Текст книги "Здрасьте, я ваш папа (СИ)"
Автор книги: Лина Филимонова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 13 страниц)
Моя утренняя нимфа!
– Доброе утро.
Я протягиваю ей цветы.
– Что ты здесь делаешь?
– Уже завтра. Я пришел.
– Но не прямо с утра же!
– Пойдем завтракать. Я заказал столик на террасе в “Атмосфере”.
– Это свидание?
– Естественно!
Она оценивающе окидывает меня взглядом.
Я перестаю дышать.
А вдруг опять пошлет? На цветы она снова посмотрела как-то недовольно-капризно...
– Ну ладно, только розы поставлю. Спасибо, кстати.
Уф.
Все же букет ей понравился.
Юля входит в номер. Я за ней. Спрашиваю:
– Какие планы на сегодня?
– Лежать на пляже. В наушниках и с закрытыми глазами. Иногда залезать в воду. Потом снова лежать...
– Отличный план.
Я буду рядом. Вот только глаза мои будут открыты.
Буду любоваться подробностями фигуры. Натирать аппетитную попку кремом для загара. И следить, чтобы местные орлы не утащили мою лягушечку.
Юля растерянно оглядывается в поисках подходящей тары для огромного букета. Идет в ванную.
Я за ней. Как приклеенный.
Она опускает розы в ванну и включает воду.
– Может, сходить к администратору, попросить какую-нибудь вазу?
– Сходи.
Я не двигаюсь с места.
Просто не могу уйти! Я всю ночь тосковал по этим синим глазам. И по этим выпуклостям под майкой…
Кажется, я поджег ее своим горячим взглядом. Ее щечки вспыхивают, глазки призывно сверкают.
Я делаю шаг, кладу руки на тонкую талию… кайф! Как будто держу хрупкую статуэтку.
Я наклоняюсь и тянусь к ее губам…
А она впивается своими острыми коготками в мою грудь и отталкивает.
– Я до завтрака не целуюсь.
Блин.
– То есть после завтрака я могу надеяться…
– Не раньше, чем после ужина! – выдает она. – Если будет настроение.
А я уже раскатал губу!
Юля выходит из ванной, протискиваясь мимо меня. И случайно касается меня нежной упругой грудью.
Блин!
Я и так на взводе, а это вообще.
Вдох-выдох.
Северный ледовитый океан…
И тут я ловлю ее лукавый взгляд. Она прекрасно понимает, что со мной происходит.
Да она специально надо мной издевается!
И будет за это наказана...
18
Юлианна
Мы поднимаемся по лестнице на террасу ресторана “Атмосфера”. Андрей идет чуть позади меня.
И я вдруг ощущаю нежное, еле заметное прикосновение к бедрам пониже шорт. Я оборачиваюсь. Андрей смотрит вопросительно.
Мол, в чем дело?
И я начинаю сомневаться. Может, мне показалось? Может, не было никаких фривольных ласк?
Наверное, это просто ветер.
Примерно то же самое было в номере. И в лифте отеля. И в такси. Меня как будто постоянно касается нежный возбуждающий ветерок…
Я, как порох, вспыхиваю от присутствия Андрея!
Хотя он ничего такого не делает.
Просто подставляет мне свою сильную руку – и я завороженно смотрю, как играют его мускулы.
Просто усаживает меня в такси – и я чувствую себя королевой.
Просто спрашивает, как я отношусь к запеченным сосискам на завтрак. И в этой обыденной фразе мне почему-то чудится сексуальный подтекст...
Это просто наваждение какое-то!
Мне уже хочется наброситься на Андрея, сорвать рубашку, прижаться к его мощному торсу и почувствовать на своем теле его жадные руки…
Как вчера в раздевалке.
Только с продолжением...
– Шампанского? – предлагает Андрей.
– За завтраком?
– Ну а чем мы не дегенераты?
Я смеюсь.
С ним так легко! Если бы еще не нужно было строить из себя хорошую девочку...
Да, у нас все будет недолго.
Короткий курортный роман – и мы расстанемся навсегда.
Казалось бы, можно творить что угодно… Но мне все равно хочется, чтобы Андрей думал обо мне хорошо!
Сама не знаю, почему.
У меня всего пять дней. И жалко терять каждый из них.
Блин, вообще-то уже четыре.
Я впустую трачу время!
Кстати...
– Ты здесь надолго? – спрашиваю я Андрея, пока мы ждем наш завтрак, сидя на потрясающей террасе с видом на море.
