Текст книги "Ангел для Демона. Его наследник (СИ)"

Автор книги: Лана Виноградова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 13 страниц)

Отрываюсь от созерцания… пениса моего мужа (как же это слово режет слух), перевожу взгляд на его лицо и тут же встречаюсь с почерневшими глазами, в которых горит пламя страсти, похоти, возбуждения и обещания большего.

– Иди ко мне, – севшим бархатным голосом зазывает и хлопает по месту рядом с собой.

– Я не буду с тобой спать! – Нервно выпаливаю на что он приподнимает одну бровь. – Я имела ввиду. Что не буду заниматься с тобой с…сексом.

– Как скажешь Ангел. Мой член окажется в твоей дырочке только тогда, когда ты сама меня об этом попросишь. – Гос-по-ди.

Прикрываю глаза собираясь с мыслями. Он об этом только сказал, и сказал, что не собирается со мной делать, а я уже желаю этого и между ног становиться горячо и влажно. Неосознанно сдвигаю ноги ближе, что не остается незамеченным им. Из мыслей меня выводит опять его хриплый, полный обещания баритон.

– Давай Оливка, я жду. Раздели с мужем супружеское ложе.

На ватных ногах подхожу, ложусь на край кровати со стороны предназначенная мне и накрываюсь одеялом чуть ли до носа.

Копошение. Гаснет свет. На талии чувствую теплые и сильные руки Демьяна, которые рывком притягиваю меня к его груди.

– Ты обещал… – Как овечка блею, ей богу.

– И я держу свое слово, я сказал, что трахну тебя только по твоей просьбе, но ни лова не говорилось о всем остальном. Я хочу обнимать свою жену и не собираюсь себе в этом отказывать. – Ах ты демон-искуситель хренов.

Он ложиться вплотную, что я попой чувствую горячую головку сквозь ткань футболки, которая упирается мне в попу.

Ох. И как мне теперь уснуть?

– Это не честно. – Расстроено бурчу, сама не знаю из-за чего именно расстроилась. На это Дем тихонько рассмеялся мне в затылок.

– А никто не говорил про честный бой. На войне все средства хороши как говориться.

Мы так лежим молча минут пять. Я напряжена как тетива, кажется, даже не дышу.

– Расслабься Ангел и дыши. – И я словно только этого и ждала, расслабляюсь как он у велел.

– Разговаривала с бабушкой, и она сказала, что ей там находиться еще два месяца, она расстроена, что не попадет на день рождения правнука и вообще хочет очень домой. И я хотела спросить, а нельзя ей здесь проходить реабилитацию? Мы были бы рядом, навещали ее, она была бы счастлива, все-таки дома и стены помогают.

– Малышка, Нина Павловна находиться в лучшей клинике с лучшими врачами, там, она быстрее восстановиться, то, что она лучше себя чувствует – это конечно здорово, но не значит, что она уже полностью здорова. Ты должна понимать, что проблемы с сердцем – это не шутки. Перелеты ей все равно пока запрещены.

– Конечно я понимаю, просто…

– Два месяца пролетят незаметно и кстати, день рождения сына будет проходить в этом доме, никаких общественных заведений. Все остальное можешь сделать на свой вкус, ни в чем ни себе не отказывай, только предоставишь список Илье для проверки персонала и фирм.

– Спасибо. – И в таких крепких объятьях своего мужа, которого я всячески старалась избегать и выстраивала стену против него, я проваливаюсь в царство Морфея.

Глава 40. Оливия

Просыпаюсь от того, что мне мокро и щекотно. Проморгавшись, пытаюсь понять кто я и где, и какой сегодня год.

– Демьян, ты что делаешь? – Хлопаю ладонью ему по плечу.

– Мммм, – но он как кот на сметану продолжает свое занятие – усердно колдует ртом над моими оголенными сосками! Майка на вороте кровожадно разорвана, грудь гуляет на свободе, Демон бессовестно то втягивает соски по очереди, то кусает.

Кладу руки ему на плечи и толкаю, он как глыба, не сдвинешь с места, только удалось оторвать от груди, вот только я не рассчитала, что в этот момент он кусал острый камушек и когда он отрывался, то зубами прошелся по всему соску, а кончик и вовсе прикусил, и это оказалось так болезненно и сладко одновременно, что из моей груди вырвался непроизвольный стон.

