Текст книги "Развод. Смогу ли я простить? (СИ)"

Автор книги: Лиза Шимай

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 8 страниц)

Глава 6

Вместо того чтобы пойти наверх и собрать вещи я несколько секунд смотрю на коробки, а затем, поддавшись порыву, подхожу к пакету с одеждой.

Достаю крошечный костюмчик синего цвета с принтом из зеленых динозавров.

– Лен, все нормально?

Поворачиваюсь к выходу и вижу, что в дверях стоит Рома.

– Ты сам всё выбирал.

– Да, кое-что попросил заказать секретаршу.

– Как сын?

Голос дрогнул на последнем слове. Не сын. Ребенок. Чужой ребенок.

– Все хорошо, набор веса есть, врач сказал, это главное.

– Когда ты его привезешь?

– Послезавтра. Я приехал собрать мебель и потом на работу нужно заехать. Заберу документы и буду временно работать из дома.

– Понятно.

Всё, на что у меня хватает сил. Откладываю костюмчик в сторону и рассеянно смотрю по сторонам.

Мне нужно уйти. Чувствую себя тут лишней.

– Лен, я хочу, чтобы ты осталась. Ты не должна уходить. Это твой дом.

– Я не могу тут находиться.

Медленно поднимаюсь с пола и сажусь на стул. Рассматриваю коробку с детской кроваткой. Так больно внутри, будто все выжгли.

Огромная дыра вместо сердца.

– Мне больно от мысли, что у тебя сын. Я ненавижу тебя за это. У тебя сын, а ты даже не сильно хотел детей, это я как ненормальная столько лет мучилась. Почему у таких, как Маша, есть дети, а у меня нет?

– У меня нет ответа на этот вопрос.

– Я бы была хорошей мамой, любящей.

– Я знаю. Ты была бы прекрасной мамой, самой лучшей.

– Что с Машей? – Украдкой вытираю слезы.

– Сказали что вирус, а еще что-то с молоком. Сказали кормить ребенка нельзя. Из-за этого температура высокая.

– Сейчас ребенок с кем?

– С медсестрой.

– Ты понимаешь что будет дальше? Потому что я ничего не понимаю. Я хочу с тобой развестись, но я будто выжата, у меня нет сил даже вещи собрать.

– Лен, пойдем наверх, ты поспишь, а дальше сама решишь что делать.

Муж берет меня под руку и помогает встать.

Ощущение, что я тоже заболела. Голова гудит, а мышцы ломит от боли. Позволяю уложить меня в постель.

Закрываю глаза и моментально засыпаю.

Когда просыпаюсь, на улице уже темно.

Я проспала весь день, но снова не могу заставить себя встать с постели. Лежу несколько минут, затем все же встаю с постели, одеваюсь и иду на кухню, откуда доносятся приятные ароматы.

Мой желудок урчит. Не удивительно. Я не ела весь день.

– Ты сам приготовил ужин?

На кухне Роман, сидит за столом, перед ним тарелка с остатками ужина и ноутбук.

– Приготовил. Это удивительно?

– Просто ты давно не готовил. Я уже и забыла, как это.

Сажусь напротив Романа.

– Как поспала?

– Нормально. Голова болит. Не знаю, это стресс, или я тоже заболела.

– Давай завтра свожу тебя к врачу?

– Не нужно.

– Лен, нам нужно поговорить, – Рома закрывает ноутбук и смотрит на меня. – Я вижу, что ты еще не в состоянии, я всё понимаю…

– Не понимаешь. Представь, если бы я родила от другого?

– Это разные вещи.

– Нет, Ром, это не разное. Это то же самое. Ты скрывал от меня столько времени, а я жила с полной уверенностью, что все хорошо. Думала, мы счастливы.

– Ты не была счастлива.

– Была!

– Ты думаешь я не видел, как ты плачешь, глядя на видео с детьми, или ты думаешь, я не видел, как ты проходишь мимо детских магазинов.

– Я старалась быть счастливой без ребенка. А теперь... Мне кажется, что мое сердце разбито на сотни осколков, и я уже не смогу снова быть счастливой. Никогда.

– Надеюсь, это не так. Ты поешь. Мне нужно ехать. Я ночь проведу в больнице с сыном.

– Как он?

– Все хорошо, я был у него пару часов назад. Хочу приехать ко времени кормления.

