Текст книги "Проклятье академии Ардман, или Все равно ты будешь мой (СИ)"

Автор книги: Ксения Винтер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц)

Наказание

Не знаю, как профессор Кэйн умудрилась связаться с магистром Кеей, не покидая аудиторию, – видимо, у преподавателей есть какие-то свои способы, – однако сразу после занятия меня и Питери вызвали в кабинет к декану.

К моему неудовольствию, когда мы пришли, в кабинете Кея был не один. Возле его стола, скрестив руки на груди, стоял Вирайн и выглядел при этом так, словно готов прямо сейчас оторвать кому-нибудь – скорее всего, именно мне, – голову.

Остановившись посреди комнаты, я опустила взгляд в пол, будучи не в силах смотреть на декана. Кея столько всего сделал для меня сегодня, накормил, обещал договориться с преподавателем ботаники, чтобы меня пустили в оранжереи, а я, получается, ответила ему чёрной неблагодарностью. Ну, вот зачем я вздумала атаковать Питери? Да, он меня оскорбил и толкнул. Но ведь это не повод нарушать Устав академии и доставлять лишние проблемы своему декану.

– Итак, адепт Питери и адептка Лоуи, – магистр окинул нас строгим взглядом. – Рассказывайте, чего не поделили.

– Мы немного повздорили, – первым заговорил мой обидчик. – Признаюсь, декан, что, возможно, был несколько резок в словах. Но она – он махнул рукой в мою сторону, – атаковала меня огненным заклинанием!

– Адептка Лоуи, это правда? – я ощущала на себе взгляд магистра, но всё ещё не находила силы поднять головы – мне было страшно увидеть разочарование или, что ещё хуже, презрение в его глазах.

– Он оскорбил меня, а когда я ответила словесно, толкнул, – сухо обрисовала я ситуацию. – Я упала на пол и послала в ответ огненный шар.

– То есть факт нарушения Устава налицо, – хмуро подытожил декан, после чего зашуршал какими-то бумагами на столе. – Адепт Питери, дословно повторите всё, что сказали адептке Лоуи перед тем, как она вас атаковала.

– Декан, – юноша замялся, – боюсь, я не могу вспомнить дословно…

– Адептка Лоуи, а вы можете воспроизвести весь диалог?

Я отрицательно покачала головой, всё ещё сосредоточенно изучая узор на ковре.

– Какие нынче студенты занятные пошли, – иронично заметил Вирайн. – И как они будут сдавать экзамены, если не в состоянии запомнить, что говорили пару часов назад?

– Прямо повальная избирательная амнезия, – согласился с ним Кея. – Ну, ничего, сейчас мы им поможем освежить память.

Я резко вскинула голову, и в этот момент декан проговорил короткое заклинание, после чего швырнул нам с Питери под ноги какой-то небольшой чёрный камешек неправильной формы – тот вспыхнул ярко-красным, и юноша тут же заговорил.

– О, а вот и наша жрица любви пожаловала! – с перекошенным от ужаса лицом слово в слово повторил он сказанное ранее перед кабинетом теории магии. – Всем преподам уже дала или кого-то вниманием обделила?

– Могу только посочувствовать, – ответ против воли сорвался с моих губ. – Ты ведь на личном опыте узнал, что хорошие оценки можно заработать исключительно через постель?

– Вчера ты очень рано покинула приветственную вечеринку, однако в общежитие вернулась поздно, – лицо юноши побагровело от натуги – он явно пытался сопротивляться чарам, однако всё было тщетно. – А сегодня профессор Кьет неожиданно тебя похвалил. Не потому ли, что ночью ты его хорошо обслужила?

– С чего такой интерес? – я, понимая, что сопротивление бесполезно, расслабилась и позволила словам свободно литься из моего рта. – Тоже жаждешь моего внимания? Так прямо и скажи, глядишь, найду окошко в моём плотном графике.

– Жажду внимания? Твоего?

В точности, как было до этого, Питери вскинул руку и толкнул меня в грудь. Ну, как толкнул, попытался, потому что передо мной вспыхнул магический щит, не позволивший парню коснуться меня, после чего Питери продолжил говорить: – Да кем ты себя возомнила? Ты – всего лишь дешёвая подстилка!

