Текст книги "Верховная: по тропе из еловых веток (СИ)"

Автор книги: Лина Рейхарт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 11 страниц)

– П… – зашептала Лайла. – П-пощадите, В-ваше С-святейшество, я с-совершила с-с-с-с…

– Оливия, с каких пор мне нужно повторять больше одного раза?..

Обе ведьмы застыли. Оливия могла поклясться, что впервые за долгое время ее начала бить крупная дрожь. После становления Верховной боевых ведьм, девушка будто утратила способность чувствовать. Но прямо сейчас ее разрывало изнутри, и это чувство было невозможно спутать с чем-то другим.

Отчаяние.

– М-моя кровная сестра, – произнесла Оливия. – Прошу, только в этот раз…

Она не успела договорить. Легкий ветерок всколыхнул воздух, оставив на смуглой щеке окропленный чужой кровью поцелуй. Раздался шлепок. Такой, словно кто-то уронил на пол огромный помидор. Наверное, будь это действительно безобидный овощ, девичьи пальцы не сковало бы жутким холодом.

Верховная едва сдержала крик. Ее взгляд уперся в темнеющее сбоку пятно, в котором она отчетливо узнала голову Лайлы.

– Ты меня разочаровала, – подбородок Оливии обжег клинок, вынуждая ее вскинуть голову и посмотреть в лицо Святому. – Я бы оказал тебе милость и позволил отправиться вслед за сестрой, но тогда мне придется искать новую Верховную.

Кончик лезвия уперся девушке в глотку, и на ее коже выступили алые бусины. Ведьма не шелохнулась. Эта боль была ни что по сравнению с тем, что творилось в ее душе. Мир на мгновение перестал существовать, а потом начал вращаться с бешеной скоростью. Оливия, ненавидя себя, покорно опустила взгляд.

– Я искуплю свою вину, Ваше Святейшество.

– Он убил твою сестру, – подала голос до этого лишь хихикающая в стороне Летиция. – Смотри!

Узница схватила отрубленную голову и кинула ее в ноги Верховной. Остекленевшие глаза уставились прямо в лицо Оливии. В них читалось удивление, смешанное с печалью. Лайла не хотела умирать и до последнего не смогла поверить в произошедшее. Все же, ей было только семнадцать лет…

– Бандалор, – брезгливо утирая окровавленный клинок о хлопковый платок, участливо вставил Кристиан. – Смотрю, тебе весело.

Пара фиалковых глаз с легким прищуром уставилась на Святого. Летиция широко улыбнулась, тут же позабыв об Оливии и ее убитой сестре. Босые ноги направили ее к небольшому столику в углу молельни. Девичья шея неестественно вывернулась в сторону – ведьма не хотела прерывать зрительного контакта со своим мучителем. Грязные руки схватили с тарелки пирог. Узница поднесла его к носу и с наслаждением вдохнула запах теста и запеченной рыбы.

– Ммм, как хорошо, что я не тронула это место ветром, – протянула она. – Кушанья для молящихся… Помнится, ты поговаривал, что молитвы должны проходить в строгости, а как дворяне начали приносить золото, так сразу передумал. Продажный святоша!

Девушка с трудом широко раскрыла рот и вцепилась в пирог зубами. Кристиан молча наблюдал, как она поглощала кусок за куском, не удосуживаясь их даже переживать.

– Летиции будет плохо из-за твоей жадности.

– А то от пыток и похлебки из мышей ей хорошо!

Ведьма запила еду стаканом воды.

– Давай, наконец, разойдемся, Криси! – хмыкнула она. – Я не заключу с тобой контракт, как ни ухищряйся. Ты заведомо проиграл эту войну!

Узница нарочито кокетливо поправила волосы, изображая заигрывания.

– Четвертый кусочек ты никогда не получишь! Слабак!

Эмоции мужчины не остались для девушки загадкой. Вернее, они не остались загадкой для демона Бандалора, сидящего внутри телесной оболочки. Святого накрыло волной оглушающего бешенства.

– Я. Не. Проиграю!

