Текст книги "Училка на все руки. Дисциплинирую вашего папу (СИ)"

Автор книги: Ксения Фави

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 16 страниц)

27

Но мне все равно не хочется заходить в отель. Как будто время встанет, если это не сделаем.

Но время не стоит. Мы возвращаемся.

По очереди принимаем душ.

И когда Степан выходит, я так и стою в халате, глядя в окно. А обычно переодевалась в спортивный костюм или в пижаму.

– Все хорошо? – Строганов тоже заметил перемену. – Ты задумчивая была под конец прогулки.

Обнимаю себя руками.

Но сказать вслух о таком больше не смогу.

Слышу шаги сзади. Тяжелые руки ложатся мне на плечи. Поглаживают.

– Плохие новости? От брата? Кто-то тебе позвонил?

За эти дни я как-то сама собой рассказала Степану обо всем, что мы пережили с Петькой. Он почти не комментировал, только внимательно слушал. Задавал вопросы про состояние Пети, его лечение.

– Нет! – мотаю головой. – Это вообще с Петькой не связано.

– Хм, а что тогда? Поделись? Я уже знаю, на пустом месте ты киснуть не будешь. Что-то с работой не так?

– Степан, я.… не хочу об этом говорить. Дело совсем не в работе…

– Кхм.…

Строганов думает. Но вот он не из тех, кто будет отмалчиваться.

– Может, я много о себе возомнил, но… Дело во мне? Лад, хватит уже играть в молчанку.

Я прикусываю губу. В чем-то он прав. Степан добр в глубине души и заботлив. Но мысли он точно читать не умеет. Он брутальный мужчина, такие тонкости – это не его.

– Сегодня у нас последний вечер.

– Я еще не так стар, – смеется.

Хмурюсь.

– Посерьезнее, Степан.

– Слушаюсь, госпожа учительница. Допустим, ты так думаешь, и?

– И ничего.

Я не произнесу вслух – а я так и не стала с тобой женщиной. Ни за что. Я про себя-то это с трудом проговариваю.

Строганов отпускает мои плечи. Обходит, чтобы видеть лицо. Опирается бедром о подоконник.

– Не произошло ничего, что ты хотела? То есть, ты не передумала?

Я в ответ лишь прикусываю губу.

– Ты понимаешь, что назад дороги не будет? – предупреждает Степан низким голосом.

Конечно, я в курсе, что снова девственницей мне не стать. Да, в наше время есть операции и все такое. Но это мне не надо, и из памяти все равно не стереть, что была с мужчиной.

А уж с таким мужчиной…

Хотя Строганов как-то так сказал… Как будто не только про девственность.

– Ммм… Понимаю.

Опускаю взгляд. Степан подходит, берет мое лицо в ладони. Поднимает на себя.

Не знаю, это пламя эмоций в его глазах или банально городские огни? Хочет ли он меня, если не пытался сам склонить к интиму?...

– Если бы ты знала, как я тебя хочу, – он хрипло отвечает на мой незаданный вопрос, – и чего мне стоило не сорваться.

– Но почему ты… себя сдерживаешь? – вопрос срывается с языка сам собой.

– Не хочу, чтобы ты совершила необдуманный поступок. И чтобы пожалела, когда мы вернемся.

– Ой, Степан!

Немного понимаю девочек, которые хотят его женить. Иногда он не в меру заботливый.

– Иди ко мне.

Короткая фраза, и я таю. А от прикосновения его губ вообще плавлюсь. Как я могу пожалеть об этом?! Хоть об одной минуте с ним.

Когда он меня целует, мир вокруг перестает существовать. Раньше я не понимала смысла этой фразы. Но я как будто растворяюсь в его горячем поцелуе, в нем. Даже страшно. Я больше не чувствую, что я одна.

Пока его язык ласкает мой рот, Степан приподнимает меня за бедра и усаживает на подоконник. Встает между моих колен.

Поглаживает их через ткань халата. Губами проходится по моей щеке к уху, прикусывает его легонько.

Я глажу его плечи. С ума сойти, на нас почти нет одежды! Скинуть халаты и… мы полностью обнажены. Глубоко вздыхаю от этой мысли.

