Текст книги "Истинная для проклятых (СИ)"

Автор книги: Лим Сильвия

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 9 страниц)

20. Именно ты

Проснулась от того, что почувствовала пристальный взгляд. У всех, наверняка, бывало ощущение, что на него смотрят, а от этого внутри становится неспокойно.

Он был… Тяжёлый. Пристальный. Такой, от которого кожа на затылке сразу покрывается мурашками, а сердце отбивает бешеный ритм.

Медленно, с опаской открыла глаза и увидела перед собою… Блондина. Он сидел в кресле напротив кровати, в которую меня, по всей видимости, уложили и даже одеялом укрыли.

Он был в одежде. Нога закинута на ногу, пальцы слегка барабанят по подлокотнику, а глаза прищурены. Смотрел. Молча. Словно в душу проникнуть желает.

Сколько он тут? Давно? Возможно и вовсе не спал? Жуть какая…

В ту же секунду с балкона в комнату вошёл брюнет. Тоже одетый. В тёмных шелках, с влажными волосами и выглядел очень довольным. Он аккуратно прикрыл за собой стеклянную дверь и остановился, глядя на меня.

Сейчас что-то будет…

И, кстати, я жива. Жива! Не подохла под ними. Не сошла с ума. Не прикована в подвале цепями, истекая кровью. А…. Наоборот, чувствую себя отлично, так еще и в комфорте.

Что происходит?

Я медленно села на кровати, не сводя с них взгляда. Ожидала боли. Страшной, раздирающей боли между ног, ломоты во всём теле, синяков, которые должны были ныть при каждом движении и уже приготовилась к этому, сжав зубы, но… вместо боли пришла лёгкость.

Такая странная, нереальная лёгкость, будто тело за ночь полностью обновилось. Никакой тяжести. Никакой рези. Даже следы, которые должны были остаться, будто стёрли.

Глаза расширились сами собою от удивления. Замерла. Блондин сразу это заметил, а уголок его губ чуть дёрнулся, в подобии усмешки.

– Мы тебя подлечили. – ответил он лениво, рассматривая свои ногти.

Я перевела на него взгляд, а мой вышел хриплым после сна и всего, что было ночью:

– Зачем? – удивленно спросила я, совершенно их не понимая. Но потом дошло. Да так дошло, что тошно стало. – Ах, ну да… чтобы дальше пользоваться игрушкой?

Брюнет подошёл и сел рядом со мной на край кровати. Слишком близко. Его костяшки пальцев коснулись моего плеча и медленно скользнули вниз по руке, почти невесомо, но от этого прикосновения по коже всё равно пробежала волна. Странные ощущения.

– Ты хоть понимаешь, как долго мы тебя искали, птичка? – его голос был нежным, полным любви и трепета.

Меня? Только не говорите, что я ТА САМАЯ, о которой все твердят! Нет. Нет! Не надо мне такого «счастья»!

Медленно отодвинулась от него. Не надо меня трогать. Не надо прикасаться. Мне не нравится то, что я ощущаю сейчас!

– Я вам больше ничего не должна. Вы получили то, что хотели.

Внутри же всё ликовало. Я выжила. Значит, план ещё можно осуществить. У меня всё ещё есть шанс вернуться в свой мир.

Блондин тихо усмехнулся. Встал с кресла, обошёл кровать и сел с другой стороны. Теперь я оказалась между ними. Бежать было некуда. Он взял меня двумя пальцами за подбородок и повернул лицо к себе.

– Проклятие вот-вот спадёт. Благодаря тебе, Птичка. Именно ты освободила нас от него. – Его ладонь легла мне на щёку и нежно отгладила ее. От этой нежности внутри всё перевернулось. Это было неправильно. Они не должны были касаться меня именно так. – А ещё ты подаришь нам наследников, – продолжил он тихо, но на лице растянулась улыбка победителя.

– Нет… – произнесла я на выдохе, а глазами желала его испепелить.

Брюнет с другой стороны наклонился ближе. Его дыхание коснулось моего плеча и он оставил на нём легкий поцелуй.

– Много, много наследников, птичка. Я хочу большую семью. Нам с братом этого не хватало.

– Уж мы-то позаботимся о производстве, – добавил блондин с лёгкой усмешкой.

Я молчала. Только смотрела то на одного, то на другого. Сердце колотилось где-то в горле, а пальцы похолодели. То есть… они решили из меня сделать инкубатор? Из меня? Да ни за что!

Блондин чуть отстранился, но пальцы всё ещё держали мой подбородок.

