Текст книги "Incomplete (СИ)"
Автор книги: Лана Серова
Соавторы: Валерия Иванова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 20 (всего у книги 21 страниц)
42
САМАНТА
Алан аккуратно отложил фотографии на барную стойку и, положив руки мне на талию, притянул к себе. Обнял и уткнулся лицом в мои волосы. Я почувствовала, как он сделал жадный вдох и замер. А меня в дрожь бросило от осознания, что он рядом.
– Ты же понимаешь, что я теперь тебя не отпущу?
Произнес он и сжал объятия еще сильнее. Я вскинула голову, заглядывая ему в глаза и видя в них такой вулкан эмоций, от которых ноги становились ватными.
– И не надо…
Теперь уже я тянусь к Алану, сгорая от нетерпения. Целую его жадно, неистово. Кладу руки ему на грудь и с новым восторгом ощущаю, как его тело пробирает дрожь. Алан прислоняется к стойке, ни на секунду не выпуская меня из рук и не прерывая поцелуя. И в какой-то момент я понимаю, что теперь он перехватывает инициативу на себя. Его руки блуждают по моему телу, оставляя жаркие ожоги. Желание концентрируется натянутой струной внизу живота, и я прижимаюсь к Алану еще теснее, с удовлетворением ощущая, как он возбужден.
На одно мгновение, которое кажется вечностью, он отстраняется от меня, но лишь для того, чтобы подхватить меня на руки. Я улыбаюсь и приподнимаю бровь, а Алан разворачивается и резко сажает меня на барную стойку, заставляя обхватить его бедра ногами.
Неожиданно он отстраняется, чтобы заглянуть мне в лицо. И я начинаю тонуть в его глазах. В них столько чувств, что становится почти физически больно от того, что так долго была лишена этого. Я кладу ладони ему на грудь, ощущая, как гулко бьётся его сердце.
– Я люблю тебя.
Выдыхаю тихо, не в силах удержать свои эмоции. Вижу, как Алан прикрывает глаза, услышав мои слова, а когда снова их открывает, меня буквально сносит от той нежности и неприкрытого счастья, что вижу в его взгляде.
Алан удерживает меня стальной хваткой, и я ощущаю внутреннюю дрожь, когда он притягивает меня к себе. Чувствую его жаркое дыхание у виска, а затем слышу слова, которые проникают в кровь, залечивая раны.
– Девочка моя… люблю тебя. Никогда в этом не сомневайся, слышишь?
Я киваю, чувствуя, что глаза наполняются влагой. Алан мягко обхватывает пальцами мой подбородок, заставляя запрокинуть голову и смотреть на него. Большим пальцем стирает успевшую пролиться слезу и улыбается.
– Больше никаких слез, Сэм.
А затем мы просто растворяемся друг в друге. Ярко, остро, обретая нашу общую вселенную…
***
Когда утром я проснулась, Алан ещё спал, прижимая меня к себе. Я не шевелилась, наслаждаясь ощущением счастья и чувствуя приятную ноющую боль во всем теле. Мы уснули лишь пару часов назад, ни на минуту не отрываясь друг от друга, словно пытались наверстать все потерянное время.
Тело затекло, и я все же пошевелилась, меняя положение. Почувствовала, как руки Алана сжались вокруг меня, и я поймала на себе сонный взгляд самых ярких и красивых синих глаз.
– Доброе утро, птичка.
Хриплый голос послал тысячи мурашек по телу, и я потянулась к его губам, оставляя на них лёгкий поцелуй.
– Мне нужно в ванную.
Говорю ему, но даже не пытаюсь отстраниться. Алан приподнимает бровь и усмехается.
– Тебе помочь?
Я вспыхиваю, вспоминая то, чем мы занимались этой ночью в его джакузи. И резко вскакиваю с постели, потому что не уверена, что смогу отказаться. Слышу тихий смех Алана за спиной и, бросив на него мимолётный взгляд, исчезаю за дверью.
