Текст книги "Верховная: по тропе из еловых веток (СИ)"

Автор книги: Лина Рейхарт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 11 страниц)

Он обернулся назад, обращаясь к притихшей ведьме-целительнице. Та с готовностью вскинула голову, и мужчина не стал тянуть время:

– Вы помните, как эта девушка попала к вам? Может, ее кто-то привел?

Женщина озадаченно перевела на меня взгляд. По выражению ее лица стало ясно, что вопрос поставил мадам в тупик. Она нахмурилась, пожевала губами и неуверенно произнесла:

– Она лежала на крыльце. С сумкой и зажатыми в ладони монетами. Это все.

Ответ оказался исчерпывающим.

Мы с Клементом снова переглянулись – вопросов становилось все больше.

7. Тайные партнеры

Джерте, квартал питейных заведений, вечер

«При совершении сделок важно не забывать, что нечистая сила привыкла хитрить. Соглашаясь на одно, можно подписаться совсем под другим и даже не ведать об этом вплоть до расплаты».

Мы вернулись к трактиру поздним вечером. После бурных обсуждений я благополучно уснула у Клемента на плече, чтобы экономить силы. Регенерация шла чуть быстрее за счет энергии дочери мадам Бернли – Маи. Женщина, наверное, не догадывалась, что ее малышка на самом деле не целитель, а ведьма с темными корнями. И я не знала, что лучше – дальнейшее не видение или раскрытие истины. Разумеется, это не было моей заботой, но альтруистический порыв не позволял безразличию взять вверх над разумом. Таких, как мы, осталось слишком мало.

– Езжай аккуратно, Ханнес.

Мы спустились с повозки, и Клемент кинул извозчику медняк. В трактире с наступлением темноты было особенно людно, поэтому мы пошли к уличной лестнице, которая вела сразу на второй этаж – к спальням постоянных работников. После долгой дороги я чувствовала себя вымотанной. Сломанная рука ныла, а многочисленные раны неприятно тянули. Казалось, будто их порванные края обработали вовсе не лекарством для заживления. Плоть разъедало чем-то кислотным.

Хотелось принять душ, выпить отвар, побаловаться самокруткой и лечь спать. А еще никого не видеть: просто посидеть и подумать наедине с собой.

– Так, – Клемент хлопнул в ладоши, когда мы вошли в двери. – Мадам, знакомьтесь, это Фьорри, главный по бытовым вопросам.

Навстречу новоприбывшим важно вышагивал помощник повара. Тот самый мальчонка, которого чаще всего я заставала за борьбой с одухотворенным предметом по подаче дров. В целом, Фьорри действительно отвечал за многие домашние обязанности, но мы с Клементом понимали – представил он его так лишь для того, чтобы польстить. Дети очень любили похвалу и, получая ее, приумножали чувство собственного достоинства. Особенно мальчишки, которым хотелось выглядеть важными в глазах незнакомых девочек.

Выпятив грудь, Фьорри с гордостью распушившего хвост павлина посмотрел на семью Бернли. Мая от такого представления непонимающе округлила глаза, не ведая, как себя вести. Наверное, в прошлом девочка нечасто сталкивалась со сверстниками. Та как ее мама была занята обсуждением работы со своим новым нанимателем, мне захотелось немного посвоевольничать. Подмигнув девочке, я скривила губы в лукавой улыбке. Хватило пары секунд наших красноречивых переглядок, чтобы малышка все поняла. Отпустив мамину юбку, она встала в позу и скрестила руки на груди. Фьорри в ответ вскинул обе брови и несколько раз быстро моргнул. Хмыкнув, Мая оглядела мальчишку с головы до пят снисходительным взглядом, на что рыжий помощник повара обиженно шмыгнул большим веснушчатым носом.

С моих губ слетел смешок – если это не начало большой дружбы, то и я вовсе не ведьма.

– Я вызвал целителя для мадам и ее дочери, – обернулся ко мне Клемент после улаживания всех организационных вопросов, которые заняли не больше двух минут. – Давай и к тебе кого-нибудь направлю? Раны не смертельные, но неприятные.

