Текст книги "Развод. Смогу ли я простить? (СИ)"

Автор книги: Лиза Шимай

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 8 страниц)

Глава 14

– Узнавай сам. Не буду облегчать тебе задачу.

Хочу обойти Рому и вернуться в машину, но он преграждает мне путь.

– Лена, ты серьезно больна? Твое состояние ухудшилось?

Я вижу искреннюю тревогу в глазах Ромы, но меня это совершенно не трогает.

Раньше я боялась лишний раз говорить о том, насколько плохо себя чувствую, не хотела лишний раз его беспокоить. Часто скрывала боль и делала вид, что всё хорошо.

Знала, что он будет волноваться.

Сейчас мне всё равно. Пусть волнуется.

Мое сердце разбито на сотни осколков. Я сейчас эгоистична, но хочу, чтобы ему было так же больно как и мне.

Хочу, чтобы он ощутил то же, что чувствую я. Жаль, это невозможно.

– Ты сказал, что сам можешь узнать. Так узнавай.

– Лен, не надо так.

– Как не надо? Ты мне изменил, привел в нашу семью ребенка, а теперь говоришь, что так не надо? Рома, ты предал меня. Ты разрушил нашу семью до основания. Ничего не осталось.

Телефон Ромы звонит, и мне хочется вырвать его из рук и разбить об асфальт, но вместо этого я иду в машину.

Рома говорит по телефону и идет следом за мной.

Машину он не закрыл, поэтому я сажусь на пассажирское сиденье.

Понимаю, что он сейчас всё узнает, и нам предстоит долгий разговор.

Это Рома. Он всегда узнает то, что ему нужно.

Я не представляю, что будет дальше, и меня это дико пугает. Тошнота снова подкатывает к горлу, я сажусь удобнее и стараюсь глубоко дышать, чувствую, что начинается изжога.

Не знала, что бывает одновременно тошнота и изжога.

Кладу руку на живот и легонько поглаживаю.

Вижу, как Роман обходит машину спереди, а затем садится на сиденье водителя.

Он не смотрит на меня.

Заводит машину и выезжает на дорогу.

Молчит. Смотрит вперед.

Я сильнее вжимаюсь в кресло, боюсь даже пошевелиться. Узнаю дорогу, по которой мы едем, везет меня домой, но я настолько в панике, что не могу заставить себя ничего сказать.

Он молчит.

Роман умеет давить морально, раньше он на мне свои приемчики не использовал, но сейчас я это ощущаю.

Хочу знать, в курсе он про беременность или нет.

Роман останавливает машину у нашего дома. Несколько секунд мы продолжаем молчать, Роман говорит первый.

– В какой гостинице ты остановилась? Я скажу Яну, чтобы он забрал твои вещи.

– Ты серьезно думаешь, что я вернусь в этот дом? Я не хочу там находиться. Ром, это место, которое я сама обустраивала, я выбирала в наш дом обои, мебель, каждую тарелку, вазу. Каждый предмет в этом доме для меня воспоминания. Теперь болезненные воспоминания.

– Ты понимаешь, что я не могу позволить тебе остаться в гостинице?

– Ты предлагал квартиру, – стараюсь говорить отстраненно.

– Можно и в квартиру, но нужно найти помощницу по дому, у нас она уже есть. Но лучше, если ты останешься в доме.

– Ты привезешь Лешу. Я не смогу.

– Я понимаю, это будет сложно, но это мой сын, а ты моя жена. Я не могу сейчас тебя отпустить.

– Подпиши документы на развод.

– Нет.

– Вспомнил, что я твоя жена, – нервно фыркаю. – Почему ты об этом не помнил, когда т*ахал Машу.

– Я не отрицаю того факта, что совершил. Это была моя ошибка, но родился Алексей, и я не могу от него отказаться. Он мой сын.

– Ты говоришь как юрист. Это бесит.

– Лен, пойдем домой, тебе нужно отдохнуть, я вызову врача на дом чтобы тебя осмотрели, а завтра поговорим.

– Как же ты меня достал своей холодностью!

Быстро выхожу из машины и иду в дом.

На самом деле я не хотела идти, но сейчас чувствую, как накатывает тошнота.

Еле успеваю добежать до ванной комнаты. Меня жутко тошнит. Я почти полчаса провожу на прохладном плиточном полу. Затем умываюсь, открываю дверь.

