Текст книги "Невинная для Варвара (СИ)"
Автор книги: Лили Лэнг
Соавторы: Ани Марика
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 13 страниц)
Глава 31. Жасмин
Я сплю, и мне хорошо. Даже не так. Мне очень-очень хорошо. Жарко, душно и тяжело. Дёргаюсь, скидывая одеяло, желаю остудить вспотевшее тело и от собственного стона просыпаюсь. Балансирую на границе сна и яви. Ещё немного и засну снова, но что-то удерживает меня. Не даёт провалиться в сладкую дрёму.
Меж тем тело наполняется томлением, сладким ожиданием. Возбуждение острыми иголочками впивается в меня и обволакивает. Кровь в ушах шумит, низ живота камнем тянет, грудь налилась и ноет.
Я выгибаюсь, вскидываю руки, пытаясь найти опору. Пальцы впиваются в чуть влажную кожу.
– Расслабься, – врывается в мой сон тихий хриплый голос Натана. Его пальцы трут чувствительный бугорок, а каменная плоть пошлым шлепком соединяет нас. – Будет хорошо, Мышонок. Бля, как в тебе тесно и горячо.
Стон сгорает в груди, я наконец распахиваю веки и попадаю в плен потемневших глаз мужа.
– Ах! – жмурюсь от размашистого толчка. – Натан!
– Вот так, малышка, не сдерживайся, – подбадривает он, крепко держит и толкается. – Покричи для меня, Цветочек.
С каждым толчком он растягивает меня, глубже вонзается. Двигается быстрее. Его пальцы неустанно порхают, то вершинки груди выкручивают до вспышки сладкой боли, то касаются чувствительной горошины, судорогой сводя все мышцы разом.
Я кричу, голос срываю. Выгибаюсь. Распаляюсь окончательно. Полностью для него раскрываюсь. Себя теряю.
– Поцелуй меня, – с мольбой тянусь.
Натан тут же в губы вгрызается. Толкается языком глубоко в рот, дыхание выпивает. Я больше не принадлежу себе. Рассыпаюсь, изнутри разрываюсь и тону в этой порочной похоти, что травит муж.
Оргазм бьёт неожиданно ярко. Слепну от яркой вспышки. Глохну от собственных стонов. Натан продолжает двигаться, поднимая меня ещё выше, удерживая на этом острие и растягивая удовольствие. Ощущений так много, что я в какой-то момент просто отключаюсь.
Медленно выплываю из этого марева чувственной патоки. Часто моргаю, пытаясь рассмотреть в темноте хоть что-нибудь. Натан рядом на боку лежит, подперев голову рукой. Дышит тяжело, обнимает и большим пальцем под грудью гладит, лёгкое возбуждение по коже разносит. Поворачиваюсь к нему и краснею от его порочных взглядов. Он просто смотрит, а мне уже жарко.
– Доброе утро, – улыбается муж.
– Ночь ведь на дворе, – замечаю, бросая взгляд в незашторенное окно и выглядывающую из-за туч полную луну.
– А ты всё ещё хочешь спать?
Натан сползает чуть ниже, тянет ближе, заставляя на него полностью взобраться. Обнимаю его, мотаю головой и сама целую в губы. Он точно превратил меня в развратницу ненасытную.
Совершенно обессиленные, мы оба засыпаем лишь утром. В полдень нас будит трель мобильного телефона. Натан нехотя отстраняется, рыщет по полу, находит свои штаны и отвечает.
– Чего тебе, Валиев? – пряча зевоту, бурчит муж, наваливаясь опять на меня. Мычу недовольно, спать очень хочется. Ещё и мышцы гудят. – Нет, не сможем приехать. Весь день расписан экскурсиями. Да, Жасмин Ленина хочет увидеть ещё. Счастливо.
Прячу в подушке улыбку. Натан бросает в сторону телефон и целует в плечо. Потирается об ягодицы кое-чем просыпающимся и сопит шумно.
– Врать не хорошо, – с улыбкой замечаю, когда он меня всё-таки переворачивает на спину.
– Иногда можно, – звонко в губы целует.
– Мне нужна передышка, – со стоном вздыхаю.
– Заездил моего Цветочка, – усмехается Натан. – Закажи нам завтрак, а я наберу ванну.
