Текст книги "Сосед с пятого этажа (СИ)"

Автор книги: Лика Новикова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 8 страниц)

ГЛАВА 10. Снова она

ГЛАВА 10. Снова она

Прошло два дня. Оля и Стас продолжали обмениваться сообщениями, но их встречи стали реже. Он говорил, что работает над приложением, что хочет сделать его идеальным. И Оля верила.

Но в один из вечеров, когда она сидела за переводом, она услышала за стеной звуки, от которых всё внутри перевернулось.

Стоны.

Она замерла, прислушиваясь. Это были женские стоны. Она слышала их отчётливо, несмотря на музыку, которую она включила, чтобы заглушить шум. Секс. У него снова был секс.

Оля почувствовала, как внутри всё сжимается. Ревность. Боль. Разочарование.

«Он же сказал, что расстался с девушкой, – подумала она. – Но сейчас он явно с кем-то.»

Она попыталась сосредоточиться на работе, но звуки за стеной проникали в сознание, мешая думать. Стоны становились всё громче, более ритмичными. Оля встала из-за стола и прошла на кухню, чтобы налить себе воды. Но вода не помогла.

Она чувствовала, как внутри нарастает возбуждение. Как тело реагирует на звуки, которые доносятся из-за стены. Как низ живота сжимается от желания.

«Нет, Оля, – сказала она себе. – Ты не будешь этого делать. Ты не будешь мастурбировать под его секс с другой. Ты не будешь».

Но тело говорило обратное.

Она услышала, как за стеной она кончила. Громко, отчаянно, с хриплым стоном, который пробился даже сквозь бетонные перекрытия. У Оли перехватило дыхание. Внизу живота мгновенно запульсировало, и она поняла – больше терпеть невозможно.

Она встала, прошла в спальню, не зажигая света. Руки дрожали, когда она открывала ящик тумбочки и доставала свой набор. В этот раз без колебаний. Она сразу взяла член светло-шоколадного оттенка – тот самый, из приятного материала, напоминающего настоящую кожу. Быстро прикрепила его к шкафу на присоске, поправила угол, чтобы он стоял ровно, и провела пальцами по его бархатистой головке.

Она стянула трусики, которые уже были влажными, и забралась на кровать. Встала на колени, развернувшись спиной к шкафу. Медленно, чувствуя, как внутри всё сжимается в предвкушении, она насадилась на член. Головка вошла легко – она была мокрой настолько, что даже не понадобилась смазка. Но как только член проник глубже, она почувствовала ту самую наполненность, от которой перехватывало дух.

Она закрыла глаза и начала двигаться. Медленно. Со вкусом. Опускалась до самого основания, чувствуя, как светло-шоколадный член заполняет её до предела, как его текстура скользит по стенкам, имитируя живое тепло. Каждое движение отдавалось приятной тяжестью внизу живота, и она сжималась вокруг него, наслаждаясь каждым сантиметром.

Она представила, что это он. Стас. Что он стоит позади, держит её за бёдра и направляет каждое движение. Что он тяжело дышит у её шеи, что его руки скользят по её талии, сжимают ягодицы. Она слышала его голос в голове: «Да, детка. Вот так. Я хочу чувствовать тебя».

Она ускорилась. Приседала быстрее, жёстче, насаживаясь на член с такой силой, что шкаф начинал слегка постукивать о стену. Но ей было всё равно. Громкие стоны вырывались из груди, смешиваясь с влажными звуками, которые разносились по комнате. Она чувствовала, как член касается самой глубины, как головка давит на нужную точку, и от каждого приседа по телу пробегала электрическая волна.

Она откинула голову назад, вцепилась пальцами в простыню, двигаясь всё быстрее и быстрее. Наслаждение нарастало, набухало где-то внизу, расползалось по бёдрам и животу. Она представляла его лицо, его зелёные глаза, которые смотрели на неё снизу вверх, пока она скачет на нём. Она представляла, как он стонет её имя, когда она сжимается вокруг него.

