натворил глупостей. Но после того, через что мы прошли, я понял одно: что ты единственная женщина, с которой я хочу быть. Ты единственная женщина, с которой я хочу жить и состариться. И я готов каждый день тебе доказывать это.

Роман на мгновение замолкает, а затем продолжает:

– Если ты не готова сейчас жить со мной, я тебя понимаю. Я могу отвезти тебя обратно в квартиру, но буду к тебе приезжать. Я хочу видеться с тобой. Я хочу наблюдать за тем, как развивается беременность. Я хочу увидеть, как родится наша малышка. Хочу помогать в воспитании. И я не хочу приезжать к ней по выходным или каким-то определенным дням. Я хочу видеть ее каждый день. Я хочу вставать по ночам и помогать тебе ее кормить, пеленать, мыть. Я хочу с ней играть, хочу помогать её развивать. Я не хочу пропустить ни одного дня нашей дочери. Когда ты постоянно твердила о детях, я думал, что тоже их хочу. Но на самом деле у меня не было такого острого желания, как у тебя. У меня не было такого желания стать отцом ровно до того момента, когда я первый раз взял Алексея на руки. И только тогда я понял, какое это на самом деле счастье. И сейчас не могу передать всех чувств, которые у меня есть, от мысли, что у меня будет двое детей. У меня есть сынок, будет дочка. Это самое прекрасное, что может быть. Но еще лучше, если у них будет такая потрясающая мама, как ты.

Мы задержались в загородном доме еще на три дня. Иногда снова поднимали эту тему, разговаривали, но сходились на одном и том же.

Мне сложно доверять Роману.

Я всем сердцем хочу ему поверить, но что-то внутри меня останавливает.

Мне страшно, я боюсь.

Я не готова пережить еще одно предательство.

Но с другой стороны, я его понимаю и хочу попробовать дать ему шанс. Я помню, как вела себя эти десять лет.

Сейчас, когда уже прошло время, я понимаю, насколько ему было тяжело со мной.

Да, он поступил неправильно, изменив мне.

Но и я поступала неправильно, закрываясь, прикрываясь своими истериками и постоянным недомоганием.

Я не впускала его в свою жизнь, я не давала себе помочь.

Я просто одна страдала. И он это терпел.

И каждый раз давал мне шанс, и каждый раз давал шанс нашим отношениям.

Поэтому сейчас я хочу дать шанс ему. Возможно, я ошибусь. Возможно, я об этом пожалею.

Но это будет исключительно мой выбор.

Роман привез нас в квартиру. Я осталась с Алексеем, а он уехал. Он не говорил, куда едет, но я точно знала, что ему нужно заняться похоронами Маши.

Конечно, мне было это неприятно, но он сказал, что из родственников никто не отозвался.

У Маши были какая-то двоюродная тетя, а еще сестра, но все жили в разных городах. И сказали, что пусть похоронами занимается муниципалитет.

Роман не делал ничего шикарного. Все очень просто и скромно. После экспертизы удалось установить, что она была в состоянии алкогольного опьянения.

Мне жаль, что ее жизнь так оборвалась. Она была еще молода. Но я уже не чувствовала вину, потому что понимала, что не могу ничего изменить.

Я не могу быть в ответе за всех в этом мире.

На данный момент я несу ответственность только за свою семью. А еще могу помочь Алексею, чем и собираюсь заняться.

* * *

Некоторое время мы жили раздельно.

Я жила в квартире, Роман с Алексеем отдельно, но мы очень часто виделись. Спустя пару месяцев я все же решилась на совместное проживание, и мы решились на покупку нового дома.

Единственным моим условием было, что у нас временно будут раздельные спальни, потому что я пока не была готова подпускать к себе Романа. Мне всё еще было больно.

Но та забота, которую проявлял Рома, постепенно растопила мое сердце и помогала собрать себя по кусочкам.

Глава 36 и эпилог

Наша дочь родилась перед Новым годом. Я очень сильно боялась родов, потому что по рассказам знакомых наслушалась самого разного. Но все прошло относительно хорошо.