Рома сидит на диване, он подходит ко мне и протягивает мне чистое белье и халат.

Закатываю глаза, но беру одежду.

Возвращаюсь в ванную и принимаю душ. С трудом дохожу до дивана, сил подниматься на второй этаж нет.

Ложусь и сворачиваюсь калачиком.

– Я не останусь тут.

– Врач уже едет, будет через пятнадцать минут. Я просил быстрее, но сейчас пробки.

– Я не останусь, – повторяю еще раз.

– Тебя осмотрят, а потом поговорим. Воды принести?

Я только киваю. Пить очень хочу.

А еще хочу быть сильной и дойти до кухни сама, но я будто выжатый лимон. Не могу даже подняться. Мне нужно поесть, но не уверена, что сейчас я смогу.

Рома приносит мне воду, помогает сесть и ждет, пока я попью.

Я не выдерживаю и спрашиваю.

– Ты ничего не скажешь? Ты всё узнал?

– Сама скажешь, когда будешь готова.

– А если я не буду готова?

– Тогда это еще одна моя ошибка, я виноват, что допустил то, что ты не готова со мной говорить.

Отдаю Роме стакан и снова ложусь. На мгновение закрываю глаза и моментально проваливаюсь в сон. Меня будит Рома. Тихо и осторожно.

Открываю глаза.

– Прости что разбудил. Врач приехала.

Я вижу врача, который консультировал меня в больнице. Пытаюсь встать, но она меня останавливает.

– Лежите, я постараюсь быстро, чтобы вы могли отдохнуть. – Затем она поворачивается к Роману. – Оставите нас?

Как только Рома выходит из комнаты, я спрашиваю:

– Вы ему сказали про малыша?

– Конечно, нет.

– А мог кто – то из больницы сказать?

– Я уверена, что на такое никто не пойдет. никто не хочет лишиться работы. Давайте поговорим о том, как вы себя чувствуете. Я попросила записи из второго отделения, после капельниц самочувствие было в порядке?

Я рассказываю врачу про свое состояние, она дает рекомендации, объясняет, как справиться с тошнотой, также просит сообщить, если снова будет изжога.

Затем она уходит, а я снова ложусь на диван. Жутко хочется спать. Решаю уснуть, а завтра поеду в квартиру, про которую сказал Рома. Сегодня у меня сил не хватит.

Глава 15

Я проспала весь вечер и всю ночь, а проснулась жутко голодная. Быстро умылась и хотела пойти на кухню, но застыла у кабинета Романа.

Дверь открыта, я вижу детскую кроватку, над кроваткой висит мобиль с маленькими плюшевыми ракетами и планетами. Он крутится, проигрывая знакомую мелодию.

Губы сами повторяют слова детской песенки.

«Ложкой снег мешая,

Ночь идет большая…»

Не имею представления, откуда я знаю слова этой песенки.

Сердце учащенно стучит. Иду в кабинет Романа. Слышу тихое клацанье кнопок клавиатуры.

Роман сидит за столом и работает, а в кроватке лежит малыш.

Он уже привез его домой.

Маленький не туго завернут в пеленку, на фоне белой ткани его личико и правда кажется желтоватым.

– Ты проснулась? – Роман замечает меня, – хотел перенести тебя в спальню, но побоялся разбудить. Спина не болит от дивана?

– Нет.

Не могу оторвать взгляд от ребенка. Он такой маленький. У меня сердце сжимается от боли. Ему нужна мама, её тепло и забота.

Я сейчас зла на Романа, но хорошо, что он о нём заботится. Малышу нужен родитель.

– Завтрак готов. Поешь, а я сейчас закончу работу, и мы поговорим.

Делаю несколько быстрых шагов в сторону. Подхожу к окну и смотрю на сад. Не так я себе представляла появление в этом доме ребенка.

– Ром, подпиши развод. Я не смогу так.

– Позавтракай. Потом поговорим.

– Ты думаешь, мне сейчас кусок в горло полезет? – смотрю на мужа.

Рома закрывает ноутбук, медленно встает из-за стола и идет в мою сторону. Я отворачиваюсь и снова смотрю в окно.