Его сила вырвалась наружу, врезаясь в хрупкое девичье тело. Теперь молельню сотряс крик несчастной Летиции Палантино – одержимой боевой ведьмы. Она упала на кафель, от боли царапая его сломанными ногтями. Конечности девушки неестественно выгибались, делая ее похожей на паука. Из глаз по щекам потекли кровавые слезы. Кристиан понимал, что изводя носителя, он ничего не добьется, ведь сама Бандалор не ощущала этих страданий. Подобные мысли злили Фонберга еще сильнее.

– Я найду способ заставить тебя! – прорычал он. – Я нашел первый кусок, я нашел ее! И ты падешь к моим ногам вместе с ней!

Потому что он никогда не позволит себе поражение. Потому что он не может подвести два поколения своей семьи.

Потому что…

Он – это он, великий Святой Кристиан Фонберг.

9. Через лес

Джерте, квартал питейных заведений, перед рассветом

«Жизнь не всегда преподносит только плохое, иногда она умеет по-хорошему удивлять»

Я очнулась, когда еще не начало светать. Рунольв молотил меня по щекам и пищал, что мы опоздаем. Куда и зачем в первые секунды пробуждения мозг совсем не соображал.

Восход намечался через полчаса. Когда чуть подгибающиеся в коленях ноги принесли меня в ванный уголок, фамильяр уже подготовил большой таз с горячей водой и чуть перекошенный железный ковш. Рядом с ними на небольшой полочке лежал кусочек травяного мыла. Мне нравилась его свежая отдушка и уникальное свойство притуплять неприятные телесные запахи – пожалуй, это было одним из лучших примитивных изобретений бытовых ведьм.

Времени оставалось мало, а на мою долю выпали однорукие трюки с мочалкой под строгим наблюдением Рунольва, который, периодически, поливал меня из ковша. Синяки и ссадины за ночь стали светлее, и теперь желтели на моем теле десятками неровных крапинок. Я бросила взгляд на зеркало, отмечая отсутствие крови на свежей повязке. Фамильяр позаботился и об этом – успел очистить и обработать рану, пока я спала. Видимо, усталость была сильнее боли.

– Спасибо!

Рунольв довольно хмыкнул в ответ на похвалу. Мы собрались всего за двадцать минут, и у меня даже осталось немного времени на завтрак. Поэтому, когда я спускалась к крыльцу трактира, чувствовала себя гораздо лучше, чем вчера. Да, рука и побитый бок стесняли движения, но это было ничто по сравнению с первыми минутами после падения. Энергия Маи и отвары творили чудеса. Конечно, лишний выходной бы не помешал, но кто я такая, отказывать королю? Тем более, когда сама предложила этот план.

Хочешь получить отличный результат – сделай все сам. Если руководствоваться этим правилом, получишь меньше разочарований от пустых ожиданий.

– Нет, Руни, сегодня без нашего ритуала, – шепнула я, когда фамильяр активно заворошился в волосах, указывая на оставшиеся ступеньки.

Ноги хоть и были целы, но риск явно того не стоил.

Тем более, около тайного хода уже стоял королевский рыцарь. Самым первым, что бросилось в глаза, были рыжие волосы. Такого же оттенка, что и у Клемента. На вид густые, вьющиеся, как молодая трава в весеннем поле. Спина широкая, рост под два метра, угрожающий, сильный. Зато энергетика на удивление теплая, текучая, мягкая и какая-то знакомая. Хотя с виду молодой мужчина выглядел скорее сурово, чем безобидно. Это показалось забавным. У этого человека отлично получалось подавлять внешние проявления своей истиной сути.

– Мисс, – пробасил рыцарь при виде меня. – Эджилл Стенсен, прибыл сопроводить вас.

Проницательные зеленые глаза внимательно изучали мой облик. Интересно, что бы он делал, окажись тут случайная прохожая?

– Твой господин называл тебе мое имя?

– Никак нет, – твердо произнес Эджилл. – Не положено знать.

Его ответ немного успокоил.

– Но как вы убедитесь, что я та, кто вам нужен?

Энергетика мужчины всколыхнулась. Казалось, он начал нервничать, однако это ни коим образом не отразилось на его лице. Хотелось засмеяться. Наверняка прямо сейчас в этой большой рыжей голове бегали маленькие рыцари, которые в ужасе кричали «что делать?» и размахивали своими заточенными зубочистками.