– Ай.

– А ты не дёргайся, лежи спокойно.

– Ты же обещал!

– Я дал слово, что трахну тебя по твоей инициативе, про все остальное речи не шло.

– Ах ты! – Безошибочно нахожу его грудь и с такой же силой щипаю его сосок. Демьян от неожиданности и уверена не самого приятного ощущения подскакивает на месте и в недоумении смотрит на меня.

– Блять, Ангел, – шипит сквозь стиснутые зубы. – Больно же.

– Правда, что ли? – Упрямо смотрю ему в глаза. – Больше не трогай меня Демьян.

– Стерва, никак не успокоишься. – С рычащим разочарованием падает лицом в подушку, а я ловлю момент и подскакиваю с кровати убегаю привести себя в порядок, ведь совсем скоро проснется наш ребенок.

– Ну давай пирожок, последнюю ложечку и мы пойдем гулять. Согласен?

– Да! – Демид радостно бьет ложкой по каше, естественно не задумываясь над тем, что только что сделал, та разлетается на метр от него, а я весело и немного истерически хихикаю, ведь мне все это убирать, но я привыкла, почти.

– Демид, нельзя себя так вести за столом. Сколько раз я тебе уже об этом говорила. – Но все равно каждый раз повторяю ему о том, как правильно и как не нужно вести себя за столом, да и не только, с детьми как, важно повторять и объяснять и рано или поздно они услышат вас. Неудобно конечно получилось, одно дело каша на полу у нас дома, а другое здесь. Беру салфетки и опускаюсь на пол чтобы все убрать, пока Демид доедает оставшуюся порцию своей банановой каши.

– Оливия встань, для этого есть прислуга, которая все уберет.

– Двадцать четыре года, – спотыкаюсь. – Двадцать два года, я сама за собой убирала и сейчас прекрасно справлюсь, убирая за своим сыном. – Упрямо вздергиваю подбородок. Бесит, что он уже все решил за меня, еще и считает немощной, не способной убрать за собой.

– И в кого ты такая упертая? – Подрывается со своего места, бросая вилку в тарелку и присаживается рядом со мной с охапкой салфеток, помогает убирать грязь.

– Мне не нужно твое одолжение Демьян.

– Мне не сложно Оливия. – В этот момент влетает женщина, еще не знаю всех имен, со шваброй в руках, так и останавливается на месте, врастая в пол. Ее лицо побелело и выглядит испуганной от увиденного, открывает рот и закрывает, не зная, что сказать.

– Надежда, сейчас ваша помощь не понадобиться. Свободны. – Вот мужлан неотесанный.

– Спасибо Надежда, – ободряюще улыбаюсь, а то бедняжка сейчас рухнет на пол от потери сознания. Она же благодарит меня в ответ приподняв на секунду уголок рта, но тут же со страхом во взгляде молча кивает и вылетает из столовой.

Решаю промолчать и не лезть со своим мнением о его манере разговаривать с прислугой, я все равно здесь ничего не решаю и на птичьих правах, не известно, что станет со мной, воспринимать всерьез слова о том, что я здесь хозяйка, я не могу, но те определенно не ожидали увидеть хозяина на полу, вытирающего пол.

– Мне нужно отъехать на пару часов, потом я вернусь, и мы сможем провести оставшийся день вместе, вы можете ходить по сему дому и саду, ограничений нет, за домом детская площадка для Демида.

– Спасибо.

– Тебе не за что благодарить Оливия, – останавливается, берет мои руки в свои ладони и выжидающе смотрит. – Это я должен благодарить за то, что вы есть.

И вот знаете, очень тяжело не поверить в его слова, хоть его тон и казался холодным, но посмотрев в любимые карие глаза я увидела в них с какой теплотой и любовью он это говорил, не могла отвести глаз и все тонула и тонула в бешеном омуте.

Сдержала порыв броситься к нему на шею и мягко высвободила свои руки из его обжигающих ладоней, а то еще и из-за этого вспылит.

– Демид, иди скорее ко мне, бабушка звонит. – Сын бросает все игрушки и на всех порах бежит ко мне. Он также как и я соскучился по нашей бабуле.

– Баба, пиветь!