Стараюсь сосредоточиться на кустах роз. Считаю бутоны, чтобы успокоиться. Я чувствую, как Рома подходит всё ближе и ближе.

Закрываю глаза, слезы медленно стекают по щекам.

Хочу открыть глаза, и чтобы всё оказалось сном, но это моя реальность, и мне нужно найти способ найти выход из этой ситуации с наименьшими потерями для себя, выйти достойно.

Я не хочу сейчас кричать и истерить, не вижу в этом смысла.

Мы взрослые люди и должны найти способ всё решить мирно.

Только я до сих пор не понимаю, знает ли Рома о беременности.

– Как ты себя чувствуешь? – руки Ромы осторожно касаются моих плеч, и я вздрагиваю.

Он стоит за моей спиной.

– Нормально.

– Тошнит?

– Сейчас нет. Ты знаешь? Да?

– Я жду, что ты сама мне скажешь.

– Какое это уже имеет значение?

– Для меня имеет.

– У тебя уже есть ребенок.

Руки Ромы медленно опускаются по рукам, а затем ладонь скользит на мой живот.

– Это ребенок наш, это совсем другое. Ты же знаешь, как долго мы хотели.

– Я хотела!

– Ты знаешь, что я не так выражаю эмоции, как тебе бы хотелось. Всегда так было.

– Ты холодный.

– Да. И я скрываю свои эмоции, особенно негативные. Но сейчас я невероятно счастлив.

– Тогда, у больницы, ты выглядел так, будто прибить меня хотел. У тебя было каменное лицо, мне даже страшно стало.

– Я был зол.

– Зол?

Я резко отхожу от Романа на шаг и поворачиваюсь к нему лицом, никогда не слышала подобного от него. За что он на меня злился?

На животе чувствую неприятную прохладу, еще недавно он касался меня, и это было приятно. Противно от этой мысли, но сознание того, что он первый раз коснулся моего живота, когда я беременна, вызывает незнакомые ощущения.

– Я злился на себя. Злился, что поставил нас в эту ситуацию, был к тебе невнимателен и не понял, что происходит.

– Как ты мог понять, если даже я не понимала?

– Я злился, что не узнал об этом первый, что ты мне не сказала. Но я злился не на тебя, а на себя. Я понимаю, что ты не хотела говорить.

– Я развод хочу.

– Милая, дай мне…

Он не успевает договорить. Я смотрю в окно и вижу, как по подъездной дорожке бежит Маша, она начинает стучать в дверь кулаками и кричать:

– Отдай моего ребенка? Где мой сын?! Ты украл моего сына!

Глава 16

– Она знает где мы живем, – фыркаю я, – мило. Я так и знала, что в этом доме мне спокойно не будет.

Быстро разворачиваюсь и иду к входной двери. Резко открываю, Маша покачивается и чуть было не падает на меня.

– Не ори, дура, ребенок спит.

Маша испуганно смотрит на меня, поджимает губы, а потом говорит:

– Где мой сын?

– Спит.

– А ты что тут делаешь?

– Я тут живу, – охреневаю от такой наглости. – Это ты тут что делаешь? И откуда ты вообще тут появилась?

– В больнице узнала адрес, подсмотрела в документах. А ты думала, я дура? Я узнаю, где мой сын.

Открываю дверь и жестом приглашаю Машу зайти, а сама разворачиваюсь и иду в сторону кухни.

Пусть делают, что хотят. Я хочу сейчас что-то быстро съесть, а затем переодеться и уйти.

От голода уже живот сводит. Нельзя так долго не кушать, тем более сейчас. Хватаю из холодильника йогурт и банан.

Слышу из гостиной разговор Ромы и Маши. Она истерично визжит, Рома пытается её успокоить. Не представляю, где он её откопал, но ему явно хотелось драйва в жизни, вот и нашел.

Ем йогурт, запиваю водой. Банан забираю с собой.

Мне стало немного лучше, но я всё еще голодна.

Сейчас переоденусь, поем и уеду.

Прохожу мимо Ромы и Маши, чтобы подняться на второй этаж.

– Это всё ты виновата, – шипит Маша, сразу понимаю, что обращение в мой адрес, – хочешь оставить моего ребенка себе? Не получится!

Поворачиваюсь и говорю спокойным тоном.

