Текст книги "Училка на все руки. Дисциплинирую вашего папу (СИ)"
Автор книги: Ксения Фави
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 16 страниц)
21
Теперь и я порядком удивлен.
– Но мы не женаты!
Дети не обращают на нас внимания, болтают друг с другом.
А вот классная руководительница, колоритная Галина Ивановна уже мчится к нам. Розовый костюм на пышной фигуре гармонирует с розоватым оттенком ее блондинистой и тоже пышной шевелюры.
– Степан Вячеславович!
В целом в школе меня уважают. Я не последний человек в городе, плюс, всегда готов помочь, как спонсор.
Учителя мне улыбаются, директор лебезит. Хоть я такого отношения не требую.
И только Галина Ивановна мне спуска не дает!
– Вышло недоразумение, – говорю ей.
Но классная шагает ближе, берет меня под руку и шипит:
– Живете гражданским браком – ваше дело! Хотя не помешало бы оформить отношения, как следует! Для девочек пример.… Кхм, ладно. Живете и живете, не надо на весь холл кричать! Всем детям это знать совсем не обязательно!
– Но мы.…
– Быстрее регистрируйтесь, не создавайте очередь! Нам и так пошли навстречу, заселяют раньше, чем положено! И не позорьте своих девочек, подростки реагируют на все остро.
Вообще-то очередь создал не я. Но мне теперь что? Устраивать разборки на всю эту толпу?
Девчонкам это точно не понравится, Галина права. И Ладе тоже.
Сама она не скандалит. А может, просто в шоке.
Подаю паспорт. Пусть регистрируют.
Галина Ивановна оставила нас в покое, отошла и кричит на весь холл:
– Кто получил ключи, проходим в номера! Сюда возвращаемся к десяти часам! В одиннадцать у нас интереснейшая экскурсия в Эрмитаже.
Дети издают разочарованный стон. Я тоже предвкушаю эту "интереснейшую" прогулку по музею.
Хотя для начала мне предстоит далеко не скучное заселение в номер…
*****
Лада
Первая мысль была – это все Строганов! Взял меня с собой и девочками в Питер, один номер забронировал.
Хочет благодарности за помощь?...
Какая чушь! С чего я вообще такое подумала?! Потому что мало знаю его?
Или втайне хочу рассчитаться за помощь?...
Фу-ф, Лада!
Впрочем, я быстро пришла в себя и поняла, что Степан в таком же шоке, как и я. Просто классная руководительница напутала.
Я не работаю у них в школе, я частный репетитор. Строганов неженатый мужчина, и мы оба взрослые люди. Этической проблемы нет.
Так что все отнеслись нормально к тому, что мы заселены в один номер. Все, кроме нас.…
Хотя Степан тоже спокоен. Забирает наши сумки и идет к лифту. Девочки уже ушли – они будут жить в номере с подружкой.
– Бывал в этом отеле лет пятнадцать назад. С тех пор мало что изменилось, – Строганов хмыкает.
Конечно, сейчас он заселяется в отели статусом повыше.
– Хорошая гостиница, – пожимаю плечами.
– Сейчас посмотрим.
Приезжаем на пятый, находим наш номер.
Наш!
Я открываю дверь. Степан бросает сумки на тумбу и осматривается. Проверяет краны в санузле, открывает форточку.
– Вроде все нормально.
Да, здесь и правда хорошо. И вид из окна на храм.
Сам номер довольно большой. Широкая двуспальная кровать, вместительный шкаф на входе. Тумбочки, диван, стол и стулья. Большая каменная полка под раковину.
Все в бежево-золотистых тонах, как и во всей гостинице.
– Номер просторный, – поворачиваюсь к Строганову, – но все равно, как мы… Будем размещаться? Вы же не останетесь здесь со мной?
Для меня эта поездка – удача. Я давно хотела посмотреть Питер.