– У тебя получается быть отцом.

– Надеюсь.

Рома убирает тарелку в посудомоечную машину, а затем идет к выходу и быстро целует меня в макушку.

Слезы выступают на глазах.

Не хочу, чтобы он меня касался!

Я ужинаю, но не потому, что появился аппетит, а просто понимаю, что без еды я долго не протяну.

Может, и правда записаться к врачу?

Придвигаю к себе ноутбук Ромы. Открываю. Нужно записаться к врачу.

На экране видео, как правильно пеленать ребенка.

Приятное тепло растекается внутри меня. Не знаю, по какой причине, но то, как Рома сейчас заботится о сыне, меня успокаивает.

Я думала, что малыш пропадет.

Хорошо, что я ошиблась.

После ужина загружаю тарелки в посудомойку, а затем иду в спальню. По дороге останавливаюсь у кабинета.

Не могу удержаться.

Заглядываю.

Роман уже собрал кроватку, а еще гамак для новорожденных. Игрушки сложены по коробкам. Рядом пеленальный столик со всем необходимым.

Он и правда всё учел.

Нужно убираться из этого дома, потому что если я не сделаю это сейчас, то дальше станет еще тяжелее.

Собираю чемодан, беру только самое необходимое и как в полусне спускаюсь в гараж.

Тут стоит моя машина. Я давно не садилась за руль, не было необходимости. Последняя поездка в роддом не в счет.

Загружаю чемодан в багажник и сажусь за руль.

Не думала, что уеду из этого дома.

Когда выезжаю на трассу, понимаю, что даже не знаю, куда ехать, мне нужна гостиница. А может быть, снять квартиру?

Не хочется ничего решать. Я в таком подавленном состоянии, что хочу чтобы за меня кто-то принял решение.

Кружу по городу, и сама не замечаю, как останавливаюсь на парковке у роддома.

Глушу двигатель. Из машины не выхожу.

Интересно, как там сын Романа?

Дали имя малышу или нет?

Я бы назвала его Алексей. Леша.

Алешенька.

Глава 7

Понимаю как это глупо. Сижу в машине возле роддома, где лежит любовница моего мужа.

Но я ничего не могу с собой сделать.

Мне не верится, что он меня предал. Не верится, что у него есть ребенок.

А больше всего меня раздражает то, что Рома молчит. Он не пытается оправдаться. Не пытается объясниться.

Да, назад уже ничего не вернешь, но я бы хотела услышать объяснения, извинения.

Что угодно. Только не молчание.

Звонит мой телефон. Это Роман.

– Ты снова приехала к роддому?

– Откуда ты знаешь?

– В окно смотрю на твою машину.

– Мне не стоило этого делать. Понимаю. Просто, – я тру пальцами переносицу, стараясь снять напряжение, – я просто так не могу. Ты огорошил меня новостью и молчишь. Я не понимаю. Ничего не понимаю.

– Я знаю, ты не хочешь развода.

Слышу на фоне кряхтение малыша, сердце начинает учащенно биться.

– Конечно, хочу.

– Я видел Машу, она хочет отказаться от ребенка.

– Как это – отказаться?

К горлу резко подступает тошнота, а уши закладывает.

Я открываю дверь машины, чтобы впустить воздух. Выставляю ноги из машины и наклоняюсь вперед. Воздуха отчаянно не хватает.

Как это отказаться? Как можно бросить малыша, которого ты носила под сердцем?

У меня в голове подобное просто не укладывается.

– Ром, ты серьезно? Как это отказаться? Может, это манипуляции…

– Я думаю, что последнее, – говорит Роман. – Она пока в другой палате, врачи говорят, что состояние стабильное, но в целом чувствует себя плохо. Ей предлагали ребенка привезти, хотя бы через стекло показать. Она отказалась. Сказала, что не хочет его видеть.

– Что она за тварь, Ром?..

– Лен, езжай домой. Я останусь с сыном, а утром поговорим.

– Нам не о чем говорить, Ром. Все и так понятно. Маша уйдет в закат, а у тебя сын. Мне нет места в твоей жизни. Нужно было раньше это понять.

– Ты не права.

– Я до сих пор не могу поверить, что это произошло.

– Мы всё обсудим.

