Текст книги "Врачебная сказка, или Операция "Алатырь""
Автор книги: Лина Наркинская-Старикова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 19 страниц)
Гидра похвалилась, что умудрилась собрать часть необходимых ингредиентов, показала нам противно пахнувший серый порошок из копытцев и два сушенных глаза совы. То, что птица была реально пьяной, сомневаться не приходилось. Даже после смерти ее глаза смотрели только друг на друга. Что такое гуталин, Гидре узнать не удалось. А уж за странное в ее понятии яйцо и подавно.
Переглядываясь, мы обсуждали наши дальнейшие действия. Даша хлопнула в ладоши, и на столе очутились два необходимых тюбика гуталина. Воровать с нашего мира даже таким способом известные произведения искусства и я, и Дашка категорически отказались.
– Тогда надо искать в этом мире, – философски заметил Андрей. – Какие предложения по местонахождению искомого объекта? – Он оглядел всех присутствующих и выжидательно замер.
– Насколько я помню, – мысль пришла в мою голову сразу же, – царь Кощей над златом все время чахнет. Значит, богатый. Может среди других побрякушек и завалялось нужное нам яичко. Надо идти с обыском! – подвела я итог. Присутствующих предложение вдохновило.
– А где будем Кощея искать? – резонно спросил Андрей.
– Так он здесь, недалеко, – влезла в дебаты Гидра. – Он всегда в это время года в своей летней резиденции сидит в Царьграде, что в глубине нашего полуострова находится. – Мы повернулись в сторону говорившей. – Я вам и короткий проход покажу. Я ж на доклад должна каждый вечер к нему ходить, чтоб никто не увидел. – Она подошла к дальней стене пещеры, пошарила лапой по ней. Под мощной конечностью хрустнул какой – то камень, и стена отъехала в сторону, открыв потайной ход.
– Я буду за вас молиться! – утерла скупую слезу Гидра и скромно присела за стол.
– Пошли! – скомандовала Дарья. Ее желание убить скотину бесчеловечную росло с каждым шагом.
Мы ступили в темный проход, сразу же наколдовав импровизированные фонарики. Перед нами была крутая лестница, уходившая куда – то вглубь. Передернув плечами, Дашка первой начала спуск. Гуськом мы пошли следом за отважной девушкой, попеременно озираясь. На стенах, как и положено, висели скелеты, иногда мимо проносились летучие мыши, стены были затянуты густой паутиной. Я почувствовал прилив дурноты и стала сползать по противной склизкой стене. От прикосновения к ней мне стало еще хуже, и я отключилась. Орландо пришлось взять меня на руки:
– Я не устаю от такой ноши, – объяснил он медленно звереющему Андрею, – я же ангел, она – человек. Я несу не ее тело, а ее душу. А тебе еще, может, с Кощеем биться. – Подумав, Андрюша внял голосу разума в лице ангелка и смело пошел на битву.
Идти пришлось долго. Казалось, что этой винтовой лестнице нет конца. Даже неунывающая и бодрая Дашка выдохлась под чистую. Когда же она увидела каменный проход в стене, у нее открылось второе дыхание:
– Смотрите, мы пришли! – заорала она бодрым голосом. Мне пришлось вынырнуть из спасительного забытья. Андрей отодвинул мою подругу и осмотрел аналог двери:
– М– да! А ручки – то у нее нет! – наше собрание тупо пялилось на дверь. Очевидно, в немой надежде, что ручка все – таки найдется. Не тут – то было! Дверь категорически не хотела открываться, а ручка не появлялась.
– Следствие зашло в тупик, господа присяжные заседатели! – развела руками Дарья.
– Посторонись! – рявкнул Орландо, ставя меня на ступени ненавистной лестницы. Отойдя назад шага на три, он рванул прямо в дверь. Мы с Дашей зажмурились, непроизвольно обнявшись.
– Разбился? – с тоской спросила подруга после жуткого грохота, боясь открыть глаза.
– Не знаю, – прошептала в ответ я, так же не спеша открывать их.
– Пошли, девчонки! – голос живого Орландо вывел нас из оцепенения. Вытаращившись, мы увидели начисто снесенную каменную плиту, заменявшую потайную дверь. Она мирно валялась на пороге какой – то комнаты и выглядела так, будто ее не вынесли, а аккуратненько сняли с петель.