– Ты наверняка очень голодна, да? Желаешь, чтобы тебе помогли привести себя в порядок… или хочешь побыть одна? – Его голос стал ниже, словно он пытался соблазнить меня. – Хотя… мы можем задержаться и помочь тебе сами…

– Одна! – быстро сказала я. – Я сама приведу себя в порядок.

Они переглянулись и почти синхронно кивнули в согласии, наклонились и каждый оставил по поцелую на моих висках и щеке. От этого мне стало по-настоящему не по себе. Эта нежность совершенно не вязалась с тем, что я видела в том зале. С тем, как они даже не смотрели на умирающих девушек. С тем, что они обещали сделать со мною ночью, но… не сделали… вернее, не так жестоко.

Они плавно поднялись с кровати, подошли к двери и уже на пороге брюнет бросил через плечо:

– Не задерживайся, птичка. Как выйдешь – тебя проводят к нам. Развлекайся. – подмигнул он мне.

Дверь закрылась, но щелчка от замка я не услышала. Еще какое-то время сидела на кровати, обхватив себя руками, и пыталась понять, что вообще происходит. Потом, все же медленно встала, осознав, что ноги держат и я не собираюсь падать после ночи, и пошла в сторону двери, за которой наверняка скрывается купальня.

Но за нею оказалась большая, очень просторная гардеробная, где аккуратно висели на вешалках и на манекенах наряды. Для меня.

Посередине на бархатном манекене было изящное, но очень сексуальное платье. Красивое. Тёмно-изумрудное, с тонкими серебряными нитями, которые едва заметно переливались. Я подошла и осторожно коснулась ткани, словно хотела проверить, настоящая ли она. А ткань оказалась невероятно тонкой, словно сотканной из самого лёгкого шёлка на свете. И, что меня приятно удивило, не было никакого корсета. Никаких жёстких вставок, которые так бесили меня всё это время в доме «отца».

Я сняла платье с манекена, взяла стоявшие рядом изящные босоножки на небольшом каблуке и прошла в следующую комнату.

Купальня.

Всё было просто и понятно. Большая каменная купель, тропический душ, полки с маслами и полотенцами. Я долго стояла под горячими струями, позволяя воде стекать по телу, смывая остатки ночи. После вытерлась, нашла на столике гребень и медленно расчесывала свои густые, длинные волосы. Гребень был зачарован. Спустя уже минуту, волосы были уложены идеально, а я решила оставить их распушенными.

Кстати, нижнего белья в гардеробной не оказалось.

Я надела платье прямо на голое тело. Ткань приятно заскользила по коже, облегая грудь и талию и свободно спадая ниже, словно ничего и не скрыла. Босоножки сели идеально, как по мне. Я ещё раз взглянула на себя в высокое зеркало и… не узнала эту девушку. Выглядела дорого, красиво, но в глазах горел не огонь мести, а нечто другое.

За дверью меня уже ждали двое стражников. Они молча, низко поклонились и жестом указали следовать за ними.

Мы шли длинными коридорами, спускались по широкой лестнице, несколько раз сворачивали. Я ждала, что меня проведут на кухню или в столовую, накормят вкусно, потому, что силы понадобятся, но вместо этого меня остановили перед огромными деревянными дверьми, украшенными тёмными камнями и серебряной вязью.

Двери распахнулись сами. Я шагнула через порог и замерла.

Передо мной открылся огромный зал. Высокие потолки терялись в полумраке, а на стенах висели огромные картины. Каждая примерно метров пять в высоту. Тёмные, тяжёлые полотна в массивных рамах, на них были изображены эльфы, с надменными лицами.

Кажется, что кормить меня сейчас никто не будет.

21. А что там?

– Заходи, птичка. Мы не кусаемся. – Голос брюнета прозвучал спокойно, но в нём уже вибрировала та самая хрипотца, от которой у меня предательски стянуло низ живота.

Какого черта я так реагирую на него и его брата? Не желаю верить в то, что слышала. Не бывает истинности. Бред это всё. И мне они не нужны! Всё равно убью. Один из них не доживет до утра.

Я шагнула через порог и каждой клеточкой тела ощутила их взгляды. Горячие. Тяжёлые. У меня кожа от них плавилась.

Они скользили по мне медленно, жадно, задерживаясь там, где тончайший шёлк обтягивал грудь, подчёркивал изгибы, обнимал талию и стекал по бёдрам. Платье почти ничего не скрывало, но именно ЭТОГО они и добивались.

