Текст книги "Ненужная дочь (СИ)"
Автор книги: Леля Григина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 18 страниц)
Ненужная дочь
Пролог
– Ваша светлость! Ваша светлость! – в комнату влетела невысокая полная женщина в длинном платье, которое она придерживала впереди одной рукой. Второй рукой размахивала так, будто собиралась взлететь. – Ваша светлость! На свет княжна появилась!
Князь Радим поднялся на ноги, вставая со своего массивного деревянного стула у рабочего стола, на котором были накиданы бумаги. Услышав новость про рождение дочери, он даже не улыбнулся, только сильнее нахмурил кустистые светлые брови.
– Княгиня как?
Вбежавшая женщина сразу поникла, улыбка стерлась с ее лица.
– Не знаю, Ваша светлость…
Князь вышел из-за стола и широким шагом направился прочь из комнаты. Служанка мигом отпрянула в сторону, склоняя голову, а потом засеменила за мужчиной. Князь быстро преодолел широкие коридоры замка и оказался у массивных двухстворчатых дверей покоев его жены, княгини Росьи. У комнаты толпились многочисленные слуги, которые вмиг расступились и поклонились, завидев государя. Не обращая внимания на собравшихся, Радим распахнул двери и ступил в покои. Окинув глазами комнату, он остановил свой взгляд на большой кровати с прозрачным балдахином. На постели лежала княгиня, цветом лица сливаясь с белоснежными простынями. Ее длинные темные волосы были раскиданы по подушке, а глаза плотно закрыты. На красивом молодом лице застыла на удивление умиротворенная и счастливая улыбка.
– Ваша светлость… мне жаль… – раздалось за спиной князя.
Радим обернулся. Главный лекарь виновато отвел глаза.
– Соболезную, Ваша светлость. Пусть княгиня обретет покой в новой жизни. Да будет милосердна к ней Маргарита.
Князь не ответил. Его взгляд переместился на женщину, которая укачивала младенца. Завидев интерес Радима, служанка протянула сверток князю. Малышка, завернутая в шерстяной плед, сладко спала, причмокивая во сне пухленькими губками. Почувствовав, что ее больше не качают, она распахнула веки и уставилась на отца. В ее больших и на удивление ярко-зеленых глазах отразилось совсем не детское понимание. Она не заплакала, не закапризничала, просто смотрела, как будто чего-то ждала. Но князь брать на руки дочь не торопился.
– Ее Светлость была счастлива, увидев дочку и успела ей имя дать, – прошептала служанка, разгоняя тишину. – Она назвала ее Агата…
Князь вздрогнул и резко отвернулся.
– Отнесите ребенка к кормилице! – чересчур жестко произнес он и покинул покои жены, больше не взглянув ни на княгиню, ни на маленькую княжну.
Глава 1
– Просыпайся, моя княжна!
В покои вошла невысокая слегка полноватая женщина средних лет с удивительно темной, без единого седого волоска, густой косой, обернутой вокруг головы бубликом. В ее руках была большая миска с водой, которую она держала перед собой словно каравай, используя белоснежный фартук в качестве прихваток. Завидев сидящую на кровати девушку, которая босыми ногами касалась деревянного пола, женщина отставила миску, и всплеснула руками, хлопая себя по круглым бокам.
– Агата, ну разве можно босиком сейчас ходить? Весна ж ранняя на дворе!
Девушка виновато улыбнулась и торопливо натянула вязанные шерстяные носки, которые оказались ей сильно велики. Да и сама княжна была не высока ростом, так что простая ночная сорочка доходила почти по щиколотки. Именно поэтому все вещи, что доставались ей от старшей сестры, приходилось отрезать и укорачивать. Женщина подошла к княжне ближе, ласково проводя по каштановым волосам, с легким золотистым оттенком, словно темный гречишный мед. Агата снова одарила няню какой-то скромной виноватой улыбкой.
– Умойся, княжна, время завтрака. Князь приказал сегодня всей семье собраться.
