Текст книги "Училка на все руки. Дисциплинирую вашего папу (СИ)"
Автор книги: Ксения Фави
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 16 страниц)
В темноте видны силуэты кустов и деревьев из сада, а вдали раскинулось бескрайнее звездное небо.
Звезды сегодня особенно яркие. Будто кто-то рассыпал по черному бархату миллионы бриллиантов. Воздух прохладный, свежий. С легким ароматом ночных цветов.
Степан подходит к небольшому столику, который стоит в углу террасы, и начинает его накрывать. Его движения выверенные, без суеты.
Здесь тоже скатерть из натуральной ткани, но темнее, чем на кухне. Строганов ставит на нее пару бокалов – больших на высоких ножках.
Рядом размещает деревянную доску. На ней лежат несколько видов сыра – твердый, мягкий, с плесенью. Горсть спелых оливок.
В завершении Степан ставит виноград в вазочке. Его гроздья кажутся почти черными в полумраке.
Я сижу на плетеном диванчике и наблюдаю за ним. Любуюсь! Все, как он рекомендовал.
Сам Строганов сосредоточен, но тоже время от времени поглядывает на меня. И видит, что я на него смотрю….
Конечно же, никак не комментирует.
Открывает бутылку вина. Звук пробки, выходящей из горлышка, звучит как тихий вздох.
Степан наливает вино в бокалы, и жидкость медленно стекает по стенкам. Поблескивает в свете приглушенных вечерних лампочек террасы. Они создают такое мягкое, теплое освещение.
Строганов подходит ко мне, протягивает один из бокалов. Беру, чувствуя прохладу стекла в руке.
– По правилам надо держать бокал за ножку, – вспоминаю в тему.
– Только если вы не хотите согреть вино. А если хотите, или вам все равно, поступайте, как угодно. Не все правила нужно соблюдать, Лада Александровна.
– Теперь понимаю, как девочки выросли такими свободолюбивыми, – улыбаюсь.
– Необоснованных рамок я им не ставил.
– Так чем закончилось сегодня? С вашей… женщиной?
Строганов хмурится. Но мне так любопытно!
– Давайте для начала выпьем, – предлагает Степан.
Раз "для начала", то потом он расскажет! Ух, не стало бы мне только хуже.
Но так и надо! Окончательно развеять иллюзии!
16
– За что будем пить? – у меня поднимается настроение.
Мой собеседник думает.
– А давайте за вас, Лада Александровна! Вы заставили меня взглянуть с другой стороны на… педагогическую часть моей жизни.
Мне показалось, или усмехнулся он как-то горько?...
– Я рада, – осторожно улыбаюсь, – и выпью за ваши будущие педагогические успехи.
– Спасибо.…
Слегка ударяем бокалы. Я делаю глоток вина. И правда вкусное.
– А я с другой стороны смотрю на красное сухое вино, – хихикаю.
– Открываем друг другу новые грани жизни, – Строганов тоже посмеивается.
Качаю головой.
– У вас выросли прекрасные дочки. Так что вряд ли вы совсем не разбираетесь в воспитании детей. Просто нужно… немного порядка. Последовательности.
Так, у меня включилась училка.
Вообще наша сфера, увы и ах, не самая денежная. Большой конкуренции как в институт, так и на рабочие места нет. Нередко сюда идут от безысходности… А мне очень нравится преподавать!
Когда ты видишь, что маленький или юный человек еще недавно в чем-то плавал, а теперь хорошо разбирается, то тебя охватывает гордость. И радость. А если он еще и сам собой изменился к лучшему…. Это уже счастье какое-то.
В общем, я из тех, кто реально любит свою работу! И говорить о ней могу часами.
– Порядок им точно не помешает, – Степан переходит на свою наболевшую тему, – довели сегодня Стелку до бешенства.
Не особо приятный разговор об этой Стелле… Но я же сама спросила.
– У них и раньше были плохие отношения?
Степан поджимает губы. Пьет вино.
– Да не было у них никаких отношений! Я их знакомить не собирался!
– Как это? – не понимаю.
Хозяин дома двигает ко мне дощечку с закусками.