– Я тут вообще случайно оказался. Мы с друзьями шли на яхте вдоль Черноморского побережья. И причалили переждать шторм. Сегодня наша команда отправляется в Крым.
Что? Сегодня?
Он уедет уже сегодня?
Я утыкаюсь в меню, чтобы скрыть жестокое разочарование.
И почему я вчера прогнала его?
Сама себя лишила удовольствия…
Дура!
Осталась без курортного романа.
Да, тут полно парней. Есть среди них и красавчики.
Но я не хочу никого, кроме Андрея! И пусть бы наш бурный роман длился всего пару дней. И одну ночь.
Я знаю, мне потом было бы, что вспомнить...
Нам приносят яичницу, фирменные сосиски, апельсиновый фреш. И, конечно, ароматный кофе.
Я могла бы наслаждаться завтраком в чудесном месте с потрясающим мужчиной. Но у меня напрочь пропал аппетит.
Сижу, ковыряюсь вилкой в тарелке.
Пытаюсь улыбаться.
И тут рука Андрея касается моей ладони.
Это снова похоже на ласковый возбуждающий ветер. Меня начинает бить дрожь, которую уже невозможно скрыть.
– До моей гостиницы отсюда две минуты, – говорит он.
– Пошли!
Я вскакиваю.
Он берет меня за руку. Расплачивается.
И мы несемся к выходу. Как будто за нами гонятся все черти из преисподней.
Я не успеваю заметить, хороша ли его гостиница. Я не помню, какой это этаж – в лифте мы целовались.
Я не поняла, как мы оказались в номере.
Но зато я знаю, что здесь натяжной потолок персикового оттенка…
Андрей уже расстегивает мои шорты. Майка валяется на полу. Шлепки я, кажется, потеряла где-то по дороге.
Боже...
Кажется, я никогда в жизни не чувствовала такого адского возбуждения!
– Во сколько ты сегодня уезжаешь? – шепчу я.
Просто хочу знать, сколько у меня времени.
– Я сегодня не уезжаю, – слышу в ответ.
– Что?! Но ты сказал…
– Я сказал, что моя команда уходит в Крым.
– А ты...
– А я остаюсь.
19
Андрей
Юля возмущено подлетает на кровати. Фырчит, как разъяренная кошка.
– Ты меня обманул!
– Я? Даже в мыслях не было.
Ну ладно, было. Чуть-чуть.
Сначала – еле заметные прикосновения к чувствительным местам, разговоры на грани… Я просто хотел ее разогреть!
А, когда она завела речь о моем отъезде, я не удержался. Усилил напряжение.
Но я не обманывал! Я просто не договорил.
– Значит, ты остаешься?
– Да.
– Почему?
– Потому что встретил тебя.
Она натягивает почти снятые шорты обратно. Тянется за футболкой, лежащей на полу. Надевает и ее.
Вот обломщица!
И я идиот.
Надо было промолчать!
Но я так не хочу. Не хочу врать. Пусть все будет по-честному.
– Ты же сама об этом мечтаешь, – я киваю в сторону кровати, с которой она соскочила.
– Да.
Надо же, призналась!
– Так в чем дело?
– А ты? Мечтаешь обо мне?
Блин, она еще спрашивает!
– Да я… Да у меня... Просто посмотри сюда! Мой друг очень красноречив.
Юлька таращится в указанном направлении.
Реально, сейчас шорты треснут.
– Ну, тогда вы с другом подумайте, как очаровать девушку, не прибегая к дешевым трюкам. У вас времени до вечера.
И она, походкой королевы разъяренных кошек, выходит из номера.
Конечно, я не собираюсь ждать так долго!
Мы с другом подумали и решили, что до вечера не доживем.
Но, блин…
Я реально не умею ухаживать за девушками. Знаю за собой этот косяк. Сердцеед и обольститель из меня так себе…
Нет, я всю жизнь как-то умудрялся состыковываться с противоположным полом. Но делать это красиво и правильно я не умею.
Будем выкручиваться!
Цветы и конфеты я уже дарил. Что еще любят девчонки?
О! Мягкие игрушки. Точно. Помню, подарил одной медведя. Она аж визжала от восторга.
Юлька, конечно, визжать не будет.
И дарить ей надо не медведя, а что-то более оригинальное…
Побродив по местному торговому центру, я нашел то, что нужно.
Черный плюшевый дракон устрашающего вида. С зубчатым хвостом и раскидистыми крыльями. Со змеевидной шеей и маленькой, но симпатичной башкой.