Мужчина перекатывается и, совершенно не стесняясь собственной наготы, уходит в ванную. Я подхватываю брошенную им вчерашнюю рубашку, накидываю на себя и, подхватив меню, сажусь возле стационарного телефона.
Мой сумасшедший муж утягивает меня в пенную и ароматную ванну. Устраивается удобнее за спиной, заставляет лечь на него. Он будто специально утягивает меня глубже в свой порочный мир. И я ведь наслаждаюсь этим. Неспешными ласками, грязными предложениями и слишком откровенными прикосновениями.
Релаксируем, пока вода окончательно не остывает и все пузырьки не лопаются. Разнеженная, разморенная, еле волоча ногами, перебираюсь опять в спальню.
Завтрак у нас в обед переходит. Мы весь день из номера не выходим. Даже на балкон не выглядываем, чтобы воздухом подышать. Валяемся, целуемся, дремлем, смотрим какие-то передачи по телевизору. Мы много болтаем обо всем и ни о чем. Планы строим и делимся разными историями. И, честно говоря, мне нравится такой вид отдыха. Это так по-домашнему и семейному. Я просто напитываюсь обществом Натана. И сильнее влюбляюсь в заботливого мужчину.
Около восьми вечера мы едем в аэропорт и летим домой. Устроившись поудобнее в кресле, смотрю в иллюминатор на вечерний пейзаж и яркие огни столицы.
– Москва мне понравилась. Из тебя прекрасный гид, – зевнув, подшучиваю, теснее вжимаясь в бок мужа.
– Я тебе ещё Петербург в новом свете покажу. Ты влюбишься в него, – усмехается Натан.
– Уже влюбилась, – шепчу себе под нос, засыпая с улыбкой на губах.
Весь полёт я сладко сплю. И в такси сплю, тесно прижавшись к тёплой подушке. И даже добравшись до дома, не просыпаюсь. Натану приходится буксировать прямо до кровати.
– Я сама могу, – вяло отбиваюсь, когда муж с меня одежду стягивает.
– Да спи уже, – ворчит он, вытряхивая меня из джинсов.
– Спасибо, ты самый лучший, – лепечу, продолжая спать.
Переворачиваюсь на бок, подушку соседнюю обнимаю и уплываю в царство Морфея. Натан по голове гладит, целует в макушку и больше не тормошит.
Очередные учебно-рабочие будни полностью затягивают нас в свои сети. Мы снова пропадаем: кто на учебе, кто на работе. У Натана полным ходом бракоразводный процесс Саркисовых и прочие прелести юридической жизни. А я погребена под рефератами, лабораторными работами, чертежами да схемами.
В первые же выходные мы покупаем мне ноутбук. Натану не нравится, что я остаюсь после пар в универе, занимаюсь с библиотечным компьютером. И возвращаюсь по темноте. Это намного облегчает мне жизнь. Правда, теперь я до поздней ночи занимаюсь дома, подготавливаюсь к парам и совершенно не уделяю внимание мужчине. Ему это тоже не нравится. Он часто ворчит и утаскивает меня, обещая выкинуть гаджет в окно.
Только в выходные мы можем полноценно посвящать себя друг другу. И эти дни – самые счастливые в моей жизни. Мы часто выбираемся куда-то. Гуляем, если погода позволяет. И наслаждаемся прелестями семейной жизни.
Декабрь стремительно сменяет ноябрь. С каждым днём я всё сильнее нервничаю и паникую. Большая сессия надвигается неумолимо. Хоть Натан и уверен, что я всё сдам на одни пятерки, меня сковывает страх.
Сегодняшняя ночь вносит немного разнообразия в обычные будни. Нас будит телефонный звонок. Недовольно мычу, теснее прижимаясь к мужу.
– Какая скотина не спит в три ночи? – ворчит Натан, вытягивая руку из-под меня. Матерится себе под нос и, соскочив, уходит на кухню.
Я не сплю, дремлю и жду мужа. Немного волнуюсь, вдруг с кем-то из наших общих знакомых что-то случилось. Да и за эти полтора месяца привыкла засыпать в крепких тёплых объятьях.