– Привет мой внучечик, как же ты вырос, – ба сразу начинает плакать. – Как я уже хочу обнять вас.

– Так, будешь рыдать – отключусь, ты помнишь о рекомендациях, никакого стресса, никаких слез!

– Да помню я все, просто уже задыхаюсь в этой вашей Германии, словно в клетку упекли, хочется на родину, уже слышать не могу, как они здесь все шпрэхают.

– Ну ба-абушка-а! – В голос смеюсь.

– Ты внученька лучше скажи как у вас с Демьянчиком? – Демьянчиком, мысленно передразнила бабулю.

– Нормально.

– Оливия! Мне нервничать нельзя!

– Да ну сказала же, нормально.

– Вы же вместе?

– Нет.

– А как же… Я думала… Вы же живете у него.

– Он, знаешь ли, не спрашивал особо моего мнения.

– И правильно сделал. Настоящий мужик – взял все в свои руки. – Ага, знала бы ты бабушка все. Она печально вздыхает. – Он любит тебя глупая. Все делает для вас, мне помог, ты хоть представляешь какую сумму ему выставили за то, что я могу сейчас с вами разговаривать?

– Нет, но догадываюсь, гуглила.

– Гуглила она. Молодая ты еще и местами глупая. Человек имеет шанс на то, чтобы все исправить, не брыкайся, а то потом будешь сидеть в моем возрасте одна да слезы пускать об утраченном времени и возможностях. Не знаю, что он такого натворил, чем обидел, коль не рассказываешь, но иногда человеку стоит дать второй шанс. Прощать – это тоже надо уметь делать. Раз ты с ним живешь, то ничего не поправимого он не сделал, иначе ты бы уже бежала, только пятки бы сверкали. Вижу же как ты мучаешься и как любишь его всем сердцем. Любишь же? – Обманывать бабушку не вижу смысла, да и не хочется.

– Люблю, – сказала тихо, потупив глаза в газон.

– Ой, Демьянчик, как я рада, что застала тебя! – Мои глаза сначала округляются, потом сощурив смотрю на эту партизанку, обещая мучительную расправу. Ну бабушка! И как много он слышал, как долго наблюдал?

– Добрый день Нина Павловна, прекрасно выглядите. – И вот он уже за моей спиной, руки нежно сжимают талию, а я готова свалиться прям здесь и еще как в фильмах руку ко лбу приложить. Наши тела говорят на своем языке – языке любви, его передает моему импульсы как от электрошокера, сердце пускается в пляс.

– Спасибо дорогой. – Дорогой? Ты говоришь чуть ли ни с бандюганом ба! Утыкаюсь лицом в ладони. Стыдоба. – Ты следи за моими кровинушками только.

– Обязательно, по-другому никак, вы же знаете. – Спелись блин.

– Ну идите дети мои, а мне нужно отдохнуть. – Бабушка коварно улыбается и отключается. А с внуком поговорить?

– Папа! – Бежит к нему сын. – Хотю иглать в мясь!

– В мяч так в мяч. – Демьян подхватывает его на руки.

Они бегали с мячом чуть ли не час. Их выдержки только можно позавидовать.

Площадка оказалась просто чудесной. Здесь казалось было абсолютно все, качели, горки, батут, песочница – рай для деток. А еще бассейн, в который я пока не рискнула идти.

Демид отключается как по щелку на обеденный сон, и я вместе с ним рядом на кушетке около кроватки.

Не знаю сколько прошло времени, но сквозь марево сна чувствую прикосновение губ на своих и тихий шепот «Люблю больше жизни».

Присниться же такое, словно наяву, на столько реалистично.

Глава 41. Демьян

– А где мой сладкий пирожочек, иди к крестной! – Марго расцеловывает сына оставляя красные следы от помады.

– Рита, – смеется моя девочка. – Он же будет как свекла.

Оливия сама лично занималась днем рождения сына, сама все распланировала, купила и украшала тоже, и торт пекла тоже сама наотрез отказавшись от любых услуг.

Если честно я все же немного удивился поначалу, ведь другие известные жены богатеньких мужиков нанимают самых дорогих декораторов и организаторов на праздники и отваливают кучу бабла за их услуги. Нет, мне, конечно, не жалко для них ничего, просто я еще раз убедился, что мой Ангел ни с кем не сравниться, она абсолютно другая.

