Текст книги "Литературная Газета 6448 ( № 5 2014)"
Автор книги: Литературка Литературная Газета
Жанр:
Публицистика
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 14 страниц)
«Кто любит Родину?»
На концерте в Петербургской капелле
Сегодня вопрос будущего национальной культуры всё чаще и чаще рассматривается у нас уже не с позиций развития и возрождения, а сохранения. В России, оказавшейся вовлечённой в так называемый современный процесс – ЕГЭ, глобализации, толерантности и прочей стандартизации по принципу "я как все", значение и необходимость классической русской культуры становятся огромными как, наверное, ещё никогда. Последним выдающимся выразителем её в музыке остаётся Георгий Свиридов.
На официальном уровне отношение к нему в нынешней России представляется (при формальной положительности), скорее, сдержанным. Свиридов и его искусство не пропагандируются на уровне шоу-звёзд или, например, фигуристов. Замалчивание не самой его музыки, а именно «благой вести» о ней – тайное или явное – безусловно, налицо. Но говорить хочется не на столь скучную тему, а как раз о тех, кто во что бы то ни стало несёт эту музыку и слово о ней людям – и Бог им в том помогает.
После недавнего изумительного прочтения «Поэмы памяти Сергея Есенина» хором и оркестром под управлением Владимира Федосеева с солистом Максимом Пастером новым свершением на свиридовской ниве порадовала Петербургская капелла имени М.И. Глинки. В январе этого года в легендарном зале капеллы у Певческого моста в Петербурге при полном аншлаге состоялся абонементный концерт серии «Из истории хоровой музыки» полностью из свиридовских сочинений. Как всегда, руководитель капеллы, подвижник в русском искусстве Владислав Чернушенко по сложившейся традиции общался с залом. В частности, прозвучали его слова, которые можно сделать эпиграфом ко всему творчеству композитора: «Пока есть эта музыка с нами – жива Россия».
И, действительно, когда великолепные голоса певцов (Капелла, слава богу, в прекрасной форме!) слились как бы в единый душевный посыл, вновь на сей почтенной сцене ожила Россия всеми гранями своими, и вновь словно чище задышалось, и улетела всякая суета, и ясно-ясно так на душе. Поразительно, что очень много раз слышанная и пережитая эта музыка каждый раз открывается какой-то новой смысловой гранью. Знаменитые «Песнопения и молитвы» на слова из православного Обихода, когда-то впервые представленные на этой сцене хором Капеллы под руководством В. Чернушенко ещё при живом композиторе: сокровенная глубина, молитвенность, порой мистичность этой вещи столь же глубоки, сколь у самих слов, на которые она написана[?] В ней как бы ожесточение в уединённой молитве к своим грехам, ко «всякому беззаконию», мощная и одновременно трепетная, умоляющая сила стремления к спасению. Кажется, это писал он одновременно и о себе (поразительно, но столь молитвенная музыка получилась очень личной!), и о всех нас. Загадка тяжёлого фригийского минора в конце светлейшей вещи «Странное Рождество», на «Аллилуйя», – когда всё, казалось бы, должно было так и закончиться на ликовании! – что хотел этим сказать нам мастер, от чего предостеречь, перед чем неброско призывал голову склонить нас? Предвидение это или вывод, горестность или величественный вздох уходящего Старца?..
Очень и очень порадовал способ составления программы концерта. Исполняя сочинения Свиридова, музыканты, увы, часто не особенно утруждают себя поиском репертуара (его музыку, не охваченную всеобщим ажиотажем «масс», как ни странно, вообще не очень хорошо знают даже профессионалы, ибо нет пророка в своём отечестве), берут беспроигрышное – «Метель», «Маритану», самые известные хоры, пушкинские романсы и прочее. Но ведь свиридовское наследие по масштабам огромно – это особый самобытный музыкальный эпос, перелив граней и оттенков некоего огромного целого. Донести до слушателя эти грани гораздо интереснее, чем без конца перепевать одно и то же, пусть даже и любимое публикой. Владислав Чернушенко включил в программу концерта наряду со знаменитыми «Песнопениями» и Тремя хорами из музыки к драме А.К. Толстого «Царь Фёдор Иоаннович» редко – почему-то! – исполняемые сочинения Свиридова: «Метель» – но только не симфоническая, а хоровая на слова С. Есенина («Голубая кофта, синие глаза»), «Три стихотворения на слова А.С. Пушкина» и две гениальные вещи – «Лапотный мужик» на слова Петра Орешина и «Слева поле, справа поле» на слова Александра Прокофьева. Обе они с настоящим сермяжным вскриком музыки… В этих произведениях подняты трагические, очень болезненные для композитора темы – русский крестьянин, тот самый лапотный мужик, который «больше всех любит Родину» и больше всех пострадал за неё и от неё, а также тема гибели миллионов людей в войны и лихолетья прошлого столетия (это и трагическая доля репрессированного поэта Петра Орешина, и тема Гражданской войны, на которой столько было «вырыто могил»). Хочется почаще слушать в интерпретации Владислава Чернушенко мало кому известные, но гениальные «Три старинные песни Курской губернии», почему-то редко исполняемые другими коллективами.
