Текст книги "Ангел для Демона. Его наследник (СИ)"

Автор книги: Лана Виноградова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 13 страниц)

А вот и самое интересное. На первом курсе ее начал добиваться некий Волков Артем Викторович, суперлига по баскетболу, атакующий, подающий большие надежды на переход в высшую лигу.

Встречались они с первого по третий курс, он ездил на соревнования и сборы, где изменял ей и не только там. Летом перед четвертым курсом она узнает о его похождениях, и они расстаются. Он несколько раз пытался ее вернуть, но безуспешно.

И для него же лучше, если он больше к ней не полезет. Хотя с расставания прошло два года.

Три недели пролетают как один день, работа, работа, мысли об Ангеле, работа. Посещение заводов, заключение договора в Якутии, посещение Сибири, всех рудников. Несколько раз чуть не сорвался к ней, но Илья вовремя останавливал меня, докладывая, что она все еще под наблюдением, но вреда ей не причиняют. Звонить и писать я не хотел, потому что мне было бы мало, и стоило бы услышать ее голос – сорвался бы не раздумывая.

– Все, поехали, отыгрываешь свою партию, завтра получаешь расчет и свободна.

– О, я справлюсь милый, обижаешь.

Как же все осточертело и это предчувствие чего-то не хорошего не отпускает меня, кажется, что моя жизнь вот-вот перевернётся, если вообще буду жить. Несмотря на все проблемы, все слишком спокойно.

Отъезжаем от клуба и мой телефон звонит. Илья.

– Слушаю.

– Дем, в машине бо… – А дальше голос друга перекрывает взрыв.

Гелик взлетает в воздухе, Карина еще не успела пристегнуться, ее подбросило к потолку – перелом шеи. Стекла под давлением разлетается на осколки, успеваю закрыть лицо рукой, но хорошо приложился виском, алая кровь стекает ручьем по лицу. Огонь полыхает, через пламя и дым не видно, что снаружи.

Пытаюсь отстегнутся, но ремень заело. Тянусь к ступне, чтобы достать нож, в ребрах простреливает острая боль

Блять, сломаны.

В машине невозможно дышать, дым, гарь, все плавиться, начинаю задыхаться, перед глазами все плывет, кожа горит.

Перерезаю ремень, но сил не остаётся, глаза закрываются и последнее, что я вижу – это моя Оливка и ее голубые глаза.

Я что-то упустил, где-то прокололся…

Глава 12. Оливия.

Прошло три недели, бабуля вернулась, начались уроки, моя жизнь вернулась в прежнее русло, вот только не вернулась прежняя я. Демьян мне не звонил и не писал и вообще никак не давал знать о себе, что он был в моей жизни, пусть и мгновением. Да, я ждала какое-то время, даже после его поступка, но быстро поняла, что не стоит, нужно просто его забыть, вот только как?

Всю технику на следующий день действительно пришли и заменили, бабушке пришлось врать, что выиграла конкурс среди учителей и это приз, но согласитесь, глупое оправдание, вот она отнеслась к этому с неверием. Да и кто поверит в эту чушь, государственные школы такие призы не предоставляют, точно не обычным учителям.

Сегодня я опять долго не могла уснуть ночью и задремала только под утро, естественно проспав. Резво подскочила, оделась, умылась, нарезала бутики, села кушать. По привычке включила новости. Я смотрела сквозь телевизор, за окном большие хлопья снега плавно падают, кружат красиво в танце, но уже очень хочется весну, тепла, сугробы надоели, и этот холод, мне его хватает в моей душе, от этого холоднее вдвойне, но на оповещении «Экстренные новости» переключила свою внимание.

И ведущая новостей начала говорить то, к чему я точно была не готова!

В углу экрана фото Демьяна.