– Да... да... – выдыхала она сквозь стиснутые зубы.

Она забыла обо всём. Осталась только она, член, заполняющий её до краёв, и каждое движение, приносящее всё большее удовольствие. Она приседала снова и снова, чувствуя, как внутри всё сжимается, пульсирует, готовится к взрыву.

Она не знала, сколько времени прошло, прежде чем она кончила. Время исчезло. Оргазм накрыл её внезапно – мощно, содрогаясь, волнами, которые прокатывались по всему телу. Она закричала, выгнулась дугой, чувствуя, как стенки пульсируют вокруг члена, как судороги сжимают бёдра и низ живота. Она продолжала двигаться даже во время оргазма, дожимая каждую волну, высасывая из себя максимум наслаждения.

Она кончила громко, отчаянно, так же, как минуту назад слышала за стеной. Может, даже громче.

Она убрала член, закрыла глаза и попыталась успокоиться. Сердце бешено колотилось, дыхание сбивалось. Но мысли о нём не уходили. Они липкие, тёплые, навязчивые – и от них не спрятаться даже после такого бурного оргазма.

В этот момент она услышала, как за стеной открылась дверь. Шаги. И тихий голос:

– Спасибо, Стас, было супер.

Женский смех. Снова шаги. Дверь подъезда хлопнула.

Оля открыла глаза и посмотрела в потолок. Она не знала, что чувствовать. Ревность? Гнев? Или просто пустоту?

Она взяла телефон, чтобы написать ему, но в этот момент пришло сообщение.

«Слышу, как ты трудишься. А потом у тебя розетки искрят. Конечно, такую машину заряжать – энергии много надо»

Оля сначала не поняла. Потом прочитала ещё раз. Потом засмеялась. Он

Она набрала ответ:

«Не подслушивай, сосед»

«А ты, значит, можешь?» – пришёл ответ.

Оля задумалась. Потом написала:

«Я не подслушиваю. Я просто слышу. И, между прочим, стоны в моей квартире были ничуть не хуже, чем у тебя в квартире»

Ответ пришёл мгновенно:

«Неужели ты тоже слышишь?»

Оля набрала:

«Если ты слышишь меня, то и я слышу тебя. «

Стас долго не отвечал. Затем пришло сообщение:

«Давно ты подслушиваешь за мной?»

Оля усмехнулась и написала:

«С первого дня.»

Она отправила смеющийся смайлик и пошла в ванную. Перед этим она сказала колонке Алисе:

– Алиса, включи какую-нибудь романтическую, соблазняющую музыку.

Голосовой помощник ответил: «Включаю плейлист "Романтический вечер"».

Оля улыбнулась и зашла в ванную. Она стояла под душем и чувствовала, как вода смывает напряжение. Мысли о нём всё ещё кружились в голове, но теперь они были другими. Он слышал её. И он не осудил. Он написал ей. Он шутил. Как будто всё это было игрой.

Она вышла из ванной и увидела, что он написал ещё:

«Ты что, решила устроить секс-марафон? Одного раза оказалось мало?»

Она засмеялась и написала:

«Сосед, не придумывай. Я мылась»

«Отчитываться передо мной необязательно, – написал он. – Но теперь я частично представляю, как это всё было»

Оля улыбнулась и отправила смеющийся смайлик. Больше она не могла придумать, что ответить. Она просто лежала в кровати, чувствуя, как тепло разливается по телу.

Он слышал её. И он говорил с ней об этом. Как будто между ними была какая-то странная, интимная связь, которую никто из них не мог объяснить.

Оля закрыла глаза и почувствовала, что, несмотря на всё, она счастлива.

ГЛАВА 11. Дагестан

ГЛАВА 11. Дагестан

Две недели. Оля не видела Стаса уже две недели. И всё это время она чувствовала, как внутри неё что-то меняется.