Совершенная.

Моя.

Хоть пока не сознается в этом и ведет себя прохладно, но с каждым днем ей дается это все тяжелее, я прилагаю к этому максимум усилий.

Она пригласила самых близких, а мне пришлось еще звать важных людей, которые не имеют абсолютно никакого отношения к детскому празднику, но должны быть. Оливия была, мягко говоря, не очень довольна.

Хоть я и общаюсь со взрослыми дядями, одним глазам посматриваю за семьей, и вот прям сейчас возле моей жены вьется этот Никита. Они о чем-то весело разговаривают и смеются, и он невзначай касается ее ладони, но Оливка, быстро среагировав, вынимает ладонь из его проворных щупалец. Наглости ему не занимать, в моем же доме, на празднике моего сына клеить мою жену, пусть и ставшая не совсем законным путем. И должен отметить, что этот паренек быстро взял себя в руки от произошедшего конфуза. За прошедший месяц у меня от него дергается глаз, и я бы не раздумывая вышвырнул его за дверь, но все ради моей глубоко обожаемой жены, но иногда мне кажется, что я долбанулся башкой раз терплю такое.

У Демида появилась нянька в виде младшей Оливии, племянницы этого хлыща. Она приезжала к нам чуть ли ни через день, девчонке явно было скучно на школьных каникулах, хотя ее папаша мог и отправить дочурку на отдых в Европу и желательно с этим Никитой. Я не против, что девочка приходит в гости, но вот ее дядька восторга не вызывает. Успокаивала моя охрана, постоянно следящая за ними если по какой-то причине я отсутствовал и то, что моя Оливия абсолютно не смотрела на него, как на объект противоположного пола, это было видно в ее поведении и легко читалось в глазах.

Разумеется, уже на следующий день я знал все про эту семью. Никита – айтишник, ровесник моей Оливки. Его старшая сестра Нина, мама девочки Оливии умерла при родах. Ее отец Швец Игорь Станиславович работал не покладая рук ради будущего своего ребенка, при этом мало времени уделял дочери, у него просто не было времени на это. Девочка росла с нянями и гувернантками, должен отдать должное Никите, он не бросил племянницу и начиная с роддома чуть ли ни каждый день навещает ее, часто берет к себе погостить, в общем старается заменить ей мать в каком-то смысле. Ее отец основал свою нефтяную компанию, и я сразу заметил десять хорошо обученных бойцов, следящих за Оливией младшей. На нее было уже пять покушений и на ее примере я увидел будущее свих детей и жены. Сейчас я веду переговоры о поставках моих бриллиантов в Западную Европу, что делает мой бизнес еще более лакомым кусочком, а семью – мишенью.

Парень замечает мое приближение и на его лице проскальзывает тень недовольства.

Даже не буду извинятся чувак.

Нагло ухмыляюсь.

Он действительно на что-то рассчитывает?

Подхожу со спины и кладу руки на талию малышки собственнически притягивая ближе к себе. Она вздрагивает, что неприятного кольнуло меня, но тут же расслабляется, поняв, что это я.

– Спасибо, что развлек МОЮ жену. – Мне в ребро приходиться тычок с локтя от Оливии.

– Жену? – И вот он действительно в недоумении и удивлении от услышанного. И я тоже. Неприятно. Я особо не рассчитывал, но все же, то, что Оливия не сказала про ее новый статус приводит в бешенство. Чуть сильнее сжимаю руки на ее талии.

– Эм, да, мы вроде как женаты – Лив краснеет как помидорка, стесняясь опускает глаза в пол.

Никита осматривает сначала правую руку Оливии, которой она держит бокал с соком на уровни груди, после осматривает мою руку на ее талии.

Да. Колец нет. Завтра же надену на нее булыжник, чтобы все видели еще издалека, что это малышка занята. Мое опущение.

– Не вроде как, а женаты… ЖЕНА. – Никита нервно усмехается.

– Оливия, если ты в заложниках моргни два раза. – Вроде и в шутку, но в тоже время серьезно.