В новостях говорилось, что сегодня в пять утра возле стриптиз-клуба, когда Крам Демьян Альбертович сел в свой автомобиль с неизвестной девушкой, с которой отдыхал в клубе, далее показывают несколько кадров, где она сидит у него на коленях, целует его и гладит, произошел взрыв. Машина сгорела почти полностью, уцелевших не осталось, а час назад экспертиза подтвердила, что два трупа принадлежали владельцу автомобиля Краму и девушке некой Мирзоевой Карине Сергеевне, от тел остались одни угольки и распознать по внешности было невозможно. Он владел несколькими крупнейшими месторождениями алмазов и имел комбинаты по переработки сырья в бриллианты высшего качества. Из-за бизнеса у него было не мало врагов и так как была обнаружена бомба в машине, имеется доказательное видео, где незнакомец в маске устанавливает ее, то возбужденно дело по сто пятой статье.

Дальше я уже не слушала, потому что тошнота подкатила к самому горлу, и я еле успела добежать до унитаза. Меня полоскало битые десять минут.

Я не хотела об этом думать. Не хотела верить в сказанное. Пусть он и поступил так со мной, но я хотела бы, чтобы человек которого я люблю был жив, знать, что он ходит по той же земле, что и я! Никто не заслужил такой участи, такой смерти, сгореть заживо – это страшно.

Не знаю, как я провела все уроки, как у меня хватило сил, с Божьей помощью не иначе, а еще вдобавок меня рвало на каждой перемене, а то и посреди урока приходилось выбегать, домой плелась из последних сил. Нужно было еще зайти купить каких-нибудь таблеток при отравлении. Вот только что я такого скушала… или это стресс так сказался…

– Добрый вечер. Девушка, мне нужно, что-нибудь при отравлении. Меня сегодня весь день тошнит и рвет.

– Ну а я чем помогу, а если это не отравление? К врачу не пробовали обратиться?

– Это будет завтра, а мне нужно сейчас. Пожалуйста дайте какие-нибудь таблетки. – Она приносит две упаковки лекарств, затем опять уходит и приносит две упаковки… теста на беременность.

– Это вы мне?

– Ну а кому еще? Кого-то видите здесь помимо вас?

– Но я не беременна, это отравление.

– Уверенны? – Начинаю вспоминать, когда были последние месячные. Так, за две недели до Нового Года, с того момента прошло 5 недель где-то.

– То тоже. Оплачивать будите наличными или картой? – Кажется она все поняла по моему выражению лица и на ее отразилось даже некое подобие сочувствия ко мне.

– Карта. – Я не узнала свой голос, он казался замогильным.

– Сделаете завтра утром, а второй на всякий случай удостовериться в том или ином результате. Удачи. – Она мне определенно понадобиться.

Домой я шла как пришибленная. А если я беременна?

Да нет, не может быть…

Ну как не может, он сколько раз в тебя кончал дура? От этого дети рождаются. Раньше надо было думать, а не ворон считать. В аптеку то я тогда забыла зайти за таблетками.

– Внучка, с тобой все хорошо? Что-то на тебе лица прям нет.

– Уроки тяжелые бабуль, дети сегодня не слушались.

– Ох эти мелкие хулиганы, доведут тебя. Ладно, иди мой руки, я борщик приготовила, твой любимый, с гренками и чесночком. – Я все это представила, дошел запах с кухни, который до этого не замечала, и понеслась опять к своему белому другу на ходу сбрасывая пальто.

– Оливия, – стучится бабушка. – Ты меня пугаешь доченька. Может врача?

Умывшись, открываю дверь.

– Не надо врача, я просто отравилась, завтра буду уже огурчиком, а сейчас я пойду лягу.

– Ох, только если что, сразу говори, вызовем скорую. Пойду схожу за лекарствами что ли.

– Не надо, я по пути все купила, сейчас приму и мне полегчает.

Надо говорить, что я опять не спала всю ночь, только теперь добавились мысли о возможной беременности. Все ночь крутила в руках эти две коробочки, изучила вдоль и поперек инструкцию, залезла в интернет почитать информацию и меня это вот совсем не успокоило. Еле дотерпела до утра, аж руки начали трястись. Пока бабуля спала, я нырнула в ванную.

Так нужно пописать, закрыть колпачок и подождать пока результат покажется на экране.

Выполнив все процедуры сразу с двумя тестами, один электронный, другой с тест-полоской, я стала расхаживать по небольшой ванне туда-сюда первый раз жалея, что она у нас такая маленькая, а то от кружения опять началась тошнота.