Она не планировала этот отпуск. Это была идея Алины, её лучшей подруги, с которой они дружили ещё со школы. Алина была полной противоположностью Оли – активная, громкая, вечно ищущая приключений. Именно она позвонила в один из вечеров и сказала:

– Оля, собирай чемодан. Мы едем в Дагестан. Завтра утром.

Оля сначала отнекивалась. У неё была работа, переводы, да и вообще. Но Алина была настойчивой:

–Мы поедем в горы. Ты увидишь такие красоты, что забудешь о своей московской тоске. Давай, Оля, не ломайся.

И Оля сдалась. Она взяла отпуск на работе, собрала чемодан и утром уже сидела в самолёте, летящем в Махачкалу.

Дагестан оказался потрясающим. Горы, зелёные долины, чистейший воздух и невероятные виды, от которых захватывало дух. Оля и Алина путешествовали по аулам, пробовали местную кухню, фотографировались на фоне водопадов и ущелий. Оля чувствовала, как напряжение уходит, как она начинает дышать полной грудью.

Но даже в этих горах, среди всей этой красоты, она думала о нём.

Она вспоминала его зелёные глаза, его улыбку, его голос. Она вспоминала, как он смотрел на неё. Она вспоминала их переписку, их разговоры за чаем. И в каждом из этих воспоминаний ей хотелось, чтобы он был рядом.

Алина, как всегда, была проницательной.

– Ты какая-то задумчивая, – сказала она, когда они сидели в кафе и пили чай с горным мёдом. – Думаешь о Стасе?

Оля посмотрела на неё с удивлением.

– О ком?

– Не притворяйся, – усмехнулась Алина. – Я вижу, как ты улыбаешься, когда смотришь на телефон. Ты думаешь о своём соседе.

Оля вздохнула и призналась:

– Может быть. Но я не знаю, что мне делать, Алин. Он красивый, умный, но он не смотрит на меня как на женщину. Он видит во мне только соседку и друга.

– А ты уверена, что это так? – спросила Алина.

–. Он всё ещё говорит о приложении, о работе. Как будто я для него просто помощник.

Алина откинулась на спинку стула и задумалась.

– Знаешь, Оля, иногда мужчины боятся сделать первый шаг. Особенно если они уже были ранены в прошлом. Может быть, он тоже боится. Может быть, он ждёт, что ты дашь ему знак.

Оля задумалась. Может быть, Алина была права. Может быть, она сама должна была сделать шаг навстречу. Но как? Она не умела флиртовать. Она не умела быть соблазнительной. Она просто была Олей.

– Я не знаю, как это сделать, – призналась она.

– Просто будь собой, – сказала Алина.

Оля кивнула, но в душе всё ещё было сомнение.

* * *

Прошла неделя их путешествия. Оля уже почти забыла о Москве, о работе, о повседневных заботах. Она наслаждалась природой, общением с Алиной, новыми впечатлениями.

Однажды вечером они сидели в номере отеля, пили вино и смотрели на горы через панорамное окно. Оля чувствовала себя умиротворённой. В этот момент её телефон зазвонил.

Она посмотрела на экран и замерла.

Стас.

– Оля, ответь! – крикнула Алина, видя, что она замешкалась.

Оля взяла трубку и поднесла к уху.

– Алло? – сказала она, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

– Привет, соседка, – раздался его голос, и от этого звука у неё внутри всё перевернулось. – Не пойми меня неправильно, но куда ты пропала? Я давно не слышу стонов твоего проживания.

Оля громко рассмеялась. Она не ожидала, что он скажет это, но от его шутки стало легче на душе.

– Я уехала отдыхать, – сказала она. – В Дагестан, горы, воздух, красота.

– Дагестан? – переспросил он. – А ты молодец. Наверное, там здорово?

– Потрясающе, – сказала она. – Я уже не хочу возвращаться.