– Твое хладнокровие меня пугает, Ром, – я начинаю переходить на крик. – Я не твоя клиентка. Это с ними ты можешь сохранять полное спокойствие! Со мной так нельзя. Я с ума схожу. Ты это понимаешь? Ты меня уничтожил. Я не могу думать, не могу действовать. Я опустошена и не понимаю, что мне делать дальше. У меня ощущение, что моя жизнь закончена.

– Лен, внизу мой водитель, я сейчас его попрошу отвезти тебя домой.

– Домой? У меня нет больше дома!

– Тебе нужно отдохнуть…

– Ты думаешь, я смогу отдохнуть, когда у тебя в кабинете стоит детская кроватка и игрушки?

– Лен…

– Да пошел ты!

Сбрасываю звонок и отключаю телефон, швыряю его на пассажирское сиденье.

Зря я сюда приехала.

Это какой-то вид мазохизма. Я сама над собой издеваюсь. Нужно просто выбросить это из головы, постараться забыть.

Да. Это очень сложно.

Но если я сейчас не смогу взять себя в руки, то всё станет еще хуже.

У меня просто в голове не укладывается, как такое может быть.

Женщина, которая не хочет ребенка, рожает, а я мечтаю о малыше, но не могу забеременеть.

Я даже ЭКО не могу сделать.

Я пробовала всё.

Сердце сжимается от боли, а руки трясутся. Мне нужно ехать, только я не знаю, куда.

– Елена Сергеевна, вам нужна помощь?

Поднимаю расфокусированный взгляд, перед глазами пляшут белые пятна. Передо мной стоит водитель Ромы Ярослав.

– Яр, всё нормально.

Пытаюсь сделать вдох и не могу. Сердце стучит так сильно, мне кажется, что меня сейчас стошнит.

– Лен, повторяй за мной, – Яр опускается на корточки и говорит. – Тринадцать, двенадцать…

– Что? Зачем?

– Просто повторяй. Тринадцать, двенадцать… считай дальше.

– Тринадцать, двенадцать, одиннадцать…

Я продолжаю считать и чувствую, что легкие снова наполняются воздухом.

Затем Яр говорит, чтобы я начала сначала, только теперь считала с двадцати.

– Елена Сергеевна, это просто паника. Такое бывает. Пойдемте со мной. Тут есть кафетерий, вам нужно выпить что-то сладкое.

– Мне ехать нужно…

– Сейчас нельзя за руль. Это опасно.

Я выхожу из машины, вижу, как Ярослав забирает мою сумочку и телефон. Глушит машину и закрывает её.

Такие простые действия сейчас кажутся мне очень сложными.

Я просто наблюдаю за всем. Не могу заставить себя даже пошевелиться.

– Пойдем, – Яр осторожно берет меня под локоть и ведет ко входу в больницу, – всё будет хорошо. Нужно успокоиться.

– Боюсь только, чай не поможет.

– Поможет.

Я позволяю отвести себя в кафетерий. Ярослав берет для меня зеленый чай и насыпает в него три пакетика сахара. Я считаю извращением добавлять сахар в чай, но сейчас не сопротивляюсь.

Делаю пару глотков.

На вкус отвратительно, будто сироп. Вкуса чая совершенно не ощущаю.

– Со мной никогда такого не было, – говорю еле слышно и делаю еще глоток чая.

– С каждым может случиться. Главное – пока за руль не садиться. Если нужно, то я отвезу вас, куда скажете. Роман сказал отвезти вас домой.

– Не хочу домой.

– Хорошо. Отдыхайте. Я буду неподалеку.

Ярослав садится недалеко от меня, оставляя меня одну за столиком.

Это хорошо. Сейчас я не готова к компании.

Мысли меня разрывают изнутри, хочется всё выплеснуть, но жаловаться водителю не вариант. Смотрю в кружку на бело-зеленоватую жидкость.

Не хочу пить эту гадость, но от сладкого мне и правда стало лучше. Голова не кружится и белые пятна не пляшут перед глазами.

– Милая, как ты?

Поднимаю взгляд. Роман садится за мой столик.

Милая… режет по ушам. Противно.

– Сдохнуть хочется.

– Мы справимся, – Рома пытается взять меня за руку, но я ее убираю.

Сжимаю ладони между коленями.

– Поговорим? – спрашивает Роман, – сын будет спать часа три, сейчас за ним приглядывает медсестра.

Я отвожу взгляд. Не могу смотреть.

