Текст книги "Incomplete (СИ)"
Автор книги: Лана Серова
Соавторы: Валерия Иванова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 21 страниц)
4
САМАНТА
В кампусе жизнь била ключом. Студенты образовали в нем свой отдельный мирок, и теперь я тоже стала его частью. Это был словно один большой городок, со своими жителями и своими законами. Повсюду шатались молодые люди, столпившись отдельными кучками, со всех сторон был слышен смех и лилась музыка. Я боялась, что не смогу влиться во все это, шла из кабинета управляющего со своими вещами наперевес, стараясь не обращать ни на кого внимания. Но то и дело люди смотрели на меня с неподдельным интересом и казалось, что они рассматривают меня как подопытную лягушку под микроскопом.
Мне выделили комнату в корпусе В. Найдя нужное здание, вошла в него и тут же столкнулась с одной из девушек. Это была миловидная блондинка, типичная Барби, одетая в розовое платьице, яркое, до зубовного скрежета. Окинула меня надменным взглядом, поморщившись при виде моей одежды. В любимых кедах, потрепанных джинсах и толстовке рядом с ней я смотрелась инопланетянкой.
– Ты, наверное, новенькая? – сладким голоском пропела Барби, приподняв бровь.
– Да, – ответила, пытаясь обойти ее и продолжить свой путь.
Но девушка снова перегородила дорогу, встав в такую позу, будто прямо сейчас готова к фотосессии. Я невольно отметила ее фотогеничность взглядом фотографа. Посмотрела на нее вопросительно, не понимая, что ей от меня нужно.
– Я Салли, – сказала она, а я, не удержавшись, тихонько хмыкнула.
Имя как нельзя лучше подходило девушке, она и выглядела, как принцесса.
– Ну а меня зовут Сэм, – я набросила на себя одну из дежурных улыбок, – приятно познакомиться, Салли.
– А не ошибся ли ты корпусом, Сэм? – засмеялась со своей же шутки она. Смех у нее был звонким и переливчатым. На щеках появились ямочки.
– А ты местный консьерж, да, Салли? – сделав невинный взгляд, спросила в ответ.
Девушка забавно приоткрыла свой ротик, и я, воспользовавшись этим, отсалютовала ей рукой и пошла в сторону коридора. Нужная мне комната оказалась в самом конце. На дверной ручке висела табличка "Не беспокоить". Мне, определенно, уже нравится эта комната.
Хотя у меня был ключ, я решила постучать, зная, что буду жить не одна, а с одной из студенток. На стук никто не откликнулся, дверь же оказалась открытой. Я вошла в комнату, которая оказалась совсем крошечной. В ней поместились две кровати, расположенные в разных концах друг напротив друга, рядом с каждой стояла тумбочка, у окна два комода и у двери высокий шкаф. В комнате никого не оказалось. С правой стороны была еще одна дверь. Я стала осматриваться, стараясь понять, где мое место. Разгадать это было не трудно. Одна из кроватей была завалена кучей тряпья, на стене висели разные плакаты с изображением музыкальных групп. На тумбочке стояла кружка с кофе, от которой все еще исходил пар.
Я бросила свои вещи на кровать и села, облокотившись к стене. Прикрыла глаза, чувствуя усталость. Все же перелет и напряжение, в котором я находилась последние часы, давали о себе знать. Буквально через несколько минут та самая дверь отворилась, и из нее вышла моя соседка. Латиноамериканка. Девушка была обернута в полотенце, едва прикрывающее бедра. В ушах у нее были наушники, она резко остановилась, увидев меня.
– Так ты и есть моя подруга по несчастью? – спросила она, доставая наушники из ушей.
У нее просто невероятная прическа. С правой стороны волосы выстрижены под короткий ежик, с левой более длинные, переходящие в косую челку, спадающую на глаза. Но не это привлекло мое внимание. Цвет. Он ярко-розовый, с отдельными голубыми прядями. В сочетании со смуглой кожей цвета топленого шоколада – это просто ядерная смесь. Мне тут же захотелось взять в руки фотоаппарат и запечатлеть ее прямо сейчас.
– Можно сказать и так, – приветливо улыбнулась я ей, – я Сэм.
Девушка кивнула и прошла к своей кровати. Уселась на нее, приняв позу лотоса и посмотрела мне в глаза.
– Я Бьянка, – сказала она без тени улыбки, – ты должна ответить на мои вопросы.
Я засмеялась от такого напора.
– Будет допрос с пристрастием? А где же лампа?
Бьянка посмотрела на меня удивленно, и на мгновение стала похожа на маленькую девочку.