Когда подошло время смотреть результат, меня не хило так начало штормить, но я должна узнать результат, я взрослая девушка, ответственная… почти, как оказалось.

Выдыхаю.

Так. Спокойно.

Дрожащими руками беру тесты и…

Глава 13. Оливия.

Дрожащими руками беру тесты и…

Беременна 2–3 недели. На втором две яркие полоски.

Я беременна.

Беремена от человека, который использовал меня.

Беременна от человека, который погиб.

Беременна от человека, которого полюбила всем сердцем.

Это оказалось выше моих сил, и я завыла в голос, это все не может быть правдой, это просто дурацкая шутка. На мой плач проснулась бабушка.

– Оливия, а ну быстро открыла! Иначе позову сейчас соседа, и он выбьет эту дверь в чертовой матери! – Подползаю к двери и открываю. Если бабушка начала ругаться, то лучше ей не перечить, да и если четно, сил воевать с ней, просто нет. – Господи, внученька, да что ж с тобой происходит? Я как вернулась, ты сама не своя!

Протягиваю бабуле два теста. Она всматривается.

– Ну все, все, иди ко мне доченька. Ребеночку вредны переживания, он уже все чувствует. Давай ты сейчас умоешься, звони в школу и отпрашивайся, и приходи на кухню, я сделаю тебе кисленький чай.

Людмила Васильевна без проблем отпустила меня, и даже ответила со второго гудка, учитывая, что было еще очень рано, сказала, что могу посидеть до конца недели дома не брав больничный.

За окном еще темно, молча пью чай и всматриваюсь в темноту, куда-то далеко, сама не знаю, что пытаюсь высмотреть. Закрываю глаза, воспоминания лавиной захватывают меня, как мы сидели на этой самой кухне, как он обнимал и ласкал меня, с каким аппетитом он кушал все, что было мною приготовлено и все же, меня он куда плотояднее поедал в ту ночь. Одинокая слеза скатилась по заледеневшей щеке.

– Не хочешь поделиться Оливка? – И вот это ее обращение ко мне режет слух, что я вздрагиваю. Ведь так звала меня только она и Демьян. Это прозвище слишком интимное для чужих. Смотрю на бабулю стеклянными глазами.

– Я беременна от человека, которого люблю и который вчера погиб. – Я не стала говорить всю правду, ни к чему ей еще больше переживаний.

– Ах, как же так девочка моя? – Бабушка хватается за сердце. – Что случилось?

– Бабуль, – я поморщилась, как от зубной боли. – Это несчастный случай, мы встретились недавно и все быстро закрутилось, я поступила опрометчиво, что привело вот к этому, но бабуль, я не буду делать аборт, я буду рожать! Я уже люблю его, и он единственное, что будет напоминать мне о том, кого успела полюбить.

– Я на другое и не рассчитывала, конечно будем рожать, справимся, вырастим! Нас все же двое.

А дальше жизнь понеслась своим чередом, токсикоз длинною в три месяца, низкий гемоглобин, два сохранения, первое в 8 недель – отслойка плаценты, второе на 30 неделе – возможность преждевременных родов, поставили пессарий, прокапали и отпустили домой на больничный до родов, минимум телодвижений и стрессов, хорошее питание и положительные эмоции, вот только где их было взять, мне бы работать, денег понадобиться много, а я пролеживаю бока, ну и как вишенка на торте – работа с психологом, на нем настояла мой гинеколог, узнав мою историю, потому что я действительно впадала в депрессию с каждым днем все больше и не видела выхода из этой ситуации.

Пару раз я набирала тот номер телефона, на который звонил Дем с моего, но там говорилось все время, что абонент больше не абонент. Не знаю, что я хотела этим добиться… Узнать, что это все не правда…

В один из дней я проснулась и увидела огромный живот и поняла, что у меня ничего не готово к появлению малыша, ни кроватки, ни коляски, ни подгузников. Это как проснуться от долгого сна. С маниакальной одержимостью начала лазить по магазинам и делать заказы с доставкой на дом, ведь долгие прогулки мне были запрещены, тем более походы в такие места как торговый центр, любое неосторожное и необдуманное действие могло привести к преждевременным родам. И когда у меня было все готово, оставалось только ждать встречи с малышом.