– Я назвал его Алексеем.

Чувствую, как по моей щеке скатывается горячая слеза.

Глава 8

– Ты издеваешься надо мной. Я так хотела назвать сына.

– Ты не говорила.

– Потому что я боялась с тобой говорить на эти темы? Я видела, как ты реагируешь.

– Лен, а как я мог реагировать? Я же видел, как тебя это убивает. Особенно после того, как нам отказали в ЭКО. Я предлагал усыновить, но ты даже не стала рассматривать этот вариант.

– Я думала, что не смогу полюбить чужого ребенка. Ром, мы через столько всего прошли. Мы были вместе. Как мы докатились? Я не понимаю.

– Мы не были счастливы, особенно последние годы. Ты закрылась, я даже вспомнить не могу, когда ты последний раз улыбалась.

– Я держалась.

– Нет, Лен, ты страдала.

– И ты нашел отличное решение! Обрюхатил другую.

– Леша будет жить со мной. Маша нестабильна, и я не думаю, что это изменится. Когда ей станет лучше, то я отправлю её на месяц в санаторий на восстановление.

– А Маша согласна? Или ты снова всё решаешь за других? Ром, это не твоя работа. Нельзя решать за других людей. Она мать! Может быть, у нее просто послеродовая депрессия.

– Может, и депрессия. Поедет лечиться, а там посмотрим.

– Ты такой жестокий!

– Сейчас я думаю только о сыне. Он маленький, ему нужна забота. Он у меня на руках спит, Лен. Я сейчас положил его в кроватку, но знаю, что это ненадолго. Он проснется, и ему нужна не еда. Его берешь на руки, и он сразу успокаивается и засыпает.

– Я не понимаю, как ты довел нашу семью до такого. Чего ты хотел добиться? Ты нашел какую-то девку, переспал с ней…

– Я не думал что она забеременеет, для меня это тоже шок. Но это уже случилось.

– А чего ты ждешь от меня? Снова прощения? Не дождешься. Мне противно смотреть на тебя.

– Ты приехала сюда сама.

– Я приехала не из-за тебя. Мне дите жалко. Вы с Машей будто два подростка, которые не понимают, что творят. Только ты взрослый! Хрен с Машей, но ты взрослый мужик. Ты осознаешь ответственность?

– Если бы не осознавал, то меня тут не было.

– Ты даже не понимаешь, какую боль мне доставил. Ты растоптал меня и унизил. Я поеду в гостиницу, потом квартиру сниму. Домой не вернусь. Разбирайся со всем сам. Не хочу в этом участвовать.

– Я понимаю, что ситуация…

– Унизительная и оскорбительная? – перебиваю я.

– Завтра Лешу выпишут. Поехали домой вместе.

– Ты псих!

Вскакиваю на ноги и пытаюсь быстро уйти, но мой живот прорезает острая боль.

Дурацкий чай! Так и знала, что нельзя пить сладкое на голодный желудок. Покачиваюсь, но дохожу до коридора.

Как только дверь в кафетерий захлопывается, я облокачиваюсь на стену и кладу руки на живот. Еще никогда мне не было так больно.

Будто сотни ножей пронизывают тело. По телу пробегает холодок, я чувствую, как мои ноги немеют.

Сползаю на пол.

– Лена, что с вами? – ко мне подбегает Ян, – я позову Романа.

– Нет! Отведи меня к машине.

Ян пытается поднять меня под руки, но как только я поднимаюсь, то живот сводит еще сильнее.

– Будьте тут. Я найду врача.

Ян убегает, а я сижу на полу и думаю только о том, чтобы Роман не появился. Не хочу его видеть. Не сейчас.

Мне нужно от него оградиться, отстраниться. Я должна сделать всё, чтобы его не видеть. Это самый лучший вариант. Если я продолжу общение, то снова нырну во весь этот жуткий омут.

Да, мне больно. Я хочу понять, как такое могло произойти.

Но умом понимаю, что смысла в этом нет.

Моя душа изранена и болит. Хочется найти рациональное объяснение. Но его нет! Роман изменил, предал меня. Больше ничего мне знать не нужно.

Я стараюсь сесть удобнее, но каждое движение отзывается болью.

У меня иногда такое бывает, мой врач говорила, что это из – за того, что у меня неправильно происходит овуляция. Вместо яйцеклеток образуются кисты, которые с циклом проходят сами, но всё это сопровождается острой болью.

