Текст книги "Врачебная сказка, или Операция "Алатырь""
Автор книги: Лина Наркинская-Старикова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 19 страниц)
– Разрешите мне принять душу невинного в свой чертог? – вопросил мальчик у мрачных небес.
– Это моя душа! – послышалось зловещее шипения, и на сцену выплыла Лукерьянка! Это был полный успех! Зашипев не хуже змеи, она сверкнула глазищами, налитыми кровью, и обозрела толпу:
– Это моя душа! – Народ в диком ужасе рванул с мест. Начался крик, паника. Люди спешили удалиться подальше от монстра и места казни вообще. Многие сразу начали молиться и божиться, что с алкоголем в их жизни покончено навсегда. Царевна сидела на лавке, вцепившись в нее ногтями. По цвету и выражению ее лица можно было решить, что это именно за ней пришел монстр.
Мы с Дашкой, одетые во все черное, наблюдали все действие из – за спины Андрея, будучи невидимыми для всех. Наш выход еще не наступил, и мы забавлялись разыгрываемой картиной. Чтоб вызвать необходимый эффект от напитка, мне пришлось поступить, как в кино. В алкоголь был добавлен обычный клофелин, что и произвело такой сногсшибательный эффект.
– Скоро наш выход, – шепотом напомнила Дашка. – Давай, материализуй штатив с капельницей! – Я тихонько хлопнула в ладоши, и необходимые декорации были у меня в руках. Владея лечебной магией, я вовсе не собиралась выводить Гвидона из алкогольного опьянения привычным для себя способом. Перечисленные предметы были необходимы для усугубления страха перед спиртным.
Тем временем, пока мы подготавливались к выходу на сцену, Лукерьянка громогласным басом вещала на всю площадь:
– Пусть сам князь решит: с кем он пойдет из нас. Только где же его душа? Она уже должна витать вокруг нас и дрожать от страха.
Ангел согласно кивнул, потом склонился к Гвидону:
– Так он еще жив, хотя еле дышит, – вынес свое заключение мальчик.
– Пусть придут тогда небесные проводники и решат, что с ним делать! – зашипела Лукерьянка. Мы с Дашкой, надвинув на глаза капюшоны, в длинных черных мантиях скромно подошли к князю. У меня в руках белел штатив с раствором.
– Осмотрите его! – монстр рявкнул так, что нас чуть не сдуло ветром. Дашка украдкой показала кулак моей заигравшейся любимице. Та нам лишь величественно махнула лапищей.
Я быстро создала иллюзию лечения, подсоединив тело подсудимого к штативу. Народ затих настолько, что можно было услышать ровное дыхание бессовестно дрыхнувшего князя. Даша наклонилась над ним и беззвучно зашептала заклинание бодрствования. Гвидон тут же подскочил и вцепился в Дашкину руку.
– Мамочки! – задрожали у князя губы, а челюсть стала отбивать какую – то задорную мелодию. – Я умер? – поинтересовался, сглотнув, Гвидон.
– С кем пойдешь ждать своей участи? – Лукерьянка выплюнула свой вопрос прямо в перекошенное лицо князя. – Со мной или с ангелом? – она брезгливо поморщилась при упоминании имени последнего. – Говори! – властно скомандовал монстр. Князь, молча, таращился на обоих и не мог вымолвить не слова.
– Али я не хороша? – пропела неожиданно медовым басом кошечка– монстр и обернулась вокруг своей оси, давая возможность рассмотреть ее поподробней. – Знаешь, сколько у меня водки, вина, медовухи? А в какие игры мы с тобой сыграем, мальчик! – игриво выдала вошедшая в роль животинка. Дашка только качала головой, удивляясь выкрутасам кошачьей морды. – А каких я тебе дам девушек, – продолжала мурлыкать Лукерьянка. – тебе такие и не снились! Пойдешь со мной? – она нагнулась поближе к дрожащему князю и напоследок сверкнула глазищами – блюдцами, ослепив того на несколько мгновений. Этого Гвидону оказалось вполне достаточно, чтоб он рухнул на колени перед мальчиком – ангелом и заголосил:
– Простите меня, люди добрые! Любимая, и ты прости! Я больше никогда в жизни не притронусь к алкоголю! Я даже конфет с ликером есть не буду! Я прошу тебя, – обхватил он ангельские ноги, – забери меня с собой ты подальше от этого чудовища! – он кивнул в сторону кошачьей ведьмы. – А лучше, если это возможно, дайте мне шанс начать все сначала! – Гвидон намертво прилип к ногам мальчонки и ни под каким видом не желал их отпускать. Ангелок и монстр переглянулись и обратили взоры к небу. Это был знак завершать комедию. Я скороговоркой пробурчала заклинание, и громыхнула гроза. Местное население было закодировано полностью и на всю жизнь!