Лив, смеется, стараясь разрядить обстановку, но вот нифига не помогает, у меня уже кулак чешется встретится с его мордой. Но вот следующие слова немного расслабляют:

– Нет, Ник, я не в заложниках, мы здесь…, – секундная заминка. – По доброй воли, но спасибо что переживаешь – это мило.

Мило ей блять.

Веду ее сквозь толпу людей и шепчу чтобы слышала только она.

– Пиздец тебе Ангел. – Завожу ее в крайнюю гостевую на первом этаже и толкаю ее на дверь, которая со стуком закрывается. Сжимаю слегка шею водя большим пальцем по нижней губе, вторую руку опускаю на упругую задницу. – Мило значит? Нравиться его забота, а моя и в хуй не упала?

– Это был просто вежливый жест Демьян, он мне нравиться, – не знаю какое у меня было выражение лица, но Лив не на шутку испугалась и часто задышала. – Как человек. Он хороший друг и Оливия чудесная девочка.

– Друг значит. А я? Кто я для тебя? – Мне нужно, я хочу, чтобы она наконец-то призналась мне и себе в том, что мы и так оба знаем.

– Т-ты… – она опускает глаза и смотрит на пуговицу моей рубашки. Нервно сглатывает. Чувствую, как бьется жилка под подушечкой большого пальца.

Ее изящные пальчики несильно подрагивают, но смело ложатся мне на живот, который напрягается от желанного интимного прикосновения, ладонь решительно движется вверх по торсу к груди, плечам и так хочется ускорить до момента, когда я буду в ней, но все же даю возможность малышке самой сделать выбор – попросить меня.

Тоненькие пальчики жены с прозрачным маникюром расстегивают три верхние пуговицы, раскрывая меня перед ней, все мои шрамы, которых она совершенно не боится, не стыдиться, не брезгует, а наоборот, кажется, изучила каждый миллиметр изуродованной кожи. Запускает ручки мне под рубашку, оглаживая пальчиками неровную кожу шеи и груди, трепетно обрисовывая узоры, следя за своими движениями голубыми глазками.

Именно сейчас происходит слияние наших душ и тел, она принимает меня, нас. Не знаю, как это описать точно, но вот в данную секунду мы становимся одним целым, впитывая друг друга, наполняя недостающими частицами.

Представьте, что эмоциональное поле каждого из нас сцепляется множествами нитями другого и они притягивают нас все ближе, пока не станут единым сгустком энергии.

Вот только не спрашивайте откуда я беру всю эту романтическую хрень, но я просто чувствую так.

Глава 42. Демьян

Оливия встает на носочки, что делает ее немного выше, тянется губами и едва прикасается к драконьей коже в легком поцелуе. Смотрит на мою реакцию.

Целует еще раз, но уже более настойчиво и смело. Ее дыхание обжигает, а нежные губы ласкают. Целует каждый сантиметр открытой израненной кожи, поднимаясь по ключице выше, несмело облизывает язычком шею, а руки запускает мне в волосы.

Так хорошо, что мой гортанный рык дикого зверя разноситься по комнате. Мои руки уже крепко прижимают ее ко мне, хочется вдавить ее в себя, привязать к себе.

Оливка очерчивает поцелуями линию скул, медленно приближаясь к моим губам, зависает в миллиметре от них и опять смотрит на меня, проникая в самую душу. Но я стойко держусь, хочу, чтобы она сама поцеловала и словно читая ответ в моих глазах, робко проводит острым язычком по моим губам, после чего целует ласково и трепетно, языки сплетаются, я чувствую ее сладкий вкус спелой клубники, и моя выдержка летит к черту.

– Скажи, – мой умоляющий хриплый голос.

– Да. – Шепотом в губы. – Хочу тебя мой Демон. Сейчас.

И это ответ на все волнующие меня вопросы. Иногда ожидание стоит того.

Вся инициатива уже в моих руках, мне дали полную свободу в действиях, я как оголодавшее животное, слетевшее с катушек. Целую жадно и горячо, кусаю ее губы.

– Сладкая моя девочка, так бы и съел тебя, – из-за моей щетины и поцелуев ее губки распухли и покраснели. Это выглядит невероятно красиво, невинно и горячо.

Пробираюсь к такой желанной щелке, малышка истекает соками, она возбуждена также сильно, как и я. Одним движением разрываю невесомую кружевную ткань и проталкиваю один палец внутрь.