Степан сразу смотрит мне в глаза.

– Только ничего не спрашивай сейчас! – предупреждаю.

Он усмехается.

– Хорошо.

Привлекает меня ближе к себе, развязывает пояс моего халата. Спускает его с плеч, и я издаю еще один рваный вздох.

Степан оглаживает ладонями мои плечи, большими пальцами очерчивает ключицы. Накрывает руками груди. Зажимает меж пальцами торчащие соски. Выкручивает их слегка.

– А-а-а… Степан.… – не выдерживаю.

Мужчина взвешивает мои груди в ладонях, ласкает. Надавливает на чувствительные верхушки.

– Ты должна быть готова не только морально, но и физически, – шепчет на ухо.

Он отпускает мою грудь, ведет ладонями по талии вниз.

Задерживается у бедренных косточек. Кружит большими пальцами, почти касаясь губ. Я тяжело дышу.

Раньше думала, что буду смущаться во время первого интима. Не важно, секс или просто ласки. Что мне будет не по себе быть раздетой перед парнем, мужчиной.

Со Строгановым я если смущаюсь, то совсем немного.

Во-первых, я тоже очень сильно его хочу. Он мужественный, брутальный. У него мощнейшая энергетика.

И плюс к этому, я ему просто доверяю. Почему-то знаю, он не сделает мне ничего плохого. Не посмеется, не упрекнет.

Вот и сейчас распахиваюсь ему навстречу. Ловлю каждую ласку.

– Гладенькая… – Степан чуть ли не облизывается. Наклоняется к моему уху. – Не могу забыть твой вкус… Но сегодня хочу, чтобы ты кончила вместе со мной.

От его бархатного шепота, от этих слов у меня внутри все сжимается. И еще я сама чувствую, как из меня сочится влага.

Строганов ныряет в меня большим пальцем.

– Моя училка. Готова.

Подхватывает меня на руки. Обнаженную. Несет к кровати, на которой мы несколько ночей просто спали…

Опускает на постель. В пару рывков снимает с себя халат и откидывает в сторону. Накрывает меня своим тяжелым горячим телом.

То, что нужно. А то меня начала пробирать дрожь.

– Степан… – шепчу ему в губы. – Мне… страшно немного.

– Не поверишь, как мне трудно сдерживаться, – он улыбается, – но все будет предельно нежно. Хм… Резинки нет, но первый раз лучше кожа к коже. Я недавно проходил обследование, полностью здоров. И у меня давно ни с кем не было без защиты.

Дни цикла у меня вроде не опасные… И мой врач все время говорит, что когда найду мужа и захочу рожать, придется поднапрячься. У меня не все хорошо по наследственности. Вот у теть Наташи вообще нет детей.…

Но сейчас не время об этом думать. Ясно одно, что вряд ли есть какой-то риск.

Киваю Степану.

– Хорошо.

Я видела Строганова обнаженным. Мельком в бане и более чем подробно в душе. И да… мне есть из-за чего нервничать. Размером его природа не обделила.

Но он, как и обещал, нежен. И осторожен. Сначала просто скользит головкой между губ. Дразнит.

– Степан.…

Я и не думала, что ощущения будут такими упоительными. Он входит неглубоко, а по мне прокатывается волна удовольствия.

– Расслабься.

Но меня и просить не надо. Я принимаю его сантиметр за сантиметром, как будто делала это уже много раз. И даже не чувствую особой боли.

И только, когда он еще глубже входит, начинает саднить.

– Ай.… – не сдерживаюсь.

– Ш-ш-ш, – Степан целует меня в уголок губ.

Он остается во мне, как бы давая привыкнуть. Потом с легкой вибрацией толкается.

Нервозность меня уже отпустила. Есть легкая боль и… нехилое возбуждение. Оно перекрывает дискомфорт от первого раза.

– Степан, пожалуйста…

Сама не знаю, чего конкретно прошу. Чтобы двигался во мне? Ласкал?

Но Строганов понимает. Касается губами моей шеи. Целует под медленные ритмичные толчки.

Мне тоже хочется его ласкать. Пробегаюсь пальцами по крепкой спине. Задерживаюсь на ягодицах. Стальные на ощупь… Давно хотела это сделать.