Блондин оказался рядом слишком быстро, использую свою магию. Он просто возник за плечом, а руки обхватили меня за талию и резко притянули назад, впечатывая в твёрдое горячее тело.

Он возбужден. Опять!

Жадно зарылся носом в мои волосы и сделал глубокий вдох, словно пытался впитать мой запах в себя, и тихо выдохнул:

– Не могу устоять… Не могу и не хочу.

В следующую он резко развернул меня спиной к себе, одной рукой зафиксировав поперёк живота, а я даже не успела вскрикнуть от неожиданности, получив горячий поцелуй.

Спереди уже стоял брюнет. Его ладони легли мне на щёки, мягко отрывая меня от брата. Большие пальцы приподняли лицо вверх, заставляя смотреть ему в глаза, и он тоже накрыл губы жадным, глубоким, почти жестоким поцелуем.

Я не была к этому готова. Всё слишком быстро.

Он целовал так, словно желал выпить душу до дна. Я попыталась отстраниться, но блондин сзади только сильнее прижал меня к себе. Его бёдра начали медленно, грязно двигаться, совершая поступательные, ритмичные движения, будто он уже имел меня прямо через одежду.

Его ладони провели вверх по животу и грубо сжали грудь.

Пальцы впились в мягкую плоть прямо через ткань, нашли соски и сильно ущипнули. Боль смешалась с острым, постыдным удовольствием. Я невольно застонала прямо в рот брюнету, а сам звук вышел сдавленный.

Брюнет разорвал поцелуй. Губы у него блестели. Он тяжело дышал и бросил брату хриплое:

– Не сейчас. Но, я тебя прекрасно понимаю, Элиар. Меня тоже кроет от нашей птички.

Элиар… так вот как зовут блондина. А второго? Не хочет представиться? Что мне потом на его надгробие написать?

Блондин только низко, животно рыкнул мне в шею, потому, что был недоволен сейчас. Одной ладонью он сильно прижал меня за поясницу, заставляя ещё сильнее выставить задницу ему навстречу, а второй начал медленно, собственнически оглаживать внешнюю сторону бедра, поднимаясь под край платья.

– Не могу! У меня опять стоит, – признался он хрипло, продолжая тереться. – Жёстко стоит. Хочу войти в тебя прямо здесь, птичка. Разорвать это платье и заставить громко стонать!

– Дождись, когда будем в источнике, – буркнул брюнет, хотя сам выглядел не лучше. Его зрачки были расширены так, что радужки почти не было видно. Он снова взял моё лицо в ладони и провёл большим пальцем по припухшей нижней губе. – А сейчас давай познакомим нашу птичку с историей. Пусть знает, с кем и с чем имеет дело.

Он отступил на полшага, но совсем чуть-чуть. Блондин тоже неохотно убрал руки, хотя я всё ещё чувствовала, как его возбуждение упирается мне в ягодицы. Меня трясло, но… не только от страха. Тело предательски откликалось на их грубые ласки, и это бесило сильнее всего!

Я молча обвела взглядом огромный зал, стараясь выровнять дыхание и не показывать, как сильно меня задело происходящее.

Картины были действительно огромными. На ближайшей я увидела высокого эльфа с белыми волосами, стоящего на поле боя среди… поверженных. На следующей – двух близнецов (слишком похожих на этих двоих) на тронах из костей. Дальше шли сцены охоты, крови и чего-то, от чего внутри становилось холоднее и холоднее.

Брюнет положил ладонь мне на поясницу и легонько подтолкнул вперёд.

– Иди. Смотри и слушай.

Мы медленно двинулись вдоль стены. Блондин шёл следом совсем близко, пожирая меня глазами. Иногда его пальцы «случайно» касались руки или края платья.

Брюнет рассказывал низким, ровным голосом. О древнем роде Ваэль. О силе, которую они носили в крови. О войнах, которые выигрывали одной только своей магией. О том, как их предки заключали сделки с чем-то, что жило глубже любого ада. Голос его был красивым, бархатным, безумно завораживающим. И от этого рассказ становился ещё страшнее и интереснее.

Я шла между ними, как между двумя хищниками, и чувствовала себя добычей, которую пока что не торопятся убивать. Только играют. Но… я выжду нудный момент и сама нанесу удар одному из них. Когда придет время.

Мы почти обошли весь зал, а мой взгляд притянуло нечто странное в углу. Словно давно позабытое и заброшенное.