– Мы осознали, о небо! – изрек ангел в сторону грозы. – Ты видишь этот белый шнур? – вопросил он, тыча пальцем в капельницу, у насмерть запуганного князя. Тот интенсивно закивал головой. – Ты слышал про мойр – вершительниц судеб? – Опять частые кивки. – Это две из них, – ангел указал на нас с Дашкой. Дашка сдавленно хихикнула. – Слышал, человек, что сказала одна из мойр? – Мальчик быстро сориентировался в обстановке и пошел импровизировать. – Она сейчас спрячет понадежней твою нить судьбы, – выразительный опять указующий жест в сторону многострадального шнура от капельницы, – и даст тебе один шанс исправить все, что ты натворил за свою жизнь.
– Но запомни! Только один шанс! – прошипела кошка – монстр. Князь тупо кивнул один раз и сел на пол с полностью отсутствующим видом.
Небо тут же просветлело. Все действующие лица, кроме Андрея, князя и толпы растворились на солнечном свету. Гвидон содрал с головы шапку и утер ею покрытое потом лицо. В лучах солнца весело играла свеженькая седина на висках молодого князя. Царевна пулей рванула к мужу. Заливаясь слезами, она его обнимала и тискала, наверное, сильнее, чем в первую брачную ночь. Гвидон еще раз перед всем честным народом поклялся бросить пить и даже продемонстрировал, как это сделает. Любезно предложенную Андреем чарку хмельного князь дрожащими руками поднес к губам и тут же отшвырнул от себя, как прокажённую. Народ возликовал. В городе начался праздник. Все радовались, веселились, правда, пить за здоровье князя и вообще отказывались наотрез.
Мы с Дашкой переоделись в нормальную одежду и вернулись на площадь заценить дело рук своих. Из общего веселья нас выдернула Царевна – Лебедь:
– Вы всегда гостями у нас желанными будете! – она отвесила нам поклон. – И провожатых я вам до самого острова Невезения выделю, когда скажете!
– Спасибо, – мы с подругой расплылись в улыбке.
– А с белочкой – то что с моей? – дернула меня за рукав царевна. Я и забыла про несчастное животное. Глянув на Дашку, мне стало ясно, что придумать, как отучить белку пить, даже нашей двойной фантазии не хватит.
– Что делать будем? – процедила я Дашке на ухо. Та лишь пожала плечами. Царевна выжидающе, с мольбой в глазах, продолжала на нас таращиться.
Выручил нас мой муж. Андрюха, услышав наш разговор, тут же подлетел, ухмыляясь во весь рот.
– Тащи белку сюда! – скомандовал он и победно упер руки в бока. Царевна улетела за бедным зверьком, а мы стали ждать объяснений:
– И что будем делать? – еще раз поинтересовалась я у своих собеседников.
– Наколдуете ей нескончаемые запасы обычных козинаков и безалкогольное пиво. Пусть давится на здоровье! – проявил щедрость Андрей.
– А что? Мысль! – вынесла вердикт я, и мы принялись за дело.
Через несколько минут остров Буян ждало еще одно чудо. Возле хрустального дворца появилась торговая палатка с надписью: "Козинаки, орехи! Виды разные, вкусы прекрасные!" Всякий желающий мог приобрести теперь различную ореховую продукцию по разумной цене. Белочке каждый час она выдавалась бесплатно и именно та, которую потребует главный обогатитель местной казны. Царевна была счастлива: и любимица побалуется вкусненьким, и торговля прибыль кое – какую в казну принесет. Андрей протянул белке банку безалкогольного пива. Та пристально осмотрела предлагаемый ей предмет, затем скромно взяла и, лихо сорвав зубами крышку, отпила немного:
– Здорово! – крякнула белочка. – Это даже круче! От него голова не кружится и не шатает! – она ускакала вглубь своего хрустально дворца. Через секунду оттуда стали вылетать банки и бутылки с хмельным зельем, быстро образовав внушительную кучу перед её жилищем.