– А ты – безмозглый мужлан!

На моей руке вспыхнул слабенький огненный шар и полетел в Питери, но, как и в случае со мной, разбился о невидимый магический барьер, после чего камень на полу потух и я почувствовала, как ко мне вернулся контроль над собственным телом.

– Интересный вышел разговор, – мрачно прокомментировал услышанное Кея. – Адепт Питери, как я вижу, ваши родители допустили досадный промах в вашем воспитании. Но, ничего, я помогу вам восполнить пробелы и освоить элементарные правила приличий. С сегодняшнего дня вы на месяц поступаете в распоряжение нашей дорогой уборщицы. Будете помогать ей мыть полы в общежитии и чистить туалеты. Надеюсь, эта небольшая трудотерапия поможет вам спуститься с небес на землю и разубедиться в собственной исключительности. Что же касается вас, адептка Лоуи, – декан тяжело вздохнул, и я невольно вжала голову в плечи. – Вы хотя бы понимаете, что натворили? Отдаёте себе отчёт, что могли убить человека? Огненные чары – это вам не игрушки! И уж точно не вариант адекватного ответа на оскорбления и лёгкий тычок.

– У меня это заклинание никогда не выходило достаточно сильным, чтобы причинить хоть сколько-нибудь серьёзный вред, – попыталась я оправдаться.

– Это не повод разбрасываться им направо и налево, – отрезал Кея. – Кроме того, в порыве гнева или от испуга люди порой совершают настоящие чудеса, особенно когда речь касается заклинаний. Огненный шар мог получиться достаточно мощным, напитавшись вашими негативными эмоциями. И тогда ваш обидчик не отделался бы подпаленными бровями и небольшим волдырём на носу.

Я низко опустила голову, ощущая, как глаза наполняются слезами обиды. И ведь главное, декан был совершенно прав! Поддавшись гневу, я действовала необдуманно и могла серьёзно навредить Питери, пусть и не желала этого.

– Поскольку вы не понимаете, что такое адекватный ответ, на месяц я ограничиваю вас в использовании магии, – холодно сообщил декан. – На вас будут надеты антимагические браслеты – преподаватели лично будут снимать их с вас при необходимости, а затем надевать обратно. Возражения есть?

– Нет, декан, – глухо откликнулась я.

– Вот и отлично, – резюмировал Кея. – Адепт Питери, можете быть свободны. Адептка Лоуи, подойдите ко мне, я надену на вас браслеты.

Договоренность

Я с тяжёлым сердцем подошла к письменному столу, за которым сидел декан, и молча протянула ему руки, готовая принять заслуженное наказание. Позади раздались приглушённые ковром шаги, а затем негромко стукнула дверь, свидетельствуя о том, что мой обидчик покинул кабинет.

– Вот скажите, адептка Лоуи, вам рот для чего дан? – проигнорировав мои протянутые руки, мрачно спросил магистр Кея, сверля меня хмурым взглядом.

– Простите? – я растеряно взглянула на мужчину.

– Мне всегда казалось, что рот у человека имеется для того, чтобы через него говорить, – сухо пояснил декан. – Однако вы с упорством, достойным лучшего применения, используете его для чего угодно, кроме речи.

Я опустила руки и потупила взгляд: ни сил, ни желания оправдываться у меня не было.

– Элетра, – неожиданно обратился магистр ко мне по имени, – почему вы не пришли ко мне сразу, как только вас начали оскорблять одногруппники?

Этот вопрос окончательно поставил меня в тупик, и я вновь подняла взгляд на декана, пытаясь понять, к чему он устроил этот бессмысленный допрос.

– Вы предлагаете мне бегать к вам жаловаться? – недоверчиво уточнила я.

– Да, именно так, – подтвердил он. – И только не надо мне сейчас толкать пламенную речь о том, что ябедничать – это плохо и низко. Плохо – унижать товарищей. Низко – нападать на заведомо слабых. А поставить в известность вышестоящее руководство о фактах недостойного поведения – это ваша прямая обязанность.

– Чтобы к репутации шлюхи ещё и прибавить стукача? – я покачала головой. – Нет уж, декан. При всём моём уважении, я не стану бегать к вам с жалобами – сама разберусь со своими проблемами.