– Как это у тебя получилось? – восторг и изумление одновременно звучали в голосе Дашки.
– Да, пустяки, – смущенно улыбнулся ангелок, – я же – борец с нечистой силой! – он скромно потупил глазки, косясь на свою подопечную. Та тут же бросилась к нему на шею и поцеловала в щеку. Орландо пошел красными пятнами и смущенно засопел.
– Потом пообнимаетесь! – рявкнул Андрей и впихнул парочку вглубь.
Красивый зал величиной с футбольное поле. Паркетные доски разложены по принципу шахматной доски. На стенах сцены из ратных боев, по углам стоят рыцари в полном боевом снаряжении. Возле дальней стены зала виднеется трон из множества костей, украшенный вкраплениями из драгоценностей. Возле близстоящего к нам рыцаря – истукана массивный дубовый стол с надписью "для податей".
– Странно, – выдала я, – и где же сам Кощей?
– Явилась, наконец? Ну, с чем сегодня пожаловала? – раздался скрипучий голос, отражающийся от стен громким эхом. – Что, опять не смогла?
– Ты как гостей встречаешь! – заорал Андрей не менее страшным голосом, чем Кощей, и треснул со всей силы кулаком по столу. На столешнице появились маленькие трещины. Я с восторгом смотрела на мужа. – Выходи! Скелет ходячий! А то разнесем здесь все к чертовой матери!
Минуты две мы стояли в полной тишине посреди зала и озирались в надежде увидеть Кощееву тощую фигуру. Но ничего не происходило! Наконец, что – то зашуршало, и навстречу к нам прошелестела какая – то тень ростом с карлика с массивной золотой короной на шее. Очевидно, размеры короны и головы не совпадали. Прозрачный карлик прошуршал мимо нас и с третьей попытки, наконец, влез на трон, в котором он смотрелся как слон рядом с блохой.
– Слушаю вас, гости дорогие, с чем пожаловали? – проскрипел прозрачный малыш.
– Слышь, малый, – обратился Андрей к вновь прибывшему, – ты, это, папу позови, нам с ним серьезно поговорить надо.
– Ты что дурак! – взвизгнул карлик. – Ты как со мной, с великим Кощеем разговариваешь?! А ну, падайте ниц! – он ткнул пальчиком в пол.
– Офигеть просто можно! – выдала Дашка. – Такой прикольный кукленок! А пощупать его можно? – спросила она почему – то у Андрея.
– Конечно! – широким жестом разрешил он. Дарья двинулась прямо к трону, выставив вперед указательный палец правой руки.
– Не сметь! – заорал малыш, силясь спрыгнуть с трона и спрятаться. Но не успел. Подруга подскочила вплотную и дернула Кощея за ножку.
– Это он, – констатировала Дарья разочарованно, – так миленько выглядит и такой костлявый на ощупь! – Она брезгливо поморщилась.
– Да вы что себе позволяете! – разорялся Кощей тем временем. – Я вас сейчас в деревья превращу! – он стал отчаянно крутить перстень на одном из тощих пальчиков, сопровождая все действо глухим бормотанием под нос.
– Ага, превратишь, – Дашка вспомнила, зачем мы сюда пришли, и воспылала праведным гневом. Щелкнув пальцами, она пригрозила: – Ты, малый, не балуй, а не то откусим… Да! – исправилась подруга: – Короче, слушай, что тебе говорят и, может, живым уйдешь, понял?
Кощей после Дашкиных пассов руками одновременно потерял свой волшебный перстень и весь гонор. Он начал уже испуганно таращиться в нашу сторону. Ну а после ее каламбура, он вообще сжался в комочек, прикрывшись, как защитник при очередном пенальти:
– Чего надо – то? – пропищал он фальцетом, не отпуская рук.
– Яйца есть? – рыкнул Андрей.
– Имеются, – Кощей, прикрываясь.
– Где они?
– На месте!
– Гони одно!
– Самому нужны! – Кощей, прикрываясь, на грани истерики.
– На хрена тебе целая куча?
– Почему куча? Как у всех – два.
– Я – то думал, может, с десяток, – махнул рукой Андрей.
– Ну, ты мужик! – протянул завистливо Кощей, на всякий случай, продолжая прикрываться ладошками.
