Текст книги "Стартеры (ЛП)"

Автор книги: Лисса Прайс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 17 страниц)

Узоры на потолке сливались воедино. Тинненбаум говорил об этом, как о пустяке. Но если я правильно поняла разговоры врачей в комнате приготовления, речь шла об очень даже серьёзной операции.

Но, к сожалению, я была слишком оглушена успокоительным, чтобы разобраться во всех подробностях. Санитар, тоже Эндерс, худой, хорошо выглядящий мужчина, улыбался мне, пока катил мою кровать по коридору. Мне казалось, или у него были подведены глаза карандашом?

Это всё было просто сумасшествием.

Обычно я уже паниковала, когда мне собирались делать прививку. А теперь я добровольно согласилась на операцию. И не какую-то, а на мозг.

Часть тела, которая мне до сих пор никаких проблем не создавала. Ни один человек не волновался из-за перебора жира в мозгу. Ни один человек не жаловался на размер и форму своего мозга. Или на то, как он выглядел. Мозг либо работал, либо нет. И мой пока что не имел никаких изъянов. Я молилась, чтобы после операции так же всё и осталось.

Больничная койка остановилась. Мы находились в операционной. Яркие лампочки освещали всё вокруг.

Санитар – на его бейджике было написано «Терри» – дотронулся до моей руки:

– Не волнуйся, котёнок. Представь себе, будто мы вставляем этот чип твоей любимой игрушке. Раз, два, и всё готово.

Котёнок? Что это за тип? И что за бред он говорил? Я знала, что это будет сделано в два счёта. Чьи-то руки приближались к моему лицу. Мне надели на рот маску с наркозом и приказали считать от 10 назад.

– Десять. Девять. Восемь... – И всё.

Я проснулась в своей кровати. По моим ощущениям, прошло только пара секунд. Терри, санитар, был всё ещё здесь. Или опять здесь. Он наклонился ко мне.

– Как самочувствие, котёнок?

Моя голова была ватной.

– Всё прошло?

– Да, хирург сказал, что всё отлично.

– А сколько меня... не было? – я огляделась в поиске часов, но всё что я видела – был белый туман.

– Не долго, – он проверял мои жизненные функции. – У тебя что-нибудь болит?

– Я вообще ничего не чувствую.

– Это скоро пройдёт. Я тебя сейчас немного приподниму.

Он передвинул верхнюю часть моей кровати немного выше и туман рассеялся. Через какое-то время я снова смогла чётко видеть. Обстановка была не знакомой.

– Где это я?

– В комнате отдыха. Привыкай. Здесь будет происходить обмен с клиенткой.

Это была маленькая комнатка с окном в коридор. Несколько серебряных камер висели над потолком, и две на стенах. Слева от меня находилась стена, а справа сидел высокий Старик в тёмных очках и с длинными седыми волосами за компьютером.

– Это Тракс, – сказал Терри. – Мы сейчас находимся в его королевстве, так что он здесь король.

Тракс с трудом поднял руку. Хоть он и был Стариком, но, видно, у него было не так много энергии.

– Привет, Кэлли.

Я помахала ему рукой. При этом установила, что вокруг моего запястья висел браслет из белого пластика.

– Привет.

Тракс указал на множество картинок на своём экране.

– Итак, Кэлли, что ты хочешь на обед?

Такой вопрос мне в последний раз задавали минимум год назад. Я начала вспоминать мои любимые блюда: омары и говядина. Да что там, простая пицца сделала бы меня счастливой. Интересно, было бы не вежливо, если бы я попросила карамельный пирог? Прежде чем я успела что-либо сказать, Тракс улыбнулся.

– Как насчёт супа из омаров, пиццы с говядиной и на десерт карамельный пирог?

Моя челюсть находилась где-то в районе пола.

– Я ни разу не говорила, что это мои любимые блюда.

По моей коже побежали мурашки.

– Не волнуйтесь, мы не умеем читать мысли. Нам просто поступил сигнал от вашего мозга, и мы сравнили его с возможными блюдами и вычислили подходящие.

– Не уверена, что счастлива от этого.

– Могу себе это представить. Но что ты думаешь, впринципе, не имеет никакого значения. Ты всё равно будешь спать. Мы должны настроить наиболее хорошую связь между вашим мозгом и мозгом нашей клиентки. И этот тест доказал, что подключение к компьютеру получилось. Нейрочип работает! – он всплеснул руками.

