Текст книги "Incomplete (СИ)"
Автор книги: Лана Серова
Соавторы: Валерия Иванова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 21 страниц)
10
АЛАН
– Эй, Ал, можно тебя на секунду?
Услышал сквозь шум музыки, как окрикнула меня Стеф. Я сидел за барной стойкой в разгар вечера и наблюдал за новенькой официанткой Сэм. В последнее время это стало для меня новым развлечением. Было так забавно наблюдать за девушкой. Она была похожа на маленького домашнего попугайчика. Знаете, который с такими красивыми перышками, с любопытством наблюдает за всеми из-за своей золотой клетки, полностью уверенный в своей крутизне, но стоит открыть дверцу и просунуть внутрь руку, как он отлетает с криком в сторону и пытается восстановить сердцебиение. Хотя не стоит забывать, что эти пернатые умеют кусаться. О, я был бы не против зубок Сэм на своем теле…
И тут девушка, словно почувствовав мой взгляд, посмотрела прямо на меня и показала мне очень неприличный жест, который заставил вспомнить, что попугаи умеют не только кусаться, но и гадить прямо на хозяина. Поэтому у меня и нет попугая.
– Алан! – крикнула Стеф и ударила полотенцем, которым протирала бокалы, по плечу.
– Что?
– Я говорю, поговорить надо, – с раздражением ответила она и, не дожидаясь, направилась в сторону кабинета.
Я же лениво встал со стула и, улыбнувшись девушкам за ближайшим столиком, пошел следом за Стефани.
Девушка стояла около стола, и я понял, что ее что-то беспокоит. Сел напротив в кресло и стал ждать.
– Мне кажется, что с Сарой что-то произошло… Но она не говорит мне ничего, – спустя пару минут тишины сказала Стеф.
– В смысле? Что случилось? Она вчера была на репетиции, и я ничего не заметил.
Я начал вспоминать вчерашний день, пытаясь припомнить хоть что-то. Ничего. Сара была такая же, как и в любой другой день. Только может, меньше грубила.
– Я не знаю, Алан, что случилось, – всплеснула руками Стеф, – я хочу, чтобы ты узнал, в чем дело. В последнее время…
Она грустно улыбнулась и устало провела руками по лицу.
– Точнее, в последние несколько лет мы отдалились друг от друга. Вроде, мы также тесно общаемся, но я больше не знаю, что творится у сестренки в голове, понимаешь? Когда она была младше, то всегда приходила ко мне за советом, а сейчас… Я чувствую, что облажалась, Ал. Из меня вышла плохая старшая сестра.
Я не мог поверить своим гребаным ушам. Мой взгляд выражал бы меньше шока, если бы Стеф сказала, что она мужик. Что за..?
– Ты сейчас так пошутила, Стеф? Знаешь, не смешно. Чувство юмора – не твой конек.
Блондинка укоризненно посмотрела на меня.
– Я говорю серьезно. Я мало уделяла внимания ей и заслужила все это.
Достал из кармана сигареты и сделал затяжку, выпуская дым из ноздрей.
– Послушай меня, скажу только один раз и хочу, чтобы ты зарубила это на своем миленьком носике. Ты прекрасная сестра, Стефани Грин. Никогда не сомневайся в этом. То, что ты сделала для Сары, не сделал бы никто.
Я знал, что она хотела услышать именно эти слова, но они и были чистой правдой. Девушка посмотрела на меня с благодарностью. Когда момент стал совсем неловким, я откашлялся.
– Сейчас поеду к Саре.
Через полчаса я уже стоял около дверей квартиры сестер с кофе и пончиками. Дверь со скрипом открылась.
– А, это ты…
На пороге появилась Сара, в пижаме с кошечками, и развернувшись, пошла обратно в квартиру.
– Я тоже рад тебя видеть, – пробормотал, заходя и закрывая за собой дверь.
Девушка плюхнулась обратно на диван и уставилась в телевизор. Взял подставку с кофе и сел рядом с Сарой. Передал ей напиток, и она его молча приняла.