Впиваюсь ногтями в литые мышцы. По телу Степана проходит дрожь. Я еще сильнее возбуждаюсь от его реакции.

Оргазм накрывает внезапно для меня самой. Строганов останавливается. Целует меня, пока я содрогаюсь от наслаждения. Медленно выходит.

Щедро кончает мне на живот, и мне кажется, что я второй раз оргазмирую вместе с ним.

28

Его низкие стоны и то, как он прикрывает веки от наслаждения, взрывают внутри меня новый фейерверк. Степан опускается рядом, и я сразу тянусь к нему за поцелуем. Мне хочется чувствовать его.

Он целует мои губы, щеку, висок.

– Вкусная.

Я тоже хочу ответить ему комплиментом. Но не знаю, что сказать. Вернее, эмоций и восхищений много. Только не будет перебор?

– Мне было хорошо…

Строганов довольно ухмыляется.

– Было.… и будет. Это только начало.

Чуть не спрашиваю – у нас? Не хватало сейчас разговоров о будущем!

Он мог иметь в виду лишь то, что я лишилась девственности и теперь могу вести полноценную личную жизнь. Полную удовольствий.

Вот только вряд ли я испытаю такое наслаждение с кем-то еще… Да про других мне и думать не хочется!

Может, я погорячилась с таким шикарным первым мужчиной? Теперь всех буду сравнивать с ним…

– Продолжай думать, но только не шевелись, – зачем-то просит Степан, – хотя думать вот так лучше тоже перестань. Знаю я эту морщинку.

Он наклоняется и целует меня прямо в переносицу. Мой лоб тут же разглаживается, на губах блаженная улыбка.

Знает он…

Уф.… Страшно от всех этих эмоций!

Строганов тем временем встает, демонстрируя мне крепкую спину и задницу. Идет в ванную.

Нет, все же не сравнивать с ним будет очень, очень трудно!

Степан возвращается с полотенцем. Влажным. Стирает свою сперму с моего живота.

В другой момент я бы дико смущалась! Но с ним все это так естественно.

Он вытирает и мои бедра на внутренней стороне. Снова идет в санузел и быстро возвращается ко мне. Сгребает в объятия.

– А теперь спать. И не думать. На завтра у нас поход в еще какой-то дворец.

– Да, ведь самолет только вечером.

– Я хотел, – Степан негромко говорит мне на ухо, – остаться здесь еще на пару-тройку дней. С тобой. Девочки не мелкие, и дома бы за ними присмотрели. Но Галина встала в позу. Говорит, вдруг какие-то проблемы с рейсом, и я буду нужен ей, чтобы разрулить ситуацию. А то из мужиков останется только папа Чесночка.

Прыскаю смехом, но все же строго говорю.

– Луки! Ты хоть не повторяй за подростками.

– Да ладно, он сам угорает. Здоровый бык уже такой. Растут детки…

Он рассуждает, а до меня только доходит.

– Ты правда хотел задержаться со мной в Питере?

– Мне показалось, ты была бы не против.

– Конечно!

– Увы, не срослось…. – он гладит меня по лицу.

А я все равно счастлива.

Он хотел остаться со мной…

Пока уношусь в облака, Степан притягивает меня к себе и целует.

Мы так и уснули, близко-близко. Но к утру разметались по кровати. А проснулась я вообще одна, и звуков из ванной не доносится.

Боже, сколько времени? Я проспала?!

Хорошо, телефон рядом на тумбочке. Можно выдохнуть. Еще только семь, я проснулась по привычке.

А по какой привычке уже нет Строганова?! До этого мы просыпались вместе!

Пожалел? Сразу такая мысль… Хотя в конце концов, это не он лишился невинности! И вчера он не раскаивался, когда все произошло.

Ладно, не буду киснуть и пойду в душ.

Хоть Степан меня обтер вчера, на мне остались следы нашей любви. Когда смывала их, сердце екнуло.… Кого я хочу обмануть? Это было не просто желание избавиться от девственности.

Душ все же освежает и тело, и хоть немного мысли. Я не могу показать, что ожидаю чего-то от него. И не буду показывать.