– Какая лампа?
– Ну та, которую направляют в лицо для большего эффекта.
Девушка засмеялась и поправила челку, снова упавшую ей на глаза.
– Лампы нет, но могу воспользоваться своим мобильником, – она резко хлопнула в ладоши и набросила на себя суровый вид.
Это выглядело так забавно, что я едва смогла сдержать рвущийся наружу смех.
– Итак, начнем, Сэм. Ты вегетарианка?
– Нет.
Лицо Бьянки потемнело, но она продолжила.
– Ты ходишь во сне?
– Эээмм… вроде бы, нет, – отвечаю ей.
– Выпивка? – не прекращала свой допрос соседка.
– Отношусь нейтрально, – хмыкнула я, сразу вспомнив, как на мое шестнадцатилетие мы с Оуэном набрались текилы.
– Властелин колец или Гарри Поттер? – не унимается Бьянка.
Я начинаю смеяться, на что девушка грозно шикает на меня.
– Мы занимаемся серьезным делом, отвечай!
– Ок, – делаю я серьезную мину, – Властелин колец.
Бьянка облегченно мне улыбнулась, и я тут же добавила.
– Но Гарри тоже ничего.
Спустя пять минут перекрестного допроса, соседка вынесла вердикт, что мы с ней вполне уживемся. Она и правда немного странная, но ее заразительная и искренняя улыбка подкупает.
***
СПУСТЯ ДВА МЕСЯЦА
Я сидела в парке в полном одиночестве. В это время в нем было немноголюдно. То, что нужно. Буквально через час здесь будет куча народа. Сейчас же над небольшим озером повисла дымка утреннего тумана, вокруг стояла тишина, слышно было лишь чириканье птиц. Я люблю такое чувство единения с окружающим миром. Есть только я и моя камера, вместе мы можем остановить прекрасные мгновения, на которые порой просто не обращаем внимания.
Вот по ветке пробежала белка, остановившись, будто услышав что-то неподвластное нашему слуху. Или же капли росы на траве, которые образуют диковинный узор. Луч солнца, пробивающийся сквозь пышную листву деревьев, приносящий новый день. А вот неподалеку появился мужчина, выгуливающий лабрадора. Пес резво бегал по поляне, в то время как его хозяин отчаянно пытался проснуться. Посмотрев на дисплей камеры, я улыбнулась. Получился удачный кадр, мужчина зевал во весь рот, когда собака забросила передние лапы ему на грудь.
Постепенно я влилась в студенческую жизнь. Родители до сих пор держали на меня обиду, на самом деле делали они это лишь из принципа. Связалась с ними только раз, в первый день, сообщить, что со мной все нормально. После этого ни я ни они не делали попыток к сближению.
О моем прошлом мне напоминали лишь редкие звонки Оуэну. Мы не общались уже больше двух недель, парень устроился барменом в один из баров нашего города. Днем, когда у него выдавались свободные минутки отдыха, я находилась на учебе. Ну а ближе к вечеру и ночью, когда я заваливалась в нашу с Бьянкой комнату и хватала лэптоп, в надежде выйти на связь с другом, он пропадал на этой чертовой работе. И да, меня это совсем не должно волновать…
Я стала снова просматривать кадры, которые успела заснять за это утро, как раздался звонок мобильного. Мне даже не требовалось смотреть на экран, чтобы понять, кто звонит. Бьянка в первый же день нашего знакомства схватила с тумбочки мой мобильник и с беззаботным выражением лица занесла свой номер в список моих контактов. И теперь каждый раз, слыша завывающего марсианина Лето в своем кармане, я знаю, что звонит подруга.
– Ты готова? – спрашивает с ходу она.
– Нет, – отвечаю ей, как есть, и начинаю отчаянно врать, – я уехала из города, так что я пас.
Бьянка молчит, слышно лишь ее дыхание в трубке. И тогда я продолжаю играть роль. Делаю жалобный голос, уповая на то, что он проймет ее до глубины души.
– Мне жаль, правда, – грустный и тяжкий вздох, – я же тебе говорила, что не буду в этом участвовать.
– Обернись назад, детка.
Медленно я поворачиваюсь назад и ни капельки не удивляюсь, увидев подругу в нескольких метрах от себя. Вот черт!
Она срывается с места и через несколько секунд подлетает ко мне розововолосой фурией.
– Ты долбаная задница, Саманта Джонсон! – Бьянка кричит, от чего окончательно проснувшийся мужчина с лабрадором смотрит на нас, как на сбежавших из психушки, – я так и знала, что ты соскочишь! Уехала из города, ага… Ты же обещала.