Глава 14. Демьян.

Противный писк бьет по мозгам.

Я что, вчера перепил?

Приоткрываю веки, в глаза ударяет солнечный свет, что становиться больно, резко зажмуриваюсь. Чувствую, как пульсируют виски.

Хочется почесать глаза, поднимаю руку, а из вены торчат провода, из второй тоже, а еще она вся изуродована.

Какого хрена?

Пытаюсь вспомнить последние события.

Клуб. Звонок от Ильи. Взрыв.

В машине была бомба.

ФАК!

Сколько я здесь провалялся?

На писк монитора прибегают медсестра и врач.

– Добрый день Демьян Альбертович. Наконец то вы пришли в себя. Я ваш лечащий врач Юрий Константинович. Как вы себя чувствуете?

– Сколько я здесь? – Док обреченно покачал головой.

– Почти два месяца…

Два месяца… Оливка…

– Снимайте все это, належался.

– Стоп-стоп Демьян. Вы только пришли в себя, нам нужно взять анализы, еще понаблюдать за вами. Обсудить вопросы о полученном лечении, у вас были места с глубоким поражением, что требовало незамедлительного хирургического вмешательства, была использована не ваша кожа, а высококачественные искусственные материалы, поражение дыхательных путей… – Он тараторил, боясь не успеть донести до моего выпаленного мозга важную информацию о моем здоровье.

Опускаю глаза на свое тело, с моего ракурса видно не весь масштаб катастрофы.

– Да, мне очень жаль, но вся ваша левая часть от шеи до поясницы включая руку обожжена. Ожоги второй и третьей степени, останутся шрамы, мы сделали все возможное, чтобы покров выглядел более эстетичнее. – И это теперь моя эстетика? – Вам повезло, что помощь подоспела вовремя, еще бы немного и полученные повреждения были бы не обратимы, если вы понимаете, о чем я. – Здесь дурак не поймет. Ампутация или смерть.

– Похер. Берите что вам там нужно, задерживаться я не собираюсь, через час меня здесь не должно быть и телефон мне.

– Но Демьян…

– У вас проблемы с пониманием Док? – Я в минуте от того, чтобы все здесь разнести.

– Нет, но если вы про Илью Дмитриевича, то он уже направляется сюда, он оставил четкие указания сразу связаться с ним, если вы очнетесь, когда его не будет. Он навещал вас каждый день, по часу сидел и разговаривал с вами.

– Как мило.

– Что ж, тогда у вас сейчас возьмут все анализы и отправитесь на МРТ. – Вскидываю голову. – Да, у вас еще сотрясение головного мозга третьей степени.

Заебись.

– Когда придут результаты, мы сразу с вами свяжемся. И… говорить вам бессмысленно про отдых и постельный режим, верно?

– А вы догадливый Док. – Оскаливаюсь.

– Рассказывай все с самого начала. Почему обнаружили бомбу только тогда, когда я сел в тачку?! – Блять, голова раскалывается.

– Когда ты ушел с той девушкой, мне позвонили мои ребята, которые следили через монитор, сообщили что был сбой и камеры не работали. Как только они начали просматривать запись за это время, то увидели, как человек в маске подкрался и заминировал гелик и вскоре выходите вы. Я сразу позвонил тебе, а дальше ты знаешь.

– Я мало что помню на самом деле, обрывками. Почему охрана на улице этого не увидели? Они что, наняты чтобы в заднице ковыряться?

– Они отвлеклись. – Хера се, отвлеклись. – В это время у входа случилась серьезная драка.

– Отвлекающий маневр. – Илья кивает.

– Их уже никто не найдет, но перед этим мы допросили всех, раскололись на раз-два. Сдали Игната с потрохами. Отключила камеры танцовщица…

– Интересно. Я знаю, что у Соколова в клубе все находиться в серверной, и чтобы туда попасть нужен код от двери, который сменяется каждые 24 часов. Я лично ему советовал. – С Соколовым мы знакомы четыре года, познакомились по пьяни в этом же клубе, тогда он только открылся, клуб для элиты, куда не каждый вхож.