Свиридовское творчество, как никакое другое, нуждается в изучении. Сфера образования – вообще одна из последних здоровых сфер в стране, которая позволяет людям хотя бы узнать о неких существенных явлениях жизни. Отсюда, кстати, и путь к расширению репертуара, формированию ярких, живых концертных программ. В этой связи трудно переоценить то, что делается на родине композитора – в Курске, ставшем настоящей «свиридовской столицей». Там стала традицией конференция «Свиридовские чтения», проводимая Курским музыкальным колледжем имени Г.В. Свиридова, в которой принимают участие молодые музыковеды не только со всей России, но и из-за рубежа (в частности, одним из событий стал доклад англичанина Камерона Пайка о фестивале советской музыки в Великобритании в 1972 году). «Чтения» 2013 года были посвящены актуальнейшей теме: «Судьба русской культуры в ХХ веке». Нельзя не порадоваться всё возрастающей глубине подхода молодых музыковедов – например, Елены Филиной, Ксении Шилиной, Марии Пахомовой из Брянска, Николая Аминева из Красноярска и многих других участников конференции – к свиридовскому наследию, уходу от трафаретного казённого искусствоведения к живому пытливому познанию искусства, возрастающей широте аналитического взгляда. Трудно переоценить и находку устроителей «Чтений», включивших в её программу рассказ искусствоведа Евгении Спасской о выдающемся писателе и художнике курянине Евгении Носове – так созвучном Свиридову своим мировоззрением и творчеством.
Впереди, через год, столетие великого русского композитора. Сознаём ли мы значение грядущей даты? Готово ли наше государство, все мы встретить и отпраздновать её достойно значения для нас творчества Мастера, который столько сделал для нашего будущего?
Теги: Георгий Свиридов , искусство
Дон Кихоты с Большой Никитской
Год начался с Моцарта, и это оставляет надежды. В залах Московской консерватории проходил «Моцарт-марафон». И хотя спортивное словечко мало соответствовало задумке, организаторов следует похвалить хотя бы за то, что многие способные молодые исполнители имели возможность участвовать в концертах. Они были разными – и очень интересными, и не очень. Нормально. Повезло и слушателям – всё-таки основательное знакомство с удивительнейшим венским гением. Одна из квартир композитора в Вене находится рядом с собором Святого Стефана. И люди специально приходят сюда потоптаться по булыжникам у дома Моцарта, посидеть на лестнице, побродить по старинным улочкам и вспомнить до сих пор волнующие обстоятельства этой необычной судьбы. Навещая сей уголок много раз, с удовольствием убеждался, что поклонников у композитора всё больше и больше и благородная музейная очередь не иссякает. Как и замечательное общение. Что только не обсуждается: фильм Формана, Антонио Сальери, загадка раннего ухода композитора... Московская консерватория далеко от Святого Стефана, но атмосфера до удивления похожа и разговоры примерно о том же. Так что «Моцарт-марафон» был кстати и пользовался популярностью.
Высокое исполнительское мастерство демонстрировал в январе Борис Березовский. По-моему, очень удачно. В программе, с которой пианист выступил в Большом зале Московской консерватории, были Лист и Лигети. Березовский играл сочинения из разных периодов жизни Листа, хорошо обдуманная программа, очень интересная. В «12 трансцендентных этюдах» привлекали не только виртуозность исполнения, но и удивительно ясные, вдумчивые смысловые поиски композитора. Слушая Березовского, удивлялся сюрпризам времени: среди учеников Листа – д"Альбер. А к нему на уроки приходила Вера Лотар. Из совсем недавнего нашего прошлого. И мы часто, гуляя по академгородковскому лесу в Новосибирске, обсуждали эти незабываемые встречи у д’Альбера и Корто.