С теть Наташей мы один раз приезжали. Но я была подростком, мне было скучно. Толком ничего не смотрела и думала только о том, что кроссовок пятку натер. И как мои подружки в родном городе на речке купаются.
А уж сейчас я ничего не пропущу!
Хотя сначала отказалась, конечно. Кто я такая, чтобы ехать с девочками и их отцом?
Но одного папы было бы недостаточно, а больше из родни никто не мог поехать. И классная руководительница была очень рада, что я в одном флаконе – спутница отца и педагог. В общем, меня убедили.
А теперь это!
Самой мне не по карману снять номер на пять ночей. Хоть отель и не люксовый.
Для Строгонова же это пустяки. Он не будет терпеть неудобства.
Но он внезапно отвечает:
– Не понял.
– Что? – моргаю.
– Почему же?
– Что же?
– Вы же не останетесь со мной? Откуда такая уверенность?
Я даже растерялась на миг.
– Ну… Вам будет некомфортно.
– С вами?
– Со мной.
Хочу добавить, что с любым человеком, с которым он жить не планировал. Это ведь логично!
Но Строгонова что-то в моих словах зацепило.
– И с чего вдруг такие выводы?
Теперь и я закусываюсь.
– А должны быть другие? С чего бы мне сомневаться, что я для вас посторонний человек? Конечно, я благодарна вам за помощь с жильем…
– Ой, Лада Александровна! Брось! – Степан хмурится. – Была б там помощь… Закроем эту тему. А насчет посторонней.… Ты серьезно?
Таращусь на него.
– А разве я смеюсь?...
К чему он клонит? Раз помощь не причем (я не удивлена), то значит, он имеет в виду наш поцелуй? Но после него он со мной даже не общался!
Не то что бы я ждала. Я ведь все понимаю…
– Чего-то ты там думаешь, но явно не то, – он кивает на мой лоб.
– А вы так "понятно" объясняете! Красноречиво! Прям очень… – поджимаю губы. – Может, вам тоже книжки почитать? Простите…
Хамить я не хотела! Честно! Но это я надумала себе?!
Строганов качает головой. Его губы дергаются в улыбке.
– Умница, училка. Зубки есть. Так и надо, не спускай никому.
– А мы уже на "ты"? – хмурюсь.
– Ну а как ты собралась общаться с супругом? Галина Ивановна решит, что я ко всем прочим недостаткам еще и жену гноблю. Гражданскую.
В его глазах бесята. Да, выкать своему мужчине – это как-то несовременно. В глазах всей экскурсионной группы мы теперь пара.
– А как же девочки? – вспоминаю. – Они что подумают? Мы в одном номере…
Степан хмурится легонько.
– Разберемся.
Скорее всего, он и собирался взять себе отдельный номер. А я разговор завела.
– Нам пора спускаться… Я бы только умылась.
– Хорошо, жду тебя у лифта.
У лифта! Не внизу! И снова на «ты».… Боже, что начинается?
А начиналась пока только экскурсионная программа.
Строганов дождался меня, мы пошли ко всем. Пару из себя особо не изображали, вели себя как обычно.
Настоящие супруги тоже бы не стали лобызаться на глазах у школьной туристической группы.
Хотя Степан был как бы… все время рядом. Подавал руку, придерживал за талию. Спрашивал, хочу ли я пить, есть, еще чего-то.
Он и за учениками следил, как сопровождающий. Но я была под его пристальным вниманием.
Так и привыкнуть недолго! Расслабиться…
– Не замерзла?
Вот.… После обеда мы плывем на лодочке по рекам и каналам Петербурга.
Мы сидим рядом со Степан на скамье. По другую руку от него девчонки. А я ближе к воде, могу любоваться на виды. Но и дует здесь больше.
– Немного, – признаюсь.
На мне толстовка, но все равно зябко у воды.
Строганов тут же снимает с себя джинсовую куртку и накидывает мне на плечи. Укутывает. Сам остается в тонком джемпере.
– А ты? – хмурюсь.