Ден был еще совсем зеленый, бабок было вложено дохера, люди не простые, а с безопасностью как оказалось была полная задница. Помню в ту ночь на него начал рамсить сынок известного олигарха, якобы у него официантка украла часы. Когда стали смотреть камеры, оказалось, что они были отключены, записей никаких не было, доказательств тоже. Комната, где было оборудование оказалось какой-то кладовкой со швабрами, куда мог зайти любой, Ден решил, что это может подождать. При обыске вещей сотрудников, часы найдены не были, как и той официантки. Администратор брала на подработку по сменно студенточек, чтобы платить меньше и никакой возни с документами.

Вот и дождался, тогда он попал на десять лямов, которых у него естественно не было. Я ему помог расплатиться с тем сосунком, но не просто так, он должен был мне вернуть все с процентами, что он делал следующие три года. Соколова устроило такое решение проблемы, я же ему посоветовал заменить все видеонаблюдение, сделать правильную серверную с кодовым замком, чтобы туда не мог зайти любой желающий. Благодаря этому многих проблем можно будет избежать. Почти каждую ночь в клубе находятся сотни тысяч долларов, которые на себе притаскивают гости клуба, поэтому безопасность важна.

Но бывают и такие проколы.

– Верно, а код имеет сам Соколов, которого уже неделю не было в стране, и его начальник по безопасности, который по «удивительному» стечению обстоятельств был по уши влюблен в нашу «хакершу» недоделанную. Он то и впустил ее туда, если честно, все как в смешном анекдоте, повелся на красивое личико, трахнул, но во время процесса отключился, оказалось она притащила ему воду с лошадиной дозой снотворного, хоть не убила доходягу. Она выключила рубильник от камер в сетевом ящике, но забыла или не знала про бесперебойник, если его не отключить, то он позволяет регистратору писать еще минут двадцать. Выяснить это не составило труда, она и не стала отпираться, созналась во всем, что деньги ей нужны были, чтобы отдать долг за наркоту. Нюхала она уже пару лет. Правда через три дня она была найдена повешенная.

– Бля, мы че в сериале? Что по компании?

– Было две попытки рейдерского захвата сомнительными фирмами, но ты знаешь, что у нас ни к чему не подкопаешься, все спрятано, схвачено.

– Броздов о себе не давал знать?

– Нет, боится падла, наблюдает из далека, хотя для всех ты мертв, СМИ почти месяц вещали о твоей кончине. И это точно были его попытки, думал, что он покажется и мы его накроем. Вот это огонь будет, когда ты явишься живее всех живых.

– Он дурак, конечно, но не на столько. Хотя… Что по погибшей девушке? У нее были близкие родственники?

– Да, мать и бабушка, финансовая помощь была оказана сразу.

Молчим.

– Больше ни о чем или ком не хочешь спросить? – Сверлит взглядом.

Конечно хочу.

– Говори. – Голос охрип. Закуриваю. Первая затяжка заполняет легкие забытым ощущением, это всегда меня успокаивает. Люблю курить в тишине и темноте, слышать, как трещит табак при сгорании и смотреть как тлеет уголек, как неравномерно горит сигаретная бумага ярким оранжево-красным цветом. В такие моменты стараюсь ни о чем не думать, просто оставаться наедине с самим собой.

Сколько раз пытался бросить, но не получалось. С моей работой это сделать весьма проблематично, хотя скорее недостаточно хотел.

– С ней все нормально, живет, ходит в школу. Следить за ней перестали три недели назад, и я тоже отозвал своих ребят. Ей ничего не угрожает… Пока. – Протягивает свой телефон с ее фотками. Первый же снимок отзывается болью в груди, живот скручивает, будто получил под дых. Отдаю обратно. – Иногда я просил фотоотчет, чтобы убедиться лично.

– Все нормально пока я не объявлюсь… Скинь мне. – Да и как я такой покажусь перед ней, мое тело будто через мясорубку прошло. Меня рвет на части, как мне хочется к ней, но я впервые в жизни попытаюсь поступить правильно, отступить ее, она создана не для этой жестокости. Что, если бы в ту ночь она была со мной, и она сейчас лежала в холодной земле? От этой картины все поплыло перед глазами.