В Малом зале консерватории программу из произведений Рахманинова, Стравинского и Равеля представил фортепианный дуэт Вадима Холоденко и Андрея Гугнина. Лучше бы они этого не делали. Рояли гремели, как будто они и не рояли, а какие-нибудь пожарные сирены. Способные молодые пианисты воистину были «в ударе». Играя в четыре руки, они запросто обменивались репликами. Деловито так. Нимало не смущаясь при этом. А Гугнин вообще как будто отбывал повинность, на его лице читалось полное безразличие к тому, чем он сейчас занят. Слушать было нечего. Можно было только удивляться самонадеянности музыкантов.Что бы этим вечером сказали пианистам Рахманинов, Стравинский и Равель, можно только догадываться.
Молодые таланты объявлялись и в зале Чайковского: играли тот же Андрей Гугнин, скрипач Айлен Притчин, пианист Павел Колесников. Лист, Дворжак, Рахманинов. Скучно, безразлично. Государственный академический симфонический оркестр им. Е.Ф. Светланова под управлением дирижёра Алексея Богорада всячески стремился облагородить ситуацию, но она, ситуация, от этого лучше не стала. В знаменитом фильме И. Анненского «Свадьба» героиня Фаины Раневской говорит будущему зятю: «нудный вы, Эпаминонд Максимыч, ох и нудный же»[?] Фраза вполне могла бы стать рецензией на этот выход «в свет» замечательных и способных, но не очень требовательных к себе молодых музыкантов.
Продолжаются фортепианные вечера в память народной артистки СССР профессора Московской государственной консерватории Татьяны Петровны Николаевой. Надо заметить, очень трогательные и профессионально весьма значительные. В Доме-музее А.Б. Гольденвейзера, который давно уже стал форпостом в пропаганде лучших музыкальных традиций в Москве, играл пианист Фёдор Амиров. Программа посвящалась 90-летию со дня рождения Татьяны Петровны. Фёдор, при странностях своего нынешнего существования, получил блестящее образование: занимался у Татьяны Петровны и в классе народного артиста СССР С.Л. Доренского. Возможно, был строптивым учеником, но благодарным и творчески одарённым. В чём и убедились слушатели в этот вечер. В программе Бах, Бетховен, Шуман, Прокофьев и Шостакович. Амиров с удовольствием вспоминает уроки своих профессоров, помнит даже реплики: «Вот здесь будет дурацкий диез», по поводу сонаты № 2 Прокофьева: «Он был сказочник, не хуже Андерсена, не забывай об этом» (из замечаний Т.П.). Он и не забыл. Играл действительно сказочно: прекрасный звук, редкая, исключительная техника, простота выражений и яркость, образность сочинений. Ничего не потеряно. Тихий рояль. Впечатлений всем, кто слушал его в этот вечер, хватит надолго. Говорил занимательно. Был скромен, деликатен в речах, застенчив, а за роялем – нежен. Живёт только музыкой. Вне филармоний, театров и т.п. Спрашиваю, а на что же живёшь? Не отвечает, как-то неопределённо машет рукой, и я понимаю, что эта проблема – не главная в его жизни. А вот музыка – да! Явный бессребреник. В наше-то время! Не хитрец и не тусовщик. Что говорят о нём вокруг – ему безразлично. А вот что сейчас ему любопытно в музыке – говорит охотно и воодушевлённо. Абсолютно самостоятелен. Ему и трудно, и легко. Не пропустите встречу, когда наткнётесь на афишу с именем Фёдор Амиров. Всё бросайте и идите. Не пожалеете!
Теги: музыка , искусство
«В случае убийства набирайте «М»
Фото: Сергей ПЕТРОВ
Театральный детектив, Фредерик Нотт, перевод А. Браиловского и А. Тетрадзе
Театр имени Моссовета, постановка – народный артист России, лауреат премии города Москвы Юрий Ерёмин, в ролях: Д. Щербина, заслуженная артистка России Е. Крюкова, Д. Попов, Р. Кириллов, В. Боковин.