– Уммм, – ее глаза закрылись, ресницы трепещут от неверия происходящего и в предвкушении неизбежного.

Лязгает ремень, звук молнии брюк и вот мой член трётся об истекающую киску, головкой давлю на тугую дырочку.

– Чееерт, – стонет малышка. Беру одну ее ногу под колено и закидываю себе на бедро, раскрывая ее для себя, смотрю вниз. Ее писечка гладкая, красивая, аккуратная, как невинный бутон, позже я обязательно рассмотрю ее лучше. Рывком, без промедления и нежности вхожу сразу на всю длину.

Как же охуено!

Внутри горячо и тесно, стенками давит на мой член, от чего мне приходиться призывать все силы, чтобы не кончить.

Оливка задыхается от переполненности и глаза вновь закрываются.

– На меня смотри, – возбужденным голосом приказываю открыть глаза, хочу видеть их, хочу, чтобы смотрела и видела меня перед собой, а сам тону в синем океане похоти и возбуждения. – Смотри кто тебя трахает. Больше ты никого не увидишь перед собой.

– Я и не хочууу, – это уже больше похож на вой.

Беру за ягодицы и поднимаю выше, она скрещивает ноги у меня за спиной. Вхожу с новой силой, нещадно скользя, тараня по самые яйца как я и мечтал сделать это последние месяцы. Трахаю жестко, чтобы выбить всю дурь из этой прекрасной головки, чтобы и думать не смела про других. Губы соприкасаются в такт нашим движениям. Рыча, а она кусает до крови и боли, в паху простреливает от полноты чувств.

– Моя! Скажи, что ты моя!

– Т-твоя! – Чувствую, как она начинает сжиматься вокруг члена, а значит еще пару движений и малышка кончит. Останавливаюсь. Она неудовлетворённо и не до конца понимая, что произошло, смотрит растерянным взглядом.

– Скажи, что любишь! – А самого нехило так потряхивает от всего, что происходит.

– Люблю.

– Громче! – Толчок. Оставляю засос, Лив, не сдерживаясь громко стонет.

– Люблю тебя Демьян, черт бы тебя побрал! – Еще движение и мы оба кончаем. Бурно, до искр в глазах, до дрожи в ногах. Сильнее вжимаюсь, сперма выстреливает глубоко внутри нее, в этот момент понимаю, что хочу маленькую копию моей жены. От переизбытка чувств вновь кусаю ее за шею, впиваясь глубже губами.

– Люблю тебя мой Ангел. – Соприкасаемся лбами, тяжело дыша. Глаза в глаза. Немое обещание друг другу, что мы сделаем все для нашего счастья. – Завтра же на твоем пальце будет кольцо.

– А твоем?

– Собственница? – Фыркнув, хочет отвернуться, но я не даю, перехватываю рукой за щеки.

– Ревнивая девочка. И моем.

– А сам то, – Да, ревную ее пиздец как. Снова целую. К ней невозможно не прикасаться, когда она рядом. И я столько был на сухом пойке, что…

– Сегодня ночью нам будет не до сна. Мне мало вас госпожа Крам.

Оливия смущенно усмехается, но тут же становиться серьезной.

– Демьян, не обижай меня больше… – И столько отчаяния и надежды в ее голосе, взглядом умоляет меня. Вот она вся раскрыта для меня, протяни руку и бери.

– Никогда. Больше никогда.

– Я тебя простила, и я прошу тебя, в будущем сначала поговори со мной, не надо строить догадок и вспыхивать от нечего. Понимаешь?

– Понимаю маленькая.

– Вот вы где, мы вас уже потеряли. – К нам подходит вся гоп-компания. – Ааа, понимаю. – Довольно и со знанием знатока ухмыляется Илья, а Лив опять красная как рак. – Маслинка, выглядишь как никогда потрясно. – Подмигивает моей жене, а я взглядом уже расчленяю собственного друга.

– Илья! – Прикрикивает на него моя жена и оторачивается, уткнувшись мне в грудь, пряча свои пунцовые щеки и бесстыжие глаза.

– Ну что я вам говорила парни? – Марго обращается к остальным. – Я же сказала, чем они там будут заниматься!