– Гребаный сотряс. – Да, если я сейчас встречусь с ней, это автоматом поставит ее под удар. Лезу в ящик за таблетками. Скоро только их и буду жрать.

– Сильно болит? – Илья устало вздыхает. Он тоже выглядит паршиво. Уставший взгляд, синяки под глазами. За все отвечал он пока меня не было.

– Терпимо.

Если бы я только знал, что все главные качели еще впереди.

Глава 15. Демьян.

Моя жизнь череда бесконечной работы, алкоголя, девок, только так я мог хоть иногда не думать о ней. Одна сменялась другой, все похожие друг на друга, даже не старался запоминать их лица, перед глазами всегда было только одно личико и голубые глаза. С каждым днем сдерживать себя приходилось все сложнее.

– Вызывали Демьян Альбертович. – Отрываюсь от ноута, в кабинет зашла помощница глав буха.

– Попроси Наталью сделать мне кофе, но принесешь сама вместе с отчетом по второму заводу принеси. – Наталья моя секретарша. У нас чисто деловые отношения, она ценный, в полной мере, работник, свою работы выполняет четко и в срок, ей сорок, но выглядит она моложе, счастлива замужем и имеет дочь-первоклашку. А главное – она не лезет в мою личную жизнь и ко мне в штаны, и я в свое очередь тоже не имею желания залезть к ней в трусики.

– Будет сделано. Пять минут. – Марина уходит, виляя задницей в короткой юбке. Иногда помогает мне снять напряжение, а сейчас у меня его хоть ж*пой жри.

Ровно через пять минут она проходит с подносом к моему столу. Выставляет кофе и отчет.

Прозрачная блузка с расстёгнутыми верхними пуговицами не дает место для фантазий. Член дернулся в предвкушении, все-таки длительное отсутствие секса, а это пять дней, последнюю неделю загруженность колоссальная, и знание, что он не получит желанную щелку, с радостью отзывается на любую другую.

Это все физические потребности, в нас заложены инстинкты к осеменению и размножению, разницы между людьми и животными никакой, но куда более серьезнее это то, что в моем сердце навсегда только одна. Мой Ангел. Другим в нем места нет и не будет.

Она замечает мой взгляд, игриво улыбается и проводит языком по верхней пухлой губе.

– Я могу вам еще чем-то помочь Демьян Альбертович? – С придыханием.

– Помоги. На колени. – Отъезжаю на стуле от стола, расставляю широко ноги и взглядом указываю на пах, чтобы приступала.

Марина с огромной радостью опускается передо мной. Мы оба знаем, как она любит мне отсасывать.

Ее пальчики с красным маникюром проходятся по ширинке, легко справляются с ремнем и молнией. С блеском в глазах достает моего бойца и сразу же облизывает его.

– Покажи сиськи. – Она улыбается, расстёгивает пуговицы и бюстгалтер спереди, удобно. Ее налитые с большими сосками груди выпрыгивают. Вот только я хочу маленькие твердые вишенки приходит в голову. Одной рукой она двигает по моему стволу, а вторую опускает себе между ног. Я слышу, как у нее хлюпает там, она умело полностью заглатывает член, упираясь носом в лобок.

Ее язычок кружит вокруг головки, особое место уделяя щели откуда вытекает сперма.

Работает головой быстро, насаживаюсь на всю длину, стояк приятно упирается в податливую стенку глотки, но нужная мне разрядка так и не наступает.

Каждый раз чего-то не хватает.

ФАК.

Откидываюсь на спинку, закрываю глаза и как только представляю, что это Оливия сейчас передо мной на коленях ублажает меня, изливаюсь в рот бухгалтерше, удерживая за голову рукой, и мне абсолютно похер, что она уже давиться полученным белком.

– Вылежи. Яйца тоже. – Как послушная ученица выполняет приказ. Член блестит, слизала все до последней капли, жадный взгляд, она сама от этого тащиться.

А я в этот момент понимаю, что мне пиздец. Уже не в первый раз не могу кончить, пока не представлю Ангела.

– Свободна. – Марина высвобождает член изо рта и непонимающе хлопает ресницами.