Вот ситуация. Есть пьеса начала 50-х прошлого века, заслуженная, безопасная, в смысле, беззубая, к тому же детектив: на Бродвее и лондонских подмостках имела успех, Хичкок в 1954 году фильм поставил, ремейк в 1998-м с Майклом Дугласом и кумиром всех девчонок Вигго Мортенсеном сделали; а чего стоит шедевр производства Молдавской киностудии, датированный 1981-м, "Ошибка Тони Вендиса"!..
Что и говорить, есть чем соблазниться. Постановка такой проверенной временем пьесы даже отчасти бросает вызов пустозвонному визуальному экшн-театру; в этом-то материале никакой мишуры!
Удивительный выбор.
Казалось бы, столько существует хороших пьес: и современных авторов, и классиков, и российских, и зарубежных, не засмотренных в разных кино– и театральных ипостасях! Но нет, надо взять страшно потрёпанную историю, поставить её в степенной старомодной манере, сделать якобы стилизацию под величаво выступающий Голливуд 50-х. К сожалению, в наше время поступь эта больше похожа на шарканье брежневского застоя.
Убаюкивающей размеренности действия способствует и отсутствие характеров, ведь в классическом детективе они не положены, действующие лица здесь – лишь условные фигуры, соблюдающие заданные сюжетом линии поведения. Исключение – герой Дмитрия Щербины, который по роли испытывает некоторые чувства, и они убедительно сыграны.
И вот сидишь, любуешься грациозностью героини, красотой зимнего сада, понимаешь, что кривобокость сыщика – способ хоть как-то придать выпуклость персонажу. И знаешь, чем всё закончится, потому что сюжет известный, и да, в момент кульминации действие заметно оживляется, иначе это не был бы детектив.
Но печальное удивление отчего-то не проходит.
Теги: Театр имени Моссовета
Александров из Оренбурга
Серафим Александров (1907-1982). Живопись. Графика. Театрально-декорационное искусство. Альбом. – Оренбург: ООО «Оренбургское книжное издательство имени Г.П. Донковцева», 2014. – 144 с.: ил. – 500 экз.
Александров несколько десятилетий был «законодателем» художественного вкуса театра. Спектакли в его оформлении запоминались зрителям завораживающей живописью, богатой палитрой сценических средств выражения замысла драматурга и режиссёра и при этом единством стиля, знанием исторической эпохи, а главное, высоким профессионализмом театрального сценографа. Эскизы театрального художника не всегда становятся достоянием изобразительного искусства. Но у Александрова работа над каждым спектаклем выливалась в отдельную историю создания художественного образа постановки. А в нём и живописный задник, и зарисовка мизансцен, и штрихи эпохи, и характер героя в его костюме – природа театра требовала порой энциклопедических знаний. Александрову в оформлении спектаклей, его творческой энергии и фантазии, казалось, нет конца».
Так написал в предисловии к превосходно изданному альбому художника Александрова директор Оренбургского театра им. М. Горького Павел Церемпилов. Замечательно, что не забывают мастера, более 30 лет отдавшего этой сцене. В альбоме представлены театрально-декорационное искусство, станковая живопись и графика.
И сегодня многие из них смотрятся очень современно. Читателям предстоит узнать многообразное творчество Александрова из Оренбурга.
Борис СЕЛЬМЕНЬГИН
Фрагмент эскиза-декорации к спектаклю «Машенька» А. Афиногенова, 1940
Теги: Серафим Александров (1907–1982). Живопись. Графика.
Не стало Владимира Фомина
Скорбное известие пришло из Ростова: на 76-м году умер один из ярких публицистов «ЛГ» Владимир Кузьмич Фомин. Его творческий путь начинался в газете «Алтайская правда», был собкором «Правды» в регионах страны и за рубежом. С 1982 года в течение 15 лет он работал нашим собственным корреспондентом по Ростовской области, республикам и краям Северного Кавказа. Огромный общественный резонанс сопровождал многие его выступления, в частности, знаменитую статью «Как они хоронили нас» – один из первых в советской печати материалов о наступающей мафии. Был народным депутатом России в 1990–1995 годах. В 1991 году Фомин организовал в Ростове-на-Дону массовую газету «Крестьянин» и 20 лет был её главным редактором. Вместе с родными и близкими В.К. Фомина «ЛГ» скорбит об этой утрате.