– Ни хрена себе запасливый зверек! – восхитился подошедший к нам Орландо. Он выглядел так же как обычно.
– А что за мальчик – ангелочек был на площади? – прищурившись, потянула его к себе Дарья.
– Ну, – протянул лениво Орландо, усиленно изучая маникюр, – мы – ангелы тоже кое – что умеем в магическом смысле. – Он состроил хитрющую физиономию и подмигнул своей подопечной.
– Ах, ты ж! – Дашка легонько ткнула его в бок и уволокла танцевать, заливаясь счастливым смехом.
Город веселился и праздновал свое возрождение до самого утра. Утром мы уставшие, но довольные собой, засвидетельствовали свое почтение у княжеской четы и попросили выделить обещанных провожатых. Нам пора было двигать дальше.
– Держи! – Орландо на прощание сунул в руки Гвидона свою любимую "Камасутру". – Лучше этим займись с супругой. Никакой алкоголь и рядом не стоял. – Подмигнул он покрасневшему князю, и мы поспешили к нашему домику – кораблю.
В ожидании обещанного проводника мы тупо отсыпались, только Луша не спала, а обиженно пялилась в окно. Мы ее, конечно, давно расколдовали и даже умыли, но кошка категорически не желала с нами разговаривать. Поэтому Лушенька сидела на подоконнике, методично пытаясь пробить его хвостом. Она же и заметила первая появление в комнате комара. Зашипев, кошка решили отыграться за свое униженное достоинство именно на нем. Спрыгнув на пол вслед за насекомым, Лушенька прямиком приземлилась на князя Гвидона, неизвестно откуда взявшемся у нас в каюте. Извинившись за столь эффектное появление, князь пообещал нас лично доставить на остров Невезения:
– Я и там несколько раз отличился, – потупился Гвидон, – поэтому дорогу туда хорошо знаю. Да и домой мне легко попасть будет. Обратился в комарика и лёту!
Через час мы уже тихо плыли по волнам моря – окияна в сторону необходимого нам острова. Почти всю дорогу туда мы нагло продрыхли, устав от трудов праведных. Один только князь ни на секунду не расставался с подаренной книжкой и тихонечко читал ее себе под нос.
Как только мы причалили к берегам острова, Гвидон вежливо распрощался с нами и, перекинувшись в комара, упорхнул в сторону дома.
– Ну, кто идет на берег? – Андрей окинул пытливым взглядом нашу компанию, собираясь на выход. Орландо уже стоял на твердой земле, разминая ноги. Мы с Дашкой вздохнули и, взявшись за руки, поплелись за Андреем. Луша злилась на нас до сих пор и поэтому не пожелала, не то, что идти с нами, даже отвечать она не собиралась. Кошка так и осталась лежать на своем любимом подоконнике, нервно дергая хвостом во все стороны.
– Ну и ладно! – фыркнула Дашка, проходя мимо вредного животного, и продемонстрировала ей язык. Луша тут же сделала вид, что давно спит и не видит аморального поведения хозяйкиной подруги.
Сойдя на твердую почву, я почувствовала странную тоску и желание взвыть на луну. Автоматически я отпустила Дашкину руку и мертвой хваткой вцепилась в любимого, стараясь при этом спрятаться за его спиной. Чем было вызвано это ощущение, я понять не могла. Вокруг нас было буйство природных красок. Настоящие первобытные джунгли! Разномастные птички порхали с ветки на ветку и весело перекликались. Множество самых разных бабочек кружило над невиданными цветами, присутствующими здесь в необыкновенном количестве. Легкий теплый ветерок игриво шуршал листвой и обдувал наши лица. Рай, да и только! А что – то внутри кричало: "Берегись!".
Судя по изумленным лицам моих спутников, такое ощущение было не только у меня. Они так же с опаской озирались по сторонам и неминуемо ждали подвоха. И он не заставил себя ждать.