– Мне не холодно, поверь.
Он правда горячий. Я это чувствую, потому что.… он меня приобнимает.
Вполне себе скромно. Для пары! Но мы не пара, и это вообще лишнее.
Думаю так и… укладываюсь удобно на его груди.
Кажется, я выпадаю из реальности. Мы в другом, прекрасном городе. Мы вроде как пара. Это вообще не имеет ничего общего с моей жизнью.
Наверно, поэтому я позволяю себе прикосновения к этому мужчине. К отцу своих учениц.
Пусть и совсем невинные прикосновения, но все же…
День пролетает. Ноги устали, не без этого. Но как будто и не пройдены тысячи шагов, не пересмотрено много всего интересного. Моргнула – и уже вечер.
Ужинаем мы все вместе в ресторане отеля. В наш тариф входят только завтраки, но Строганов оплатил для всей группы шведский стол и этим вечером. Ни у кого не было сил идти куда-то, искать еду.
Накладываю в большую белую тарелку мясо и овощи. Слышу мужской голос сзади.
– Хорошо подкрепись, госпожа училка. У меня на тебя планы.
Звучит как-то двусмысленно! Озираюсь, но вроде никто кроме меня не слышал.
– Вы о чем?
– Ты, – напоминает Степан.
– Это не самое главное! Какие еще планы?
Строганов усмехается.
– Как это? Пойдем смотреть на разведение мостов. Романтическая мы пара или кто?
– Это же средь ночи!
Мне интересно, решил ли он вопрос с номером. Но как-то неудобно спрашивать.
Или меня не так уж пугает перспектива спать в одном?
– Вот я и говорю, восстанавливай силы.
Не понимаю, шутит он или всерьез. Сам наверняка уже видел, как разводят мосты в Питере. А вот я бы не отказалась посмотреть.
Но это ведь правда нужно идти среди ночи. Хоть мы и остановились недалеко от Невы.
Не успеваю ответить, как Степан сообщает.
– Я занял нам дальний столик. Вон там.
Девочки сели с подругами, мы вдвоем. Строганов, как и я, предпочел отбивные и овощной салат. А пил кофе.
Реально собирается полночи не спать?
За едой болтаем о прошедшем дне, в принципе о поездках. Степан признается, что давно не бывал на шведском столе. С тех пор, как подросли девочки, ест он только в ресторанах с обслуживанием официантами.
А я ем дома. М-да, между нами огромная разница.
Но я не комплексую, хоть и восхищена Строгановым. С удовольствием слушаю, где он бывал. И так и не решаюсь спросить про номер.
После ужина к Степану подходит классная руководительница его дочерей. Берет под руку и в оборот. Мне великодушно кидает, что им нужно обсудить одно дело.
Я пока иду в холл, звоню теть Наташе. Потом Петьке. Делюсь с родными впечатлениями.
Проходит время, Строганова не видать.
Ушел в другой номер? Вполне возможно. Пойду и я в "наш", приму душ.
Как ни крути, а день хороший… Впервые за долгое время я почувствовала себя беззаботной, свободной. Счастливой.
И тут не только Питер виной, но и Степан…
Боже, не хватало еще в него влюбиться!!!
Лучше влюбиться в Питер – это куда безопаснее…
Я долго стою под душем. Расслабляюсь, мечтаю… И нет, не о том, что хотела бы переехать в Санкт-Петербург. В голову так и лезет Строганов… Как он дотрагивался до меня, согревал на лодочке своим теплом.
Вспоминаю, как целовал меня на своей кухне.
Как по команде напрягаются соски и низ живота… Я хоть и неопытная, но взрослая и понимаю, что хочу этого мужчину.
Хотеть не вредно, как говорит тетя Наташа! Вытираю как следует волосы, заворачиваюсь в халат.
Распахиваю дверь, чтобы выйти, и… Вижу перед собой Степана.
– Ммм… Я думала, ты снял себе отдельный номер, – признаюсь от неожиданности.