– Не переживайте, сэр Стенсен, – улыбнулась я. – Идемте, не будет заставлять Его Величество ждать.

Эджилл ничего не ответил. Лишь сдержанно кивнул и, развернувшись, направился в сторону леса. Задняя часть шеи, что не была скрыта волосами, заметно покраснела, выдавая легкое смятение моего сопровождающего.

Сегодня было пасмурно – свинцовые облака вырвались из плена ночи и давили на королевство своей тяжестью. Это напоминало о моем прошлом визите во владения маркиза. Перевязанный бок и зафиксированная бинтом рука заставили ощутить череду неприятных импульсов, предупреждая – все снова может пойти совсем не по плану. Я печально улыбнулась самой себе. Что ж, назад дороги не было. Как и всегда.

Мы шли молча довольно долгий путь. Рунольв даже успел задремать у меня на плече, соорудив маленький гамак из волос на затылке. Сегодня они были насыщенного желтого цвета и доставали примерно до поясницы, как и мои родные. Из одежды выбор пал на простецкие штаны и кофту с поясом. Все равно для правдоподобности предстояло облачаться в рыцарское одеяние, так был ли смысл наряжаться?..

Так я думала до тех пор, пока не встретилась лицом к лицу с убийственными, как мертвая вода, черными глазами Лойда. Он встретил нас около небольшой кареты, вокруг которой разбился немногочисленный отряд – кто-то оттачивал удары на воображаемом противнике, кто-то устроил тренировочный поединок, а кто-то проверял лошадей.

Всего в сопровождении короля было двенадцать рыцарей с учетом Эйджилла. Я не была сильна в этикете и прочих правилах, но почему-то это количество казалось мне ничтожным. Скорее всего, Лойд сделал такой ход специально, для маскировки. Он явно не боялся никаких угроз, если вчера и вовсе пришел ко мне в одиночку.

– Равена.

Не сводя с меня взгляда, король взял у подошедшей женщины-рыцаря форму и протянул ее мне. Затем кивнул на карету и помог взобраться по ступеням внутрь.

– Не знаю, заметила ли ты, – не удержался от колкости мужчина. – Но уже наступил сезон сбора урожая. Или ведьмам не страшны ни ветры, ни морозы?

– Если хотите согреть меня парой золотых монет, я не откажусь.

Лойд удивился. Наверное, в его окружении редко отвечали в таком тоне самому королю. Однако извиняться и забирать свои слова назад я не собиралась – да и, судя по энергетике, голову с плеч мне сносить никто не собирался. Решив больше не испытывать удачу, я закрыла дверь в карету прямо перед носом правителя Этразии.

Следовало поскорее натянуть на себя рубаху и броню рынды, чтобы не задерживать ни себя, ни остальных. Правда, без помощи Рунольва я бы вряд ли смогла это сделать. Но и тут не обошлось без накладок – крепление портупеи закончилось самым что ни на есть неуклюжим и болезненным падением из-за тряски кареты.

– Ваше Величество!

Лойд ворвался через секунду после того, как я упала на потертый диванчик. От колебаний его энергетики меня обдало холодом. Снаружи происходило что-то нехорошее. Едва не шипя от боли, я осторожно села и запрокинула голову. Воздуха катастрофически не хватало. Хотелось выйти, вдохнуть полной грудью влажный лесной воздух, выпустить на волю всех своих демонов криком. Однако вместо этого получилось лишь поджать под себя ноги и молить истинного Бога, чтобы те, кто пришел в этот лес, ушли отсюда как можно скорее.

Эту чудовищную энергетику было невозможно спутать с чем-то другим. Удушающая, хлесткая, опасная.

Мы с Лойдом переглянулись. Король поднес к губам указательный палец, на что я иронично скривила губы.

– Чей экипаж? – раздался снаружи властный женский голос. – Кому служите?

– Королевский арьергард, – ответил Эджилл.

– И что же королевский арьергард делает посреди Яжного леса?

– Исполняет указ короля.

Диалог продолжался. Несмотря на спокойный тон обеих сторон, я едва не сходила с ума от того, как искрился воздух. Сдержанность была напускной – и сэр Стенсен, и Оливия, Верховная ведьма боевых, желали перегрызть друг другу глотки.