– Разве может быть такое красивое место островом Невезения? – возмутилась Дарья и тут же ушла под землю. На месте только что стоявшей здесь девушки красовалась глубокая яма, вырытая как – будто специально для моей подруги. Мы бросились к ней на выручку.
– Даш, тебе больно? – заглянула я через край. В земляном колодце на глубине метров трех сидела обалдевшая подруга.
– Нет, – шмыгнула носом Дашка, – мне обидно! – всхлипнула она еще раз. – Я сломала один каблук на своих любимых туфлях и порвала застежку на лифчике.
Андрей с Орландо не смогли сдержать смех и отползли от края ямы. Дашка зарыдала навзрыд, а я, стискивая зубы, чтоб тоже не разоржаться, попыталась ее успокоить:
– Фу, ерунда какая! Кто ж на каблуках по островам гулять чешет? Да еще и если это – остров Невезения, а, Даш? Не ной! Туфли материализуем! – я уже спускала вниз верёвку, принесенную мне заботливым, но до сих пор ржущим телохранителем упавшего тела. Мужчины в спасательной операции по извлечению Дашки из ямы участие не принимали из – за безудержного гогота, который усиливался после каждой фразы, произносимой мной.
– Ты не обращай на них внимания! – махнула рукой я. – Это ж мужики! Ты лучше хватайся покрепче за верёвку. Схватилась? Тяну! – я рывком потащила Дашку наверх. – Давай – давай! – подбадривала я себя. Чумазая голова подруги уже показалась над ямой, как вдруг верёвка издала противный хрустящий звук и оборвалась. Дашка грохнулась обратно.
– Дашенька, ты живая? – бросилась я опять к краю дурацкой ямы.
– Живая, – вздохнула подруга.
– Ничего не сломала? – побеспокоилась я о ее состоянии здоровья.
– Сломала! – припечатала Дарья. – Но ты не поверишь что!
Прикинув в уме, что может иметься в виду под такой формулировкой, я приготовилась к самому худшему. Махнув рукой мужскому населению, я грозно прошипела на них:
– Хватит ржать, чурбаны бесчувственные! Дарья что – то сломала себе! Ей больно! Вытаскивайте её! – я топнула ногой со всей силы. Орландо первым прекратил своё неподобающее случаю поведение и кинулся спасать подопечную. Он наскоро прикрепил к себе свои белоснежные крылья:
– Дашенька, а что ты себе сломала? – решил уточнить спасатель в процесс облачения в необходимое снаряжение.
– Застежку на цепочке! – прошипела Дашка и, не выдержав, заржала сама. – Я в полете зацепилась за маленькую веточку, та, конечно, не выдержала и поломалась. А цепочка зацепилась за сережку, и их обе теперь заклинило в замках! Так что, половина моей физиономии теперь бесценна! Она просто покрыта золотом! – остановить приступ безудержного хохота не смогла уже даже я, представив себе всю картину. Орландо, прослезившись от смеха, спикировал в яму.
– Вы это слышите? – еще во время короткого полета ангела прокричала Дашка. – Земля дрожит! – но мы не обратили на реплику внимания, продолжая веселиться.
– Скоро вы там? – вытирая слезы, поинтересовался Андрей у парочки, уже минут пять как тусующейся в недрах ямы.
– Сейчас! – выкрикнул Орландо. – Уходите! Срочно! – мы разом успокоились и ринулись к яме:
– Что случилось? – тревога в голосе мужа.
– Землетрясение! – выкрикнул бывший ангел. Ни его, ни Дашки видно не было из – за закрывших все белоснежных крыльев.
– Не пори ерунду! – рявкнул Андрей. – Вылетайте же оттуда! Чем вы там на пару занимаетесь?
– Мы не можем! – прокомментировал ситуацию ангелок. – Я упал прямо на Дашу!
– И что? Вы решили сразу опробовать Камасутру в действии? – съехидничал муж. – Так вам и дома никто не мешал. Вылезай, давай! – Андрей гаркнул уже раздраженно. В ответ на его выкрик земля действительно стала мелко вибрировать.