Да и ожидать не стоит!

Ммм, что это?

Толкаю дверь из санузла, и в ноздри сразу врываются самые разные запахи. От кофе, до.… Жареного сала?

Не бекона, а именно такого вот… деревенского. Муж моей тети очень его любит.

– Прости, думал вернусь быстрей. Но повар сегодня молодой дежурит. Кое-как объяснил поставленную перед ним задачу.

Наверняка не поскупился чаевыми. А что он задумал вообще?

– Завтрак в номер? – поднимаю брови.

– Теперь да. Раз уж не успел в постель.

Расплываюсь в улыбке… Вот ведь.

Но когда смотрю на поднос, улыбка становится кривой от удивления!

– Ммм, это похоже на яйцо-пашот?

– Именно, – кивает Строганов.

– На поджаренном тосте и… куске сала?

– Тоже поджаренном, – уточняет мой романтик.

Шагаю ближе к столику и дивану. Да, я действительно вижу сэндвич из хлеба, сала и яйца-пашот сверху. Как оно не скользит вообще?

– С обжаренным салом хорошее сцепление.

Господи, я спросила вслух…

На подносе еще пара круассанов, варенье в соуснике, лимонный бисквит. Но я еще под впечатлением от основного блюда.

– Почему именно сало? – распахиваю глаза.

– Потому что яичница с ним самая вкусная! И нам не помешают калории.

– Тогда почему пашот?

С салом жарят обычную глазунью.

– Ну…. – Строганов мнется немного. – Ты же девочка… Вернее, больше не девочка. Хм. Для такого случая нужна какая-то романтика! Изысканность, в конце-то концов! Уж прости, я не привык к этим всем ухаживаниям… Может, на шведский стол пойдем?

Но я резко протестую.

– Нет!!! Я просто удивилась! А так мне приятно… И я очень хочу есть, – в подтверждение у меня урчит живот, – я всем организмом хочу твой завтрак!

Степан улыбается. Уф, слава Богу!

– Тогда присаживайся, госпожа… – он перехватывает мой взгляд. – Ладушка.

Мы размещаемся за столиком. Степан наливает кофе из кофейника в чашечки. Я помогаю, наливая сок. У каждого по тарелочке с парой изысканных яиц с салом.

А это правда очень вкусно! Я совсем не изящно уплетаю за обе щеки. Время от времени ловлю на себе смеющийся взгляд Строганова.

Он тоже ест, потом начиняет себе круассан ветчиной и сыром. Я предпочитаю лимонник. Завтрак выше всех похвал!

– Спасибо… – отставляю тарелку. – Всего этого мне будет не хватать дома. Иногда выбегаю, даже не выпив кофе.

– Кхм, – Степан как будто выбирает слова, – вообще я против, когда люди хотят своего партнера поменять. Вылепить что-то другое. Но эту вот привычку надо в тебе искоренять. Будем завтракать вместе.

– Мне рано на занятия… – говорю осторожно. – С учениками второй смены я часто занимаюсь с утра.

– А я сам долго не сплю.

– Но все же, ехать в другой конец города…

– Но завтракать-то мы будем в одном конце. Дома.

Хорошо, что я уже доела… Он про что?

– Предлагаешь созваниваться и завтракать вместе онлайн?

Степан вскидывает бровь.

– Если тебя заводят такие игры… Но я бы их оставил для спальни. У нас много комнат, можем разойтись по разным и созвониться. А есть предлагаю по старинке, вместе на кухне. Ну, или в гостиной за большим столом. Там хороший вид в окно.

– Когда я к девочкам приеду с утра?... Как я так рано попаду к вам на кухню?

– Ножками, вместе со мною. Из нашей комнаты.

Он складывает руки на груди и серьезно смотрит в глаза.

– Из нашей с кем? – задаю глупейший вопрос.

Но это от неожиданности! Строганов терпеливо отвечает.

– Из нашей с тобой.

Что вообще происходит?! Это как заснуть под сериал, проспать несколько серий и потом не понимать ничего. Вот и у меня ощущение, что я что-то проспала.

Думаю, следующие вопросы будут еще глупее. Поэтому просто молчу.