Облокачиваюсь головой на стену и закрываю глаза.

Боль немного отступила, но это ненадолго.

Обычно всё происходит волнами.

Я осторожно поднимаюсь на ноги, нужно дойти до машины, там у меня есть обезболивающее. Выпью и станет легче, а затем в гостиницу. Буду спать сутки, пока мозги на место не встанут.

Хватит над собой издеваться.

Конечно, мне бы хотелось, чтобы это всё оказалось неправдой, и мы могли дальше спокойно жить, но такого не будет.

Это ребенок. Живой человек.

И я не готова портить себе жизнь, пытаясь во всё это влезть.

Делаю несколько шагов по коридору. В мою сторону бегут Ян и девушка в белом халате.

– Всё нормально. У меня такое бывает, – говорю я хриплым голосом, во рту пересохло. Сердце бьется, как сумасшедшее, а живот пронзает новым спазмом.

Я оседаю вниз, но Ян успевает меня подхватить.

– Я сообщила санитарам, сейчас каталку привезут, – говорит врач.

– Всё пройдет, – я пытаюсь сопротивляться. – Обезболивающее выпью и всё, у меня таблетки в машине.

Врач меня не слушает. Меня укладывают на кушетку, пока я пытаюсь всё объяснить, я уже в лифте. Оглядываюсь по сторонам.

Яна не вижу, только врача и двух медбратьев.

– У меня проблемы по-женски. Ничего серьезного. Так бывает.

– Сейчас УЗИ сделаем и посмотрим, я не буду рисковать.

– Мне уже лучше.

– Вы бледная и дрожите. Это ненормальное состояние, – настаивает врач.

– Мой врач говорил, что просто надо терпеть. Такое бывает.

Женщина недовольно хмурится, ощупывает мой живот, а затем говорит.

– Быстро в кабинет УЗИ, – а затем склоняется ко мне и добавляет тише, – у вас кровотечение.

Я на локтях поднимаюсь и смотрю на свои брюки. Они в крови, а я даже не почувствовала.

Глава 9

– Главное не волнуйтесь, сейчас я сделаю УЗИ, а затем санитарочка проведет вас в душ и выдаст чистую одежду, сейчас важно убедиться, что не произошло ничего серьезного.

– Я же говорю, что всё в порядке…

Я уже лежу на кушетке, а врач смотрит на монитор и готовиться делать мне УЗИ.

Холодная неприятная жидкость на живот.

Я морщусь и стискиваю зубы.

– Дата последних месячных? – спрашивает врач.

– Три недели. У меня всё по графику. Беременность исключена.

– Почему? Какой диагноз?

– Нечто длинное и заумное. Мои яйцеклетки пустые, даже в те редкие моменты, когда происходит овуляция.

– Почему редко?

– Мне несколько врачей объяснили это генетической предрасположенностью. Если простым языком, то вместо овуляции у меня кисты.

– Да, такое бывает. Но почему беременность исключена? Шансы есть всегда.

– Я десять лет с мужем не предохраняясь, – говорю тихо, – но мы не могли забеременеть. Мне сказали, что из-за неправильной овуляции и пустых яйцеклеток шансов нет.

– Думали на счет ЭКО?

– Думала, – вздрагиваю от прохладного прибора, которым доктор водит мне по животу, – но… часть врачей говорила, что бесполезно. Потом муж был против, потом я не могла решиться. Не знаю. Может, я всё еще надеялась. Где-то глубоко в душе.

– Правильно надеялись, – говорит врач, – вы беременны, уже двенадцатая неделя пошла.

* * *

Всех знатоков беременности и болезней прошу сдерживаться, данный случай беременности описан с реальных событий, со слов знакомого врача.

* * *

– Я не могу быть беременна, – отрицательно качаю головой. Не эти слова я хотела сказать в такой момент, но меня будто ледяной водой окатили.

Врач разворачивает ко мне монитор, и я вижу отчетливые контуры маленького человечка. Хорошо видна голова, тело и ножки.

Маленький носик!

Дыхание перехватывает, я чувствую, как по моим щекам текут слезы.

– Вы беременны…

– Кровотечение – это очень плохо?

– Сейчас всё посмотрим.

Врач разворачивает к себе монитор и говорит про вес и размер малыша, а я пальцами сжимаю одноразовую простыню, стараясь успокоиться.