– Так, давай пропустим ту часть, где я спрашиваю тебя, что случилось, а ты, как девчонка, начинаешь ломаться и говорить, что все хорошо. Ок? Спрошу прямо, что случилось?!
Сара улыбнулась.
– Я и есть девчонка, если ты не в курсе, – она сделала глоток и тяжело вздохнула, – меня бросил парень.
– У тебя был парень? – с ужасом в голосе спросил я.
– Конечно, был! – тут же ощетинилась Сара.
– Но тебе четырнадцать, это вообще законно? – практически прорычал, вскакивая с дивана.
Я прекрасно знал, что ей уже восемнадцать, и она вольна делать все, что хочет. Но, черт… от одной мысли, что какой-то придурок мог ее обидеть, мне хотелось врезать ему.
Девушка закатила глаза и поставила стаканчик с кофе на стол.
– Остынь, amigo, и хватит истерить.
Я закрыл глаза и сосчитал до десяти. Не помогло. Желание врезать придурку не прошло. И вообще, кого успокаивает этот счет?
– Что он сделал, Сара? Он обидел тебя?
Девушка фыркнула.
– Нет. Он просто бросил меня. Я, видите ли, недостаточно хороша для него.
В глазах Сары заблестели слезы, и я снова сел рядом с ней, не зная, что делать.
– Он идиот, мелкая.
Девушка всхлипнула, и я чуть ли не схватился за голову от ужаса. Она плачет.
– Да, но я думала, что он не такой. Он постоянно говорил всякие вещи… Ну знаешь, типа: я за равенство полов, власть темнокожим и мир во всем мире. И я верила ему. Думала, ему плевать на мнение окружающих. А он, знаешь, что мне сказал? «Сара, детка, ты супер, но я не могу познакомить тебя с родителями. Они не поймут. Ведь ты – просто ты!»
Сара закрыла лицо руками, и ее плечи начали подрагивать. Я чувствовал себя беспомощным болваном. Не знаю, как справиться с женскими слезами? Сказать что-то? Принести выпивку? Разреветься рядом?
Обнял девушку за плечи, и она уткнулась мне в грудь. Тихо оплакивая свою первую граблю в жизни. А у меня внутри все замирало от жалости к ней. Я любил ее и относился к ней как к младшей сестренке. У нас с ней особая связь. И все вокруг знают это. Мне бы хотелось забрать ее боль, хотелось, чтобы она не знала, какой мир жестокий и несправедливый, а парни свиньи. Хотя, о чем я говорю? В подростковом возрасте она потеряла обоих родителей, она знает о несправедливости больше нас.
Начал гладить ее по спине.
– Успокойся, малышка. Он просто урод, – тихо проговорил, успокаивая, – блин, Сара, я не знаю, что еще сказать… Хочешь, я позвоню Эвану, и у тебя будет «да-пошел-ты-на-хер-бывший» секс? Или хочешь, можешь навести порядок в моей комнате. Ты же знаешь, что я не силен в этих ваших девчачьих делах.
Девушка отстранилась от меня и вытерла ладонями мокрое от слез лицо.
– Алан, мы – девушки. Мы эмоциональные, нам нужно, чтобы эмоции выходили наружу. А я плачу, потому что у меня ПМС, и мне жалко себя. Брось он меня на неделю раньше или неделю позже, мне было бы обидно, но я бы не парилась.
Она прищурила глаза.
– И… Эван? Ты серьезно?!
Я просто пожал плечами, не зная, что ответить.
– И да, я наведу порядок в твоей комнате, только сперва умоюсь и возьму кое-что.
Девушка спрыгнула с дивана и убежала в свою комнату. Я откинулся на спинку. Вау, это было странно. Но вроде бы, я справился. И мне нужно узнать имя этого козла, я проведу с ним беседу о его поведении.
Через час Сара, одетая в джинсы и белую майку, вышла из своей комнаты. В руках у нее было два огромных пакета.
– Не сиди там, лучше помоги мне.