– А эти штуки могут сломаться?

– Ломаются ли компьютеры когда-либо? – он засмеялся.

Терри положил руку мне на плечо. Я увидела, что его ногти были покрашены в чёрный цвет.

– Не задумывайся над этим, котёнок. Просто наслаждайся поездкой!

Сидя за столом в «своей» комнате в халатике, я уминала ланч, который они для меня заказали. Мне огорчало, что я не могу поделиться с Майклом и Тайлером. Я только запихнула последний кусочек карамельного торта в рот, как ко мне зашла Дорис.

– Ну? Я же обещала. Ты наелась?

– Ага, сейчас лопну.

– Это хорошо. Не могу же я моих клиентов на голодный желудок в путешествие отпускать.

На мгновение мне почудилась печаль в её глазах, но, скорее всего, мне просто показалось. Она открыла шкаф и указала мне на вешалку со свободной розовой майкой и белыми джинсами. Нижнее бельё было тоже приготовлено: простенько раскрашенный лифчик и трусики, которые открывали больше, чем не хотелось.

– Когда закончите с едой, наденьте это. Всё остальное снимите, даже это, – она указала на наручный фонарик.

– Что вы с этим будете делать?

– Не волнуйтесь, всё будет вас дожидаться в надёжном месте.

– А кто выбирал одежду? – я попыталась это сказать безразличным голосом, так как возможно, она сама потрудилась над моим гардеробом.

– Гардероб всегда выбирает клиентка. Когда Клара обновит ваш макияж и заново сделает вам причёску, вы сможете приступить к вашей первой работе.

– Так скоро?

Она кивнула.

– Это продлиться не дольше, чем один день. Мы всегда так делаем. Что-то вроде пробного пуска, чтобы убедиться, что всё работает.

– А кто она?

Она скрестила руки у себя на груди и сделала такое лицо, будто постоянно повторяет одно и то же.

– Мы дорожим конфиденциальностью клиентов. Это к лучшему. Для вас, нас и клиентки. Наши клиентки проходят очень тщательный отбор, и я могу вас заверить, что это будет очень милая леди.

– Раз уж она такая милая, как вы говорите, нас бы могли познакомить.

– Не волнуйтесь. Клиентки также подписывают контракт, в котором мы чётко прописываем что запрещено, например, опасные виды спорта на которые вы не дали согласия, как гонки на машинах или прыгание с парашютом, – она меня обняла за плечи. – Поверьте мне, ваше здоровье очень важно для нас. Вам надо только расслабиться, «поспать» недельку, а потом забрать свой гонорар. Это всё, что от вас требуется. Я уже повидала многих девушек, которые уходили отсюда абсолютно счастливыми. Некоторые приходят до сих пор. И вы будете среди них.

– Последний вопрос: Мистер Тинненбаум недавно разговаривал с мужчиной, с которым я, к сожалению, не успела познакомиться.

– Когда это было?

– В тот день, когда я проходила тестирование. Высокий такой, со шляпой и в длинном пальто.

Она кивнула и понизила голос.

– Это генеральный директор. Руководитель этой компании.

– Как его зовут?

– Мы называем его «Старик», но никогда громко это не произнесите. А теперь перестаньте волноваться и станьте счастливой.

Легко сказать. В последний раз я была счастлива давным-давно. Давным-давно моя жизнь состояла из помады, музыки и сумасшедших друзей.

Я хотела быть уверенной, свободной и прежде всего живой. И я очень бы всё держать под контролем сама в этом сумасшедшем мире, но теперь все, кроме меня контролировали мою жизнь: Тракс, Дорис, Тинненбаум... И, видимо этот странный тип. Старик.

Глава 3

С лёгкими шутками было покончено. В комнате отдыха висело напряжение. Тракс сидел за компьютером, в то время как Дорис и Терри не отходили от меня. Я могла поспорить, что Тинненбаум наблюдал за нами через камеру.

У меня был идеальный макияж и идеальная причёска, и теперь я ждала начала этой операции. Дорис надела мне на запястье серебряный браслет с маленькой спортивной подвеской.

– Маленький подарок, который я дарю всем девушкам, – сказала Дорис.