– Не волнуйся, – отмахнулась я. – Пару дней на отварах, и я войду в строй, работника надолго не потеряешь.

– Ты же знаешь, меня не это волнует.

– Да брось, после случая с Розой это абсолютно нормально, расходный материал на то и…

Медные глаза напротив потемнели от обиды. В тусклом свете пары ночных свечей они выглядели как засахаренный каштановый мед. Зубы машинально прикусили язык. Я неловко пожевала губами, не зная, куда себя деть. В голове вертелись тысяча и одно извинение, но едва представился момент произнести их вслух, как Клемент коснулся ладонью моей оцарапанной щеки. Чуть шершавые, сухие пальцы погладили кожу так нежно и бережно, что у меня замерло сердце. Сладко, мучительно, до дрожи напоминая, что еще живое и способно чувствовать чужое тепло. В уголках глаз застыли слезы.

– Ты столько пережила, бусинка, – тихо сказал мужчина.

Он был на порядок выше меня, крупнее, и кому-то эта фигура могла показаться угрожающей, но я при виде нее всегда чувствовала защищенность. Однако ни один год выживания в собственной семье и долгие скитания по королевству все-таки необратимо что-то повредили в голове. Какую-то маленькую, однако очень важную шестеренку. В такие моменты я испытывала ненависть по отношению к себе, ведь на самом деле никогда не хотела обижать своего драгоценного друга. Он заботился обо мне, он ценил и любил меня, а я могла ранить неосторожным словом. Да, порой мы подшучивали друг над другом, любили поязвить и поумничать, однако сейчас этому было ни место и ни время.

– Да, – шепнула я. – Слишком многое для пары дней, я…

Я позволила Клементу уткнуться лбом в мой лоб, чтобы мы оба могли перевести дыхание. Пространство вокруг всколыхнулось, и нас накрыло большим куполом. Стало легче дышать: воздух наполнили влага и хвойный аромат. Пропали все звуки – тихие разговоры мадам Бернли и Фьорри, топот чьих-то ног, свистящий в комнате неподалеку чайник… Остались лишь я и он.

– Тсс, – перебил Клемент, тепло улыбаясь. – Я знаю, моя девочка, я знаю, все хорошо.

Я прикусила губу, чтобы не дать волю слезам. Однако несколько крупных капель, как бы я ни старалась, все-таки стекли вниз к подбородку, оставляя за собой влажные соленые дорожки. Мужчина бережно стер их большими пальцами. Теперь мое опухшее лицо с красным носом было полностью во власти его теплых ладоней.

– Ну как на такую бусинку можно злиться? – умиленно произнес Клемент и чмокнул меня в лоб. – Ну, все, теперь отдыхать. Помогу?..

Я отошла на пару шагов и качнула головой.

– Тогда оставляю тебя, – кивнул напоследок мужчина. – Меня не будет до утра, попробую раздобыть информацию о случае нашей новой подруги.

– Ого, глава информационной гильдии в действии, – хмыкнула я. – Тут даже карты не нужно раскидывать, когда за дело берется лучший. Будь осторожен, легкой дороги.

Мы разошлись. Я неспешно поднялась по крутой винтовой лестнице, ведущей на чердак. Здесь было всего две комнаты прямо под крышей, моя и Клемента. Вход запечатывался парой кодовых заклинаний, которые менялись примерно раз в месяц. Будь на то воля колдуна, он бы ставил новые пароли каждую неделю. Однажды так и произошло: друг задал другие слова, и я, ни сном, ни духом об этом не ведающая, получила пару магических пинков под зад.

– Кровь и честь, честь и кровь, – шепнула я своей двери и, придерживаясь за стену, вошла внутрь.

Первое, что насторожило, была тишина. Обычно по мере моего возвращения в комнате уже развлекались сущности: прыгая на кровати и устраивая бои подушками или покуривая мои самокрутки в приоткрытую форточку. Но сегодня не наблюдалось ни того, ни другого. Из-за полученных травм было сложно понять все сразу. Поэтому мне оставалось лишь горько усмехнуться, когда кто-то захлопнул дверь за моей спиной.

– Впечатляет, – хмыкнула я. – Такую наглость я вижу впервые.