Степан замечает, что пауза подзатянулась.

– Теперь нам логично жить вместе, – выдает.

– Почему логично? – смотрю на него. – Ты мне ничем не обязан, если что…

Я уже поняла, что этот мужчина из редкого вида – благородных. За что я им восхищаюсь (хотя не только за это).

Но уж точно не хочу, чтобы со мной жили из чувства долга!

– Дело не в обязанности. Хотя ты в моей зоне ответственности и не с сегодняшнего дня. Но сейчас, когда я вот это все себе позволил… Я больше не хочу ничего себе запрещать.

Хмурюсь.

– А если я хочу запретить?

Говорю из вредности. А то гляди-ка, все сам решил! Пока пашот заказывал с салом.

– Тебе хорошо со мной.

– Пф!

Есть свои минусы в общении с уверенным опытным мужчиной.

Теперь я складываю руки на груди. А вот он мягкой кошачьей походкой двигается с места. Подходит ко мне. Говорит низким голосом.

– А мне вчера было так хорошо, как никогда в жизни. И ты же понимаешь, я не про физический половой акт. Тут мы с тобой только первый урок закончили. Так сказать, ознакомительный. Мне хорошо с тобой во всех отношениях, Лад.

Так, не краснеть, не бледнеть и не падать в обморок! В конце концов не предложение руки и сердца получила.

Хотя..… Все равно очень неожиданно!

Молчу в ступоре. А Степан уточняет:

– Ты же не воспользовалась мной, чтобы просто избавиться от девственности?

Еще один шок. Поднимаю на него глаза и не пойму – он шутит? Вскинул бровь, смотрит внимательно.

Я растерянно хлопаю ресницами.

– Ты серьезно, Степ?...

Неужели он может так думать? И ничего не понял, не почувствовал… Честно, я готова чуть ли не расплакаться, и тут… вижу в темных глазах искорки смеха.

Мои любимые искорки!

Выдыхаю с облегчением, и мы оба со Строгановым смеемся. Надо же такое сказать!

Он раскрывает объятия, шагаю и прижимаюсь щекой к его груди.

– Раз нет, то почему бы нам не жить вместе? – Степан снова за свое. – В доме гораздо удобнее, чем в той квартирке. Отличный виды из окон. А мне понравится вид на тебя в моей постели. Уверен.

Мои щеки теплеют.

– А девочки?

– Думаешь, станут тебя, как Стелку, изводить? Получат.

Вспоминаю наш разговор с его дочками. Они, возможно, будут рады. Если не передумали женить отца.

Хмм… Он ведь не знает, что девочки делали мне такое предложение. Сказать?

Он может поступить неделикатно, по-мужски. Отчитает, еще накажет как-нибудь. И крайней перед Агнией и Марианной останусь я? Испорчу с ними отношения?

Боже мой, а я что, уже примерила на себя роль мачехи?

Еще неизвестно, как у нас сложатся эти отношения, если я поселюсь у них. Ведь одно дело в теории желать отцу личного счастья, а другое – жить с его новой женой и младенцем.

Господи, я уже мысленно от него родила!

– У тебя очень хорошие дочки Степан, – говорю искренне, – но ведь ты раньше не приводил к ним жить своих…

Не знаю, какое подобрать точное слово.

– У меня самого не возникало желания ни с кем жить. Кроме Алинки, но это сейчас не причем. В общем… тебя еще что-то смущает? Козам, поверь, все равно. Лишь бы я их не трогал. А тебе, глядишь, даже обрадуются. Ты не Стелка для них.… Как и для меня.

Заметно, что ему трудно даются слова. Зато прижимает меня к своей груди крепче.

– Это как-то быстро, Степан…

– Хочешь конфетно-букетный период?

Я, конечно, в курсе, про что он. Хотя выражение больше из молодости моей тети.

– Сладкое я стараюсь не есть, – хмыкаю.

С моей вечной экономией денег это отлично получается.

– А цветы любишь? Или как училку они тебя достали?

Да, учителям дарят цветы. Хоть и не охапками, как раньше. Но я…. не настоящая училка!

Еще эту информацию нужно как-то сказать Степану.

Господи, сколько недомолвок…

– Я не была классным руководителем.