Считайте меня извращенцем, но, по-моему эта башка очень напоминает некий предмет из магазина для взрослых… И это продается в детском мире!
Юльке должно понравится.
Уверен, она посмеется.
Во всяком случае, это оригинально…
* * *
Я иду на пляж возле ее отеля.
Как какой-то извращенец, под насмешливым взглядом спасателя, брожу среди шезлонгов и разглядываю девушек.
Так. А вот эти ножки мне знакомы. И эта попка…
Точно, Юлька!
Лежит на животе, накрыв голову шляпой, и болтает по телефону.
Я стою, пускаю слюни.
И невольно слушаю ее разговор.
– Лиза, прекрати! Это уже не смешно.
А сама смеется.
– Да нет, он классный. Но… Ага. Сначала белые розы. Потом красные. Сто штук или около того.
О. Похоже речь обо мне. И похоже, она хвастается подруге, как я красиво за ней ухаживаю.
Я молодец! Умею, когда надо.
А Юля, между тем, продолжает:
– Ага, цветы, конфеты, все это стандартное романтическое дерьмо. Терпеть этого не могу, ты же знаешь.
Что?!
– Если он еще какого-нибудь плюшевого медведя притащит, или зайца, я точно застрелюсь.
Юлька снова хохочет. Издевательски.
А я смотрю на плюшевого дракона в своих руках.
Про дракона речи вроде не было…
Но я понимаю, что надо валить, пока не засекли. Избавиться от зверя и найти что-нибудь другое.
Более подходящее для капризной королевы…
Но сбежать я не успеваю.
Только поворачиваюсь – и слышу Юлькин голос за спиной.
– Андрей!
Блин.
Опять облажался!
Опять мне ничего не светит...
20
Андрей
Я резко швыряю дракона в сторону. Целюсь под соседний шезлонг. Пытаюсь сделать это незаметно, но Юлька замечает мои маневры.
– Что там такое?
– Где?
Я смотрю в небо.
А она встает и достает дракона.
Блин.
– Это мне?
– Э… Ну…
И как только мне пришла в голову этот дурацкая идея с драконом? Явно не той головой думал!
Ведь можно было устроить что-нибудь романтическое. Типа полета на парашюте над морем или пикника в горах.
И почему я только сейчас догадался?
И теперь умираю от неловкости.
– Ты слышал мой разговор? – доходит до Юльки.
– Ага.
Она опускает взгляд. Смотрит на дракона в своих руках. Ее глаза расширяются от удивления.
– Мне кажется, или у него голова как…
– Я думал, это будет смешно. Извини.
Юлька смотрит на меня.
На дракона.
Снова на меня.
И вдруг начинает заразительно хохотать.
– Я назову его Андрюшей! И буду брать с собой в постель одинокими зимними вечерами.
Одинокими? Неужели у этой королевы бывают одинокие вечера? Я готов это исправить!
– А меня? – выпаливаю я.
– Что – тебя?
Так. А вот торопиться точно не стоит.
С подарком я облажался, да еще и приперся гораздо раньше вечера. То и гляди пошлют...
– Ничего. Я просто…
– Что?
– Хочу кое в чем откровенно признаться.
– Ну давай.
Юлька смотрит с интересом.
– Я не умею ухаживать за девушками.
– И как же ты дожил до этих лет? На самообслуживании?
Издевается, зараза мелкая.
– Ну нет…
– А. Понятно. Девушки обычно сами на тебя вешаются. Ты же у нас красавчик. К тому же атлет.
– Ну, допустим.
Это близко к правде, кстати.
– А чего пришел-то? Еще не вечер.
Юлька ложится обратно на шезлонг. В обнимку с драконом.
Блин, повезло тебе, чувак...
И тут она переворачивается на живот. И произносит:
– Намажешь меня кремом?
Омайгад!
Тысячу раз да!!!
Я готов круглосуточно натирать мою нежную прелесть!
* * *
Мы провели на пляже пару часов.
Я всю дорогу выдавал креативные предложения – покататься на квадроциклах, арендовать яхту, подняться в горы. Но Юля лениво отмахивалась:
– Потом. Завтра.
И блаженно потягивалась на своем шезлонге, заставляя оба моих сердца заходиться в восторженном экстазе.
Я регулярно и старательно натирал мою королевишну кремом – солнце жарит, как бешеное, а о такой нежной шкурке надо заботиться! После каждого купания повторять процедуру.
И при этом стараться не капать на девушку слюнями.
А Юлька обнималась и сюскалась с Андрюшей. Моим плюшевым тезкой.