Крикнула она, и я встал с дивана, забрал у нее из рук пакеты. Они весели килограмм по двадцать.
– Что там у тебя? Труп бывшего? Ты поэтому плакала? Сказала бы, я бы одел перчатки, – сказал ей, пока мы шли к выходу из квартиры.
Сара хихикнула и закрыла дверь на ключ.
– Не говори глупостей, я не шизанутый Декстер, – она остановилась и посмотрела на меня, смеясь, – я избавилась от него с помощью ванны с кислотой.
Мы сели в машину, и Бэтси встретила нас ласковым ревом мотора.
– Я была рождена для этого дня, – начала Сара, когда мы выехали на трассу, – столько раз я говорила тебе про уборку в комнате, но ты отказывал. А сегодня твое холодное, каменное сердце дрогнуло, и я дождалась этих слов.
Я сощурился и посмотрел в лицо этому «ангелочку».
– Мне кажется, меня только что поимели, и мне это не понравилось, – проворчал я.
– Расслабься, дружок. Я все сделаю по высшему разряду.
Меня аж передернуло от этих слов.
Когда мы подъехали обратно к бару, я припарковал машину. Сара прокричала, что мне нужно покататься два часа. Я снова стал бомжом. Но что ни сделаешь ради тех, кто тебе небезразличен. Открыл дверь машины и врубил музыку погромче. Из колонок начал литься рок, попадая через уши прямиком ко мне в кровь. Откинулся на водительском сиденье и закрыл глаза, наслаждаясь этим моментом.
Посидел некоторое время без движения, и мне стало скучно. Я намеренно не шел к парням. Мне не хотелось объяснять, почему я на улице, а Сара убирается в моей комнате.
И тут, будто кто-то захотел, чтобы я поверил в чудеса. Открылась дверь, и оттуда вышла Сэм. Я оглянулся, но так никого и не заметил. Девушка медленно пошла на выход из переулка, не обращая внимания ни на мою машину, ни на музыку. Сделал приемник тише и свистнул ей.
– Эй, Дикарка, – крикнул, когда та устало обернулась.
– Чего тебе? Я устала и хочу спать.
– Садись, подвезу.
Не знаю, кто больше удивился этому предложению, Сэм или я. Но сейчас мы оба замерли и смотрели друг на друга. Я поморщился.
– Ну! – поторопил я девушку.
Та постояла еще несколько секунд, но затем медленно пошла в сторону машины. Открыла дверь и села на переднее сиденье.
– Я села в машину только потому, что смертельно устала. И даже если ты и задумал какую-то гадость, к тому моменту я просто отрублюсь, – все это она выпалила, пока закрепляла ремень безопасности.
Достал сигарету из пачки, чиркнув зажигалкой, подкурил и выпустил струйку дыма в окно.
– Видишь, как тебе повезло со мной. Я – добрый Хозяин, забочусь о своих рабах, – проговорил, пока выруливал из переулка.
– Ага, видишь, как я счастлива, – девушка показала на свой покер фейс.
Я ухмыльнулся и выехал на трассу.
– Я живу…
– Знаю, где ты живешь, – перебил Дикарку.
Она пробормотала обидное ругательство в мой адрес и, подтянув колени к груди, положила на них голову и закрыла глаза.
Пока мы стояли на светофоре, я разглядывал девушку. Она довольно симпатичная, с милыми веснушками на лице.
– Хватит пялиться на меня, извращенец, – не открывая глаз, сказала Сэм.
А через секунду я услышал характерное сопение. Она заснула. И второй раз за ночь я растерялся. Что мне теперь делать со спящей девушкой в машине?
Решив, что на голодный желудок мыслительный процесс не идет, я поехал в любимое кафе. Взяв с собой кофе и маффины, решил встретить новый рассвет в Чикаго.
Остановил машину около обрыва. В этом месте, как на ладони, виден весь город. Заглушил мотор и вылез из машины, размял затекшие мышцы. Солнце уже начало пробиваться сквозь горизонт бледной оранжевой полоской, которая окрашивала реку Чикаго в золотистый цвет.