И уже стоя в душе под струями теплой воды, голову захватывает лишь одна мысль. Он должен знать правду. Ещё вчера надо было все рассказать. Но я оттягивала этот момент, боясь, что правда встанет между нами непреодолимой стеной…
Когда я вышла из ванной, Алан уже был одет, а на столике появился поднос с двумя чашками кофе и тостами.
– Завтрак мы проспали, но я все же позвонил, чтобы принесли.
Я села напротив него, пытаясь не отвлечься и не забыть обо всем на свете, видя его улыбку.
– Алан, мне надо тебе рассказать кое-что, – смотрю на него, чувствуя, как все леденеет внутри, – это важно.
Он делает осторожный глоток, смотря на меня в ожидании. И тогда я стискиваю пальцы в кулак, придавая себе сил, и начинаю говорить. Вижу, как улыбка резко сходит с его лица, а в глазах поселяется шок вперемешку с каким-то чувством, что мне не удаётся разгадать.
– Это был фейк, Алан… Ничего не было тогда.
Не могу смотреть на него и потому отвожу взгляд в сторону, но боковым зрением вижу, как Алан медленно ставит кружку на стол, а затем резко вскакивает и отходит к окну, повернувшись ко мне спиной. Я все же поднимаю на него глаза, отмечая, как все его тело напряжено, дрожащая рука зарывается в волосы, а затем сжимается в кулак. Я вздрагиваю, когда он ударяет ею по подоконнику и лишенным каких-либо эмоций голосом спрашивает, так и не обернувшись.
– Эван знал?
Я обхватила себя руками, сверля его спину и отчаянно желая подойти и обнять. Но продолжаю сидеть в кресле и отвечаю срывающимся голосом.
– Узнал позже. Алан…
Я встала с кресла, делая осторожный шаг в его сторону, но потом остановилась и продолжила тихо.
– Это все не важно, понимаешь? Ты так просил верить тебе, а теперь моя очередь. Доверься мне.
Из глаз медленно покатились слезы, и я со злостью стёрла их тыльной стороной руки.
– Я бы все равно вернулась к тебе. Не смогла бы жить так дальше. Без тебя. И я верю, что мы сможем переступить через всю эту грязь. Вместе.
На последнем слове я уже стояла позади него и осторожно положила руку ему на плечо. Алан молчал и не шевелился, и эти секунды казались вечностью. Но я понимала, что ему нужно время, вспоминая, как меня саму едва не уничтожила эта новость.
И вдруг Алан резко разворачивается, крепко сжимает мою ладонь и смотрит таким пустым взглядом, от которого внутри все рассыпается на мелкие осколки.
43
АЛАН
Сэм все говорила и говорила. А я слушал и ни черта не понимал. Такое чувство, что это все какой-то идиотский розыгрыш, я даже скосил глаза в поисках скрытой камеры. Вот сейчас из-под кровати выползет какой-нибудь Джош Хоровиц и объявит, какой же я идиот.
– Ну, скажи же хоть что-то! Не молчи, Алан.
Услышал дрожащий голос своей девочки, и тут как будто что-то щелкнуло внутри. Поверил. Осознал. Удивление и шок сменились пеленой ярости, застилающей глаза. Мне срочно нужно было выместить эти эмоции. Хотя бы разговором с Фордом. Какого хрена чувак молчал?
Сейчас я и сам не мог осознать, что чувствую. Смотрел на Саманту и как последний идиот был горд, что вся эта хрень с изменой была выдумкой. Я не предавал ее! Сам же и поверил во весь этот фарс. И ведь даже мысли не возникло, что это неправда… Это ж надо, Линда одним лишь гребаным поступком заставила нас пройти все круги ада. Заставила почувствовать меня последней мразью на земле.
Но больше всего я сожалел о том времени, что мы потеряли. Время, которое у нас украли! Сколько боли пришлось пережить нам обоим и вот, когда мы снова стали цельными и творим свою новую историю, эта новость…
Держу Дикарку за руку, и, видя ее слезы, во мне снова поднимается волна ненависти к Линде. Я даже начинаю рисовать у себя в мозгу картинки в стиле "Пилы" и прочих занимательных штучек… но это все потом.