Так нежно держала его за шею, что мой атомный ледокол чуть не взорвался к чертям!
* * *
Мы входим в Юлькин номер. Она хочет переодеться перед обедом. А я, естественно, навязался ее проводить и отнести пляжную сумку.
– Я в душ, – говорит она.
И идет в ванную
Я за ней. Притяжение – как у промышленного магнита. Можно автомобили поднимать.
– Эй! – возмущенно оборачивается Юлька.
Когда видит, что я заперся в ванную вместе с ней.
Она бросает мокрый купальник в раковину.
А я без предупреждения набрасываюсь на нее. Потому что… ну невозможно уже!
Я прижимаю ее к себе, она горячая и трепещущая.
– Мне надо помыться… Я вся в песке.
– Я слижу с тебя весь песок.
Она смеется.
Я рычу от страсти.
Она не вырывается... Наоборот, смотрит на меня призывно.
И начинается безумие.
Мы яростно целуемся в ванной. Перемещаемся в комнату. Еще более яростно обнимаемся на кровати. Я умудряюсь стянуть с нее джинсовые шорты, не отрываясь от поцелуя..
– Презервативы взял? – шепчет Юлька.
– Взял.
– Какие?
– Все!
– А не слишком ли ты самонадеян? – снова хихикает она.
И срывает с меня рубашку.
– Небезосновательно, – шепчу я.
– Сейчас же еще не вечер, – вспоминает она.
– Ага. И я не заслужил, я знаю...
– Такими вещами занимаются ночью, – вторит мне Юлька.
– Кто сказал?
– Все говорят.
– Они просто не видели тебя в солнечном свете…
Я отрываюсь от нее. Зависаю сверху. Любуюсь… Она само совершенство!
Мне уже удалось покрыть поцелуями всю ее кожу. Я слизывал с нее песок. Я даже укусил ее за сладкую попку!
Но злостный лифчик под майкой мне никак не дается.
Я забрался в него сверху. Зашел сбоку. Под стоны Юльки добрался до вкусняшек. Но расстегнуть так и не смог!
– Какой ты… – шепчет она.
– Тормоз?
– Неопытный.
– Да там такая хитрая застежка… Ладно. Пусть неопытный. Научишь?
Я надеюсь, она сама его расстегнет. Или я разгрызу эту застежку к чертям!
Она садится.
Отталкивает меня. Заводит руки за спину. Блин, какая же она гибкая и грациозная! Вчера извивалась змеей, снимая платье. А сегодня…
Юлька что-то там проделывает под своей свободной майкой и, жестом фокусника, вытаскивает лифчик из рукава.
Бросает в меня.
– Офигеть! – выдыхаю я.
– Смотри и учись!
– А я могу снять трусы, не снимая штанов.
– Серьезно?
Ее глаза округляются от удивления. Наивная, как ребенок! Обожаю ее.
Конечно, я так не могу. Это в принципе невозможно. Это противоречит законам физики!
Я просто выпрыгиваю из штанов вместе с трусами и почти ныряю к ней в постель. Но она останавливает меня жестом.
– Подожди-ка…
Юлька удивленно таращится в область ледокола, на всех парах стремящегося к ней. Смотрит внимательно и пристально.
Как будто вглядывается в лицо старого знакомого.
– Что такое? – спрашиваю я.
Он ее чем-то не устраивает? Размер не тот? Вроде, никто не жаловался. Больше среднестатистического, кстати говоря.
– Ты… – начинает Юлька, как будто что-то припоминая.
А я со страхом жду продолжения...
21
Юлианна
Боже.
Это даже страшно… Как будто на меня, на полном ходу, со свистом и грохотом, несется поезд. Огромный такой локомотив.
Локомотивище...
А я такая маленькая!
Но убегать поздно. Да и не хочу я убегать.
– Что? – спрашивает Андрей.
И снова надвигается на меня.
– Ты поаккуратнее... пожалуйста, – шепчу я.
– Не бойся, моя лягушечка. Иван-царевич не обидит.
Мне становится смешно. Вечно он что-нибудь как скажет! Хоть стой, хоть падай.
И сразу так легко… И не страшно.
Как будто мы сто лет знакомы. Как будто со мной это уже было…
Откуда у меня сейчас это стойкое чувство?
Если и было, то разве что во сне.
Где-то через год после рождения Даши мне вдруг начали сниться безумные эротические сны. Чуть ли не каждую ночь, даже страшно было спать ложиться. Потому что просыпаешься после такого сна… И выть хочется.