Не знаю почему, но я подошел и растолкал Сэм. Девушка распахнула глаза и с удивлением посмотрела на меня. Я приложил палец ко рту, призывая ее к молчанию, и поманил пальцем наружу. Дикарка в удивлении приподняла бровь, но все же расстегнула ремень безопасности и выбралась из машины. Она осмотрелась вокруг, явно ничего не понимая.
– Это не мое общежитие, – пробормотала все еще сонным голосом.
– Смотри.
Кивком головы указал на горизонт и повернулся, смотря на Сэм. Девушка ахнула и приложила ладонь ко рту. Я стоял достаточно близко и видел, как расширились ее зрачки. Тем временем я прошел к багажнику и вытащил оттуда фотоаппарат. Вернувшись, передал его Сэм. Девушка взвизгнула и молниеносно забрала у меня камеру из рук. Начала фотографировать восход.
Я первый раз видел ее такой. Сосредоточенной и получающей кайф от того, что она делает. У нас с ней есть нечто общее – страсть и дело, которое мы любим больше всего на свете.
Сел на капот машины и начал поедать черничный маффин, не мешая воссоединению Сэм и ее камеры. Это был столь интимный момент, что я мог бы возбудиться, если бы не был настолько уставшим.
Когда солнце окончательно взошло, бодрая и улыбающаяся Сэм подошла к машине.
– Спасибо, что разбудил меня. Это было прекрасно. Я никогда не видела рассвет.
Я кивнул на слова благодарности. Девушка с любопытством заглянула в пакет.
– Эй, ты мне что, ничего не оставил? И даже кофе не взял?! – практически прокричала она.
– Полегче, мисс. Я купил еду только себе, потому что проголодался и не знал, что с тобой делать, пока ты храпела и пускала слюни на мое сиденье.
Девушка вспыхнула.
– Я не храплю! – защищаясь, произнесла она.
– Ага, конечно. Я даже на диктофон записал. Вдруг когда-нибудь придется ночевать в лесу, я где-то читал, что храп отгоняет диких животных.
Пока Сэм открывала и закрывала рот, я выдернул из ее рук камеру, быстро закинул в багажник и закрыл его.
– Садись, поехали обратно. Мне пора спать.
Девушка молча села в машину и демонстративно отвернулась от меня.
Обратно мы ехали в тишине. Я остановился у ее общежития и, когда девушка вышла из машины, окликнул ее.
– Дикарка, если ты думаешь, как взломать мой багажник, то выкинь эти мысли из головы. Я сегодня же перепрячу камеру.
– Да пошел ты, Картер! – зло прокричала Сэм и быстрым шагом направилась к общежитию.
Я засмеялся и поехал домой. Когда зашел в комнату, то у меня чуть не случился сердечный приступ. Такое ощущение, что я попал в одну из спален в кукольном домике своей сестры, который был у нее в детстве.
Сара убрала все мои грязные вещи со всех поверхностей в комнате. Сложила разбросанные бумаги и книги. Вынесла мусор. Всю стену напротив кровати она увесила моими листками с текстами песен. Поменяла и раскрыла шторы.
Но не это ввергло меня в шок. Моя кровать… Боже. На ней было покрывало фиолетового цвета с изображением колеса обозрения, а на нем были гребаные рюшки! А сверху штук сто маленьких подушек.
Я быстро пересек комнату и скинул это уродливое покрывало. И чуть не закричал в голос. Мое постельное теперь было ярко желтого цвета.
Достал телефон из кармана и набрал Сару. На втором гудке девушка ответила.
– Что ты сделала с кроватью??! – практически проревел я в трубку.
– Тебе не хватало женской руки, Ал, и я ее приложила.
– Моя кровать. Моя чертова кровать! Она – МУЖИК, Сара!!! Я только ей разрешал тыкаться мне в спину и получал от этого кайф, а ты… ты забрала нас друг у друга.