Подвеска блестела: ракетка, пара парашютов и коньки.

– Прикоснитесь к одному из знаков, – подталкивала меня Дорис.

Она наклонилась ко мне, легко прикоснулась указательным пальцем к конькам, и появилась голограмма фигурного катания.

– Вау, – я прикоснулась к ракетке, и теннисный мячик рассёк воздух. – Мне очень нравится. Спасибо.

Она казалась немного нервной.

– Надо сказать, она очень заботлива, – пропел Терри.

Терри надел на меня белый халат, чтобы защитить мою одежду. Он что, боится, что я буду пускать слюни во время сна?

– Теперь всё в порядке, – сказал он приглушённым голосом. – Ты можешь теперь лечь.

– С твоей причёской ничего не случится. – Дорис похлопала по подушке. – Чистый шёлк.

Спинка моего лежака была установлена вертикально. Если всё пройдёт хорошо, то я, по крайней-мере моё тело, надолго здесь не останется. Где-то в этом здании находилась женщина, которая меня арендовала. Скоро она будет управлять моим телом, как будто была бы мной. Эта мысль заставила меня вздрогнуть.

– Вам холодно? – спросила Дорис.

Терри встал, чтобы пойти за одеялом. Тракс остановил его.

– Всё в порядке, – сказал он.

Наши взгляды встретились. От него ничего нельзя было скрыть.

– Этот чип теперь что, всю мою жизнь будет включать сигнализацию в каждом аэропорту, к которому я приближусь? – улыбнулась я.

Все неловко засмеялись. Терри пододвинул ко мне стол с маской и приборами для анестезии. Скоро я буду глубоко спать. Скоро моё тело будет принадлежать другому.

Мне снился сон.

И я знала, что это сон.

Они не сказали мне, что такое может произойти. Но вот я лежала, и мне снился сон. Я была в магазине, покупала хлеб. А потом в приюте. Моё лицо было прижато к решётке тюремной камеры.

С одной стороны коридора сидели девушки, с другой находились сотни парней. Тайлер был среди них, но я не могла его видеть. Следующее что я увидела, дом у озера и Тайлера, который, улыбаясь, бежал ко мне с удочкой. Он выглядел здоровым. Я хотела рассказать об этом Майклу, но не могла его нигде найти. Я побежала в дом и начала искать во всех комнатах здания. Но там его тоже не было. В итоге я нашла его на терассе с видом на море.

Но когда я подошла поближе, и он повернулся ко мне лицом, оказалось, что это был не Майкл.

Вдали я слышала тихое бормотание.

Женский голос. Я узнала его. Моя мама?

– Её веки двигаются, – сказала женщина.

Мама?

– Кэлли? Котёнок? – мужской голос.

– Не называёте меня так!

Я распахнула глаза.

– Как вы себя чувствуете? – это была женщина, но не моя мама. Эндерс.

– Кэлли? – мужчина с накрашенными глазами наклонился ко мне. – Как ты себя чувствуешь, малышка?

– Где я?

Женщина посмотрела на меня озабоченно.

– В Прайм Дестинэйшенс. У вас только что была первая аренда.

Я вспомнила эту женщину.

– Дорис?

Облегчённая улыбка расползлась по её лицу.

– Да, Кэлли.

– Как всё прошло?

Она похлопала мне по плечу.

– Вы были замечательной.

Я сгорала от желания узнать, где было моё тело. Я занималась спортом? Мои мышцы на руках не болели. Ноги тоже. Это странное ощущение, когда не знаешь где шлялось и что делало твоё тело целый день. Кого оно встретило, кого посчитало милым или отвратительным.

Допустим, мой арендатор с кем-то поссорилась. Должна ли я рассчитывать на врагов? Я ощупала своё тело. Вроде всё работало.

Одно задание выполнено, осталось ещё два. Я приблизилась к моей цели на треть.

Тракс задавал мне какие-то вопросы, наверное, что-то типа окончательного контроля. Я не много могла рассказать, так как могла вспомнить только сон. Но он его тоже интересовал, и Тракс записал мой рассказ.

Похоже, случалось часто, что кому-то при этой операции что-то снилось. Тракс хотел знать, чувствовала ли я отдохнувшей, чему я могла только подтвердить. Терри измерил у меня температуру и кровяное давление и кивнул своему коллеге.