Теги: Владимир Фомин
Феодализм «продвинутых»
Сегодня многие согласны с тем, что частная собственность уже к середине XIX века превратилась в анахронизм, сковывавший развитие производительных сил. Однако предсказавший это Маркс допустил ошибку, полагая, что при коммунизме доминирующее положение в обществе займут трудящиеся. Нет, в постиндустриальном обществе, в соответствии с предсказаниями Маркса о науке как «непосредственной производительной силе», доминирующим ресурсом стал не труд, а умение продуцировать новые знания, невоспроизводимые продукты.
Поэтому на смену традиционной частной собственности приходит новая, личная собственность, по сути, неотчуждаемая. Программист или архитектор, адвокат или врач, чемпион в спорте или звезда эстрады могут делать то, что миллионы других не смогут никогда. Каждый может купить компьютер и подключиться к интернету, а уже талант и смекалка определят, станете вы простым юзером или превратитесь в долларового миллиардера. Эволюция собственности шла не от частной к коллективной, а от частной к личной.
Уже очевидно, что «общество знаний» ещё более углубило имущественное расслоение. Стремительно растут доходы людей названных выше творческих профессий. А рабочие у станка или занятые в сфере услуг продолжают получать гроши. И будут получать, скорее всего, ещё меньше. Однако новое неравенство сложно назвать несправедливым: новый интеллектуальный класс (деятели вроде покойного Джобса или здравствующего Гейтса) никого не эксплуатирует. Он не принуждает остальных людей (и остальной мир) покупать свои продукты по таким ценам.
Это оправдание личной собственности не представляется мне верным. Ведь и капиталист не принуждал рабочих трудиться на его фабрике, он просто ставил эти «свободные личности» перед выбором: либо работать на него, либо умирать с голоду. Впрочем, тут уместнее другое сравнение: так же и мошенник, продающий таблетки-пустышки, выдавая их за чудодейственное лекарство от смертельной болезни, никого не принуждает их покупать. Но потерявший надежду на медицину больной, поставленный перед выбором – смерть или чудо-лекарство, легко становится жертвой жулья.
Вот и джобсы и гейтсы ставят людей перед выбором: если хочешь жить в современном обществе, покупай наши разработки, не хочешь – будь изгоем. В том же направлении действует и неписаный закон: «Сливки общества» должны «быть комильфо». Сделал шаг на пути восхождения по карьерной лестнице – приобретай более комфортабельное жильё, автомобиль более престижной марки и, естественно, айфон и прочие гаджеты.
Вывод предлагается простой: если мы не хотим сорваться в «войну всех против всех», надо новое масштабное неравенство признать справедливым. Тем более в России, которая прошла мимо «экономики знаний». Пусть российские трудящиеся поднимаются на борьбу за лучшие условия продажи своей рабочей силы, но не за возрождение коллективистской системы собственности. Со временем и у нас утвердится строй, где самыми богатыми будут креативные деятели, процветающие за счёт своей личной собственности.
Но какое отношение имеет эта картина к действительности? Что ждёт общество, где элиту составляют сплошь звёзды попсы и дизайнеры, программисты и футболисты? Эти представители креативного класса в массе своей не создают сегодня подлинные ценности, а паразитируют на пороках и недостатках человека и общества, формируя искусственные, зачастую вредные потребности. Все эти креативные элои потребляют реальные продукты, живут в домах, ездят на машинах, сделанных руками некреативных морлоков. (Напомню, что элои и морлоки – это господа и рабы в романе Герберта Уэллса «Машина времени».)
Такую аморальную теорию «постиндустриального общества» придумали западные экономисты с целью оправдать возникшую после Второй мировой войны систему неоколониального грабежа отсталых стран, когда непосредственные производители материальных благ – рабочие третьего мира – получают за свой труд гроши, в то время как «золотой миллиард» производит сомнительной ценности услуги и при этом загребает себе большую часть прибыли.
И незачем бороться за более справедливую жизнь – лучше она всё равно не будет.
Но дело не только в этом. Поэт сказал: «...Ведь, если звёзды зажигают – значит – это кому-нибудь нужно?» И в постиндустриальном обществе их действительно «зажигают» специально. Взглянем хотя бы на «звёзд» сферы информационных технологий.
Вот, например, Марк Цукерберг. Он создал социальную сеть «Фейсбук», охватившую уже миллиард пользователей, стал мультимиллиардером, ездит по разным странам, читает лекции. Но умалчивает о том, что идею такой сети выдвинули американские разведчики.