– Слышь, вобла сушенная, – ласково обратился муж к Кощею, – говори, где яйца Фаберже или… – выразительно ударил кулаком в ладонь Андрей. – Понял?
– А, эти! – радостно вскрикнул костлявый карлик. – Так бы сразу и сказал! У меня только одно есть, но большое, – похвалился Кощей.
– И где оно? – заорали мы все хором.
– Где – где, – пробубнил карлик. – Разбежался! – но увидев приближающихся с грозным видом Андрея и Дашку, Кощей замахал руками, – Ну, вы чего, ребята! Я ж пошутил! У черта лысого оно.
– Да он издевается над нами! – Дашка рванула к трону. Кощей со скоростью, которой бы позавидовали олимпийцы, взобрался по спинке трона на самый верх. Уже оттуда он выкрикнул: – Я правду говорю! Я ему на сохранение отдал! Чтоб не спёр никто!
Орландо поймал Дашку за руку и оттащил неминуемое возмездие в ее лице от трона силком.
– Как туда попасть? – поинтересовался он у Кощея – скалолаза.
– Кому ж знать, как не тебе! – осклабился карлик. – Ты ж, как я вижу, ангел? Ну и ступай прямиком в ад! – жутко захохотав, Кощей хлопнул три раза в ладоши, и мы оказались на выжженной равнине.
Вокруг полыхали костры, в которых горели души грешников. Кто – то лизал раскаленные сковородки, кто – то заживо лишался кожного покрова. Крик боли просто сводил с ума и разрывал барабанные перепонки.
– Боже, какое жуткое место! – Даша испуганно тронула меня за руку. – Надо быстро найти это дурацкое яйцо и сматываться отсюда, пока целы.
– Дашенька, неужели и ты чего – то боишься? – съехидничал Орландо. – А как же твое поведение? Именно из – за него можно сюда попасть! – скалясь во весь рот, ангелок нагло будил в подопечной зверя. И он не замедлил проснуться.
Подруга сжала губы в тонкую линию, нахмурилась и с разворота въехала наглому телохранителю прямо в челюсть. Орландо такого подвоха не ожидал и, пролетев метра два, грохнулся наземь, опрокинув при этом дымящийся рядом котел. Грешник, варившийся в нем, с криком "ура, помиловали!" на крейсерской скорости стартовал к выходу из сильно не нравившегося ему места. Вода из котла загасила огонь в костре, повалил жутко зловонный дым. Мы закашлялись. Серая мгла заволокла все вокруг. Видимость была на нуле, зато слышимость – хоть куда! Где – то завыла сирена. Кто – то заорал, очевидно, по местной громкой связи:
– Внимание! Всем постам! Преступник N 5234568 из отсека N 4 совершил побег. Перекрыть все выходы и входы! Преступника найти и наказать. На его уверения в помиловании не реагировать – нагло врет!
Мимо нас пронесся стройный отряд быстрого реагирования. Во мгле были видно только лихо заломленные красные береты. Я отчаянно вертела головой, силясь разглядеть, где ж находится громкоговоритель. Но из за этой дурацкой дымки видимость оставалась на нуле. Где – то рядом заходился в кашле Андрей. Дарья и Орландо просто испарились.
– Тебя кто сюда звал? – послышался рядом недружелюбный голос. Понять к кому он обращался, было весьма тяжело. Я взяла себя в руки и выдала:
– А никто! Что, сюда только по приглашениям можно?
– Помолчи! Не к тебе обращаются, – прошипел рядом хриплый от кашля голос мужа. Я пожала плечами и замолчала.
– Сюда иди, я тебе все объясню! – из темноты раздался голос исчезнувшего Орландо. "Все ответили, – пронеслось у меня в голове, – а где ж Дашка?". Громко охнув, я ринулась прямо в темноту, сразу наткнувшись на чье – то тело. Тело было живое, даже очень! Оно сразу поймало меня за грудки и лихо подняло вверх.
– Мне больно, – прошипела я в лицо неизвестному телу.
– Тьфу! Извини, Лиечка! – Орландо тут же поставил меня на землю и крепко взял за руку. – Пока эта дымка развеется, можно потеряться здесь на веки вечные. – Беспередышно вертя головой, ангел вспомнил свои прямые обязанности и озабоченно поинтересовался: – А где Даша?