Улыбка мигом пропала с миловидного лица Агаты, в больших зеленых глазах отразилась тоска и испуг. Но она ничего не ответила няне, лишь покорно направилась к миске с водой. Женщина с неким огорчением покачала головой и подошла к окну, чтобы раздернуть плотные шторы. Покои мигом осветил дневной свет яркого весеннего утра.
– Сегодня теплее на улице, весна взяла правление в свои руки, – проговорила няня, беря большой деревянный гребень. Умывшаяся девушка присела на край кровати, позволяя женщине распустить растрепавшуюся за ночь косу. Няня аккуратно проводила гребнем по мягким волосам воспитанницы, перебирая длинные пряди, а затем разделила волосы на три части и принялась плести “рыбий хвост”.
– Совсем скоро у сестры твоей, княжны Русаны, свадьба, ты уже решила, что надеть хочешь на торжество?
Девушка отстраненно пожала плечами:
– У меня платьев много, что-нибудь выберу.
Няня завязала кончик получившейся косы небольшой ленточкой и перекинула ее вперед через плечо.
– Все твои платья не для праздника, Агата. Ты уже не ребенок совсем, хватит тебе за сестрой одежду донашивать. Давай сходим к портному, пусть что-нибудь красивое тебе сошьет.
– Спасибо, Лидия, не нужно, – улыбнулась девушка. Она встала и направилась к большому шкафу, чтобы выбрать наряд. Няня со вздохом покачала головой и подошла к воспитаннице, с намерением помочь надеть ей платье. Весь гардероб молодой княжны составляли вещи ее старшей сестры Русаны. Русана часто меняла наряды, поэтому без сожалений отдавала поношенные платья сестре, а та их с благодарностью принимала. Агата вообще была благодарна за все: за одежду, за еду, за любое маломальское внимание со стороны родственников. При том, что девушка являлась княжной андорской, дочерью князя Радима и его покойной жены княгини Росьи. Да только беда была в том, что она оказалась нежеланным ребенком. Нежеланная отцом и всем двором. Любимая мужем и народом Андора княгиня Росья была счастлива, узнав, что носит под сердцем ребенка. Но лекарь поставил неутешительный диагноз, а беременность только осложнила ситуацию. У Росьи было два пути – избавиться от ребенка и прожить еще пару-тройку лет, либо родить дитя и умереть. И княгиня сделала свой выбор, не слушая ни мужа, ни лекарей. Рождение княжны Агаты никто не праздновал, Андор погрузился в траур. Князь был безутешен и даже не взглянул на дочь, полностью отдав ее на воспитание няни и кормилицы. Поэтому с самого младенчества Агата не знала ни материнской, ни отцовской любви. Девочка росла слабой, болезненной, худенькой. Она поздно пошла, поздно заговорила. Ее не звали на балы, праздники и торжественные приемы, к ней не приходили учителя, ее не обучали танцам и верховой езде. Читать и писать ее научила старая кухарка, а дальше девочка сама познавала мир. Большую часть времени Агата проводила в своей комнате с книгами или в старой части королевского сада, где редко кто бывал.
Лидия помогла княжне надеть простое темно-синее платье. Агата по привычке отказалась от любых украшений, к тому же у нее их практически и не было. На шее лишь всегда болтался небольшой кулон на тонкой серебряной цепочке с зеленым агатом, единственное, что осталось у девушки от мамы.
Выйдя из своей комнаты, Агата направилась в большую столовую, где вся семья должна была собраться на завтрак. Обычно девушка ела на кухне или в комнате, избегая всех. Даже когда во дворце князь встречал гостей, Агата не присутствовала на приемах. Ее не выводили в люди, не представляли народу. Ее словно и не было в жизни дворца и всего княжества.
Девушка вошла в столовую, осматриваясь. У стола уже стояли ее сестрицы и мачеха. После смерти первой жены князь выдержал годовой траур, а потом взял в жены дочь своего ближайшего советника Отсану. Молодая княгиня тут же подарила Радиму еще двух дочерей погодок Ладмилу и Миладу. И хоть у них Агата мать не забирала, сестры с самого детства не любили девушку. Так же, как и мачеха. Вот и сейчас три женщины с явным неодобрением посмотрели на Агату. Княжна сжалась, мечтая исчезнуть, но подошла к краю стола, вставая рядом со своим стулом и поприветствовала родню. В отличии от Агаты, младшие княжны и княгиня буквально сверкали нарядами, словно вырядились на ярмарку. Изысканные платья, яркие украшения. На их фоне Агата выглядела простолюдинкой, сироткой, взятой на воспитание благородной семьей.