– Что ж, – улыбнулся своей девочке, – теперь нам надо наверстывать время, что потеряли.
Саманта улыбается и тянется ко мне за поцелуем, и я даю ей это. Прижимаю ее к себе как можно крепче, целую со всей страстью. Она зарывается своими пальчиками мне в волосы, в то время как наши языки встречаются друг с другом. Саманта стонет, и это лучшее, что я слышал. Подхватываю ее под попку, заставляя обхватить меня ногами за талию, и, не глядя, двигаюсь в сторону кровати.
Мы прерываем поцелуй лишь для того, чтобы стащить друг с друга одежду. И когда я оказываюсь внутри нее, я замираю. Обхватываю руками ее лицо и смотрю в серые глаза. Впитываю каждую ее эмоцию и отвечаю ей тем же.
– Люблю тебя… – начинаю медленно двигаться, и Саманта выгибается в моих руках, – не отпущу… – шепчу ей, прижавшись виском к влажной щеке, – моя?
Дикарка смеётся и отвечает.
– Твоя…
***
Саманта спала, закинув на меня ногу и мило посапывая во сне. А я лежал не в силах заснуть, но был абсолютно счастлив. Мысли о том, что она рассказала, вертелись в голове как жвачка. Черт, я ведь общался с Линдой буквально месяц назад. Все было, как и всегда. Она давала нам с парнями указания на очередной концерт, а мы слушали вполуха. Старушка трахалась с Фордом… но я не удивлен, этот готов засунуть свой член во все, что движется в юбке.
Отмотал воспоминания назад, пытаясь вспомнить ее поведение после этой "измены". Понял, что ни хрена не помню, мне тогда было плевать на всех. Мой мир рухнул, а планета продолжала двигаться. Осторожно прижал Саманту к себе, она пробормотала что-то нечленораздельное, но продолжила спать.
А ведь нам ещё надо разобраться со своей жизнью. Сейчас мы здесь, в Англии, но я понимал, что вновь обретенное счастье скоро омрачат. Как бы там ни было, я не могу подставить парней и наплевать на контракт. Жизнь в Лондоне – не вариант. Все концерты проходят на земле дядюшки Сэма… и черт, что же делать с этой ситуацией я просто не представлял. Знал лишь одно, не смогу снова без нее…
Спустя два часа непрерывных дум, осторожно выбрался из постели и, прихватив мобильник, направился в ванную.
Набрал Эвана Форда по FaceTime. Он взял трубку не сразу.
– Алан, какого хрена, я сплю, – проворчал друг и на экране я увидел его заспанную физиономию.
– Ты вонючий кусок говна! – с ходу набросился на Эва.
– Что? Какого хрена ты орешь на меня посреди ночи?
– Ты все знал! И не сказал мне!
Видел, что чувак понял, о чем я говорю. Он провел руками по лицу и сел на кровати.
– Слушай, я сам узнал не так давно. И что я должен был тебе сказать?
– Все! Ты должен был мне все рассказать сразу!
– Зачем? – взорвался тот, встал с кровати и подкурил сигарету. – вы, твою мать, расстались и я не хотел, чтобы ты опять превратился в призрака. Ты только жить начал нормально, не рыдая по углам, как гребаная сучка.
– А, то есть ты переживал обо мне. Как мило с твоей стороны.
Сарказм так и сочился из меня. То, что Форд так предал меня, бесило до чёртиков. Мы через столько говна прошли вместе, а тут он решил поберечь мои нервы. Меня уже трясло от злости. Столько времени… Мы потратили столько времени с Сэм впустую.
– Да ты сам на себя не был похож. Сэм, она… она изменила тебя!
– Это не твое дело.
– Мое. Мы договорились, что ни одна девушка не станет между нами и творчеством.
Я закатил глаза. Снова Форд завел свою идиотскую пластинку. Мы через это проходили. Черт, хотелось бы мне посмотреть на ту девушку, которая когда-нибудь прижмёт его за яйца и он поймет, что в жизни есть кое-что, против чего ты бессилен.