Суть её проста: зачем нам тратить огромные деньги на добычу информации о широком круге лиц в разных странах, если можно создать всемирную сеть общения, в которой сами пользователи станут рассказывать о себе, так что разведке США останется только обрабатывать полученные данные. Сегодня США отслеживают все потоки информации и ежесуточно прослушивают сотни миллионов телефонных разговоров по всей планете. Появились данные, что и компания Гугл записывает всё, что выходит со всех компьютеров, попадающих в её поле зрения. И эти данные передаются на суперкомпьютер в Лос-Аламосе, где они обрабатываются по специальной программе.
Вот ещё характерный пример успешного «креативщика». Основатель «журнала для мужчин» «Плейбой» Хью Хефнер был ничем не примечательным клерком. Но мультимиллиардер Дэвид Рокфеллер активно включился в кампанию по сокращению численности населения планеты, и ему понадобился помощник, который начал бы новый виток «сексуальной революции». И Хефнер стал богатым человеком, тираж его журнала достиг недосягаемых высот для изданий такого рода. О том, как он эксплуатирует рабынь, демонстрирующих свои прелести на страницах журнала, сколько из них были убиты или покончили с собой, ходит множество ужасных рассказов, созданы телевизионные фильмы. И это «креативщик», «элитарий»?
А в России? И у нас есть немало талантливых музыкантов и певцов, но на эстраде господствуют давно надоевшие «звёзды», в «раскрутку» которых были вложены большие средства.
Конечно, у каждой «звезды», вероятно, есть что-то уникальное, но успех её зависит не только от её знаний, умений, таланта, но и от системы. Система и определяет, какие кумиры нужны для достижения её целей и кто наиболее подходит на роль «звезды».
Там, где тон задают «звёзды», неизбежен повальный эгоизм, «звёзды» будут чувствовать себя «сливками общества», которым не подобает смешиваться с быдлом. Это уже будет не просто классовое, а почти расовое деление общества. И дети «не продвинутых» будут обречены оставаться в «низах». Вот что об этом говорит известный врач, профессор Сергей Савельев:
«В дальнейшем произойдёт огромная сегрегация общества на тех, кто занимается интеллектуальным трудом, и тех, кто не понимает, чем он занимается. Расслоение будет носить катастрофический характер. Оно должно проявиться социально. Обладающие способностями не захотят делить свой социальный уровень с теми, кто способностями не обладает».
Жаль, что «звёзды» и их апологеты не задумываются над тем, что станут не только объектом обожания фанатов, но и предметом ненависти со стороны обездоленных. А жить в среде ненавидящего тебя народа морально тяжело, да и небезопасно.
А главное – эти деятели «экономики знаний» сами ни знаний, ни моральных ценностей не создавали. Знания добывали для человечества учёные и путешественники, художники и пророки, изобретатели и моральные авторитеты. Здание науки воздвигали гении и подвижники. И это здание науки и сокровищница культуры – общечеловеческое достояние. Есть ли среди нынешних обладателей «личной собственности» – «постиндустриалов», «креативщиков» и «элитариев» – хоть один, кто мог бы похвастать своим вкладом в науку и культуру, сопоставимым с вкладами великих учёных и художников прошлого?
Выходит, эти люди приватизировали знания, доставшиеся человечеству ценой подвижнического служения, усилий и жертв тысяч известных и безымянных учёных, других деятелей культуры, и поставили их на службу собственному карману. Это такие же олигархи, как и укравшие в постсоветской России общенародную собственность, только не вещественную, а интеллектуальную её составляющую. И вопрос об обобществлении знаний, украденных у народа, неминуемо встанет. Персональный компьютер создал почву для индивидуализма, сфера информационных технологий пока напоминает капиталистическую мануфактуру. Но мощные серверы вскоре покончат с этой вольницей и обратят «элитариев» в «мыслящий пролетариат», как называл интеллигенцию Писарев.
Идеи о неминуемой несправедливости постиндустриального общества глубоко ошибочны и, по сути, реакционны. Это не научная фантастика, а фэнтези. Как известно, фантастика – это прозрение, разведка будущего. А фэнтези – это представление будущего как прошлого. Это возврат даже не к капитализму, а к феодализму «продвинутых», которые, имея такое вооружение, как компьютеры и интернет, сидят в своих «рыцарских замках» (точнее, разбойничьих гнёздах) и собирают дань с подданных – фанатов, зрителей, слушателей, читателей.
Теги: экономика , развитие