– Вот, черт! – выругался любимый и, повернувшись ко мне, скомандовал: – И, правда, землетрясение какое – то! Давай их вытаскивать быстрее! – Мы упали по обе стороны от ямы. Андрей ухватил одно из крыльев и рванул вверх. Через секунду он сидел на краю ямы, сжимая в руках бывшие когда – то белоснежными крылья ангела, причем, сам ангел в них почему – то отсутствовал. Сплюнув, муж откинул добычу и снова упал на край ямы, свесившись в нее.
– Руку давай!
– Не могу я! – с раздражением в голосе выкрикнул Орландо. – Я застрял!
– Каким образом? – своим любимым философским тоном уточнил Андрей.
– Я при падении потерял крылья, – мы удивленно переглянулись с мужем. – И упал. Прямо на Дашеньку! – бывший ангел помолчал и добавил: – Я зацепился за Дашину поломанную застежку!… Ширинкой!
Картина умиляла. Дашка сидела врастопырку на дне ямы. Через всю физиономию золотой полосой от правого плеча к левому уху тянулась цепочка. Сверху, на голове Дашки наполовину возлежал ангелок, приросший причинным местом к левому уху девушки. Обоими руками он упирался в стены ямы, стараясь не шевелиться. Ноги его едва касались земли. При этом взгляд молодого человека был устремлен в вырез Дашкиного платья, так как именно при таком положении в нем открывался самый заманчивый вид! Даша в этот момент усиленно пыталась скосить глаза так, чтоб можно было рассмотреть вблизи отдельные части тела Орландо. Подруга при этом, видимо, негодуя от неудачных попыток (глаза категорически отказывались выполнять данные им команды), очень часто дышала и рисковала своим ходившим ходуном бюстом задеть многострадальную часть Орландо, так тщательно им оберегаемую.
Просто умирая уже от хохота, Андрей сбегал в дом и принес новую верёвку. Он сам спустился в яму и долго там возился, спасая горе – телохранителя, особенно, отдельные его части тела и его подопечную. Земля продолжала вибрировать, не набирая интенсивности.
Наконец, все были извлечены из – под земли и, даваясь от смеха, все вчетвером ввалились в дом. Необходимо было обдумать, как передвигаться по острову, не убившись и не покалечившись. Посмотрев на внешний вид друг друга и на злополучную золотую цепочку, мирно лежавшую на столе, мы зашлись в новом приступе хохота. Луша смотрела на нас как на умалишенных. Андрюша, забыв, что кошка с нами не разговаривает, поведал ей душещипательную историю. Кошка, тоже не выдержав, захихикала.
Изрядно навеселившись, а так же переодев Дашку в спортивный костюм, который больше подходил для перемещения по джунглям, мы перешли к обсуждению вариантов пересечения этой экстравагантной местности.
– Зачем нам вообще через него проходить? – негодовала Дашка.
– Ты что, не помнишь, что Троглодит Иванович говорил? – уточнила я.
– Нет!
– Он сказал, что Мерлин перепутал – обогнуть этот остров нельзя, потому что это с момента появления острова еще никому не удавалось. Необходимо попробовать перейти или переехать через него, – напомнил нам всем Орландо.
– Погодите! – воскликнул Андрей. – Если он сказал: "С момента его появления", значит, этот остров раньше не существовал.
– Или же его кто – то видоизменил, а раньше он был самым обычным, и ничего необычного в нем не было! – предположила я, немного поразмыслив.
– Точно! – воскликнула Даша. – И нам нужно его пройти, чтоб разобраться, что здесь происходит!
– Может быть, – согласился Андрей. – Только как его пройти и остаться в живых? И, желательно, невредимых? Я так понял, что каждый кто хоть как – то приближается или ступает на остров сам становится катастрофически невезучим.
В обсуждении опять наступила пауза. Каждый обдумывал варианты перехода без потерь. Я предложила обратиться за советом к Троглодиту Ивановичу, заодно и с Настёной поговорить. Мое предложение устроило всех. Андрей достал наше блюдце для переговоров и щелкнул переключателем. Экран блюдца тут же замельтешил и выдал картину комнаты избушки. Перед экраном сидела неизменная баба Яга.