– Маш, чтобы подобного не происходило: первое – не нужно спать с женатым мужиком; второе – не нужно так относится к своему ребенку. Я не виновата в том, что с тобой происходит. Это твой сын и Ромы. Решайте между собой. Меня это не касается.

– Маша, если ты хочешь увидеть сына, – говорит Рома спокойным тоном, – то ты можешь это сделать, но сначала успокойся и не смей так разговаривать с моей женой.

В дом заходит Ян. Явно услышал, что тут шумиха. Стоит у двери и ждет реакции Ромы.

– Так что? Сына хочешь увидеть?

– Да.

Я поднимаюсь по ступенькам и быстро переодеваюсь. Доедаю банан. Он проваливается будто в бездну, жутко хочу нормальный завтрак. На столе были блинчики и какая-то каша. Видимо, помощница по дому приходила утром.

Но я не хочу туда возвращаться.

Решаю заехать куда-то по дороге и позавтракать. Надеюсь, моя машина уже дома.

Когда я спускаюсь, то в гостиной уже никого нет. Слышу голоса из кабинета мужа. Останавливаюсь. Ненавижу подслушивать!

– Маша, какого хрена ты приехала? Мы договорились.

– Я передумала.

– Мало ли, что ты передумала. Ты с головой не дружишь. Подлечишься, потом поговорим.

– Я имею право видеть своего сына.

– Тебе напомнить, как ты на руки его брать не хотела или как ты мне угрожала, что прервешь беременность в самом конце срока? Напомнить? Ты пойми, это ненормально. Пока я не пойму, что ты в здравом рассудке, я с тобой ребенка не оставлю.

– И что ты хочешь? Чтобы я уехала?

– Да, Ян тебя отвезет. В санатории отличные врачи, психологи, там ты придешь в себя.

– Дай мне денег, и я уеду.

– Сколько?

– Такую сумму, чтобы я не сильно скучала по своему медвежонку, я думала назвать его Егор.

– Сына зовут Алексей, – отрезает Роман, – так сколько? Говори сумму.

Маша произносит слова шепотом, а затем добавляет.

– Или в пять раз больше, и ты меня больше не увидишь.

– Всё? Материнская любовь окончена?

– Давай не будем, Ром.

Я хотела уйти, но в этот момент, будто прилипла к полу. А где же её слова про любовь к Роме? Где то, что она мне рассказывала?

Я ей даже поверила.

Если бы я сейчас не слышала всё своими ушами, то жалела бы её. Я же думала о ней как о матери, которая хочет быть со своим ребенком, просто сейчас запуталась и натворила глупостей.

Но теперь она открывается с другой стороны.

– Что «не будем»? Ты для чего этот цирк устроила? Денег хотела? Так бы сразу и сказала.

– А что еще от тебя хотеть? Я и залетела для этого, или ты думаешь, я влюбилась? Ну, может, в самом начале, но потом поняла, какой ты…

– Потом? Маш, у нас была одна ночь, и я тебе сразу сказал, что между нами быть ничего не может.

– Ты свинья!

– Иди в машину. Ян даст тебе сумму, которую ты просишь, и отвезет тебя в санаторий.

– Запереть меня там хочешь?

– Тебе лечиться надо. Ты чокнутая.

– В нашу первую ночь тебе это понравилось.

– С сыном попрощаешься?

Я чувствую, что меня сейчас снова стошнит. Банан явно был лишним, быстро разворачиваюсь и бегу в сторону гостевого туалета.

Меня снова тошнит. Когда я выхожу из ванной комнаты, то вижу Рому, который держит на руках сына и кормит из бутылочки.

– Твоя возлюбленная ушла? – дохожу до дивана и буквально падаю на него.

Меня раздражает это слабость, хочу быть сильнее, но не могу.

Тело будто ломит от боли. Голова кружится. Я так голодна, но снова чувствую тошноту.

– Ян купил таблетки, которые прописал врач. Сейчас мелкий поест, я положу его в кроватку и принесу.

– А ты говоришь тут остаться. Как она адрес наш узнала?

– Я ей не говорил.

– Я тут не останусь.

– Сейчас ты выпьешь таблетки, поешь, а потом поедем в квартиру, я тебя отвезу. За руль сейчас садиться нельзя.

– Я прекрасно вожу машину.

– Лен, тебя резко начинает тошнить. Не усугубляй.

