Текст книги "Наследница для миллиардера (СИ)"

Автор книги: Лана Гриц

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 11 страниц)

ГЛАВА 42.

Костя

Вхожу в дом, сжимая в руке ключи. Холодный ветер ощущается на коже, но только стоит мне закрыть за собой дверь, как теплый запах ужина касается моего носа.

Из кухни доносится тихий звон посуды. Ольга Николаевна на своем месте и при своих обязанностях.

Значит, мои девочки наверху. Не снимая пальто, я быстро поднимаюсь на второй этаж.

Дверь нашей спальни открыта, я слышу заразительный хохот Алёны, Вика воркует с дочерью.

За месяц это стало таким обычным, но все же мое сердце каждый раз сжимается, когда я слышу веселье в нашем доме.

Развернув документ, я бегло смотрю на лист бумаги.

Сегодня адвокат получил свидетельство о разводе.

Теперь Вика свободна. Но это ненадолго. Я планирую в ближайшее время окольцевать эту красотку, пока она не вкусила все прелести холостяцкой жизни.

Сам же усмехаюсь со своих мыслей, вхожу в спальню.

– Папа! – Алёнушка быстро подползает к краю кровати, перекручивается и осторожно слезает, как положено: ножками вниз.

Вика страхует. А то у нас тут было на днях, еле поймал эту стрекозу. Дочь решила нырнуть на пол вниз головой. Я чуть не поседел в тот момент.

Ловлю малышку, трусь щетиной о ее румяные щеки.

Она обхватывает мое холодное лицо теплыми ладошками.

– Мама, ти. Папа.

Лопочет что-то по своему, крутится у меня на руках. Я озадаченно смотрю на Вику.

Она встает с края кровати и подходит к нам.

– Вижу, доченька, – она поглаживает ее по спине и переводит на меня теплый и родной взгляд. – «Ти» – это у нас смотри.

Аааа. Киваю головой. Теперь понятно.

– Ты вернулся рано. Как день?

Я на секунду задерживаю взгляд на ее грустном лице. Что-то не так…

– Я встречался с адвокатом.

Мои слова заставляют красивые глаза раскрыться сильнее.

– Уже?

– Да, Виктория Сергеевна, – протягиваю ей свидетельство, – теперь вы незамужняя дама.

Слово «дама» веселит нашу дочь. Она пытается его повторить, получается смешно и коряво.

Вика изучает документ, замечаю ее облегченный выдох.

– Ты в порядке? – с осторожностью интересуюсь я.

Несколько секунд Вика молчит, будто собирается с мыслями.

Потом она возвращается к кровати и присаживается на край, подогнув одну ногу.

– Свекровь звонила, – без улыбки говорит она.

– Что она сказала? – отпускаю Алёну, малышка бежит к своим игрушкам.

– Илья пропал, – Вика смотрит в окно. – Уже пять дней. На работе не появлялся, телефон выключен. В квартире все нормально, вещи его все на месте. Она говорит, что я виновата. Что я разрушила ему жизнь.

Тонкий голос надламывается. А внутри меня все закипает.

Мало того, что Илюша попил крови, теперь и его матушка мозги выносит.

– Она ничего не знает. И не имеет права так говорить, – я стараюсь сдержать раздражение.

– Но ведь она права, да? – она переводит на меня свой грустный взгляд. – После того, как он подписал отказ от Алёны, все изменилось.

– Нет, Вика, – сердито произношу я, злюсь из-за того, что в ее прекрасной голове возникают такие глупые мысли. – Он сам разрушил свою жизнь. Он выбрал любовницу, деньги, легкий путь. Ты не виновата.

Я подхожу ближе и опускаюсь перед ней на корточки. Беру ее руки в свои ладони, покрываю поцелуями каждый палец.

– Что еще сказала свекровь? – мягче спрашиваю я.

– Что она пойдет в полицию. Будет подавать заявление.

Я молчу, обдумывая слова Вики.

Пять дней. Это странно. И подозрительно. В голове мгновенно складывается мрачная картина, но я не могу ее озвучить.

– Я поговорю с адвокатом. Мы разберемся, что происходит.

– Ты думаешь, с ним что-то случилось? – Вика вроде и спрашивает, а сама вроде и допускает мысль о том, что Илюша мог перейти дорогу нехорошему человеку.

– Все может быть.

Подробностей ей знать не обязательно. Я уверен, что к исчезновению Ильи причастен Божко.

– Я просто, – тяжело вздыхает она, – устала от этого всего. Когда это закончится?

Я поднимаюсь и смотрю на Вику сверху вниз.

– Скоро, – твердо говорю я. – Я сделаю все, чтобы защитить вас. Ты понимаешь?

Ее дыхание на мгновение сбивается. Она кивает, в ее взгляде мелькает благодарность.

Внутри меня растекается тепло – нечто большее, чем желание защитить.

Это чувство, от которого уже невозможно избавиться. С каждым днем оно укореняется в сердце.