– Но ты же вернёшься? – спросил он, и в голосе послышалась лёгкая тревога.

– Вернусь, конечно, – улыбнулась она. – Через неделю.

– Отлично, – сказал он. – А то я тут без тебя скучаю.

Оля замерла. Он сказал, что скучает. Это было прямо. Это было честно.

– Правда? – спросила она, чувствуя, как внутри разливается тепло.

– Правда, – сказал он. – Привези мне магнитик, хорошо? Я собираю их из разных мест. И вообще, – он сделал паузу, – у меня новости. Приложение почти готово. Я тестирую его сейчас. Как вернёшься, мы можем вместе посмотреть, что получилось.

– Звучит как план, – сказала она. – Я привезу тебе магнитик.

– Договорились, – сказал он. – Тогда до встречи, соседка.

– До встречи, – ответила она.

Она положила трубку и улыбнулась. На душе было тепло и легко.

– Ну что? – спросила Алина, придвигаясь ближе. – Он скучает?

– Он сказал, что скучает, – призналась Оля, чувствуя, как улыбка расплывается на лице.

* * *

Вернувшись в Москву, Оля чувствовала себя обновлённой. Отпуск дал ей силы, свежие впечатления, и она была готова к новой встрече со Стасом.

Она привезла ему магнитик – с изображением горного аула, который нашла на местном рынке. Она хотела подарить его сразу, но решила, что лучше сделать это при встрече. А встречу нужно было организовать.

Она написала ему в тот же вечер:

«Я вернулась. С магнитиком. Когда можем встретиться?»

Ответ пришёл почти мгновенно:

«Завтра вечером. Я покажу тебе приложение. Приходи ко мне, часов в восемь»

Оля улыбнулась и ответила:

«Договорились. Жди в гости»

Она положила телефон и почувствовала, как внутри зажигается надежда. Завтра она увидит его. Завтра они поговорят. И, может быть, завтра произойдёт что-то, что изменит всё.

Она подошла к шкафу и начала выбирать, что надеть. Это была важная встреча. Она хотела выглядеть красиво. Она хотела, чтобы он сказал, что она красивая.

И, может быть, на этот раз она найдёт в себе смелость сказать ему что-то большее.

ГЛАВА 12. Вино

ГЛАВА 12. Вино

Оля стояла перед зеркалом в ванной уже двадцать минут. Это было глупо. Это был просто вечер у соседа, а не свидание. Но она перемерила три платья, дважды поменяла причёску и в итоге остановилась на том, что решила сразу – лёгкое шёлковое платье цвета лаванды, которое подчёркивало её светлые волосы и делало глаза чуть темнее, чем они были на самом деле.

– Ты просто идёшь отдать магнитик, – сказала она своему отражению. – И приложение. И ничего больше.

Но сердце всё равно колотилось, когда она завязывала шнурки на босоножках и проверяла, всё ли взяла. Магнитик с горным аулом – да. Местные угощения из Дагестана: халва с орехами, сухофрукты и немного того самого горного мёда, который ей так понравился. И бутылка вина, которую она купила в местном магазине – красное, полусладкое, с ягодным послевкусием.

Она взяла всё это в руки, глубоко вздохнула и вышла в подъезд.

Дверь Стаса открылась почти мгновенно, как будто он ждал за ней. Он стоял чуть растрёпанный, с лёгкой щетиной. И когда увидел её – с этим пакетом, с этим платьем, с этими распущенными волосами, – он на секунду замер.

Оля заметила это. И внутри неё что-то ёкнуло.

– Привет, – сказала она, улыбнувшись. – Я с гостинцами.

Стас моргнул, будто возвращаясь в реальность, и отступил в сторону.

– Проходи, конечно. Я уже заждался.

Она шагнула внутрь и снова почувствовала этот контраст – её маленькая тёмная квартира с обоями в цветочек и его светлое, просторное пространство. Она поставила пакет на кухонный стол и начала доставать гостинцы.