Позади меня выросла темная фигура. Почти такая же высокая, как у Клемента, но менее массивная, гибкая. В первую секунду показалось, будто по мою душу пришел подосланный семьей убийца, но я быстро отмела эту мысль. У кого-то вроде них не вышло бы обмануть магическую защиту. И это интриговало еще сильнее. Во-первых, я была уверена, что незнакомец явился не ради убийства, во-вторых, судя по его колеблющейся энергетике, он и сам порядком нервничал.

– Регинлейв? – произнес низкий мужской голос. – Лея.

Я резко обернулась. Холодный пот выступил на спине и лбу, вынуждая опасливо попятиться к стене. В горле пересохло от накатившего на все мое существо ужаса.

– Кто?..

Я готовилась обороняться. Правда, сил бы едва хватило на призыв Рунольва или одухотворение старого-доброго медного чайника. Бессмысленно. Если этот человек пробрался сюда, силы ему было не занимать.

– Сядь.

Повелительный тон возмущал, но страх был сильнее. Я сделала несколько шагов назад и осела на кровать. Деревянные доски жалобно скрипнули подо мной, умоляя не делать лишних движений. Сломанная рука заныла пуще прежнего. Было бы весьма иронично принять смерть вот так, сидя на собственном ложе. Не самое приятное зрелище для Клемена – найти меня с перерезанным горлом в луже собственной крови.

– Не трону, расслабься, – небрежно бросил незнакомец. – Не враг.

– И как же твое имя, не враг?

Огрызаться, наверное, было не самым лучшим решением, но в стрессовой ситуации я порой не контролировала собственные эмоции. Они проявлялись по-разному: то в излишней осторожности, то в опрометчивой смелости.

Незнакомец кивнул на зачарованную свечу, возвышающуюся на столе среди остальной колдовской утвари. Позволил ее включить, чтобы помещение из кромешной тьмы превратилось в сумрачное.

Это позволило мне рассмотреть наполовину скрытое тканью лицо и выразительные, почти черные глаза. Взгляд был таким острым, что, казалось, мог по-настоящему уколоть даже на расстоянии.

– Лойд, – холодно бросил ночной гость.

– Как у короля, – бездумно отметила я.

Собеседник после такого заявления даже не шелохнулся, но огонь в его темной радужке было невозможно не заметить. Ситуация разворачивалась совершенно странная.

– Как ты обошел защиту?

– Располагаю одним способом, – уклончиво ответил Лойд. – Довольно пустого, перейдем к делу. Помнишь девочку, которую спасла несколько дней назад?

Я сначала не поверила собственным ушам. Та крошка говорила что-то про расплату, вот только в тот момент в моей голове не возникло и мысли, что итог может быть таким.

– Помню.

– Она сказала исполнить одно твое желание, исполнитель перед тобой, желай.

Собеседник говорил со мной надменно и быстро. Будто его насильно вынудили на такую абсурдную работу. Что ж, его можно было понять, но не списать со счетов этот безумно раздражающий снисходительный тон. Я нахмурилась, пытаясь свыкнуться с происходящим, хотя совсем не знала, что ему ответить. Какое желание может исполнить наемник?..

– Сними маску, – устало выдохнула я.

Чем быстрее этот цирк закончится, тем лучше.

– Что?..

Такая просьба поставила Лойда в тупик. Теперь я отчетливо читала замешательство по его глазам.

– Сними маску, это мое желание, – медленно и вкрадчиво повторила я, как для больного слабоумием.

Конечно, мы оба понимали, что до мужчины дошло с первого раза, но красноречивое молчание тоже не было выходом. Лойд моргнул, затем еще раз. Темные густые брови сошлись на тонкой переносице. Пока он размышлял, как поступить, я без утайки рассматривала его внешний вид. Весь в черном, чтобы скрываться в темноте, довольно стройный, гибкий, высокий. Единственная полоска кожи, которая виднелась из-под одежды, была в районе глаз и лба. Она отличалась утонченным оливковым цветом, на который зачарованная свеча отбрасывала теплые блики. А когда мужчина мотнул головой, я заметила вильнувший позади него кончик длинного хвоста иссиня-черных волос.