– Вы угощайтесь, угощайтесь… Я не считал нужным их знакомить. Или надо было? Просто я рассуждал так – сегодня одна партнерша, завтра другая. Зачем вот это вот мелким… Им нужно прививать правильные ценности.
– Но вы вместе долго…
– Сам не заметил, как годы прошли. Как-то по накатанной. Стелка не предъявляла претензии. До этого была пара связей.… Кхм. Неважно.
Когда погибла жена, Степан был молодым мужчиной. Понятно, что монахом не жил.
Но обсуждать его бывших не хочется. Хватает настоящей.
– Ну раз вам хорошо вместе, то стоило познакомить Стеллу и дочек. В приятной обстановке – например, на отдыхе. Возможно, они бы восприняли ее как-то мягче.
Степан молча смотрит на меня. Как будто удивлен. Вздыхает.
– Давайте обновим.
Я мало выпила. Он больше, но тоже не до конца. Кажется, ему не столько долить вина нужно, сколько обдумать свой ответ.
– Давайте выпьем за взаимопонимание, – предлагает Степан, – оно у нас у всех часто страдает. "Ты все не так поняла", – не только банальная фраза из анекдота.
– Давайте…. – я прямо в тему ничего не понимаю.
Насыщенный вкус вина обволакивает горло. Беру виноградинку, чтобы подсластить.
– Возьмите сыр, – советует Степан, – вот этот, твердый. С вином вкус – вышка.
Беру кубик, жую. Правда, такой яркий сливочный вкус на контрасте. И соль после вина лучше, чем сахар.
– Со Стеллой я расстался. Неправильно все это. Может, она устроит свою жизнь.
– А вы? – у меня вылетает.
– Может, и я.…
Он задерживается на мне глазами дольше, чем это было бы нормально.
Я прячусь, делая глоток вина.
– Тогда что хотели девчонки? – разряжаю миг.
– Сам бы хотел знать. Приехали на городскую квартиру сорвать нам встречу. Хорошо, о главном мы успели поговорить. Не придется больше видеться. Долгие проводы, как говорится….
– Вы сожалеете? О расставании со Стеллой?
Черт, у меня спросили совет по девочкам, а я лезу в душу их отца!
– Сожалею, что не сделал этого раньше.
Вот это да! Точно, я неправильно поняла его вначале.
– Для Стелки скандал к лучшему, – продолжает Степан, – обидится и не будет думать о продолжении. Поймет, что нахрен ей такое не нужно. Меня беспокоит другое.
– Что? – внимательно слушаю, отпивая вино.
– Если они будут так делать с любой моей женщиной?
– До этого же они не пересекались с ней несколько лет…
Бормочу. Именно сейчас до меня доходит вся полнота ситуации! Девочки ведь совсем не против личной жизни отца!
Они подбивали меня стать его парой. Навсегда или хотя бы на время. Значит, их не устраивала конкретно Стелла. Хм, вот только Строганову об этом не расскажешь… Узнает о планах дочек насчет меня и уволит к чертям.
– Ничего плохого про Стеллу не хочу сказать, – продолжает тем временем Степан, – но она не нежная ромашка. Но что, если я начну отношения с какой-то… более интеллигентной девушкой. Ну так, в теории… В порядке бреда.
– Почему в порядке бреда? – поднимаю брови. – Думаю, такая вам и подойдет…
– Думаете?
На эмоциях от разговора Степан подвинулся ко мне ближе. Теперь его темные глаза совсем близко и пристально смотрят на меня. На лоб, скулы, подбородок. Словно поглаживают.
И румянец мой, скорее всего, разглядит. Но спишем это на вино…
Его дочки мне не сказали тогда, что он несвободен. Хотя теперь он реально один.
Пошла бы я сейчас на их план? В порядке бреда?
Это непедагогично и в корне неправильно! Но в глубине души.… Хотела бы я?
Представляю, что сейчас мы бы сидели обнявшись. Или страстно целовались бы под светом звезд… Дрожа от нетерпения, чтобы переместиться в спальню.
Вот это я напридумывала! Меня пробирает реальная дрожь.