Проговорил и откинул телефон в сторону. Скинул с себя обувь, да так и остался стоять посреди комнаты. Что за сумасшедшая ночка. Надеюсь, следующая будет без девушек. Я засмеялся и рухнул на кровать. Должен признаться, она довольно приятная и вкусно пахнет. И уже начиная засыпать, снова вспомнил лицо Сэм, когда она увидела рассвет. Это было чертовски потрясающее зрелище.
11
Как только я переступила порог своей комнаты, сразу же рухнула на кровать. Даже не подумав раздеться. На это просто не осталось сил. Прошло уже две недели, как я работаю в «Бардаке», но до сих пор не могу привыкнуть к новому режиму. Ранний подъём в универ, бесконечно тянущиеся пары, час отдыха и вечер в клубе, гонки с подносами и заказами. Стоило лишь моей голове прикоснуться к подушке, как я застонала в блаженстве, чувствуя, что проваливаюсь в сон…
Меня разбудил глухой звук, будто кто-то споткнулся. Следом раздались чертыхания Бьянки. Она ругалась шёпотом, но я уже проснулась и, потянувшись, включила настольную лампу.
– Прости, я не хотела тебя будить, – на её лице появилось виноватое выражение, – но эта чертова тумбочка…
– Брось, мне все равно лучше переодеться.
Села в кровати, протирая глаза. Часы показывали 3:45. Значит, поспала я чуть больше часа. Я смотрела на Бьянку, которая старалась казаться трезвой, но у неё не особо это получалось.
– Кто тебя сегодня подвез? – спросила она, сняв туфли с явным наслаждением и закинув их в сторону шкафа.
– Аарон.
Бьянка откинулась в кровати, положив руки под голову.
– Ммм… Он сама доброта.
Она глупо хихикнула, повернувшись ко мне лицом.
– Это уже вошло у него в привычку, не так ли?
Я закатила глаза и встала с кровати. Начала раздеваться.
– Просто ему по пути, вот и все.
Бьянка засмеялась. Аарон и правда часто подвозил меня до кампуса.
– Лучше расскажи, где ты на этот раз пропадала.
Я поспешила перевести тему, пока подруга не напридумывала того, чего нет.
– Ох… – Бьянка застонала и приложила ладонь к глазам, – мы с Тэдом были на вечеринке у его друга, и мне кажется, что последний бокал был лишним.
– Ты каждый раз так говоришь, но тебя это не останавливает, – хмыкнула я.
– Ну, я душа компании, Сэм, все просто.
Она резко села в постели, стянула с себя джинсы и топ, и забралась под одеяло.
– Кстати, там был Алан, – зевнув, сказала Бьянка и прикрыла глаза, не видя того, что я замерла на месте, – я уже хотела подойти к нему и высказать все, что о нём думаю, но одна из его цыпочек утащила его наверх.
Я не стала ничего говорить, боясь, что голос может меня выдать. Схватила пижаму и пошла в ванну.
Стоило лишь услышать имя Алана, как все мои чувства обострились. Я и сама не могла понять, что испытываю к нему. В один момент мне хочется прибить его лишь за одну снисходительную улыбочку, а в следующий миг я теряюсь, видя перед собой совершенно другого Алана. Того, который показал мне рассвет, или как вчера…
***
Я сидела с чашкой кофе на ступеньках, когда он вышел на улицу и сел рядом.
– Я знал, что тебе пойдёт наша униформа.
Его голос так и сочился нахальством, и я молча вытянула свободную руку и показала ему средний палец.
– А я всегда знала, что ты извращенец.
Алан засмеялся, и этот низкий звук словно прокатился по моей коже, покрывая её мурашками.
– Разве так разговаривают со своими работодателями, Дикарка?
Лишь после этого я подняла голову и посмотрела на него. Ублюдок улыбался, и его улыбка снова делала что-то с моим телом. И мне это совсем не нравилось.
– Да, – сказала язвительным тоном, – я думала, что тебя больше устраивает слово "рабство".