– С каких пор мы должны отчитываться перед Церковью?

Женщина-рыцарь, которая передавала мне одежду, выступила вперед. Кажется, ее звали Равена. И Равена злилась гораздо сильнее Эджилла. Я ощущала лютую ненависть, смешанную еще с чем-то болезненным, скорбным. Создавалось впечатление, что мне уже доводилось различать нечто подобное. Сейчас это чувство как деготь капало с потолка и обволакивало все пространство. Нахмурившись, я посмотрела на Лойда. Он сидел с неестественно ровной спиной и скрещенными на груди руками. По непроницаемому лицу было невозможно прочесть, о чем он думал. Энергетика читалась как закрытая, холодная. Скорее всего, он просто старался абстрагироваться от проявления любых эмоций и тщательно контролировал себя.

– Яжный лес – нейтральная территория, – вставил слово Эджилл. – Идите, куда шли.

– Как смеет жалкий смертный мне указывать⁈

– Мы ответили на ваш вопрос, уходите. Мы не нуждаемся в услугах инквизиции.

По моему виску сползла капелька пота. Я не знала, понимал ли Лойд, в какой ситуации мы оказались. Потому что начинало пахнуть жареным.

– Вы, видимо, не понимаете, с кем разговариваете!

– Очевидно, с церковной подстилкой! Все, на что ты годишься, это ублажать Святого своим грязным ртом!

Раздался лязг клинка – Равена достала меч из ножен. Ее энергетика окрасилась в алый, поглощая все вокруг, как пламя. Может, Лойд и не ощущал того, что ощущала я, но зато прекрасно все слышал. Спокойствие слезло с его лица – теперь я отчетливо видела то, что чувствовала. Нужно было вмешаться, как-то развернуть ситуацию в иное русло, пока наш план не превратился в руины на самом первом этапе его реализации. Но у Лойда были иные взгляд на этот счет.

– Зажми!

Он сунул мне в зубы кожаный ремешок, который я тут же сжала до хруста в челюстях. Сил и скорости хватило лишь на то, чтобы ухватить кожаную сумочку здоровой рукой, а потом позволить могучим рукам закинуть себя на широкое плечо.

Лойд с ноги выбил дверь кареты, устремляясь прочь от вооруженного конфликта собственных рыцарей с боевыми ведьмами. Короткий свист, обжигающий огонь, лизнувший мои волосы, чужие крики и всклоки магии – все эти смешалось в один сумасшедший калейдоскоп. Мыча, я кое-как потушила дымящиеся локоны и даже сумела выпустить в побежавшую за нами боевую ведьму ворох насекомых. Маленький одухотворенный предмет, крохотный металлический шарик, таился в моем браслете, и сейчас сыграл очень хорошую службу. На весь лес раздался девичий визг. Преследовательница упала в сухую осеннюю листву, пытаясь избавиться от жалящих ее лицо пчел.

Над ухом захихикал довольный Рунольв, болтающийся на передних прядках, как на канатиках.

– М!

Я едва не отпустила душу в объятия темного Бога, когда Лойд оступился. В той части леса, где мы оказались, почва была неровной. Король, возможно, этого не знал. За нами гнались еще двое, но мы быстро исчезли из их поля зрения, скатившись вниз по склону. Я мысленно подготовилась к новым травмам. Правда, ни их, ни сильной боли не последовало. Лойд укрыл меня своим тяжелым плащом, и мы оба оказались под его защитой. Да и падение нельзя было назвать таковым, скорее, крутым спуском, который помог нам значительно оторваться. Мужчина потихоньку выбивался из сил с дополнительной отнюдь нелегкой ношей. Он пробежал еще несколько метров, резко подавшись в сторону. В вырытую и укрытую листьями и палками землянку. Должно быть, ее сделал для себя какой-то зверь, однако сейчас она оказалась пуста. Юркнув туда, мы притаились.

Ремешок в моих зубах был едва ли не прокушен насквозь. Или мне просто так казалось.