– Замерзли? – Степан тут же реагирует. – Пойдем или, может, я принесу плед?
– Если вам нетрудно.
Мне хочется еще подышать свежим воздухом. Да и побыть рядом с ним хочется, что уж…
*****
Степан
Этот бесконечно длинный вечер меня перепрошил. Что-то в моей жизни изменилось. И дело не в расставании со Стеллой.
И даже не в том дело, что меня снова дико тянет к Ладе. Уже непонятно, на каком уровне.
Я сам меняюсь.
Один из мелких признаков – мне хочется сидеть и смотреть на луну. (Не выть хотя бы!) А раньше в такой вот сложный вечер я просто бы пошел спать после плотного ужина.
Или дело в том, с кем смотреть на луну?
Возможно ли влюбиться в сорок или это прерогатива юнцов под гормонами?
Я спросил у Лады про себя и других женщин не просто так. Слова Стелки отпечатались где-то в мозгу. Хоть и обид не держу, Бог с ней.
Но правда, нужно ли кому такое счастье, как отец-одиночка? Да, у меня уже почти взрослые девки. Но и вычудить они могут по-взрослому! Не просто вывести на псих, а как-то серьезно задеть. Языки-то у обеих!
Спокойной и скромной девушке оно надо? Ради денег если только. Ведь я богат.
Но Лада не меркантильна…. Хотя и не прям уж совсем скромная. Думаю, могла бы ответить им без истерик, но так, чтоб задумались.
Да блять, причем здесь вообще Лада!
17
Беру из шкафа в прихожей плед – девчонки их хранят не на улице, чтобы были теплые.
Возвращаюсь и сразу накрываю плечи Лады. Она вздрагивает.
Мог бы просто подать ей, а не лапать! Этика моего поведения с педагогом дочери летит к чертям. Надо взять себя в руки!
– Спасибо….
– Пожалуйста, – говорю нейтрально, – еще вина?
– Немного.
Приятно наблюдать, что ей понравился мой выбор. Что я раскрыл для нее какой-то новый вкус.
Хоть пьет совсем немного, и эффект лишь в том, что щеки разрумянились.
Но у меня не было цели ее напоить! М-да, все же этика общения с учительницей дочек трещит по швам.
– Я думаю, – Лада решает что-то сказать, и я сразу внимательно слушаю, – вам не стоит сильно переживать за Мари и Агнию. Они умные девочки. И для вас хотят только счастья. Впредь будут разумнее.
– Очень на это надеюсь!
Лада рассказывает немного об учебе дочерей. Что диктант у Агнии пока хромает, но они только в начале пути. Зато Мари неплохо пишет сочинения.
В будущее Лада смотрит с оптимизмом. Скоро начало учебного года, а к его концу и к первым итоговым экзаменам девчонки перестанут плавать в русском с литературой.
– Вот на чтение им пока жаль тратить время. Плюс, говорят, что наш отец не читает, а вон какой успешный по жизни.
Ну козы!
– Да у меня банально времени нет!
Училка прищуривается.
– Всегда можно найти полчаса. К примеру, вечером.
– Уф-ф-ф-ф…
– Степан Вячеславович, я все понимаю! – Лада в порыве касается моих рук, которые я положил на стол. – И согласна, что много успешных и нечитающих. Кто может заставить взрослого человека читать?... – она переводит дух, но рук не убирает. – Но все-таки это полезно… А для школьников необходимо. Так что – подайте пример!
У нее прохладные пальцы. Видимо, от холодного бокала.
Но удивительно, как они могут согреть…
– Мм… Простите, – Лада смущается и перестает меня трогать.
– Да вы правы по сути-то! – пожимаю плечами. – Тогда советуйте, что почитать?
Девушка думает пару секунд.
– Детективы? Или может, фантастику?
– Ну нет! – второе у меня сразу вызывает протест. – Фантастических тварей мне хватает на дорогах Красноярска. А детективы… по юности я даже немного читал. Алинка была любительница, я брал у нее иногда.
– Ну вот! Мама девочек была читающая! Не все у нас с вами потеряно.