Снова одна, в холодной постели. И никакие безумства не светят.
Если не считать тех, что регулярно устраивала мне дочка.
Я знала, что это бородатый дикарь разбудил во мне эту жажду. Раньше я была равнодушна к сексу. А после него…
У меня было всего два мужчины. И оба меня разочаровали. Второй меньше, но все равно.
С тем бородатым дикарем из снов оба даже рядом не стояли.
К черту дикаря!
Для меня сегодня устраивает фейерверки мужчина покруче. Боже… он такой нежный… И не торопится.
Хотя я вижу и чувствую, что сдерживается из последних сил.
Его ласки то становятся невыносимо откровенными, то возвращаются на ступень назад... и я начинаю стонать и извиваться. Потому что мне уже не страшно!
Я уже сама хочу попасть под этот поезд.
– Да… – шепчу я. – Пожалуйста…
– Что? – спрашивает он, поднимая голову. – Еще осторожнее?
И ухмыляется. Он знает, чего я хочу.
– Нет!
Его касания, как крылья бабочки. Легкие, дразнящие, сводящие с ума… Это бесподобно. Невероятно.
Я задыхаюсь от подступающего экстаза.
И хочу большего…
И он дает мне это. Выполняет все мои желания. Даже те, о которых я забыла, или не знала…
Мое тело поет как скрипка в его умелых руках.
Это возвышенно и романтично.
И в то же время безумно до помешательства.
Временами дико неприлично.
А временами смешно – потому что он продолжает называть меня лягушечкой.
– Ты меня вертишь, как лягушку на сковородке, – бурчу я, когда Андрей в очередной раз меняет позу.
– Не просто верчу, а жарю. – отзывается он.
Меня разбирает смех.
– Приготовление жареных лягушек – процесс тонкий и кропотливый, – продолжает философствовать он, не прерывая процесса.
Мой смех становится истерическим.
– Говорят, что в лягушке самое вкусное – лапки. Я в корне не согласен с этим утверждением. Лично я обожаю лягушачьи попки…
Он шлепает меня по обозначенной части тела.
Я начинаю хрюкать от смеха. И дрожать от приближающегося землетрясения.
– А еще, должен заметить, что лягушачьи грудки отличаются нежным вкусом и изысканной…
Его пальцы следуют за словами. Я то ли смеюсь, то ли плачу.
Он реально жарит меня так, что просто искры из глаз… И при этом еще и смешит!
Просто какой-то эротический стендап.
Никогда не слышала, чтобы люди хохотали на пике экстаза. Но теперь я знаю, что такое безумие возможно…
Это в сто раз круче моих снов!
Думаю, после этого бородатый дикарь больше никогда не посмеет лезть в мои сновидения.
Теперь у меня новый кумир.
А я уж думала, что никогда больше не улечу несколько раз за ночь. Вернее, за день. Или уже…
Сколько вообще времени прошло?
Неважно.
Я помню, что времени у меня мало. Всего четыре дня.
И на все это время я забираю Андрея в сексуальное рабство!
22
Андрей
Юля лежит на животе.
Ее глаза закрыты. Губы блаженно улыбаются.
Самая вкусная филейная часть лягушки аппетитно оттопырена. И на ней по-хозяйски расположилась моя лапа.
Я утыкаюсь лицом в ее темные шелковистые волосы и делаю глубокий вдох. Они пахнут просто сказочно! Как цветы на солнечном лугу посреди дремучего леса.
– Это было… невероятно, – шепчет моя лягушечка, повернувшись лицом.
Ее глаза по-прежнему закрыты.
Я не могу удержаться и касаюсь языком уголка ее губ.
Она вздрагивает. По ее телу проходит волна дрожи – последствие только что пережитых экстазов.
– Ты просто космос, – выдыхает она.
Меня распирает от гордости.
Да, я такой! Космический. Сегодня я превзошел сам себя. И готов принимать заслуженные аплодисменты.
– Это потому что ты самая прекрасная царевна-лягушка во всей вселенной.
Юлька улыбается.
– Никогда раньше… – начинает она.
И открывает глаза.
Она растерянно моргает. Как будто только что пришла в себя.
Смущенно улыбается и отводит взгляд. Ей как будто неловко за излишнюю откровенность.
И она поворачивается ко мне спиной. Что ж, я не против. Я всеми палубами ледокола “за”!
Вот только Юлька какая-то подозрительно притихшая. А ощущение неловкости как будто нарастает.