– Это тебе, – сказала она, протягивая магнитик. – Симпатичный, правда? Я выбрала с аулом в горах.

Стас взял магнитик, повертел в руках, и на его лице появилась тёплая улыбка.

– Спасибо, – сказал он. – У меня как раз есть место на холодильнике. Будет висеть и напоминать о Дагестане.

Она улыбнулась и продолжила раскладывать угощения.

– Это халва, это сухофрукты, а это мёд, – сказала она. – Я влюбилась в него, честно. Там такой вкус – с травами, с горными нотками. Ты должен попробовать.

Стас подошёл ближе и взял в руки баночку с мёдом. Он посмотрел на неё, потом на угощения, потом снова на неё.

– Ты как будто решила накормить меня на неделю вперёд, – сказал он с лёгкой усмешкой.

– Ну, ты же угощал меня чаем и омлетом, – ответила она. – Я тоже хочу быть хорошей соседкой.

Он улыбнулся, но в его взгляде было что-то большее, чем просто соседская благодарность. Он смотрел на неё так, будто видел впервые. Или будто замечал то, что раньше пропускал.

Они сели за стол, и Оля начала рассказывать о своей поездке. О том, как они с Алиной поднимались в горы, как пахло разнотравьем, как вода в горных реках была ледяной и чистой. О том, как они пробовали дагестанскую кухню, как пекли чуду, как пили чай с мёдом на веранде гостевого дома, глядя на закат.

Она рассказывала увлечённо, жестикулируя, смеясь, когда вспоминала, как они с Алиной заблудились в ауле и местный пастух объяснял им дорогу на ломаном русском.

Стас слушал, почти не перебивая. Он смотрел на неё, и с каждой минутой его взгляд становился всё теплее.

– Знаешь, – сказал он, когда она закончила про пастуха, – я как будто сам там побывал.

– Ты обязательно должен съездить, – сказала она. – Это невероятное место. Там чувствуешь себя живым, настоящим. Как будто в Москве всё это – иллюзия, а там – реальность.

Стас кивнул, не сводя с неё глаз.

– Может, – сказал он тихо. – Может, когда-нибудь.

Она не знала, что он думает в этот момент.

Он смотрел на неё – на её светлые волосы, на её глаза, которые горели, когда она рассказывала о поездке, на её руки, которые так оживлённо двигались, – и внутри него поднималось что-то тёплое и тревожное одновременно.

«Я скучал, – думал он. – Я не говорил этого вслух, но я скучал. По этому голосу, по этим рассказам, по её смеху. Две недели тишины за стеной – и я понял, что привык. Что мне её не хватало. Какого чёрта?»

Он смотрел, как она открывает вино, как разливает по бокалам. Она была красивой. Она всегда была красивой, но сейчас – в этом платье, с этим светом, который падал на её плечи, – она казалась ему почти нереальной.

«Зачем тебе моё приложение? – думал он. – Ты же сама – как будто из другого мира. Я могу накодить что угодно, но такие женщины не попадаются в приложениях. Они встречаются в подъезде, когда кто-то кричит про Николая Второго. Они приносят мёд и магниты и рассказывают о горах. И они понятия не имеют, как на них смотрят».

Он откашлялся, прогоняя мысли, и сказал вслух:

– Ну что, хочешь посмотреть приложение? Или сначала вино?

Оля улыбнулась и подняла бокал.

– Давай вино. А приложение потом. Я хочу сначала насладиться вечером.

Он поднял свой бокал, чокнулся с ней и почувствовал, как внутри разливается не только вино, но и что-то ещё. Что-то, что он не решался назвать.

Они выпили по бокалу. Потом ещё по половине. Оля рассказывала про Алину, про то, как они дружат со школы, про свои любимые места в Москве, про то, как она мечтает когда-нибудь переехать жить к морю.