– Золото, серебро, медь? – угрюмо подсказал мужчина. – Статус? Неприкосновенность?

– Сними повязку.

Тех, кто мог обойти магическую защиту, стоило знать в лицо. Да и смешно это было: монеты ладно, но статус и неприкосновенность? Неужели этот Лойд из конторы фальшивомонетчиков и…

Мужчина выполнил просьбу.

– А!.. Что⁈..

Я разразилась целой тирадой бранных слов. Не узнать это лицо было невозможно, ведь им пестрили портреты почти во всех казенных домах. Страх снова сковал все мое существо. Великий темный бог, если ты слышишь меня прямо сейчас, помоги!.. Ну, или хотя бы встреть мою душу, когда она покинет это бренное тело!

– Ваше Велич…

– Тихо.

Лойд едва заметно скривил губы, демонстрируя свое недовольство. Правда, длилось это не дольше секунды. Стало неловко. Разумеется, в мои планы не входило демонстрировать таланты своего длинного языка, но кто бы мог подумать, что в моей комнате на чердаке может появиться правитель целой Этразии!..

– Это самое глупое желание из всех, что мне доводилось слышать, – честно признался король. – Я давал тебе шанс, глупая.

Спорить смысла не было. Да и не осмелилась бы я стоять перед великим монархом с протянутой рукой… Хотя… Меркантильная жилка твердила об обратном. Подписал бы документ о неприкосновенности моей буйной головушки, и можно отстегнуть от королевской казны пару мешочков на помощь притесняемым магическим меньшинствам.

– Вы разве только за этим пожаловали? – выгнула я вопросительно бровь. – Могли бы отправить кого-то другого, раз дело касалось лишь долга.

Мы почти одновременно передернули плечами. Он едва заметно, телом отвечая «мол, так решил», а я для пущей убедительности – а стоило ли так утруждаться? Этот нюанс не ускользнул от нас обоих, но мы промолчали.

– Как Каиса?..

– В полном порядке, – сухо обронил король. – Благодаря тебе.

– Я рада.

– Так значит, – пропустил он мои слова мимо ушей. – Ты бытовая ведьма-информатор.

От такой осведомленности брови невольно поползли вверх, хотя это было очень предсказуемо. Если Лойд смог обойти пароли, значит, заранее знал, куда и кому шел.

В голове невольно родился рискованный план. Мужчина верно подметил: перед ним, в первую очередь, сидела не просто ведьма, а информатор. И этому информатору было известно многое.

– Вы правы, – кивнула я. – Слушайте, раз желание уже выполнено, может, внемлите холопской просьбе? Это будет выгодно и мне, и вам.

Я сглотнула, умоляя высшие силы помиловать меня.

Энергетика короля всколыхнулась. Добрый это был знак, али дурной еще предстояло узнать.

– Дерзко, – признал Лойд и сел на стул напротив меня, вскинув подбородок. – Выкладывай.

Напряжение перестало искрить перед внутренним взором. Да уж, разговаривать с королем на «ты» и вообще демонстрировать хотя бы толику наглости очень опасное занятие. Правда, возникшее недопонимание от меня не зависело – все-таки, тут был не королевский дворец, а моя каморка. Да и какой король в здравом уме будет выряжаться в наемника, ходить в одиночку за пределами своих непосредственных владений и на худой конец выискивать какую-то жалкую ведьму?

– У меня, конечно, много вопросов, – честно призналась я. – Но раз уж мне представилась возможность вести беседу с правителем Этразии, простите, Великий, за грубость.

Признаться, коленки при виде Лойда подрагивали. Как я всегда любила говорить: дели слухи ровно на четыре части и, возможно, хотя бы одна из них на пару процентов окажется правдивой.

История становления бывшего бастарда была покрыта мраком. Поговаривали, что он убил прошлого короля и всех претендентов на престол, а так же не щадил тех, кто переходил ему дорогу. Если не получалось убить официально, мучительно и с позором через тупую гильотину, все подстраивалось под «несчастные случаи». Обвалы на дорогах, пропажи без вести после нападения разбойников, кораблекрушения и далее по списку инсценированных убийств.