– А я решил вернуться в этот, – сообщает в свою очередь он.
Смотрю на него широко раскрытыми глазами.
– Это потому, что мы пойдем смотреть на разведение мостов? – выдаю.
Строганов усмехается, хотя выглядит безумно серьезным.
Он шагает ко мне. Свои большие ладони опускает на талию. Наклоняется и ведет носом у моей шеи. От плеча к волосам. Глубоко вдыхает.
По всему моему телу проходит мелкая дрожь. Что он делает со мной?...
– Сейчас мне хочется другого… зрелища.
Он шепчет мне на ухо. Прихватывает губами мочку на пару секунд. Потом коротко и глубоко целует в губы.
Отрывается и прямо как тогда на кухне берет под мышки и усаживает – теперь на каменную тумбу санузла. Но не целует снова, а опускается на колени…
Гладит мои бедра, убирает ткань халата. А вот теперь целует, коленку… Командует в тему.
– Разведи ножки, Лада Александровна.
Хмм… Это ведь должны были быть мосты?...
22
Степан
Да, я подумывал оставить номер ей! С утра собирался… А в течение дня мне все меньше и меньше нравилась эта идея.
Оставить свой сладкий запретный плод и просто уйти? После дня вместе, пропитанного ее теплом и запахом?
А когда зашел в номер и услышал звук воды….
Как не вломился к ней в душ? Да, наверное, вломился бы. Если бы она сама не вышла прямо мне в объятия.
Хотел бы без прелюдий заняться с ней сексом? Быстрым и, может, даже жестким?
Хотел.
Я ведь не железный.
Но знаю, с ней нужно иначе. Да и есть у меня подозрение по поводу нее. Нахрапом здесь точно не надо.
А главное – вот так смаковать мне тоже по кайфу! Медлить, раскрывать ее во всех смыслах слова…
– Степан! – моя училка ахает.
Но ножки дает развести.
– Умница.
Ее кожа нежная и светлая. Покрыта мурашками сейчас. Когда целую внутреннюю сторону бедра, они проступают еще сильнее.
– Степан.…
Никогда не понимал любовь мужиков к оральному сексу. А сейчас дико хочу ее попробовать.
Но сначала ласкаю бедра, коленки. Прикусываю, распаляю.
Лада все еще в шоке. Ничего не говорит, только судорожно дышит. Держится руками за мои плечи, впивается пальчиками.
Двигаю ее к себе ближе. Чувствую аромат желания. Моя горячая училка….
Хотя думаю, она не сама по себе такая. Случайный парень ее бы так просто не завел. Она что-то чувствует ко мне… Это сквозит в ее жестах, взглядах, словах… Или мне, блять, хочется так думать!
Впрочем, мозг отключается, когда она так близко.
Мне было бы все равно, но то, что она гладкая там, еще больше рвет крышу. На светлых, розоватых губках поблескивает влага. Сглатываю от этого зрелища.
– Степан, я не….
– Не хочешь? – вскидываю на нее взгляд.
Лада жмурится и мотает головой.
– Я не.… не знаю. У меня…
Пальцы на моих плечах напрягаются. А я хочу, чтобы сейчас она напряглась только от оргазма.
– Ш-ш-ш. Давай без теории, Лада Александровна. Освоим все на практике.
Вздохнула. Кажется, с облегчением.
Еще глубже вздохнула, когда накрыл ее нижние губки ртом.
Вот же дьявол, какая она вкусная! Эта женщина создана, чтобы баловать мои рецепторы.
А еще она так сладко застонала, когда я чуть всосал чувствительный бугорок.
Кажется, ей не надо будет много. Вон уже дышит как прерывисто.
Но мне хочется дать ей еще больше наслаждения. Подразниваю языком и аккуратно вхожу в нее пальцем. Туго.
– Степан….
– Расслабься. Я осторожно.