– Понятия не имею. Я думала, что ты тоже потерялся.
– Потерять ангела в аду нужно умудриться! – хмыкнул Орландо и поволок меня вперед на звуки хриплых приглушенных голосов, которые отчаянно ругались между собой.
– Слышь, козляра! Я тебе последний раз говорю: или ты мне все рассказываешь, или я тебе рога поотшибаю напрочь! Мама тебя родная не признает!
– Да отвали ты, урод! Я сам тебе сейчас судный день устрою, будешь у меня сковороду лизать до скончания веков!
Подойдя поближе, мы с Орландо различили сильно осипший голос моего мужа и, как сказал, Орландо какого – то местного жителя, то есть черта. Ребята усиленно выясняли отношения.
– Ты, морда свинячья, будешь еще мне угрожать?!
– А, что? Может, запретишь мне!
– Ах, ты, свинорылое парнокопытное! – Голоса стихли, зато четко стали слышны звуки яростной борьбы двух горе – собеседников.
– Орландо, сделай что – нибудь! – взмолилась я. – Ведь застрянем здесь надолго, пока будем доказывать, что мы не грешники! А еще Дашку найти надо и яйцо!
Ангел хмуро кивнул и воздел руки кверху. Глаза его были закрыты, губы что – то тихо шептали. Он начал раскачиваться из стороны в сторону. Шепот стал нарастать, перешел в крик. Небо разверзлось, яркий свет хлынул потоками на весь ад. Черти и грешники взвыли. А с неба раздался внушительный голос, от которого хотелось присесть и закрыться руками:
– Кто звал меня? Орландо?! Опять ты! Когда ж ты успокоишься уже?! Не сдашь в этот раз экзамен, я с тебя лично три шкуры спущу!
– Понял я, понял! – отмахнулся ангел. – Помоги лучше, а то я могу до экзамена вообще не дожить! Видишь, куда попал? – он красноречиво обвел рукой окружающую местность. – Мне нужна карта ада, и кто у них здесь с кличкой "лысый"? Где его искать?
– Ну, ты совсем обнаглел! – выдохнул Архангел Гавриил (а это был именно он. Как Орландо потом нам объяснил, самая быстрая связь со своим наставником, пока ты являешься небесным учеником). – Держи карту. – Огненный рисунок появился и исчез в воздухе. – А лысого найдешь в притоне неподалеку. Он – его хозяин. И кличка "лысый" у него потому, что всю шевелюру растерял! – захохотал Гавриил, ухватившись руками за живот. – Я ему давно говорил: давай нарастим. А он – нет, отличительный признак! – продолжая надрываться от хохота, Архангел исчез. Вместе с ним отключился и яркий свет. Ад снова погрузился в темноту. Правда, дымка, наконец, рассеялась, и стало хоть что – то видать.
– Перво – наперво, – скомандовал Орландо, – найдем Андрея и Дашу, потом все остальное.
Взявшись за руки, мы зашагали по выжженной земле. На звуки возобновившейся борьбы. Пройдя три котла, мы свернули за угол и увидели: на нижнем уровне упоенно мутузили друг друга мой муж и молодой черт. Именно не дрались, а мутузили. Сил, судя по всему, у них уже не было, и удары обоими наносились чисто по инерции. Прекратить бессмысленное действие было выше их мужского самолюбия!
Спустившись по какой – то лестнице, мы с Орландо подошли к буйствующим.
– Андрюха, хватит! – обратился ангел к моему мужу. – Нам идти надо, дел по горло. Пусти его, он грязный и вонючий!
– Чего?! – рявкнул юркий черт, прекратив отбиваться от Андрея. Молодой адов отпрыск тут же переключил свое внимание на Орландо. – Тебя, что, разжаловали? Чего приперся? Сам – то когда мылся? Вон, патлы чернее ночи! – черт не успел договорить, как со всего размаху ему в рыло въехал кулак Андрея с одной стороны, с другой его же припечатал кулак ангелочка. Черт ойкнул и отрубился.
– Так – то лучше! – вытирая руки батистовым платочком, неизвестно откуда взявшимся, заключил Орландо. – Пошли! – Он махнул рукой Андрею. Мы пошли искать Дашку и лысого.
