Текст книги "Константин (СИ)"

Автор книги: Лана Морриган

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 18 страниц)

Глава 11

Лея лежала в палате и смотрела на полоску солнечного света, пробивающуюся сквозь закрытые жалюзи. Казалось, сегодня лето решило напомнить о себе особенно ярко. Воздух был теплым, пахло чем-то цветущим, живым и таким далеким от стерильности больничных стен. Девушке стало лучше, и она позволила себе мурлыкать песни.

Дверь открылась, она повернула голову, уже заранее зная, кто за ней. Сердце забилось чуть быстрее, отзываясь на его присутствие.

Константин вошел осторожно, проверяя, не потревожит ли. Лицо вампира было серьезным и сосредоточенным, но глаза, темные и бездонные, заметно смягчились, стоило им встретиться со взглядом Леи.

– Как вы себя чувствуете? – спросил он негромко, ставя небольшой металлический контейнер на столик рядом с кроватью.

– Лучше, гораздо лучше, – ответила она честно. – Даже не думала, что можно так быстро почувствовать себя... почти нормальной.

Константин улыбнулся. Эта улыбка показалась девушке болезненной или вымученной. Именно так улыбались родные, когда у нее случалось ухудшение самочувствия.

– Не нужно меня жалеть. Пожалуйста, – попросила она.

– Я вас не жалею, – ответил он, оставляя недосказанными множество мыслей. Озвучь он их сейчас – и Лея бы испугалась или посмотрела с ужасом.

– Мне так не кажется.

– Я жалею себя, – сказал он, посмотрев девушке в глаза.

– И почему же? – спросила она недоверчиво, закатывая рукав трикотажной кофты.

– Много причин.

– Назовите хоть одну.

– К сожалению, я не бог.

Лея заерзала в постели и произнесла неуверенно:

– Мне кажется, его не существует.

Константин отрицательно покрутил головой.

– Нет. Он точно есть.

– А я думаю, что его нет. Зачем вот эти страдания? Проверка перед распределением в рай или ад? Наказание? За что наказывают Мишку из соседней палаты? Ему всего девять, сомневаюсь, что он за свою жизнь сделал что-то такое непоправимое. И у меня не получается просто верить. Вчера спасли меня вы, – она села и заговорила увереннее. – А что мешало кому-то там сильному и всемогущему не допускать приступа?

– Ничего. Но так им скучно.

– Кому?

– Богам, – ответил он и открыл контейнер, спокойно и методично доставая шприц и ампулы. Подошел совсем близко, обнажил тонкую руку чуть выше локтя и аккуратно обработал кожу. – Я все сделаю сам, – сказал он. – Так я буду уверен, что все сделано правильно.

Лея смущенно улыбнулась, глядя на его красивые кисти, ловко и бережно делающие укол. Страха она не чувствовала. Вместо него была тихая благодарность и странное волнующее чувство близости. Если бы Алиска знала, о чем ее сестра сейчас думала, она бы точно ругалась.

Девушка опустила голову, пряча чуть покрасневшие щеки. Как же глупо она сейчас выглядела!

– В вас влюблялись пациентки? – спросила она неожиданно для себя.

– Что? – Константин поднял голову.

– В вас должны были влюбляться пациентки. Те, кто отказался от внешнего мира. Такие, как я. Мы никуда не выходим, ни с кем не видимся. Это же логично, и, скорее всего, в психологии есть название для подобного феномена.

– Не знаю. Если и было подобное, то мне об этом никто не говорил.

– Мне Алиса сказала не влюбляться в вас.

– Что еще сказала ваша сестра? – спросил он, не прекращая складывать в лоток использованные ампулы.

– Больше ничего.

– Ваша сестра переживает за вас. Это нормально, – ответил он формальным тоном. – И я обязан сообщить о вашем самочувствии родным.