Глаза Алана опустились на мою шею, затем ниже к груди, и уголок его губ едва заметно дрогнул.
– Ну, – он снова посмотрел мне в глаза, и в них промелькнуло непонятное мне чувство, – я бы не отказался от вида тебя, привязанной к моей…
Я резко вскочила на ноги, едва не расплескав остатки кофе.
– Да пошёл ты!
Его, казалось, моя реакция лишь забавляет. Он тоже встал, продолжая улыбаться, и я разозлилась ещё больше, потому что именно в этот момент перед глазами появилась та же картинка.
Я развернулась, намереваясь уйти, но Алан остановил меня, схватив за руку выше локтя.
– Постой. Я не за этим пришёл.
Отлично. Он что, следит за мной? Я приподняла бровь, и посмотрела на его ладонь. Кожа от его прикосновения горела огнём, казалось, что в том месте меня пронзают тысячи разрядов тока.
Алан погладил большим пальцем кожу, и тут же убрал руку.
– Что ты хотел? Говори, мне пора возвращаться.
Я скрестила руки на груди, стараясь скрыть свою неожиданную реакцию на его близость. Чёрт, каким бы он ни был говнюком, все же он чертовски привлекательный говнюк.
– Как грубо, – засмеялся он, а потом ошарашил меня, – завтра ты можешь получить свой аванс.
– Ты вернёшь мне камеру? – спросила я в надежде, хотя заранее знала ответ.
– Конечно, нет, – ухмыльнулся Алан, – но ты уже отработала две недели и по нашим правилам должна получить аванс.
Хотя я и обрадовалась этому, все же деньги мне будут не лишними, но свою камеру хотела получить ещё больше.
– Я хочу, чтобы ты отдал мне камеру. Она нужна мне.
С ужасом поняла, что в моём голосе были слышны просительные нотки, это меня разозлило, и я неосознанно вскинула подбородок.
– Полегче, амиго, – Алан посмотрел сверху вниз на меня.
Я стояла на одну ступень выше него, но он все равно возвышался на несколько дюймов.
– Мы заключили сделку, так что камеру ты получишь тогда, когда я решу.
Захотелось врезать по его физиономии, но я понимала, что станет только хуже. Молча развернулась и направилась к двери, когда меня остановил его тихий голос.
– Я хочу, чтобы ты снимала нас на следующем концерте. Мне нравится твой стиль.
Повернулась к нему и по серьёзному выражению его лица поняла, что он не шутит.
– Когда? – смогла выдавить из себя лишь единственное слово.
– В этот уик-энд мы выступаем на одной вечеринке, все это время камера будет в твоём распоряжении.
Я не смогла сдержать улыбки, а увидев ответную на его лице, почувствовала, как злость растворяется, заменяя её совсем другим чувством. Мне хотелось, чтобы Алан всегда улыбался мне. Просто так. Просто смотря на меня. Боже, что за бред…
– Можешь поцеловать меня в знак благодарности.
Чары развеялись, словно их и не было.
– Идиот.
Ушла, намеренно хлопнув дверью, слыша вслед его громкий смех.
***
Вечеринка проходила за городом в частном доме какого-то парня. Ещё даже не было пяти вечера, а народу было столько, что не протолкнуться. Некоторые находились в доме, но большая часть собралась у огромного бассейна на террасе. Прямо там же была оборудована небольшая сцена, на которой ребята из группы заранее установили оборудование.
Я подняла камеру и сделала несколько снимков, чувствуя удовольствие от того, что снова держу её в руках. Алана я ещё не видела, а когда пришла в бар, то нашла камеру около своего шкафчика.
– Расслабься, Сэм.
Перед моим лицом появилась рука с бокалом пива. Стеф улыбалась, протягивая его мне.
– Когда они начнут выступать? – спросила я её, делая глоток.
– Через десять минут, – ответила девушка и помахала кому-то рукой.
Извинившись, она направилась к бассейну, где её ждали две девушки. Я же, не зная, как себя занять, стала смотреть по сторонам. Видела, что на вечеринку пришло много студентов, но никого, кого бы я знала. Многие девушки были в купальниках, и я представила себя со стороны.