Путешествовали мы недолго, благодаря карте Гавриила. Необходимый нам притон находился в трехстах метрах от нашего местонахождения. Притон представлял из себя дорогой ресторан с наличием в прейскуранте различных видов услуг, совершенно далеких от прямого назначения ресторана. На наше требование проводить нас к лысому высокий скуластый черт, одетый во фрак, молча, проводил нас в дальнюю комнату. Посреди нее стоял кальян, вокруг которого на шикарном ковре расположилась целая куча суккубов разных полов и маленьких чертенят, постигающих азы адовой жизни. На горе шелковых подушек восседал старый черт с мощными витыми рогами и животом, еле уместившимся на них. Коротенькие ножки с копытцами были вальяжно вытянуты вдоль ковра. Их усердно массировали грешницы женского пола. Череп черта был гладким как коленка. Маленькие, заплывшие жиром глазки пристально уставились на нашу компанию. Жестом нас пригласили присесть. Мы, проигнорировав предложение, остались стоять на своих местах. Лишь Орландо сделал шаг вперед:
– Привет, Лысый. Как поживаешь? У меня к тебе дело небесной важности. – Лысый с любопытсвом смотрел на ангела. – Кощей дал тебе на сохранение яйцо Фаберже. Нам оно необходимо кой – какое дельце обмозговать. Отдай нам яйцо.
– Какой прыткий! – восхитился Лысый. – Может, еще чего нужно?
– Да, у нас в вашем уютном местечке пропала девушка. Она – наша подруга. Дарьей зовут. Верни!
Черт хмыкнул, присутствующее местное население разразилось приступами хохота.
– Ой, не могу! – ржал один из суккубов. – Ангел пришел лично девицу забирать! Что, ангелок, приглянулась никак?
– А, может, она к тебе не хочет? – выдавил другой, держась за живот.
– Может, я тебе ее заменю? – промурлыкала суккубка, пытаясь заглянуть в глаза Орландо. Ангел побагровел. Сделав еще один шаг вперед, Орландо во всю мощь своей глотки заорал:
– Да пребудет с вами Господь, да изойди нечистый из душ невинных! – он воздел руки к небу и закрыл глаза.
– Тихо – тихо! – вскочил на свои коротенькие копытца Лысый. Для своих размеров он был довольно подвижным малым, поэтому в один прыжок преодолев разделяющее их расстояние, Лысый примирительно взял ангела за руки и тихонько зашептал:
– Ну, ты ж учитывай: где находишься. Не надо их пугать. У них работа такая. Главным – он многозначительно ткнул пальцем в небо – навязанная. Не надо. Мы сами обо всем договоримся. Без лишних ушей! – последнее было сказано довольно громко. После замечания вся братия быстро слиняля из помещения, оставив нас наедине с Лысым.
– Так, на чем мы остановились? Ах, да тебе девушка и яйцо нужны. Мы ж деловые люди. А что мне взамен? – черт хитренько улыбался.
– Сначала покажи, есть ли у тебя то, что мы ищем, – упрямо заявил ангел.
– Пожалуйста! – Лысый махнул коротенькой ручкой и в комнату ввели беснующуюся Дашку с кляпом во рту. – Эта девушка тебя интересовала?
– Дашенька! – бросился Орландо к своей подопечной. Та одарила телохранителя уничижительным взглядом и демонстративно от него отвернулась.
– Видишь, девушка не хочет идти с тобой, – сделал вывод черт.
– А яйцо где? – пробасил Андрей.
– А яйцо ваше мне и даром не надо! – неожиданно для всех взревел черт. – Я из – за него всю шевелюру растерял. Этот скелет ходячий с нашим паханом договорился, что мне его охранять придется. А для надежности они запихнули его мне между рогов и сделали невидимым. Это яйцо мне плешь уже протерло за столько лет! Надо мной ржет весь ад! Нормальные черти шерстью покрыты, а я – лысый!
– Спокойно, – Орландо опять выступил вперед. – Я тебе шевелюру наращу. Отдашь яйцо?
– На! – наклонился к нему черт, подставляя рога. – Выковыривай!
Ангел подозвал Андрея. Вдвоем они долго о чем – то шептались и делали странные пассы руками над макушкой черта, затем вынесли свой вердикт:
– Рога надо спилить!
– Да ты совсем обурел, ангелок! – заорал черт. – Где ты видел черта без рогов? Опозорить меня решил?!