На третий день нас выписали, и мы вернулись домой.

Пока я была в роддоме, то думала о том, чтобы поехать потом в квартиру. Но когда вернулась в дом, то даже обрадовалась своему решению.

Первые дни мне было тяжело встать с постели, все очень болело, а Рома мне помогал.

Роман приносил мне дочку, я ее кормила, потом он ее забирал и снова укладывал в постельку, а я тем временем могла поспать и отдохнуть. Таким образом, мое восстановление после родов прошло довольно быстро.

Алексей рос на глазах, уже пытался ползать. Я не могла поверить тому, что скоро и моя доченька станет такой же взрослой.

Роман взял отпуск на первый месяц после родов, а затем нанял няню для Алексея, которая помогала и мне с малышкой Яной.

Вначале я была уверена, что справлюсь сама. Другие женщины как-то справляются, им никто не помогает. Но потом я поняла, что у меня появилось время, чтобы заботиться о себе и заниматься своими делами.

Я не сидела двадцать четыре часа в сутки с ребенком, успевала встретиться с подругами, занималась своей работой, а иногда просто отдыхала, читала книги и смотрела сериалы.

Когда только родилась малышка, мне было очень сложно отпускать ее от себя, хотелось дарить ей каждую минутку своего времени.

Но я начала понимать, что снова скатываюсь в какое-то непонятное состояние, будто ограничиваю себя от внешнего мира. Поэтому я испугалась и позволила себе помочь.

Как-то раз у нас состоялся с Романом такой разговор:

– Лена, ты прекрасная мама. Ты посвящаешь себя ребёнку. Но я не хочу, чтобы ты забывала о себе. Вспомни, как было несколько лет назад. Ты закрывалась, пряталась, думала только о том, как забеременеть. Ездила по врачам, сдавала анализы. А иногда просто сутками лежала в постели и не хотела вставать. У тебя были одни мысли – как забеременеть. Сейчас ребенок появился, и ты можешь в полной мере ощутить счастье материнства. И ты это делаешь. Но не стоит забывать о том, что ребенок растет, развивается, становится отдельной личностью. И я не хочу, чтобы ты полностью погружалась в это. Съезди куда-нибудь, погуляй. С ребенком ничего не случится. С ним буду я или наша няня. Я специально стараюсь для тебя создать такие условия, чтобы ты могла подумать о себе.

Я немного сопротивлялась, но после нескольких прогулок с подругами я поняла, что счастье материнства – это не только проводить двадцать четыре часа в сутки с ребенком, а это еще и проводить время саму собой.

Когда малышке исполнилось полгода, мы решили снова съездить в загородный дом. Алексей уже подрос и неплохо ходил, с ним становилось намного проще. Он с нежностью относился к своей сестричке, и я с удовольствием наблюдала, как они играют вместе.

Роман больше не давал ни одного повода усомниться в себе. Но надо сказать, что каждый раз, когда он задерживался на работе или куда-то уезжал, мое сердце неприятно вздрагивало.

Спустя некоторое время мы уже снова жили в совместной спальне. Иногда дети спали с нами, а иногда в своих комнатах.

Я ощущала себя полностью счастливой.

Алексей рос на глазах. Иногда мы думали о том, сказать ли ему о своей настоящей матери. Но решили принять это решение, когда он станет старше.

Мы снова поженились. Свадьба была простой, но очень уютной и красивой.

Спустя три года я снова забеременела, что было для нас полной неожиданностью. После рождения Яночки я несколько раз обследовалась, и мне говорили, что вероятность беременности очень маленькая.

У нас уже есть двое детей, и третьего мы не планировали. Но когда узнали о беременности, то нашему счастью просто не было предела.

Вначале я немного переживала, что разница в возрасте у детей будет небольшая. Но к тому времени Леша уже сильно подрос и начал ходить в детский сад.

Малышку мы хотели отдать в детский сад на следующий год. А пока она всё еще была с няней несколько часов в день.

Рома помогал мне, заботился обо мне и детях. И я точно знала, что у нас все получится.

Конец.