Стас слушал, иногда кивая, иногда задавая вопросы. Он чувствовал, как вино расслабляет его, но напряжение внутри не проходило.

– Давай посмотрим приложение? – предложила она, когда третья тарелка с сухофруктами опустела.

Он кивнул и развернул ноутбук экраном к ней.

– Всё просто, – сказал он. – Регистрируешься, загружаешь фото, заполняешь анкету. Алгоритм сам подбирает совместимость. Я сделал упор на характер и интересы, а не на внешность.

Оля зарегистрировалась. Выбрала фото – одно из последних, где она стояла на балконе гостиницы на фоне гор. Заполнила анкету: переводчик, люблю путешествия, книги и красный бархат. И почти сразу, как только сохранила профиль, на экране появились кандидаты.

Она увлеклась. Начала листать, комментировать, смеяться над странными анкетами. Стас наблюдал за ней, чувствуя странный холод в груди. Он сказал, что приложение подбирает по характеру, но он сам не знал, что она будет так быстро просматривать других мужчин. Перед ним. Почти с таким же энтузиазмом, с каким рассказывала о горах.

Она остановилась на одном профиле и засмеялась:

– О, посмотри! Он пишет, что любит готовить и путешествовать. Может, я и правда найду кого-то?

Она залипла в телефон, листая анкету, и не видела его лица.

А он смотрел на неё и чувствовал, как внутри закипает странное чувство, которое он не хотел называть ревностью. И как оно давило на грудь, на горло, заставляло его дышать чаще.

«Надо выйти из этого», – решил он. – «Надо снять напряжение. Как-то».

Он посмотрел на телефон, лежащий на столе. На экране – номер Светы. Той самой девушки, с которой он спал после приезда. С которой у него было просто. Без обязательств. Без чувств.

Он почти потянулся за телефоном, чтобы написать ей, но рука замерла в воздухе.

Но Стас убрал руку от телефона и вместо этого налил себе ещё вина.

Оля оторвалась от телефона и посмотрела на него. Её щёки были слегка румяными от выпитого, глаза блестели.

– Знаешь, – сказала она, чуть заплетающимся языком, – я ведь уже и забыла, как целоваться. Правда. Три года. Три года без поцелуев. Я даже не уверена, что ещё умею.

Стас замер с бокалом в руке.

– А если мне кто-то понравится, – продолжила она, глядя на него, – как я пойду на свидание? Я буду сидеть, как дурочка, и думать: «А что я должна делать?» Она засмеялась – немного нервно, немного горько. И допила остатки вина.

Стас смотрел на неё, и внутри его всё сжималось от её слов. Он мог бы сказать что-то умное, поддержать, но слова застряли в горле.

А Оля вдруг замолчала. Посмотрела на него. В её взгляде появилось что-то новое – решительное, почти дерзкое, но в то же время уязвимое.

– Стас, – сказала она. – Я хочу с тобой переспать.

Тишина повисла в комнате.

Оля смотрела на него, ожидая реакции. Бокал с вином задрожал в его руке, и он поставил его на стол, боясь, что его трясущиеся пальцы не справятся.

– Что? – переспросил он, и голос был хриплым.

– Я говорю – хочу переспать с тобой, – повторила она, и в голосе прорезалась твёрдость. – Ну а что такого? Мы оба взрослые люди. Ты красивый. Я, надеюсь, не страшная. У нас есть общие темы, общие шутки. Я просто... я хочу почувствовать себя живой. С тобой.

Она смотрела ему прямо в глаза. Её щёки горели, но она не отводила взгляда.

Стас открыл рот, чтобы что-то сказать. Закрыл. Снова открыл.

– Оля, – произнёс он наконец, и в его голосе было сожаление и неловкость. – Ты... ты пьяна.