– Всё в порядке, малышка. Ты можешь тут же приступить к новому заданию.

– У меня не будет... маленького перерыва?

Он посмотрел на меня удивлённо, а затем наклонился вперёд и позвал Дорис.

Через пару секунд вошла она.

– Что случилось, Кэлли?

– Можно мне перед следующим заданием отлучиться?

– Отлучиться? Зачем?

Я опустила взгляд.

Возможно, было лучше не настаивать на этом желании.

Она положила свою руку мне на спину.

– Почему вы не хотите продолжить прямо сейчас, на одном дыхании? Всё это пройдёт ещё до того, как вы заметите. Мы так много в вас вложили. А вы подвергаете риску ваш гонорар. Если с вами ТАМ что-то случится... – она поморщилась, будто считала, что жизнь на улице – это сущий ад.

Ну, если честно, в этом она была права. Но я всё же жила «там».

– Если вы не выполните вашу часть контракта, предоставление здорового, хорошо натренированного тела, то тогда деньги потеряны.

– У вас что, уже есть клиентка для меня?

– Да, и это...

– ...очень милая женщина. – Я закатила глаза. – Да-да, я всё понимаю, так что давайте уже сделаем это.

– Замечательно. И кстати: В этот раз вы будете три дня в дороге.

Вторая аренда пролетела тоже очень быстро. Похоже, время не имело больше значения, когда ты в таком «сне». Мне снились опять странные сны, но я не могла их потом вспомнить. Когда я вернулась к своему телу, я заметила на правом предплечье десятисантиметровый порез.

Из того, что он не болел, я сделала выводы, что мне дали болеутоляющие. Но он выглядел ужасно. Дорис отвела меня в комнату с лазерами. Там мне так залечили рану, что даже никакого шрама не осталось.

Я хотела знать, что случилось, но они опять начали ссылаться на конфиденциальность. Дорис повела меня в свой офис. Оны был выполнен в золотом и белом цвете. Она мне предложила сесть и сказала, что моё третье и последнее задание будет длиться целый месяц.

– Месяц? Я не могу целый месяц, находиться хрен знает где!

– Месяц – это совершенно нормальное время. Мы начинаем с аренд на маленькое время, чтобы удостовериться, что всё идеально получается, прежде чем мы заключаем контракт на более длительное время.

– Никто мне не сказал, что это дело будет так долго длиться. Мне надо сначала удостовериться, что с моим младшим братом всё в порядке.

– Братом? – она раздражённо откинула волосы с лица. – Вы не говорили, что у вас есть брат.

– И что?

– Вас чётко спросили перед заключением контракта, есть ли у вас ещё члены семьи.

– Я думала, что вы имели ввиду родителей и бабушек с дедушкой. Ему же всего семь.

Её черты лица расслабились.

– Семь, – она уставилась на стенку. – Я понимаю. Но мы не можем вас отпустить. Слишком большой риск.

– Ну что может со мной случиться? – я подняла руку и указала на то место, где еще недавно была рана. – Я наверняка могу лучше о себе позаботиться, чем ваши милые леди.

Она покачала головой.

– Мне жаль, Кэлли, но это невозможно.

– Я хочу поговорить с Тинненбаумом.

– Вы уверены, что хотите этого?

– Абсолютно.

– Мистера Тинненбаума, пожалуйста, – сказала Дорис в невидимый микрофон.

Она поправила свои волосы и разгладила свой костюм. Через пару секунд Тинненбаум зашёл в комнату.

– Кэлли хочет взять перерыв перед следующей арендой, чтобы... проверить своего брата.

Тинненбаум покачал головой.

– Невозможно.

– Никогда и речи не шло, что я должна буду работать целый месяц, – сказала я. – Вы не думаете, что мне следовало об этом рассказать до того как мы заключили контракт?

– Но вы и не говорили, что у вас есть брат, – ответил он. – У нас есть в письменном виде ваше подтверждение, что у вас нет родственников.

Он переступил с одной ноги на другую.

– А что касается планирования, мы не всегда можем заранее сказать, какая длительность резервируется. В этом случае так и произошло.

– Но вы знали, что была возможность длительного резервирования. Я, напротив, не имела понятия, что такая операция в принципе может продлиться целый месяц.

– Это написано в договоре.