У нее никого не было. Теперь я в этом практически уверен. И меня захлестывает такое хищное чувство, что сам охреневаю на миг.
Моя. И только моя.
Я не повернут на девственности, нет. Меня бы не оттолкнул ее опыт.
Но то, что я стану ее первым опытом (а я стану!), придает какую-то особую остроту.
А пока я лишь осторожно ласкаю ее внутри и прикусываю губами снаружи. Чувствую, как ее страх уходит, и она снова наполняется возбуждением. Через край наполняется.
И в какой-то момент оно затапливает и взрывается где-то внутри нее. Лада вскрикивает беззащитно, вздрагивает несколько раз.
Я успеваю встать и подхватить ее на руки.
– Куда мы, Степа? – спрашивает, еще не в реальном мире.
Кажется, это вот – Степа, меня окончательно добивает. Ставит печать в моем расплавленном, словно сургуч, мозгу.
– Немножко поваляемся, – целую ее в висок.
– Угу.
Податливая трогательная училка. Как бы не кончить в штаны от одного ее вида. И от воспоминания, как кончала она.
Укладываю ее на кровать поверх одеяла. Сам падаю рядом. Носом утыкаюсь в ее макушку.
– Как ты? Все хорошо? – шепчу.
– Да… – раздумывает. – Степан, ты.… Ты понял, да? Что у меня никого не было?
Спрашивает вроде спокойно. Но морщит лоб, значит, ей не по себе. Успел ее немного выучить.
– Понял, – отвечаю коротко, – а разве было заметно? Что-то было не так?
– Ну…. – она напряженно хихикает. – Ты не стал продолжать.
– Продолжим, когда будешь готова, – отвечаю, не задумываясь, – когда будешь уверена, что хочешь этого именно со мной.
В наше время нет такого, что если лишил девственности, то обязан жениться. Но если б Лада хотела заняться сексом спонтанно и без отношений, то думаю, давно бы занялась.
Мысль, что мы не в отношениях и друг другу никто, ковырнула…
Лада вскидывает на меня взгляд. Снова хмурится.
– А если.… Я хочу, чтобы это случилось именно с тобой?
Ей сложно даются такие слова, но она их все равно говорит. Моя отважная училка.
– Значит, так и будет, – прижимаю ее к себе.
Но Лада возится в моих руках. Глубоко вздыхает.
– Наверно, выглядит, как будто я предлагаю себя…. Но если ты, тоже хочешь… Ведь через несколько дней мы уедем… А пока…
– То есть, ты хочешь воспользоваться случаем? – усмехаюсь.
Вижу, как ее щеки краснеют.
– Нет…. Конечно, нет! Забудь…
– Ну нет. Этого я теперь не забуду.
*****
Лада
Вот это я наговорила! Просто, воспарив от наслаждения, а потом упав в его руки, я…. Боже!
Я никогда не носилась с девственностью, а сейчас тем более. Но я реально в первый раз захотела мужчину. И так сильно захотела… Думаю, больше со мной такого не будет никогда.
Мы здесь меньше, чем на неделю. Вернемся домой и снова разойдемся по своим жизням и делам.
Строганов расстался со своей женщиной, но долго он один не будет. И вряд ли будет изменять.
Да и я не прикоснусь к нему, если он будет принадлежать другой…
От такой мысли чуть слезы не навернулись.
– Потрешь мне спинку?
– Что?
Поднимаю на него глаза (все-таки влажные!). А он смотрит с доброй усмешкой.
– Теперь и мне не мешает сходить в душ. А мыть да парить ты умеешь.
– Степан.… – фыркаю.
– Мне понравилось, как ты сказала тогда.
– Что? – поднимаю брови.
– Сте-епа.
Ой.… Ну да, вырвалось. Из меня вообще сегодня слов понавылетало!
– Хватит надо мной смеяться, – хмурюсь.
– А я серьезно, – не смущается Строганов, – идем.
Он правда тянет меня за руку в ванную!