– Я знаю, что Церковь уже давно хочет получить власть над бытовыми ведьмами, – я поерзала, опираясь на подушку. – Однако и вам, и нам это невыгодно.

Лойд не подтвердил, но и не опроверг мои слова, хотя их можно было считать провокационными. Лишь продолжил смотреть, как хищник перед броском.

– Недавно я посещала имение маркиза Орнелла, сторонника Церкви из высшей аристократии. Вы наверняка осведомлены о том, что там произошло, – я позволила себе мрачно отметить:

– Дважды.

Король молчал. Его энергетика стала спокойнее и не демонстрировала агрессии. Зато, в отместку, в нем начала зарождаться неподдельная заинтересованность.

– Мне так же известно, что вам нельзя проверять таких дворян без заблаговременного предупреждения, так как подобное является неуважением по отношению к Церкви и ее последователям. Удобные правила для преступников с праведными личинами, не находите?

Вопрос был риторическим и очень рискованным. Захотелось рассмеяться, хлопнуть себя по лбу и сию же секунду стереть Лойду память о нашей встрече. Бояться короля и прямым текстом говорить ему о том, что Церковь не считается с властью монарха… Это либо героизм, либо безрассудство.

– Я уже наговорила на пару лет заточения?

– На пять. Продолжай.

Я удивленно моргнула. Тонкий юмор мужчины в сочетании с его безразличным выражением лица позабавили. Таких, как он, было сложно раскусить. Превосходное владение своими эмоциями – грозное оружие в умелых руках.

– Но есть одна лазейка, которая помогла бы вам законно обыскать особняк маркиза и прилегающие к нему территории. Просто скажите, что разыскиваете бытовую ведьму королевской семьи, и что ее по ошибке направили на отбор. Кровавый след обрывается в поместье. Правда, я не знаю, где именно убили тех двух ведьм, однако Ингрид, официальная бытовая ведьма семьи, абсолютно точно умерла в темнице. Там же содержатся и другие узники, если они еще живы.

Лойд мрачно отметил:

– Считаешь такую причину достаточно веской?

– Надеюсь, вы хороший актер, ведь для успеха запланированной авантюры придется разыграть спектакль. Утверждайте, что она предала вас и украла из дворца важную реликвию. Возврат краденого у короля не может терпеть отлагательств. К тому же, поливая бытовую ведьму грязью, вы усыпите бдительность маркиза, умом он не блещет, только жестокостью.

Лойд вспомнил допрос, прошедший днем ранее, и едва заметно кивнул.

– Ты права, он идиот. Если ты поняла это всего за одну встречу, то могу похвалить твою проницательность.

Я невольно шмыгнула носом и тут же смутилась. Благо, сегодня на моем израненном лице едва ли читался даже намек на смущение:

– В общем, таким образом, у вас получится что-нибудь узнать. Быть может, маркиз даже начнет хвастать. Возьмите с собой кого-то не предвзятого, лучше из низшей аристократии, чтобы те свидетельствовали в Верховном Суде.

Я хлопнула в ладоши, выражая свое удовольствие. Мужчина, разумеется, никаких восторгов не демонстрировал, но и клинок не обнажал, что тоже о многом говорило.

– Благодаря этому получится ненадолго связать Святому руки. Церковь должна нести ответственность за своих последователей, а не только защищать, это наш счастливый билет.

Лойд чуть прищурился, задавая прямой вопрос:

– Чего ты хочешь?

И получил на него прямой ответ:

– Уничтожить Церковь.

Теперь ухмылка коснулась его губ более, чем на секунду:

– Очень громкое заявление. За это уже предусмотрена гильотина.

– Ваша энергетика говорит об обратном, – возразила я. – Вы рады, что я так сказала.

– У нас схожая цель, – честно признался король. – Что ж, для начала проверю твои слова. Если в поместье действительно будут темницы с уликами, мы продолжим наше сотрудничество на постоянной основе.

Я не стала спрашивать, что будет, окажись все иначе. Что-то подсказывало мне – это не та информация, которой хотелось бы владеть.