– Сэм и не вставала! – вконец взорвался я, – она наоборот помогала. Я писал тексты только благодаря ей. Если ты не заметил, то я не гребаная Тейлор Свифт, которая выпускает пластинку после расставания с очередным бойфрендом.
– Алан…, – начал было Эван, но я не желал его слушать.
– Перешли мне эту запись.
– Зачем.
– Перешли мне ее, Эван.
– Хорошо, – со вздохом сдался тот.
– И, Форд, когда я вернусь в Чикаго, я врежу тебе по тупой морде, – сказал и отсоединил звонок.
Телефон пиликнул о новом сообщении. Открыл его и нажал на воспроизведение. Пересмотрел видео несколько раз, а внутри была одна чернота. Та самая чертова блондинка стояла, снимая себя на телефон, а я же валялся сзади как какой-то кусок дерьма. Она смеялась и докладывала Линде, что все получилось. Фотки у нее. Жаль, что этот идиот отключился, да ещё и звал какую-то птичку.
Первым порывом было разгромить весь номер, выместить весь гнев. На Линду, на эту шлюху, на себя… я и правда идиот. Но одно успокаивает – верный идиот…
А потом я резко успокоился, словно весь пожар внутри занял холодный расчет. В голове созрел план.
44
АЛАН
Мы с парнями стояли за кулисами, слушая, как Филипп Фрост завладевает вниманием зрителей в прямом эфире. Да уж, разве могли мы буквально лет пять назад предположить, что будем участниками его шоу? Да за право попасть к нему многие наши звезды готовы отвалить целое состояние. До сих пор не верится, что Джиму удалось с ним договориться.
Взглянул на парней, Тревор привалился к стене, уткнувшись в телефон. Эван кивал головой в такт музыке, звучавшей в его наушниках. На меня он практически не смотрел. Наша первая встреча после того разговора в Лондоне запомнится нам обоим. Как и обещал, врезал ему сразу же, как увидел. Но это не принесло ни капли удовлетворения, лишь чувство мерзкой горечи во рту.
– Ребята, ваш выход, – к нам подбежал ассистент, – готовность две минуты.
Каждый из нас думал об одном. Сегодняшний эфир может стать началом нового этапа нашей жизни. Но я был благодарен парням, что они поддержали меня.
Ассистент указал нам на проход к студии, и мы направились к ведущему. Зрители начали аплодировать и кричать, краем глаза заметил несколько огромных флаеров, которые развернули фанаты. Мы отсалютовали зрителям руками, поздоровались с Фростом и уселись на диван рядом с его столом. Повернулся лицом в зал, несколько секунд и нашел взглядом ту, для которой было все это шоу.
– Привет, парни, – произнес Филипп, – рад видеть вас на нашем шоу. Признаться, мне пришлось брать уроки у своей дочери, чтобы узнать все о вашем творчестве.
– Надеюсь, она совершеннолетняя?
Эван поиграл бровями. Я ухмыльнулся и закатил глаза.
– Ей десять, парень, – ткнул пальцем в сторону Эвана Фрост, – так что остынь.
Тот поднял ладони вверх, покачав головой, а Филипп продолжил.
– Ладно, насколько я знаю, у вас совсем недавно закончился тур по Америке. Как все прошло?
– Это было круто, – ответил за нас всех Тревор, – мы даже не ожидали, что новый альбом так горячо примут.
Фоном включили наш последний хит, и зал как по команде зааплодировал. Хотя уверен, они просто реагируют на табличку, что висит вне поле зрения камеры, на которой им пишут эти команды. Словно собачкам Павлова. В этом мире всегда и везде преобладает фальшь.
– Да уж, вы, ребята, стали настоящим открытием за последние годы, – Фрост указал на каждого из нас ручкой, что держал в руке, – так в чем причина вашего успеха? Давайте, поделитесь с нами.
Я медленно повернулся в сторону зала, смотря лишь на одного человека. Она буквально светилась от счастья и гордости, и я понимал ее чувства.
– Ну, для начала, мы реально крутые, секрет прост, – развел я руками, улыбаясь.