– Я вижу, как вы с ними разбираетесь, – проворчал Кея. – Радикально, ничего не скажешь.

– Обещаю, такое впредь не повторится, – твёрдо заявила я. – Я буду лучше держать себя в руках и адекватно отвечать на проявленную в мой адрес агрессию.

Кея укоризненно покачал головой.

– Вы совсем не понимаете, о чём я вам говорю, да? – с какой-то непонятной усталостью спросил он.

– Не понимаю, – подтвердила я. – Да, я нарушила правила и готова принять назначенное вами наказание – оно вполне справедливо.

– Вирайн? – декан повернулся к своему другу, словно просил у него помощи.

– А что Вирайн? – пожал плечами тот. – Ты её декан.

– А ты – её наставник, – с необъяснимым злорадством в голосе парировал Кея. – Вот и наставляй!

Мужчины несколько мгновений сверлили друг друга взглядами, а затем профессор Кьет сдался.

– Хорошо, она – моя головная боль, – неохотно признал он. – Но тогда остальные студенты с их протухшей кашей в головах вместо мозгов – твоя проблема.

– И я ей займусь, – заверил его в свою очередь Кея и посмотрел на меня. – Свободны, адептка Лоуи. Увидимся на ужине в беседке.

– А как же браслеты?

Кея посмотрел на меня, как на дурочку.

– Адептка Лоуи, вы, что же, думаете, я подобного рода артефакты у себя в кабинете храню? – декан фыркнул на подобное предположение. – Уверяю вас, антимагические браслеты не входят в число артефактов повседневного использования и, следовательно, находятся в хранилище, и для их получения мне нужно письменное разрешение ректора.

– То есть вы пойдёте к Алваро и обо всём расскажете? – ужаснулась я.

– Ректору Фейтману, – сухо поправил меня декан, наградив строгим взглядом. – Но, да, я обязан доложить ему о происшествии и аргументировать необходимость применение столь серьёзного артефакта.

– Прошу вас, не рассказывайте ему об этих дурацких оскорблениях! – взмолилась я. – Скажите, что мы поссорились с этим Питери на фоне личной неприязни, я вспылила и напала на него.

– С чего бы мне врать ректору? – удивился Кея, с подозрением уставившись на меня. – К слову, ладно, мне вы не захотели рассказываться о своих проблемах с одногруппниками. Но почему ректор до сих пор об этом не знает?

– Да потому что он воспользуется этим, чтобы отчислить меня из академии! – воскликнула я. – Мне и так стоило огромных усилий убедить его разрешить мне здесь учиться. И я не собираюсь терять это место! Плевать на оскорбления, издевательства и то, что я не подхожу для боевого факультета. Я сделаю всё возможное и невозможное, чтобы остаться здесь! Наизнанку вывернусь, если потребуется, но не сдамся и докажу всем, что достойна.

Вирайн с Кеей обменялись быстрыми взглядами.

– Похвальный настрой, – кивнул профессор Кьет. – Возможно, из вас даже выйдет толк.

Из его уст это прохладное замечание звучало как самая лучшая похвала, и я счастливо улыбнулась, после чего спросила у декана:

– Так вы не расскажете ректору о случившемся?

– Ограничусь общими фразами, – пообещал тот. – Но вы в свою очередь пообещаете, что если моральный прессинг усилится или кто-то перейдёт от оскорблений к физической агрессии, вы непременно сообщите или мне, или профессору Кьету.

– Обещаю, – откликнулась я, готовая согласиться на какие угодно условия, лишь бы сохранить неприглядные слухи в тайне от крёстного.

– Значит, по рукам, – кивнула Кея. – А теперь выметайтесь, адептка Лоуи. И я искренне надеюсь, что больше по подобному поводу мы с вами здесь собираться не будем.

Ссора

Естественно, Алваро не мог оставить без внимания сообщение о том, что я напала на одногруппника, так что в семь часов, вместо того, чтобы пойти на ужин в компании декана и профессора Кьета, я оказалась на ковре перед крёстным.

– Ну, и что это за новости? – весьма неубедительно изображая строгого ректора, спросил Фейтман, сверля меня пристальным взглядом. – Почему твой декан пришёл ко мне с заявлением выдать ему антимагические наручники в качестве наказания для тебя?