– Хотите сговориться с ведьмой-информатором только потому что она помогла?.. Погодите, Каиса ведь принцесса Этразии, не так ли?

Теперь стало ясно, откуда этому мужчине известно мое настоящее имя.

– Верно. Но ты помогла просто девочке, попавшей в беду, не ведая о ее статусе. Разумеется, я не стану доверять тебе только из-за этого.

– Это логично, иначе бы на троне сидели бы не вы, Ваше Величество.

– Первое правило, – строго сказал мужчина. – За стенами дворца я просто Лойд.

– Господин Лойд, – попыталась я.

– Господы не ходят в обличие наемников. Просто Лойд.

– Хорошо, Лойд. Могу я задать один вопрос?

– На сегодня ты свой лимит исчерпала, – произнес он и поднялся. – Задашь его позже. Завтра на рассвете пришлю за тобой…

Лойд присмотрелся, отмечая мое не самое лучшее состояние.

– Карету. Перед поместьем маркиза придется пересесть на лошадь, представлю тебя, как одного из рыцарей личного сопровождения. Но, как ты выразилась, – едва заметно усмехнулся уголком губ мужчина. – Надеюсь, ты хорошая актриса и найдешь способ сделать так, чтобы тебя не узнали.

– Я мастер преображения, не переживайте, Ваше… – я едва удержалась от язвительности. – Лойд.

То ли бессмертие на меня снизошло после пары дней в коме, то ли жизнь стала недорога, то ли у короля была комфортная энергетика – непонятно, однако характер пересилил страх. Правда, и заигрываться с этим тоже не стоило.

– Регинлейв, – произнес мужчина, открывая дверь.

Так он со мной прощался. Просто и в тоже время как-то по-особенному. Хотя бы потому что в магическом обществе никто не называл своих настоящих имен. Даже Клемент большую часть времени лукаво кликал меня Хельгой.

– Лойд.

Легкий щелчок замка, и я осталась одна в своей каморке под крышей. Напряжение окончательно отступило, позволяя упасть спиной на подушки. Ими у меня была усеяна вся кровать. Взгляд уперся в скучный темный потолок. Усталость смыкала веки, но мне нельзя было позволить ей взять над собой вверх. Раз завтра предстояла внеплановая поездка, стоило выпить лечебный отвар и воспользоваться мазью, чтобы не стать обузой королю. Руку, конечно, так быстро срастить не выйдет, но с поддерживающим корсетом появится возможность создавать видимость рабочей конечности.

– Ви-и-и!

Рунольв с возмущенным и даже слегка напуганным визгом врезался в мой лоб. Уменьшившись до размеров крысы, он начал тарабанить по мне своими маленькими ладошками. Он что-то недовольно бормотал, пыхтел и поскуливал. Наверное, ему очень не понравилось присутствие постороннего на нашей территории.

– Я знаю, – миролюбиво произнесла я. – Просто ужасные деньки выдались, да?

Рунольв закивал и, сжалившись надо мной, полетел ставить чайник. Губ коснулась умиротворенная улыбка: теперь свое лечение можно было доверить заботливому фамильяру. Рунольв был первым, с кем я заключила контракт. Мы сосуществовали вместе уже долгие, долгие годы и даже научились взаимопомощи. Какими бы сильными ни были сущности, даже у них случались нехорошие периоды.

Рунольв гремел металлической посудой, нарезал свежие коренья, доставал готовые сборы, кипятил воду… А я просто лежала, вслушиваясь в эту суету и думала о Лойде. Значит, сбегать из дворца у них с Каисой было семейным. Правда, я бы ни за что не догадалась, что та щуплая малышка может оказаться особой королевских кровей. Да уж, отплатила так отплатила – по-крупному. Если бы еще неделю назад кто-то сказал, что ко мне заявится король и согласится на сотрудничество, я бы покрутила пальцем у виска. Однако как же непредсказуема бывает жизнь. И пусть она такой и остается, если в один прекрасный день не приведет меня на гильотину.

8. Бандалор

Джерте, Церковь, день

«Лучшая защита – не попадать в рискованные ситуации».