Минуты через три, не выдержав, выбираюсь из постели. Поёжившись, накидываю тонкий фривольный халатик и выхожу к мужу. Натан напряжённо курит, прижимая к уху телефон. Обнимаю мужа со спины, ладонями глажу по голым плечам. Носом в шею зарываюсь. Мужчина голову назад откидывает, улыбается, выпуская клубы дыма. Ему нравится, когда я проявляю инициативу. А я совсем недавно перестала смущаться собственных чувств и порывов.
– Ну что там? – рыкает Нат, перехватывает за талию и сажает меня на колени.
Льну сама, целую в щеку. Корябаю короткими ногтями щетину.
– Посади в такси! – отрывисто приказывает кому-то.
Краем уха слышу музыку, мужской голос что-то отвечает, его перебивает женский. Практически ничего не разобрать.
– Да твою мать, я сейчас приеду! – рявкает муж, и вот тут я напрягаюсь. Прекращаю целовать шею и отстраняюсь на вытянутых руках. Натан матерится и отключается.
– Опять твой Саркисов, – бубню, просто этот мужик не живёт спокойно.
– На этот раз не он, – зло усмехается муж, в губы целует и отпускает меня. – Прости, Мышонок, ложись спать, я быстро вернусь.
Глава 32. Жасмин
Утром, как обычно, проснувшись по будильнику, выбираюсь из тёплой постели. Оглядываюсь на спящего Натана. Даже не знаю, во сколько он пришёл, но главное – пришёл. Не удержав порывы, склоняюсь и целую в щетинистую щёку. Муж мычит сонно, сгребает вместо меня подушку и продолжает спать.
С улыбкой иду в ванную, спотыкаюсь о разбросанные вещи мужчины. Подхватываю рубашку и застываю. Таращусь на красные пятна на вороте. Зачем-то ещё нюхаю вещь. Она пропахла табаком и тяжелыми женскими духами. Я знаю, кто душится этим парфюмом. И оттенок красных пятен довольно знаком. Настроение портится. Комкаю вещи и, зайдя в ванную, швыряю в корзину для грязного белья.
Нет, я совершенно точно не собираюсь закатывать скандалы, искать другие доказательства неверности и расстраиваться раньше времени. Я доверяю Натану. С Катей тоже накрутила себя, а в итоге всё было до банального просто. Вот и тут, скорее всего, есть самое простое объяснение.
Всё утро отгоняю непрошенные мысли. Зачем-то вспоминаю наш небольшой диалог с Ланой на том мероприятии.
«Поздравляю и сочувствую. Натан замечательный во всех смыслах мужчина. Но я не смогла терпеть его измены и отменила нашу свадьбу», – сказала она тогда с жалостливо-доброжелательной улыбкой.
Обычно перед выходом из дома я бужу мужа, чтобы он на свою работу не опоздал. Пересилив себя, тормошу его.
– М-м-м, – мычит недовольно Натан и переворачивается на спину, скидывая одеяло. Открывает один глаз и щурится. Поджимаю губы, потому что замечаю на его шее те же разводы красной помады. А чуть ниже, на ключице, царапины. Явно не от когтей кошки.
– Полвосьмого, – буркнув, резковато дёргаюсь, не даю себя поймать и ухожу.
Мужчина что-то там спрашивает из комнаты. Не слышу, подхватываю рюкзак и выбегаю из квартиры. Железная дверь неестественно громко хлопает, пугая меня. Не хотела ведь толкать её. Оно само как-то так вышло.
Всю дорогу до универа я держусь и не накручиваю себя. И даже на двух парах, полностью поглощённая гистологией, не думаю о возможной измене.
– На тебе лица нет. Что-то случилось? – спрашивает Алина, когда мы идём в столовую.
– Нет, всё хорошо, – немного нервно отвечаю, сжимая ремни рюкзака.
– Мин, – брюнетка дёргает за плечо и останавливает. – Ты из-за учебы загналась опять?
– Кажется, Натан мне изменил, – всхлипываю, и меня прорывает.
Алина несколько секунд просто стоит, не зная, что делать. А после хватает за локоть и утягивает в уборную. Суёт в руки бутылку с водой.
– Ты его поймала или, может, увидела? Давай рассказывай и не реви раньше времени, – жёстко встряхивает брюнетка.
Икая и размазывая сопли, я вываливаю на подругу всё. Что ночью сорвался по одному звонку, там женский голос был. Наверное, Лана его вызвала. Рубашка эта пропахшая и на шее помада. Ещё неизвестно, если бы продолжила осмотр, в каких местах нашла бы эти красные разводы.