Лее показалось, что Константин пытается сменить тему разговора, отчего почувствовала себя неуютно. Зачем вообще она подняла задала глупый вопрос?.. Ей хотелось отмотать время на несколько мгновений назад и просто поблагодарить.

– Пожалуйста, только ничего не говорите родителям. Я вас очень прошу, – прошептала она, перехватив мужское запястье. – Они сойдут с ума. Не нужно, я вас очень прошу. Обещаю больше не говорить глупостей, – подняла свободную ладонь в клятвенном жесте.

– Вы не сказали ничего глупого, – ответил он, продолжая стоять, склонившись над кроватью и не убирая руки. – Мне нравится ваша откровенность, Лея.

Тон, с каким вампир произнес ее имя, заставил девушку покраснеть еще сильнее, а сердце – сделать кульбит в груди.

– А вы когда-нибудь влюблялись во врача?

Провокационным вопросом Константин спровоцировал новую волну жара, расползающегося по коже девушки, и сбил дыхание. Это был самый интимный момент, который когда-либо происходил между Леей и мужчиной за всю ее жизнь.

– Нет… Никогда...

– Я буду не против, если вы влюбитесь в меня, – сказал он, освобождая руку и забирая медицинские принадлежности.

– Вы же шутите? – спросила она на выдохе, с трудом сдерживая нервный смех.

Он ей улыбнулся и пожал плечами, обтянутыми белоснежным халатом.

– Возможно. Отдыхайте. Я вернусь с вечерним обходом. Медсестра будет заходить каждые тридцать минут. Если что, не стесняйтесь воспользоваться кнопкой.

– Спасибо, – произнесла Лея одними губами, не найдя в себе силы произнести хоть что-то вслух.

Ей было так страшно, волнительно и тревожно. Страшно было надеяться, что слова доктора Веллиоса хоть частично искренне, а не обычный разговор между врачом и тяжелой пациенткой. Волнительно от того, что она позволила себя ничтожную искорку мечты о красивом, образованном и успешном мужчине. Что она может предложить в ответ? И тревожно от того, что опасения сестры, скорее всего, не напрасны.

С каждым щелчком ручки и бесшумным открытием двери в палату по телу девушки разливалась горячая волна. Она надеялась, что вместо миловидного личика медсестры увидит мужское. Даже не представляя, что бы последовало за приходом Константина. Как бы она себя вела? Молчала? Отводила взгляд? Сделала вид, что не было странного разговора? А как бы поступил он?!

Лея так запуталась в собственных мыслях, эмоциях и чувствах, что пропустила момент, когда к ней в палату вошли. Она не слышала щелчка замка, шороха шагов, и если бы молодой мужчина не пошевелился и не подошел ближе, то и не заметила его.

– Здравствуйте, – произнесла она, разглядывая гостя.

Он был странно одет. Не по погоде и… не по столетию. Бархатный камзол, брюки, высокие сапоги. Контрастом одеянию служил планшет в его руках.

– Вы пришли кого-то навестить?

От внимательного взгляда блондина Лея почувствовала холодок, скатившийся по спине.

– Вы Лея? – спросил он.

– Да.

– Так вот вы какая, – сказал он, шумно втягивая воздух. И девушке показалось, он сделал это не для того, чтобы перевести дыхание, а словно хотел что-то узнать, почувствовать. – Прискорбно, – сообщил, помолчав секунду.

– Я вас не понимаю.

– Прискорбно, что мой драгоценный брат пошел долгим и опасным путем. Не понимаю, зачем такие сложности.

– Я все равно вас не понимаю, – повторила девушка, незаметно потянувшись к кнопке вызова персонала.

– Лея, вы бы хотели жить вечно?

– Не думаю, – прошептала она, влажными пальцами нажимая на круглую кнопку.

– Хорошо. Спрошу по-другому. Вы любите фильмы или сериалы о романтизированных чудищах?

Глава 12

– Что вы имеете в виду? – поинтересовалась Лея, рассматривая незваного гостя и еще больше убеждаясь в его странности. Он выпадал из обстановки, что его окружала. Двигался слишком плавно, говорил неторопливо, делая акценты в речи непривычным для слуха образом.