Он ненавидел солнце. Каждый раз, когда жаркие лучи касались его кожи, это вызывало отвращение. Как опарыши, копошащиеся в утренней порции овсяной каши. Маска плотно прилегала к лицу, но не скрывала глаз. Кристиану приходилось прикрывать их рукой, пока монахи суетливо задергивали тяжелые шторы. Ему стоило наказать их за такую оплошность – все же, новость о прибытии Святого в главную молельню была передана во все уголки Церкви еще десять минут назад. А оправдания оставались прежними. Верующие полагали, что закрывать окна – недопустимо, ведь в них смотрел Всевышний.

Фонберга забавляло это суждение. Разве у Бога не было иных дел, кроме как внимать глупым просьбам смертных? Наивные глупцы.

– Передай Оливии – я жду ее, и проследи, чтобы ответственным за молельню монахам нанесли пять ударов плетью.

Мужчина коротко кивнул сопровождающей его боевой ведьме, дозволяя ей идти. Как только помещение опустело, Кристиан позволил себе расслабить затекшие плечи. В последнее время он чувствовал себя особенно уставшим: очень многие дела не требовали отлагательств. Святой медленно, но верно шел к своей цели, и чем ближе подбирался, тем труднее становился его путь. Разрастался колючими кустами, проваливался в трясину и выпускал навстречу путнику стаи голодных волков. Приходилось выгрызать свое, не щадя зубов, и со временем они наточились до состояния лезвий. Однако каждое лезвие нуждалось в должном уходе, чтобы оставаться таким же острым.

Фонберг убрал руки за спину и двинулся к стойке со священной книгой. На ее пожелтевших страницах еще много лет назад люди осмелились написать божественную историю его родной империи – Бейншира. Некогда действительно великой, стойкой, богатой державы. Казалось, ничто и ни при каких обстоятельствах не вынудит ее преклонить колени пред кем бы то ни было. Но однажды в Бейншир пришла неизведанная болезнь, убившая почти всех носителей священного дара. Долгие годы правитель и его семья не могли понять, почему это произошло и продолжало происходить, пока к его младшему сыну не снизошло озарение.

В соседнем королевстве за морем, Этразии, появился второй источник силы – эгрегор могучей ели. Некогда пустые равнины заросли еловыми лесами, укрывая под их кронами кочующие колдовские народы. В Этразию пришли ведьмы. Империя Бейншир полагала, что король прогонит их, но он этого не сделал. Люди радушно признали тех, кто так сильно от них отличался. Нерелигиозное королевство приняло свою первую официальную религию – культ истинного темного Бога. Бейншир пытался образумить Нормана Сигвальда Стейнвульва первого – правителя Этразии, пока он не пригрозил войной в случае дальнейшего вмешательства во внутренние дела государства. Торговые отношения оказались под угрозой, как и шаткое мирское равновесие. Бейншир не рисковал нападать на Этразию, ведь тогда на ее защиту встали бы боевые ведьмы и колдуны. Нелюди, что могли своей магией стереть все живое с лица земли. Так империя прожила в страхе перед ними целые столетия, пока однажды императору не посчастливилось узнать – новый король Этразии презирал тех, кого так долго любили и почитали предыдущие правители. Это стало маленьким шансом на победу в большой войне.

– Ваше Святейшество.

Низкий осипший голос вынудил Кристиана оставить колыбель своих мыслей. Мужчина не спеша перевернул несколько страниц книги, прежде чем обернуться. За непроницаемой маской виднелись лишь его ледяные голубые глаза.

– Оливия, – произнес Святой. – Докладывай.

– Есть.

Склонившаяся в почтительном поклоне боевая ведьма сложила перед собой две ладони, прежде чем начать говорить. Она не смотрела вверх, не смела. Кристиана могла разгневать любая мелочь, и об этом знал каждый в его окружении. Никто не хотел необратимых последствий. Все же, никакой закон не смог бы уберечь их души. Боевые ведьмы и колдуны, их жизни и судьбы были полностью во власти Святого.

– Империя Фортланд отправила гонца сегодня утром, они готовы заключить мир на ваших условиях, признают вас истинным правителем и клянутся вам в верности в качестве новой колонии королевства.