– Не ори! – веско прервал Лысого Андрюша. – Я тебе их спилю, а он – мой муж кивнул в сторону Орландо, – тебе их нарастит потом вместе с волосами, согласен? Но будет больно! – сразу же предупредил супруг.
– Валяйте, – вздохнул Лысый, подставляя опять макушку. – Только дверь запечатай, – попросил он ангела. – Чтоб народ надо мной не ржал.
Орландо лихим заклинанием запечатал двери. Грохот стоял просто неимоверный. На резонный вопрос "что это было?" он объяснил, что таким способом оттолкнул непрошенных гостей и желающих посмотреть в замочную скважину, каких в аду водилось немыслимое количество. Андрей начал пилить. Ножовкой. По рогам. Уже через несколько минут рога стали нагреваться от трения, черт начал подвывать. Мой муж предложил сделать перекур. Все согласились. Кроме Дашки, она так и торчала в углу комнаты связанная и с кляпом во рту.
Перекурили. Продолжили. Через пять минут ситуация повторилась в точности. Перекурили. На третий раз черт взвыл даже раньше привычных уже пяти минут. Взъерошенный Орландо, истекающий потом от немыслимой адской жары и ожидания, вырвал из рук Андрея ножовку и с остервенением принялся пилить рога самостоятельно. Лысый орал так, что крыша притона ходила ходуном, на что сердобольный ангел отвечал, что это "за грехи его тяжкие, за неверие в благодать…" и что, если Лысый не заткнется, то рога ему вовсе пообламывают, как придется. И еще, что настоящему ангелу не по должности шататься среди обитателей ада, да еще и помогать им накануне выпускных экзаменов в Небесной Ангельской школе. Лысый тихо всхлипывал в платочек, который любезно ему презентовала сердобольная я. Немного подумав, я дернула озверевшего ангела за рукав:
– Орландо, может, давай ему обезболивающее какое сделаем? Ну, или успокоительное? Он же живой все – таки. Жалко.
– Живой?! Жалко?! – заорал ангел и вдруг, резко успокоившись, сказал: – У тебя есть магнезия? Так кажется, называется это страшное зелье у людей? И еще пять кубов трамадола!
– Ты что в конец озверел? – начала заводиться я. – Я – врач, а не убийца! Да и где я тебе столько всего возьму?
– Коли, я сказал! – рявкнул ангелок и продемонстрировал мне взгляд, жаждущий крови. Я ошалела от таких ангельских способностей. Забыв, что я тоже кой – чего могу колдануть, я быстро закивала, соглашаясь. Мне тут же запихнули в руку два невесть откуда взявшихся полных шприца. Сглотнув и непрестанно косясь на слетевшего с катушек ангела, я подошла к Лысому, пробормотала " извините" и засадила оба шприца одновременно. Черт подскочил к потолку, глаза его полезли из орбит. Срикошетив от потолка, он спикировал прямо на кальян местом, для него не предназначенным ну никак! Взмыв повторно под потолок с дико вращающимися глазами, черт, как цирковая лошадь, принялся наворачивать круги по помещению. Андрей с остывшим ангелом изумленно наблюдали за действиями Лысого. Я, как настоящий врач, дававший клятву Гиппократа, рванула ловить обезумевшего рогатого. На седьмом круге у меня кончилось дыхание, дико кололо в правом боку, а черт, не сбавляя скорости, проносился мимо застывшей меня, заходя уже на десятый круг. Я отдышалась с горем пополам и решила повторить попытку. Совершить повторный забег мне не дали. Андрей с Орландо вцепились в меня с двух сторон мертвой хваткой. Под уверения ангела, что черт скоро уже и сам остановится, меня умудрились удержать на месте. За Дашку мы попросту в свете событий забыли.
Лысый наконец сделал последний круг и упал замертво.
– Умер! – дернулась я оказывать помощь.
– Нет! Без сознания! – констатировал Орландо, пощупав пульс и доставая неизменную ножовку. – Будем пилить!