Мачеха и сестры даже не успели ничего сказать девушке, как двери распахнулись и уверенной походкой в столовую вошел князь андорский Радим. Сестры Агаты присели в неглубоком поклоне, приветствуя отца, княгиня лишь слегка склонила голову. Радим окинул взглядом семью, убедившись, что все присутствуют, и кивнул, разрешая занять места. Женщины расселись на свои стулья. Хоть Агата являлась второй дочерью князя, ее место находилось в самом конце стола, после младших сестер.
Княжна наложила немного каши из миски, стоявшей прямо перед ней, в тарелку и принялась есть, не поднимая головы. Ее любимые пироги стояли поодаль, но девушка не посмела попросить сестер передать ей лакомство. Она вообще вела себя тихо, стараясь не привлечь лишнего внимания. Младшие княжны напротив вели себя очень активно, переговариваясь и смеясь. Наконец, подкрепившись, заговорил сам князь.
– Меньше, чем через месяц во дворце состоится свадьба! Я договорился с бакарским князем, что торжество пройдет в Андоре. Князь великодушно согласился. Праздник будет широким, приедут много гостей из большинства княжеств, поэтому каждая из вас должна подготовиться!
– Не волнуйся, мой дорогой, мы все организуем в лучшем виде! – ослепительно улыбнулась княгиня, переглядываясь с Русаной. Старшая княжна ответила ей улыбкой. В противовес холодному отношению к Агате, Русану мачеха никогда не обделяла своим вниманием.
– Я выслал приглашение королю, и он ответил согласием. На свадьбу Русаны и Веледа он прибудет вместе с сыном.
Ладмила и Милада мигом подскочили на своих стульях, чуть не снеся стол. Звякнула посуда и украшения княжон.
– Принц Демьян прибудет в Андор? – хором воскликнули сестрички.
– Какая честь для нас! – Отсана прижала руки к груди, выдыхая.
– Именно поэтому, девочки, я хочу, чтобы вы предстали перед принцем во всей своей красе. Его Высочество еще не женат и не обручен, – многозначительно заметил Радим, глядя на младших дочерей. Те быстро закивали. – Для меня и для княжества будет только на пользу, если одна из вас станет принцессой, а впоследствии и королевой.
Девушки широко заулыбались и зарделись, словно их уже как минимум позвал замуж принц. Хотя они бы стали весьма неплохой партией для любого знатного мужчины. Сестры были невероятно хороши собой и образованы. Обе похожи на мать: высокие, стройные, с толстыми длинными светло-русыми косами и кукольными личиками. У Ладмилы крупные светло-голубые глаза, у Милады более темные, с синевой. Старшая сестра Русана тоже красива. Она пошла внешностью в отца, и с годами становилась все сильнее похожа на князя. У Русаны густые длинные золотистые волнистые волосы, четкие широкие дуги бровей, яркие пухлые губы, миндалевидные глаза с серо-голубой радужкой. Радим, Отсана и три дочери смотрелись настоящим семейством. И лишь Агата выделялась среди них невысоким ростом, излишней худобой, нездоровой бледностью, темной косой и зелеными глазами. Девушка была похожа на мать. И хоть княгиню Росью все считали писанной красавицей и умницей, ее дочь таких почестей не заслужила.
Агата ковырялась в каше, раздумывая, что ее сестры вполне смогут заинтересовать принца и не сразу услышала, как отец назвал ее имя. Лишь получив тычок в ребра от Милады, девушка подняла испуганные глаза на отца.
– Я решил, что тебе пора замуж, – проговорил Радим отстраненно, даже не глядя на дочь. Он вообще мало с ней разговаривал, предпочитая держаться в стороне.
– Кто же захочет ее в жены? – отозвалась мачеха, принципиально не называя Агату по имени. – Никому не выгодна такая партия.