– Мелким шрифтом? – я обратилась к Дорис. – Такое важное условие нельзя было от меня держать в секрете!

– Вы тоже не должны были держать существование вашего брата в секрете, – ответил Тинненбаум.

Дорис разглядывала пол.

– Мне действительно надо удостовериться, что с ним всё в порядке, прежде чем приступлю к работе. Важно чтобы он знал, как долго меня не будет. Ему всего семь, и я единственная, кто у него есть.

– Может, мы можем кому-нибудь поручить посмотреть как он там. – Дорис обменялась взглядом с мистером Тинненбаум. Он еле заметно покачал головой.

– Я не хочу ничего усложнять, – я расправила плечи, чтобы казаться больше. – Но я уверена, что трансформация происходит намного лучше с телом, которое сотрудничает. И я могу вас заверить, что я не буду сотрудничать до тех пор, пока вы меня не отпустите к брату.

Тинненбаум нервно постукивал носком ботинка по полу, как будто от этого у него что-то прояснялось в голове.

– Во сколько завтра у неё трансформация? – осведомился он у Дорис.

– В восемь утра.

Тинненбаум фыркнул, как лошадь.

– Я даю вам три часа и телохранителя, который вас не выпустит из глаз ни на секунду. И без глупостей. Помните, что мы можем за вами следить через этот нейрочип. – он указал пальцем на меня, как будто хотел меня застрелить. – И принесите это тело к нам обратно в таком же идеальном состоянии. Пока что оно принадлежит нам.

Его белоснежные зубы ни разу не сверкнули. Видно, ему не до улыбок. Я последовала в коридор за Дорис.

– Я должна вам дать другую одежду. Подождите меня в гостевой.

Она исчезла в одной из комнат, а я пошла в мою гостевую комнату. Но когда я открыла дверь, увидела там другую девушку. Она была примерно того же возраста, что и я, но только с короткими чёрными волосами. Похоже, она сейчас переодевалась. На ней были штаны в цветочек, и она держала майку перед грудью, чтобы её закрыть.

– Извините, – сказала я. – Наверное, я перепутала комнату.

Я заметила, что её комната была выдержана в зелёном цвете, а в остальном она была такой же, как и моя. Я закрыла дверь и заглянула в следующую комнату. Розовой. Мой цвет. Дорис появилась через минуту со стопкой белой одежды.

– Вы захотите помыться. И вот новый комплект. Эту одежду вы уже слишком долго носите.

– А где моя одежда?

– Дорогая, мы её сразу же сожгли.

– А где мой фонарик?

Дорис выдвинула ящик.

Она достала мой фонарик и протянула его мне.

– Ронди проводит вас домой. И да, не удивляйтесь, если в следующие пару часов вы не захотите есть.

– Почему?

– Вы уже поели.

Мне казалось отвратительным, что другие люди знали больше о моём теле, чем я.

Дорис отвела меня в подземный гараж, который был соединён с задним выходом Прайм Дестинэйшенс.

Ронди ждал рядом с машиной.

У него были короткие седые волосы и такие большие мускулы рук, что казалось, что в каждую секунду может порваться костюм.

Его взгляд упал на мой ручной фонарик.

– Вам он не нужен. У меня есть один большой.

И всё же я была рада, что этот фонарик был прицеплен к моему запястью.

– Вы теперь отвечаете за Кэлли, – наставляла Дорис. – Она должна вернуться сюда не позднее десяти вечера.

– Разумеется, мэм. – он открыл заднюю дверь, и я села внутрь.

Ронди залез на место водителя, и мы поехали. Дорис смотрела за нами вслед. Я заметила коробку рядом со мной.

– Это для вашего брата. – Ронди указал на неё. – От Дорис.

Очень вкусный запах доносился из коробки.

– Очень мило с её стороны.

Он впутался в движение Беверли Хиллз.

– Дорис хорошая. Я её знаю вот уже более шестидесяти лет. Мы оба тогда работали в сфере туризма. Ну, когда ещё можно было путешествовать, я имею ввиду.

Я знала, что он имел ввиду.

Никто больше не мог покидать США, с тех пор, как другие страны стали такими параноидальными по отношению к спорам. И никто не мог въезжать сюда.

– Разве не смешно, что мексиканцы даже стену построили, чтобы мы не смогли к ним пробраться? – продолжил он.