– Вы же молодая женщина. Ах да. Сейчас ваш возраст считается невероятно юным. Девица. Девушка.

– Да, – согласилась она, продолжая нажимать кнопку и прислушиваться к шагам в коридоре. Вроде бы гость не делал ничего плохого, но казалось, что он знал куда больше, чем знала Лея.

– Вы не любите романы о нежной, страстной или запретной любви?

Вопрос Лее показался еще более странным, чем тот, кто его озвучил.

– Люблю, – призналась она, чувствуя, как учащается дыхание и сердечко начинает биться быстрее. Отчего-то слова мужчины подтолкнули ее к мысли о Константине.

– Так вот, – он приблизился, сделал какие-то манипуляции с планшетом и развернул экраном к ней. – Занимательные герои. Хоть сюжет банален и жутко заезжен. Юная и прекрасная леди и двое братьев. Один наслаждается, а второй держится в стороне, не позволяя себе приблизиться к красавице.

– Да, я смотрела этот сериал, – призналась Лея.

– Это многое упрощает! – восхитился гость. – Многое! Мне не придется почти ничего объяснять.

Поняв бесполезность нажатия на кнопку вызова персонала, Лея отпустила ее и попыталась улыбнуться.

– А вы тоже на лечении у доктора Веллиоса? – поинтересовалась она, надеясь переключить… она вдруг осознала, что мужчина не представился, и спросила: – Я прослушала, как ваше имя? Мое вы знаете.

Блондин чуть приподнял брови. И в этом крохотном жесте было что-то знакомое. Именно так делал Константин! Его эмоции были словно приглушены или тщательно контролируемы хозяином.

– Меня зову Виктор, – представился гость. – М-да, годы одиночества лишили меня манер. И нет, я не пациент доктора Веллиоса, скорее его очень старый друг, – он несколько секунд по сомневался над формулировкой, но все же подтвердил: – Хотя больше брат. Родство ведь измеряется не только кровью. Так вот современный мир, с одной стороны, удивительно свободен. Женщины больше не пытаются выглядеть целомудренно, в них чувствуется ненормальная уверенность, другие, – он махнул рукой, наконец отступая на несколько шагов. – Другие ведут себя так, словно готовы продать себя как можно дороже, и не важно, через скольких торговцев придется пройти. Хотя такие женщины были всегда. А вот мужчины. Мужчины меня разочаровали.

– Чем же? – спросила Лея, надеясь, что их необычная беседа скоро закончится.

– Своей нерешительностью. Осторожностью. Раздумьями. Как и мой брат. За время моего отсутствия он растерял прежнего себя, и мне кажется, ему пора вернуться. А вам так не кажется?

Лея слабо улыбнулась, поправила волосы.

– Мне? Простите, но я не совсем понимаю, о чем вы говорите.

– Я говорю о том, что не стоит тратить драгоценное время. Его течение ощущается как никогда отчетливо в заточении. Тянется и тянется, – он дирижировал красивой, почти восковой кистью в воздухе. – А после мгновение – и пролетело несколько столетий. Неприятно, – сообщил он. – Неприятно осознавать, что мир изменился, а ты остался прежним.

– Может, вам тоже измениться? – предложила девушка.

Виктор задумчиво приподнял голову, мурлыкнул что-то под нос и уверенно заявил:

– Нет. Не думаю. Я прежний нравлюсь себе больше, чем мои братья нынешние. Так что же меня к вам привело, Лея?.. – он положил планшет к девушке в ноги и сделал шаг к изголовью кровати.

– Я не знаю. Вам не с кем было поговорить? – она сделала предположение.

Мужчина сделал еще один шаг и замер.