Младшие сестры противно захихикали, а Агата с замиранием сердца слушала отца.
– Аксель подбирает жену своему сыну, младшему княжичу Богдану. Если повезет, может быть, она ему приглянется.
Сестрицы снова засмеялись. Агата почувствовала, как ее сердце летит в пропасть. Ее не обижало, что отец говорит о ней словно о вещи, не обращая внимания и не глядя на дочь. Ее не обижали смешки сестер и уколы мачехи. Она испугалась самой мысли о замужестве. К тому же все знали, что младший сын бакарского князя глуп и невежд. Он большой любитель выпивки и женщин, несмотря на свой молодой возраст уже порос грязными слухами. И князь Аксель просто мечтает женить сына, чтобы слегка утихомирить молву. Но отец думает, что даже такому непутевому княжичу может не понравиться Агата. Девушка уперлась взглядом в тарелку, сжимая кулаки на коленях, чтобы сдержать подступившие слезы.
– Я помолюсь Маланье, чтобы она помогла устроить этот союз, – важно кивнула Отсана.
Князь улыбнулся жене. Наконец с завтраком было покончено и Радим с Отсаной покинули столовую. Когда за ними закрылась дверь, сестры оживились.
– Ну надо же! Нашу непутевую Агату выдадут замуж! – пропела Ладмила.
– Ох, Русана, не завидую я тебе! Придется снова жить с сестрицей на одной территории и краснеть за нее, – вздохнула Милада.
Любая другая девушка обязательно бы ответила сестрам колкостью или же даже вцепилась в их белокурые волосы, но Агата по обыкновению смолчала.
– Хватит, девочки! – слегка утихомирила сводных сестер Русана, поднимаясь из-за стола. Она посмотрела на родную сестру. – Это хороший вариант для тебя, Агата. Выйдешь за Богдана, родишь от него дитя и погрузишься в материнство. Так хоть твоя жизнь приобретет смысл. Не всю же жизнь тебе провести с книгами в обнимку.
– Спасибо за заботу, Русана, – тихо отозвалась Агата, тоже вставая со стула. Развернувшись, она последовала прочь из столовой, слыша за спиной смех сводных сестер, которые мигом забыли про нее и переключились на обсуждение принца. Сердце девушки буквально выпрыгивало из груди, она неслась по коридорам дворца, не разбирая дороги от слез. Выскочив через двери на задний двор, Агата побежала в единственное спокойное место – старую часть княжеского сада, где она проводила много времени. Здесь никто и никогда не бывал, лишь изредка забредали служанки, чтобы срезать цветы. Но сейчас на улице стояла ранняя весна, поэтому Агата была уверена, что там ее никто не побеспокоит. Княжна добежала до большой раскидистой березы и тяжело опустилась на старую скамью, давая волю слезам. Она плакала тихо, без причитаний и стонов. Она не казнила отца и мачеху, не проклинала сестер и не гневила богинь. Она просто лила слезы, дрожа от страха и холода. В ее сердце еще сильнее разливалась тоска, которая и так никогда не оставляла ее.
– Княжна?! – весьма внезапно раздался над девушкой мужской голос, заставивший ее подскочить на лавке. Агата развернулась. Перед ней стоял молодой мужчина с большой плоской деревянной лопатой в руке. Он озадачено оглядывал девушку, которая сидела на скамье в одном платье и легких туфлях.
– Что же ты тут делаешь в таком виде, Агата? – тихо произнес мужчина, отставляя лопату к стволу березы. Он быстро снял с себя верхнюю куртку и присел рядом с княжной, укутывая ее. Агата не отстранилась, не убрала руки, хотя в высшем обществе мужчинам не допускалось обнимать девушек, которые не являлись им ни невестами, ни женами, ни сестрами. Она только сильнее укуталась в кафтан.
– Спасибо, Ким. Я не думала, что встречу тебя здесь, – прошептала княжна.
– Пришел дорожки почистить, снег уже начал таять, лужи будут. А ты что делаешь здесь, Агата? Кто обидел тебя?