– Касатики мои! Как вы там? Умаялись, поди? А у нас новости – маманя Васькина объявилась! Троглодит теперь целыми днями вокруг неё прыгает: то цветочки принесёт, то на прогулку выведет. За ребёночка совсем забыли! – возмутилась бабуся. – А Васятко – то с Настёной что вытворяют! – бабушка покачала головой. – Учитель – то ихний в монастырь собирается! Совсем Хирона замучили.
– Бабусь, – высказался Андрей. – Ты толком говори, чего они опять натворили, а мы разберемся: кто в монастырь пойдет, а кто на жаркое.
– Что ты мелешь?! – ткнула я локтем своего любимого, покосившись на бабу Ягу. Та и ухом не повела.
– Давеча, когда Гидра прибыла, Хирон, чтоб не мешать семейству воссоединяться, повел детишек в лес на охоту.
– Куда?! – взревел Андрей.
– На охоту, милок. Ты не перебивай, а то ведь забуду – стара я стала, память подводит, – пожалилась Яга. – Так вот, Васятке он объяснил, чтоб не мешал взрослым отношения выяснять, и повел его на охоту, а Настя давай канючить, мол, тоже хочу. Ну и взяли её с собой. А в лесу, чтоб не поранились, Хирон им резиновые стрелы дал. А дочка твоя с этим охламоном трехголовым заменили их на настоящие и давай палить во все стороны.
– Там же звери! – выпалила Дашка. – Они их всех перебили?
– Да зверушки не пострадали, – вздохнула бабушка, – а вот Хирон…
– А что Хирон? – уточнил Андрей.
– Они ему в обожженный бок попали. Так мы не знали, что и делать, – развела руками Яга.
– Много крови потерял? – поинтересовалась я с профессиональной точки зрения.
– Говорю же, – вспылила бабуся, – настоящие стрелы они так без толку расстреляли, а резиновыми этими прямо ему в бок. А стрелы – то с присосками. Голосил Хирон на весь лес, когда мы их всем дружным табором отдирали. Теперь поверх его ожогов да татуировок модных еще и синячищи огромные, как блюдца. Ровнехонько так в рядочек идут! Его теперь весь лес так и называет – синюшный лось!
– А почему лось? – вытаращила я глаза. – Он же вроде наполовину конем был.
– Дык, ночью, пока он спал эти два отрока наломали веток и каким – то супер – клеем к макушке присобачили. Настёна сказала, что это корона. Сказала, что дядя Хирон будет как в сказке – король – олень!
Дашка с Орландо тихонько давились смехом в углу. Я тоже, представив себе кентавра с рогами, не сдержалась и хихикнула. Баба Яга, увидав такое безобразие, нахмурилась:
– Смешно вам, а мужик с жизнью чуть не покончил! Решил со скалы сигануть в пропасть.
– И что помешало? – флегматично уточнил муж. Кентавр ему явно не нравился.
– Так Настёна и помешала. Они с Васькой решили себе по животинке завести. Ухаживать чтоб за кем – то, к хозяйству приучаться. И разложили силки кто где. Дочка ваша решила, что на вершине скалы только самые смелые звери и птицы живут. Ей, сказала только такой друг нужен, как ее кошка – самая что ни на есть боевая единица. – Мы все сразу покосились на Лушу, которая неожиданно вспомнила, что сегодня не умывалась. – Вот и стреножила она Хирона. Тот и решил, что чем таких воспитанников иметь, уйдет в монастырь!
– А он в какой монастырь пойдет? – полюбопытствовала Дашка, не переставая ржать, – В мужской или в конский?
– Тьфу! – вспылила бабушка. – Какие родители, такие и дети! Говорите, чего трезвоните, или отключусь!
– А Настя где? – снова перехватила я инициативу.
– С Васькой где – то ошиваются. Он обещал ей показать, где гномы живут.
Я повернулась к Андрею. Тот лишь развел руками:
– Счастливое детство! Где хочет, там и гуляет. А маме с папой некогда, им Фольклор спасать надо! – Сообразив, что разговаривать с мужем на тему поведения ребенка сейчас бесполезно я перешла к делу:
– Ладно, бабуль, не серчай на нас! Мы, когда вернемся, всыпим ей по первое число! У нас тут тоже проблемы. Подскажите, как нам через этот остров Невезения перебраться, чтоб целыми и невредимыми отсюда ноги унести? И что здесь вообще происходит?