Я замолкаю. Он прав.

– Ян уехал надолго, второй водитель сегодня попросил выходной, – Рома ставит пустую бутылочку на стол, а затем поворачивает сына так, чтобы он срыгнул, поражаюсь тому, с какой легкостью Рома всё делает.

Даже не знаю, как он так быстро научился.

– Я малого уложу в автолюльку и отвезу тебя. Сегодня договорюсь с горничной, чтобы помогала тебе по дому.

– Сама справлюсь.

– Лен, ты плохо себя чувствуешь. тебе нужна помощь. Я могу быть рядом с тобой, но знаю, что ты не позволишь.

Глава 17

– Мне не нужна ничья помощь. Я беременная, а не больная.

– Беременность тоже может протекать по – разному. Я вижу, что ты себя плохо чувствуешь.

– Что ты знаешь о беременности? – обхватываю руками себя за плечи, пытаюсь успокоиться. – А, ну да, точно. Совсем забыла, Роман. У тебя, в отличие от меня, уже есть опыт.

Рома тяжело вздыхает, но ничего мне не говорит. Прижимая малыша к себе, уходит в кабинет.

Я некоторое время продолжаю сидеть в гостиной, затем поднимаюсь, осторожно заглядываю в кабинет. Вижу, как Рома склонился над кроваткой и смотрит на малыша. Как же мне больно это видеть. С того момента, как я встретила Рому, я всегда понимала, что хочу иметь детей только с ним.

У меня даже мысли не было о каких-либо других мужчинах. Я представляла его в роли отца, а себя в роли матери. И я сейчас вижу, что он и правда стал таким отцом, о котором я мечтала.

Но только не для моего ребенка.

Это так обидно и больно, что я не представляю, как мне с этим справиться. Мне хочется сейчас развернуться и убежать как можно дальше, спрятаться, и чтобы он меня никогда не нашел. Но я понимаю, что это только мои мысли. И я не уверена, что могу так поступить.

Тем более я понимаю, что у меня под сердцем растет наш малыш. И как бы я ни относилась сейчас к Роману, как бы не было больно от предательства, которое он совершил, я не могу лишить ребенка отца.

Я считаю, что это неправильно. Дети не должны расплачиваться за грехи родителей. Никогда. Да, Рома поступил ужасно. Он предал меня. Но ребенок в этом не виноват.

– Малой проспит еще часа два-три до следующего кормления. Можешь пока собраться, а потом я тебя отвезу.

– Ты его не разбудишь, если будешь перекладывать в люльку?

– Думаю, что нет. Обычно он очень крепко спит после еды.

– Он такой спокойный, – я прижимаюсь плечом к дверному косяку и наблюдаю за тем, как крутится мобиль над кроваткой, проигрывая до боли знакомую мелодию. – Мой опыт с детьми очень маленький, только у двоюродной сестры иногда проводила время с ребенком. Я помню, как у нее малыш всё время плакал. А этот спит. Поел и спит.

– Он тоже вначале очень много плакал. Но я заметил, когда с ним провожу больше времени, то он не плачет. Он, видимо, чувствует себя спокойнее.

– Ему не хватает матери.

– Я это понимаю. Но ты видела ее? Ты думаешь, я могу оставить ее наедине с ребенком?

– А как ты думал… Он же ненормальная.

– Вначале я даже не верил, что это мой ребенок. Мы сделали два теста ДНК. И когда всё уже подтвердилось, я собирался тебе сказать. Но потом была угроза выкидыша.

– И ты решил скрыть? Решил, что, если не будет ребенка, не будет проблем.

– Да, я так и решил. Но скажу честно, я до последнего надеялся, что этот ребенок родится. Да, это эгоистично с моей стороны. И это неправильный поступок. Но ты тоже знаешь, что я всегда хотела, чтобы у меня были сын или дочь.

– Ну ты же видел, какая Маша. Ты же видел, что она... Рома, она неадекватная.

– Да, когда у нас с ней всё произошло, я не думал о том, что у нас будут дети.

– Но как так получилось? Один раз? Ты серьезно мне хочешь сказать, что у вас было один раз, и она забеременела?

– Я бы сам в это не поверил, если бы не знал.

– Твоя Маша психически больная. И тебе это еще аукнется.