Шум погони и крики стихли далеко не сразу. Боевые ведьмы сновали туда-сюда в тщетных поисках. Я молилась истинному, чтобы ни одна из них не дружила с землей и, на наше счастье, Бог меня услышал. Ведьмы старались раздобыть информацию через воздух, но ничего этим не добились. Напряженные плечи чуть расслабились, когда их шаги стали отдаляться, а энергетика выровнялась.

Тепло чужого тела и замкнутое пространство заставляли нервничать. Почему моя жизнь становилась настолько странной? Постоянные поручения Клемента и без того добавляли в нее пряностей, как в некогда пресный рис, а король, получается, и вовсе пришел с огромной перечницей.

–… Лея!

Я вздрогнула, расслышав свое имя. Землянка сменилась небольшим островком перед обрывом над рекой. Дышалось легче. Лойд вытащил нас обоих, но, судя по всему, пока он это делал, я потеряла сознание. Об этом свидетельствовали темными пятна перед глазами и невидимые затычки в ушах. Хотелось размять плечи, сесть удобнее, держать, в конце концов, налитую свинцом голову прямо.

– Наконец-то, – вздохнул король, присаживаясь рядом. – Очнись ты минутой позже, мои методы бы тебе не понравились.

Я нечленораздельно промычала «какое досадное упущение» и дернула рукой, натыкаясь на что-то мокрое. Оказалось, рядом со здоровой ладонью лежал покусанный слюнявый ремешок.

– Н-не… – «поездка» вызвала подкатывающую к горлу тошноту. – Не зовите меня этим именем.

– Полное имя разглашать опасно, сокращение нет, – возразил Лойд.

Что-то внутри меня взбунтовалось, однако с губ не слетело ни одного протеста. В целом, мужчина был прав, просто… Это казалось чем-то чересчур интимным – позволять ему звать меня так, как уже никто не звал. Даже Клемент. Тот скорее привечал прозвища, чем интерпретации имени.

– Почему вы прятались? – пытаясь отдышаться, поинтересовалась я. – Там наверняка весь ваш арьергард полег! Разве слово короля не могло бы их спасти?

Я с трудом могла рассмотреть его лицо. Точеный, сосредоточенный профиль был напряжен. Под кожей ходили желваки. Едва заметно, даже эстетично. А энергетика переливалась непонятными красками – то ли Лойд чувствовал вину, то ли сочувствие, то ли и вовсе раздражение. В моем текущем состоянии это было сложно понять.

– Ты ведь понимаешь, что не могло, – тихо сказал мужчина. – В любом случае, Святой не должен знать о моих передвижениях за пределами дворца.

– Он следит за вами?

Темные глаза вцепились в мои, как когти хищной птицы:

– Он следит за всеми, – Лойд позволил себе мимолетную усмешку краешком губ. – Я говорил об этом только с одним человеком, но, думаю, ты сможешь понять и не станешь распространяться. В любом случае, за такие слухи положена казнь.

Я невесело улыбнулась:

– От пяти лет заточения сразу к плахе? Прогрессивно, однако, проходит наша с вами вторая встреча.

Мужчина прикрыл глаза, на этот раз улыбаясь чуть искреннее и дольше. Это невольно заворожило: видеть такие эмоции у сурового правителя целого королевства оказалось приятно. Все-таки, он был красавцем, а я, как ворона, любила все блестящее и красивое.

– Мне интересно, что об этом скажет бытовая ведьма.

– Постараюсь вас удивить.

– Постарайся, Лея.

Меня снова прошибло, но я постаралась не придавать этому значения. Лойд говорил это специально, дразнился, как мальчишка, который не мог прямо сказать о своих чувствах или только осознавал их. Кто бы мог подумать, что даже монархи могли этим болеть.

Король начал рассказ. Зашел издалека, с истории про появление ведьм в Этразии и конфликт с империей Бейншир. Затем плавно повернул к разделению власти между монархом, дворянством и Церковью.

– Плетутся интриги, – хмуро подметил мужчина. – Церковь и дворянство душат власть короля, рано или поздно надеясь окончательно ее упразднить. Для этого Кристиан Фонберг так часто посещает дворец – взять меня измором и забрать права на бытовых ведьм, а еще… проверить, покидаю ли я свои владения.