– Ой, доченька, – перешла на обычный жалостливый тон баба Яга, – что там творится на том острове, знают все. Вот только от чего это все случилось, никому не известно. Знаю только, что давно это все началось. А как его перейти я, дочка, не знаю. Может, поводыря какого найдете?
– А это идея! – вскочила со стула Дашка, перестав шептаться и хихикать с Орландо. – Надо пойти и кого – нибудь найти!
– Глубокая мысль, – согласился Андрей. – Спасибо, бабушка. Привет всем передай. А с Настей мы потом побеседуем. Давай, бабуль. – Блюдце мигнуло и погасло. – Я предлагаю так, – обратился муж к присутствующим, – я и Орландо пойдем искать проводника, а вы, – он ткнул пальцем в нашу с Дашкой сторону, – останетесь здесь под контролем Луши. И с корабля – ни шагу! Ясно?
– Это еще почему? – в глазах подруги плескалась ярость. – Чем это мы хуже?
– А кто сказал, что хуже? – Орландо подошел к ней вплотную и заглянул в глаза. – Мы просто очень переживаем за вас и не хотим, чтоб с вами что – нибудь случилось. – Он выдал свою фирменную улыбку профессионального соблазнителя. Дашка отпихнула своего телохранителя, совершенно не поведясь на его успокоительную речь:
– А чего это с нами что – нибудь может случиться, а с вами нет? На тему некоторых, – она выразительно покосилась в сторону бывшего ангела, тут же покрывшемуся лихорадочным румянцем, – я уже видела, как им ничего не грозит. Тем более что я была настолько близко, что рассмотрела в подробностях все детали этого "ничего"! – рявкнула Дашка, чем вогнала ангелка в еще большую краску и словесный ступор.
– А со мной ты тоже наблюдала что – то подобное? – ехидно уточнил Андрей.
– Нет! – выплюнула Дашка.
– Ну, то – то! Пошли, Орландо! А они пусть здесь сидят, нас ждут. Да, пошли же уже! Хватит статую изображать! – Андрюша выпихнул застывшего красного ангела наружу. – Мы скоро вернемся! – крикнул он на прощание. Входная дверь захлопнулась, в замке повернулся ключ.
– Даш, – окликнула я подругу, – по – моему, нас заперли!
– Да что они себе здесь позволяют! – разошлась по новой она. – Нас, крутых ведьм и названных героев?!
– Не названных, а призванных, – поправила я. – Героев призывают или приглашают. В общем, зовут на помощь.
– Да какая разница! – взревела Даша. – Надо что – то делать!
– А зачем? – удивилась я. Мне жутко хотелось просто поваляться на кровати и ни о чем не думать. – Пусть мужчины сами разберутся, они ж мужчины все – таки.
– А мы так, погулять сюдя явились?! – продолжала шуметь подруга. – А потом им все призы достанутся?
– Даш, я что – то не замечала раньше за тобой любви к славе, – снова Дашке удалось меня удивить. – Это что – то новенькое. Ты чего?
– А что этот, – она запнулась, вспомнив к чему приводит неосторожное обращение со словами, – ангелок бывший, ходит теперь и пялится на меня? Я и сама бы выбралась из той ямы, без его жалких потуг! – Дашка гордо сложила руки на груди.
– Ох, ты меня когда – нибудь до инфаркта доведешь, – хихикнула я. – Во – первых, вытащил вас обоих Андрей, а во – вторых, Орландо и раньше на тебя пялился, причем, весьма недвусмысленно, – пожала я плечами. – Только раньше он ангелом был и должен был придерживаться определенных принципов в поведении, а теперь он – простой смертный. Так что делает, что хочет, как и любой из нас. К тому же, ничего плохого он тебе не делал, не выдумывай. Он с тебя пылинки сдувает и терпит все твои жуткие выходки. Любит он тебя, – сделала я вывод.
Дашка присела на краешек стула и вздохнула:
– А если им помощь понадобится? Если случится что? Как мы узнаем и поможем?
– Вы ж вроде ведьмы, – прищурилась молчавшая до сих пор Луша, – ну и сделайте что – нибудь типа контролирующего устройства, чтоб на расстоянии видеть можно было. Вон, – кивнула она, – типа блюдца.