И что прикажете делать? Пытаться доказать, что как раз-таки Я никому ничего не обещала, а подруга как всегда услышала то, что хотела услышать.
– Боже, Бьянка, – едва ли не ною я, – не заставляй меня проходить через это.
Мои уговоры на нее не действуют, она решительно хватает меня за руку, поднимает с уютной скамейки и делает тот умоляющий взгляд, от которого я никогда не могу устоять.
– Ну же, Сэм, – шепчет она со слезами на глазах. О, она прекрасная актриса, но я каждый раз попадаюсь на один и тот же крючок, – я не смогу одна…
Через тридцать минут мы стоим с транспарантами и плакатами "Долой опыты над несчастными животными!", перед зданием мэрии. Вместе с нами размахивают табличками еще с десяток придурков, озабоченных этой проблемой. Бьянка уже в пятый раз затаскивает меня на такие акции протеста, мне кажется, ей не важно, чему посвящена очередная. Сама возможность пойти против системы распаляет подругу покруче любого энергетика. Черт его знает, почему я каждый раз соглашаюсь на очередную авантюру с ней. Умерший во мне психолог слабо подает голосок о том, что мне и самой это нравится. В глубине души. Но моя здравомыслящая часть предпочитает об этом не думать.
Через час пикирования мэрии на площади появляются копы и разгоняют наш несанкционированный митинг. В этот раз все обходится без жертв, никого из нас не арестовали, но самое главное, акцией заинтересовались телевизионщики. Бьянка делает невинное личико и говорит, что даже не догадывается, кто мог сообщить им о времени проведения митинга. А я делаю вид, что верю.
Времени заскочить в кампус уже не оставалось, и мы с Бьянкой сразу же направились на занятия. Дождь пошел внезапно, когда до корпуса университета оставалось лишь несколько кварталов.
– Я убью тебя когда-нибудь, – кричу подруге на бегу, хотя не испытываю к ней зла.
Мы промокли до нитки в своих тоненьких кофточках, и по закону подлости в довершение удачного дня какой-то придурок на своем бьюике окатил нас из лужи. Грязь была повсюду, даже во рту. Слышу отчаянный визг Бьянки и насмешливый мужской голос, прокричавший что-то про кисок.
– Сукин сын! Ты запомнила номер? – дергает меня за рукав подруга, а я не выдерживаю и начинаю улыбаться. Сначала одними губами, осторожно, но постепенно улыбка перетекает в истеричный смех.
– Ага, – успокаиваюсь я, – дадим объявление в Chicago Times, может, парень откликнется и принесет свои искренние извинения.
– Ну, а мы засунем их в задницу, – подхватывает подруга, и в таком настроении мы подходим к зданию универа.
5
АЛАН
Стефани проела мне всю плешь по поводу новой официантки. Серьёзно, девушка решила сделать это проблемой номер один для меня, будто у меня нет более важных дел, чем поиск персонала. Парни в открытую ржут надо мной из-за этого. А я, чёрт возьми, не вижу ничего смешного. Совершенно.
Но против Стеф не попрешь. Поэтому сейчас я сижу и напеваю песенку Skillet «Sick of it» («Устал от этого» прим. автора) и от руки пишу объявление, старательно выводя каждую буковку. Когда все было готово, я приклеил объявление на окно бара. Все, теперь никто меня не обвинит в том, что я ничего не делаю и отлыниваю от работы. Теперь все зависит от того, нужна ли людям работа или нет.
– Алан, твои руки не отвалились? – я сидел на диване у нас в гостиной на втором этаже, когда Стефани вошла в комнату и безумными глазами начала осматривать мои руки.
– Как видишь, обе конечности на месте, – вытянул руки перед собой и для наглядности сделал "джазовые пальчики".
Девушка состроила милую гримасу.
– Оу, я так рада за тебя… А то я уже начала думать, что ты к чертям забыл, как их пускать в дело.
Я ничего не понял, но с моего языка уже готов был сорваться ответ про то, как именно я могу пускать руки в ход. Но мне не дали этого сделать.
– Тогда скажи, почему объявление появилось только сегодня?! Ты, гребаная ленивая задница? – прошипела девушка.
– Стефани, что за тон? Я будущая звезда, между прочим, сбавь обороты, – ухмыльнувшись ответил ей. Она фыркнула в ответ.
– Тебе крупно повезло, Картер. Ещё пара дней, и я бы написала объявление твоей кровью!
– Ты совершенно не ценишь меня, Стеф. Это больно. Прямо здесь я чувствую тупую боль, – приложил кулак к центру груди, – ну, или просто хочу есть.