Рваные джинсы и обычная футболка. Бьянка, увидев меня, когда я собиралась выходить из кампуса, закатила глаза. Подруга попыталась впихнуть мне одно из своих платьев, но я не стала её слушать.
Тут я услышала, как на сцене диджей объявляет о выходе группы. и оставила бокал на ближайшем столике. Толпа завизжала, все же парни на самом деле пользовались успехом. Протиснулась поближе, чтобы было удобно снимать, и как раз поймала в объектив момент, когда ребята ворвались на сцену. Они отсалютовали зрителям и заняли позиции. Камера щелкала без перерыва, я старалась не упустить ни единой эмоции на лицах музыкантов.
– Вы готовы???
Алан прокричал в микрофон, посылая в толпу одну из своих улыбок, и я поняла, что последние несколько секунд фоткаю только его. В следующее мгновение из динамиков полилась оглушающая музыка, а затем голос Алана.
В который раз я поразилась тому, как сцена преображает его. Он буквально жил каждой нотой, его бархатный голос был весь переполнен эмоциями и никого не оставлял равнодушным. Он пел, прикрыв глаза и слегка покачиваясь вместе с микрофоном. Все моё внимание было направлено на него. Я чувствовала, как по телу проходит дрожь от одного лишь звука его голоса, стояла словно загипнотизированная. Мне кажется, я даже не понимала смысла слов.
Почувствовав толчок в бок, повернулась и увидела, что это просто один из ребят пытался пройти поближе к сцене. Очнувшись от наваждения, я снова стала фотографировать, теперь уже не группу, а зрителей. Взгляды девушек были направлены на сцену, у многих глаза были затуманенными, и я подумала, не также ли я выглядела буквально пару минут назад?
Композиции сменялись одна за другой, зрители громко подпевали, многие знали тексты песен наизусть. Сейчас ребята играли одну из медленных мелодий, которая лишь подчеркивала голос вокалиста. Я стала прислушиваться к словам.
Послушай, детка,
Я знаю все твои секреты. Не молчи.
Моя дикарка,
Я мозг взорву, и мы с тобою порычим.
Вздрогнула и повернулась к группе. Поняла, что колени слабеют, когда увидела, что Алан смотрит прямо на меня. Я стояла совсем рядом со сценой, и мне было отлично видно каждое его движение.
Глаза сверкают -
Твоих эмоций негативных снова жду.
Ох, синеглазка,
Тебя с ума своим характером сведу.
Мне много надо.
За все ответишь,
И не вздумаю жалеть.
Пускай наградой
Лишь будет ветер,
Что пронзает моя плеть.
По телу прокатилась волна жара. Его взгляд горел, он пел, не отводя от меня взгляда, и я почувствовала, что мне нечем дышать.
Послушай, детка,
Я еще хуже, чем привиделось тебе.
Моя дикарка,
Ну, покажи же, как умеешь ты шипеть.
Да, синеглазка,
Я наслаждаюсь, когда мучаю тебя.
Сейчас я забыла обо всем, видела лишь его и слышала лишь этот обволакивающий голос. В низу живота нарастало напряжение, и я поняла, что начинаю дрожать.
А жизнь не сказка!
И в мире мало этих рыцарей-ребят.
Мне много надо.
За все ответишь
И не вздумаю жалеть.
Пускай наградой
Лишь будет ветер,
Что пронзает моя плеть.
Я была уверена, что он поет для меня. От его взгляда невозможно было спрятаться, он прожигал насквозь. Обхватила себя руками, стараясь унять дрожь, и закрыла глаза.
Должно быть страшно:
Я отомщу, я и не вздумаю жалеть.
Песочных башен
Не строй – мы будем вместе пламенем гореть.
Услышав последние слова, я распахнула глаза и увидела, что Алан уже не смотрит на меня. Раздались последние аккорды, и зрители взорвались криком. Алан подошел к Тревору и начал о чем-то переговариваться с ним. И только тогда я словно очнулась и, резко развернувшись, направилась к дому.