– А ведь вы правы. Мне действительно не с кем поговорить, – согласился он. – Те, с кем я любил беседовать, либо давно мертвы, либо изгнаны, либо преданы заточению. А вы умеете слушать, – он покивал задумчиво, что-то отмечая про себя. – От этого задуманное мною вдвойне правильно. Вы толком не ответили на мой вопрос.

– На какой?

– Вы любите фильмы или сериалы о романтизированных чудищах? Наподобие тех, что я вам показывал.

Она пожала плечами и тихо произнесла:

– Да.

И после ее согласия на лице Виктора мелькнула удовлетворенная улыбка. И он больше не шел, а, казалось, плыл по воздуху, чуть склонив голову и не отводя взгляда от девушки.

– Я очень рад, – сказал он, склонившись, растянув губы в улыбке и демонстрируя крупные клыки.

– А вот это ты зря, брат мой! – новый мужской голос заставил Лею вздрогнуть всем телом, а Виктора – отшатнуться от нее. – Фу! Выплюнь каку, Виктор! Что за желание вечно все тащить себе в рот? И почему я должен скакать, как зайка на лужайке, по всему городу, ища тебя?

Между Леей и Виктором из ниоткуда возник второй мужчина. Чуть ниже ростом, с темными, идеально уложенными волосами и до хруста выглаженной одеждой. Со спины он был похож на манекен.

– Я лишь хочу помочь, – отозвался Виктор недовольно.

– Наша помощь сейчас состоит в том, чтобы не вмешиваться и делиться своей кровью. А ее обращение вызовет недовольство и ненужные проблемы, – к концу слова звучали тихо и холодно. – Нам не нужны размолвки. Ты же меня понимаешь?

Виктор демонстративно взял с кровати планшет и так же демонстративно повернулся ко всем спиной.

– А теперь поговорим с тобой, дитя, – Александр повернулся к Лее лицом.

Она округлила глаза от страха и восхищения и вжалась в подушку, подложенную под спину. Сердце с бешеной скоростью билось о ребра, дыхание прервалось. Лея смотрела на незнакомца, неспособная даже моргнуть.

Он был совершенно другим, отличаясь от Виктора, хотя они и называли друг друга братьями. Виктор казался ей странным, пугающе нездешним. Александр был уверенным, резким, с тяжелым взглядом, под которым хотелось спрятаться или исчезнуть. И в то же время от него исходило ощущение власти и чего-то завораживающего. Гипнотического. Лея чувствовала, что смотрит на того, кому нельзя лгать и от кого нельзя ничего скрыть.

– Не бойся, – чуть мягче проговорил Александр, почувствовав ее страх, и легко улыбнулся. В его улыбке не было угрозы, но и тепла тоже не было. – Я тебе вреда не причиню. Мой брат немного увлекся. Это с ним случается, к сожалению.

Он пристально посмотрел на Лею, затем коротко кивнул.

– Милая девочка. Слишком милая для той жизни, что тебя ждет, – Александр произнес это с легкой насмешкой, едва заметно скривив губы в полуулыбке. – Хотя милые девочки после обращения самые голодные.

– Я не понимаю… – прошептала Лея. – Кто вы?

– Кто я? Хороший вопрос, – Александр взглянул на Виктора, стоявшего у окна и делавшего вид, что разговор его не касается, затем вновь посмотрел на Лею. – Считай, что я твой личный ангел-хранитель.

– О чем вы говорите? – едва выдавила она.

Александр шагнул ближе, наклонился, внимательно заглядывая ей в глаза.

– Я говорю, не все тебе стоить помнить о нашей встрече, милое дитя.

– Считайте, что я уже все забыла.

Глядя в планшет, Виктор выразительно хмыкнул.

– Это так не работает, милая Лея, – заметил Александр.

– А как это работает? – спросила она настороженно.

– Немного по-другому, – он склонился совсем низко, протянул руку, желая взять Лею за подбородок, но отдернул ее. – Смотри мне в глаза, – попросил он. – Я оставлю тебе крупицы нашей встречи. Это облегчит Константину задачу.