Стягивает там джемпер, джинсы. И даже трусы! Подходит, опускает руки на пояс моего халата.
– Ну что окаменела, Лада Александровна?
Да уж, говорю, что хочу секса, а сама от вида голого мужчины впала в ступор. Хотя я уже видела его голым. Правда, мельком.
Да и не столько секса я хочу, сколько…
Чего? Сама не знаю?
Нет, секса с ним я точно хочу!
Степан осторожно развязывает пояс. Снимает с меня халат. Гладит пальцами по щеке, а потом нежно туда целует.
Вот и как не хотеть быть с ним… После этой поездки у меня депрессия наступит от возвращения в будни.
Строганов включает воду, тянет меня за руку в душевую. А потом притягивает к себе, к своему крепкому телу. Целует в губы.
Не верю, что все это происходит со мной…
Растворяюсь в его поцелуе. И дрожу от того, что обнажена перед ним, и он так близко.
Вот и "готова"!
– Так, держи инструмент.
Нет, он не про это…. Уф!
Степан отпустил мои губы, вскрыл запечатанную отельную мочалку. Протягивает мне.
– Ммм?
– Вымыть нужно добра-молодца, – улыбается нагло.
– Мы что, в сказке? – качаю головой, а после ахаю. – И я – баба Яга?!
Строганов улыбается уже широко и весело.
– Это твои слова!
Не выдерживаю, толкаю его кулачком в пресс.
– Степан!
– Тебя можно так подкалывать, – заявляет наглец, – ведь ты сама знаешь, что очаровательна.
Его искренние слова так приятны. И придают смелости.
– Хорошо. Поворачивайся спиной.
23
Когда сама принимала душ, заметила, как хорошо мягкая махровая мочалка скользит по коже.
А вести ею по твердым мускулам Строганова – это как медитация. Забываю о времени.
– Теперь с другой стороны? – вопрос заставляет вздрогнуть.
– Ммм… Давай.
Он поворачивается, и я сосредотачиваюсь на твердой груди. Вниз стараюсь не смотреть пока.
И лишь время от времени встречаюсь с его помутневшим взглядом.
Крепкие грудные мышцы, пресс. Степан не иссушен, как спортсмен для выступления, но подтянут. У него мужественная сформированная фигура. Скорее всего, он будет притягателен и красив еще много лет.
Притягателен для женщин… Черт, это уже вторая вспышка ревности за сегодня!
В задумчивости опускаю взгляд ниже и… а вот Строганов, похоже, не думает о других женщинах. Он желает меня…. И очень сильно желает!
Я уже видела, что он не обделен мужским достоинством. А сейчас его член еще увеличился в размерах и стоит торчком. Ровный, жилистый, со скульптурной головкой. Словно высечен из камня талантливым мастером.
И твердый, словно камень.…
Степан взял мою руку и положил на него.
В теории я понимаю, зачем. Не просто же потрогать.
Он хочет, чтобы я ласкала его. Но я впервые прикасаюсь к мужскому достоинству. А уж к такому…
– Все хорошо? – Степан смотрит мне в глаза.
Да, он куда больше раскован.
– Ммм… Хорошо.
Я правда чувствую себя отлично, хоть накатывает смущение.
Осторожно провожу ладонью от основания члена к его головке. Потом выжимаю пену с мочалки на него и уже быстрее скольжу вверх и вниз. Чуть сдавливаю его в своей руке.
Степан шумно вздыхает. Из-под ресниц я вижу, что он не отрываясь смотрит на меня.
Я на него не смотрю! Хотя моя неловкость все больше развеивается. Сейчас мне просто хочется доставить этому мужчине удовольствие.
Я не дура и понимаю, что действую коряво. И что у Строганова были женщины опытные и умелые.
Но его дыхание, его дрожь меня приободряют. Ему хорошо от моих, пусть и неловких движений. Очень хорошо.
Ускоряюсь, а он почти рычит.