Такое бывает, когда переспишь с малознакомым человеком. Например, снимешь девчонку в клубе, притащищь ее домой, у вас страсть и все дела… А утром не хочется смотреть ей в глаза.
Но у нас-то все не так!
Мы с Лягушкой знакомы уже… второй день.
А по ощущениям – целую вечность. Причем это ощущение возникло у меня через час после знакомства.
– Значит, я лучше всех? – пытаюсь я вернуть предыдущее настроение Юльки.
Она же не договорила свой последний комплимент!
– Ну, вроде того, – бурчит она, уткнувшись куда-то в подушку. И добавляет: – Почти.
– Почти?!
– Если не считать одного… дровосека.
– Кого?!
– Или лесника. А, может, просто дикаря из джунглей.
Да она прикалывается!
Я лучше всех.
Она сама только что это шептала.
– Да я шучу! – смеется Юлька. – Просто боюсь, что зазнаешься...
Уф. Она шутит.
Лично я могу сказать, что нечто подобное у меня было только однажды. С синеволосой синеглазой Мальвиной. Совершенно безбашенной девчонкой.
От тоски по которой я давно излечился.
Не знаю, с чего я ее вообще сейчас вспоминаю… Это дурной тон, кстати! Вспоминать бывших в такой момент.
Да и не была она моей девушкой. Поэтому бывшей ее трудно назвать.
Просто безумная ультрамариновая комета, внезапно влетевшая в мою жизнь и так же внезапно из нее исчезнувшая.
У Юли, кстати, тоже синие глаза… И очень красивые волосы цвета темного шоколада. Длинные, как я люблю.
Она такая хрупкая, кажется, ее талию я мог бы обхватить одной рукой. Ее тонкие щиколотки – произведение искусства. А изящные запястья и нежные пальчики созданы для поцелуев.
Кстати, у нее есть и другие места, притягивающие мои губы…
– Я есть хочу, – внезапно выпаливает эта неземная принцесса.
– Точно. Мы же собирались на обед.
– А теперь пойдем на ужин.
– Давай не пойдем, – предлагаю я.
– В смысле? – подскакивает на постели Юлька. – У меня ноги трясутся от голода!
При этом она зачем-то натягивает на себя простыню.
– Мы закажем ужин в номер.
– Точно… – выдыхает моя королевишна.
И снова падает на подушки.
– Не надо никуда ходить, – шепчу я ей на ухо. – И одеваться тоже не надо.
Я стягиваю с нее простыню. Она не дает. Мы сражаемся за этот кусок ткани. Я побеждаю.
– Пусти, – шипит Юлька.
– Ни за что. Я хочу на тебя смотреть.
Она вскакивает и вероломно убегает в ванную. Предоставив мне возможность пару секунд полюбоваться восхитительными лягушачьими грудками и попкой.
Из ванной она выходит уже в халате.
Вот хитрая лягушенция!
А когда я выхожу из ванной, то замечаю, что Юлька с кем-то переписывается в телефоне. Причем делает это так, чтобы я не видел экрана.
Во мне, ни с того ни с сего, просыпается ревность.
Я же ничего о ней не знаю!
Вдруг у нее кто-то есть?
Была у меня одна Мальвина, которая перед исчезновением болтала о муже…
Мне хочется прямо сейчас устроить Юльке допрос с пристрастием. Но я понимаю, что с этой царственной лягушечкой нужно действовать тонко и деликатно.
– Жарко, – выдыхает она, отбрасывая телефон.
– Раздевайся!
Я тяну за пояс ее халата.
– Надо сплит убавить. А вообще, сегодня такая жара, что хочется нырнуть головой в сугроб. Ты любишь снег?
– Я… сложный вопрос.
– Что в нем сложного?
– Однажды я провел полгода в полярной экспедиции.
– Серьезно? – глаза Юльки округляются от удивления. – Ты полярник?
– Нет, я физик по образованию. Занимаюсь измерительными приборами. А та экспедиция… ну, мне просто нужно было доказать самому себе, что я не сморчок.
– Доказал?
– Ну, вроде как да.
– Сморчок, – хихикает Юлька.
Странно, что я ей это рассказываю. Вообще не люблю об этом говорить. Но с Юлькой легко быть откровенным. Мне почему-то кажется, что она поймет. Хотя все мои знакомые до сих пор считают, что я тогда рехнулся.
– А я однажды неслась по лесу на “Буране”, – начинает вдохновенно рассказывать Юлька, размахивая руками.
На “Буране”? Девчонка не только знает о существовании этого снегохода, да еще и носится на нем… Обалдеть.