У дальней стены, в тени, облокотившись о холодный камень, стояла картина. Вроде бы. Она была меньше остальных, но всё равно большая. Тяжёлая тёмная ткань полностью скрывала изображение, а на складках лежал заметный слой пыли. Словно её специально убрали с глаз много лет назад и больше не решались открыть.

Притягивает. Сильно. Вдруг это именно то, что я ищу? Интуиция так и орет, что я просто обязана спросить о ней.

Брюнет тоже остановился. Блондин подошёл вплотную сзади и снова обнял меня за талию, уже спокойнее, но хватка была крепкой. Его подбородок лёг мне на плечо и вновь… вдох.

– А это что? – тихо спросила я, кивнув на закрытый холст.

Братья переглянулись через мою голову. Долго. Молча. Словно решали, говорить или нет. Именно эта пауза почему-то напугала меня сильнее, чем все их руки и поцелуи вместе взятые. Но и дала надежду.

Брюнет медленно выдохнул и впервые за всё время отвел взгляд в сторону.

– Это… то, что мы предпочитаем не вспоминать.

Блондин тихо усмехнулся мне в шею. Губы коснулись кожи, почти невесомо, но от этого прикосновения по спине пробежала дрожь.

– А иногда, – прошептал он горячо, – то, что лучше вообще никогда не открывать. Не нужно это тебе, птичка.

Его рука медленно поднялась и легла мне на горло. Не сжимая. Просто держал, поглаживая пальцами.

А я всё смотрела на закрытую картину и понимала одно: именно за этой тканью спрятано что-то, что может стать ключом. И к их проклятию. И к моему письму. И к тому, как мне всё-таки выбраться из этого мира.

22. Источник

Я смотрела на закрытую картину и мечтала лишь об одном… чтобы они решили уйти, ненадолго, а я открыла эту ткань.

Тяжёлая тёмная, будто жила своей жизнью. Пыль на складках. Старые края. И это странное, почти физическое притяжение, которое тянуло меня к ней. Как будто за этой тряпкой было что-то… что когда-то касалось и меня.

Но молчала. Ни за что на свете не сказала бы им, что чувствую. Вдруг именно там портал? Вдруг, именно через неё я попаду обратно?

Брюнет стоял рядом и смотрел на закрытый холст так, б лично тот мог ожить и нанести удар.

– История, которая навечно должна остаться под запретом, – тихо сказал он. – Но… именно с этой картины всё и началось.

Блондин за моей спиной тихо хмыкнул, но ничего не добавил. Только сильнее сжал руки на моей талии.

– Хотя… почему бы и нет? – Брюнет посмотрел на брата и тот кивнул, словно дал согласия. – Очень давно у одного из Высших появилась истинная. Она была… слишком свободолюбивой. Не смогла смириться с тем, как он жил и что творил. Поэтому ушла. Полюбила другого, но не знала, что уже носит под сердцем его ребёнка. – Он сделал паузу. Я чувствовала, как напряглись пальцы Элиара на моей талии. – Высший узнал о наследнике спустя много лет. Нашёл её в другом мире, там, где она скрывалась не только с ребёнком, но и со своей любовью. Он убил её избранника прямо у неё на глазах. Жестоко. А ребёнка забрал себе. И тогда она, на последнем дыхании прокляла его. Закрыла глаза уже мёртвой, но проклятие успело осесть. На него. На весь род. На кровь. На нас.

Брюнет наконец посмотрел на меня, а блондин продолжил:

– Один старец сказал, что с каждым поколением возможность появления наследника будет угасать. Всё сильнее и сильнее… и именно на нас эта возможность угаснет насовсем. Выход был один… Встретить истинную пару. – Элиар наклонился к моему уху и прошептал: – Вот только не имея тебя рядом наша жизнь стала пустой.

Я стояла между ними и чувствовала, как внутри всё переворачивается. Они рассказывали это так… буднично. Словно говорили о погоде, а не о том, что веками убивали девушек.

– Так вы пытаетесь объяснить, почему убивали всех? – голос у меня дрогнул, но я заставила его звучать твёрдо.

– Возможно. – Брюнет чуть наклонил голову. – Но нам действительно было плевать. Поначалу мы развлекались, пока искали тебя, а потом всё стало монотонно. С каждым разом одно и то же. Девушки, которые сами прыгали нам на член, погибали от проклятия, но были и те, кого мы отпускали. Здесь уже каждый делал выбор сам.

Во мне вспыхнула злость. Горячая, злая, настоящая.

– Вы же давали им надежду! – почти прокричала я. – Заставляли поверить, что если они будут стараться, то выживут!