– Лада.…
Кидаю мочалку на полочку, второй рукой скольжу по увесистой мошонке. Мужское достоинство у Степана ого-го. Во всех смыслах.
Он тянется к моему лицу. Соединяет наши губы, глубоко целует.
Я продолжаю его ласкать.
В какой-то момент Строганов низко стонет прямо мне в рот. Его пробирает крупная дрожь. А на своей руке я чувствую влагу, и это совсем не вода из душа.
Степан тяжело дышит. Утыкается мне в шею.
– Волшебная училка….
Ох, не напоминал бы о моей профессии! Я… с отцом своих учениц!
Хочу вывернуться из его рук. Но мужчина только крепче обнимает.
– Что не так?
– Ммм… – решаюсь сказать откровенно. – Когда ты называешь меня учительницей, мне становится стыдно. Так нельзя…
– У-у-у-у, – Степан стонет с ноткой разочарования. Но после улыбается, – Лада.… Ладушка. Так лучше?
Не могу скрыть улыбку. По моему виду ответ понятен без слов.
Строганов снова меня целует. Потом мы вместе ополаскиваемся под душем и в халатах идем в спальню.
Все же с другой женщиной у Степана бы так не было. Невинно и по-юношески…
Спросить, разочарован ли он, у меня язык не повернется. Но очень интересно.
Степан тормозит у кровати. Моя рука в его руке.
– Я могу снять себе отдельный номер. Но хотел бы остаться с тобой. Просто поспать вместе.
Да уж, со мной только это можно.
– Хорошо, – киваю.
– Лад, если что-то не так, я уйду.
Хмурюсь.
– Да все так, Степ, – называю его так, как ему понравилось, – дело не в тебе совершенно.
– Если ты насчет себя заморачиваешься, – он обнимает меня за талию, притягивает ближе, – то поверь, так меня еще никогда не мыли. Теперь, как там в сказке? Надо бы спать уложить.
Он умеет меня успокоить. Вот я уже улыбаюсь. А Строганов и правда утягивает меня к кровати.
Мы вырубаемся в обнимку. Последняя мысль – встать пораньше, чтобы девочки не заметили, что мы в одном номере.
Они ведь в курсе, что мы не пара, и это прикол. И я им сказала на экскурсии, что папа снимет отдельный номер. Так что надо пойти завтракать рано – типа мы в ресторане встретились.
Думаю об этом надежном плане и засыпаю.
На надежном плече Степана….
И не ожидаю, насколько рано мне придется встать!
Я просыпаюсь от того, что чувствую теплое дыхание на своей щеке. Мужская рука скользит по моей талии, притягивая меня к себе. Он так близко, что я чувствую биение его сердца. На несколько мгновений кажется, что это все еще сон.
Но нет, это реальность. Я все вспоминаю – совместный душ, наши ласки.
А теперь пора в реальный мир? Уже утро?
Слышу тихий голос Степана у самого уха:
– Лада.... Ладушка, проснись…
У меня мурашки, когда он зовет меня так. Но все же я лениво приоткрываю глаза.
Строганов смотрит на меня, а в его глазах – озорной блеск.
Причем блестит он в сумраке. Еще далеко не утро.
– Что такое? – шепчу я, стараясь не шелохнуться, чтобы не нарушить эту чудесную близость.
– Мосты, – тихонько напоминает он. – Их будут разводить скоро. Я обещал, что мы пойдем.
Серьезно? Прямо сейчас? Выныривать из теплой постели и его горячих объятий?
Да, я мечтала увидеть это зрелище. Но все же…
– Ммм… Обещал? Да неважно!
– Ну как это? Сказал – значит, пойдем.
– Сейчас? – спрашиваю и чувствую, как легкий озноб пробегает по телу.
– А когда же еще? – его улыбка становится шире, и он легко целует меня в висок. – Один из ближайших мостов разводят через двадцать минут, другой через сорок. Посмотрим и прогуляемся. Вставай, надевай самые теплые вещи.