Разворачиваясь, иду в свою спальню. Некоторое время просто сижу на кровати и пытаюсь понять, что мне делать дальше. Я уже собралась. Могла бы просто вызвать такси и сама уехать. Но что-то сомневаюсь, что Роман меня отпустит.

Это просто какой-то мазохизм. Я понимаю, что мне нужно сейчас развернуться и уйти. Подавить все свои чувства и эмоции.

Оставить это всё позади.

Но я не могу.

У меня в голове до сих пор не укладывается, что всё это произошло со мной. Возможно, кому-то покажется, что так просто оставить за плечами десять лет брака и отношений.

Да, у нас были проблемы в отношениях, и я раньше винила Рому в измене.

Но на самом деле я его давно простила. И простила лишь по той причине, что считаю себя в этом виноватой.

Мы разошлись.

Тогда я ему сказала, что больше не хочу видеть, хочу, чтобы он ушел. Я точно так же требовала развод, как сейчас. И он ушел. Он ушел к другой.

Конечно, где – то внутри я надеялась, что он этого не сделает, что он будет сидеть и ждать меня. Но пока я плакала, он нашел другую женщину и развлекался с ней.

Это измена? Возможно.

Но смотря как на всё это посмотреть. Я сама ему сказала, что у нас больше не будет будущего и отношений. Затем он снова пришел ко мне, попросил дать еще шанс. Сказал, что готов жить со мной без детей. Вот насколько его хватило… на 5 лет.

Мне не хочется верить в то, что наши отношения построены только на ребёнке.

Но я понимаю, что мне жутко страшно растить ребёнка одной. Я не хочу, чтобы Роман был отцом выходного дня. Знаю, что многих бы устроили такие отношения. Но я сама росла в неполной семье. И знаю, что это такое. Но просто так простить предательство и сделать вид, что ничего не произошло, я тоже не могу.

Хотя бы потому, что понимаю – Маша так просто не сдастся. Возможно, она затихнет на некоторое время, пока будет в санатории. Но во что это выльется дальше, я даже представить не смогу.

Снова спускаюсь вниз, беру с собой небольшую сумку с одеждой.

Роман уже ждет меня на выходе. Малыш крепко спит в своей автолюльке.

– Поехали! – говорит Роман и открывает для меня дверь.

– Может, я на такси?

– Я тебя отвезу. Тебе еще на капельницы нужно. Я уже позвонил, медсестра приедет на дом и всё сделает.

Глава 18

Когда мы приехали в квартиру, меня снова начало тошнить. И хуже всего я чувствовала себя от того, что в данной ситуации была беспомощной. Да, мне хочется быть сильной, хочется выгнать Романа и решить все проблемы самой.

Но это очень сложно сделать, когда каждые пару часов приходится обнимать туалет. Таблетки, которые порекомендовал врач, действуют недолго и, к сожалению, мне снова становится плохо.

Я даже сразу не смогла рассмотреть квартиру. Практически сразу заперлась в ванной.

Я слышала, как Роман разговаривает то с ребёнком, то, видимо, с кем-то по телефону, но не могла найти в себе сил выйти. Через полчаса Роман осторожно заглянул в ванну.

– Ты как? Там малыш проснулся.

– Тебе надо ехать, да?

Я сидела на полу, прижимаясь к прохладной стене затылком. Мне казалось, что так становится немножечко легче.

– Я никуда не поеду. Как я тебя оставлю в таком состоянии? Я позвонил помощнице по дому. Она сможет выйти только завтра после обеда.

– Я справлюсь.

– Лен, не дури. Я не оставлю тебя. Ты видишь, в каком ты состоянии? Я не уверен, что ты сейчас до кровати дойдешь.

– Тебе надо за мелким следить, его кормить надо.

– Я всё взял с собой на всякий случай. Я же не мог выехать из дома и не взять ребенку еды. Пойдем, я тебя проведу в спальню.

Роман помог мне подняться и отвел в постель. Как только моя голова коснулась подушки, мне сразу захотелось провалиться в сон. Но я до последнего боролась.

Нет, так нельзя. Я сейчас сама всем своим видом показываю, что меня всё устраивает. А я должна его выгнать. Но так обидно, что у меня совершенно нет сил ни на какие истерики, склоки. Я просто хочу лечь и спать.