***
Когда я вернулась, концерт подошел к концу. Видела, как молодые люди обступили ребят из группы. Но Алана не было. Я испытала что-то среднее между облегчением и разочарованием и направилась к бассейну.
У столика, заставленного уже подходящей к концу выпивкой, стояла кучка ребят. Мне показалось, что среди них была Стеф, и я направилась в их сторону. По пути остановилась и сделала несколько снимков.
Стеф действительно стояла там. Она смеялась с каким-то парнем, но все моё внимание было приковано не к ней. Я почувствовала, словно получила удар под дых. Только сейчас я увидела эту парочку.
Алан обнимал одетую в купальник брюнетку. Девушка буквально облепила его тело, прижимаясь как можно теснее. Я видела, как она лизнула его в шею, и он, запрокинув голову, громко засмеялся.
Мне казалось, что из моих лёгких выкачали весь воздух. Я не могла пошевелиться и заставить себя не смотреть на это. Не понимала, почему вид рук Алана, сжимавших талию девушки, причиняет мне боль. Мисс бикини стала что-то шептать ему на ухо, от чего он улыбнулся, и его ладони спустились чуть ниже. Я понимала, что мне надо уйти и не стоять как столб, но в этот момент Алан увидел меня. На секунду мне показалось, что в его глазах что-то промелькнуло, но затем его лицо обрело прежнее выражение, и он отвернулся.
Я на автомате развернулась и пошла. Сама не знаю, куда. Лишь бы прочь от них. Почему-то хотелось плакать, хотя понимала, что не имею на это право. Глупо.
Зашла в дом и прошла в комнату, где лежали мои вещи. Я стала собирать их в сумку, заметив, что мои движения слишком резкие. Порвала ручку на чехле камеры, но было плевать. Сейчас разочарование сменилось злостью.
– Куда-то собралась?
От звука его голоса я вздрогнула, и мне потребовалось несколько секунд, чтобы взять себя в руки. Только после этого я повернулась к Алану. Он стоял у двери, засунув руки в карманы и… улыбаясь. Этот ублюдок улыбался!
– Концерт закончился, так что я свободна, – вздернула подбородок, поставив себе галочку за то, что голос не дрожит.
– Мне кажется, это мне решать, – сказал он, приподняв бровь.
Я закрыла глаза, делая глубокий вдох. Его голос вернул меня к той песне, и я усмехнулась тому, как правдивы её слова. Открыла глаза и постаралась пройти мимо него, но Алан загородил дверь.
– И что теперь? – спросила его, – хочешь, чтобы я устроила фотосессию тебя и твоей подружки?
Он отошел, и уголок его губ пополз вверх. Я снова направилась к двери, желая лишь оказаться как можно дальше от него, но в следующее мгновение его тело прижало меня к стене. Округлив глаза, постаралась его оттолкнуть.
– Ты что де…
– Может, ты сама хотела оказаться на её месте, Дикарка? – он прошептал это на ухо, и я почувствовала, как слабеют колени.
– Пошёл ты!
Снова попыталась вырваться, но Алан схватил мои руки и прижал их к стене.
– Ну же, признайся мне.
Он был так близко, что я смогла рассмотреть, что его глаза не совсем синие. Сейчас в них были четко видны яркие вкрапления бирюзы.
Я помотала головой, сгоняя наваждение с себя, стараясь избавиться от сумасшествия, которое вызывала его близость.
– Отпусти меня, – теперь мой голос дрожал, но мне уже было плевать.
Он смотрел на меня, казалось, вечность. Свободной рукой провёл по моей щеке, уже не улыбаясь. А я почувствовала, как сердце ускорило ритм в груди от этой ласки.
– Я не могу, – он опустил взгляд на мои губы, и я неосознанно их облизала, – Саманта…
Он произнёс шёпотом моё имя. Впервые. И я не успела подумать, что чувствую от этого, как губы Алана накрыли мои.