– И что? – спрашиваю я.
– Зазевалась, не заметила кочку. Подлетела на два метра… Буран в одну сторону, я – в другую. Воткнулась головой в сугроб, торчу из него, ногами болтаю, а ничего сделать не могу.
– Жесть!
Но удержаться от смеха невозможно.
– Да ваще! Я тогда так снега наглоталась, что тоже долго его не любила.
Юлька хохочет, запрокидывая голову. Бьет меня по руке. Брыкается, когда я ее щекочу. И показывает язык, когда ей удается от меня увернуться.
А потом вдруг, как будто внезапно о чем-то вспомнив, резко замолкает. И просто улыбается своей неповторимой солнечной улыбкой.
Мы в два счета расправляемся с принесенным ужином.
При этом мне кажется, что с Юлей что-то не так. Она ведет себя как-то напряженно и неестественно.
Еще десять минут назад она хохотала, брыкалась и показывала язык. А теперь опять строит из себя фифу.
Сидит с прямой спиной, чинно пилит ножичком бифштекс…
Что началось-то?
Но это были еще цветочки. Ягодки начались позже.
Я уже не раз замечал, что Юлька косится на свой телефон. Читает сообщения, улыбается, отвечает – и прячет его.
А тут она мне вдруг заявляет:
– Ты, случайно, не собираешься к себе?
– Куда это – к себе?
– В свою гостиницу. Ты, вообще-то, не здесь живешь.
А мне уже кажется, что здесь...
– Ты меня прогоняешь? – поражаюсь я.
– Мне нужно побыть одной.
– Зачем?
– Ну, блин… просто надо!
Я и моргнуть не успеваю, как Юлька заставляет меня одеться и выпихивает за дверь.
– Эй, ты чего? – растерянно лопочу я.
– Увидимся вечером, – произносит она.
И захлопывает дверь перед моим носом.
– Вообще-то, уже вечер!
А я снова разговариваю с цифрами на двери.
Как осел.
23
Юлианна
Я совсем потеряла голову.
И тормоза.
И приличия.
И понятие о том, как должна себя вести нормальная девушка.
То ржу как лошадь. То, размахивая руками и строя рожи, рассказываю, как торчала вверх ногами из сугроба. То вообще хрюкаю от смеха… Да еще и в такой трепетный момент.
Вообще не принцесса!
Того и гляди, напугаю Андрея своими пацанскими манерами.
А тут еще папа с Дашей мне пишут… Не буду же я при Андрее с ними разговаривать. Не думаю, что моему временному любовнику нужно знать, что у меня есть дочь.
Да и им не нужно его видеть.
Выставив Андрея за дверь, я перезваниваю папе. По видеозвонку в мессенджере.
Передо мной появляется его лицо. Волосы вроде как мокрые.
– Привет! Что там у вас происходит?
– У нас все отлично. Поливаем огурцы. И кота. И немножко меня…
Я вижу на экране грядки, убегающего Мурзика и довольную Дашу с распылителем шланга в руках.
– Мама! – слышу я звонкий голос дочки.
Сердце внезапно сжимается от острой тоски. И от чувства вины. Я так по ней соскучилась! И я несколько часов про нее не вспоминала.
Совсем потеряла голову…
– Привет, моя радость.
Папа забирает из ее рук шланг и забрасывает в кусты.
– Мы с папой ходили в гости к Любаше, – с ходу отчитывается она.
– Не к Любаше, а к Любови Михайловне, – поправляет ее папа.
– Понятно.
– Она кормила нас борщом. Невкусным. И блинчиками. Очень вкусными, с шоколадной пастой.
– Отличный был борщ! – возмущается папа.
– А вечером мы пойдем на речку, – хвастается Даша. – Деда будет рыбачить.
– А ты ему мешать.
– Ну вот еще не хватало!
Даша надувает губы и поводит плечиком. И делает это так женственно и капризно – настоящая принцесса! И откуда только у нее это берется? Уж точно не от меня!
Мне не мешало бы у нее поучиться...
– Мы с Любашей будем собирать ромашки, плести венки и фотографироваться, – объясняет она.
– Ах, с Любашей…
– Просто на речку сходим, – бурчит папа.
Он отводит глаза и нервно тянет воротник футболки.
Любаша, значит…
Его новая соседка. Я еще в прошлый приезд заметила: с отцом что-то не то. Джинсы новые купил – модные, стильные. И пару рубашек – ярких, просто вырви глаз. Хотя обычно его не уговоришь приодеться. Носит вещи, пока они не истлеют, и я их не отберу и не выброшу.