Я беременна. Я даже не думала, что это может произойти. У нас с Романом близости давно не было.

Последний раз примерно три месяца назад.

– Но как такое может быть? Врачи твердили, что я не смогу.

– Видимо, так совпало, что именно в тот месяц у вас была овуляция.

– Это чудо!

– По УЗИ всё хорошо. У вас был в последние дни стресс?

– Был.

– Значит, мамочка, вам нужно себя поберечь. Старайтесь оградить себя от стресса. Я понимаю, что это сложно, но сейчас важно сохранить малыша, тем более, вы столько лет его ждали. Сейчас я вызову медсестру, и она возьмет кровь на анализ.

– Хорошо.

– Некоторые анализы нужно брать утром. Я всё напишу.

– А вы акушер?

– Акушер-гинеколог, работаю на третьем этаже, в родовом. Я передам вас хорошему специалисту.

– А вы сможете меня положить в больницу? Ну, как это называется… на сохранение?

– Вы думаете, вам так будет спокойнее?

– Я не могу сейчас возвращаться домой.

– Так и сделаем, – говорит врач.

– Плюсы частной медицины. Вы и УЗИ мне быстро сделали, и проконсультировали.

– Я обычно УЗИ не делаю, но навыки у меня остались. Возьмите салфетки, чтобы вытереть живот, а я сейчас приду. Приглашу для вас врача.

– Спасибо.

– Документы с собой?

– Да, всё с собой.

Врач уходит, а я еще будто оглушенная. Я думала, когда забеременею, то сразу пойму. Почувствую. А я ничего не чувствовала. Вытираю живот, провожу по нему ладонью. Не увеличился.

Но, наверное, еще рано, если бы не сегодняшний случай, то я бы и не узнала.

Медленно сажусь на кушетке и свешиваю ноги.

Беременна.

Не могу поверить. Не понимаю, как это произошло.

Последний год мы уже и не пытались, я не видела смысла.

Хочется сейчас пойти к врачам, которые меня убеждали, что я не смогу забеременеть, и высказать им всё.

Я смогла.

Не знаю, какое чудо случилось, но я беременна.

Чувствую приятное расслабление в теле. С моих плеч будто упал тяжелый груз. Теперь есть я и малыш, а всё остальное неважно.

Пусть катятся ко всём чертям.

Живот всё еще немного болит, но уже не так сильно.

Дверь открывается, на пороге стоит медсестра.

– Как вы себя чувствуете? Сможете дойти до палаты или нужна помощь?

– Я смогу, мне лучше.

– Пойдемте, я провожу вас в палату, там вы сможете принять душ и переодеться.

– У меня в машине есть одежда, со мной был мой водитель, я его попрошу, чтобы он принес.

– Хотите позвонить родственникам?

Я отрицательно качаю головой.

Пока мы идем, достаю телефон и звоню Яну, прошу принести сумку, которая лежит в машине. И прошу ее оставить у медсестер.

Меня приводят в палату, выдают халат, и я сразу ныряю в душ, медсестра остается в палате, говорит, что не может оставлять меня одну, вдруг мне снова станет плохо.

После душа я надеваю халат и возвращаюсь в палату.

У меня берут кровь на анализ, и я ложусь в постель, затем приносят мою сумку.

После приходит врач, тоже женщина, довольно молодая, примерно моего возраста.

Я рассказываю ей о своем длительном лечении и о том, что беременность для меня настоящий шок. Она всё внимательно слушает, а затем говорит, какие понадобятся анализы и что меня ждет.

Она говорит, что главное – это спокойствие и отсутствие стресса.

Обещает утром прийти и осмотреть меня.

Мне ставят капельницу, снова берут кровь, а потом приносят ужин. Я заполняю необходимые документы. Оплачиваю услуги клиники и готовлюсь ко сну.

Я чувствую полное спокойствие и такое расслабление, которого не было много месяцев.

Когда закрываю глаза, на мой телефон приходит сообщение от Романа.

«Я звонил тебе несколько раз. Что случилось? Ты где? Мне Ян сказал, что тебе стало плохо»

Я быстро отвечаю:

«Всё нормально. Как обычно, киста. Я поехала в отель. Уже ложусь спать»

Отправляю и выключаю телефон. Я пока не готова сообщать Роману о беременности.