Я дала Ронди говорить. Мне было сейчас не до болтовни Эндерсов. Обычно она длилась бесконечно, так как у них было уже десятки прожитых лет. Все мои мысли крутились вокруг будущей встречи с моими двумя парнями. Самое главное в мире, что у меня ещё осталось. Я вытащила карту Майкла из кармана фонарика и направляла с её помощью Ронди, к новому укрытию. На улице, которую отметил Майкл, стояло несколько заброшенных зданий.

Первое было уже почти разрушено. Наше здание стояло четвёртым. Ронди припарковался прямо перед ним. Он шёл со своим огромным фонарём передо мной. Телохранитель было для меня чем-то новым.

Я себя чувствовала дочкой президента. Ронди открыл передо мной большую стеклянную дверь.

– Какой этаж? – он блуждал лучом по стенам здания.

– Третий.

– Ага. У вас что, поднимание по ступенькам относится к хобби?

– Наверху мы более защищены, – я включила мой фонарик.

Мы пошли по широкой главной лестнице на третий этаж. Рондизашёл в коридор первым. Он посветил в каждый заброшенный офис, мимо которого мы проходили. В самом конце коридора появился человек с угрожающе поднятой железной трубой.

Это был Майкл.

– Стой! – крикнул он.

Я подняла мой фонарик так, чтобы моё лицо было освещено.

– Это я. Кэлли.

Ронди протянул руку, чтобы я не могла пройти мимо него.

– Оставайтесь за мной!

Я проскользнула под его рукой.

– Это мой друг, – я побежала по коридору.

Майкл оставался в угрожающей позе до тех пор, пока я не оказалась совсем близко.

– Кэлли? – труба упала с громким звоном на пол.

Он расставил руки в разные стороны, и я упала в его объятия. Это было в первый раз, когда мы друг друга обнимали, но это ощущалось правильным и приятным. Ронди подошёл поближе и остановился на расстоянии двух шагов от нас.

– Это Ронди, – объяснила я. – Он работает в Прайм Дестинэйшенс.

Ронди коротко кивнул, в то время как Майкл недоверчиво его разглядывал.

– То есть ты ещё не закончила?

Я покачала головой.

– Я могу здесь остаться только на пару часов. Как Тайлер?

– Он очень по тебе скучал.

Майкл направил свет от своего фонарика на мою причёску и взял двумя пальцами одну кудряшку.

– Я тебя сразу и не узнал. Ты так изменилась.

– В хорошую или плохую сторону? – спросила я, пока мы начали двигаться.

– Ты шутишь? Выглядишь замечательно.

Майкл провёл нас в свой уголок в конце коридора. Он выбрал комнату с ковром, как маленькое возмещение того, что у нас больше не было спальных мешков. Тайлер сидел в углу, закутанный в зелёное покрывало.

– Я останусь здесь, – сказал тихо Ронди и указал головой на стул рядом с дверью.

Он поставил свою лампу в такой режим, чтобы освещалась только его часть комнаты. Я подошла к Тайлеру и присела рядом с ним. Но когда я попыталась его обнять, он оттолкнул меня.

– Что случилось с твоими волосами? – Тайлер перевёл луч своей лампы на меня, и его лицо перекосилось.

– Я тебе не нравлюсь?

Он внимательно осматривал меня.

– А что они сделали с твоим лицом? – он потрогал мои новые серёжки. – Они опасны.

– Там, где я сейчас работаю, они меня накрасили и переодели. Тебе это не нравится?

– Ты же всё равно запачкаешься, – он посмотрел на меня, как будто я спятила. – А кто там? – он указал на Ронди.

– Он работает в той же фирме, что и я. Он привёз меня сюда, – я показала Тайлеру коробку Дорис. – И он тебе кое-что упаковал. Ещё тёплое. Понюхай!

– Это воняет, – он отвернулся.

Я перебралась к другой стороне Тайлера.

– Тайлер, я понимаю, что ты злишься, потому что меня так долго не было.

– Целую неделю, – его лицо было красным, и он боролся с подступающими слезами.

– Я знаю, и мне очень жаль, правда.

– Семь дней.

Я видела отчаяние в его глазах.

Неделя без всего – без его собаки, без фотографий наших родителей, в совершенно незнакомой обстановке, и без сестры.