Девушка бросила в меня бумажкой, а я, засмеявшись, поймал ту в воздухе. Стефани круто развернулась на каблуках и ушла, сделав вид, что совсем меня не знает.
***
Буквально через пару часов на мое объявление уже начали откликаться люди. Мой телефон просто разрывался от звонков. Пришлось договариваться на собеседования. И я принял поистине гениальное решение – принять всех кандидатов за один день, чтобы не тратить время впустую. Неужели, найти официантку так трудно? Не верю.
В основном, это были девушки, с которыми, по большей части, мы были близки, так сказать, в библейском смысле. О. Мой. Бог. Это будет весело. Главное во всем и всегда искать позитив. Правда же?
Я подошел к заданию очень серьезно. Стеф хотя и заноза в одном месте, но я действительно люблю ее, для меня важно, чтобы она была счастлива. Поэтому сейчас я сижу в кабинете, с умным видом и провожу интервью. На мне, черт возьми, белая рубашка, застегнутая на ВСЕ пуговицы. Правда, я немного проспал, и не смог отыскать свои джинсы, поэтому сижу без оных в одних боксерах и носках, жду, когда Трэв найдет мне штаны. Но чувствую, что этот придурок даже не собирается этого делать и скоро моя задница, обтянутая трусами с изображением Бэтмэна, начнет гулять по всему гребаному интернету.
Я мысленно взвыл, но на лице у меня этого не отразилось, я выражал собой высшую степень заинтересованности, когда девушка, одетая в отвратительное леопардовое платье рассказывала мне про свои проблемы с алкоголем. Серьезно? Я, что, похож на чертового бармена? Мне так и хотелось прокричать этой дамочке, что я не ее мозгоправ и забесплатно не собираюсь ее слушать.
– Спасибо, – я посмотрел на листик, где было написано имя женщины, – Франческа. Мы вам перезвоним.
Улыбнулся так сладко, что у меня аж скулы свело и заболели зубы. Женщина бросила в мою сторону еще один долгий, многозначительный взгляд и выпорхнула из кабинета, виляя бедрами.
Схватил свой смартфон со стола и набрал номер Трэвора. Ублюдок не брал трубку. Он просто игнорил меня.
Я выругался вслух, как раз в тот момент, когда дверь кабинета распахнулась, и на пороге показался высокий, мускулистый и бритоголовый афроамериканец. От открывшейся моему взору картины я приоткрыл рот. Ситуация складывалась очень забавная… Из ряда тех, о которых мы вспоминаем с улыбками, но никому не говорим. Я придвинул кресло вплотную к столу, на всякий случай, и кивком указал огромному чернокожему парню на соседний стул.
– Привет, я увидел Ваше объявление о работе. Меня зовут Дэрил, – парень протянул мне руку для рукопожатия, на которое я ответил.
– Привет, Дэрил. Эээ… – сделал вид, что ищу что-то в куче листков передо мной, но я просто старался сдержать рвущийся наружу смешок, представив этого парня в униформе официанток, – мы ищем официантку, мы не ищем секьюрити.
Все же, справившись с ситуацией, серьезно ответил.
– Я знаю, – Дэрил усмехнулся, и его зубы ослепили меня. Реально, он был таким черным, что его зубы казались гребаным солнцем. У меня аж глаза заслезились, – странно, когда парень с моей комплекцией работает официантом. Но могу сказать, что у меня есть опыт в этой сфере…
Пока Дэр рассказывал мне историю своей жизни про бедного, чернокожего паренька из гетто, я под столом набирал смс Саре.
«Принси ме штаны. Бычтро.» – набрал я.
Телефон тут же пиликнул о принятом сообщении.
«Болван безграмотный. У тебя закончились чистые вещи? Возьми у меня в шкафу, размер у нас одинаковый =)))»
Скосил глаз под стол и стиснул сильнее телефон в руке. Вот мелкая коза.
«ТЫ УКВОЬЕНА!»
Я передал степень своего возмущения большими буквами.
«Ха-ха, было бы очень грозно, если бы без ошибок»
и следом -
«Не мешай мне, я на парах, Алан. Приду и дам тебе сисю, а пока посиди один, дружок.»
С раздражением откинул от себя телефон на стол и фыркнул. Да она хотя бы знает, как трудно смотреть собеседнику в глаза и писать на ощупь по памяти в телефоне? Ничего я не безграмотный.
Через пару минут интервью с Дэрилом закончилось, я не видел смысла продолжать его. Как только он зашел, я уже понял, что вот он, идеальный кандидат. Все для Стеф. Может, он ее шоколадная судьба. Чувствую себя Купидоном.