«Судьба», – хотела было ответить девушка, но вслух произнесла:
– Отец решил меня замуж выдать, за княжича Богдана бакарского.
Ким нахмурился, сведя к переносице светлые брови.
– За этого гулену и пьяницу?
– Большего я не заслужила, – вздохнула княжна.
– Не говори так, Агата, – Ким осторожно провел рукой по ее волосам, еле касаясь их, словно успокаивая. – Эх, если бы я мог, увез бы тебя отсюда подальше.
Девушка подарила парню улыбку, ласково коснувшись его ладони. Ким был единственным другом Агаты во дворце, не считая няни и старой кухарки. Он служил садовником: подстригал кусты, обрезал деревья, ухаживал за цветами, за прудом и утками, живущими на нем, зимой чистил снег. Ким сирота и с малолетства жил при дворе. Но познакомился он с Агатой всего пять лет назад. Девушке на тот момент было шестнадцать лет, а пареньку стукнуло восемнадцать, и он помогал с садом, укрывая на зиму теплолюбивые цветы лапником. В старой части цветниками никто не занимался, но Ким, увлекшись работой забрел и сюда. Агата же по обыкновению сидела под березой и читала книгу. Парень окликнул ее, решив, что она селянка. Ким деловито отчитал девушку, а Агата, прижав книгу к груди, молча слушала его длинную речь про то, что ей запрещено здесь находиться. Когда парень умолк, девушка повинилась и хотела было уйти, но садовник заметил книгу в ее руках. Это был большой сборник легенд, добротный томик, обернутый в богатую кожаную обложку из дворцовой библиотеки. Агата отчего-то попыталась спрятать книгу под накидкой, из-за чего Ким подумал, что она украла ее. Схватив девушку за руку, он потащил «воровку» к стражникам. Агата разревелась от испуга. Так паренек и узнал, что она никакая не селянка, а княжеская дочь. Кима это очень удивило, ведь о средней дочери князя мало кто знал и говорил. Кто-то считал, что дитя погибло вместе с княгиней, кто-то думал, что девочка умерла позже, ведь она родилась слабой и болезненной и без материнской заботы вряд ли бы смогла выжить. А кто знал, что Агата жива, просто не говорил о ней, так как она не представляла никакого интереса. Многие из них также, как и сам князь, не любили девушку, думая, что любимая народом княгиня Росья погибла из-за нее. С тех самых пор Агата и Ким сдружились, хотя такая дружба была не допустимой для знатной особы.
– Я понимаю, что тебе хочется спрятаться от всех, но все же стоит вернуться во дворец. Не дай богини, заболеешь.
«Лучше заболеть и умереть», – пронеслось в голове у княжны. Но она покорно сняла с себя кафтан друга и отдала ему. Склонив голову, девушка направилась к дворцу.
– Агата, – окликнул ее друг. Княжна остановилась и обернулась. Ким подошел к ней ближе и ласково коснулся теплой ладонью холодной щеки девушки. – Я что-нибудь придумаю, обещаю. Я не дам тебя в обиду.
Агата кивнула, как завороженная, смотря в светло-голубые глаза парня, чувствуя, как на душе разливается приятное тепло. Несмотря на то, что парень обычный крестьянин, он был невероятно хорош собой. Высокий, ладно сложенный, с крепкими сильными руками. Его светлые, золотистые волосы доходили почти до плеч. Лицо с широким подбородком придавало мужественности, а легкая щетина на щеках – шарм. Красоту садовника замечала не только Агата, большая часть молодых девиц дворца бегала за парнем словно привязанные, надеясь, что красавец обратит на них внимание. Но Ким до сих пор ходил не сватанным и брать на себя обязательства не торопился.
– Иди же, замерзнешь, – подтолкнул замешкавшуюся Агата парень. Княжна поспешно отвернулась, отводя взгляд от тонких губ друга и нещадно краснея от стыдливых мыслей о поцелуях, и побежала к дворцу.
Глава 2
В княжестве Андор уже вторую неделю шли полным ходом приготовления к свадьбе княжны Русаны и старшего сына бакарского князя Веледа. На широком празднике ожидалось прибытие большого количества гостей, поэтому дворец буквально кипел с утра до ночи.