Он гулял взглядом по комнате.

– У нас больше ничего не было.

– Но разве у тебя Майкл не был с тобой? Разве не он тебе нашёл это покрывало?

Я взглянула на Майкла, который облокотился на шкаф.

Майкл засунул руки в карманы штанов и кивнул.

– Что мне напомнило о том, что я должен сходить за свежей водой, – он подмигнул мне.

Когда он ушёл, Тайлер поднял глаза на меня.

– Кэлли?

– Что?

– Я очень рад, что ты вернулась, – сказал он тихо и обхватил мою руку. – Даже если твои волосы очень странно выглядят.

– Спасибо, – я прижалась своим лбом к его.

Я так хотела остановить время, но должна была сказать правду.

– Я бы очень хотела с тобой остаться, но я здесь только на пару часов. Мне надо снова на работу.

Он отпустил мою руку.

– Нет. Почему?

– Потому что я ещё не закончила, – я его крепко обняла. – Ты должен быть сильным. Для меня. Потому что если мы это переживём, то у нас снова будет дом.

Он обхватил меня своими маленькими руками.

– Обещаешь? – его голос дрогнул.

– Обещаю.

Мы сидели на полу вокруг коробки, которая служила нам столом. Фонарик Майкла был поставлен в режим свечки, в то время как Майкл и Тайлер доедали остатки жареной курицы и картофельного салата.

Ронди передвинулся со стулом в коридор, но так, чтобы мы оставались у него в поле зрения. В его уши были вставлены наушники, и он качал головой в такт музыке.

– Вкусно? – я указала на курицу.

– Да так, – сказал Тайлер, обгладывая кость. – У нас с Майклом был пудинг и фруктовые йогурты.

– Церковь рядом с аэропортом раздавала пожертвования, – объяснил Майкл. – Туда и обратно дорога пешком в 12 часов.

– А откуда вы воду берёте?

– Здесь в округе полно домов. Я только должен следить, чтобы не появляться дважды по одному и тому же адресу.

– Представь себе, – сказала я Тайлеру. – Скоро у нас будет кухня и вода из водопровода.

– И куда мы переедем, когда ты вернёшься? – поинтересовался Тайлер.

– Зависит только от нашего желания.

– В горы. – Тайлер раскинул руки.

– Почему именно туда? – спросил Майкл.

– Потому что мы сможем там рыбачить, – ответил Тайлер.

Майкл засмеялся.

– Рыбачить? Как это?

– Папа обещал Тайлеру взять его когда-нибудь на рыбалку, – объяснила я. – А затем началась война.

Майкл кивнул и дружески ударил Тайлера в плечо.

– А ты, малышка? – я заметила, что он пытался скрыть печаль. – Ты хорошая рыбачка?

– Однажды, когда я была ещё маленькой, я поймала сома. Но не смогла его достать из воды. Это сделал папа.

– Я никогда не был в горах, – ответил Майкл. – Как там?

– Чисто. И свежо.

– И там есть рыба, – добавил Тайлер.

– Которая не так отравлена, как из моря, – сказала я.

– Это да, – кивнул Майкл. – Но ты, как рыбак, должен быть очень храбрым.

– Почему? – спросил Тайлер.

– Потому что ты должен прикасаться к этим скользким червякам, – он скользнул рукой под майку Тайлера. – Оп-па, кажется, один из них сбежал от нас. Видишь, ползёт по твоему животу.

Тайлер засмеялся и фыркнул как пятилетний. После того, как он успокоился, усталость взяла над ним верх, и, положив голову мне на колени, он заснул. Мы тихо общались, чтобы его не разбудить.

– Ну, давай, рассказывай! Как всё прошло? – Майкл настороженно посмотрел на меня.

– Очень просто. Ты закрываешь глаза и спишь.

– Ты честна со мной?

– Полностью. И за это мне платят. Эй, это даёт нам деньги на дом.

– Он будет таким счастливым, ели получит настоящий дом, – Майкл посмотрел на спящего Тайлера.

– Ты тоже, – сказала я.

Он покачал головой.

– Я же не попрошайка.

Я хотела с ним поспорить, но всё же замолчала. Возможно, для него тоже всё происходило слишком быстро и скомкано.

Он опустил голову и посмотрел мне в глаза.