– Мне казалось, магистр Кея должен был тебе объяснить, из-за чего назначил мне наказание, – пожала я плечами и, несмотря на то, что сесть мне никто не предлагал, подошла к столу и опустилась в кресло для посетителей. – Я поссорилась с одним парнем и пульнула в него огненным шаром.

– И ты так спокойно об этом говоришь? – укоризненно покачал головой Алваро. – Ты считаешь нормальным для разрешения конфликтной ситуации использовать боевую магию?

– Не считаю, – заверила я его. – Однако в тот момент я действовала на эмоциях и не подумала о последствиях. Если тебя это успокоит, декан уже провёл со мной воспитательную беседу, я осознала свою вину и согласилась принять наказание. Так что можешь воздержаться от нотаций.

Алваро тяжело вздохнул.

– Порой твоё поведение меня пугает, – сообщил он бесцветным голосом. – Ты ведь была таким хорошим ребёнком! Но, кажется, мы с твоим отцом избаловали тебя сверх меры.

Я недовольно поджала губы, сдерживая рвущиеся наружу слова.

– Ну, чего молчишь? – всё не унимался Алваро. – Неужели нечего сказать?

– А что я должна ещё сказать? Посыпать голову пеплом и упасть на колени, вымаливая прощение? Всё, что нужно было, я уже сказала декану. Повторяться не вижу смысла.

Алваро наградил меня недовольным взглядом, а затем вытащил откуда-то из-под стола небольшой резной ларец, в котором на атласной подложке обнаружились довольно стильные серебряные браслеты, покрытые вязью рун.

Без лишних вопросов я протянула руки, и крёстный защёлкнул браслеты на моих запястьях, с помощью заклинания заставив замочки исчезнуть – теперь, как и обещал декан, снять их без посторонней помощи я не смогу.

– Можешь идти, – коротко велел Алваро, убирая ларец на подоконник.

Поклонившись, я поспешно покинула его кабинет. В коридоре меня ожидала Мина в неизменной компании Алана, который ходил за моей телохранительницей буквально по пятам.

– Как всё прошло? – с искренним беспокойством спросила она.

– Нормально, – сухо ответила я.

Мне было неприятно наблюдать за тем, как Алан оказывает ей весьма однозначные знаки внимания. А сейчас, после достаточно трудного в эмоциональном плане дня, я предпочла бы и вовсе не видеть эту сладкую парочку.

– Это правда, что декан решил ограничить твою магию с помощью антимагических браслетов? – в свою очередь спросил Алан.

Вместо ответа я продемонстрировала ему новые украшения на своих запястьях.

– Тебе не стоило нападать на Александра, – хмуро заметил Белинус. – Он, конечно, не самый приятный в общении человек и порой перегибает палку, но пытаться сжечь его заживо…

– Слушай, а не пошёл бы ты куда подальше, защитник сирых и убогих? – гнев мгновенно вскипел в груди и вырвался наружу неконтролируемым потоком злых слов. – Я твоего мнения не спрашивала! Строишь глазки Мине? Вот и строй дальше! А меня не трогай!

– Элли… – подруга шагнула ко мне и протянула руку, видимо, чтобы ободряюще похлопать по плечу или обнять, однако я резко отбила её ладонь и отскочила в сторону, как от прокажённой.

– Не трогай меня, – отрезала я. – Если бы ты выполняла, как следует, свою работу, а не крутила хвостом перед Аланом, я бы не оказалась в таком положении!

– Не смей с ней так говорить! – тут же встал на защиту своей пассии Белинус. – Никто, кроме тебя, не виноват в случившемся. Так что не надо перекладывать свою вину на других.

Это стало последней каплей. Слёзы брызнули из глаз, и чтобы не показывать свою слабость, я круто развернулась и стремглав бросилась прочь.

Неожиданный защитник

Убежать далеко я не успела – в конце коридора, ведущего к кабинету Алваро, меня за руку схватил Коерт, буквально из ниоткуда возникший рядом со мной.

– Элли? Что случилось?