Лада так искренне улыбается, что у меня тоже автоматом разъезжаются щеки.
Про мать своих дочек я давно ни с кем не говорил… Или вообще? Честно, не помню.
Я не соврал, что мы не любили друг друга. Была влюбленность, страсть, интерес. Гордость юношеская, что мы такая классная пара. Но не любовь.
И хоть я не до конца понимаю, как это – испытывать глубокое чувство ни к своим детям, ни к родным, а к женщине, но откуда-то знаю, что к Алине было не оно.
Может, потому мне так трудно простить ее?
Понять, почему не подумала о дочках. Обо мне… Хотя черт со мной! О мелких, о своих близких, которых у нее много – папа, мама, три сестры.
Мне кажется, в лице своей погибшей жены я затаил обиду на всех женщин.
Нет, плохо я с ними себя не вел!
Просто не допускал мысли, чтобы снова в брак. Огородился. Построил забор из кирпича не только вокруг дома, но и вокруг самого себя.
И вот, несколько кирпичей уже с грохотом вышибла училка дочек! А ведь такая худышка…
– Извините, если сказала не то.
Ладу насторожило мое молчание.
– Нет, все в порядке. Вы правы.
– Может, тогда пойдем спать?
Так! Фантазия, стоп!!!
О чем я там недавно думал – психология, самокопание, дзен.… Внутренний мир!
Вот это вот все, а не мысли, что мы сейчас пойдем спать вместе. И как едва закрыв дверь, я прижму ее к этой двери спиной. Смету в поцелуе изящные губки. Прямо так, стоя, дойду вместе с ней до экстаза. Долгая прелюдия нам вряд ли понадобится…
– Степан Вячеславович, – Лада напоминает о себе.
Как будто я хоть на секунду про нее забывал!
– Кхм, да. Вы ступайте, а я тут еще приберу. А то насекомые там всякие прибегут, звери из леса…
– Звери? – распахивает свои чарующие серые глаза.
– Шучу! – нервно смеюсь.
– А.… Ну тогда спокойной ночи.
– Хороших снов.
Когда мы только приехали, девочки показали Ладе гостевую спальню, сбоку на втором этаже. Она оставила там вещи.
Так что, куда идти знает, а я… Не хочу демонстрировать в лунном свете свою охрененную эрекцию! Вдруг еще отбросит тень!
Да и убраться правда не помешает. Заодно отвлечься.
Хотя кому я вру? Поможет только ледяной душ.
Или подрочить… А что, идеальное завершение этого вечера!
В итоге я делал и то, и другое. Потом немного постыдил себя. Повспоминал Стелку, чтобы унять либидо. Потом Алину, просто потому что вытащил из себя эти мысли. И довольно-таки поздно уснул.
Разбудил меня запах… Уж не знаю, как он смог улизнуть от нашей мега-вытяжки. Наверно, на молекулярном уровне.
Или если в доме пекут блины, ими должно пахнуть, хоть какая там вытяжка?
Но оказалось, пекли не блины, а оладьи. Что тоже очень по-домашнему. Все три девчонки уже были на ногах и хлопотали на кухне. Конечно, ведь сегодня суббота.
Только сейчас дошло, что Лада такая юная. Хотя и раньше понимал, но сейчас прям так очевидно стало. Без макияжа, в трико и желтой футболке.
Лишний повод лапы к ней не совать!
Впрочем, ей за двадцать. Все уже можно.
Но только не мне!
– Па, мы решили блины приготовить. Доброе утро.
– Вы? – кошусь на Агнию с телефоном. – Или Лада? Можно было завтрак заказать для гостьи.
– Мы предлагали! – протестует Мари. – Хотя таких вкусных оладушек в доставке не сделают.… Они на кефире!
– Ну если на кефире! – посмеиваюсь.
Ладу бы правда хватит напрягать. Хотя с виду она всем довольна.
– А давайте, – предлагает Марианна, – в оставшееся тесто добавим корицу? Для разнообразия!
– Ты только идеи подкидываешь, – ворчит Агния, – у самой-то вон, лапка.
Кивает то ли на сломанную, то ли на здоровую руку сестры.