За плотным слоем из слоновьей кости губы Святого растянулись в довольной улыбке. Он едва сдержал смешок, но по взгляду легко читалось его удовольствие. Эти вести, без сомнения, можно было назвать благими.

– Хорошая работа, – произнес Фонберг. – Как обстоят дела с почтой?

– Все письма перехвачены, Ваше Святейшество.

– Я должен знать о содержимом?

– В этом нет нужды, Ваше Святейшество.

Кристиан хотел задать еще один вопрос, но его перебил сотрясший стены молельни нечеловеческий вопль. Надрывной, уходящий в тонкий фальцет, оглушающий. Мужчина помрачнел, скосив взгляд на дверь. Один, два… Крик не прекращался, плавно перетекая в жалобный плач.

Святой ощутил знакомое колебание силы. Светлая аура покрыла его тело всего за секунду до того, как в помещение ворвался ветер. Словно кто-то открыл окно и впустил внутрь Церкви на удивление разрушительный сквозняк. Но это было не так. В воздухе искрились магические потоки.

Оливия тут же подскочила с колен и встала на защиту своего господина. Безусловно отработанные рефлексы заставляли тело двигаться само по себе. Сделав выпад, она вскинула руку и выставила барьер, чтобы разгулявшаяся стихия, врезаясь в него, обходила их стороной.

– Кто сегодня был ответственен за пытки?

Ведьма не успела ответить на поставленный вопрос.

В молельню, чуть пошатываясь, вошла на вид хрупкая, невысокая девушка. Ее спутавшиеся черные локоны подчеркивали бледное, худое лицо, а наготу скрывали серые лохмотья. На грубой ткани виднелись следы грязи и крови. Кристиан невольно склонил голову к плечу: он не ожидал увидеть то, что видел. Фонберг понимал, что сильно недооценил эту ведьму. Однако подумать об этом основательно ему мешал нескончаемый крик. Голубые глаза обратили свой взор на вторую фигуру развернувшегося пред ним представления. Именно она заставляла его ощущать раздражение, издавая отвратительные звуки.

– Летиция, – произнес Святой. – Решила сменить роли в нашей занимательной ролевой игре?

Он говорил это мягко, почти любовно, будто ворковал с предметом своего воздыхания. Однако ответ ему совсем не понравился: крик боевой ведьмы, которую Летиция тащила по волосы, слился с безумным смехом самой узницы. По мере их приближения по белоснежному кафелю тянулся алый след.

– Лайла… – обескураженно произнесла Оливия.

Боль за сестру обожгла ее сердце, но ведьма не сменила позиции.

– Довольно!

Смех Летиции, безусловно, действовал Кристиану на нервы, однако крик Лайлы куда сильнее бурлил кровь.

– Оливия, убей ее.

– Вы ведь запрещали…

– Убей Лайлу.

Оливия невольно дернулась. Первые мгновения ей казалось, что отданный приказ лишь извращенная шутка. Способ выбить ее из колеи, чтобы проверить на прочность, оценить самообладание, верно? Как она могла убить сестру?.. Как?..

– Оливия, – холодно повторил Фонберг. – Выполняй приказ.

Внутри ведьмы что-то оборвалось. Какой-то маленький канатик, держащий ее замершее от ужаса сердце. Потому что тот, у кого оно есть, не смог бы сотворить подобное злодеяние. Девушка до крови прикусила губу, пытаясь сдержать слезы. Она перестала слышать смех и крики, в ее голове зазвенела тишина. Оливия сделала шаг, затем еще один. Шаткая походка будто давала ведьме лишние доли секунды, чтобы передумать.

– Ха-а…

С ее губ сорвался горький смешок.

Нет, думать не входило в ее обязанности. Лишь исполнять.

Приблизившись к Летиции, Оливия присела рядом с Лайлой. Узница смерила обеих насмешливым взглядом и выпустила копну каштановых волос из рук. Пострадавшая ведьма тут же схватилась за голову и упала Святому в ноги. Ее тонкие локти разбились от жесткого соприкосновения с полом, но она этого не замечала. Взгляд загнанного в угол зверя бегал от одного носка начищенных мужских туфель к другому.