В голосе юноши слышалась искренняя тревога, но само его появление в столь «удачное» время, причём уже в который раз, вызвало у меня лишь глухое раздражение – в памяти сами собой всплыли слова Алкура о то, что Хонгсвангу доверять нельзя. И теперь мне начало казаться, что Хайот в своих предостережениях не так уж и неправ.

Я резко выдернула руку из чужого захвата и наградила парня колючим взглядом.

– Что ты здесь делаешь? – спросила я, проигнорировав его собственный вопрос.

– К Фейтману иду, – пожав плечами, ответил Коерт. – У меня встреча назначена. – Моя открытая враждебность, очевидно, его ничуть не смутила, и он продолжил свои расспросы: – У тебя точно всё в порядке? Быть может, нужна помощь? Ты выглядишь расстроенной.

– Нет, мне не нужна твоя помощь, – категорично заявила я, отходя от юноши на шаг. – Просто оставь меня в покое!

– Элли, подожди, я всего лишь хочу помочь…

– Адепт Хонгсванг, мне кажется, девушка ясно дала вам понять, что в вашей помощи не нуждается, и продолжать настаивать с вашей стороны – верх неприличия.

Я вздрогнула и обернулась. На повороте коридора, скрестив руки на груди, неподвижно, точно мраморное изваяние, замер Вирайн, при этом вперив недовольный взгляд в моего собеседника.

– Профессор Кьет, – Коерт склонил голову в знак уважения. – Я не желал ничего дурного, просто хотел помочь.

– Нет ничего хуже навязанной помощи, – холодно заметил Вирайн. – Вы, как я понимаю, шли к ректору Фейтману? Вот и идите. С адепткой Лоуи я разберусь сам.

И хотя фраза «разберусь сам» звучала достаточно пугающе, я ощутила внезапное облегчение – этот мужчина уже не внушал мне опасений, и вот от него помощь я была готова с радостью принять.

– Элли? – Коерт вопросительно посмотрел на меня.

– Иди-иди, у меня всё в полном порядке, – заверила я его.

Юноша не выглядел убеждённым, однако спорить не стал, развернулся и направился в сторону ректорского кабинета. Я же перевела взгляд на своего наставника и благодарно улыбнулась.

– Спасибо, профессор Кьет.

– Не за что, – сухо бросил он, на мгновение задержал взгляд на моих браслетах, а после снова посмотрел мне в лицо. – Вы не пришли на ужин, так что Кея вменил мне в обязанность позаботиться о том, чтобы вы нормально поели. Ужин в моём кабинете вас устроит?

– Вполне, – заверила я его. – Но если вам неудобно…

– Если бы мне было неудобно, я бы вас не позвал.

– И вас не смущают слухи? – на всякий случай уточнила я. – Вдруг кто-то увидит, как я вхожу в ваш кабинет, да ещё и в такое время…

– Рабочий кабинет – не спальня, это раз, – совершено равнодушным голосом ответил Вирайн. – Вы – моя личная ученица, это два. И до отбоя ещё далеко, это три. Так что прекращайте придумывать глупости и следуйте за мной.

– До этого вы единственный раз на занятии на меня не накричали, и это стало причиной, чтобы распускать всякие грязные слухи, – справедливости ради заметила я, покорно двинувшись следом за преподавателем по коридору.

– Что лишь говорит о том, что у студентов много свободного времени и мало мозгов, – Вирайн резко остановился и наградил меня пристальным взглядом. – Вас именно это задело сильнее всего? Что вас записали в мои любовницы?

Я растеряно моргнула.

– Эм… причём тут вы? – не поняла я. – Мне в принципе не нравится, что все считают меня девицей лёгкого поведения, прыгающей по койкам. И тут не играет роли, кого именно мне прочат в любовники: вас, ректора или кого-то ещё.

– Слухи будут ходить всегда, – пожал плечами профессор Кьет. – Они – бич любого коллектива. А в Ардмане не так много объектов, про которые можно безопасно для себя распускать сплетни. Так что тут у вас два пути: пытаться каждому закрыть рот, лишь раззадоривая сплетников и подкидывая им новые темы для обсуждения, или включить мозги – а я уже убедился, что они у вас есть, – и просто игнорировать все выпады в свою сторону. Вот увидите, как только вы перестанете реагировать на оскорбления, сплетни утихнут сами – ведь нет никакого интереса поливать грязью того, кому на это наплевать.