Я нехотя вылезаю из его объятий. Мне уже холодно!
Степан тоже встает и направляется к своему чемодану. Достает что-то мягкое и объемное.
– Вот, – говорит он, протягивая мне большой, темный свитер. – Наденешь поверх своей толстовки. Не зря захватил два.
Я беру свитер. Он выглядит очень уютным, а еще пахнет его парфюмом. Чем-то неуловимо родным…
Боже мой, Лада! Ты точно влюбляешься! Приди в себя!
Прогоняю мысли, одеваюсь. Свитер Степана натягиваю сверху. Он мне велик, но так еще лучше. Чувствую себя как в теплом коконе.
Степан уже одет. На нем джинсы и второй его свитер. Серый, крупной вязки. Кажется, он более жесткий на вид. Поэтому мужчина оставил его себе? Мне отдал мягкий?
Его забота так подкупает…
– А теперь, – командует Строганов, – поспешим на набережную.
Он берет мою руку, и мы выходим из номера. А потом из отеля.
Питер спит, но в воздухе чувствуется предвкушение. Где-то вдалеке слышны редкие звуки машин.
Пока доходим до набережной, я в полной мере наслаждаюсь компанией Степана.
Каждый его взгляд, жест наполнен заботой и нежностью. Он то придерживает меня, то крепче сжимает мою руку, будто боится потерять.
И я чувствую себя такой хрупкой и такой защищенной одновременно. Расслабилась…
Ближе к мостам уже собирается народ, но не так много. Мы легко находим себе место.
Холодный ночной ветер треплет мои волосы, выбившиеся из-под Степановского свитера, но мне тепло.
Я смотрю на Строганова, на его сосредоточенное лицо, когда он тоже смотрит на Неву. О чем он думает?
*****
Степан
Я не то что бы сильно хочу смотреть на мосты. Уже видел, как их разводят, и не раз.
Но я хочу, чтоб и Лада увидела. Получила впечатления. И быть рядом в этот момент.
А еще обнимать ее и целоваться, пока ждем.
Как будто снова двадцать лет, блять!
Вот Ладе двадцать с небольшим, и она парится, что до сих пор невинна. Она раскрепостилась, получила наслаждение со мной. Но все равно некоторое напряжение так и сквозило. Как будто ей стыдно или что-то еще.
Как будто для меня главное – засунуть в нее член…
Нет, я хочу сделать это! Конечно, хочу. Но сегодня этот момент был таким второстепенным… Аж самому страшно!
– Ну как тебе? – шепчу ей на ухо.
Один мост уже поднял вертикально два своих пролета.
– Интересно, – ее глаза лучатся, – теперь, может, пройдем ближе к тому?
Лада поворачивается в другую сторону. Мост, что вдали, разведут через двадцать минут.
– Конечно, идем.
Беру ее нежную теплую ладошку в свою. Вдалеке от дома и в такой близости с ней мой разум отказывает. Мной рулит желание.
И не столько овладеть ею, сколько просто быть рядом. Жить вместе, спать, разговаривать, что-то смотреть и чем-то заниматься.
Притом, что мы еще ни разу не занялись сексом! А я уже хочу большего… В голове полнейший диссонанс.
Собираюсь пока просто любоваться Невой и отвлечься. И в этот самый момент отвлечься мне помогают.
Любимые дочери! Почему я не удивлен?
Нет, звонят мне не они. А их классная руководительница!
Напрягаюсь сразу. Ведь даже она не стала бы трезвонить в два часа ночи просто так.
– Да, Галина Ивановна.
– Степан, дочки с вами?!
Обращается без отчества. Вся взбудораженная.
– Нет.… Что случилось?
– Агния и Марианна пропали!
Дьявол!
– Может, в номере каких-то подружек? Или в лобби отираются? Ловят интернет? – цепляюсь за надежду.
– Нет и нет! Мы везде проверили. Я так надеялась, что они ушли с вами!