Я подтянула к себе колени. Рука и бог почти успокоились после всего произошедшего, но общая усталость никуда не подевалась. Ласковое солнце гладило своими лучиками по голове, убаюкивая. Хотелось ему поддаться, закрыть глаза и забыть обо всем. Просто перестать бежать в этом огромном бесконечно вращающемся колесе, где прямо сейчас нас было уже двое.

– Он что-то скрывает, – прошептала я. – И боится, что вы можете узнать. Простите за сравнение, Лойд, просто… не кажется вам это абсурдным? Вы как узник в собственном дворце, куда периодически по своему желанию приезжает смотритель.

Верно говорили – птица в золотой клетке. Только сейчас казалось, будто клетка и вовсе была не золотой.

– Ты права, – на удивление мягко сказал мужчина. – Дерзко, но за правдивость простительно. Налаживая внутреннюю политику и воспитывая принцессу, я многое упустил.

– Не берите на себя слишком многое, думаю, все началось задолго до вас. По крайней мере, это не вы наделили Церковь властью.

Король поднялся, протягивая мне руку:

– Не я. Но я тот, кто должен возродить Этразию времен первых королей, когда ведьмы жили бок о бок с простыми людьми.

– Почему?..

– Я не обязан отчитываться.

С губ слетело недовольное фырчанье. Что ж, резонно, только все равно обидно.

Прикусив изнутри губу, я глянула на его руку с легким скепсисом. Было решено подчеркнуть, что я встану сама после пары глотков припасенного в сумочке отвара, но Лойд понял этот взгляд по-своему. Присел, протискивая одну руку под моими коленями, а вторую располагая на моей спине. А потом с легкостью поднялся под мой тихий писк. Надо же, до чего дошел прогресс… Познакомились накануне, а сегодня он уже на руках таскает.

– Что за глупое выражение лица, – тут же осадил Лойд. – Половину пути сама идти будешь, если Эджилл не нагонит нас к полудню.

Я прикрыла руками рот, чтобы не рассмеяться. Говорил строго, а энергетика виляла, как собачий хвост. Мужчина искренне, по-настоящему за меня переживал. С одной стороны, это было странно. Только вчера тоже самое испытывал по отношению ко мне старый лучший друг Клемент, а теперь почти незнакомый человек. Прославленный тиран, закованный в церковные кандалы подобно бытовым ведьмам. Да уж, жизнь становилась все интереснее.

10. Чужие демоны

Джерте, междулесье, вечер

«Влюбленности – это то, что не поддается контролю. Человеческие чувства не дрессированный зверь, чтобы им приказывать».

Мы шли целый день. Я слезла с рук короля, как только местность стала неровной. Он даже истинно по-джентльменски предлагал перебраться к нему на спину, но получил вполне логичный отказ. Думаю, и сам понимал – предложение звучало абсурдно. Однако отрицать, что его забота теплилась приятным следом на душе, не получалось. Наверное, всему виной был маленький диссонанс, вызванный столкновением нарисованной в воображении каждого жителя Этразии фигуры тирана с его реальным поведением. В дамских романах часто описывали настоящего зверя, который становился ласковым котом для той единственной. Меня всегда смешили подобные сюжеты. Тот, кто жесток к другим, вряд ли будет столь любезен с очередной кисейной барышней.

Особенно, если в ней нет ничего выдающегося. Имя хоть какую-то тайну в своей личности, можно надеяться разве что на временное снисхождение.

Я подняла взгляд на спину Лойда. Он шел чуть впереди, внимательно прислушиваясь к звукам леса и периодически оборачиваясь назад. Проверить, не сгинула ли его спутница без шороха и писка. Но, к счастью, относительно здоровые ноги несли только вперед.

Спустя несколько часов смешанный Яжный лес уступил место хвойному Чарому лесу. Стало холоднее. В воздух при каждом выдохе ртом вырывалось густое облачко пара. Ближе к вечеру исчезло и солнце.