– Ну, может, ничего не было и ты рано расстраиваешься, – задумчиво протягивает Алина. – Она могла нечаянно упасть.
– На его шею губами? – шмыгаю носом.
– Мало ли. Или она приставала к нему, а он отверг. Спроси его.
– Это так унизительно, – стону и, уронив лицо на раскрытые ладони, снова плачу.
– Ничего унизительного. Ты жена и имеешь право знать, – строго чеканит Алина.
– Я фиктивная жена и никаких прав не имею, – бубню. Брюнетка за кисти дёргает и ошарашено смотрит в заплаканное лицо. – У нас сделка. Я из хорошей патриархальной семьи. Будущий медик. Скромная тихая простушка. Идеальная кандидатка в жёны, чтобы поднять его репутацию. И то, что я влюбилась в него, – это только мои проблемы.
– Вряд ли бы он так заботился о фиктивной жене, Мин. Вы же почти два месяца живёте вместе, – тихо замечает подруга и, обняв меня, гладит по спине. – Поговори с ним.
– Мне страшно, – признаюсь жмурясь.
– Понимаю, но не будешь же ты молча страдать в незнании.
Мотаю головой и, отстранившись, включаю воду в раковине. Умываюсь холодной водой. Кое-как восстанавливаю душевное равновесие, и мы выходим.
Остаток дня настраиваюсь на разговор. Даже до вечера не жду, сразу из универа еду на работу к Натану. Под предлогом забрать трудовую, ну и пригласить его на обед. Сюрприз такой внезапный.
Охрана меня узнаёт и пропускает. В зеркальной двери лифта поправляю причёску. Губы блеском мажу и вытираю вспотевшие ладони об пальто. Нервничаю очень.
В приёмной слегка зависаю, так как вместо Галины Павловны, взрослой дамы, сидит безумно красивая рыженькая женщина.
– Вам чем-то помочь? – выгибает бровь и улыбается красотка.
– Я к Натану Артуровичу, – бормочу, подбородком показывая на дверь кабинета.
– Жена? – ещё шире улыбается, будто знает меня. Киваю. – В жизни ещё красивее, – хмыкает незнакомка. – Он перекусить ушёл. Знаешь, где у нас кухня?
– Да, спасибо, я найду, – улыбаюсь странной секретарше и сворачиваю по коридору в нужном направлении.
Чем ближе я подбираюсь к небольшому помещению, тем отчетливее слышу голоса. Один из них принадлежит Натану, а вот второй совершенно точно Лане. Они о чём-то спорят.
– Да ладно тебе, расслабились немного. Университетские годы вспомнили! – восклицает брюнетка.
Зачем-то я ускоряюсь и застываю возле проёма. Муж сидит в кресле ко мне спиной и изучает какие-то документы, закинув ногу на ногу. Лана же стоит над ним и крутит в руке бутылку. Она улыбается своими пухлыми красными губами.
– Давай повторим, Натан. Нам ведь было хорошо вместе, – томно мурлычет и садится прямо на его колени. За шею обнимает.
– Блядь, не заводи меня! – муж откладывает бумаги и перехватывает за кисти, не давая себя обнять.
– Боишься, твой мышонок узнает о нас? Испортит тебе репутацию разводом? – смеётся брюнетка и поднимает глаза прямо на меня.
Отвернувшись, ухожу. Сжимаю челюсть до боли, сдерживаю рвущуюся боль наружу. Вытянувшись в струнку, прохожу мимо секретарши.
– Не нашла? – окликает рыженькая.
– Нашла, спасибо, – вымученно улыбаюсь и добираюсь до лифтов.
В какой-то прострации выхожу из этого зеркального громадного здания. Кутаюсь в пальто от холодного ветра, но всё равно дрожу. И медленно иду к метро.
Возле подъезда останавливаюсь. Сил нет подняться в его квартиру. Смотреть на наши с ним разбросанные вещи. Занимаю небольшую скамью на детской площадке. К груди рюкзак прижимаю и не знаю, что теперь делать. Как быть дальше? Экзамены на носу. Работы нет. В общежитии моё место уже отдали другой нуждающейся.