К тому же он установил в гараже какой-то навороченный тренажер. Говорит, буду качаться. Хотя в последние годы только бегал по утрам.
Теперь мне понятно, что у этих перемен есть причина. И зовут ее Любаша…
Папа два года назад переехал за город, оставив нам с Дашей квартиру. Он давно мечтал жить на земле, растить огурцы и ходить вечерами на рыбалку.
Работа у него удаленная, он, как и я, программист. Один из динозавров профессии в нашей стране.
Он ушел из офиса, еще когда я была маленькой – чтобы все время быть рядом. Обе бабушки готовы были взять основной удар по моему воспитанию на себя, но папа сказал: я сам буду растить свою дочь.
Так что бабушки у меня были приходящими нянями. А главным человеком моего детства, да и всей моей жизни, всегда был отец.
Когда родилась Даша – он снова был рядом. Учил меня пеленать и кормить, вставал ночами, гулял и развлекал… Лучший папа и дед на свете! Я его так люблю, что словами не выразить.
И я буду очень счастлива, если у него, наконец, наладится личная жизнь. И все же, так забавно наблюдать, как он смущается, когда речь заходит о Любаше…
Никогда не видела папу таким!
* * *
Пока я разговаривала, Андрей успел настрочить мне десяток сообщений. И первые из них уже удалил… Что, возмутился моей бесцеремонностью, а потом решил взять слова обратно?
Блин, я же опять вела себя по-хамски. Не как принцесса.
Надо исправляться.
“Привет, – пишу я. – Давай встретимся в девять у фонтана”.
“Ты назначаешь мне свидание?”
“Угадал”.
“Можно без смокинга?”.
“Нужно!”
Еще смокингов мне не хватало. Не представляю, что должна надеть девушка, когда на парне смокинг. У меня с собой лишь одно более или менее вечернее платье. И Андрей его уже видел.
Я же собиралась на конференцию. У меня есть брючный костюм, строгая юбка и пара блузок. И шорты с майками.
В чем я пойду на свидание?
Перетряхнув весь свой скудный гардероб, я надеваю шорты, беру сумочку и выхожу из номера. Неподалеку от отеля я видела знакомый сетевой магазин одежды. Хоть бы там было что-нибудь красивое!
Я выхожу из лифта. Тороплюсь к выходу. И вдруг, в зеркалах, которыми увешан холл, вижу… Андрея!
Замедлив шаг, я продолжаю наблюдать за ним краем глаза. Он идет за мной. Но не догоняет.
Что за фигня?
Почему он не ушел к себе? Он за мной следит, что ли?
Я выхожу из гостиницы. Иду по улице. И чувствую обжигающе-горячий взгляд на своей пятой точке.
Мне становится тревожно. Андрей ведет себя ненормально. Может, он вообще ненормальный? Псих и маньяк. Я же ничего не знаю о нем…
И я не позволю никаким маньякам ходить за мной по пятам!
Возмущение внутри меня нарастает. У меня был план посмотреть, как Андрей поведет себя дальше. Но я не выдерживаю.
Резко сворачиваю за угол. Стою. Жду несколько секунд… И нос к носу сталкиваюсь с повернувшим вслед за мной Андреем.
Он резко останавливается. Чуть ли не отпрыгивает. И таращится на меня испуганно и виновато. Как застигнутый врасплох преступник.
– Что происходит? – грозно спрашиваю я.
– Ничего…
– Ты за мной следишь?
– Ну…
– Почему ты не ушел к себе? Зачем сидел в холле гостиницы? Почему ты ходишь за мной?!
– Я боюсь, что ты исчезнешь, – внезапно выдает он.
23
Юлианна
Я совсем потеряла голову.
И тормоза.
И приличия.
И понятие о том, как должна себя вести нормальная девушка.
То ржу как лошадь. То, размахивая руками и строя рожи, рассказываю, как торчала вверх ногами из сугроба. То вообще хрюкаю от смеха… Да еще и в такой трепетный момент.
Вообще не принцесса!
Того и гляди, напугаю Андрея своими пацанскими манерами.
А тут еще папа с Дашей мне пишут… Не буду же я при Андрее с ними разговаривать. Не думаю, что моему временному любовнику нужно знать, что у меня есть дочь.
Да и им не нужно его видеть.
Выставив Андрея за дверь, я перезваниваю папе. По видеозвонку в мессенджере.
Передо мной появляется его лицо. Волосы вроде как мокрые.