Фрост засмеялся, а за ним и зрители. Мы с парнями начали по очереди рассказывать забавные истории из нашего прошлого, о том, как шли к этому успеху. Зал был в восторге, Фрост комментировал в своей ироничной манере.
– Вы точно вытащили в этой жизни счастливый билет, – подвел итог Фрост, – знаю, что в зале присутствует ещё один человек, который приложил руку к вашему успеху, да?
Я кивнул и медленно повернулся к зрителям. В первом ряду сидела Линда. Один только ее безмятежный вид заставлял кровь во мне вскипать от ярости. Но я держал себя в руках, не показывая даже толику той бури эмоций, что бушевала внутри.
– Да, Филипп, – спокойно произнес, – с нами пришла наша пиар-менеджер. Линда Мэйсон.
Фрост расплылся в улыбке, понимая, что сейчас начнется главное представление сегодняшнего выпуска.
– Ну, так пусть она выйдет сюда, мы все ждем.
Он указал Линде на свободное кресло, и она, улыбаясь под звук аплодисментов, направилась к нему. Каких же сил стоило мне сидеть спокойно на своем месте и продолжать улыбаться в камеру. Когда в тот момент хотелось совсем другого…
– Привет, Филипп, – весело произнесла Линда, и ведущий кивнул ей в ответ.
– Насколько я знаю, вы уже несколько лет работаете с парнями, практически с самого начала, – Фрост смотрел на нее, вертя ручку в ладони, – расскажите нам всем, каково это – работать с легендарной группой The Insomnia? Мы ждем подробностей.
Линда довольно улыбнулась и уже открыла рот, чтобы начать нести какую-то чушь, и в этот момент я поднял ладонь вверх, останавливая ее. Женщина перевела взгляд в мою сторону. Приподняла бровь удивленно, а затем посмотрела на ухмыляющегося Эвана и нахмурилась.
– Позволь мне рассказать, – посмотрел в ее ничего еще непонимающие глаза и по слогам выпалил, – дорогая Линда.
Она улыбнулась и расслабленно откинулась на спинку кресла, сложив руки на коленях. Ну, прям сама невинность, чтоб ее!
– Линда появилась в нашей жизни, когда мы только начали пробиваться в этот мир, – я обращался к залу, – она отлично справлялась со своей работой. Мы были довольны ею, она нами. Идиллия!
Последнее слово против воли я произнес с горечью.
– Три года назад я познакомился с девушкой, – продолжил я в полной тишине, – сначала не воспринимал это все всерьез. Но она оказалась особенной. Она изменила меня и всю мою жизнь.
Я бросил взгляд в сторону Линды. Она сидела, распахнув в удивлении глаза, видимо, начала осознавать.
– Знаешь, Филипп, – повернулся к ведущему, – когда мы были сопливыми пацанами, дали друг другу клятву.
– Ни одна девушка не встанет между нами и группой, – подал голос Эван.
Я повернулся к нему и молча кивнул. Друг посмотрел на меня, и в его глазах наконец-то я увидел это. Он понимал. Понимал мои чувства. И самое главное – принимал мой выбор.
– Любовь не вписывается в твой бешеный жизненный график. Она просто сшибает тебя с ног. Опрокидывает на лопатки, ставит на колени, держит в тисках твое сердце, – я улыбался, смотря прямо в камеру, зная, что на той стороне экрана Сэм смотрит на меня. – А когда это чувство взаимно, ты просто воспаряешь и летишь по жизни, словно у тебя есть за спиной крылья.
– Ого, Алан, да ты романтик, – засмеялся Фрост и повернулся к залу, – представляю, сколько сердец ты сейчас разбил своим признанием.
– Ну, мы-то еще свободны, чувак, – ухмыльнулся Тревор, – так что не все потеряно.
Зрители засмеялись, а я продолжил.
– Вы, наверное, помните историю с блондинкой, с которой меня застукали на одной из вечеринок.
Фрост начал перебирать какие-то бумаги. Кивнул и сказал.