Развестись и испортить ему так красиво выстроенный план? Он ведь хотел повышение. Немного осталось. Начальник обещал до Нового года сделать его партнёром. Несмотря на предательство, не могу я с ним так поступить. Дура. Наивная дура! Сама во всём виновата! Смешала чувства и деловые отношения.
Глава 33. Натан
За эти почти два месяца Жасмин прочно влезла в мою жизнь. Я могу часами слушать её красивый тихий голос. Любоваться ею. Наслаждаться обществом. Просто находиться рядом.
За что бы она ни бралась, девушка всё делала безупречно. Успевала вкусно и разнообразно готовить, училась на одни пятёрки. Гробила здоровье, правда, зубря по полночи предмет. Порхала по дому, уют создавая. Теплом насыщала мой мир. Своим светом освещала.
Рядом с ней я лучше становлюсь. Она успокаивает мои тревоги, прогоняет негатив, и всё становится таким мелким, незначительным. И мне хочется порадовать мою девочку.
Заранее выяснил в деканате, когда у них там сессия заканчивается и начинаются каникулы. Зная Жасмин, она все сдаст на отлично и не оставит предметы на пересдачу. Поэтому приобрёл путёвку на двоих в тёплые края. Цветочку солнце нужно, в сером Петербурге чахнет малышка.
И чтобы спокойно отдохнуть с женой в мини-отпуске, вот уже неделю работаю без продуха. Питаюсь всухомятку в офисе. Хочу поскорее все дела закончить.
Сегодня мой рацион не меняется. В обед иду на кухню. Грею замороженный бутерброд и устраиваюсь в кресле с документами.
– Почему здесь так светло? – со стоном в помещение заходит Лана и выключает часть светодиодных светильников, погружая кухню в легкий полумрак.
– Меньше пить надо, – хмыкаю, листая протокол допроса.
– Избавь меня от своих нотаций, – бурчит брюнетка и вынимает из холодильника бутылку с водой. Подходит ближе и нависает. – Кстати, нашей компании очень не хватало старого доброго Варвара.
– В следующий раз пусть ваша компания тебя и транспортирует домой. А меня избавь от своих пьяных выходок и ночных звонков. Я тебе не варварское бюро добрых услуг.
– Да ладно тебе, расслабились немного. Университетские годы вспомнили, – огрызается брюнетка.
Игнорирую бывшую. Лучше бы эту ночь с женой провёл. Жасмин явно обиделась, что сорвался посреди ночи. Если бы знал, что Лана просто напилась, никуда бы не поехал. Сучка устроила концерт, думал, подыхает там.
Пьяная дура! Чуть ДТП ещё не устроила, – полезла с заднего сиденья благодарить. Пока отрывал от себя, всего расцарапала. Идиотка.
– Давай повторим, Натан. Нам ведь было хорошо вместе, – внезапно активизируется Лана. Бодро так седлает меня и обнимает. Явно алкоголь ещё не выветрился. Прямо вчерашняя сцена повторяется.
– Блядь, не заводи меня! – рявкаю в лицо, за запястья перехватываю и развожу их в стороны.
– Боишься, твой мышонок узнает о нас? Испортит тебе репутацию разводом? – смеётся брюнетка.
За челюсть хватаю, заставляя заткнуться. Себя сдерживаю и тихо цежу:
– Хочешь работать в этой компании, не лезешь ко мне или к моей жене. Иначе я тебя уничтожу. А теперь собрала свои конечности, встала и пошла отсюда. Минимизируй наши встречи. Они должны быть только по делу Саркисова, и больше на глаза мне не попадайся. Поняла?!
Грубо отталкиваю и, схватив документы, поднимаюсь.
– Если бы я тебя не знала, предположила бы, что неотёсанный варвар влюбился! – истерично смеётся Лана. – Вот бред какой!
Не вижу смысла спорить с глупой бабой. В ярости вылетаю из помещения. Проношусь мимо секретарши и закрываюсь в кабинете.
– Кофе мне сделай! – немного остыв, рявкаю в коммутатор.
Валерия ставит передо мной чашку крепкого обжигающего напитка и привлекает внимание, постукивая носком туфли.
– Чего тебе? – рычу раздражённо.
– Просто интересно, это тебя жена так за две минуты до бешенства довела? – выгибает бровь женщина. Непонимающе поднимаю голову и хмурюсь. Что несёт эта женщина? – У тебя Альцгеймер, шеф? Она полчаса назад приходила.