Княжество Андор всего лишь одно из множества других государств на материке. Не самое большое. Не самое богатое. В центре всего стояло королевство Беловодье со столицей Ярград, на троне которого сидел король Михаил. Несмотря на кажущийся суверенитет окружные княжества подчинялись богатому королевству, завися от него. Король был желанным гостем в любом из государств, хотя после смерти любимой жены королевы Весеи стал нечастым визитером и редко покидал столицу. Его единственный сын, наследный принц Демьян, также не любил светиться, предпочитая отсиживаться во дворце.
Но несмотря на свою закрытость, король внезапно принял приглашение на свадьбу в Андоре, да еще и пообещал, что прибудет на торжество с сыном. Узнав это, почти все главы княжеств, даже самых отдаленных, вмиг пообещали Радиму, что прибудут на праздник вместе со своими семьями. Все незамужние княжны замерли в волнении перед встречей с самим наследным принцем. Ладмила и Милада тоже усердно готовились: заказывали красивые платья, новые богатые украшения, оттачивали танцы и тренировались «стрелять глазками», хотя последнее они и без тренировок прекрасно умели. Равнодушной оставалась лишь Агата. Ей было не до принца, да и понимала княжна прекрасно, что ей о нем даже мечтать глупо. С того момента, как отец объявил, что собирается выдать ее замуж, девушка потеряла сон и покой. Мысленно она уже прожила несчастную жизнь с Богданом, который в ее представлении совершенно не полюбит ее и продолжит пить и гулять с дворовыми девками, а потом обязательно сопьется. И она останется одинокой вдовой, вынужденной до конца своих дней носить траур по нелюбимому мужу. И даже детей родить не сможет, из-за того, что больная и слабая. От этих мыслей девушку бросало то в жар, то в холод. Няня всегда говорила Агате, что у нее слишком бурная фантазия, но княжна совершенно не могла ничего с этим поделать. Мысли и мечты были ее единственными спутниками по жизни.
Отсана, мачеха Агаты, наконец-то уделила падчерице хоть немного внимания, и занялась ее внешним видом, чтобы та не выглядела слишком убого по сравнению с сестрами. Княжне сшили целых три новых платья, одно из которых было странного фиолетового оттенка, второе грязного серо-голубого, а третье – поросячьего розового цвета с ужасным грубым кружевом. Наверняка княгиня взяла самые дешевые ткани, на которые никто и не смотрел. Фасоны платьев были неплохие, но совершенно не украшали девушку, делая ее и без того худенькую фигуру угловатой и несуразной, а лицо еще бледнее и болезненней. Но Отсана осталась довольна и даже подарила Агате тиару и ожерелье. Оба украшения оказались совсем простые из серебра с мелкими речными жемчужинами, но и это было огромной щедростью со стороны мачехи. Своим родным дочерям Отсана же заказала несколько комплектов из золота и драгоценных камней, а уж количество сшитых платьев быстро перевалило за пару десятков.