– Я креативный директор!
– Девочки, – Лада прерывает "милый диалог", – если хотите что-то добавить, добавляйте. А мне нужно позвонить.
Она уходит из кухни по направлению к лестнице. Показалось, или в ее голосе было какое-то напряжение?
Впрочем, мне лучше заняться своими делами.
Вижу в окно, по саду бродит Кузьмич. Он живет недалеко и приходит на работу рано – у него три сада на попечении, мой и двух соседей. Лично я за его графиком не слежу, лишь бы дела делались.
– Пойду с Кузьмичем переговорю. Он вчера что-то хотел, а я уезжал, – говорю дочкам.
– Давай, пап! Мы закончим с оладьями, – радостно отпускает меня Мари.
– Мы? – язвит Агния.
– Ой, не нуди! Вообще, если бы не моя рука…
Они сбавляют звук и продолжают ссориться. На такие мелкие перебранки я уже не реагирую.
Зато кое-что заставляет насторожиться. Иду мимо лестницы и слышу голос Лады.
– Да, я решу этот вопрос.… Не волнуйся. Ой, хватит… Ты нам и так столько помогала… Я все понимаю!
Она вроде хочет кого-то успокоить, а у самой голос дрожит. Что случилось?
Хотя какое мне, собственно говоря, дело? Я ей посторонний человек!
Ладно, кого я обманываю. Эта девушка вызывает желание не только пялиться на ее задницу. Но и помочь, если нужно. Защитить.
Только для начала она должна обратиться за помощью.
Или, что вероятнее, я должен узнать, в чем конкретно эта помощь нужна.
Ее шаги нарастают, а я иду к выходу. Не хватало, чтобы она застукала меня подслушивающим. Я ведь случайно мимо проходил!
Я шел к Кузьмичу, чтобы он меня отвлек от ненужных мыслей, и старик справляется на отлично. Загружает мне мозги по полной. У него привычка – советоваться по каждой мелочи!
– Тут яблоки, полугнилушки, собрал, – докладывает, – можно, унесу Татьяне, нашей соседке? У нее две свиньи.
Ну это просто вишенка на торте!
– Неси, – киваю, – можешь еще ей пакет хороших унести. А то свиней угостим, а хозяйку нет. Как-то несправедливо.
Посмеиваюсь.
– Она довольная будет! Таких-то крупных в поселке ни у кого нет!
– Пусть угощается на здоровье. Пойду, девчонки потеряют.
Сад у нас и правда хорош. Только дочки повзрослели и все меньше в нем проводят времени.
Иду к ним, к Ладе. Надо присмотреться к ней.
– Пап, ну ты что так долго?! Давно готово все! – кричит Маришка, только на кухню вхожу.
– Так ели бы.… Чего ждете?
– Тебя!
Смотрю вскользь на Ладу. Вроде не расстроенная, но и не улыбается.
– Кофе-то сделали? – перевожу взгляд на дочерей.
– Да!
Нюшка закатывает глаза, что раненая Мари отвечает за всех. Но чай ей ставит, как и себе. А Лада вместе со мной пьет кофе.
Оладьи вкусные, воздушные. Я уже не удивляюсь кулинарным талантам нашей училки. Ей бы в шеф-повара идти.
Хотя и педагог она отличный. Училка на все руки!
– Почему никто не пробует с корицей? – дует губы Мари.
– Я ее терпеть не могу, ты знаешь, – морщится Агния.
Лада виновато пожимает плечами.
– А мне она как-то с детства не идет. Плохо потом.
– Ну вот! Что я, одна буду есть?...
Далась ей эта корица….
– Я поем, – успокаиваю капризульку. Все-таки еще жалко ее, загипсованную.
Мари радостно двигает ко мне мисочку со второй партией оладий. В нос сразу бьет запах корицы, но я к ней отношусь нормально. Пирог с яблоками и корицей даже люблю. Попробуем оладьи.
Что что-то не так понимаю не сразу, а со второго укуса… Щедрого такого…
Во рту сначала словно режет. А потом дико жжет. И слезы выливаются из глаз.