– Жасмин была в офисе?
– Ну да, я её отправила на кухню, – недоумевает Лерка.
– И? Где она сейчас?
– Ушла очень быстро. И очень бледная.
Цензурных слов просто не остаётся. Сопоставив все факты, я срываюсь с места. Валерия понятливо отпрыгивает в сторону и обещает перенести все мои встречи. Не слушаю. Лечу домой.
Не знаю, каким местом, но, зайдя в квартиру, я чувствую, что жены нет. Она ушла. Оставила всё на своих местах. На банкетке ключи, телефон, пластиковая карта.
Медленно направляюсь в нашу спальню. Обвожу взглядом комнату. Постель заправлена, хотя я с утра так спешил, что оставил развороченной. Дверцы шкафа открыты, но одежда на своих местах висит. Разве что её оставшееся старьё пропало. Хотя большинство я выбросил. Нужно было от всего избавляться.
По дороге на кухню вынимаю пачку сигарет. Ноутбук лежит на столе. Ничего не взяла, кроме своих учебников и тетрадей. Закуриваю, мысленно представляя, куда могла пойти Жасмин. Скорее всего, в общежитие. Больше некуда. Замечаю небрежно лежащие листы бумаги. Ближе подхожу.
Копия брачного договора, подписанного и заверенного нотариусом. Её экземпляр. Своё я порвал, а она сохранила. Интересно зачем? Среди документов нахожу неровный клочок бумаги.
«В пункте 3.1. Я обязуюсь сопровождать вас на все мероприятия. Пожалуйста, заранее высылайте график ваших выходов на электронную почту. По истечении брачного договора я подам на развод. По другим вопросам не беспокойте меня и не ищите встреч, Натан Артурович».
У Мышонка таки отрасли зубки. Комкаю записку и швыряю на стол. График ей высылать. Такой график покажу. Двадцать четыре на семь будет рядом. Никуда не отпущу!
Потушив бычок, сгребаю договор и выхожу из дома. Пусть злится, пусть обижается. Главное, до темна найти её и вернуть.
В пробках застреваю, и железное самообладание просто в крошево разлетается с каждой минутой. Нервы в узел скручиваются, и меня знатно потряхивает. По дороге выкуриваю всю пачку. Все звонки игнорирую.
Как назло, погода ухудшается, и тяжелые хлопья снега покрывают серый Петербург. Добираюсь до общежития. Только нет моей жены в блоке. Зато меня встречают холодной ненавистью её подруги.
– Где она?! – нетерпеливо рявкаю, некогда мне слушать нотации и укоры.
– Здесь не появлялась, – сухо замечает брюнеточка. – Тебе лучше уйти, пока мы не позвали коменданта.
– Уже вечер, Алина. Жасмин ушла из дома не в лучшем состоянии, и тебе лучше сказать мне, где она, – цежу сквозь зубы, сдерживая себя. – Что бы она тебе ни сказала, что бы ни увидела, я не предавал её.
Подруга губы поджимает, к окну отворачивается. Хмурит брови. Если это проверка моей выдержки, то хреновая. Я на грани.
– Жасмин вправду не приходила, – нехотя отвечает. – Она собиралась к тебе на работу, после этого мы не общались.
– Если позвонит или придёт. Просто набери меня, – вынимаю из внутреннего кармана визитку. Алина забирает карточку и кивает.
А я вновь кружу по городу. Просто не представляю, куда могла поехать Жасмин. В её любимые кофейни заглядываю. Вокруг дома катаюсь. Может, передумала и вернулась? Или сидит где-нибудь во дворе. Упрямая ведь.
Чем сильнее темнеет на улице, тем тревожнее мне становится. Страх сковывает. Я думать не могу, телефон в руке верчу, не зная, кому набрать. Нет ведь у неё больше друзей…
– Блядь! – со всей силы бью ладонями по рулю и резко выкручиваю её, разворачиваясь прямо на двойной сплошной.
Давлю на газ и еду к дому Валиева.
Паркуюсь и, вскинув голову, смотрю на горящие окна квартиры. Заведенная страхом пружина медленно отпускает меня. Жасмин в безопасности и в тепле. Не совершила глупость. Хотя нет, совершила, когда решила, что я её просто так отпущу. Моя она. На всю жизнь.