Перемирие

Кабинет профессора Кьета располагался на втором этаже административного корпуса, и, переступив порог, я не смогла сдержать восхищённого вздоха: всё пространство достаточно просторной комнаты было заставлено маленькими квадратными столиками, на которых лежали различные артефакты, причём большинство было в разобранном состоянии.

– Прошу вас ничего здесь не трогать, – строго проговорил Вирайн, зашедший в кабинет следом за мной. – Возьмите стул, – он указал рукой на невысокий деревянный стул с мягким сиденьем, ютившийся в самом дальнем углу возле окна, – и садитесь сюда, – он махнул в сторону прямоугольного письменного стола, стоявшего в центре кабинета и половину которого в данный момент занимали уже знакомые мне пластиковые судочки с едой.

– Профессор Кьет, вы работаете с артефактами? – прямо спросила я, даже не пытаясь держать собственное любопытство в узде.

– Да, – последовал лаконичный ответ. – Вы же не думаете, что личный ученик мне нужен как преподавателю физподготовки? – Вирайн презрительно фыркнул. – Чему бы я вас учил в таком случае? Правильной технике отжиманий?

– Вы будете меня учить артефакторике?

– Буду, раз уж наш драгоценный ректор не оставил мне выбора. Хотя, конечно, в идеале, мне бы хотелось выбрать подмастерье самому, а теперь придётся работать с тем, что есть.

А вот это прозвучало обидно!

– Я вам совсем не нравлюсь? – прямо спросила я, так и не двинувшись с места, как, впрочем, и сам Вирайн, так и замерший возле двери и не сводивший с меня внимательного взгляда.

– А почему вы должны мне нравиться? – задал он встречный вопрос. – Магический уровень у вас средний, физическая подготовка слабая, плюс сегодняшняя ситуация с адептом Питери показала, что у вас есть проблемы с контролем эмоций и здравой оценкой ситуации. Всё это вместе делает вас в моих глазах крайне непривлекательной кандидатурой в личные ученики.

– То есть тот факт, что я якобы сплю с ректором, вас не смущает? – я сразу обратила внимание, что моя мнимая распущенность в перечень недостатков не вошла.

– Меня в принципе не касается личная жизнь студентов и студенток, – заверил меня Вирайн. – Вы все совершеннолетние, так что за любые последствия своих интрижек нести ответственность будете сами. В крайнем случае, возиться с вами придётся Бастельфис.

Я нахмурилась.

– Если вас не волнуют мои отношении с Алваро, зачем вы распустили слухи о том, что мы с ним любовники?

– Что? – лицо Вирайна вытянулось в удивлении. – Вы в своём уме, адептка Лоуи? Я похож на бабку-сплетницу, сидящую на лавочке у подъезда и перемывающую всем косточки? Мне больше заняться, по-вашему, нечем?

– Видимо, нечем, – пожала я плечами. – Потому что слухи о том, что я любовница Алваро, пошли именно после того, как вы застали нас перед началом учебного года в весьма неоднозначном положении. К слову, если вам интересно, я всего лишь лечила ему больное колено, а не делала то, о чём вы подумали.

– Мне совершенно неинтересно, что вы там делали с ректором, – заверил меня Вирайн раздражённо. – А то, что вы подозреваете меня в распространении грязных сплетен, и вовсе кажется мне оскорбительным.

– Простите, – с готовностью извинилась я. – Просто вы произвели на меня не лучшее первое впечатление, вот я и сделала неверные выводы.

Вирайн наградил меня пристальным взглядом, а затем как-то тяжело вздохнул и сказал:

– Я на многих произвожу не лучшее первое впечатление. Как говорит наш дорогой декан, характер у меня дурной и я совершенно не умею общаться с трепетными девицами и вчерашними подростками.

Я не удержалась от нервного смешка и окончательно расслабилась.

– Думаю, к вашему стилю общения легко можно привыкнуть, профессор, – искренне заверила я его.

– Посмотрим, что вы запоёте, когда мы приступим к индивидуальным занятиям, – фыркнул Вирайн. – А теперь прошу к столу. Кея мне голову оторвёт, если вы снова останетесь голодной.