Через полчаса усилий рога, наконец, были спилены. Черт предпочитал не приходить в себя до окончания всей процедуры. Орландо нащупал яйцо, которое укатилось при ликвидации оригинального крепления. Яйцо стало видимым. Я, не видевшая ни разу в своей жизни произведений Фаберже, кроме как по телеку, невольно залюбовалась изделием. Оно искрило и переливалось всеми цветами радуги, при этом ничего лишнего или наляпистого там не было! Оно притягивало к себе взгляд и манило "возьми меня!". Я тряхнула головой, сбрасывая с себя наваждение. Яйцо Орландо тут же спрятал куда – то в глубину своей белоснежной рубахи и приступил к ритуалу наращивания рогов и волос. Я приготовилась набираться нового опыта, таких заклинаний у меня в учебниках магии не было.
Ангел два раза хлопнул в ладоши и два раза махнул руками возле головы черта. На макушке Лысого мигом разрослись великолепные ветвистые рога, которым любой олень позавидует, и между ними пошла густая черная волосяная поросль в виде прически "ежик". Орландо окинул оценивающим взглядом свою работу, удовлетворенно крякнул и отошел от измученного черта. Андрей, покосившись, на дело рук ангельских, тут же уточнил у творца, точно ли тот уверен в правильности формы рогов. На что получил ответ, что все твари Божии только были бы рады иметь такие формы, и что, если черта что – то не устраивает, то пусть он сам ему скажет, и они договорятся о новой цене. Андрей, подумав и прикинув что – то в уме, согласился с доводами ангела.
Лысый пришел в себя и сразу потребовал зеркало. Я, жутко нервничая за черта, щелкнула пальцами, призвав заклинание материализации, протянула ему небольшое зеркальце в симпатичной золотой оправе. Лысый долго изучал свой новый облик, то с одной, то с другой стороны, чмокал губами, качал головой, что – то бормотал себе под нос. Наконец, он пожал руку ангелу со словами благодарности за избавление от ненавистного яйца и за то, что он станет родоначальником новой роговой моды. Все были счастливы, кроме Дарьи. Подруга уже почти перегрызла от злости тряпку, служившую ей кляпом, и перетерла веревки о песчаную стену. Содрав себе руки в кровь, она жаждала отомстить своим нерадивым друзьям, в особенности, своему телохранителю. Только как, она еще не придумала. Тем временем телохранитель вспомнил о своих прямых обязанностях и повернулся к черту:
– А девушку отпустить?
– Чем платить теперь будешь? – уточнил Лысый, любуясь на свое отражение в зеркале.
– Тебе еще что – то надо?! – рявкнул Орландо, багровея.
– Подожди, – махнул рукой черт, – ты свои обязанности знаешь и выполняешь. А почему ты считаешь, что я вправе от них отказаться? – Вопрос поставил в тупик ангела. – Держи! – тут же всучил Лысый задумавшемуся Орландо какой – то сверток. Прочитав документ, ангел так и остался стоять с открытым ртом в виде симпатичного истукана и сжимая в руке выданную бумагу.
– Эх! – вздохнул Андрей и взял инициативу в свои руки. Пробежав глазами писанину, муж отвел меня в сторону:
– Там написано, что мы должны отдать чью – то душу взамен за Дашу или за желание. Что делать? – он выжидательно уставился на меня. Я оглянулась на подругу. Психующий недавно ангел показался мне мелким пакостником по сравнению с яростью, бушующей в груди подруги, а главное, крупными буквами проступавшей у нее на лице. Ее зеленые глаза налились кровью и метали искры во все стороны. Из носа валил пар. Я тут же сообразила и, выхватив из рук Андрея контракт, рванула к Лысому:
– Мы согласны, где подписать? – невинно захлопала я глазками.
– Здесь! – мне ткнули грязным пальцем в место будущей подписи и сунули перо с чернилами. Я тут же слегка корявыми буквами вывела: "Согласны отдать Дашу вместо души кого бы то ни было!" и расписалась. Вручив подписанный контракт довольному черту, я вернулась к мужчинам.
– Ну, что он отдаст нам Дашу? – с надеждой в голосе уточнил Орландо. – Когда?
– Попозже, – уклончиво ответила я. – Даша сказала, что б мы за нее не волновались, она сама с ним разберется. А мы должны пока освободить Гидру, а потом вернемся за ней. Ну, чтоб встретить ее! – тут же исправилась я, выпихивая таращащихся на меня спутников. Пока черт не вник в условия подписания контракта, нужно было драпать. То, что Дашка меня потом убьет, я ни секунды не сомневалась. Зато сейчас я выиграла и время, и наши бессмертные души! А уж Даша покажет местным, как безобидных женщин похищать.