Мы переглянулись, ударили по рукам и принялись разводить бурную деятельность.
Андрей с Орландо на небольшой высоте на ковре – самолете осматривали местность. Решив, что с островом нужно избегать соприкосновений, супруг со своим математическим складом ума сразу же вспомнил про ковер, подаренный Хоттабычем. На нем можно было безболезненно исследовать весь остров и попытаться найти нужного человека или животное.
Андрюша гордо восседал в позе лотоса на временном средстве передвижения, с высоты птичьего полета и пристально изучал окрестности. Получалось не очень. О том, чтоб подвинуться поближе к краю ковра, не было и речи. Состояние полета Андрюшу страшно нервировало и отвлекало от поставленной задачи.
Орландо, привыкший использовать крылья с детства, наоборот, даже обрадовался такой возможности передвижения. Но, как только, залез на летательный аппарат, его тут же начало тошнить из – за постоянных воздушных ям, в которые умудрялся попадать ковер – самолет джина. Поэтому большую часть времени бывший ангел находился в свесившемся с него состоянии, отсвечивая в лучах солнца непроходящей зеленцой на благородном лице. Зато рассматривать подробности местной жизни ему удавалась гораздо лучше, чем Андрею.
– Слышь, орел, ты смотри не свались у меня, а то, что я скажу твоей подопечной? – подтрунивал Андрей над другом. – Дашенька, твой телохранитель в ходе операции не смог выдержать расставания с тобой и покончил жизнь самоубийством. Нет, лучше так: он позеленел от натуги, выполняя свой долг, и, не сумев справиться с поставленной задачей, решил принести себя в жертву ради твоей безопасности. Как тебе? – поинтересовался он у извивающегося на краю ковра Орландо. Тому было не до шуток, и он красноречиво промолчал в ответ.
– Ладно, – сказал Андрюша, – скажу просто: как оказалось, он просто боялся ковров.
Ангел опять промолчал. Его уже понемногу отпускало, и теперь он просто всматривался в глубину острова. А посмотреть там было на что.
На берегу реки исполнял какой – то странный танец местный упитанный абориген в набедренной повязке и пропеллером на спине. В руках у него был огромный кокос, которым он яростно махал перед носом у симпатичного крокодильчика весьма внушительных размеров. Тот меланхолично наблюдал за всеми телодвижениями потенциального обеда, но почему – то не двигался с места.
– Андрей! – крикнул Орландо, обернувшись. – А ты можешь спуститься немного пониже?
– Значит, полетов на ковре ты все – таки боишься, – констатировал водитель ковра.
– Нет, – отмахнулся бывший ангел, – тут просто мужик какой – то скачет, может, подскажет нам чего.
Ковер – самолет, снизившись, резко завис в воздухе. Орландо за малым не свалился на землю. Андрей тоже подскочил на месте, матерясь на все ковры в мире и их джинов.
– Ты, что, водить не умеешь? Забыл, где у него тормоза? – съехидничал Орландо.
– Я этому Хоттабычу всю бороду повыдергиваю! Говорил ему, тормоза должны быть отрегулированы! Педаль не должна уходить при нажатии сразу в пол!
– Педаль?! У тебя на ковре педали стоят?! – вытаращился ангел.
– Не, а ты думал, у него ручное управление?! – получил он в ответ. Несколько секунд оба мужчины удивленно таращись друг на друга, потом разразились громким хохотом.
– Ну, ты даешь! – восхитился Орландо, хлопнув Андрея по плечу. – Я – то, дурак, поверил.
– А ты действительно дурак, – припечатал тот ангела. – Я, как, по – твоему, должен им управлять? Конечно, я приделал ковру педали, как и положено, настоящему транспорту для настоящего мужика. Вот, – он приподнял краешек ковра, – смотри: сцепление, газ и тормоз! – указал Андрей на три автомобильные педали. – У Дашки из машины её спёр! – похвалился водитель и мелкий воришка в одном лице.
– Ну, ты даешь! – опять вытаращился Орландо, тупо пялясь на элементы модернизации.
– А что? – хмыкнул Андрюша. – Мне так привычнее с транспортом управляться. Это вам не словечки всякие магические читать: сработает – не сработает! Это, братец, прогресс!