– Я-я что-то сделала не так? – После отсоса обычно я ее трахал пока та голос не сорвет, но прости детка, не сегодня.

– Мне перед тобой отчитаться надо? – Холодно спрашиваю. И лучше бы тебе молчать бухгалтер.

И она делает именно то, что от нее требуется, качает головой в стороны.

Я никогда не был душкой, но после моего возвращения головы летят нещадно и почти все поняли, что лучше прикусить свой язык и не попадаться мне на глаза.

Не профессионально?

Да.

Но мне – П.О.Х.У.Ю.

Это последнее, о чем я задумываюсь, кому не нравиться, я не держу, но таких пока не нашлось, потому что плачу я своим работникам далеко не мало.

– Свободна до понедельника.

За окном ночь. Такая же одинокая, нескончаемая, холодная, как и все остальные ее предшественницы.

Иду в скрытую комнату, там у меня свое убежище, на вот такой случай, когда нет смысла возвращаться в дом, теперь кажется еще более безжизненным и пустым. Здесь у меня душевая комната, кровать, телевизор напротив и шкаф с запасной одеждой.

Принимаю горячий душ, который жалит мое тело, принося мучительную жгучую боль и помогает вытравить хотя бы на пару минут из головы ту, которую я пытаюсь безуспешно забыть и отпустить, потому как все, о чем я могу думать, о чем сигналят рецепторы, что мне срочно нужно переключить воду на холодную.

И я люблю такое состояние.

На месте шрамов у меня теперь тату покрывающая половину моего тела, языки пламени и феникс. Получилось драматично.

До ее появления, первое время я вообще не мог смотреться в зеркало, испытываемое отвращение к самому себе было такое острое и неподдельное, что мой желудок каждый раз извергал свое содержимое. И если я так реагировал на собственное тело, то что говорить о хрупком и нежном цветочке.

Мужики должны быть сильные?

Должны.

Но бывает то, что нам не подвластно, с чем мы не можем бороться.

Илья все время твердил, что шрамы украшают мужчину, но мы оба знали, что это был его способ поддержки, в один день он мне предложил такой выход и я ни разу еще не пожалел.

Мастер выполнил работу на столько хорошо, на сколько это вообще возможно, шрамы почти не видно, если не присматриваться, подойдя вплотную или не ощутить тактильно.

Помню, как надел трико и футболку, взял бутылку виски, а дальше провал.

Глава 16. Демьян.

– Демон подъем!

– Хера разорался, – со стоном открываюсь от подушки. Рядом лежит голая девушка. Толкаю ее.

– Ну что такое Демчик! – Какой я тебе нахрен Демчик. Девица недовольно стонет.

– Тебе пора. Водитель отвезет тебя куда надо.

– Но… я думала… ты говорил вчера, что женишься на мне! Называл меня Ангелом. – И лучше бы она этого не говорила.

– Какой блять ты Ангел! Рот закрыла и не смей больше произносить это слово. Ты серьезно думала, что я возьму в жены экскортницу?

– Я не такая! – Завизжала девица, что пульсом отдает в висках.

– Все вы не такие. Дважды повторять не буду… – щелкаю пальцами, пытаясь, для чего-то, вспомнить ее имя? – Имя?

– Жанна, – тихо проговаривает, прикрываясь простынею.

– Давай, красавица, взрослым дядям надо поговорить, – подгоняет Илья, хлопая в ладоши, словно гусей гонит, и дает денег.

Жанна вспыхивает как спичка и швыряет деньги в меня.

– Мне не нужны твои деньги, я не проститутка, – ухмыляюсь, закуривая сигарету. Она опускает глаза на мой пах.

Ну да, я голый и утренний стояк. Не более.

– Хочешь помочь напоследок? – Дергаю бедрами вперед, член качнулся и ударился о мой живот.

– Пошел ты, – резко хватаю ее выше локтя. – Ай!

– В следующий раз за такое останешься без языка. Не забывай с кем разговариваешь девочка. – Отпускаю. – Выметайся.

Подобрав свое шмотье убегает.

– Не хочешь прикрыться?

– Тебя смущает мой член?

– Демон!

– Забыл, как мы устраивали тройнички?