– Ты говорил, что мы не вмешиваемся, – напомнил Виктор.

– Вмешался ты, – оборвал его Александр. – А я исправляю последствия. Если он не сможет ее спасти, он себя не простит. А ты, дитя, еще слишком юна, чтобы понять цену прощения и гнева Константина.

Он замолчал, ожидая, пока смысл слов дойдет до девушки. Лея сжала пальцами край одеяла.

– Константин… он, – ее голос сорвался, – хороший человек.

Александр мягко рассмеялся:

– Человек? Это уж точно нет. Но да, хороший… был когда-то. Или хочет снова стать таким. Ради тебя точно будет.

– Что вы от меня хотите? – наконец спросила Лея, собирая последние остатки смелости.

– Я? От тебя? Ничего, – Александр медленно покачал головой. – Будь собой, – сказал. – Смотри мне в глаза, дитя, – продолжил он, погружаясь в сознание девушки и убирая воспоминания о встрече с Виктором и с ним самим. Но оставлял крохотные подсказки. Неяркие кадры, которые помогли бы в будущем принять Лее существование вампиров и прочих нелюдей. А еще принять свою судьбу.

– Пойдем, брат. Пора оставить девочку в покое.

Виктор, недовольно вздохнув, направился к двери, но на полпути остановился и повернулся к Лее, улыбнувшись на прощание:

– Был рад познакомиться. Надеюсь, скоро увидимся.

Когда оба исчезли за дверью, Лея осталась одна, чувствуя себя одновременно потерянной и испуганной. Лежала с распахнутыми глазами, все еще вцепившись в край одеяла. Палата была пуста. Тихая, стерильная, как и прежде, но что-то в ней изменилось.

Что именно, девушка не могла сказать. Словно кто-то только что стоял у ее кровати. Словно чьи-то пальцы едва не коснулись подбородка. Словно голос… властный, тяжелый, вкрадчивый… что-то сказал ей на прощание. Но в голове пусто. Пусто и странно тепло.

«Это был сон», – решила Лея, но сама себе не поверила.

Сердце все еще билось неравномерно. И все внутри сжалось, словно после сильного напряжения. Она моргнула, глядя в потолок, и снова попробовала вспомнить. Безрезультатно. Образы ускользали, едва она пыталась за них зацепиться. Какие-то силуэты, оттенки, взгляд… Мужчина? Двое? Бессмыслица.

«Мне просто приснилось…» – попыталась она убедить себя еще раз.

– Лея! – хлопнула дверь, и в палату влетела Алиса, возмущенная и встревоженная одновременно. – Почему ты мне не сказала, что тебе стало хуже?

Лея вздрогнула, выныривая из тумана. Сестра резко подошла к кровати, глядя с упреком и тревогой.

– Я… Я не… – Лея подняла взгляд, все еще слегка рассеянный. – Я не хотела тебя пугать. И… со мной все в порядке.

– В порядке? – Алиса скинула сумку на кресло. – Лей, тебе сделали переливание, ты была без сознания, давление на нуле, а ты мне не сообщаешь?! Я узнаю все от врача, а не от тебя!

Лея прижала ладонь к виску. Давление в голове все еще пульсировало, а слова сестры разносились, как будто сквозь вату.

– Прости… правда… я просто…

Алиса немного сбавила обороты, подошла ближе, села на край кровати и взяла ее за руку.

– Все хорошо. Просто в следующий раз, пожалуйста, сразу звони или пиши. Или хотя бы сбрось вызов. Ладно?

Лея кивнула, с трудом возвращаясь в реальность. А в голове все стоял туман.

Алиса перевела дух и позволила себе расслабиться. Она оглядела палату.

– Здесь стало уютнее, чем в прошлый раз, – заметила она, не отпуская руку Леи. – Тебе разрешили клеить рисунки?

– Честно говоря, я не спрашивала разрешения. Захотелось немного цвета. Скотч взяла у медсестры.