– Маргарита! – Тут же разворачивается Оли и убийственно смотри на свою подругу, а я не могу сдержать смеха, на что она с прищуром смотрит теперь на меня, смело приближается и в ухо тихо, только для меня. – Ночью можешь рассчитывать только на свою руку. – И не дав мне ничего сказать разворачивается и поспешно удаляется, бросив напоследок. – Я к сыну и гостям.

Но я-то знаю, что нас ждет горячая ночка, стоит мне только прикоснуться к ней, как она тут же обо всем позабудет.

Глава 43. Оливия

Я много думала над словами бабули с того разговора, много спорила сама с собой, иногда казалось, что черепушка моя скоро даст трещину, наблюдала за Демьяном за его поступками, действиями и даже поговорили о случившемся. Разговор, конечно, был не из легких и очень эмоциональным, но мы все выяснили и новые знания принесли мне хоть какое-то душевную спокойствие. А еще, он не отказался принимать в своем доме Никиту и дал мне решать, общаться мне с ним или нет, и это говорит о многом, это подкупило. Что сдержал свое слово и просто был рядом, не лез ко мне в сексуальном плане, как и просила, хотя сама себя иногда и ругала за то, что запретила ко мне притрагиваться. Каждый день меня швыряло из стороны в сторону, не знала какое решение окажется верным. И окончательное решение я приняла утром, когда мы собрались в гостиной поздравлять сына, как он, сидя на руках Демьяна обнимал нас обоих своими ручками за шеи и наши лица были очень близко друг к другу. У меня впервые было ощущение полноценной семьи, что все должно быть именно так, что это и есть правильно. Ну и выбор все-таки у меня был не большой, а точнее никакой, я бы не смогла их оставить, а Демьян бы и не отпустил, ну и жена уже как никак, с этим я тоже смирилась.

Решила, что вечером после того, как уложу сына спать, поговорю с моим Демоном, но все пошло как обычно не по плану. Он оказался очень ревнив, с ним как на пороховой бочке, не знаешь когда рванет, но я поняла, как можно усмирить этого тигра оставшись с ним наедине посреди праздника ребенка – это конечно очков мне как матери не добавляет, но можно же иногда пошалить (улыбающийся смайл).

Еще мы еле пережили разговор о моей работе, это была война вселенского масштаба. Мы ругались неделю, почти не разговаривали, потом я поняла, что захожу не стой стороны к нему.

– Я сказал нет! Я в состоянии вас обеспечить. Демиду всего два года, ему нужна мать!

– Демьян, я не сомневаюсь в твоих возможностях, мы за тобой как за каменной стеной, ты хочешь нас защищать и оберегать, и я ценю это, ты не представляешь как много для меня это значит, я буду благодарить тебя за это всю оставшуюся жизнь, – прижимаюсь грудью в прозрачном бюстгалтере, ноготками прохожусь по шее и выше, запускаю пальчики в волосы. Встаю на цыпочки и приближаю наши лица. – Но я хочу работать, хочу развиваться, зарабатывать свои деньги, хочу к своим ученикам, хочу быть нужной и полезной.

– Это запрещенный прием, – хриплый голос выдает его возбуждение. Но весьма действенный как оказалось. – И ты нужна и полезна здесь, дома, в семье.

– Пожалуйста, – целую в уголок губ. Прохожусь язычком по плотно сомкнутым губам. – Ты должен понимать, девушке важно развиваться и расти как личность не меньше, чем мужчинам. Со временем я тебе наскучу, стану не интересна, я остановлюсь в развитии, разве ты этого хочешь?

– Ты не сможешь мне стать не интересной!

– В жизни все может случиться. – Целую шрамы, которые так не дают покоя их носителю, но которые так люблю я и начинаю спускаться вниз.

– Год.

– О чем ты? – Уточняю, не отвлекаясь от своего занятия.

– Еще год ты сидишь дома. Декрет до трех? – Киваю. – Вот и сиди, потом и пойдешь к своим ученикам.

Для меня это лучший вариант, зная Демьяна, на большее рассчитывать не стоит, я уверенна он и так себя ломает, соглашаясь на это. Такие люди как Крам – они доминанты и никогда не станут белыми и пушистыми. Их не изменить, не перестроить, к ним нужно приспособиться и принять, и сделать это сможет тот, кто их действительно полюбит искренне всем сердцем. Идеальных людей не существует, ты либо принимаешь его, либо нет. Если нет, то это просто не твой человек.