– Такое забудешь. – Хмыкает. Да, были времена, устраивали настоящие оргии, чем кстати сейчас я совсем не горжусь, но тогда это не хило поднимало самооценку. Натягиваю серые спортивные штаны, закуривая вторую, но следующее привлекает мое внимание. – Броздов объявился. Пытался покинуть страну, на него объявили охоту те, кому он задолжал, вот и встрепенулся. Мы успели по-тихому перехватить его первые, никто не знает, что он у нас и уже на складе.

– Спущусь через десять минут. – Один год. Столько прошло со дня, когда она меня подобрала на улице, а я чувствую ее запах сладкой ваты до сих пор, словно ушел от нее пять минут назад.

От полученной информации меня торкнуло, моя Оливка ж не похожа на остальных, теперь почему-то я уверен, что ей будет все равно на мои шрамы, она примет меня любого, а я смогу ее защитить, за год многое поменялось. Сам лично спускал собак и пулю в тех, кто пытался прогнуть меня, а желающих оказалось не мало, но слухи быстро разошлись и больше никто не осмеливался даже просто дышать в мою сторону. Сейчас разберусь с этим уебком и, возможно, я скоро ее увижу. И возможно я встречу Новый год, как и прошлый с моей малышкой.

Быстро принимаю освежающий душ, смывая запах и желание чужой бабы, надеваю удобные джинсы и свитер. Открываю галерею на телефоне и смотрю фото Оливии, вот она идет на работу, ведет урок, покупает продукты. Это мой каждодневный ритуал, пересмотреть ее снимки. Так я будто рядом с ней, живу и дышу. Такая маленькая, такая родная. Эти фотки еще с прошлой зимы, им год, а кажется с прошлой жизни.

– Сууука! – Вытираю руки полотенцем от его крови. Наносил ему удар за ударом, вымещая весь гнев и злость и мне было мало.

– Нет, Демьян, не надо. Я же тебе все рассказал, – сплевывает кровь. – И я раскаиваюсь, оставлю тебя в покое, не буду больше ни на что претендовать.

– Конечно не будешь, ты же ссыкло, только строишь из себя биг-босса, привык в спину стрелять. Лучше бы продолжал сидеть в своей норе, глядишь прожил бы еще год, но тебе не повезло попасть в мои руки. Ты знаешь, что я делаю с врагами, которые пытались меня убить? – Молчит. – ОТВЕЙЧАЙ ГНИДА!

– Д-да. – Голос дрожит как у девчонки.

– Ты че ныть собрался? Ты не мужик, ты дерьмо собачье, от которого нужно избавлять нашу планету.

– Ч-что ты со мной сделаешь? – Он уже во всю пускает слезы и слюни.

– Тоже что и ты со мной. – Оголяю торс. Ему понадобилось не больше пяти секунд, чтобы понять, о чем речь.

– Нет, ты не сделаешь этого!

– Проверим. В печь его.

– Нет, нет Демон, прошу тебя, не надо.

Через пять минут покидая склад (это лишь название, так мы называем место, где расправляемся с врагами и с обычным складом нет ничего общего), за спиной я слышал истошные душераздирающие крики моего врага.

Кажется, что так я еще никогда не нервничал. В окне ее кухни приглушенно горит свет, ну же маленькая, покажись мне, выгляни в окошко. До Нового года пятнадцать минут, в кармане пальто бархатная коробочка, гулять так по полной. Последняя затяжка, шаг вперед, и я останавливаюсь. В свете окна появляется силуэт. Вот она, мой Ангел…

Но полюбоваться я не успел, следом со спины к ней подходит силуэт намного больше, примерно, как я, и это точно мужик. Они поворачиваются лицом друг к другу, Ангел плавным движением руки опускает ладонь на щеку этому…

Неизвестный кладет свои грабли ей на талию, тянется к ее лицу, целует ее, не видно куда именно, но понятно же, что не в щечку, и следом обнимает, врастая в нее, вжимаясь своим телом к телу моей девочки, которое должно принадлежать мне!

СУКА! А говорила, что будет скучать и ждать! Чуть ли не плакала, когда я уходил! Такая же как все, много времени не потребовалось, чтобы забыть меня и начать трахаться с другим.