Мне хочется снять пальто, которое резко начало давить на плечи, прижать свою женщину к себе. И признаться…

Но сейчас не время. Я отпускаю руки Вики и делаю шаг назад, давая ей пространство.

– Мне нужно кое-что уладить. Я скоро вернусь, – разворачиваюсь и направляюсь к двери.

– Кость, – Вика бежит следом.

Я останавливаюсь и оборачиваюсь. Она бросается мне на шею и крепко обнимает. Мы цепляемся взглядами, я чувствую ее вкусный запах.

– Мы с дочкой будем тебя ждать, – шепчет она. – К ужину вернешься?

Я с удовольствием целую ее сахарные губы.

– К ужину буду, как штык, – улыбаюсь я, улыбается и она.

ГЛАВА 43.

Вика

Вечер тихий, большой дом утопает в мягком свете ламп.

Я сижу в кресле в нашей спальне, качая на руках Алёнушку. Малышка уже крепко спит, ее пухлая ручка вцепилась в мой палец, а реснички едва заметно дрожат во сне.

Не могу налюбоваться ею. Внутри я ощущаю такое умиротворение, что даже привычная тревога прошлого кажется далекой. Теперь ее мир в безопасности. Мы с дочкой дома. Наш дом – Костя.

Я все еще привыкаю к этой мысли, но страхи прошлого постепенно отпускают. Ведь к хорошему быстро привыкаешь, да?

Костя входит в комнату, осторожно, чтобы не разбудить малышку. В его руках мягкая пеленка, которую он протягивает мне.

– Я принес, – шепчет он с улыбкой.

Я беру пеленку и хочу встать с кресла, но Костя тут же протягивает руки.

– Давай, я уложу ее.

Я киваю и позволяю взять ему нашу дочь. Смотря, как он бережно держит Алёну, как нежно укладывает ее в кроватку, я чувствую, как в горле поднимается теплый комок.

Этот мужчина… Он для нас больше, чем просто опора.

Костя задерживается у кроватки, проверяет, чтобы малышка спала спокойно.

А потом он поворачивается и странно смотрит на меня. В его глазах читается что-то глубокое, важное. Он делает шаг ко мне и протягивает руку, призывая взять его ладонь.

– Пойдем со мной, – тихо говорит он и коварно улыбается.

– Куда? – хватаю радио-няню с тумбочки.

– Доверься, – произносит мягко, а у меня мурашки по телу бегут.

Мое сердце бьется быстрее, чем обычно. Но я без раздумий беру его за руку.

Костя выводит меня на улицу, в прохладный и тихий вечер. В саду под огромным деревом горят свечи, расставленные вокруг маленького столика. Все выглядит просто, но невероятно красиво: плед на спинке кресла, легкий аромат цветов в воздухе, свежие фрукты, мой любимый напиток с газиками.

– Это что? – я топаю за Костей, пока он ведет меня мимо детского городка, который он построил для нашей дочери.

Мужчина не сводит с меня взгляда, наслаждается моей реакцией.

– Место, где я хочу сказать тебе то, что давно ношу в себе.

Он галантно отодвигает мне стул, я сажусь за стол. Его пальцы сильные и теплые касаются моей кожи.

– Я долго ждал момента, чтобы сказать это, – он садится напротив. – Не потому, что боялся. А потому, что хотел, чтобы ты почувствовала: ты свободна. Что все раны прошлого зажили.

Я смотрю на его сосредоточенное лицо, и мои глаза становятся влажными.

Я знаю, что он хочет сказать. Но прерывать не буду.

– Ты заслуживаешь счастья, – он сжимает мою руку, слова звучат твердо. – Ты заслуживаешь любви. Не той, которая ранит, не той, что заставляет сомневаться в себе, а той, что делает тебя сильнее. Той, что дарит крылья.

Он замолкает и глубоко вдыхает. Я замираю.

– Я люблю тебя, Вика. Ты сильная, невероятная, красивая. Ты сделала меня другим. Ты дала мне семью, о которой я даже не мечтал.

Он встает и опускается на одно колено. Ловким движением он достает из кармана небольшую бархатную коробочку. И когда он ее открывает, на свету мерцает кольцо.

Простое, изящное, но такое утонченное и безумно красивое.

От напряжения в нервах, я прикрываю рот ладошками.

Мамочки, какое же оно роскошное!

– Я хочу, чтобы ты знала: ты больше никогда не будешь одна. Никто не посмеет тебя обидеть. Я защищу тебя, поддержу, буду рядом всегда. Виктория, ты выйдешь за меня? – серьезным тоном спрашивает мужчина.

Слезы текут по моим щекам. А Костя смотрит на меня с такой любовью, что у меня перехватывает дыхание.

Все годы боли, унижения, одиночества вдруг исчезают из памяти, будто их никогда и не было.

Я любима!

Я желанна!

Стираю дорожки слез и смотрю в темные глаза мужчины.

– Да, Костя, да! – улыбаюсь. – Я тоже тебя люблю.

На его лице растягивается широкая улыбка. Он встает, аккуратно надевает кольцо на мой дрожащий палец, целует его и притягивает меня к себе.