Посмотрел на часы и понял, что Дэром был последним кандидатом. Больше никто не записывался и, черт возьми, я не буду никого принимать без записи.
Встал с кресла и потянулся, чувствуя, как хрустят позвонки. Открыл окно и с наслаждением закурил, выпуская кольца дыма на улицу. На сегодня план максимум выполнен. Я оставил у Стеф на столе номер Дэрила и даже обвел его сердечком.
Кабинет девушки находится на первом этаже, и окно, около которого я сейчас стою, выходит на задний двор. Там находится лестница и специальный вход к нам на второй этаж. Я всегда паркую там машину «Старушку Бэтси».
– Что за..? – я прищурил глаза, вглядываясь в темноту.
Сейчас возле моей машины стоит тело, и по тому, как это самое тело стоит, я уверен, пытается надругаться над Бэтси.
Не задумываясь, я схватил биту, припрятанную около шкафа в кабинете и кое-как вылез в окно, полный решимости спасти честь своей старушки. Если у меня спросят, почему я не вышел через парадную дверь, не попросил помощи или, в крайнем случае, не надел штаны… я не смогу ответить.
В голове промелькнула мысль, чтобы позвонить Дэру и попросить его придти, но я быстро отмел ее. Сейчас только я и этот извращенец.
Я тихо ступал по грязному асфальту, радуясь, что все таки надел носки с утра. Двигаясь бесшумно, в стиле ниндзя, я все ближе приближался к подозрительной фигуре в капюшоне и с каждым шагом отчетливо понимал, что, скорее всего, это подросток. Несовершеннолетний. А я медленно приближаюсь к нему со спины с битой в руке и без штанов… Да ни один суд присяжных меня не оправдает. Поэтому я остановился и снял с себя рубашку, тихо и осторожно повязал ее на манер фартука на бедрах.
Поудобнее перехватил биту и встал за спиной мелкого злоумышленника, возвышаясь почти на голову. В нос тут же ударил едкий запах краски, и тогда-то я и заметил баллончик в руке. Этот огрызок что-то увлеченно рисовал на моей Бэтси, мать вашу! Стиснул биту еще крепче и начал продумывать для себя алиби, как вдруг увидел из-под капюшона длинные светлые волосы.
Нахмурившись, я окинул еще раз взглядом фигуру мелкого вандала, задержавшись на тонких запястьях и милой женственной ладошке. Чувствовал, что мои брови взмыли вверх. Вот это сюрприз. Заглянул за спину девушки, а теперь я не сомневался, что это была девушка, и посмотрел, что же она там так усердно рисует.
Это была картина двух кошек. Точнее, двух облезлых, стремных кошек-мутантов. У меня даже холодок пробежал по позвоночнику. Прежде, чем успел остановить себя, с языка уже сорвались слова.
– И что это ты рисуешь?
– Послание на память одному придурку, – девушка застыла и резко развернулась ко мне.
Я быстро осмотрел ее лицо и понял, что не знаю ее. Я бы точно не забыл эти глаза. Они были настолько яркие. Необычного серо-голубого цвета. Завораживающие. Я реально потерялся в ее взгляде, как в лабиринте, не желая искать выход на волю.
Девушка моргнула, и вся магия момента пропала. Она что-то пискнула и попыталась позорно сбежать. Она действовала просто молниеносно.
– Стоять, – заорал я, выбросил биту и схватил ее за руку, впечатывая ее в свое тело.
Она стояла, прижатая ко мне спиной, и что-то злобно пыхтела. Я попытался снять с нее капюшон и посмотреть на нее, но она вертелась как червяк. Недолго думая, я зубами стянул с нее гребаный капюшон. Девушка лягнула меня ногой по коленке, и я взвыл от боли, ослабляя хватку. Она воспользовалась ситуацией и принялась бежать. Я выругался сквозь зубы и с рыком бросился на нее, как гепард за своей добычей. Но у добычи гепарда не бывает баллончиков с краской…Девушка развернулась и распылила краску прямо мне в лицо. Я начал кашлять и задыхаться, глаза начали слезиться, и я ничего не видел. Только слышал быстрые шаги по тротуару, но затем и они прекратились.
– И чтобы ты знал, не все любят мокрых кисок, идиот!
Шаги возобновились, а через несколько мгновений все стихло. Я же так и остался стоять на тротуаре… В носках, с рубашкой, повязанной вокруг бедер, и весь в краске. А через секунду тишину этого переулка прервал мой смех.