– Немного, – согласилась она, не отрицая. – Но я не настолько пьяна, чтобы не понимать, что говорю. Я хочу. И я хочу, чтобы ты этого тоже хотел. Но я вижу, что ты не хочешь.

Она поднялась из-за стола, и он тоже встал, будто рефлекторно.

– Я всё понимаю, – сказала она, и голос её стал твёрже. – Я знаю, что я для тебя просто соседка. Просто человек, который приносит магнитики. Я не настаиваю. Я просто... сказала. Как есть.

Она шагнула к выходу, и Стас пошёл за ней, чувствуя, как внутри всё рушится.

– Оля, подожди, – начал он. – Я не хочу, чтобы ты думала, что...

– Не надо, – перебила она, обернувшись. – Не надо объяснений. Я просто... я подумала, что стоит попробовать. Но если ты не хочешь – значит, не хочешь. Просто забудь, – улыбаясь произнесла девушка.

Она стояла у двери, и он видел, как дрожит её рука на ручке. Она выглядела одновременно счастливой, гордой и одновременно разбитой.

– А по поводу приложения, – сказала она, уже открывая дверь. – Я буду писать тебе в процессе пользования. Всё, что мне понравится или не понравится. Как мы и договаривались. Доброй ночи.

Она шагнула в подъезд, и дверь за ней закрылась с тихим, но отчётливым щелчком.

Стас остался стоять на пороге, глядя на закрытую дверь.

Он сжал кулаки так сильно, что побелели костяшки. Внутри всё кричало: догнать её, остановить, объяснить. Но ноги не двигались.

«Я хочу, – вдруг осознал он с ужасающей ясностью. – Я хочу. Идиот. Я хочу.»

Он закрыл глаза и почувствовал, как вино, которое они пили, ударило в голову.

«Ты всё испортил, – сказал он себе. – Ты испортил всё, потому что испугался. Потому что не знал, что сказать. Потому что она застала тебя врасплох. И теперь она ушла, и она думает, что ты не хочешь её. А ты хочешь. Но ты никогда не скажешь ей этого, потому что ты трус».

Он вернулся в комнату, взял бокал, который она не допила, и посмотрел на него. На краю бокала остался след её губной помады.

Он поставил бокал обратно, взял телефон и увидел, что Света ему так и не написала.

«Хорошо, – подумал он. – И не надо».

Он лёг на диван, глядя в потолок, и чувствовал, как внутри него ворочается сожаление.

А за стеной, в своей маленькой квартире, Оля сидела на диване, обхватив себя руками, и смотрела в одну точку. Она не плакала. Ей было стыдно. Очень стыдно. И обидно.

«Зачем я это сказала? – думала она. – Зачем я испортила весь вечер? Мы так хорошо сидели, болтали, смеялись... И я всё разрушила. Я идиотка, Оля. Ты идиотка».

Она взяла телефон, чтобы написать ему – извиниться, объяснить, сделать вид, что ничего не было, – но рука не поднялась. Она не знала, что сказать.

Вместо этого она отложила телефон в сторону, легла на диван, накрылась пледом и закрыла глаза.

Она пыталась заснуть, но в голове снова и снова прокручивался его взгляд. Его растерянный, испуганный взгляд. Как будто она сказала ему что-то ужасное. Как будто она попросила у него то, чего он не мог дать.

«Он не хотел меня, – поняла она окончательно и бесповоротно.»

И от этого стало так больно, что она вжалась в подушку и прикусила губу, чтобы не заплакать.

Она не заметила, как уснула.

А за стеной Стас всё ещё лежал на диване и смотрел в потолок, прокручивая в голове её слова.

«Я хочу с тобой переспать».

Он должен был. Но он испугался. Он всегда боялся, когда что-то было настоящим. И теперь она ушла.

Он взял телефон и написал ей:

«Оля, я хочу поговорить. Завтра. Можно?»

Он ждал ответа десять минут. Потом двадцать.

Ответа не было.