Брюнет мягко, нежно взял моё лицо двумя пальцами за подбородок и приподнял. Наклонился так близко, что его губы почти касались моих.

– Повторюсь… нам было плевать на них.

– Вы жестокие. – Я резко дёрнула головой в сторону, вырываясь из его пальцев. – И этому нет оправдания!

Элиас медленно обошёл меня по кругу, а его глаза горели огнём.

– Ты наверняка очень похожа на неё по характеру, – сказал он тихо.

Брюнет кивнул.

– На ту, кто прокляла наш род.

Я посмотрела сначала на одного, потом на другого. Внутри всё кипело от ненависти за других.

– Не удивлюсь, если я просто переродилась, чтобы отомстить Вам!

На секунду в зале стало совсем тихо, но после Элиар хмыкнул, словно задумал что-то.

В следующее мгновение мир перевернулся. Он подхватил меня и закинул к себе на плечо, будто я ничего не весила. Я вскрикнула и тут же получила звонкий шлепок по заднице.

– Мы не наши предки, птичка, – сказал он, уже направляясь к выходу из зала. – От нас так легко не убежать. А теперь… давай-ка проверим кое-что в источнике.

Он нёс меня по этим бесконечным коридорам и чем дольше это продолжалось, тем сильнее во мне кипела злость. Я билась на его плече, пока совсем не выдохлась, колотила кулаками по широкой спине, пыталась достать до головы, но в какой-то момент силы просто закончились, и я повисла безвольной тряпкой, сжав зубы так сильно, что заболели виски.

Такое чувство, что во мне что-то выключили, дабы угомонилась. Они? Эти двое способны на это?

Каждый его шаг отдавался тяжёлой тряской во всём теле. Рука, которой он держал меня поперёк бёдер, была горячей до отвращения, а спереди от него молча шёл брюнет, и я даже спиной чувствовала его тяжёлый внимательный взгляд.

Мы спускались всё ниже и ниже. Воздух становился влажным, тяжёлым, пахло мокрым камнем, древностью и чем-то ещё…

Факелы на стенах горели странным синеватым пламенем, и чем глубже мы уходили под дворец, тем сильнее я ощущала давление в груди, будто что-то внизу уже давно знало, что мы приближаемся и готовилось нас встретить.

Наконец Элиар остановился перед огромной аркой из чёрного блестящего камня, вся поверхность которой была покрыта резными рунами, слабо пульсирующими голубоватым светом. Он поставил меня на ноги, но рук с талии так и не убрал, только развернул лицом к себе и хрипло сказал:

– Дальше пойдёшь сама, птичка. Хочу видеть твоё лицо, когда ты поймёшь, куда именно мы тебя привели.

Я резко оттолкнула его руки и первой шагнула под арку, лишь бы не давать им лишний повод меня касаться. А за аркой открылось такое, что у меня на секунду перехватило дыхание.

Огромная подземная пещера с высоким сводом, теряющимся в кромешной тьме. В самом центре располагалась круглая чаша из белоснежного камня, наполненная водой, которая светилась изнутри мягким серебристо-голубым. Вода была настолько чистой и прозрачной, что прекрасно было видно дно, сплошь усыпанное кристаллами, пульсирующими в одном ритме, как живые сердца.

Поверхность почти не двигалась, только иногда по ней пробегала лёгкая дрожащая рябь, словно сам источник дышал. Вокруг чаши возвышались древние почерневшие колонны, густо обвитые чем-то похожим на чёрный плющ, а воздух здесь был тёплым, влажным и таким тяжёлым от скопившейся магии, что дышать получалось с трудом.

– Что это за место? – тихо спросила я, не в силах скрыть ни напряжения, ни опаски в голосе.

Брюнет подошёл и встал справа от меня, Элиар – слева. И оба они смотрели не на источник, который завораживал… а на меня. Только на меня.

– Место, где кровь нашего рода впервые коснулась этого мира, – спокойно ответил брюнет. – Здесь невозможно солгать, Птичка. Здесь мы проверяем то, что нельзя подделать никакими заклинаниями.

– И что именно вы собираетесь проверить? – я резко обернулась к нему.

Он лишь медленно, очень довольно улыбнулся, но ничего не ответил.

Элиар тем временем уже стягивал с себя верхнюю одежду, развязал пояс и позволил штанам упасть на камень. Я демонстративно отвернулась, но всё равно краем глаза видела, как он остаётся полностью обнажённым. Брюнет раздевался спокойнее, без лишней спешки, но с тем же полным отсутствием смущения.