К месту или нет, но признаюсь, я плакал от счастья, когда впервые взял на руки дочерей.
Но после они меня до слез не доводили.
До сегодняшнего дня!
– Папа? – сами перепугались.
– Степан? – Лада забыла про отчество.
Но все, что я могу выдать:
– Аа-а-а-а-гг-р-р!
Девочки вскакивают с мест.
– Может, у него аллергия? – хмурится Агния.
– Он же бабушкин пирог с корицей метелит только так! – напоминает сестре Мари. – У папы вообще ни на что нет аллергии…
Я и сам встаю, хватаю с кухонной зоны бутылку воды. Инстинктивно. Умом понимаю, не поможет!
А что со мною, не пойму!
Жжет, как от перца. А во рту вкус корицы. Глотаю воду – кажется, аж шипит.
– Пф-пф, – пытаюсь что-то выдать.
– Пап, ну скажи нормально!
Мне кажется, я скорее струю огня выдам. Гламурно пахнущего корицей!
И только наша умная училка берет оладушку из моей тарелки, отламывает маленький кусок. Жует, тоже морщится.
Наблюдаю за ней через поток слез.
– Фу! – она негламурно плюет тесто в тарелку. – В холодильнике есть молоко?!
Этого добра у нас всегда навалом. Дочки молочные с детства.
Лада берет и наливает мне полный стакан.
– Пейте, Степан Вячеславович.
Вспомнила отчество!
Послушно пью. Жжение медленно стихает.
Училка тоже немного отпивает. И доливает молоко в свой черный кофе. Смотрит на Мари и Агнию.
– Зачем вы перец в оладьи добавили?
Значит, мне не показалось! Вот козы! Неужели нарочно?!
– Что?! – Мари округляет глаза.
Она и Нюшка кусают оладьи. Тоже за молоком тянутся.
– Па, мы не… Мы не специально!
– Когда-то я уже это слышал, – прищуриваюсь.
Да, мы только что вспоминали, как они испортили суп в детстве. Неужели сейчас решили подпортить оладьи? Не все, чтобы и самим наесться.
– Пап, это я перепутала! – хнычет Маришка. – Думала, добавить или нет еще корицы, а тут сообщение пришло.… Ну я взяла, не глядя… Перечницу. Насыпала побольше на всякий случай.
– Добавила! – ворчит Нюшка. – В ней же сверх жгучий перец! Его один папин клиент из Южной Америки привез.
– Ну если не случайно.… – смотрю на дочек. – Я вам покажу!
Решили, я много общаюсь с Ладой? Ну так они сами в ней души не чают!
Но после проделок со Стелкой я ничему не удивлюсь! Что за ревность проснулась в этих кобылицах?!
– Па, я случайно!
Если они вдруг хотели расстроить Ладу, ничего у них не вышло. Училка задумчива и про оладьи, кажется, забыла.
– Степан Вячеславович, девочки… Спасибо за завтрак. Я поеду домой. Есть дела…
Так и подмывает спросить – какие? Что-то не то. И дело совсем не в перце.
Девочки что-то там щебечут, извиняются. Но заметно, что Лада смотрит на них по-доброму, тепло. Договаривается о новом занятии.
Я, допив молоко и кофе, иду провожать ее до ворот.
– Кирилл вас отвезет, даже не спорьте, – заглядываю в серые глаза, – хм… Все в порядке, ничего не произошло?
– Нет! – отвечает слишком быстро. – Мм… Не беспокойтесь.
– Да я-то что… Лад… – тоже говорю без отчества. – Если у вас что-то случится, я всегда могу помочь. Не чужие ведь люди!
Посмеиваюсь, чтобы разрядить атмосферу.
– Угу.… – морщится, опустив глаза. – Спасибо вам!
– Пока не за что.
Не хочется ее вот так отпускать в подвешенном состоянии. Хотя подвешенном для кого? Для меня только что.
Может быть, у нее и не случилось ничего. По крайней мере, с чем можно помочь. Ну был какой-то неприятный разговор. Отойдет.
Хм, мне все-таки трудно рассуждать так отстраненно.
Когда эта училка попала в зону моей ответственности?!