– Значит, цветы принимаются? – посмеивается Строганов.

– Угу, – жмусь к нему.

Меня пробирает дрожь.

Что если он узнает о моем вранье и знать меня больше не захочет?!

Я впервые за долгое время почувствовала себя хорошо… Но долго скрывать я тоже не смогу. В паре должна быть искренность!

– Загрузил я тебя, да? – поглаживает по голове. – Просто хотел сразу обозначить планы. И хочу, чтобы ты была рядом.

Вот он искренен.…

– Я тоже хочу.

Впрочем, и я не вру.

– Но про букет услышал!

Хотя пока не до букетов. Впереди еще один день экскурсий, а Степан еще должен успеть поговорить с дочками.

29

Степан

Мари и Нюшка порой те еще вредины. Но тут я на них рассчитываю. Ведь понимают, какая Лада. И если я решился привести кого-то в дом, то чувства серьезные.

Любовь? Черт, знать бы, что это такое!

Озвучил Ладе все, что есть у меня на душе. Как мне с ней здорово, что не хочу отпускать.

Я правда, как представил, что разъедемся из аэропорта в разные стороны…

Мой дом – мое убежище, мой тыл. Так где же еще быть моей училке?

Оценил, что не встала в позу. Что не сказала – добивайся. Призналась, что тоже хочет быть со мной. Есть чувства. От этого наоборот захотелось ее добиться! Чтобы не сомневалась в нас!

Посещаем очередное старинное имение. После – обед. Отзываю девчонок от подруг за дальний столик. Вон, уже носы сморщили. Мол, что еще папахену надо?

У них сейчас в голове друзья да подружки. Да самоутверждение в классе.

А, еще эти.… Ролики в сети.

Хоть учатся нормально…

– Па, ты соскучился? – с сарказмом уточняет Нюшка.

– Завтра уже будем все дома.… – более мягко напоминает Мари.

– Есть разговор! – отрезаю.

Вижу, Лада как на иголках. Ну ничего, это надо просто пережить. Скоро сама поймет, что волноваться нечего.

Заказываем по сливочной финской ухе и пиццу на всех. Девчонки выбрали с морепродуктами.

Я отдал им на откуп, Лада в обсуждении вообще не участвовала.

– Пап, что-то случилось? – дочки интересуются почти в голос.

Заметили, что мы замороченные.

– Давайте прежде поедим…

– Степан, лучше скажи сразу, – просит Лада.

Ну да, ей кусок не полезет.

– Папа?! – Маришка распахивает глаза.

– Мы с Ладой Александровной будем жить вместе.

Не знаю, для чего приплел отчество. Для торжественности момента?

С другой стороны, Лада ведь останется преподавателем девочек? Или теперь нет?

– Ты и Лада Александровна?! – повторяет Мари с огромным изумлением.

Так эмоционально, что Агния больше удивляется ее реакции. Да и Лада тоже.

– Почему нет? – веду плечами.

– Пап, ну ты же такой… Закостенелый холостяк! И тут… Наша учительница!

– Кхм…. Ну она вообще-то у вас только репетитор.

– Ну это все равно шок!

Так, Лада уже занервничала. Включается Агния.

– Полегче, сестра.… – кидает в Маришку выразительный взгляд. – Конечно, мы такого вообще не ожидали… Но папа – взрослый человек! Не женат, и Лада Александровна тоже… Не была жената.

– И не будет, – хмыкаю.

– Вы что, не будете узаконивать отношения?!

Мари еще недавно была в шоке от нашего романа, теперь грустит по несостоявшейся свадьбе?

– Как минимум, потому что женщины выходят замуж.

Нюшка хмурится.

– Ой, пап. Душно. Ты ведь понял, что я имею в виду.

Не уточняю, против ли они. Потому что разрешение я не спрашиваю.

– Пап, мы за вас очень рады, конечно! – у Марианны реакция меняется со скоростью света. – Но жениться вам надо! Ведь когда появится наш братик или сестричка…

У Лады уже глаза по пятаку.

– Кстати, может быть двойня, – продолжает Нюша, – папа в своего дядю пошел, у них это наследственное.

– Так, хватит! – гаркаю.