– И когда ты стала такой оторвой? – рассмеялась Алиса.

– Как дома?

– Когда я заезжала переодеться, мама опять пекла что-то. На кухне было невозможно дышать. А папа смотрел кино. Пока тебя нет дома, он делает вид, что все нормально.

Лея слабо улыбнулась:

– Ты им ничего не сказала?

Алиса посмотрела на нее и отрицательно покачала головой.

– Нет. Не могла. Если бы сказала… мама бы все бросила и примчалась. А папа… – она выдохнула. – Я боюсь, он просто перестанет спать. Или начнет пить. Ты же знаешь, как он переживает.

– Правильно. Молчи.

Лея прекрасно знала, как отец умел держать боль внутри, а мама – наоборот, вцеплялась в любой быт, лишь бы не показывать страха.

– Мне сегодня снились такие дурацкие сны, – сказала она, сжав руку старшей сестры.

– Это от лекарств, – посочувствовала Алиса.

– Скорее всего.

– Так что снилось?

– Ты будешь смеяться.

– Ну!

– Двое мужчин.

– Хм.

– Они, кажется, были в палате.

– И что они хотели?

– Я не поняла, если честно. Но один… – Лея не успела закончить.

В дверь мягко постучали, и, прежде чем кто-то успел ответить, она уже приоткрылась. В проеме возник Радомир.

– Привет, – тихо сказал Радомир, проходя внутрь. – Не разбудил?

– Нет, – Лея попыталась сесть ровнее. – Я как раз рассказывала… – она замолчала, заметив, как Алиса скривила личико и едва заметно отрицательно покачала головой.

– Что-то важное? – мужчина остановился у края кровати и с любопытством глянул на нее.

– Сны, – отозвалась Алиса коротко и очень холодно.

Радомир подошел к ней, повисла тишина. Он, казалось, хотел что-то сказать, но передумал. Поставил пакет на тумбочку.

– Я подумал, ты будешь голодна, – обратился к Лее, вновь делая вид, что не замечает поведения Алисы. – Посмотри. Если тебе что-то нельзя, я могу съесть, – добавил он с улыбкой.

– Большое спасибо, – Лея попыталась смягчить обстановку.

– Ты как себя чувствуешь? – поинтересовался Радомир.

– Уже лучше, – ответила она и, заметив, как Алиса сжала губы, добавила: – Просто устала.

– Это нормально. Особенно после… – он осекся, бросив косой взгляд на Алису, но та так и не отреагировала.

Снова пауза. Лея скользнула взглядом от одного к другому.

– Может, вы поговорите? – тихо спросила она, уже не обращаясь к кому-то конкретно.

– Нам не о чем говорить, – почти одновременно с ней заговорила Алиса.

– Лис…

– Лей, все нормально, – отозвалась Алиса чуть натянуто. – Я, пожалуй, пойду. Мне еще надо заехать домой. Передай доктору Веллиосу, что я ему безмерно благодарна, – она резко поднялась, взяла сумку. – И если что будет нужно, звони сразу, понятно?

Лея кивнула.

– Я люблю тебя, – тихо сказала она.

– И я тебя, – Алиса поцеловала сестру в щеку и, игнорируя присутствие Радомира, ушла.

Тишина снова заполнила комнату. Радомир медленно опустился на стул рядом с кроватью.

– Поссорились? – спросила Лея.

– Нет. Я сильно косякнул.

– Очень?

– Нереально, – хмыкнул он.

– Она у меня принципиальная и ревнивая.

Мужчина шумно выдохнул.

– Я заметил.

– Советую брать измором. Я в детстве всегда так делала. Если, конечно, ты ей не изменил.

– Я на это не способен.

– Тогда догоняй. Что расселся? А?! – спросила Лея и рассмеялась, глядя на растерянный вид Радомира. – Стой, – она поймала его за руку, – передай мне, пожалуйста, планшет, хочу посмотреть сериал.