Ходить пешком на дальние расстояния явно не входило в мои планы, вот только жаловаться на такое стечение обстоятельств было некому. Инквизиционные отряды бродили, где им заблагорассудится. Наделенные властью церкви, они ловили незарегистрированных ведьм. Предполагалось, что те прятались исключительно ближе к природе и никогда в городах. Это было одним из самых больших заблуждений Святого и его прислужников – гораздо проще спрятаться среди людей, прикинуться обычным. Может, даже перекрасить волосы в приглушенные оттенки. Все, что угодно, лишь бы не вздрагивать от каждого шороха и не падать в обморок при виде пламени.

– Придется устроить привал, ночью мы здесь пропадем.

Голос Лойда заставил вздрогнуть. Среди тишины вечернего леса он звучал как-то слишком неестественно.

Мы двинулись к одной из высоких елей. От нее до соседнего дерева разворачивался небольшой, ровный кусочек земли, сплошь укрытый хрустящими от инея иголками. Я опустилась на свою сумку, с удовольствием протягивая ноги. Король остановился в паре шагов от меня, держа в руках одухотворенный компас. В нем было задано направление до владений Орнелла, и пока он показывал не самые утешительные результаты. Без лошадей или повозки туда было очень сложно добраться. Подвластные маркизу территории начинались прямо за Чарым лесом, но он казался бесконечным.

Я хотела окликнуть Лойда и спросить о его состоянии, как вдруг слуха коснулся тихий хруст. Рунольв, периодически появляющийся для оценки обстановки, пискнул мне в ухо что-то нечленораздельное. Король тут же вынул стрелу из колчана и натянул тетиву боевого лука, принимая нужную позицию. Черные глаза цепко всматривались в окружение. Я же не нашла в себе сил даже для того, чтобы подняться. Лишь прислушивалась к звукам леса и пыталась уловить чужую энергетику. В напряжении мы провели около минуты, пока у меня не получилось ощутить мягкие вибрации.

– Это Эджилл, – произнесла я, жестом призывая Лойда опустить оружие.

Король посмотрел на меня с сомнением и не отступил. Видимо, решил, что лучше предельная осторожность, чем слепое доверие. Это было очень правильным для него. Несмотря на легкий укол раздражения, я наряду с ним ощутила и удовлетворение. На такого мужчину можно было положиться в самых кризисных ситуациях.

Но, как я и сказала, вскоре из-за дерева появилась рыжая копна волос. Эджилл осторожно выглянул из-за дерева, показав руку с белой тряпкой в знак доброй воли, однако даже это не помешало Лойду выпустить стрелу. Та, просвистев несколько верст, вонзилась наконечником в ствол соседней от рыцаря ели.

– Назовись!

– Эджилл Стенсен!

– Мое последнее ранение?

– Левое бедро.

Король цыкнул, будто раздосадованный ответом:

– Что я сказал в ночь, когда убил предыдущего монарха?

– «Ты мог истязать меня, ты мог уничтожить меня, но не ее…»

– Достаточно.

Мужчина опустил оружие и убрал стрелу обратно в колчан. Я невольно выгнула бровь, отмечая, как помрачнело его лицо. По мимике было особо незаметно, зато по глазам – безумно. Наверное, последний проверочный вопрос задел чувства Лойда.

– Откуда такая уверенность, – вдруг обернулся ко мне он. – Что это Эджилл? Разве ведьмы не умеют… – темные глаза вспыхнули огнем. – Менять облик?

Все случилось за секунду. Когда сэр Стенсен приблизился, весь запыхавшийся и грязный, король достал из ножен длинный кинжал и бросился на своего рыцаря. Две энергетики смешались между собой в смертоносном вихре. Лойд повалил Эджилла на спину, пытаясь нанести удар, но его противник лишь защищался. Я отчетливо ощущала странные нотки безумия, исходящие от короля, и отчаянный немой крик рыцаря.

Рунольв на моем плече удивленно охнул, сетуя, что не взял эля и закуску. Разделить его настроение совсем не получалось. Напротив, от развернувшейся сцены меня сковало ужасом. Сейчас я безумно жалела, что не владела магией стихии земли, как некоторые боевые ведьмы.

– Прекратите!