Мы неслись, очертя голову. Орландо показывал дорогу к выходу. На бегу он, все – таки, уточнил у меня, чем было вызвано желание Дашки остаться в таком нелицеприятном месте заложницей.
– Отомстить! – мрачно выдала я. Желание расспрашивать дальше у телохранителя явно пропало.
Вбежав в пещеру Гидры, мы устало попадали на каменный пол, даже не заботясь о чистоте или комфорте. Гидры там не оказалось. Отдышавшись, мы решили перекусить и подождать в пещере ее хозяйку.
– А пока будем ждать, сварим зелье, – предложила я. Мужчины тут же самоустранились от приготовления, по словам Орландо, "ядов замедленного действия". Они решили прогуляться к нашему дому, проведать Лушу и приволочь котелок – самовар, чтобы можно было нормально поесть.
Я занялась колдовством. Моля Бога о том, чтоб у меня все получилось, я принялась готовить необходимые ингредиенты. Магией развела костер и материализовала котелок. Всыпав в кипящую воду толченые копытца и сушеные глаза, я добавила гуталин, причем, вместе с тюбиками. Оставалось только злополучное яйцо. Как его можно было растолочь, я представить себе не могла. Сидевшую в глубоких раздумьях меня и застали мужчины, вернувшиеся с прогулки.
– Как жизнь? – улыбнулся Орландо. – Как зелье – не спрашиваю, запах и так по всему берегу идет!
– А зря, что не спрашиваешь! – ощетинилась я. – Я не знаю, как растолочь это яйцо! – надувшись, я уперлась взглядом в кипящее варево.
– Сейчас решим! – взял инициативу в свои умелые руки мой муж. Я с надеждой посмотрела на вертящего в руках злополучный предмет Андрея. Минуты три он это делал молча и методично. Далее Андрей уселся на стул и, подперев ладонью подбородок, уставился на предмет раздумий, затем вообще вместе с яйцом удалился за пределы пещеры.
– Подождем, – развел руками Орландо и стал нашептывать что – то котелку – самовару.
Лысый, увидев, что незваные гости, как ненормальные, рванули к выходу, облегченно потер руки. Развернув наспех впихнутый ему контракт, черт уставился в него, с удивлением читая условия подписания контракта второй стороной.
Дашка к тому времени уже выплевывала остатки своего кляпа и, не без обалдения, смотрела вслед быстро удаляющимся друзьям. Решив для себя, что с ними она поговорит попозже, девушка быстро переключила всю свою ярость на сидевшего перед ней черта.
– А ну, развяжи, сволочь рогатая! – прорычала Дарья.
Лысый, еще до конца не понявший, зачем ему девушка вместо души, и почему гости так быстро отказались от нее, задумчиво подошел к своей собственности и, не глядя на нее, разорвал веревки. Не успел он и шагу ступить, как руки Дашки сомкнулись вокруг его горла и с нечеловеческой силой принялись душить видавшего виды черта. Задыхаясь, он прошептал "помогите!". На разъяренную девушку это не подействовало. Она продолжала свою экзекуцию, сопровождая ее такими ругательствами, какие Лысому даже в страшном сне не могли присниться! Пытаясь вырваться и мысленно проклиная ту минуту, когда он подсунул контракт ненормальным, черт оступился и полетел на пол, задев при этом маленькую красную кнопку сигнализации. В комнату тут же влетела целая орава чертей в красных беретах:
– Отряд быстрого реагирования прибыл по вашему приказу! – отрапортовал командир. У него вместо берета была красная пилотка со значком в виде черта с вилами наперевес. – Что прикажете? – осведомился он, наблюдая странную сцену.
– Помогите! – прохрипел с трудом Лысый, когда его тушку в очередной раз оторвали от пола и с силой вдавили обратно. – Уберите ее!
Отряд сорвался с места. С десяток накачанных бугаев с рогами окружили девушку и принялись оттаскивать от местного авторитета. Дашка тут же бросила надоевшего ей Лысого и переключилась на отряд. Врезав парочке чертей с разворота ногой по зубам и рогам, она вспомнила, что еще умеет колдовать. И началось!