Наши губы встречаются в нежном, долгом поцелуе. Мир вокруг исчезает. Есть только мы одни, наши обещания и звезды над головой.

Когда мы возвращаемся в дом, я застываю у кроватки нашей дочери.

Да, малышка, теперь мы все будем счастливы.

Костя обнимает меня сзади за талию, прижимается твердой грудью к моей спине.

Я откидываю голову ему на плечо и шепчу:

– Спасибо, Костя. За то, что ты у нас есть.

А в ответ над моим ухом раздается:

– Это тебе спасибо, любимая.

ЭПИЛОГ

Вика, год спустя

Снежинки кружатся в воздухе, оседая на ветвях елей и деревьев. Загородный частный поселок погружен в предпраздничное оживление: гирлянды переливаются на соседних заборах и крышах, слышатся детские голоса, где-то неподалеку играет новогодняя музыка.

Я стою на крыльце нашего дома и смотрю, как Костя возится во дворе с Аленой. Она с восторгом носится по снегу, смешно переваливаясь с ноги на ногу.

Костя строит для нее снежную крепость. Его шапка съехала на бок, шарф болтается, но он абсолютно счастлив, подбрасывая снег и вызывая смех нашей дочери.

Теперь уже официально «нашей». Титова Алёна Константиновна.

Я поглаживаю свой заметно округлившийся живот. Маленький пинок внутри заставляет меня улыбнуться. Наш сын. Трудно поверить, что совсем скоро он появится на свет. Еще год назад я бы и представить не могла, что все это станет нашей жизнью. Нашим счастьем.

Костя замечает, как я наблюдаю за ними, и его взгляд становится нежным, теплым, каким он смотрит только на меня.

Он быстро стряхивает снег с перчаток и поднимает Алёну на руки, чтобы подойти ко мне.

– Ты что тут одна стоишь? Холодно ведь, – улыбается мой муж.

– Мама! – дочка жмется к любимому папе, показывает на меня пальчиком.

Костя ставит ее на землю и, обхватив меня за талию (или за то место, где она была до беременности), притягивает ближе. Его руки, как всегда, надежные, крепкие. Алена прижимается ко мне, лепечет что-то про крепость и снеговика.

– А ты вообще не должна тут мерзнуть, – он кивает на живот. – Наш чемпион опять пинается?

Я смеюсь и прикладываю ладонь к животу.

– Чемпион определенно против, чтобы я долго стояла на морозе.

Мы все вместе заходим в дом, раздевшись, топаем в просторную гостиную. Тут пахнет хвойными ветками, мандаринами и шоколадным печеньем. Костя с Алёнушкой с утра затеяли выпечку и, конечно, вся кухня теперь в муке, но я даже не против. За последний год я научилась не беспокоиться о мелочах. Главное – наша семья. Это все, что имеет значение.

Наблюдаю, как Костя помогает Алёне повесить последний шарик на елку. Она пытается дотянуться до ветки, и он бережно поднимает ее, чтобы она смогла достать. Картина идеальная. Они идеальны. И я снова чувствую, как глаза наполняются слезами.

Год назад все было другим. Я боялась, что Алена никогда не узнает, что такое настоящая семья. Боялась, что больше никогда не смогу быть счастливой.

Но Костя…

Костя изменил все.

Он не только дал нам дом. Он дал мне уверенность, что я могу быть любимой, что я заслуживаю счастья.

Вспоминаю, как он уверенно расписывался в бумагах на удочерение Алёны, а потом тихо сказал: «Теперь она официально моя девочка».

Забеременеть мне удалось только при помощи ЭКО. Вспоминаю, как мы прошли через все вместе, как мы держали друг друга за руки, когда врачи говорили о шансах. Как Костя чуть ли не прыгал от радости, узнав, что у нас будет мальчик.

Костя продолжает следить за своим здоровьем, он в ремиссии, поводов для беспокойства нет.

Об Илье я больше ничего не слышала, знаю только то, что его официально объявили без вести пропавшим.

Смотрю, как Костя опускает Алёну на пол и идет ко мне, притягивает меня в свои объятия. Его ладонь ложится на мой живот, и я чувствую, как все внутри замирает от счастья.

– А ведь это будет наш первый Новый год, когда мы – семья Титовых.

Я встречаюсь с его бездонными глазами. Таю от его взгляда.

– Первый из множества, – улыбаюсь и поглаживаю ладонью его по заросшей щеке.

Мы целуемся, и в этот момент Алёна радостно хлопает в ладоши. Я смеюсь сквозь слезы, а Костя шепчет мне на ухо:

– Кажется, у нас тут зрители.

Алёна подбегает к нам, крепко обнимая нас двоих. Она еще не совсем понимает, что скоро будет обнимать и своего братика. А я знаю только одно: впереди нас ждет жизнь, полная смеха, любви и счастья.

Снег все идет за окном, превращая мир в настоящую сказку. И я знаю, что эта сказка теперь – наша.

Навсегда.

Конец