С самого утра дворец гудел, словно улей летом – в Андор прибыл князь Аксель вместе со своими сыновьями. Все слуги прильнули к окнам, кто посмелее выбежал на площадь, чтобы посмотреть, как князь Радим и княгиня Отсана встречают гостей. Княжны же остались в своих комнатах, их должны были представить вечером во время пира. Но Агате не терпелось увидеть своего возможного мужа и она тайком пробралась в библиотеку, где через небольшое вентиляционное окошко можно было разглядеть центральную лестницу. Бакарские гости прибыли с большой свитой и многочисленными стражниками. Несмотря на то, что Бакар, как и Андор, было небогатым княжеством, Аксель обожал роскошь, и часто занимался показухой. Так и сейчас он ехал впереди на белоснежном коне в дорогом костюме, который весь переливался на солнце от обилия камней. Это был мужчина пятидесяти пяти лет, седовласый, худощавый, с выпирающим животиком и с маленькими узковатыми глазами. Возможно, когда-то он и был красив, но сейчас от его стати мало чего осталось. А вот старший княжич красавец Велед, который ехал вслед за отцом был необычайно хорош. Высокий, крепкий молодой мужчина двадцати пяти лет с темно-русыми густыми волосами и светло-карими крупными глазами. Поговаривали, что он похож на мать, ныне покойную княгиню бакарскую, и характером и внешностью. Средний сын Акселя Арслан, тоже оказался весьма красив. Также как и брат высок и хорошо сложен, с темно-каштановыми короткострижеными волосами и серо-зелеными миндалевидными глазами. Ему было двадцать четыре года и он еще не обзавелся невестой. Завидев младшего княжича, Агата даже поморщилась. Богдан был копией своего отца – высок, но худощав, без малейшего намека на силу в руках. Его маленькие хитрые глазки с интересом бегали по толпе встречающих, то и дело останавливаясь на молоденьких пышногрудых крестьянках. Богдан был ровесником Агаты, младше ее всего на каких-то полгода, но казался озабоченным подростком. Девушка даже отпрянула от окна, не желая больше смотреть. Ее сердце трепетало. В который раз княжна убедилась, что, по мнению родного отца, ничего лучшего она не заслужила. Агата покинула библиотеку и направилась в сад, на поиски друга, чтобы поделиться с ним увиденным. Ким отыскался быстро, он стоял на большой деревянной лестнице, прислоненной к стволу дерева и обрезал ветки. Завидев княжну, парень ловко спрыгнул и отложил большие ножницы.
– Что-то случилось? – обеспокоено спросил Ким, завидя слезы в глазах подруги.
– Бакарские гости прибыли. Я видела Богдана.
– Не понравился? – хмыкнул паренек.
– Он противный, – воскликнула Агата откровенно, но тут же поспешила поправиться, – Он неприятен мне. За пару мгновений, что я видела его, Богдан успел облапать взглядом всех девиц дворца.
– Может это и к лучшему? Пусть развлекается себе с крестьянками, а тебя трогать не будет, – осторожно заметил Ким. – Ну… если только для того, чтобы зачать наследника.
Агата вмиг вспыхнула. Богини, ей придется еще и спать с этим княжичем. От этой мысли у девушки вмиг свело живот спазмом, а завтрак попросился наружу. Помнится как-то Русана в красках описывала сестрам, как мужчина и женщина занимаются любовью. Откуда она это узнала – не понятно. Агате тогда было шестнадцать лет, но она до сих пор с содроганием вспоминает эти откровенные рассказы. Завидев бледное лицо княжны, Ким шагнул к ней и взял за плечи, вглядываясь в ее зеленые глаза.
– Ну-ну, погоди тревожиться. Быть может ты окажешься не во вкусе княжича. Что если ему понравится Ладмила или Милада? Они же красавицы…
Агата вспыхнула, отводя взор. Она и сама прекрасно понимала, что и рядом не стоит со своими сёстрами, но внезапное замечание друга заставило ее сердце недовольно ворочаться в груди.
– Отец не отдаст девочек за Богдана. Он бережет их для принца.
Ким хмыкнул, но ничего не сказал, лишь ласково погладил косу подруги. Агата покраснела, осознавая, что до сих пор в объятиях чужого мужчины и отстранилась. А уж то, что разрешила трогать свои волосы, это совсем предел разумного. Коса для знатной незамужней дамы была символом чистоты. Когда девочка становилась девушкой, ей впервые заплетали косу под песнопения молитв. Когда она начинала невеститься, ей вплетали алую ленту, чтобы показать сватам и потенциальным женихам, что невеста готова рассмотреть их предложения. И когда ее сосватали – ленту заменяли на белую. И только замужней женщине разрешалось делать со своими волосами все что угодно. В современном обществе модницы научились плести различные варианты кос и даже делать из них замысловатые прически, но они все равно оставались неизменным атрибутом знатной девушки. Простолюдинки же не так бережно относились к косам, но с лентами поиграть тоже были не прочь.
– Что если мне и правда сбежать?! – прошептала Агата, поднимая глаза на друга, в надежде, что он поддержит ее. – Счастья во дворце мне все равно не ждать.