– Точно, Алан, – улыбнулся он, – хочешь сказать, она та самая?
Я фыркнул и засмеялся.
– Что? Она? Конечно, нет. Но вся эта грязь была направлена лишь на одного невинного человека, Филипп, – голос подвел меня, дрогнув, и я продолжил хрипло, – на девушку, которую я люблю.
– О чем ты говоришь, Картер, – взвилась Линда, – не к чему вспоминать все это.
Я повернулся к ней, желая прожечь ее взглядом.
– Ну, конечно, Линда, – буквально выплюнул эти слова, – ведь ты сама приложила к этому свои руки.
Зал загудел, Эван покачал головой. Фрост смотрел в ожидании, предлагая продолжать.
– Линда, как истинный пиар-менеджер, решила, что мои чувства к девушке мешают нашей группе. Так, парни?
– Во время туров Алан, мягко говоря, пребывал в депрессняке, – признался Тревор, и в этот момент его перебил Эван.
– Но, по правде говоря, он постоянно писал новые песни, и теперь мы понимаем, что все это благодаря Саманте.
Я благодарно кивнул другу и продолжил.
– В тот день Линда подговорила девушку, чтобы она скомпрометировала меня. Да, звучит как в дешевой мелодраме, чувак, – повернулся я к Фросту, – но все это представление было направлено на мою девушку. И она попала в цель.
– Погоди, погоди, – прервал меня ведущий, – хочешь сказать, что все было подстроено? А как же те фотки, что появились в сети? Я тоже их видел.
Я стиснул зубы, снова переживая те эмоции, которые рвали на части последние годы.
– Это все фейк. И я тоже в него поверил. Что последовало после, даже не хочется вспоминать. Я облажался, хотя бы даже в том, что позволил всему этому случиться. Подвел свою девочку и заставил страдать. А все потому, что Линда решила, что имеет право играть нашими судьбами.
– Что ты такое несешь, Алан, – возмутилась Линда почти искренне, – при чем тут я?!
Я горько засмеялся, покачав головой.
– А ведь я верил тебе, – тихо произнес, – и даже представить не мог, что мы пригрели у себя за пазухой змею.
Линда резко вскочила, ее глаза горели от возмущения.
– Зачем ты это делаешь?! Это все в прошлом. Зачем его ворошить?
Я покачал головой, она даже не понимает.
– Дело в том, Линда, – четко, по слогам, словно ребенку, произнес, – что теперь ТВОЕ грязное белье оказалось на виду у всех. Любишь копаться в дерьме? Думаешь, после такого кто-то из звезд захочет иметь с тобой дело? Ты серьезно?
Она замотала головой и начала трястись. На короткий миг мне даже стало жаль эту женщину.
– Вы должны быть мне благодарны, – ответила она, – ваша карьера взлетела вверх.
– Ну, это точно не твоя заслуга, – фыркнул Эван.
– Я так просто это все не оставлю! – все еще возмущалась Линда, – не собираюсь участвовать в этом фарсе.
Она развернулась и быстро направилась за кулисы. Зал возмущенно загудел, а я крикнул ей вдогонку.
– Расскажешь это в суде, – с удовлетворением отметил, как она резко остановилась, – думаю, ты знаешь, как у нас любят такие дела.
Линда ничего не ответила и скрылась за кулисами. В зале все еще стоял возмущенный гул, но Фрост поднял руку, успокаивая зрителей.
– Что ж. Это было… неожиданно, – резюмировал Фрост, – думаю, наши зрители не ожидали такого поворота событий, Алан. И что же вы думаете делать дальше, парни?
Я посмотрел на Тревора с Эваном, они кивнули, и я ответил за всех нас.
– Теперь у нас новый пиар-менеджер, – произнес с улыбкой, – ее зовут Сара Грин. Запомните это имя, эта малышка еще себя проявит.
– О, дааа, – ухмыляясь, покачал головой Эван.
– Ну и самое главное, через два месяца у нас начинается тур по Европе, – я повернулся и взглянул прямо в камеру, – а начнем мы, пожалуй, с Лондона.