Но кровавая бойня не заканчивалась. Лойд, заломив руку Эджиллу, замахнулся кинжалом. Мое сердце замерло в груди, а из глаз потекли слезы. Дрожащие губы отдавали металлическим привкусом – из прокушенной слизистой текла кровь. Благо, в конечном счете король не совершил непоправимого. Его рука опустилась вдоль тела безвольной плетью, а сам мужчина вдруг резво слез с сэра Стенсена и отшатнулся от него. Молча убрав кинжал в ножны, он двинулся вниз по тропе. Что именно произошло – я не понимала.

– Лойд!

– Он вернется, – отряхиваясь от иголок, произнес Эджилл. – Не уйдет далеко, все понимает.

– Объясните хоть, что все это значит?..

Но сэр Стенсен лишь одарил меня хмурым взглядом, обронив:

– Я разведу костер и сделаю вам чаю.

Больше мы не разговаривали вплоть до прихода короля. Мужчина вернулся с темнотой, его энергетика не колебалась. Скорее, она стала какой-то пустой и безжизненной. Клемент рассказывал, что так бывало, когда человек изо всех сил старался заглушить терзающее его чувство вины. Однако почему оно взялось, и по какой причине случилась та вооруженная драка – я не понимала.

Опустившись неподалеку от меня, Лойд неожиданно поинтересовался:

– Ты в порядке?

Я моргнула, отставляя в сторону металлическую чашечку с маленьким зачарованным механизмом снизу для подогрева. Все-таки, в холодном лесу все очень быстро остывало.

– А вы?

Я обернулась к королю всем своим телом:

– Что на счет вас?

– Я должен объясняться?

Этот вопрос прозвучал иронично. Конечно, было рискованно говорить ему что бы то ни было. Даже малейшее слово поперек могло запустить необратимый процесс, и все же…

– Вы меня напугали.

– Только сейчас? – едва слышно хмыкнул Лойд. – А проникновение в твою комнату вчера вечером, скажешь, не напугало?

Я нахмурилась, опуская взгляд на свои руки. Что ж, в чем-то он был прав, тогда я тоже была напугана, просто сейчас дело обстояло иначе. Так уж повелось – чужая смерть казалась мне куда более устрашающей, чем моя собственная. Если, конечно, не брать в расчет разные мучительные исходы – этого бы мне ощутить совсем не хотелось.

– Удивило, – честно призналась я. – Взбудоражило, чуть-чуть и правда напугало, но не так сильно, как сейчас. Поймите, Лойд.

Я без стеснения заглянула в его глаза:

– Отнять жизнь гораздо проще, чем ее сберечь.

Мы замолчали. Энергетика мужчины снова начала колебаться. Он хотел поговорить, отчаянно в этом нуждался, однако что-то ему мешало. Возможно, королевская гордость, возможно, другие тайны, которые они с Эджиллом хранили на двоих. Ведь рыцарь пресек мою попытку добиться от него объяснений. И по моим ощущениям ничего бы не сказал, сколько ни спрашивай.

– Иногда, – вдруг тихо произнес Лойд. – Я теряю контроль. У тебя такое бывает?

Я невольно нахмурилась, пытаясь понять, что он имел в виду. Смотреть на мужчину в упор постоянно казалось не самым приличным и правильным занятием с точки зрения личных границ, поэтому я позволяла себе поглядывать на него лишь изредка. На оливковой коже играли золотисто-алые блики костра. Созданный им свет оттенял некоторые участки без сомнения красивого лица. На портретах изображения выходили совершенно другими, они делали правителя старше своих лет, добавляли величия. Несомненно, от Лойда чувствовалось что-то могущественное, холодившее кожу каплями выступающего пота, но не только это. Было сложно объяснить, как, просто среди бескрайних льдов где-то в самой глубине теплилось маленькое пламя. Оно очень хотело вырваться – умоляло показаться миру и каждый раз подавлялось. Возможно, ошибочно, однако именно так я видела этого неоднозначного человека.

– Бывает, – слетел с губ глухой шепот.

Мужчина перевел на меня взгляд, наблюдая, как я неспешно потягиваю чай. Мы помолчали. В этот раз тишина, прерываемая лишь стрекотом поленьев и криками ночной птицы, была комфортной. Эджилл стоял на дежурстве, полностью слившись с лесом. В какой-то момент я даже забыла о его присутствии здесь. Энергетика сэра Стенсена читалась как скорбная и тихая.