Вот и моего Демона просто нужно принять и любить таким, какой он есть, мириться с некоторыми чертами характерами, его властностью, его демонами.

– Можно я хотя бы закончу репетиторство с ребятами с которыми занимаюсь уже не первый год? Я не могу их просто бросить, доведу до учебного года, это всего две недели… – Начинаю опускать спортивное трико вместе с боксерами и мне тут же упираясь в губы выпрыгивает налитый твердый член любимого мужа.

И вот я сама попалась на свою же удочку, хотела затуманить его разум, а в итоге поплыла сама, о чем он прекрасно знает.

– Соблазнительница моя. Сама уже течешь как похотливая самка, да? – Впутывает свою пятерню в мои волосы и несильно натягивает. – Отвечай.

О, мне нравиться эта игра.

– Да, – с придыханием отвечаю выпускаю горячий воздух прямо на головку откуда уже стекает прозрачная капелька.

Тут же прохожусь язычком и слизываю терпкую каплю, а Дем дергается от переизбытка чувств.

– Маленькая девочка собралась поиграть во взрослые игры? Хочешь взять в рот? – О черт, я готова пищать, но позволяю себе это только внутри. – Не сдерживай себя Ангел, я знаю о чем ты думаешь, возьми уже его, он жаждет твоей ласки.

И больше я не заставляю нас ждать, вбираю в рот багровую головку, которая еле помещается мне в рот, но я стараюсь, потому что хочу сделать приятное моему мужчине. Ласкаю разгорячённый член с вздутыми венками острым язычком по всей длине и одновременно беру в руки его яйца.

– Фак! Соси глубже Оливка, открой рот. – И я подчиняюсь, он таранит мой рот быстро и жестко, как он любит, как люблю я, и пусть я уже задыхаюсь и слезы их глаз, но я не хочу, чтобы Демон останавливался.

Неожиданно все прекращается, он поднимает меня и кидает на кровать животом, стягивает с мен белье и помогает встать в позу собаки, а сам утыкается мне между ног и шершавый язык проходит по моим припухшим складочкам и тут же неожиданно добавляет два пальца, которые проскальзывают внутрь как по маслу.

Сминаю руками одеяло от нахлынувших чувств и не сдерживаю голодного стона на что мой муж самодовольно ухмыляется. – Девочка хочет, чтобы ее выебали?

– Боже, – от его грубых слов все сводит внизу, и мне очень страшно от того, что я именно этого и хочу. Жестко и грубо, как может только он и разрешено только ему, но! Сначала ответ на мой вопрос. – Так что, ты согласен?

Его глаза заволокло дымкой, он уже ни о чем не думает, пытаясь быстрее откинуть в сторону ненужные штаны и уже пристраивает свой огромный член к моей дырочке и тычет горячей головкой, проникая немного внутрь, так хочется быстрее оказаться во мне.

– Согласен.

– Спасибо! – Но моя благодарность тонет в моем крике от резкого вторжения. Это был дикий, необузданный, горячий секс, полный похоти и разврата. Он трахал и кончал в меня всю ночь, под утро уже казалось, что я состою из его спермы, потому что помимо того, что она была внутри меня, она была и на мне, он как одержимый втирал ее в мой живот, грудь, оставляя свой запах, помечая, говоря, что эта самка только его.

Глава 44. Оливия

Чтобы я могла посещать учеников, мне пришлось искать няню, которую я отбирала сама лично! Назвав свою фамилию уже на следующий день в обед у меня, была помощница.

Первое сентября было две недели назад, это был срок, но родители двух учеников слезно просили позаниматься еще, ну а мне пришлось слезно просить Демьяна Пришлось не легко, но с женскими хитростями он согласился.

Сегодня восемнадцатое сентября, а жара и не думает спадать, мне все время душно и не хватает воздуха, даже голова стала кружиться изредка. Демьян уехал на работу час назад забыв дома телефон. Решила по пути к ученику завести ему мобильник, время как раз хватит. Муж приставил ко мне водителя и цербера, которые за мной всюду таскаются и возят, мои протесты он даже не стал слушать.