– Пап, ну мы же за вас рады! – протестует Марианна.

– А вот это хорошо.

Мои козы! Не подвели!

Лада, конечно, смущена. Но ее понять можно, все-таки педагог.

Хм, что делать с занятиями, решим позже.

Сейчас заканчиваем обед под перемигивание девочек. Говорим о банальностях, обсуждаем экскурсии. В конце концов, нужно разрядить обстановку.

Хотя я считаю, что ничего сверхъестественного не произошло.

Да, Лада – наш репетитор. Я сам не приветствовал подобную интрижку. Не поддавался чувствам и держался, как мог.

Но служебные романы случаются. И у нас не просто интрижка….

Хоть мы знакомы недавно, я просто знаю, что Лада – это другое. Во всех смыслах.

Иначе сдержал бы себя в узде.

*****

Еще одна прогулка, сборы и рейс домой. Когда летел сюда, думал, буду ждать с нетерпением этого момента. Но сейчас даже грустно немного.

Черт, становлюсь сентиментальным!

Девочки теперь в курсе наших отношений с Ладой. Для окружающих ничего не поменялось – все и так думали, что мы практически семейная пара. Я могу на легальном основании обнять свою училку в салоне самолета.

Так и дремлем весь полет в объятиях друг друга. А из аэропорта едем к нам – дело решенное!

Однако Лада не согласна.

– Степ, ну мне же надо вещи собрать!

Таю, когда называет так. Но все-таки предлагаю:

– Съездим позже вместе.

– Нет, – мотает головой, – мне даже переодеться будет не во что. И нужно кое-что из косметики. И вообще разобраться, что с собой на первое время брать.

Какое еще первое время?!

– Соберешь все, не ошибешься.

– Давай не торопить события? – просит тихо, чтобы девчонки не услышали.

Какие еще события?!

Мне хочется сгрести ее в охапку, а за вещами отправить кого-то из своих людей. Или сгонять самому, когда Лада уснет после перелета.

Но это будет жестко. Да и вещи ее личные.

Но хочется!

– Выспишься, соберешься, и я приеду за тобой.

– Наверное, завтра, – пожимает плечами, – тебе тоже надо отдохнуть.

– За меня не переживай. Буду вечером.

Не то что бы мне прям неймется. (А может, и неймется!) Но чувствую – соскочит! Уйдет в свою учительскую теорию, где мы должны повстречаться несколько месяцев, а потом только вместе жить.

Если не лет.

Симпатия у нее ко мне есть и бешеная – это я чувствую. Но девка неопытная, да и кроме личной жизни у нее куча проблем.

Я уже через свои каналы пробил о Петьке. Шансы на полное выздоровление есть, но предстоит еще одна операция.

Да и в принципе Лада не похожа на ту, кому бы только выскочить замуж. Потому и держит в легком нервяке! В тонусе!

Укатила на такси, не терпя возражений. Мол, не хочет уставших девочек гонять кругами по городу.

Ладно, в этом дал свободу, отпустил. На улице день, и нет у нее тяжелого чемодана.

Такси вызвал сам и проконтролировал, что мою училку доставили по адресу.

Почти в одно время, когда мы до дома доехали. Где нас ждал сюрприз….

Есть ряд людей, которых разрешено впустить в дом, пока нас нет. Естественно, не ходить по нашим спальням, а посидеть в гостиной. Выпить чашечку кофе и подождать.

Хотя в последнее время таких визитов практически нет, со всеми предварительно созваниваемся.

В наше время это даже не хорошие манеры, а вшитая на подкорки привычка.

Но только не у Анжелики.

– Мои хорошие!

Она низенькая, уже девчонки ее переросли. Полновата, но в меру. Шикарные русые волосы не отрезает со школы и любит заплетать в две косы.

А сейчас ей под тридцать. Анжела – сестра моей погибшей жены. Родная тетя Мари и Агнии.

Если жена была любительницей экстрима, но не совсем без царя в голове, то Анжелика сама по себе очень взбалмошная. Правила и нормы не для нее. Хотя чего-то незаконного не творит, границы не переходит.

Но свалиться в гости, как снег на голову, в ее характере.