– Сбежать? – нахмурился Ким. – Ты понимаешь, о чем ты говоришь? Куда ты пойдешь? Как ты будешь жить?
– Можно отправиться в Сенан. Лидия говорила, что там спокойно и мирно, люди добродушные и князь у них хороший. Или в Хакан, он дальше от Андора. Устроюсь на работу…
– На работу? Кем? Поломойкой? – ошарашено проговорил парень, хватая ее за руки, переворачивая ладонями вверх. – Что ты сможешь этими руками, Агата?
– Я смогу, я научусь! – чуть не плача, запричитала Агата, оглядывая свои слабые кисти.
Ким снова привлек к себе девушку, успокаивающе гладя по спине.
– Не плачь…, – он взял ее за плечи, отстранил и заглянул в лицо. – Прошу тебя, Агата, не навороти глупостей. Я обещаю, я что-нибудь придумаю, чтобы помочь тебе. Обещаю.
Девушка слабо улыбнулась. Сама не понимая, что творит, она поднялась на носочки и слегка коснулась губами щеки парня.
– Спасибо, – шепнула княжна. Отпрянув от друга, она развернулась и побежала обратно к дворцу, проклиная себя за совершенную глупость. Не знала на тот момент Агата, что эта маленькая глупость обернется для нее большой бедой.
Вечером того же дня во дворце состоялся пир по случаю прибытия гостей. Столы накрыли в большом зале, хотя Радим не стал собирать всю знать, обойдясь лишь княжескими семьями и парой приближенных к ним людей. Агате тоже пришлось идти на ужин, к тому же сегодня ее должны были познакомить с Богданом. Девушку мутило от этой мысли, отчего она казалось еще бледнее, чем есть на самом деле. Лидия помогла княжне надеть серо-голубое платье, решив, что оно лучше фиолетового и розового, и закрепить тиару на голове. В косу пришлось вплести алую ленту, что только пуще прежнего расстроило Агату. Назад дороги не было.
– Да ты у меня красавица, – прошептала няня, разглядывая княжну. Девушка лишь вежливо улыбнулась. Красавица, как же. Лидия всегда была добра к Агате и всеми силами старалась поднять ее уверенность. Но одна против всех она противостоять не могла.
Приодевшись, Агата направилась в зал. В большом помещении было светло, словно днем, от многочисленных свечей. Музыканты играли веселую музыку. Столы ломились от разнообразных яств. В зале уже собралась вся семья Агаты. Княгиня просто блистала своим нарядом, а вот младшие сестры были одеты весьма скромно. Ну конечно, всю красоту они оставили для встречи с принцем, что им какие-то бакарские княжичи! И даже ленты не вплели, всем своим видом показывая, что эти женихи их не интересуют. Выделялась одна Русана, одетая в прекрасное алое платье. В толстой косе блестела невероятная белоснежная лента, усыпанная морским жемчугом – подарок ее жениха. Русана светилась от счастья, видно жених пришелся ей по душе. Агата была искренне рада за сестру, хотя близки по сути они и никогда и не были. В мыслях она даже признала, что лучше жить рядом с Русаной, чем с мачехой и сводными сестрами. Старшая сестра хоть и не любила ее, но подлостей от нее никогда не было.
Двери раскрылись, и показались гости. Девушки присели в учтивом реверансе, а Радим, раскинув руки, поспешил поприветствовать Акселя. Они обнялись и расцеловали друг друга в щеки, и только после этого все направились к столу. Князь андорский сел во главе, приглашая своего друга и гостя занять место по левую руку. По правую руку села княгиня и дочери. Велед учтиво проводил невесту к ее стулу, а сам занял место напротив. А вот Агату мачеха заставила сесть рядом с Русаной. Сводные сестры на удивление не противились, занимая места с краю. Агата сначала было растерялась от такой щедрости, а потом вспомнила, что сегодня она невеста на выданье, поэтому покорно села на стул, оказавшись напротив Арслана. Благо тот даже не смотрел на нее, и вообще скучал весь ужин, медленно пережевывая пищу и потягивая вино. Младшие сестры тоже вели себя тихо и скромно, никак не привлекая к себе внимания.