– Предположим, я тоже пойду в этот Прайм Дестинэйшенс. Тогда мы смогли бы кинуть наши деньги в один горшок и купить себе что-нибудь, а не арендовать.

Я улыбнулась. Эта мысль согревала меня. Ни от кого больше не прятаться и не сбегать. Мы должны были подождать три года, после этого мы бы стали совершеннолетними и мы могли бы делать всё, что хотим. Майкл сел рядом со мной. Он приобнял меня за плечи и уткнулся в мои волосы.

– Пахнут... черешней, – сказал он.

– Это хорошо?

– Эй, ты что, действительно хочешь, чтобы я тут перед тобой на коленках ползал? – он улыбнулся мне.

Я тоже засмеялась и кивнула.

– Ты как лимузин, который целый год не видел мойку, – сказал он. – А затем он вдруг получает всё сразу: помывку и полировку.

Он ткнул мои длинные сережки, пока они не стали раскачиваться взад – вперёд.

– Ты блестишь и светишься, но остаёшься всё тем же автомобилем, что и раньше, – он улыбнулся.

Я повернулась к нему и придвинулась чуть ближе. Он внимательно на меня посмотрел, будто прося разрешения. Я легонько кивнула и прошлась языком по нижней губе. Он наклонился ко мне, и именно в этот момент Ронди постучал в стенку.

– Кэлли? Мне жаль, но нам пора.

Майкл закрыл глаза и улыбнулся. Мы оба думали об одном и том же. Ужасный тайминг.

– Да, Ронди. Я сейчас приду.

Мы услышали, как он вышел обратно в коридор. Тайлер проснулся, провёл руками по лицу и вел. Я дотронулась до его руки.

– Тайлер, мне нужно идти. Пожалуйста, выслушай меня. Ты и Майкл, вы теперь одна команда, хорошо?

– Одна команда, – пробормотал он сонным голосом.

– Меня долго не будет, целый месяц, но мыслями я всегда с тобой. И когда я вернусь, я никогда больше не оставлю тебя. Всё будет лучше, чем было. Хорошо?

Он кивнул с таким серьёзным лицом, что у меня от этого заболело сердце.

– Ты смелый мальчик. – Я притянула его к себе.

– Возвращайся скорее, – прошептал он. Я почувствовала его тёплое дыхание у себя на плече.

Когда я отстранилась, у него стояли слёзы в глазах.

– Будь сильным, – сказала я.

– А ты возвращайся как можно скорей, – ответил он.

Майкл проводил меня на улицу. Ронди шёл перед нами. Когда мы достигли верха лестницы, то заметили, что наверх поднимается высокая девушка. Ронди направил на неё свой фонарь, а она подняла руку, чтобы защитить глаза от внезапного света.

– Оставь это! – прорычала она.

– Всё в порядке, – сказал Майкл. – Соседка.

Ронди немного опустил лампу, но только так, чтобы она больше не слепила девушку. Её тело мы всё ещё видели. Она тоже носила ручной фонарик. У неё были короткие тёмные волосы, и она была такой же тощей, как и все мы, но имела всё же достаточно пышные формы.

– Привет, Майкл, я тебе кое-что принесла, – она достала из своей сумки два апельсина. – Они из сада одного Эндерса.

– Спасибо, – Майкл взял краденые апельсины.

Она улыбнулась

– Мне пора. Позже увидимся.

Майкл неуютно на меня посмотрел.

– Это просто знакомая.

– И как её зовут? – захотела я узнать.

– Флорина.

– Милое имя, – я улыбнулась.

Для меня было облегчением, что они с Майклом не одни жили в доме. Ронди, видимо, почувствовал, что нам надо остаться наедине, и отошёл до следующего лестничного пролёта, встав к нам спиной. Майкл крепко обнял меня и долго так держал. Мы прижимались друг к другу, у обоих почти только кости, только немного мяса. Но его близость мне нравилась.

– Мне тебя будет не хватать, – прошептал он мне в волосы.

– Мне тебя тоже, – я с удовольствием осталась бы на веки вечные, на этой лестнице, но через какое-то время мне пришлось отстраниться. – Увидимся через месяц.

Он протянул мне какой-то сложенный листок.

– Что это?

– Прочитай это потом.

Я надеялась, что он будет помнить мою прощальную улыбку.

– Будь хорошим мальчиком!