– Раздевайся, – бросил Элиар лениво.

– Нет, пока не объясните.

– Либо ты снимаешь это платье сама, птичка, либо я срываю его с тебя прямо здесь. И тогда оно первым отправится на дно источника, а ты будешь ходить по замку голой.

Несколько секунд мы смотрели друг на друга в упор, и в конце концов я поняла, что сейчас сопротивляться бессмысленно. Медленно подняла руки, стянула тонкие лямки с плеч и позволила изумрудному шёлку скользнуть вниз по телу, упасть мягкой кучей к ногам. Я снова стояла перед ними полностью голая.

– Пойдем. – Элиар протянул мне открытую ладонь.

Я не стала брать его руку. Просто сама шагнула к краю чаши и медленно начала спускаться по гладким каменным ступеням в воду. Я входила всё глубже, пока она не закрыла меня до груди. Кристаллы под босыми ступнями мягко светились и чуть покалывали стопу, в тело приобрело лёгкость. Даже ругаться расхотелось.

Братья вошли в источник следом за мной и в этот момент вода вокруг них ожила. Серебристый свет стал заметно ярче, почти ослепительным. Я инстинктивно отступила к самому центру чаши, пытаясь сохранить хоть какую-то дистанцию, но они двигались синхронно, как два опытных хищника, загоняющих добычу в угол.

Брюнет остановился прямо передо мной. Вода доходила ему почти до пояса. Капли стекали по рельефной груди и животу, сверкая в магическом свете.

– Дай руку, – тихо, но очень твёрдо сказал он. – Сама.

Несколько секунд я смотрела на его протянутую ладонь, а потом всё-таки медленно вложила в неё свою. Он тут же перевернул мою вверх. Элиар подошёл вплотную сзади и положил свою поверх наших сцепленных рук. Их пальцы сомкнулись, крепко фиксируя меня на месте, но произошло то, к чему я не была готова.

Вода вокруг нас вспыхнула и заискрилась. Кристаллы на дне запульсировали, будто сотни сердец забились в одном ритме. Я почувствовала, как через ладонь в меня входит что-то горячее, мощное и невероятно древнее… Как чужая, тяжёлая, голодная сила, которая искала выход. Она неслась быстро по венам, стремительно поднималась по рукам к плечам, к груди, к горлу. Мне стало по-настоящему страшно. Я попыталась вырвать руку, но они держали слишком крепко.

– Тише, – прошептал брюнет. – Не борись. Просто прими.

Сила продолжала течь безостановочно. Я чувствовала, как она смешивается с тем, что осталось во мне после прошлой ночи, как будто что-то глубоко внутри щёлкнуло и наконец встало на своё место. Перед глазами поплыли светящиеся золотые нити. На секунду увидела огромное чёрное дерево с кроваво-красными корнями, уходящими глубоко под землю. Увидела женщину с ярко-рыжими волосами, которая падала на колени в чужом мире. Увидела ее боль и желание отомстить.

А потом всё резко оборвалось. Вода снова стала обычной и спокойной. Братья почти одновременно отпустили мою руку и следили.

Я тяжело, рвано дышала, стоя по грудь в тёплой светящейся воде, и смотрела на них широко раскрытыми глазами, до сих пор ощущая внутри чужое горячее присутствие.

Они улыбались. Довольно. Спокойно. Будто были счастливы сейчас.

Элиар провёл мокрой ладонью по лицу, откидывая светлые волосы назад, и тихо, низко рассмеялся.

– Вот теперь… – протянул он, глядя на меня с самым настоящим голодом. – Теперь я окончательно уверен.

Брюнет молчал. Он просто смотрел на меня так, будто только что поставил последнюю жирную точку в очень долгой и важной книге.

Я отступила на шаг. Вода тихо плеснула вокруг бёдер.

– Что… что вы только что со мной сделали?

Они переглянулись между собой, но снова ничего не ответили.

– Всё хорошо, Птичка. Пойдем, нам ещё многое нужно обсудить наверху. Там есть кое-что очень приятное для тебя.

Они что-то проверили и результат этой проверки им явно сильно понравился. Только… что? Возможно это связанно с истинностью?

Я медленно вышла из источника. Светящаяся вода стекала по голому телу тонкими серебристыми ручейками, а ноги предательски дрожали, когда ступила на холодный камень.

Лишь бы они не сделали сейчас ничего в этой воде с проверкой. Лишь бы…