Примерно через час приехала медсестра и поставила мне капельницу. Мне стало немного лучше. Она посоветовала мне съесть что-то легкое, а также сказала, что можно попробовать разные вкусы. Например, что-то кислое или соленое.

– Такое бывает, – сказала она, – но достаточно редко, что может быть сильная реакция на какие-то продукты. Иногда, конечно, это совершенно ни на что не влияет. Но надеюсь, что вам станет лучше. У Романа есть мой номер. В любое время мне звоните. Если что, я приеду. Врачи тоже всегда на связи.

Я поблагодарила медсестру. Примерно час провалялась в постели по ее рекомендации. Затем нашла в себе силы подняться с постели.

Это была очень красивая квартира с большой кухней-гостиной, панорамным окном, тремя спальнями, высокими потолками и идеальным интерьером в бело-бежевых тонах.

Квартира мне показалась очень уютной. И, что самое замечательное, я чувствовала, что здесь больше безопасности, чем дома.

Я вышла в гостиную, где был Роман с Лешей.

– Твоя подруга точно не знает об этой квартире?

– Нет, не знает. Не волнуйся об этом.

– Очень сложно сейчас верить твоим словам.

Я сажусь за обеденный стол, на котором стоит несколько нераспакованных пакетов из ресторана.

– Ты уже успел заказать еду?

– Да, тебе надо поесть.

– Не знаю, мне кажется, как только ем, мне становится хуже.

– Всё равно нужно пробовать немного поесть. Голодать тоже не вариант.

– Ты прав.

Я потянулась к одному из пакетов.

Роман заказал всю мою самую любимую еду. Сейчас мне больно от того, что он так хорошо меня знает. Вначале есть не хотелось, я бесцельно ковыряла еду. Но затем аппетит проснулся. Я поела. Роман заверил мне травяной чай. Я сделала несколько глотков и почувствовала себя гораздо бодрее.

Я наблюдала за тем, как Роман носил малыша на руках. Он практически не отпускал его. Сказал, что так он спит крепче, а ему совсем не сложно.

Я понимаю, что это ненормально, и сейчас мне лучше было бы остаться одной и постараться со всём справиться. Это всего лишь токсикоз, мелочи. Многие женщины в беременность проходят через это, и я уверена, что они проделывают это с большей легкостью, чем я.

Наверное, я слабая. Не привыкла бороться.

– Ян звонил, он уже отвез Машу. Сейчас выполнит несколько моих поручений и будет возвращаться. Он привезет твои и мои вещи. Мне еще нужно сегодня немного поработать, поэтому он привезет ноутбук.

– Может быть, ты всё-таки оставишь меня одну?

– Нет, Лен, не оставлю.

Роман аккуратно кладет сына на диван, сбоку подпирает подушкой, а потом садится со мной за стол.

– Нет, я никуда не поеду, я останусь с тобой. Ты понимаешь, что мой долг сейчас помогать тебе.

– Твой долг был не изменять мне.

– И я этого не отрицаю. Я согласен. Несомненно, я об этом жалею. Но у меня появился сын. И скажу тебе честно, я не могу отрицать того факта, что я этому не рад. Когда мы с тобой обсуждали рождение ребенка, я даже не представить себе не мог, как это всё будет, когда я возьму сына на руки. От своих друзей я часто слышал, что маленькие дети у них практически не вызывают никаких эмоций, как бы это ужасно отзвучало. Но когда я взял Лешу, я понял, что это мой сын, мой ребенок. И первое, что я должен сделать – это его защищать и оберегать.

– Да, я понимаю, он сейчас у тебя на первом месте.

– Нет. Лен, давай не будем расставлять никакие места. Ты для меня очень важна. Я еще раз повторяю: я не отрицаю того, что оступился и допустил очень серьезную ошибку. Я сделал тебе больно. Я не собираюсь ходить вокруг да около и оправдываться. Это факт, это произошло. Но ты моя жена, моя беременная жена, которая носит под сердцем нашего ребенка. И я не могу просто так сейчас развернуться, уехать и оставить тебя одну, тем более я вижу, как тебе плохо. Каждые несколько часов тебя тошнит. Тебе нужна помощь и поддержка. Я буду с тобой. Даже если ты этого не хочешь.

– Подпиши документы на развод.